Ты все еще мой.

Эндрю обрыл все вещи Нила, которые привезла ему Лорси. Она была единственной, кто хоть как то сожалел Джостену.

Сумка была заполнена до отказа, а боковые карманы, с эмблемой Ястребов, напоминали собой аптечку, состоящую из одних таблеток, причем, идентичных таблеток.

Миньярд выудил полную упаковку лекарства и направился к регистратуре, где еще два часа назад Нила записывали в палату. Эндрю протянул таблетки девушке, спрашивая взглядом что это и для чего. Стройная брюнетка сначала просто покосилась на него, а буквально через секунду опешила и выпучила глаза. Достав один белый кругляшок из упаковки, она принюхалась. Миньярд так же уловил запах горькой травы, и непонимающе изогнул бровь. — Откуда они у вас? — Судорожно спросила девушка. Безусловно, Эндрю не собирался выдавать всех подробностей, отчитываться и нести прочую чушь. — Валялись на крыльце больницы, по всей видимости, это что то серьезное? — блондин отвечал сухо, делая вид, что он взаправду нашел их не у своего "не парня" в сумке, а на крыльце. — Они запрещены абсолютно везде, — девушка старалась скрыть тревогу в голосе, будто если только подержать этот маленький белый кругляш, можно сесть в тюрьму или попасть на расстрел. — По одному запаху можно узнать, что это за препарат и какие от него последствия, если вы, конечно, разбираетесь. Он очень силен и если найдете еще что то подобное, пожалуйста, растопчите в пух и прах, ни минуты не медля, — девушка поджала губу, откидывая лекарство подальше от себя, в глубь стола, и принялась расспрашивать на счет Нила, — как себя чувствует мистер Джостен, не проснулся еще? Миньярд, в ответ на это, лишь отрицательно мотнул головой и направился к выходу. Эндрю давится дымом сигарет и бросает окурок под ноги. Смотрит, как тлеет тусклый огонёк, и видит неосознанно в нём себя. Со спокойным лицом он наступает на этот окурок и вдавливает в землю, пока тот окончательно не гаснет. Он хочет убить Ичиро так сильно, что кулаки самовольно сжимаются, до побеления костяшек. Этим Нила пичкали, это заставляли принимать. Пазл складывается, но есть еще несколько недостающих деталей, после разговора с Джостеном они встанут на свои места и Эндрю, ни секундой не думая, унесется на всех парах подрывать дом Мориямы, а после и этот чертов корт.

***

Нил давно уже сидит, но его глаза по прежнему не разлипаются. Он не хочет их открывать, не хочет снова видеть и терпеть тот ужас, что происходил с ним день изо дня. Рыжеволосый просто прислушивается к звукам. Нет того назойливого вентилятора, нет ворочающихся соседей по комнате. Либо он в коме после пережитого ужаса, с которым его сердце попросту не справилось, либо он бредит. Нил сидит так еще какое то время, но не пытается открыть глаз. Его тело ломит, ноет, воет, просит об отдыхе и временной отключке. Каждый вдох и выдох дается с трудом, отдаваясь отвратительной, подгонявшей тошноту, болью. Он не знал, сколько просидел так, пытаясь успокоить бешено колотящиеся сердце. Тихие шаги вывели его из наступающей дремы, в которую он так и норовил провалиться.

***

Избиения Бастером были только одним ужасом из всего, что пришлось пережить Веснински. Натаниэль старался терпеть до последнего, но при этом не упускал шанса выдать свою грозную и до ужаса широкую улыбку, а после и не сдерживался, когда сокомандники пытались слишком яростно его задеть и оскорбить. Он знал, что никому не принадлежит, долг не делал из него раба, который следует любому указанию. Нат всегда шел против правил, всегда ставил свои условия, он был не первым, но и не последним. Натаниэль Веснински. Только на это имя ему можно было откликаться на том поле, где пять месяцев его жизни полетели коту под хвост, не было Нила Джостена, но был стимул идти дальше, был тот, кто ждал его свободы, ждал не меньше, чем сам Нат. Стайка мускулистых "ястребов" часто забавлялись и удовлетворяли свои потребности с помощью Веснински. Натаниэль мог противостоять двум, но никак не шестерым парням. «Ты отличная секс-кукла, Натаниэль» — язвительно выражался Ичиро, когда видел лицо рыжеволосого после очередных потех Ястребов. Веснински все равно не собирается скрывать злобную улыбку, и, ковыляя, уже почти рядом с Ичиро, во все оставшиеся силы оголяет белоснежные зубы. Морияма морщится, но не притрагивается к Натаниэлю, он отпускает его дальше плестись на подкошенных ногах до комнаты, сверля испепеляющим взглядом.

***

Эндрю, вошедший в палату, легонько встряхнул Нила за плечо, но когда тот, болезненно ахая, дернулся, сразу убрал руки. Нил с трудом разлепил глаза, пусть и не полностью, перед ним стоял все тот же непоколебимый Эндрю Миньярд. Даже с полузакрытыми веками рыжеволосый мог увидеть отчетливый гнев в глазах блондина, который пытался его спрятать за маской равнодушия. — Слушаю твои объяснения, — чуть ли не прорычал Эндрю. Он сам не узнает своего голоса, и, быстро откашлявшись, продолжает, — ты идиот. Совсем ничему тебя жизнь не учит, довериться Ичиро, блять, Нил, Ичиро Морияме. — Нил.. — Судорожно повторил рыжий, начиная сжимать простыню с одеялом все крепче. Стреляющая боль в руках сразу дала о себе знать, но вспомнив удары древка клюшки о свою спину, он поборол желание сдаться и расслабить руки. Джостен натянул на свое лицо широченную улыбку, делящую его лицо пополам, но глаза, цвета тихого океана, оставались такими же холодными, полностью оправдывая свой цвет. Нил не знает, что сказать на это, поэтому молча смотрит в глаза парню. — Будет тяжело, — наконец выдавливает он, стараясь не выдать дрожь в голосе. Эндрю медленно приподнимает одну бровь и заостряет внимание на побагровевшей коже в зоне шеи. Темно-алые пятна от укусов и засосы тянулись до яремной ямки. Множество гематом, ничем не скрытые, вызывают не такую злость, как цветастые пятна. — Как же гудит голова, будто от похмелья... — вялый голос не нравился Эндрю, так же как и само состояние Джостена. — В тебе вообще кровь осталась? Ты не отвечал на мои звонки, где все последнее время был твой телефон? Нил немного изогнул бровь, всего на мгновение, а после залился таким смехом, который только мог выдать в своем состоянии. Его грудь сотрясалась, он так и норовил грохнуться на пол. — Прости, не было времени поболтать, — чуть успокоившись сказал рыжеволосый. — Издеваешься? Ты, блять, издеваешься надо мной? — На это Нил лишь скупо улыбнулся. — Нет, издеваются надо мной. Ичиро отобрал его. Этот ублюдок растоптал его своим ботинком, за то, что я собирался написать тебе. В ушах начинает пищать, а сердце больно стучит в груди, приливая адреналина в кровь. Он снова возвращается в воспоминания и понимает, что встреча с Мориямой будет неизбежна, причем, еще не одна.

***

Натаниэль никого не винил в том, что попал в этот «плен», попал туда, где над ним издеваются до изнеможения. Он ждал время отбытия оттуда. Какими бы трудными и напряженными не были их отношения с командой, он всегда мог встать на чью то сторону. Он мог, а они нет. Избивали всех, всех парней, но больше терпел именно Веснински, а когда один из сокомандников просто не мог встать от дикой боли, которую он не ощущал из за таблеток, но тело отказывало, Нат, конечно же, вмешивался и протягивал руку любому, независимо от того, как с ним самим обращались. Девушек не били, их насиловали. Веснински бежал на каждый крик, стараясь вытащить еще одного «Ястреба», стараясь защитить их от этой нескончаемой боли и необоснованной агрессии. «Но как бы глубоко ты ни погрузился во тьму, у тебя всегда хватит сил выбраться, хватит смелости протянуть руку.» — День изо дня в голове Натаниэля вспыхивали эти слова. Он давно забыл голос человека, который это твердил, давно забыл черты лица, но слова, они въелись глубоко в подкорку сознания. Больше всего Ната ненавидели за его страсть к игре, какими бы жестокими не были условия, как бы его не истязали, он всегда рвался на корт и играл настолько хорошо, что заставлял многих себе завидовать. Он не выглядел как трус, но и как самый отважный воин — тоже. Да, Натаниэль мог противостоять тренеру Бастеру и сокомандникам, мог спокойно приложить кого то об бетонную плитку, чтобы к нему не лезли, а к нему лезли, лезли даже когда он вытягивал этих немощных отбросов со дна. Веснински позволял себе колкости в адрес Ичиро Мориямы, мог спокойно огрызнуться и уйти от ответа, но когда в ход шли кулаки и подручные предметы, Нат просто склонял голову и ждал, когда это закончится. "— Нравится тебе, нравится, а? Натаниэль, тебе нравится быть подстилкой господина Ичиро? Нравится, как он тебя трахает? — Дженис, помой рот с мылом, — хрипел Натаниэль, пока его горло сжимали две крепких руки. — С какого хуя ты вообще на м.. — он не успел договорить, воздуха перестало хватать. Дженис решил, что в данной ситуации высказываться будет только он. — Слушай сюда, мелкая шлюха, ты побывал на многих хуях, ты ничего не стоишь, но именно тебе всегда уделяют больше внимания, как бы сильно наша команда не выкладывалась, пиздят всех, а тебя уводят в отдельную комнату с хозяином и вы там очень сладко развлекаетесь, — изо рта тринадцатого номера летели слюни, в глазах метали молнии. Он сбавил хватку после того, как Веснински шлепнул ладонью об паркет. Но стоило ему отвлечься на этот звук, как Нат уже сидел сверху с лезвием в руках. Он покрутил его так и эдак, и, заламывая одной рукой запястья Дженису, приставил острие к его кадыку. Глаза Натаниэля оставались холодными, а вот защитник, лежащий под ним, знатно растерялся и весь его гнев мгновенно обратился в панику, смешанную со страхом. Никто даже не подозревал, что рыжеволосый носит с собой ножи. — Я не договорил, — Нат злобно усмехается, а после делает замах рукой с лезвием во всю оставшуюся силу. Дженис начинает визжать, но нож втыкается в паркет, буквально в пяти сантиметрах от уха тринадцатого номера. — А ты, конечно же, хочешь быть на моем месте. Все, кто смеет на меня залупаться, видимо, забыли или притворяетесь, что не помните то, что происходило. Ваши задницы я не раз вытаскивал из дерьма. Я всегда был на вашей стороне, суки вы неблагодарные. Горечь в голосе было не заглушить. Парень шипел на него, искренне злясь, что причиной ненависти к себе является его талант. Всё хорошее, что делал для других тут же забылось. Люди предпочитают забыть те моменты, когда они были слабыми, чтобы не быть в долгу перед теми, кто вытаскивает их из этой ямы. — Ты думаешь мне очень нравится? Да мы все, сука, в одной лодке, почему я начал вам помогать, почему вставал на вашу сторону? Да потому что понимаю, что тут у всех все наравне, не было ни дня когда меня не истязали, я отхватываю так же сильно. — Ты сратый любимчик, которого сначала избивают, потом "лелеют". Слухи-то про себя слышал? Кулак впечатывается Дженису в подбородок. Он извивается как червяк, пытается вырваться из хватки Веснински, но тот держит его крепко. Конечно, никого резать Нат не собирался, только попугать, но отвечать на злобные фразочки ему не запрещали. Слухи - это лишь исковерканная частичка того, что переживает Веснински каждый визит к Ичиро. Но это знать никому необязательно. Натаниэль не в курсе, откуда пошли слухи и кто доносчик, но когда он выяснит, тут же, без колебаний, прибегнет к ножам, воспользуется ими и вырежет язык этой мрази. — Предупреждаю один раз. Еще хоть слово с твоего поганого рта, и ты будешь растерзан на мелкие лоскуты, уж поверь, я ножами отлично верчу. — Веснински злобно ухмыляется, свободной рукой забирает нож, попутно вставая. Глаза Джениса выпучиваются неимоверно сильно, он полностью уверен, что сейчас его убьют. Нат лишь встает и смотрит сверху вниз на защитника, который замер, ожидая приговор. — Именно на твою сторону я больше никогда не встану. Крутись как хочешь. — Рыжеволосый выпускает смачный плевок на лицо парня и удаляется."

***

— Прекрати летать в облаках. — Из воспоминаний Нила вырывает хриплый голос. Блондин все так же стоял над ним, ожидая ответов. — Нил, поговори со мной. — Я в порядке. — Скажи об этом, когда у тебя срастется хоть одна кость. — Нил наконец поднял голову и рассмотрел непроницаемое лицо Миньярда, — чем тебя пичкали? — Джостен не ответил, но и Эндрю не переспросил. С минуту подумав, Нил подобрал слова. — Эти таблетки, они буквально как обезболивающее, только в стократ сильнее. Твое тело, можно сказать, отделяется от тебя, ты манекен, тупая пластмасса, носящаяся по полю. Принимая их, человек не чувствует боли. Если выпить несколько, то и эмоции пропадают, человек просто существует, ему плевать на все, он следует указаниям. — Эндрю не перебивая слушал. Речь у Нила была не складной и очень медленной, но по его состоянию было видно, что, пока что, ничего лучше не добиться. — Откуда это? — Эндрю выставил указательный палец, он был направлен на шею Нила. Рыжеволосый снова улыбнулся. — Со мной делали много всего. Это та команда, где я был проблемой, трудностью. От меня хотели избавиться, выжать все соки, но я все равно рвался на корт, рвался играть и побеждать. — Джостен попытался прижать колено к груди, но оно начало стрелять неимоверной болью, поэтому парень принял решение не двигаться. — Всех избивали по ходу игры, в перерывах и после, а меня уводили в комнату к Ичиро. — Нил выставил руки перед собой, перевернул их ладонями вверх и принялся разглядывать. — Думаю, ты понимаешь, что происходило день изо дня в этой мерзкой комнатушке. — Даже так, — мысли в голове Миньярда путались, кусочки пазла собраны, картина вырисовывается, но что делать дальше? Как уберечь Нила? — Сейчас тебе окажут первую помощь, дадут все необходимые медикаменты, я не про те, что горой собраны у тебя в сумке, и мы уедем. — Они меня найдут, Эндрю, найдут, какой смыл бежать, если я знаю исход? — Заткни свой рот, я позову врача. — Повысил голос блондин, его знатно выводило, что Джостен хочет пустить все на самотек, хочет отдаться этим мразям.

***

Через шесть часов они были в своей квартире. Ники и Аарон прибежали сразу, как Эндрю сообщил о прибытие. Конечно Аарон пришел к Эндрю, но не показывал этого, используя типичную отговорку: «Ники притащил» Их отношения можно было описать буквально одной цитатой Джонатана Свифта: "Мы достаточно религиозные, чтобы ненавидеть друг друга, но недостаточно религиозны, чтобы любить друг друга." Но да, сейчас совершенно не о их взаимоотношениях. Ники приставал с расспросами сначала к Нилу, потом к Эндрю, но когда вместо ответа на свой очередной вопрос получил взгляд, который приказывал заткнуться, и вправду замолк. А вот Аарон наоборот заговорил, каждый, кто находился в этой комнате, обернулся на "нормального" Миньярда. — У вас, по всей видимости, новые соседи. Не думал, что какие то идиоты, помимо вас, могут выбрать самый верхний этаж. — Соседи? — Не понял Нил, — с чего ты это взял? Эндрю встал рядом с Джостеном, скрестив руки на груди, и, как по привычке, изогнул бровь. — Машина, которую я не видел ранее, стоит на парковке, уж больно дорогая для такого района. Что важнее, сегодня из квартиры напротив выходил незнакомый парень. Не то, чтобы я знал всех ваших соседей, но на этом этаже только вы и старушка, трудно было не обратить внимание на новых жильцов. Сейчас непонимающе смотрел только Нил, а может ему казалось, что только он не может сопоставить все это. Как Аарон оказался у них в квартире? — Я заходил покормить котов, — сказал Миньярд, увидев на лице Джостена непонимание. — Естественно, не по своему желанию, Ники был занят курсовой и всучил мне ключи, которые перед отъездом оставил Эндрю под ковриком нашей квартиры. Хэммик окинул всех извиняющимся взглядом, мол: "простите, что позволил себе такую наглость, поручили мне, переложил ответственность на кузена." — Чуть позже проверим, что они из себя представляют, — бросил Эндрю, — сейчас не до этого, у Нила куча ран, которые надо обрабатывать, а в больнице нам кроме обезболивающего ничего не дали. — Блондин бросил на рыжеволосого такой взгляд, будто в чем то винил. — Мы тебя поняли, нужно сходить в аптеку, Аарон, вперед, — Ники поднялся с дивана, на его лице играла ослепительная улыбка. Аарон цокнул, но все равно последовал за Хэммиком.

Эндрю отошел в ванную, совсем ненадолго, но даже за это время Нил погрузился в омут грязных и жестоких воспоминаний.

***

В последний раз, когда Дженис полез на Натаниэля, он достал нож, с тех пор к нему не лезли так часто, видимо, тринадцатый номер слишком ярко описал события происходящего. Сам Нат и не подозревал, что у него было ружие в тот момент, но Эндрю всегда раскладывал их по карманам брюк и кофт, видимо, в брюки Веснински он попал совершенно случайно, а повязки, которые подарил ему Миньярд, в будущем послужили отличным хранилищем для оружия. Ни один человек из всей команды не рассказал Морияме, что Нат имеет при себе что то. Веснински продолжал вставать на защиту «Ястребов», не раз отхватывал за это, но он чувствовал, что так надо. Нат никогда не думал о том, что однажды, спасая от смерти других, он не сможет уберечь себя. Смерть в любом случае его догонит, она придет внезапно, не предупредив. Как только в голову начинали лезть мысли о скорой кончине, рыжеволосый откидывал их в сторону и концентрировался на том, чем занят. Да, к нему не лезли, чтобы подраться, но та кучка парней, которых, скорее всего, натравил Ичиро, не угомонялась. Все в этой команде спали слишком мало, кто то и вовсе не мог заснуть, прокручивая в голове весь происходящий ужас. Этим кем то был Натаниэль. В одну, почти славную, ночь, его за волосы вытащили из общей комнаты и, заломав руки, насильно утащили в соседнее крыло, где не было ничего слышно. Помимо изнасилования, парни, пользуясь моментом, избивали Веснински. Кровь, куча крови, размазанной по полу. Разбитая губа, тоненькая багровая струйка, вытекавшая из левой ноздри. Окровавленный нож в правой руке и злобная, до жути пугающая улыбка на лице рыжеволосого. Нат стоял на подкошенных ногах, он еле удерживал равновесие, но не прекращал улыбаться, глядя каждому из уебков в глаза. В этот раз Веснински не стал терпеть и в каждый удар старался вкладывать неимоверную силу, такую, на которую только был способен..

***

Звонок, поступивший на телефон Эндрю, заставил Нила обернуться. Это был Ники. — Ники? — Эндрю! Эндрю блять, нет, Нил, похуй, Ники, он умирает. Нил, он истекает кровью, я не знаю, что делать. Никто не знает. Его сбили, сбили у меня на глазах. Мы на соседней улице , пожалуйста, Нил! — Смесь страха и отчаяния, вот что слышалось в голосе Аарона. Джостен немедля подорвался, ему было плевать на стреляющую боль, он просто бежал, бежал вниз по лестнице, не думая дожидаться лифт, бежал на самой большой скорости, которую ему только позволяло тело, лишь бы успеть. Он несколько раз запинается и падает, но быстро вскакивает и продолжает бежать. Сердце больно бьется в груди, намереваясь выйти наружу. Нил уже почти добежал до нужного места, оставалось ещё немного, когда он увидел машины скорой помощи и кучу народа, столпившегося вокруг проезжей части. Он выбегает туда, в самую гущу, но его хватаю под руки полицейские, не позволяя пройти дальше. — Пропустите, уберите руки! Пустите меня, он мой друг! — Кричал он, пинаясь. Высвободившись, Джостен бросается вперёд и падает на землю рядом с Ники, притягивая его к себе. — Эй, эй, Ники, слышишь? Ники, вставай, — шепчет Нил, пытаясь нащупать пульс. — Ну же, ты не можешь так уйти, нет, открывай глаза! — Мы опоздали, Нил. — Доносится сзади голос Аарона. — Нет. — Его пытались спасти, он умер, Нил, отпусти его. — из глаза Аарона капает скупая слеза, но он продолжает тараторить одно и то же хватаясь за волосы, словно мантру, вербуя, прося запомнить и услышать, вбить себе в голову, положить тело его брата на землю, позволить врачам затолкать его в черный мешок и увезти. Нил не слышал больше ничего, он начал делать прямой массаж сердца и со стороны врачей доносится вздохи, все также твердят одно и тоже, что уже всё бессмысленно, но который раз Джостен жмёт ему на грудь и вкачивает воздух в рот. — Не смей! Дружище, давай. — Руки и тело сводит острой болью, но он не отступает и продолжает повторять действия, увеличивая скорость и количество толчков с каждым подходом. Так учила его мать. — Ники, я знаю, что ты меня слышишь, просто очнись. Открой глаза и посмотри на меня. — Голос срывался, сердце билось с неимоверной скоростью. Одна цель, спасти, спасти того, кто ценен, нужен, любим. Нил прерывисто дышит и падает от усталости в лужу крови. Он никого не видит кроме парня, лежащего перед ним и всеми воспоминаниями, что вспыхивают перед глазами. Ники, это лучик солнца, ходячий позитив, который сейчас всех оставляет. — НЕТ! — Выкрикивает Нил и замахивается, со всей силы нанося удар в грудь Хэммика. Кто-то начинает кричать со стороны, и только потом Нил понимает, что кричит это он сам. Парень с трудом поднимает свое тело и наносит ещё один удар кулаком, а затем падает на асфальт рядом с Ники, когда слышит, как тот втянул воздух через рот, и его грудь резко поднялась, впуская кислород в лёгкие. Джостен смеется. К ним подбегают доктора, и снова начинается суматоха. Крики заполняют улицу. Парня уносят на носилках, надевая кислородную маску. Нил не понимает, в какой момент скорая удаляется, а рядом с ним оказывается столько людей, будто он сам пострадал. К нему опускается Эндрю, который взялся не пойми откуда, и легко приобнимает за плечи. — Всё хорошо, хорошо, Нил. Ты спас его. — шепчет он ему в волосы, и тот просто кивает. — Пойдем, нам нужно с ними в больницу. — Миньярд помогает Нилу подняться и они вместе с Аароном садятся в полицейскую машину. Копы любезно согласились их подвезти.

***

Ники находился в палате еще без сознания, к нему никого не пускали, поэтому парни устроились на диванчиках в коридоре. Эндрю пялил в одну точку немигающим взглядом, Аарон крутил в пальцах брошюру, взятую с журнального столика, а Нил пытался понять, как Ники не заметил машину. Спустя неопределенно количество времени, "нормальный" Миньярд нашел, что сказать: — Это была та дорогущая машина новых жильцов, при виде меня водила и не думал тормозить, но когда Ники откинул меня в сторону, я услышал отчетливый лязг тормозов. — Нил повернул на него голову, склонил немного в бок и принялся ждать, пока парень продолжит. — Мы переходили дорогу, когда из за угла вылетел джип, Ники схватил меня за рукав и откинул назад, но сам не успел и с места сдвинуться, его тело так отлетело.. — Джип? - Переспросил Джостен. Аарон кивнул и принялся рассматривать свои ладони. Рыжеволосый тут же подорвался с места, но не успел сдернуть, Эндрю перегородил ему путь. — Оставайтесь тут, мне нужно кое что решить, — почти выплюнул Нил, но Миньярд не сдвинулся с места. — Эндрю, это действительно важно. — Насколько? — Эндрю. Миньярд отодвинулся, но смерил Нила испытующим взглядом, Джостен благодарно кивнул и рванул к выходу, не обращая внимания на боль в каждой клеточке тела.

***

Кто сейчас откроет ему, парень не знал, но что точно, это могут быть люди Ичиро. За все прошедшие годы он не замечал ни одной низкой машины у них, это буквально как фишка Мориямы, дорогие и огромные. Три удара и дверь отпирается. Перед ним стоит тот, кого стоило ожидать меньше всего. — Здравствуй, Натаниэль, — произнес Ичиро с легким акцентом. «Натаниэль», — мысленно повторил Нил. — Господин, почему вы здесь? — Бред нападать просто так, Ичиро не такой глупый, но, все таки, и не Эйнштейн. — Лучше ты мне ответь, — процедил японец, — ты сбежал, опять, как думаешь, почему я здесь? — Могу ли я зайти? — Нет, — твердо ответил Ичиро, — поговорим тут. — Нил мельком уловил сзади Ичиро чей то силуэт. Это что, Дженис? — Моего друга сбили, он до сих пор без сознания. — Джостен включил актерскую игру, на которую все всегда велись, был шанс, что и Морияму можно завербовать. Нил облокотился на стену, закрыл лицо руками и полз вниз. — Что за несправедливость.. — Рыжеволосый сымитировал всхлип. Морияма подтянул Нила на себя и кротко обнял. Каким бы грешником не был Ичиро, он, наверное, даже сам удивился своему действию. — Натаниэль, милый мальчик.. — Промурлыкал Ичиро. Сработало, конечно, блять, сработало. Нил резко оттолкнул японца в сторону и ввалился в квартиру. Посреди комнаты стоял Дженис. — Воуу, ты и песика с собой притащил, — Нил, нет, в данный момент это был не Нил Джостен, а Натаниэль Веснински. Скандалист и манипулятор со злобным оскалом, который может без сожаления пробить череп любому, но сделать это так, чтобы человек не умер. Он не отец. — Будь так любезен, Пидор Ичиро, объясни какого хуя происходит, — Нат оголил верхний ряд зубов. — Как ты меня называл? — Лицо Мориямы приняло нечеловеческий вид, видно, ему еще никто так не грубил. — А ты у нас, получается, глухой? Нахуя тебе нужен был Аарон? — Аарон? — Подал голос Дженис. — Ты еще тут? — Лампа, стоявшая на тумбе, тут же была опрокинута, Нат схватил осколок и бросился на Джениса, — у тебя тоже не все в порядке, прямо сейчас я нахуй перережу твою глотку, чтобы больше ни один писк из этого поганого рта меня не потревожил. — Веснински вывернул голову на сто восемьдесят градусов, чтобы видеть Ичиро. — Слезь с него, живо! — Начал приказывать Морияма, но Нат не слушал. — Ты дохуя из себя стоишь, да и ты, тоже, — взгляд Ната был снова обращен на тринадцатый номер. Он сделал царапину осколком, тянувшуюся от скулы до яремной ямки. — Да не всрался нам ваш Аарон, мы думали это Эндрю, твой вшивый пес, не отходивший от тебя ни на шаг. — Завизжал Дженис. Веснински снова выкрутил голову, смотря только на Ичиро. Он быстро соскочил с Джениса и рванул к Морияме. Пользуясь моментом, в котором японец не успел среагировать, Нат запрыгнул на него и принялся сжимать горло так сильно, как только мог. Лицо Ичиро покраснело. — Ты, сука, ублюдок. Что тебе, блять, от меня надо?! Я выплатил долг, договор был основан только на этом, — Нат не кричал, но говорил с безумной агрессией. — Я еще раз спрашиваю, что тебе, блять, от меня надо? Ичиро открыл рот, но не смог произнести ни слова, ему было недостаточно воздуха, а Нат все равно не расслаблял хватку. — Съеби, мудила, ты явно пожалеешь, что приехал сюда, — обратился Веснински к Дженису , и тот послушно вылетел из квартиры. Нат отпустил Морияму, встав у стены. Ичиро тоже поднял себя и принялся растирать горло. — Зачем тебе нужно было вредить Эндрю Миньярду? Идиоты, перепутали его с Аароном, как же нелепо! Если бы этого не произошло, Ники бы не пострадал. Я его еле откачал. Но если бы он умер, ты бы отправился на тот свет следом. — Не смей мне угрожать, — цедит Морияма и срывается с места, приставляя тот же осколок от лампы к горлу рыжеволосому. — Ты ничтожество! Пустое место, которое повелось на Миньярда. Ты доверился тому, кто и взгляда твоего не достоин. Позволяешь ему беспрекословно целовать тебя, касаться... Что он такое сделал для тебя? Почему ты позволяешь этому вшивому псу всё это?! Нат улыбается и закидывает голову назад, но буквально через секунду перехватывает осколок, и направляет на Ичиро. Теперь кончик смотрит на Морияму, а кровь скатывается тонкими струйками с рассеченной ладони. — Какая тебе разница? Что ты вообще хочешь? Я не понимаю.. Ичиро морщится и вскидывает голову. Он будто набирается сил, перед тем как дать ответ и когда произносит его, Нат делает рывок и ударяет осколком в стену, прямо рядом с ухом японца: 一 Еще раз! — Тебя. — Ты ведь не серьёзно? Что значит меня? Думаешь присвоил меня себе, думаешь я твоя вещь? Да ты, сука, все пять месяцев издевался надо мной как мог, ты запугал абсолютно всех, но не меня. — Натаниэль грозно улыбнулся, — не думай, что я боюсь тебя, твоих людей или того, что ты можешь меня убить, все выполнено по договору, который ты, напоминаю, подписал сам, у тебя больше нет полномочий на меня, так что, пожалуйста, ПОЖАЛУЙСТА, отъебись и не цепляйся ко мне. Ичиро рычит и прикрывает глаза, сжимая руки в кулаки. Его голос глухо звучит в разряженном воздухе: — Я сказал тебе правду. — Тогда мне тебя жаль, — качает головой Веснински, искренне поражённый этими словами. — Сейчас я счастлив, Ичиро. — Нат отстраняется, — убить я тебя не убью, а вот покалечить могу, но не будут, при условии, что ты больше ни на шаг не подойдешь к моей семье. Ичиро вскинул брови и расхохотался. — Ты явно ни во что меня не ставишь, Натаниэль. Я убью их всех, понимаешь, убью, ты будешь мучиться так сильно, что сам приползешь ко мне. — Валяй, но не забудь и меня прикончить, пока я не выдал всю необходимую информацию ФБР. — Натаниэль еще раз сверкнул улыбкой и вышел.

Он больше не боялся, не трусил и не бежал, если ему суждено умереть от рук семьи Морияма, пусть так и будет, но он не позволит им продолжать свое дело.