Однозначно

Какая же дура. Мысленно линчевала себя за собственную глупость. Холод разом сошел на нет. Теперь юное тело одолевал распространяющийся жар, словно и не было трясущихся, заледенелых конечностей. Ускорив шаг, примечает ближайший продовольственный магазин. Как можно быстрее попасть домой — стало единственной целью, что прокручивалась в темноволосой голове. Подойдя к зевающему охраннику, просит возможность воспользоваться телефоном для вызова такси. Возрастной мужчина окинул её странным взглядом: видимо мокрая одежда и потекшая тушь не добавляли ей респектабельности. Но, всё же, не отказывает в помощи - предоставляет старенький смартфон в её распоряжение. Как только машина заказана, Ника испустила едва слышимый вздох. Скоро я буду дома. Не иначе как мантру повторяла из раза в раз, ожидая водителя. Спустя час, девушка наконец-то переступает порог своей квартиры. Направляется прямиком в ванную, попутно стягивая потяжелевший от влаги наряд. Горячий душ моментально приводит в чувства раскаленную голову. События сегодняшнего дня продолжают настойчиво мелькать в сознании, словно обрезки кинопленки. Срочно нужно отвлечься. Надев огромную, повидавшую жизнь футболку оглядывает свою комнату. Белая штукатурка практически не видна на стене у двуспальной кровати. Она полностью завешана предыдущими творениями созданными из-под её руки. Картины и эскизы, даже простые наброски, все они имели в себе общую черту. Мрачность. Первое, что пришло бы на ум любому, мимо проходящему обывателю. Однако, девушка считала это отличительной особенностью. Разглядывая свои труды, она подмечала разнообразие полутонов, настроение, что сопутствовало их написанию и считывалось в каждой детали. Чем плох мрак? Всего лишь один из множества эпитетов помогающих описать реальность. По крайней мере, для её жизни это слово было самым точным определением. Теплый свет от икеевского торшера наполняет комнату желтыми оттенками, всё ещё ватными ногами она ступает к потертой подставке, что держала холст. Краски, так же хранились на подоконнике, у окна с французскими рамами. Взглянув на холст, цвета слоновой кости, она принялась вымещать все свои разрушительные переживание с помощью однообразной палитры. Всепоглощающий черный, практически в тон — синий, и конечно же серый. Самый посредственный цвет, с ним она ассоциировала свою захудалую рутину. Медленные широкие мазки сменяються короткими и резкими, в такие моменты Соколова ощущала полную принадлежность своему творению. Словно, оно само сподвигало новые движения изящной руки. Тишина воцарилась в голове, голоса, что обычно чередовались белым шумом — умолкли, отдавая пространство для пустоты. Именно за это благословение, художница готова была не раздумывая, проводить непомерное количество часов у полотна. Спустя сто двадцать девять минут безостановочного воплощения фантазий, постепенно возвращается сознание. Взгляд фокусируется на картине. Тревога наполняет пустой желудок, а к горлу подкатывает легкая тошнота. Да не может блять, быть. На размытом, черными красками фоне, с вкраплениями серых мазков, расположилось очертание мужского профиля. Всё бы ничего, она не раз создавала разнообразные образы, как парней так и девушек. Но здесь, глупо отрицать, очень четко и неприкрыто проглядывался лик уже знакомого актера. Этот нос прорисован настолько достоверно, словно сегодня смахнув с него каплю она изучила каждую деталь его строения. Дерьмо. В накатившем раздражении откидывает кисть, что ударяясь о дощатый паркет пачкая абстрактными брызгами светлую стену. Развернув невзлюбившуюся картину в противоположную сторону, принимается кусать собственный палец. Это ничего не значит. Просто тяжелый день. Решив укрепить данную мысль, отправляется на кухню в поисках припрятанного, дешевого виски.

***

Сидя в машине он продолжает наблюдать за бесконечно загорающемся имением. После ухода Ники, его потряхивало как от впервые выкуренной сигареты. Он до сих пор помнил этот аналогичный эффект — сначала внутренности так и норовят вывернуться наружу, но впоследствии мандраж наполняет тело, запуская дрожь во всех конечностях. Что за херня у меня в голове. Попытка отрезвить свой рассудок от потока несуразных сравнений. В череде непрошенных мыслей не замечает как мобильный перестал вибрировать, а в стекло автомобиля раздался стук. Доля секунды и парень с разочарованием осознает, Вика не изменяла своей настойчивости — закончив телефонный террор, выбралась на его поиски. Стройная девушка, модельного роста продолжала хаотичные постукивания, вынуждая разблокировать дверь. — И как это понимать? — гнев заполняет радужку голубых глаз. Не дожидаясь ответа, добавляет: — Я как последняя идиотка, жду тебя с этой чертовой пастой, а ты сидишь здесь, пялясь в одну точку? Актер упрямо сохраняет молчание. Мотивация придумывать отговорки отсутствует, кажется ему уже нечего терять. Заметив отрешенное состояние избранника, светловолосая приходит к пониманию, что не добьется от него желанных извинений. По этому, в который раз предпринимает отработанную тактику «мудрой» женщины и переходит в стадию обольщения: — Чего ты такой задумчивый у меня? — пробиравшись на переднее сидение занимает место на его коленях, — Ответил бы сразу, я бы мигом пришла расслабить тебя, отвлечь, — трется о крепкое бедро парня задирая и без того короткие домашние шорты. Слава отсутствующим взглядом наблюдает за умелыми попытками соблазнения. Чего не отнять у Виктории, так это мастерства манипулирования с помощью секса. Практически все разгорающиеся конфликты она заканчивала в подобной манере. Наманикюренная ручка с бронзовым загаром цепляет край мужских брюк вместе с боксерками, моментально приступая к попыткам разбудить его возбуждение. Останавливать это не было ни желания, ни сил. Возможно дрочка в машине действительно поможет очистить мысли от цепочки нелепых идей. Спустя несколько минут сопровождаемых проворными движениями и мокрыми поцелуями в шею, усердия девушки приносят результаты. Прикрыв зеленые глаза, актер пытается сосредоточится на собственных ощущениях, поймать эту возможность и отпустить тревожные терзания. Но как назло, на обратной стороне прикрытых век всплывают навязчивые образы. Словно фото-вспышкой проносится череда сменяющихся кадров: копна черных, глянцевых волос, белая кожа с проступающей синей венкой на шее, и глаза. Эти ебучие глаза. Издав мучительный стон он распахивает ресницы, наблюдая пред собой полную противоположность мелькнувшей фантазии. Вика видимо приняла его гортанный звук за комплимент, и с еще большим усердием принялась двигать затекшей от длительной стимуляции рукой. Сука, ещё и этот запах. Вишневый табак словно впитался в салон автомобиля, не позволяя убежать от удушающих картинок. Прикусив губу до проступающей крови, хватает бедро девушки, сразу же отмечая неимоверный жар её тела. Ещё одно разительное отличие. Это должно помочь. Оргазм подступает, охватывая тело парня в свои немеющие объятья. Очередной судорожный вдох — снова улавливает нотки кислой ягоды, что мешает сопротивлению кульминации - он тут же изливается на бедро своей девушки. Это пиздец. Единственное заключение на которое способен растекшийся в кашицу мозг.

***

Оставшаяся неделя пронеслась неуловимой чередой одинаковых дней, а за ней и вторая, ускользнула не иначе как мимо сознания Соколовой. События того дня, казались расплывшимся темным пятном, кляксой, что выбивалась из сложившейся картины блеклых будней. Удивительно, но этой весной она возлюбила ненавистную сессию, что неминуемо настигла их с концом мая. Подготовка к экзаменам не давала и шанса для проблеска чуждых мыслей в черноволосой головушке. Сегодня они с Ритой переступили порог аудитории для сдачи последнего предмета. Новикова в присущей, чрезмерно-эмоциональной манере, металась словно мотылек запертый в банке. Сжав руку обеспокоенной подруги внушает ей уверенность не произнося ни слова. В ответ – благодарная улыбка, вновь засиявшая среди созвездий веснушек. Волнения были напрасны, бессонные ночи в компании литров кофе привели к ожидаемому результату. Высший балл красовался на потертых страницах зачеток. Летящей походкой блондинка цепляет ледяную ладонь подруги, захватывая её в очередной, нелепый танец. — Кани-и-икулы — нараспев раздается из уст кареглазой, буквально светящейся идеями о предстоящем отдыхе. — Ну-у всё, достаточно — попытка остановить очередной кружащейся маневр, едва сдерживая рвущийся смех. Глупые выходки Новиковой по доброму забавляли её угрюмую личность. Со сбитым дыханием, девушки выходят из главного корпуса с облегченной душой. Впереди целое лето, нет чувства слаще. Размахивая около бледного лица, листами с докладом, Соколова мысленно проклинала разыгравшуюся жару. Единственный недостаток теплой поры. Платье хоть и тонкое, но излюбленный черный цвет неустанно притягивал солнечные лучи, как и локоны, что касались кончиками поясницы. Преодолев несколько ступенек обращает внимание к подозрительно притихшей одногрупнице. Янтарный взгляд с легким испугом перебегает от её лица к каким-то парням, беседующим у машины прямо напротив ворот университета. Приглядевшись, понимает внезапное волнение Риты. Нет, больше она на это не поведется. Не успевает сказать и слова, как подруга перебивает, сразу же жестикулируя рукам: — Стой-стой-стой, — поднимает ладони в привлекающем жесте, — не убегай, я честно не знала, что он придет с ним! Оправдания звучат неубедительно. Палящее солнце настигло остановившихся на полпути девушек, задерживаться на месте, казалось просто невыносимо. Актеры прерывают светскую беседу наблюдая за подругами. Лев уперевшись в капот своего автомобиля, слегка хмурит блеклые брови, переводя недоумевающий взгляд на Копейкина. Тот в свою очередь догадывается, что послужило причиной остановки студенток. Хмыкнув, отмечает иронию в облике активно спорящих барышень. Светловолосая хохотушка одета в летний, белый комбинезон, а брюнетка с опустевшим взглядом, поправляла соблазнительно-задравшийся черный наряд. Сцепив зубы отводит взгляд, принимаясь с интересом рассматривать распустившиеся цветения на деревьях. Что угодно должно интересовать его. Не она. — Просто поздороваешься! — настаивала на своем, уперев руки в боки, — Они уже заметили нас, будет невежливо, — данный аргумент звучит особенно смехотворно. Будто её волновало, что эти двое сочтут её недостаточно культурной. — С тобой-то всё понятно, — снисходительно оглядывает влюбленную девушку, — Мне какое дело до этого? — Они популярные актеры? — с ноткой сомнения, попыталась наугад подобрать доводы для убеждения. Красноречивый взгляд отвечает сам за себя. — Ну, не знаю! — надув губы, чуть-ли не топнула ногой, как дитя, — Просто ради меня, не вариант? Соколова на мгновение останавливает активные махи импровизированным веером. Ради неё? — А не слишком ли много, делается ради тебя в последнее время? Рита потупив взглядом в пол снижает голос до едва слышного шепота: — Ты моя единственная подруга. Как и я, твоя. Разве мы не должны делать всё друг для друга? — взывала к спящей совести, подкрепляя щенячьим взглядом. Отчасти, это сработало, как ни странно. — Отлично, пошли. — Что? Так просто? — прибавив скорости, поспевает за практически несущейся одногрупницей. —Да — так просто, — ответ с легкой улыбкой и хитрым прищуром. Она сделает так, как того желает Новикова. Будет присутствовать в этом нелепом кругу лицемерия. Однако, излюбленная подруга забывает об одной важной детали — не все награждены таким терпением, как она. Вероятность того, что изнеженные натуры молодых актеров будут стойко переносить присутствие Соколовой — очень низка. И тогда Рита оставит эту глупую идею — постоянно внедрять её в общество высокомерных снобов.