Дистанция

Прошло несколько дней. Дни тянулись мучительно медленно, словно время решило растянуть его страдания до бесконечности. Организм отказывался принимать пищу, каждый кусок словно застревал в горле, вызывая лишь тошноту. Сон не приносил облегчения, кошмары преследовали, напоминая о Мирай, о её улыбке, о её голосе, о её мечтах, которые теперь никогда не осуществятся. Похороны прошли как в тумане. Он видел лица людей, слышал их слова соболезнования, но ничего не воспринимал. Он чувствовал себя отстраненным, словно наблюдая за происходящим со стороны. Могила Мирай стала его новым домом. Он приходил туда каждый день, приносил цветы, садился рядом и просто молчал, глядя на фотографию сестры, где она счастливо улыбалась. Сенку не отходил от него ни на шаг. Он молча был рядом, поддерживал, помогал, но Цукаса словно не замечал его присутствия. Он был погружен в свою боль, в свою потерю, в свой мир, где больше не было Мирай. Однажды Сенку застал его сидящим на берегу океана. Цукаса смотрел вдаль, в бескрайнюю синюю даль, где горизонт сливался с небом. В его глазах не было ничего, кроме пустоты. В тот момент Сенку понял, что Цукаса сломался. Он потерял не только сестру, но и себя. Он перестал видеть смысл в жизни. В тот момент, Сенку стало страшно. Он опустился рядом, не нарушая тишину. Знал, что слова сейчас бесполезны. Что можно сказать человеку, потерявшему самого близкого? "Все будет хорошо"? Ложь. "Время лечит"? Клише. Он просто сидел рядом, чувствуя его боль, его отчаяние. Солнце медленно садилось, окрашивая небо в багряные тона. Волны лениво накатывали на берег, разбиваясь о камни. Вдруг Цукаса заговорил. Голос его был тихим, словно шепот ветра. Он рассказывал о Мирай, о их детстве, о мечтах, которые они строили вместе. О том, как она верила в него, как поддерживала, как любила. Он рассказал, в какой семье они жили, в какой обстановке, как трудился, как старался ради неё, как страдал, но ради цели — сделать её счастливой. Сенку слушал молча, внимательно, запоминая каждое слово. Он знал, что это важно, что Цукасе нужно выговориться, выплеснуть свою боль. Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, Цукаса замолчал. Он смотрел на темнеющее море, и в его глазах появилась влага. Сенку протянул руку и коснулся его плеча. Цукаса вздрогнул и повернулся к нему. В его глазах было столько боли, столько отчаяния, что Сенку стало не по себе. — Я не знаю, что мне делать, Сенку, — прошептал он, — Я не вижу смысла жить дальше. Сенку обнял его. Крепко, сильно, чтобы Цукаса почувствовал, что он не один. — Есть смысл, Цукаса, — ответил он, — Мирай хотела бы, чтобы ты жил. Чтобы ты был счастлив. Чтобы ты осуществил ваши мечты. Цукаса молчал, уткнувшись в его плечо. Сенку чувствовал, как его тело содрогается от рыданий. Пусть плачет. Пусть выплеснет всю боль. Он будет рядом. Он поможет ему. Он не позволит ему сломаться окончательно. Ведь... Ведь он любит его. Цукаса был ему близким человеком, несмотря на то, что они не разговаривали почти одиннадцать лет. Сенку молча гладил его по спине, пока рыдания не стихли, превратившись в тихие всхлипы. Он знал, что слова сейчас бесполезны, но присутствие – важно. Он оставался рядом, словно якорь, помогая Цукасе устоять в бушующем море горя. Когда Шишио немного успокоился, учёный отстранился и посмотрел ему в глаза. Они были красными и опухшими, полными невыразимой тоски. — Пойдем, — сказал Сенку, помогая ему подняться, — Нам нужно поесть и отдохнуть. Завтра будет новый день, Цукаса, — он послушно пошел за ним, словно марионетка, лишенная собственной воли. Они вернулись в отель, где временно жил Цукаса и ребята. Там их ждали Кохаку, Хром, Хьёга и Тайджу с Юдзурихой. Увидев состояние шатена, все молча окружили его заботой. Никто не задавал вопросов, не пытался утешить – просто предлагали еду, воду и возможность побыть в тишине. Цукаса поел немного, выпил воды и ушёл к себе наверх. Но Сенку пошёл за ним следом. Оставался рядом, просто, пока он не уснёт. Ночь прошла в тишине, нарушаемой лишь тихим шепотом ветра за окном. Ишигами не сомкнул глаз, боясь, что Цукаса может что-то с собой сделать. Он знал, что горе может сломить даже самого сильного человека, и Шишио сейчас был уязвим как никогда. Когда рассвело, учёный осторожно заглянул в его комнату. Цукаса спал, лицо его было спокойным, словно на миг боль отступила. Сенку вздохнул с облегчением. Он знал, что путь к исцелению будет долгим и трудным, но он верил, что Цукаса сможет его пройти. Он будет рядом, поддерживая его на каждом шагу, напоминая о мечтах, которые они должны осуществить вместе, ради Мирай. . . . . Жизнь продолжается, даже когда твой близкий человек уходит из этого мира. Это непростое испытание, которое заставляет нас столкнуться с горем и утратой. В такие моменты кажется, что всё вокруг теряет смысл, и пустота становится невыносимой. Но именно в эти трудные часы важно помнить, что жизнь не останавливается. Она неумолимо вытачивает из нас личность. Падения, взлёты, успехи, это часть жизни, часть этого круговорота, который мы обязаны пройти. Каждый новый день приносит с собой возможность. Возможность вспомнить о том, как много значил для нас этот человек, как он вдохновлял и поддерживал. Мы можем сохранить его память в своих сердцах, в своих поступках и в том, как мы продолжаем жить. Это не значит, что мы забываем или заменяем его. Это значит, что мы чтим его, позволяя себе радоваться жизни, несмотря на боль утраты. Достойно прожить жизнь — значит находить силы двигаться вперёд, открывать для себя новые горизонты и радости. Это может быть сложно, но каждый шаг к восстановлению — это шаг к тому, чтобы стать сильнее. Мы можем продолжать мечтать, любить, смеяться и радоваться мелочам, даже когда в нашем сердце есть место для печали. Пусть память о близком человеке станет для нас источником вдохновения. Мы можем создать что-то новое, что-то, что будет отражать его дух и ценности. Жизнь продолжается, и в этом продолжении есть место для любви, надежды и новых начинаний. Нужно жить так, чтобы каждый день был данью уважения тем, кого вы потеряли, и чтобы вы могли гордиться тем, как вы справляетесь с этой утратой. Неудачи — это нормально. Ничто не живёт вечно. Всё может в один момент исчезнуть. Жизнь непредсказуема, но на то она жизнь, со своими трудностями и успехами и радостями. Ты должен забыть ту боль, что ощутил при потере, но не этого человека, что значил для тебя всё. Ты должен жить дальше, ради неё и ради её мечты. Ты должен быть счастлив, это — её последнее желание, Цукаса. Всё не приходит сразу, всё не получается по щелчку пальцев, любое дело — огромный труд и усердие, ради которого ты должен приложить немало усилий, чтобы достичь его. Ты не один. Запомни это. Ты не должен всю жизнь бороться со своими переживаниями и болью в одиночку. Ты слишком долго страдал, без возможности выговориться кому либо. Мирай наблюдает за тобой. Не опускай руки. Иди вперёд. . . . . По просьбам Сенку, Цукаса стал посещать психотерапевта, который помогал ему проработать многие проблемы и детские травмы, оставленные неблагополучной семьёй. Ишигами старался быть рядом, выкрадывал время из своего графика, порой брал и вовсе отгул, но это было не часто, но его понимали и спокойно отпускали. Учёный не был силён в чувствах и психологии, но он прекрасно видел и так, как тяжело было Цукасе, как больно и невыносимо. Терапия не работает за один приём, она не поможет за одну сессию, она не изменит его жизнь за один сеанс, и Сенку это знал. Он проявлял терпение, позволяя Шишио раскрыться, позволяя ему довериться ему и наконец-то стать на один шаг ближе к цели. Это очень долгая вещь — терапия, но они оба знали об этом, знали, что понадобится очень много времени, чтобы раны затянулись, и он снова смог уверенно встать на ноги. Хьёга тоже часто навещал Цукасу. Заходил в гости, приносил фрукты, вытаскивал его на улицу, в торговые центры, всячески помогая ему и не позволяя терять свой смысл. Цукаса не был один, и это понимание, пусть и не сразу, но пришло к нему, придавая сил и желание двигаться дальше. Особенно когда рядом с ним был Сенку. Сенку был странным человеком, но он искренне его за это любил. Его уникальность, его своеобразную поддержку и заботу, без которой Цукаса давно бы ушёл на самое дно. *** — Цукаса? — позвал его Сенку, проходя в глубь комнаты, — Ты только проснулся? — слабо улыбается блондин, замечая сонное лицо Шишио, что вылезло из под одеяла. Тот лишь коротко и нечленообразно угукнул. — Собирайся, скоро такси приедет, — хмыкнул учёный, подходя к их кровати, прежде чем погладить его макушку. . . . . После смерти Мирай прошёл год, Цукаса наконец-то смог выйти из апатии и депрессии, в которую погрузился с головой после потери сестры. Он и Сенку, что были уже вместе, решили осуществить давнюю мечту Мирай — прокатиться на лайнере. Билеты были куплены, чемоданы собраны, и вот они стоят на палубе огромного белоснежного судна, готового отправиться в долгое путешествие по лазурным водам океана. Шишио, с легкой грустью в глазах, смотрел на горизонт, представляя, как бы радовалась Мирай этому приключению. Сенку, заметив его задумчивость, положил руку ему на плечо, тихонько подбадривая. На лайнере было шумно и многолюдно: туристы со всего мира, музыка, смех. Но для Цукасы и Ишигами это не имело значения. Они шли по палубе, держась за руки, наслаждаясь каждым мгновением. Ветер играл в их волосах, а солнце ласково согревало кожу. Вечером, сидя на палубе под звездным небом, они вспоминали Мирай. Цукаса рассказывал смешные истории из их детства. Он почувствовал, как тяжесть на сердце постепенно отступает, уступая место светлой тоске и благодарности за то, что Мирай была в их жизни. Сенку, глядя на него, понимал, что они оба делают правильный выбор, чтя память Мирай, осуществляя ее мечты и двигаясь вперед, навстречу новому будущему.