The Aftershow

      Атмосфера за сценой всегда отличалась от атмосферы во время выступлений. Тойя всё ещё привыкал к пению и иногда даже танцам с кем-то, кроме Акито. Но, к счастью, все казались достаточно отзывчивыми.       Говоря искренне, он был так рад, что познакомился со всеми.       — Ты как? — послышался знакомый голос, когда кто-то похлопал его по спине.       — А, Акито. Я… Слегка нервничаю, но хочется поскорее выступить, наверное. Мы уже давно не пели по отдельности… Не знаю, чего ожидать, особенно учитывая, что это соревнование и всё такое… — ответил Тойя, поворачивая голову в сторону, чтобы взглянуть на партнёра.       — Чувак. Слишком уж не переживай, и всё будет нормально, как и всегда, — тот помолчал. — А, и не забудь ещё следить за выражениями лица, а то отключаешься, когда один поёшь, помнишь? — рыжеволосый обошёл большую запасную колонку, на которой сидел напарник, и встал лицом к нему. — Ну да ладно. Давай, подвинься, — добавил он, легонько толкая парня, чтобы на колонке хватило места для них двоих.       — Ох, точно. Извини. И спасибо. Ты всегда так заботишься обо мне, даже когда мы соревнуемся против друг друга. У меня такое ощущение, что я тебя не заслуживаю, знаешь, — пробормотал парень, перебирая бутылку с водой в руках. Он на секунду остановился, видимо, задумавшись о чём-то, а затем предложил бутылку Акито, на что тот покачал головой в качестве отказа, а после ответил:       — Эй, я же в первую очередь твой напарник, а не соперник, так? И мы уже говорили об… этом. Не надо каждый раз себя накручивать из-за подобной фигни, — он также забрался на колонку, поудобнее устраиваясь рядом с Тойей, а затем обвил его рукой. — Так вот. У меня есть одно деловое предложение. Что скажешь? — добавил он, успокаивающе поглаживая его по плечу.       — Угу, я слушаю, — прошептал синеволосый, укладывая голову на его плечо и почти моментально расслабляясь от чужих прикосновений.       — Как насчёт пари? — спросил он, скрывая своё волнение за лукавой улыбкой.       — М-м-м?       — Давай так… — он глубоко вдохнул и немного повернул голову, чтобы прошептать Тойе на ухо, — …если я выиграю, ты позволишь мне взять тебя.       Слова соскочили с губ слишком быстро.       Тойя полностью напрягся.       — А—       Что он только что—?       — Акито? — он взглянул на него своими ошеломлёнными серыми глазами, потеряв дар речи. А Акито впитывал каждую его эмоцию, и какая-то его часть даже жалела, что он не захватил с собой камеру, ведь в кои-то веки Тойя был настолько выразительным.       Что он имел в виду под «взять»? Типа, на руки?       Да, Акито выглядел вполне обычно. Он точно просто не так понял. Его партнёр бы никогда—       — Что такое, Тойя? Мне повторить? — спросил рыжеволосый, крепче сжимая напарника, при этом широко ухмыляясь. — Ладно тебе, расслабься.       — Ах, я— Нет, но— Точно, расслабиться… Но погоди, что если— Акито…? — Тойя сделал вдох в попытке собрать скомканные мысли. — Что если я выиграю…? — всё ещё не оправившись от шока, его мозг смог выдать только один нормальный ответ, на случай, если он действительно просто не так понял.       — Ну, есть что-нибудь, что ты от меня хочешь?       — Я так не… думаю? — нахмурился тот.       — Значит, позже с этим разберёмся, окей? — проговорил Акито, спрыгивая обратно на пол.       — Ладно, — всё ещё озадаченно ответил Тойя.       — Ну что ж, удачи тебе, партнёр, — парень вновь похлопал его по спине и направился к главной сцене, позволяя своему напарнику спокойно разобраться в мыслях.       — …Удачи.

***

      Он обязан победить.       Крики ликующей толпы в некоторой степени успокоили его.       Он не мог позволить себе ошибиться, не сегодня. Его выступление должно быть безупречным.       Акито оглянулся через плечо, и взгляд смягчился, встречаясь со взволнованными серыми глазами, смотрящими на него. Он улыбнулся, и такая же улыбка на пару с кивком в ответ придали ему достаточно смелости, чтобы стереть всё оставшееся беспокойство.       Ну, по крайней мере, пока что.       Сделав последний глубокий вздох, он покрепче сжал микрофон в руке и шагнул вперёд.       Да, он однозначно обязан победить.

***

      Прогулка обратно казалась такой же обычной, как и всегда. Будто ничего и не случилось. Они решили отправиться к Шинономе, чтобы «отпраздновать» его же победу. Да и Тойя в любом случае обещал остаться на ночёвку.       Оба, видимо, затерялись в собственных мыслях. Акито разбирал и свои ошибки, и ошибки напарника, подбирая необходимые способы, что смогут помочь улучшить их выступления, а синеволосый находил спокойствие в звуках мелкого дождя и шагов, думая о том, как сильно гордится своим партнёром, и каким же внимательным был Акито, раз взял с собой зонтик.       Обстановка вокруг даже не была неловкой, наоборот — довольно приятная, несмотря на произошедшее. Благодаря этому, Тойя был точно уверен в том, что всего лишь неправильно понял Акито. Поэтому, самым очевидным решением было разобраться с этим делом как-нибудь потом, и просто наслаждаться прогулкой по тускло освещённым улицам.       А Акито… Другая часть его разума непрерывно анализировала все плюсы и минусы предстоящих событий. С одной стороны, хотелось действовать, пока это возможно. Но с другой… Он знал, что позже точно об этом пожалеет, так потом, скорее всего, ещё и накрутит себя. — Но будет ли себя накручивать Тойя…? — Если что-то пойдёт не так, они просто договорятся, как почти всегда и происходит. По крайней мере, Акито надеялся на это.       Но переживания ведь ни к чему не приведут, верно? Поэтому он решил сделать то же, что и в любой другой раз — проигнорировать их.       И вот так, он стал тем, кто нарушил тишину:       — Предлагаю пересмотреть запись с выступления, как только доберёмся до дома, надо же всё-таки навыки улучшать, — и помимо этого, ему просто хотелось снова послушать «Cinema» в исполнении Тойи: голос его партнёра был слишком уж мягок для того, чтобы не хотеть переслушивать его кавер снова и снова, даже несмотря на то, что песня технически была его. — У тебя же она есть, так?       И пока да, зрителям не позволяли использовать камеры в большинстве лайвхаусов, у парней были свои способы, позволяющие это обойти. По началу, это была инициатива одного лишь Акито. «Всё ради практики», — говорил он тогда, и с чего бы Тойя не стал его слушать? Акито в любом случае был прав.       — Хорошая идея. И ещё, думаю, нам точно стоит выпустить твой кавер на «Ame to Petra». Твой голос очень подходит под неё, я даже не удивлён, что ты победил. Да и мне как-то неловко от того, что только у меня есть официально выпущенное соло. Конечно, есть съёмка с сегодняшнего выступления, но это другое, и вряд ли у меня вообще есть право его публиковать, — сказал Тойя, улыбаясь. Он был такой радостный, кажется, даже безо всякой причины. Он всегда был таким рядом со своим партнёром.       — М-м, подумаю над этим. Просто… Не хочется оказываться в центре внимания. Я хочу, чтобы люди слушали именно тебя, когда будут искать песню, — Акито ответил, пытаясь найти что-то в карманах. — Твою мать… Подержи-ка секунду, — он передал зонтик партнёру, и тот поднял его над их головами, пока они оба замедлили шаг.       — А? Ты ключи ищешь? Тебе зачем, никого нет дома, что ли? — он спросил, глядя на руки парня почти что… тревожно? Он всё ещё отрицал возможность того, что слова Акито несли совершенно другой смысл. Только вот всё выглядело подозрительно спланированным для того, чтобы быть обычным совпадением.       Ох, ему не хотелось это испортить. Чем бы «это» ни было. Ему и правда следует дать своему партнёру преимущество сомнения и перестать обращать внимание на смущающие мысли.       Щёки слегка запылали, поэтому он ущипнул себя свободной рукой, пытаясь привести мысли в норму.       — Ага. Эна на ночёвке со своей группой, а родители… В какой-то поездке или где там, мне как-то до лампочки. Просто неловко будет стоять у двери, пока я ищу ключи. Не хочу, — проговорил Акито, решительно рыская по карманам, чтобы наконец найти нужный предмет. — А, вот и они. Давай, ещё две минуты, и будем дома, — оживлённо оповестил он.       Синеволосый вновь взглянул на него и пробормотал что-то о том, что будет нести зонтик всю оставшуюся прогулку, на что тот похлопал его по спине — в знак благодарности, — и они вновь ускорили шаг.       — М-м-м, это… Я немного устал… Может, мы могли бы отложить просмотр записи до завтра?.. — спросил Тойя с проблеском надежды во взгляде, когда они дошли до входной двери.       — Уже устал, хах? Ну, если я правильно помню, то победа досталась мне, верно? А это значит, что ты всё ещё должен мне кое-что, — спокойно ответил Акито, перебирая ключи в попытках найти нужный. И как только нашёл, он открыл дверь, впуская своего растерянного партнёра внутрь, а затем запирая дверь вновь.       Подождите, и как Тойя должен был ответить?       — Да, точно… Знаешь, было так странно услышать подобную просьбу, особенно от тебя. Тебе это для чего? — наверное, уж лучше перестраховаться, чем потом пожалеть. Ему совсем не хотелось, чтобы его напарник внезапно возненавидел его. И хотя да, щёки всё же покраснели, но… На улице было довольно-таки холодно и ветрено, Акито бы точно предположил, что это и являлось причиной румянца…?       И всё же, он бы так сильно разочаровался…       — Чего? Что ты имеешь в виду? — впервые именно Акито был тем, кто звучал изумлённо.       — Взять меня на руки. Я про это, — Тойя ответил со своим обычным пустым выражением лица, снимая ботинки.       — «На руки»…? — пробормотал тот, снимая обувь вслед за ним.       Не может быть…       — Тойя, ты… — Акито со смешком остановился и всмотрелся в лицо парня. — П-ф-ф, просто, давай, пошли в комнату, — он отставил обувь в сторону, хватая рукав напарника, чтобы потянуть его за собой.       Нет-нет, у Тойи только что были красные щёки. Тойя правильно его понял. Он был уверен.       — А—? Погоди, не обязательно меня тянуть, — тот рассмеялся, позволяя партнёру оттянуть себя.       — Ага, конечно. Ты же мне сказал, что устал. Мне что, нельзя помочь своему бесценному напарнику? — парень усмехнулся, открывая дверь в свою комнату и вваливаясь внутрь.       Тойя закатил глаза, чувствуя, как рукав наконец отпустили.       — Да ладно уж. Спа… — он отступил от двери, в то время как его партнёр сделал шаг к нему. — Что ты делаешь?       С каждым сделанным Тойей полушагом назад, Акито делал шаг вперёд. Так продолжилось до тех пор, пока его не прижали к только что закрытой им двери, выбивая весь воздух из лёгких.       — Что-то не так, Тойя? — с издёвкой спросил рыжеволосый, видя его смущённое лицо; одна рука была у головы его партнёра, пока другая уже проскальзывала ему за спину. Он улыбнулся лёгкому (но всё ещё заметному, учитывая, насколько близко они к друг другу) румянцу, растекавшемуся по обычно бледным щекам парня.       — Ах— Я… Просто, эм… Личное пространство…? — невнятно проговорил тот, поворачивая голову набок и стараясь хоть как-то уменьшиться в попытках свободно вдохнуть, взглядом встречаясь с ладонью прямо рядом с ним.       Щёлк.       Оу…       Это же был замок, да?       — Тойя, мы оба знаем, что ты правильно меня понял, — Акито перешёл на шёпот. Он переместил руку, которой — просто на всякий случай — запер дверь, на нижнюю часть живота парня и стал потирать вверх и вниз, чувствуя, как напрягаются мышцы под его прикосновением. — Тойя, посмотри на меня.       Тот послушался почти сразу, вновь поворачивая голову, только в этот раз лицом к напарнику.       — Я думал— Ты… Ты не шутил…? — спросил он, всё ещё пялясь на пол, чтобы избежать зрительного контакта.       Это не может не быть сном.       — Я… Тойя…? Давай, посмотри на меня, — Акито чуть пригнулся, пробуя поймать взгляд напарника. И когда ему это наконец удалось, он продолжил. — Теперь насчёт пари.       Ох, и как Тойя вообще попал в эту ситуацию, напомните?       Синеволосый громко сглотнул. Опустил голову настолько, что пряди прикрыли глаза. Затем моргнул, затем моргнул ещё раз, пытаясь как следует переварить происходящее.       Это и было тем самым «потом», да? Если подумать логически, то у этого будут последствия. Но тут вся ситуация была не совсем уж логичной. Она, в первую очередь, даже настоящей-то не ощущалась. Но не то чтобы он был против, это ведь Акито… К тому же, он уже ощущал предвкушающий трепет, от которого кровь кипела в венах, и касания руки ощущались невообразимо приятно, и он сам на это всё согласился, хоть и думал, что это лишь его разум выкинул какой-то трюк, и всё же…       Не видя, кажется, никакого сопротивления, Акито упёрся коленом ему в ляжки, разводя их в стороны, а после проскользнул им между них, вызывая у того вздох.       — Хах—       — Ты же мне позволишь, правда, Тойя? — спросил он, будучи почти уверенным в ответе. Затем медленно прошёлся ладонью от его живота до груди, упиваясь его учащённым сердцебиением, а после к мягким, пурпурно-голубым волосам на голове, слегка массируя кожу пальцами и позже чуть оттягивая за пряди, заставляя партнёра встретиться с ним взглядом.       — Акито, я…       Тот прильнул к его груди своей. Тойя мог почувствовать, как бьётся сердце Акито, когда его придавили ещё сильнее. И на душе было так по-странному спокойно — находиться в его руках.       Определённо слишком хорошо для того, чтобы быть реальностью.       Дразнящее давление от колена между ног, грудь, прижатая к его собственной, ощущения и чувства, в которых он уже тонул с головой.       Но, опять же, Тойя знал, что это не сон. Невозможно, чтобы это было сном. Все подобные сны, которые ему снились, никогда не были настолько яркими. Да, иногда бывало, что он просыпался с определённой проблемой, спровоцированной определённым кое-кем, но всё решалось холодным душем. Было такое ощущение, словно если это каким-то образом всё же окажется сном, обычный способ тут не помог бы.       Если «это» пройдёт хорошо, и Акито не изменит своего мнения. О нём. То и душ ему больше не понадобится, разве нет?       Поэтому какая разница, он просто будет надеяться на лучшее.       Тойя неуверенно кивнул — слава богу, что он это сделал, — и это всё, что нужно было Акито для подтверждения.       Он втянул Тойю в поцелуй и, поддразнивая, стал слегка посасывать нижнюю губу. Затем начал двигать коленом, потираясь о его пах, что заставило того удивлённо вдохнуть. Акито воспользовался возможностью и скользнул языком внутрь, вылизывая чужой рот, периодически причмокивая губами. У него не было никакого опыта в этом, да в целом, у них обоих не было. Но он и впрямь планировал это, поэтому, ещё даже до того, как определиться с точной датой исполнения своего плана, он просмотрел необходимые видео.       И это, видимо, принесло свои плоды: Тойе казалось, словно он задыхался от этого сладкого-сладкого наслаждения, что дарил ему партнёр. Поэтому он позволил себя поцеловать, не смея отстраняться.       — Нгх, Акито… — проскулил он, когда пришлось разорвать поцелуй, чтобы вдохнуть воздуха, а затем уложил голову на плечо напарника. Ноги дрожали, а настойчивые движения чужого колена не помогали совсем. От этого кружило голову, но было слишком хорошо для того, чтобы просить Акито остановиться.       И вообще, возможно ли потерять сознание от…       — Доверься мне, — проговорил рыжеволосый, теперь толкаясь коленом вместо того, чтобы просто тереться.       Синеволосый стал тяжело дышать, пытаясь прикусить свитер партнёра, чтобы приглушить любые неприличные звуки, что так и рвались наружу. Разумеется, Акито уже дозволялось слышать, как он «стонет», если можно было считать зевки или негромкие вскрики при ушибах какой-то части тела. Вот только учитывая контекст, если он позволит себе издать хоть какой-нибудь звук, это будет ещё более неловко.       — Эй, Тойя? — окликнул Акито, но парень проигнорировал его. Слишком уж он был погружён в удовольствие, которое почти никогда себе не позволял.       Акито чуть грубее надавил коленом, давая ему возможность чуть подольше насладиться этим ощущением, и тот запрокинул голову назад, с глухим стуком ударяясь о дверь, пока он внимательно наблюдал за каждым его движением.       Поизучав выражения лица напарника ещё несколько секунд, Шинономе остановился.       — П-почему…       Неужели он… сделал что-то не так?       Тойя растерянно взглянул прямо ему в глаза. Тот, вместо ответа, поднёс руку к его щеке, смахивая влагу, а затем прильнул ближе, мягко целуя. Он проигнорировал то, как парень открыл рот в безмолвном приглашении, взамен нежно лизнув чужие потрескавшиеся губы.       — Просто хотел сказать, что ты тоже можешь двигать бёдрами. Так будет даже приятнее, — он оставил поцелуй на шее и надавил на ноги, раздвигая их ещё шире, чтобы было свободнее двигаться. — Ну, Тойя, давай.       — Я… — тот судорожно выдохнул, слишком сильно смущаясь для того, чтобы двигаться самостоятельно. Он будет напоминать какое-то животное — настолько безнадёжный, что уже готов тереться о ногу собственного партнёра… Но с другой стороны, Акито сказал, что так будет ещё приятнее. Тойя и без того уже полностью потерялся во всех этих ощущениях, и всё же…       Акито продолжал неподвижно стоять, поэтому, нерешительно, парень попробовал потереться пахом о его колено, вздрагивая от соприкосновения ещё сильнее, чем до этого.       — О г-господи, — жалобно простонал он, слегка выгибая спину. В этот момент было ясно, что его маска вечного спокойствия уже давно разбилась, и Акито наслаждался этим. Наконец-то его дорогой партнёр, в некоторой степени, в его власти.       Он решил помочь, возобновляя свои толчки, пока всё тело Тойи не стало дрожать. Вместе они нашли устойчивый ритм — Шинономе надавливал коленом на чужой стояк, а тот толкался навстречу как только мог, пока дрожащие ноги кое-как поддерживали даже собственный вес.       Это ощущалось бесподобно. Гораздо лучше, чем какой-либо из снов Тойи. Он так и не понял, что же он такого сделал, чтобы заслужить это. Акито, его партнёр и лучший друг, который спас его, который всегда ставил его потребности выше своих. Даже сейчас: они оба знали, что Акито победил, что напарник дал ему своё согласие, и что он мог, технически, взять Аояги прямо сейчас, у двери, если хотел. Но он этого не сделал. Он подстроился под чужой темп, при этом всё ещё получая своё, заставляя его терять разум от невыносимых ощущений. И это было слишком, слишком—       — Нет, нет, я— Я не могу… Я— — Тойя всхлипнул, когда по телу прошёлся сладкий разряд тока, а ноги чуть не подкосились. Он уложил голову обратно на плечо Акито, случайно намачивая мягкую ткань свитера слюной и при этом отчаянно продолжая двигаться.       — Всё с тобой будет в порядке, — усмехнулся тот. Ладонями он схватил его за талию, направляя чужие бёдра с ещё большей силой и помогая парню устоять на месте. У Тойи перехватило дыхание, и он вцепился руками в его плечи, сильнее выгибая спину.       Акито отцепил одну из рук, вместо этого обхватывая запястье, которым Тойя держался за то же плечо, где и лежала голова, а затем осторожно прибил его к двери, прижимаясь грудью ещё ближе, чтобы поддерживать партнёра на весу. От такой близости жалобные вздохи Тойи удавалось слышать ещё громче.       Акито всегда обожал голос своего напарника, имея честь выступать вместе с ним. Правда сейчас, когда Тойя пел лишь для него одного, хотелось, чтобы так было всегда.       И его руки… Изящные, тонкие, и вправду подходят для пианиста, как бы иронично ни звучало. Он бы точно смог провести целый день, просто поглаживая их.       Шинономе поцеловал его в макушку, разводя чужие ноги в стороны ещё чуть-чуть. Синеволосый весь содрогался, а бёдра тряслись с каждым толчком, поэтому Акито предположил, что тот был уже близко. Движения колена прекратились, вместо этого просто поддерживая парня. Другой рукой он потянулся к чужому лбу, упираясь в него костяшками, а затем немного отталкивая, заставляя парня стукнуться головой о стену и посмотреть на него, пока он мягко улыбался.       — Пожалуйста… — слёзно попросил Тойя, двигаясь бёдрами вперёд, не справляясь без помощи партнёра.       — М-м, Тойя? — ответил тот, возвращая руку на его талию, удерживая парня на месте, а улыбка из мягкой превратилась в лукавую.       Как только Шинономе оставил его лицо в покое, синеволосый вновь уткнулся ему в плечо, скрывая своё смущение.       — Ты можешь… Акито— Я почти… Ты— Ты знаешь, что я хочу, — проскулил он, голос звучал тихо и приглушённо. Акито переплёл их пальцы, и пришлось держаться за его свитер лишь одной рукой.       — Нет, я правда не знаю, может, скажешь? — пропел рыжеволосый, явно дразня его. — И перестань уже прятать своё лицо, ну. Тебе это ничего не даст, — добавил он, легонько потряхивая плечом, чтобы парень вновь поднял голову.       — Акито. Ты знаешь, что я хочу, — в его голосе слышались притворные злость и раздражение, но даже так, он звучал жалко. Слишком томно для того, чтобы и впрямь иметь это в виду. И эти самодовольные оливковые глаза, которые, вероятно, сейчас смотрели прямо на него, не помогали совсем.       Он подождал несколько секунд и поднял взгляд с плеча Акито, недовольно уставившись на него, что лишь подтвердило его подозрения, когда их глаза встретились, вот только его партнёр не сдвинулся и на сантиметр, вместо этого шире ухмыляясь.       Тойя подождал снова, а потом всё же с поражением вздохнул и пробормотал:       — Я— Ну… М-можешь, эм… Можешь перестать меня дразнить, пожалуйста?.. — он ответил настолько расплывчато, насколько это возможно. Учитывая то, как сильно горело лицо, он всего лишь пытался уберечь себя от ещё большего смущения.       — Да, конечно, — тот сказал со смешком. Он поднял руку, хватая рукав напарника. — Но сначала хочу кое-что попробовать.       А теперь возвращаясь к его восхитительным запястьям…       Акито поднёс его руку ближе к лицу. Затем второй рукой закатил его рукав, оглаживая кожу.       — Подо— Как… Т-ты—       Он прижался губами к пульсирующей вене, и Тойя мог только откинуть голову назад, прикрыв рот тыльной стороной ладони и тихо постанывая в неё. А рыжеволосый ухмыльнулся — Акито серьёзно опять ему ухмыльнулся, — своими оливковыми глазами ловя взгляд полуприкрытых серых.       Он, должно быть, уже выглядел таким разгорячённым, ничего не соображавшим, хотя его партнёр ничего толком с ним и не сделал. Он лишь продолжает всё сильнее и сильнее смущать самого себя сегодня.       Акито обхватил пальцами руку, что закрывала рот напарника, медленными и осторожными движениями оглаживая сухожилия. Затем языком прикоснулся к запястью, которое держал изначально, обводя каждую бледно-синюю венку и наблюдая за тем, как живописно закатываются глаза партнёра и как он мечется на месте, отчаянно сжимая своими ногами чужую ляжку меж них.       Джекпот.       О-о, как же Тойя его заводил, это было невыносимо. Так он ещё и оказался прав в своём предположении о чувствительных запястьях напарника, что тешило его эго ещё больше.       Тойя и сам, казалось, поражался собственной реакции. Он знал, что его руки всегда были чувствительны, особенно запястья, но чтобы его партнёру знать об этом? Он всегда уворачивался от прикосновений, когда кто-то трогал его руки, это просто ощущалось странно. Крайне странно. Но теперь, когда Акито был тем, кто трогал его, ох, он будто сходил с ума.       Шинономе перестал донимать чужое запястье своим языком, вместо этого просто растирая кожу, повторяя движения второй руки. Его так сильно забавляло это, казалось бы, невинное занятие. Ещё и его партнёр творил с ним чудеса — его выражения лица, то, как постоянно дрожало его тело… Абсолютно завораживающе.       Он надавил большими пальцами ещё сильнее, и коленом почувствовал, как дёрнулся чужой член. Поэтому он пожалел парня, отпуская одно из запястий и накрывая ладонью выпуклость на штанах. Отчаянный звук, что издал его партнёр, был музыкой для его ушей. И, инстинктивно, зная, что сейчас его ничего не сдерживает, Тойя толкнулся бёдрами в руку.       Вдруг ещё более блестящая идея посетила голову Акито.       Он поднёс руку, которую всё ещё держал, ко рту, и засосал кожу прямо там, рядом с пульсирующей венкой, оставляя небольшую красную метку. Затем вскинул взгляд, встречаясь с широко раскрытыми глазами напарника, и опять ухмыльнулся, обнажая свои клыки, прежде чем захватить больше кожи, в этот раз кусая.       — О Боже. Акито— Пожалуйста… Я—       Рыжеволосый отстранился, оставляя руку бедного парня в покое, только вот сразу после этого вернул пальцы на место, потирая появившийся след. Запястье ощущалось чуть ли не раскалённым под большим пальцем Акито, а тело дрожало ещё больше, с неимоверной скоростью приближаясь к разрядке из-за прерванного предыдущего оргазма. Тойе оставалось только молиться, что его партнёр будет достаточно добр и наконец позволит ему—       — Я бы с радостью, Тойя, честно. Просто… — тот переместил руку с чужого паха наверх, к животу, останавливая его телодвижения и отклоняя его просьбу во второй раз за эту ночь. Однако, движения второй руки он не прекратил, вместо этого обводя маленькую, слегка выпирающую гороховидную косточку, а затем возвращаясь к чувствительному месту, поглаживая кожу уже там.       Если бы Тойя кончил только лишь от этого… Ну, Акито бы отдал ему должное.       — Мне… Мне не хочется, чтобы всё так быстро заканчивалось. К тому же, мы всё ещё не исполнили твою часть пари, — он договорил, немного отходя от двери. Правда, он тут же пожалел о своём действии, чувствуя, как чужое тело двинулось вслед за ним.       Он поймал Тойю в свои объятия прежде, чем тот смог упасть, и упёрся рукой о дверь, чтобы сохранить равновесие. Акито мог почувствовать, как быстро колотится сердце напарника в его грудной клетке, и раз уж парень больше не пытался двигать бёдрами, Акито запустил руку в его волосы, успокаивающе перебирая пряди, но всё ещё держа запястье Тойи в другой ладони.       Тот всхлипнул, рвано дыша.       — Ш-ш-ш, всё… в порядке. Тойя, я тут, хорошо?       Он чувствовал маленький укол вины за то, что заставил своего любимого напарника захлёбываться в переполняющих ощущениях, но, опять-таки, Тойя бы сказал, если бы он с чем-нибудь переборщил.       Ну, по крайней мере, он надеялся на это.       Тойя же… сказал бы, да?       Он уложил голову Тойи себе на плечо — им обоим, похоже, уж слишком полюбилась эта поза, — продолжая поглаживать его волосы. И, наконец отпуская его руку, Акито в утешительном жесте провёл ладонью по его спине, безмолвно извиняясь.       — Нам надо на кровать. Можно тебя понести? — спросил он, высвобождая колено из чужих ног. Синеволосый кивнул, мыча приглушённое «м-мм».       Он почувствовал, как напарник обвил его шею руками, и принял это за знак, чтобы поднять его. Он чуть подвинулся, чтобы подхватить Тойю за ляжки, а тот замкнул ноги за его спиной, когда они оба вздрогнули при соприкосновении.       Акито осторожно уложил его на кровать, заправляя ему прядку светло-голубых волос за левое ухо. Он был околдован тем, как чужие волосы растекались на подушке, пока он нависал над парнем, вновь пристраивая колено у него между ног.       Тойя почувствовал, как рыжеволосый провёл рукой по внутренней стороне его бедра, и Шинономе воспользовался случаем, чтобы укусить там же, не причиняя боли своими острыми зубами благодаря грубой ткани.       — Ладно, ты… знаешь, как это работает? — спросил он, передвигаясь от его бедра к лицу. Он чуть раздвинул чужие ноги, опираясь вторым коленом прямо рядом с первым, чтобы было легче поддерживать себя.       — Ну, я… Не очень?.. Я-я никогда не занимался чем-то таким. Т-только… кое-чем другим— Я… это нормально, да?.. Ты не… разочарован? — Аояги заметно нервничал, бормоча себе под нос и избегая взгляда напарника.       — С чего бы? Расслабься. Я буду тебя направлять, м? Я, э-э… Просто… Просто доверься мне, хорошо? — сказал Акито и, как только напарник кивнул, приблизился за поцелуем. Тойя с жадностью целовал в ответ, лихорадочно прижимая их языки друг к другу.       Когда они отстранились, оба тяжело дышавшие, рыжеволосый, поддерживая вес на коленях и руке, поднёс вторую руку к лицу парня, оглаживая кожу, а затем ей же проскользнул вниз, к чужим джинсам.       Они встретились глазами, и во взгляде Акито читался немой вопрос. Он заметил, как Тойя рвано выдохнул, робко кивая. Поэтому, больше не теряя времени, он приступил к задуманному и снял джинсы парня вместе с нижним бельём.       Синеволосый остался в одном лишь оверсайз свитере, что подарил ему напарник, специально для выступления. Даже несмотря на то, что это было соревнование, они всё ещё носили парную одежду. И пока синеволосый, кажется, совсем не обращал внимания на этот факт, даже не замечая, другой парень находил это необычайно милым.       Акито запустил руку под подушку, за Тойей. Он обшарил пространство в поисках маленького тюбика, позже наконец находя его и поднося к ним.       — Пожалуйста, расслабься, ладно? Я же чувствую, как ты напрягаешь тело, — сказал он, одной рукой хватая Тойю за талию, чтобы перевести его в полусидячее положение, в это же время подкладывая подушку между его спиной и кроватью с помощью второй руки.       — Точно, прости… Я— — синеволосый услышал непривычный писк, прозвучавший из собственного рта, когда Акито раздвинул его ноги, чуть сгибая их. Они вновь встретились глазами, и Тойя увидел, как парень придвинулся к нему на коленях, устраиваясь меж его ног, одной рукой выдавливая холодную субстанцию из тюбика и распределяя её между пальцами.       Тойя первым прервал зрительный контакт, отводя взгляд в сторону и закрывая лицо обеими руками. Он всё ещё был не до конца уверен во всей этой ситуации, нервничая при мысли о том, что он будет… спать. Со своим напарником. Но его мысленная дискуссия с самим собой мигом прекратилась, когда он почувствовал, как один из чужих пальцев приближался к его… его—       — А-Акито… — он ахнул, слегка выгибаясь в спине при ощущении партнёра внутри себя. Он убрал дрожащую руку от лица, чтобы ухватиться за чужое плечо, при этом прикусывая рукав на другой руке. Его стенки невольно сжались вокруг пальца, на что рыжеволосый цокнул языком.       — Тойя, я тебе уже сказал — будешь закрывать лицо, тебе это ничего не даст, — проговорил он, отгоняя руку Тойи от его лица, чтобы вместо этого поцеловать его. — И прошу, просто доверься мне и расслабься. Я говорил, что всё будет в порядке.       — Изви— — Акито вовремя проскользнул языком внутрь, не давая ему договорить, вместе с этим проталкивая палец до тех пор, пока он полностью не вошёл в Тойю. Он почти что проглотил удивлённый вздох, соскочивший с чужих губ.       Акито накрыл горло Тойи открытой ладонью, чувствуя как его кадык ходил под кожей каждый раз, когда тот сглатывал или даже просто дышал. Так сильно хотелось сжать посильнее, но он ведь не настолько глуп, поэтому вместо этого он принялся массировать горло, между тем легонько надавливая.       А Аояги был не против. И он не будет против, даже если Акито и впрямь сдавит ему горло. Он лишь двигался бёдрами навстречу, показывая, что ему не больно. Дыхание сбилось ещё сильнее, пока он, целуясь, держался за чужие плечи.       Рыжеволосый же был сосредоточен на том, чтобы его напарнику было максимально комфортно, не спешил, не обращал внимания на собственные желания и нужды, лишь медленно двигал пальцем туда и обратно до тех пор, пока не услышал чужой голос.       — Можешь… добавить ещё один. Наверное, я готов, — дрожащим голосом проскулил синеволосый. К этому моменту покраснели даже его уши, а он сам откинул голову назад, на подушку, в попытках спрятать своё лицо, фактически не закрывая его.       — Уже так не терпится, а, Тойя? — Акито усмехнулся сам себе, чувствуя, как напарник вздрогнул от его слов, и проигнорировал его подобие презрительного взгляда. — Наконец-то Тойя посмотрел на него. — Тем не менее, он послушался, медленно вводя второй палец и замечая, как одна из чужих рук покинула его плечо, чтобы сжать постельное бельё.       Внутри казалось тесно, но учитывая, насколько расслабленным был Аояги, или, скорее, пытался быть, и смазку на пальцах Акито, ему удалось двигаться почти свободно. Он начал раздвигать пальцы, ощупывая стенки Тойи в поисках определённой точки, которая, как он — из видео, что он посмотрел во время подготовки своего… плана — знал, должна принести удовольствие его партнёру.       Он продолжил свои действия до тех пор, пока не почувствовал своими пальцами что-то… — о, это, должно быть, оно, — поэтому он попытался поиграться там. Он надавил и потёр это место, тут же проскальзывая взглядом вверх по телу Тойи, чтобы проследить за выражением его лица. Тот выгнул спину и жалобно простонал, стискивая плечо Акито чуть ли не до боли. Последний на секунду замер от шока, останавливая пальцы, но затем вспомнил, что эта реакция считалась более или менее нормальной.       Тойя приподнял голову, мутным взглядом смотря в оливковые глаза.       — Стой, пожалуйста, сделай… Сделай так ещё раз, — сказал он, двигаясь бёдрами вперёд и скуля, когда пальцы внутри вновь задели ту же самую точку.       Акито одобрительно хмыкнул и повиновался, толкаясь пальцами дальше и оглаживая эту точку снова и снова. Тойя уже не знал, куда деваться, странное чувство переполняло вены, пока он дрожал под парнем, прикусывая тыльную сторону ладони, чтобы заглушить все норовящие выскочить звуки, и ещё глубже зарываясь головой в подушку.       Шинономе, пальцами находясь настолько глубоко, насколько возможно, вновь окинул взглядом чужое лицо, и как только он заметил влагу, — подождите, это… слёзы? Так не должно быть… — тут же прекратил все движения.       — Т-Тойя? Тойя, всё хорошо? — рукой Акито убрал с чужого лица взмокшую прядку, выбившуюся из синих волос, большим пальцем вытирая влажные глаза.       — Акито… пожалуйста, пожалуйста— — чуть ли не истерически выдавил из себя тот, задыхаясь. Тело дрожало, и было ли это из-за стимуляции или холодной комнаты — никто из них не знал. Только вот несмотря на довольно холодный воздух в комнате, Тойе казалось, что всё его тело горело.       — Погоди-погоди, Тойя. Сначала успокойся, окей? Расслабься, пожалуйста, — сказал Акито, чистой рукой лаская щёки напарника, нежно оглаживая лицо. — Я добавлю ещё один, если будет слишком, или вообще больно, обязательно скажи мне.       В ответ последовал кивок.       Он потянулся за тюбиком, выливая немного холодной жидкости на занятую руку и вход парня. Первая костяшка вошла без затруднений, но дальше он столкнулся с некоторым сопротивлением.       — Я— Больно… — проскулил синеволосый, и второй прервал его попытку извиниться с помощью поцелуя.       Акито был настолько терпеливым, насколько мог, учитывая, как долго он подавлял собственные нужды. Он остановил пальцы, вынимая их, вместо этого фокусируя всё внимание на собственном языке, вылизывая чужой рот и в то же время играясь пальцами внизу. Он заметил, как смазка с ладони капала на простыни, пачкая их.       Нужно будет позаботиться об этом позже…       Когда Тойя посчитал себя готовым, он двинулся навстречу чужим пальцам, и Акито подстроился, полностью вставляя два пальца и медленно вводя третий рядом с ними. Он почувствовал, как его любимый партнёр вздохнул от дискомфорта, однако, дальнейших возражений не последовало.       Акито поцеловал его ещё раз, чистой рукой залезая ему под свитер, чтобы прикоснуться. Ладонью он прошёлся по члену, двигаясь вверх к груди, дотрагиваясь до соска, от чего голубоватый свитер чутка задрался вверх.       Когда они опять встретились взглядами, синеволосый кивнул, давая ему понять, что можно двигать пальцами.       Даже несмотря на то, что Акито не обращал внимания на болезненные постанывания напарника ради того, чтобы достаточно его растянуть, он решил сжалиться над ним, пытаясь нащупать нужную точку снова. Он нашёл её безо всяких трудностей, с которыми столкнулся ранее, и грубо толкнулся пальцами прямо в неё.       Тойя выглядел так очаровательно под ним…       И пока визуально, да, его партнёру было явно приятно, переживания Акито не то чтобы до конца утихли.       Конечно же, он перебрал все возможные сценарии того, как мог бы отреагировать Тойя, но что будет дальше?       Завтра, когда он проснётся, будет ли Тойя всё ещё рядом с ним? Они оба постоянно проглатывали всё, что им подбрасывала жизнь, но ведь, разумеется, они были счастливы сейчас? Или Тойя может пожалеть обо всём позже?       Если да, сколько времени потребуется Тойе, чтобы заменить его…?       Шинономе сердито нахмурился при этой мысли, позволяя своим пальцам толкнуться грубее лишь раз.       Станет ли он петь с кем-то другим или вернётся обратно к своему отцу? Акито не позволит этому случиться, даже если они разойдутся. Или—       — Акито?       Нет-нет, Тойя принадлежит ему. Он нашёл себе человека, и он ни за что не позволит ему уйти.       — Акито?.. Т-ты можешь начинать, — слабым голосом сказал тот.       — А…? — Твою мать. Он отключился. Движения пальцев замедлились, стали… монотонными?       Тойя свёл брови к переносице, даже сквозь затуманенный разум понимая, что что-то было не так, и сделал мысленную заметку о том, чтобы поразмышлять об этом позже.       — Ты можешь, ну… Ты знаешь…       — А-а, да, конечно, — Точно. Всё в порядке. У них всё в порядке. Они доверяют друг другу. — Ты уверен? — спросил он. Но синеволосый лишь недовольно взглянул на него, и Акито посмеялся над собственным вопросом, наконец расслабляя плечи.       Он медленно снял свои джинсы вместе с боксерами, хватая бутылочку смазки и распределяя жидкость по собственному члену.       — Ладно, я буду осторожно, так что скажешь мне, если будет больно, хорошо? — он поднял взгляд на парня.       — Да-да, только прошу— Акит-ох… — резкое движение чужих бедёр пресекло любые возражения, которые у него могли быть. Он почувствовал, как оставшаяся влага вновь потекла из глаз, как только он крепко зажмурил их. В этот раз точно из-за боли. Руки сжали простыни, а зубы скрипели от того, как сильно он их стиснул.       Акито, с другой стороны, выглядел обеспокоенным, но не мог поделать ничего, кроме как продолжать входить в партнёра всё дальше и дальше. Одной рукой он схватил парня за бедро, ногтями грубо впиваясь в кожу, пока другой задрал свитер Тойи, обнажая живот с грудью, и стал оставлять успокаивающие прикосновения на торсе.       Он задел рукой чужой сосок, тут же вскидывая взгляд к искажённому болью лицу напарника. Затем попробовал ещё, в этот раз щёлкая по нему пальцем.       Тойя прерывисто вдохнул, благодарный Акито за попытки облегчить его боль. Только вот даже учитывая боль, его влажные серые глаза не могли не смотреть туда, где они были соединены. Где Акито проникал в него. Он проскулил, когда напарник полностью вошёл внутрь.       Острые ногти, впивающиеся в руку Акито были той ещё неприятностью, даже сквозь одежду. Но всё же, грех тут жаловаться. В любом случае, не то чтобы он к этому не привык — спасибо его тупой сестре с её тупыми истериками, — и он был уверен, что его партнёру сейчас было гораздо больнее. Чёрт, да он сам никогда не экспериментировал с собой вот так, но из видео он знал, что достаточно скоро Тойя, скорее всего, тоже будет получать от этого удовольствие. Им лишь нужно было немного потерпеть. Ему нужно было потерпеть, несмотря на то, как сильно собственному телу хотелось толкнуться в приятное тепло.       Он почувствовал, как его дёрнули за рукав на той руке, которой он держал бедро Тойи. Синеволосый разжал свою мёртвую хватку на нём, призывая напарника сделать то же самое. Акито, понимая, что его член был не единственной вещью, приносившей боль партнёру, ослабил хватку и ощутил, как парень переплёл их пальцы.       — Мне нужно, чтобы ты глубоко вдохнул, хорошо, Тойя?       Тот взглянул на него, после чего закрыл глаза и выполнил то, что ему сказали, прерывисто вдыхая и выдыхая, в то же время расслабляя тело. И Акито, посчитав его готовым, наконец-то — господи, наконец-то, — двинулся бёдрами назад и толкнулся обратно внутрь, рыча.       Тойя изо всех сил вцепился в его руку своей, издавая резкий, пронзительный писк. Он крепче обхватил талию Акито ногами, пытаясь быть как можно ближе к нему.       Было слишком стыдно от звуков, слетающих с собственных губ, так что он выпутал руку из простыней, чтобы прикусить кожу. Но несмотря на боль, заданного партнёром темпа было явно недостаточно. Вновь пытаясь игнорировать своё помутневшее сознание как только можно, синеволосый предположил, что напарник всего-то не хотел ему навредить. И поэтому, он попробовал двинуться навстречу в поисках большего удовольствия.       Рыжеволосый рыкнул, бормоча — кажется… извинение? — себе под нос, и подался вперёд, отрывая руку напарника от лица, вместо этого прибивая её к подушке, прямо рядом с его головой. Вторую руку, где всё ещё были переплетены их пальцы, он тоже прибил. Тойя наконец открыл глаза, видимо, от шока, увидев парня, нависающего над ним.       Теперь, с новообретённым преимуществом в виде другой позы, когда вес тела приходился на руки, нежели на колени, Акито удалось свободно двигаться даже несмотря на обхватывающие его ноги. Он склонился ниже, прижимаясь ртом к чужой шее, и почувствовал, как у парня напрягались мышцы от крепкой хватки.       — Ты же в порядке, да? — прошептал он ему в шею.       — Да, я— Пожалуйста, продолжай, не— ах… не так больно, когда… когда ты двигаешься, — выдохнул тот, и было заметно, насколько сильно у него сбилось дыхание. Акито, кажется, уловил очевидный намёк, виляя бёдрами, экспериментируя и меняя угол до тех пор, пока Тойя не проскулил особенно громко, выгибая спину так, что почти соприкоснулся грудью с его.       Тойе становилось трудно продолжать держать бёдра на весу — толчки Акито наконец стали оказывать на него должное влияние, но, к счастью, его партнёр это заметил. Он потянулся рукой за подушкой, приподнимая чужие бёдра и подкладывая её под них.       Наконец расслабляясь вновь, Тойя разомкнул ноги, спуская их с талии парня. Одновременно с этим он несколько раз пошевелил пальцами, высвобождая ладони из чужих рук. И те самые руки, что только что держали его, прошлись по спине, внезапно поднимая его вверх, вместе с этим возобновляя толчки.       Шинономе отбросил все свои переживания, опираясь на локти, поцелуями сглатывая все звуки с губ партнёра и толкаясь внутрь, сжимая чужие спину и бёдра так, будто это была последняя их встреча. В любом случае, он слишком долго ждал, Тойя бы понял.       Они отстранились, чтобы вдохнуть воздуха, оба тяжело дышали, глядя друг другу в глаза.       Был ли сейчас подходящий момент для приз—       — Акито…       А? Ну и неважно.       — Акито, можешь… Х-хочу обняться— Прошу, мы можем обняться? Я… — Тойя, быстро смахивая пару слёз с глаз, поднял руки, обвивая ими чужие плечи.       — Да, конечно, э-э… Дай-ка— — Акито повторил действия напарника, только его руки обхватили парня за талию. Он приподнял его, садясь на колени и усаживая Аояги к себе, с ногами, согнутыми в довольно неловком положении.       Он успокаивающе огладил его бёдра, затем переместил руки, смыкая их у него за спиной и сжимая его в крепких объятиях, прежде чем толкнуться вверх, в чужое тепло, по всей видимости, задевая все нужные места.       Сверху него, Тойя снова всхлипнул; тихие поскуливания смешивались с судорожным дыханием и редкими жалобными стонами.       — Твою мать, ты реально плачешь? Всё хорошо? — рыжеволосый поднял взгляд, видя заплаканное лицо напарника.       — П-прости… В-всё хорошо, просто… Просто слишком приятно— Акито… — Тойя моргнул, от чего слёзы потекли вниз.       — Блять, — прошептал тот. Это горячо.       Акито прильнул ближе, сцеловывая чужие слёзы, и щекой Тойя мог ощутить его улыбку. Он улыбнулся в ответ.       Акито был единственным человеком, рядом с которым он позволял себе так много улыбаться.       Он почувствовал, как парень вздохнул и прижался к его шее, смачивая мягкую кожу слюной. Акито высунул язык, водя им по чужому горлу, пока не добрался до пульсирующей венки, и легонько прикусил, без намерения причинить боль или оставить метку — хотя лишь бог знает, как сильно ему этого хотелось, — было бы слишком много проблем, если бы её кто-то увидел, и у него не было никакого желания подвергать Тойю риску быть выставленным за дверь.       А вообще, если бы из-за этого Тойя жил вместе с ним…       Нет-нет, что за бред? Забудьте.       Тойя повернул голову набок, обнажая больше кожи перед парнем и позволяя ему беспрепятственно касаться его. Всё тело содрогнулось, почувствовав ещё один укус на шее, идеально совпавший с толчком под нужным углом.       Он пытался ответить тем же, легонько толкаясь навстречу собственными бёдрами, но с такими ослабевшими и бесполезными руками, совсем не имея никакой точки опоры, ему это было не под силу. Он полностью находился в руках Акито, и тот распоряжался чужим телом, как только ему заблагорассудится. Рыжеволосый практически использовал его — он его использовал, Боже, — пока он безвольно лежал в его объятиях.       — Как… Как ты, ах— можешь меня д-держать, пока мы… — начал он, но быстро прервал свой ход мыслей. Он убрал руку с плеча Акито, вместо этого сжимая постельное бельё и опираясь на матрас, наконец получая возможность двигаться самостоятельно. Затем подвинулся, немного разделяя их тела и больше не обнимая друг друга полностью, но всё ещё держа одну из рук на напарнике, в то время как тот сжимал его талию.       — Ты лёгкий— Слишком уж лёгкий, знаешь… — темп Шинономе становился всё менее координированным и всё более бешеным. Он чересчур долго ждал этого момента, но даже так, он решил, что заставит Тойю кончить первым. Он, конечно, пытался неизменно двигать бёдрами под идеальным углом, но это также был и его первый раз. В любом случае, он не ожидал от себя справиться безупречно. И по крайней мере, Тойе, кажется, всё равно всё нравилось.       Акито провёл ладонью по чужому члену, подушечками пальцев скользя всё выше и выше, обводя головку, только добравшись до неё.       — С-стой, А-Акито, я очень, ах… Не хочу— Н-не сейчас… — Акито понял его. Но, будучи такой сволочью, он не мог перестать дразнить Тойю, поэтому вместо этого он переместил руку выше, накрывая ладонью кожу над пахом. Он сдавил его с обеих сторон, одной рукой надавливая на поясницу, другой — на живот.       И затем он почувствовал.       Он почувствовал себя внутри Тойи.       Впрочем, не он один.       — Б-блять, прошу, п-подожди. Господи, Акито, я— — рыжеволосый вновь надавил, и он больше не смог сдерживаться. Тойя задрожал всем телом, чувствуя прошедшийся разряд тока. Он содрогнулся, сжимаясь вокруг партнёра, и излился, пачкая живот семенем; к счастью, свитер был задран достаточно высоко.       — Не остановлюсь, — предупредил Акито.       Синеволосый полностью обмяк, больше не держась за матрас. Поэтому парень отпустил его, позволяя ему вновь упасть на кровать. Он крепко схватил руку Тойи, продолжая вбиваться в него быстрее, грубее.       — Акито— ах… Слишком… — тот попытался что-то сказать, скуля от странного чувства удовольствия и напряжения, которое было всё труднее терпеть.       — Ты так хорошо звучишь— Чёрт. Потерпи немного, Тойя— — рыжеволосый сжал его ладонь. Он инстинктивно вколачивался бёдрами в партнёра, резко, глубоко, страстно. Чужие хриплые вздохи распаляли его ещё сильнее, и желание кончить становилось почти невыносимым.       — Акито… — Тойя простонал, когда партнёр обвил пальцами его полутвёрдый член, двигая рукой в такт своему темпу, намереваясь довести его до ещё одного оргазма. — Пожалуйста, я— м-м, кажется, я могу… о-опять, — он смял простыни рукой и прикусил вторую.       Ляжки уже начинали дрожать от чересчур приятных прикосновений, но Акито продолжал прижимать его к кровати, заставляя прочувствовать все нестерпимые ощущения. Акито, что вернул руку обратно, чтобы вновь добавить себе узости сквозь живот Тойи, заворожённый выпуклостью на нём. И всего было слишком много, чертовски много.       Аояги почувствовал губы напарника на своих и как чужая рука огладила щёку, прежде чем кончить вновь; густая белая жидкость снова замарала кожу, и очередной грязный, чуждый звук вырвался наружу, к счастью, приглушённый чужим языком.       Шинономе тоже был уже близко, темп сбивался всё больше, а рука на животе Тойи надавливала всё сильнее. Спустя секунду он замер, позже возобновляя беспорядочные толчки. «Тойя», — невнятно и тихо соскочило с губ, когда он излился внутрь парня, сваливаясь на него.       Некоторое время они лежали в тишине, лишь слушая звук сердцебиения и неровного дыхания друг друга. Никому не хотелось двигаться, последние силы после всех сегодняшних ярких событий наконец покидали их тела.       Тойя приподнял голову, переставая утыкаться носом в шею партнера, чтобы увидеть, как Акито уже смотрит на него. И несмотря на внезапную усталость, они оба улыбнулись, и тихий смех заполнил комнату.       Когда эмоции утихли, до ушей Акито стало доноситься негромкое сопение напарника.       — Тойя…?       — М-м? — промычал тот, не открывая глаз.       — Я тебя вытру, хорошо? — чистой рукой Шинономе потянулся к прикроватной тумбочке, доставая искусно-(стратегически)-запрятанные влажные салфетки.       Тойя был очевидно, и резонно, слишком измотанным для того, чтобы ответить что-то более внятное, чем ещё одно тихое «м-мм…».       Рыжеволосый соскользнул со (и из) своего напарника, вытирая их обоих салфетками, и встал с кровати за двумя парами чистых боксеров — Тойя в любом случае был бы не против поделиться одеждой. Он надел их на себя, а затем натянул и на, хотелось бы надеяться, уже спящего партнёра. Купленные им свитера должны были сохранять достаточно тепла, даже с открытым окном.       Акито последний раз взглянул на спящую форму своего партнёра и как его красивые двухцветные волосы разлились на подушке. Чужое лицо, слабо освещённое лунным светом, было прекрасным зрелищем, и парень ценил каждую прошедшую секунду.       Пальцы коснулись родинки под глазом Тойи. Не смог устоять.       Наконец, он и себе позволил отдохнуть, забираясь в кровать, рядышком к партнёру, и тот, даже сквозь сон чувствуя тепло чужого тела, прижался поближе, укладывая голову на грудь напарника.       И в этот момент, Акито знал, что сейчас он счастливее, чем был когда-либо, не смея желать что-то кроме того, чтобы иметь возможность засыпать вот так каждый день, и просыпаться от того, как мягкие голубые волосы щекочут шею.       Завтра будет прекрасный день…       …Если у них будет завтра.       Твою мать, снова эти тупые мысли.       — Тойя?       Он задержал дыхание, пялясь в потолок и ожидая какой-либо реакции.       — Тойя, я…       Рыжеволосый слишком боялся сказать что-либо ещё, даже несмотря на почти полную уверенность в том, что его партнёр спит.       Если он сейчас сделает что-то не так, если Тойя на самом деле не спит и не ответит тем же, если после этого Тойя оставит его, вновь совсем одного…       Акито моргнул и повернул голову, чтобы было удобнее глядеть на спящее лицо напарника.       Да пошло оно.       — Я люблю тебя. Так сильно, ты не понимаешь, Тойя, блять… — совсем тихо пробормотал он, а затем поцеловал чужой лоб.       Беспокойство, что лежало на плечах тяжёлым грузом, наконец исчезло, и он закрыл глаза, когда усталость внезапно окатила его с вновь обретённой силой.       «Спасибо…», — по его памяти, стало последним словом, что он произнёс, прежде чем крепко сжать своего партнёра в объятиях и провалиться в сон.