Новый виток чувств

             Гео потребовалось несколько минут, чтобы разглядеть в Джисоне волшебный образ. Не тот придуманный компанией облик принца белки, а нечто большее. То, что в глубине души и сердца. Джисон не сиял звездой среди неба. Он не был одиноким светилом. Не был и пугливым котёнком. Но страхи в нём определённо есть. Страх толпы. Страх, что его внутренняя неуверенность, прорвав оболочку, вырвется наружу. Страх остаться одному — страх одиночества. Он боялся людей, а между тем нуждался в них. В кое-ком конкретном. Вон в том в похожем на зайца парне. От Минхо настолько ощутимо разило ревностью, что это ощущалось липкой вязкой субстанцией. Гео его поведение веселило. Так и подмывало ляпнуть, что-то такое, что его заденет, и насладиться зрелищем его реакции. А она точно последует.       — Даже любопытно, как ты справляешься со своим бешенным зайцем, — шепнул Гео.       — Что, простите? — растерялся Джисон, прижимая сжатые в кулачки руки к груди. Голой груди! Отчего становилось крайне стеснительно. Всё потому, что мешковатый пиджак полностью без пуговиц, и никаким ремнём не сдерживался. Шорты до колен с широченными штанинами, что со стороны казалось, будто он в юбке. Вместо обычного пояса чёрная широкая кожаная лента, висящая по диагонали.       — У тебя проблемы со слухом? — осведомился Гео, подходя к скамье и присаживаясь возле неё на корточки, переключая свет с белого на красный. Могло показаться, что с выбором одежды парней, её цветом — у Джисона она вишнёвого цвета, а у Минхо бордовая — это не лучшее решение. По крайней мере, сидящие — откровенно развалившиеся на диванчике без сил — «Банмины» именно так и подумали, но, конечно же, они ни звука не издали. Этот дьявольский фотограф из них и так все соки высосал, так что теперь они просто отдыхали и ждали появления «Хёнликсов» с перекусом. А лучше с чем-то прохладительным. В идеале алкогольным…       — Нет, — кашлянул Джисон, заметно покраснев. Вопросы фотографа выбивали из равновесия. Мало того что он со стыда сгорает из-за засосов и следов укусов на теле, как тут ещё такие вопросы крайне странные. Крайне пошлые… Вот какое этому, по сути, незнакомцу дело до их с Минхо отношений? Ну, есть у них своя странность. А кто идеален? Они с Минхо хотя бы не такие устрашающие, как этот парень.       — Тогда в чём проблема? — осведомился Гео. От него не укрылось, что Минхо закончил переодеваться в безрукавку облегающую торс, отчего даже казалось, будто она ему мала. Немного великоватые джинсы с несколькими широкими карманами и двумя поясами, свободно висящими буквой «Х». Гео всё хотел увидеть Минхо с его жёсткой стороны.       — Может, проблема в том, что ты задаёшь слишком много неудобных вопросов? — в спокойном голосе Минхо слышались стальные нотки.       Гео приподнял левую бровь, улыбаясь дразнящей улыбкой, будто проверял Ли Ноу на прочность. Он обошёл парня по кругу, подмечая, как ему идёт подобранная одежда, что подчёркивала его подтянутое мускулистое тело. Не такое как у Чанбина или Бан Чана, но по рукам видно, что без дела он не сидит и заниматься не отлынивает. Рядом со своим парнем он вёл себя, как… Как самец, защищающий свою самку. Гео про себя посмеялся: один заяц, второй белка — идеальная пара!       — Лино, — Джисон сжал руку парня, этим жестом прося его не заводиться.       — Я спокоен, — Минхо улыбнулся своей холодной, ничего не выражающей улыбкой.       — Хороший взгляд, — подмигнул Гео. — Но со мной не сработает, — хмыкнул он, проходя мимо. — А теперь немного макияжа! Джисон! — Гео, оседлав скамью, похлопал перед собой. — Иди сюда. Сними пиджак, буду гримировать твои следы страсти! — томно выдохнул он, смущая Хана ещё больше.       Джисон глянув на Минхо, взглядом попросил не психовать и присел перед фотографом, который достав из коробки несколько карандашей и помад, положил их перед собой ближе к паху, чтобы они не раскатились. Гео даже стало обидно, что у Хана не столько же следов как у Сынмина, но поработать определённо есть с чем.       Когда Гео выбирал цвета света, костюмов, даже цвета помад и карандашей. Пусть они сливались между собой, но в них есть и остаётся особые нотки, кои отсутствовали в других цветах. Красный — это страсть. Похоть. Вульгарность. Опасность. Отсутствие контроля. Проявления агрессии, ревности, жажды крови. Гео мог долго говорить на подобные темы, описывая цвета множеством других слов. Так вот… «Минсоны» как раз ассоциировались с этим цветом. С красным. Поэтому у Гео появилась кое-какая странная затейка. Он в ней уверен, так что всё должно выйти идеально! Ну и надо успеть, пока менеджера с его слабым сердечком и нервной системой нет. А ещё эта странная идея возникла из-за того что Гео разглядел еле заметные следы на запястьях Хана.       — Давайте по быстрому всё сделаем и попробуем кое-что интересное, пока вашего цербера нет, — шустро замазывая засосы, протянул Гео.       Джисон опасливо покосился на Ли Ноу и тот в ответ пожал плечами. В принципе он был не против: при условии, что этот сумасшедший блондинчик говорит о тех же фотках как у «Банминов». Если так, то — всеми руками-ногами ЗА. Минхо всё пытался понять, реально ли фотограф не ладит с головой или придерживается какого-то определённого стиля поведения. По типу играющих свою роль актёров. Конечно, Минхо осведомлён, что некоторые творческие личности крайне странные, но, например тот же Хёнджин, который великолепно рисует, на психа не похож. А ещё Минхо немного ужаснулся от вида как тонкие пальцы фотографа безжалостно разминают определённо дорогущую помаду — если судить по её бренду, — а потом получившееся размазывает по боку, спине, руке, плече и шее затаившего дыхание Джисона — на то, что творил Кай с предметами для макияжа, он таращился с таким же тихим ужасом.       — Неужели нисколько не жалко? — не удержался от вопроса Минхо.       — Что именно? — не отрываясь от своего занятия, Гео мельком глянул на парня.       — Помаду, что из-за этого замараются костюмы, — протянул Минхо.       — Мне нет дела до тряпок, — отмахнулся Гео, но заметив недоумение на лицах «Минсонов», решил пояснить: — Я ягода другого поля. Я не модельер и не швея, да, иногда выступаю моделью, но мне плевать на одежду. Человек и в бомжацких тряпках может светиться изнутри, излучая яркий свет эмоций. Эмоции — это всё что меня волнует.       — Ты реально не в ладах с головой, — кашлянул Минхо.       — Лино, что для тебя это означает? — рассмеялся Гео, нисколько не обидевшись на слова парня. — Это то, что заставляет тебя бояться? Или заставляет поддаваться страсти, оставляя на теле любовника десятки отметин? — он снова рассмеялся, но в этот раз в голосе прозвучали безумные нотки.       — Давайте, просто закроем тему! — взмолился Джисон.       — Как скажешь «волчонок в овечьей шкурке», — хмыкнул Гео.       — Что? — опешил Джисон.       — Следы на руках, — оскалился Гео и Хан сунул руки между ног, уничтожающе зыркнув в поджавшего губы Ли Ноу. — В страсти нет ничего постыдного, — сказал Гео, возвращаясь к своему занятию. Он так же не жалея раздавил помаду другого цвета смешал с предыдущей, вырисовывая пальцами причудливые узоры, изредка дорисовывая более чёткие линии карандашами.       Чем дольше Минхо всматривался в получающийся рисунок, тем больше он ему напоминал жидкий туман. Вроде прорисовывались какие-то намёки на дымку, но слишком плотная текстура уводила мысли в стороны текущей воды. Вроде бы ничего такого, но по итогу получалось нечто потрясающее, хотя и не поддающееся описание. В красном свете скамейки реально казалось, будто его Квокка истекает кровью — страдальческое выражение лица как раз подходило.       — Лицом ко мне, — скомандовал Гео.       Джисон осторожно развернулся. И… он немного залип на лице фотографа. Нет, это не любовь или что-то типа того, но эти разные по цвету глаза, пушистые ресницы, ровный нос, приоткрытые пухлые губы… Этот милый облик так расходился с характером, что поверить сложно, что это всё один человек! Внешность ангела, а душа самого сатаны…       Минхо подошёл чуть ближе, разглядывая практически такую же дымку над левым глазом Хана — когда Ли Ноу подошёл тот перевёл взгляд на него, — идущую от середины лба и до середины виска. Рисунок отчасти закрыл бровь и веко.       — Что скажешь? — Гео мельком глянул на Ли Ноу и, поднявшись, собрал всё что стало не нужным, скидывая обратно в коробку, а её саму отпинывая в сторону.       — Круто, — не стал отпираться Минхо.       Гео плевал на похвалу парня. Его целиком поглотил влюблённый взгляд Минхо. Минхо смотрящего на улыбающегося ему в ответ Джисона. Руки Гео сами потянулись к фотоаппарату запечатлевая эти потрясающие ни с чем не сравнимые моменты. О какой одежде может идти речь, когда в мире существует подобное? Чувства! Вот самое ценное, что есть в этом жалком, наполненном грехами мире.       Но Гео пришлось немного отвлечься: работу ещё никто не отменял. Он мельком глянул на часы, прикидывая в голове, что у него ещё две пары, а он с этой не закончил и, вздохнув, прикусил губу.       — Джисон, надевай пиджак, и сядьте рядом. Позы выберете сами, я подправлю.       Раз дали свободу Минхо всё-таки не стал садиться, а, поставив ногу на скамью, встал за спиной Джисона, принимая вид хищника — того самого, что охраняет свою самку. Гео противиться не стал. И что его порадовало так то, что с ними оказалось гораздо проще, чем с «Банминами». Поэтому обычную фотосессию они закончили на удивление шустро — «Минсоны» даже охренели от скорости.       — А теперь поиграем! — оскалился Гео и парням стало не по себе. — Не смотрите так, будто я вас убивать собираюсь, — отмахнулся он, доставая из всё той же коробки бутыль с гелем. — А теперь самое интересное!       «Минсоны» снова переглянулись. В отличие от Джисона у Минхо проснулся азарт. Откровенно Минхо иной раз до зуда в кулаках бесило, какой накладывают макияж Джисону. Стилистам реально хотелось руки оторвать. Но у Гео иной взгляд на мир. Его рисунки точно пробуждали внутреннего монстра. Или же они открывали истинный облик… Смотря как Гео быстро и профессионально укладывает волосы Хана, Минхо всё сильнее видел в своём парне не невинного милого бельчонка, а настоящего сказочного принца. Причём того, который на плохой стороне. Гео прилизал волосы с противоположной от разрисованного глаза стороне головы, когда как другу лишь немного прижал, оставляя практически свободно болтающейся. Это вызывало должный чуть мрачноватый эффект.       Пока Гео искал нужный реквизит для Ли Ноу, тот пялился на Джисона. А Джисон, маленький соблазнитель, смотрел своим развратным взглядом, чуть опустив голову, смотря как бы исподлобья, самую малость кривя губы в улыбке. Гео не отказал себе в удовольствие запечатлеть и этот момент. А потом, Гео что-то шепнул Минхо, отчего Джисон напрягся, смотря на них с вселенским подозрением.       Минхо идея фотографа понравилась. Он даже согласился на особые украшения в виде колец-когтей, надевая их на пальцы, пока заходил за спину немного озадаченного Джисона. А дальше интереснее: вампирские клыки: из-за того что они лежали в специально растворе, привкус от них шёл ещё тот. Минхо даже потребовалось несколько секунду, чтобы попривыкнуть и перестать кривиться.       Гео терпеливо дождался, когда парни соберутся, и удовлетворённо хмыкнул, сквозь прицел фотоаппарата, смотря на Минхо и Джисона.       Минхо открыл рот, сверкнув сталью клыков. Он поддался вперёд, к тонкой шее своего прекрасного принца. К бьющейся в такт ударам сердца вене. Минхо чувствовал лёгкий страх, идущий от Джисона. Ощущал, как мелко он дрожит в его крепких объятиях. Видел, как он смыкает веки, принимая свою участь быть «съеденным»…       Смотря как Минхо обнимает Джисона, как смотрит на него, и как тот легко отдаётся «монстру», Гео оскалился: нет ничего прекраснее человеческих эмоций. Особенно когда они полыхают жарким алым пламенем страсти…