Фантомная память

Ужин обернулся полной катастрофой. Лизе не удалось выдавить из себя ни слова. Она размышляла о ней, охваченная беспокойством. Ее одолевали мрачные воспоминания. К чему приведёт всплеск эмоций? Свернув на улицу Данеля, она все еще оставалась в плену своих переживаний. Но вдруг ее взгляд стал тревожным, она одернула темно-синюю куртку. – Привет, парни, – воскликнула она, постучав по стеклу «Пежо-306». – Не слишком вы… Лиза ощутила, как у нее на шее застучал пульс. Никакой реакции. Она постучала сильнее, прижалась лбом к стеклу и увидела у одного из них небольшое пятнышко крови – чуть повыше воротника. Схватившись обеими руками за ручку дверцы и стиснув зубы, она дернула изо всех сил. Безуспешно. Не стоит разбивать стекло. Разумнее не привлекать внимание нападавшего, который, возможно, еще находился поблизости. Лиза обернулась. Тупик. Темное и грозное ущелье. Она вошла в него: ее чувства обострены до предела, мышцы напряжены. В коридоре Лиза нащупала рукоятку «зиг-зауэра» – она приятно холодила ладонь. В гнетущей тишине Лизе пришли на ум картины недавних нападений. Казалось, каждая пóра ее тела испускает страх. Опять одна. В мозгу молнией пронеслось: Виолетта. Что будет, если с ней что-то случится? Лиза рассердилась на себя за подобные мысли. Сейчас не время! Она была полицейским до мозга костей. И должна действовать. Позади нее с тяжелым вздохом хлопнула входная дверь. Внезапно она услышала сдавленные крики. Потом шум борьбы. В квартире Виолетты. Лиза прижалась к стене рядом с дверью и повернула ручку. Заперто. Приставив ствол пистолета к замку, она выстрелила. Коридор осветился раскаленным порохом. Внутри звук шагов. Второй предупредительный выстрел. Лиза ногой толкнула дверь. Прижав пистолет к щеке, заглянула в щель. Виолетта лежала на полу в гостиной, сдавив пальцами горло, и без конца повторяла одно и то же: «берну-ли». Собака облизывала ее лицо. Рядом валялись «беретта» и раскрытый нож со стопором. Виолетте удалось обезоружить нападавшего. Она рывком села и мгновенно прицелилась в Лизу. Глаза ее были налиты кровью, она сплевывала какую-то белую пену. Сейчас выстрелит. – Я лейтенант Андрющенко! – крикнула молодая девушка, поднимая руки. – Вспомните! Лиза, Лиза! Палец дрожит на спусковом крючке. Легкого движения, малейшего колебания достаточно, чтобы вылетела пуля и попала прямо в голову лейтенанта. – Елизавета Андрющенко! – повторяла та. – Елизавета Андрющенко. Вы же знаете! Вы выучили! В глазах Виолетты мелькнул огонёк: – Лиза Андрющенко? Что тут… происходит? Мое… горло… Меня хотели… задушить… В квартиру ворвался влажный сквозняк. За ним последовал щелчок открываемого окна в конце коридора. Лиза бросилась к двери, крикнув Виолетте: – Не прикасайтесь к ножу… Отпечатки! Я вернусь! Тупик. В глубине какой-то силуэт, убегающий вправо, в сторону улицы. В долю секунды из головы Лизы вылетели все мысли. Она побежала, сжимая пальцами свое оружие, приноравливаясь к ритму погони. И слушая свое дыхание. Узкое место, повороты под немыслимыми углами. Улица Ростова, потом Негрие. Казалось, Петергоф сжимается, подобно мерзкому голодному пауку. Тень снова свернула. Улица Жана Мулена, потом Англетер, мрачная магистраль с магазинчиками, закрытыми стальными ставнями, по обеим ее сторонам. Лиза старалась дышать коротко и равномерно. Сердце следовало ритму легких, вены наполнялись кровью, мышцы слушались. Она все прибавляла скорость. Пока болью не напомнила о себе голень. Лиза скривилась, но, подгоняемая злостью и яростью, продолжала преследование. Звук шагов впереди нее манил, придавал смелости. Беглец понемногу начал слабеть. Еще несколько метров, и можно будет остановиться и прицелиться. И ранить. Невозможно понять, на кого он похож. Просто плащ, шапка, рюкзак, подковки на сапогах цокают по мостовой. Снова поворот. Вдали двое или трое парней: вжались в стену. Грохот, что-то падает. На углу опрокинутые мусорные баки. Лиза не задумываясь прыгнула, но, когда приземлилась, ее словно ударило молнией. Боль пронзила ногу до колена. И вынудила остановиться. Она взвыла, обхватив напрягшуюся мышцу и устремив взгляд в сторону человека, уже исчезающего во мраке холодной питерской ночи. Несмотря на пылающую ногу, Лиза сделала еще несколько шагов. Тщетно. – Вот блядь! – прокричала она в темноту. – Сука! Сука! Сука! Вне себя она повернула назад. Опять неудача. Определенно все сорвалось. Она с трудом дохромала до тупика. И вдруг возле полицейской машины возникло какое-то видение, галлюцинация. Чей-то силуэт, склонившийся к окошку «Пежо-306». Похож на душителя. Лиза бросилась вперед и прижала ствол пистолета к затылку какого-то шатена: – Не двигаться! Тот поднял руки и медленно развернулся. Лиза крепче обхватила рукоятку: – Тюрен? Не может быть! Парижский лейтенант в черной косухе… Она опустила свой «зиг». Позади нее разлетелись во все стороны осколки автомобильного стекла. – Это еще что за бардак? – суровым тоном спросил он. Лиза нахмурилась, заметив на его левой ладони глубокую рану. – Уже больше двадцати двух часов. Что вы здесь забыли? – А вы? Она бросила взгляд на его обувь. Сапоги. – У вас лоб в испарине, – констатировала она. – Вы бежали? – Я пешком добирался из отеля. Сделал два километра… С сигаретой… Это никак не канает. – Повторяю свой вопрос. Что вы здесь забыли? – Надо кое-что спросить у Виолетты… О ее брате… А вы? – И мне… Они несколько минут, стиснув зубы, мерили друг друга взглядами. Лиза первая прервала молчание и указала на «пежо»: – Как они? – На первый взгляд просто уснули. Я вызвал подкрепление. – Я только что преследовала типа, который попытался задушить Виолетту. Тюрен вытаращил глаза. Лиза не оставила ему времени для ответа: – Ну да, удушение, тот же сценарий, что и три года назад. Я абсолютно убеждена, что преступник вернулся, чтобы исправить свою ошибку. Лиза укоризненно посмотрела на Тюрена: – И вы по-прежнему станете утверждать, что тогдашнее ограбление было простым совпадением? Что оно никак не связано со всей этой историей? Она развернулась и направилась в тупик. Тюрен последовал за ней. – Вы хромаете, Лиза. Что-то не в порядке? – Нет, все в порядке! А у вас? Что с рукой? – Ничего серьезного. Просто порезался. Они вошли в коридор. Потом в квартиру Виолетты. В гостиной никого. – Виолетта? Никакого ответа. Тюрен прижал указательный палец к губам, достал оружие и двинулся в кухню. Пусто. Они дошли до конца коридора. Металлическая дверь. Panic room. – Виолетта! – крикнула Лиза, барабаня по стальной плите. Тишина. Они бросились в спальню. – Где же она, черт возьми? Они обнаружили ее в ванной. Неподвижно лежащей на полу. С «береттой» и ножом, валявшимися между ногами. В рубашке, испачканной кровью.