Симбиоз

Аскель       Чудовищная тишина нарушалась только топотом копыт моего коня. Это уже вторая деревня. Второй подобный случай за неделю, а я до сих пор не нашел виновных. Даже не приблизился к разгадке происходящего. Не этого ждал новый король, назначая меня на эту роль. Слухи о происходящем уже скоро разнесутся по всему Физалису и только ленивый не усомнится в решении почившего правителя, передавшего корону младшему сыну, вопреки всем традициям престолонаследия. Среди хранителей высших чинов давно ведутся разговоры о нелигитимности новой власти, но до сих пор это оставалось лишь разговорами. Стоит только дать некоторым министрам при дворце повод, и я не хотел бы увидеть, что будет дальше.       Завидев впереди форму регулярной армии, я спешился, передал поводья одному из стоявших рядом рядовых и направился сразу к командиру полка, раздававшему поручения солдатам. Когда их взгляды обратились ко мне, все, как по команде, встали по стойке смирно и отдали честь. — Вольно. — Тот, — Седрик, командир, показал мне рукой на нужный дом и, не дожидаясь, направился в ту сторону, я незамедлительно пошел за ним. — Ты не захочешь это увидеть. Я тяжело вздохнул. Мне описали, что произошло. Никто не захотел бы такое увидеть. Мы приблизились к ухоженному кирпичному дому, обвитому со всех сторон виноградной лозой и на секунду застыли. — Как давно? — Не больше двух часов как обнаружили. — Седрик поднялся по порожкам на крыльцо, я за ним — В следующем году пришла бы пора выбирать Дом. Значит ему было всего шесть. Тяжесть упала на сердце, а ведь я даже не зашел. Детей всегда особенно жалко, они не должны покидать этот мир слишком рано.       Зайдя в коридор, первое что я увидел – женщина сидит на полу в одной ночной рубашке, раскачиваясь вперед и назад, остекленевшие глаза смотрят в одну точку, на щеках высохшие дорожки слез, а ногтями она царапает себе руки. Я прошел за командиром дальше, в комнаты. Мы остановились у детской спальни, я еле пересилил себя, чтобы переступить порог и в ужасе застыл. Седрик заговорил первым: — Как видишь, следов крови почти нет, несмотря на его ранения. — У меня язык не повернется назвать это ранениями. Маленький мальчик лежит в своей постели, растерзанный. В глазницах отсутствуют глаза, словно их высосали, грудная клетка раскрыта, а некоторые кости обглоданы. И действительно, на пол не упало и капли крови, несмотря на пропитавшиеся ей простыни. Значит кровь забрали, как и глаза. Я развернулся на каблуках, не в силах больше оставаться в комнате. На выходе распоряжаюсь доставить скорбящую мать в Дом Муравы и иду к своему коню. Теперь Седрик спешит за мной. — Отправь своих солдат на каждый форпост, через три часа я буду ждать всех командиров Легиона на совет. Здесь только наши? — Да. — Значит отправь по одному в каждый Дом, передай обстановку Главам. Нужно скоординировать наши действия. — Я пошлю кого-нибудь ко дворцу. — Я сам передам королю. — на этих словах я забираю поводья, которые мне уже спешит протянуть один из солдат и взбираюсь на лошадь. Нужно спешить.

***

      Спустя несколько часов сквозь открытое окно влетает Финн. Бросив из своих лап свиток прямо в мои раскрытые руки, он выжидательно смотрит. — Я пока не могу тебя отпустить. Нас ждет тяжелая ночь. — Устало потираю переносицу, пытаясь припомнить которые сутки я уже без сна. Кажется, эти будут третьи. Птица понимающе кивнула и вернулась на свою жердочку в глубине моего кабинета. Я спешно вскрыл руками сургучную печать и пробежался глазами по строкам, написанным без всяких присталых формальностей.

«Я созову Совет Королевств, если твои опасения подтвердятся. Доложи мне лично, как только узнаешь больше.»

Король Люциус будет ждать меня во дворце с докладом как можно скорее, а значит высплюсь я точно не скоро.       Спешно взглянув на часы, я накинул плащ, вернул своё оружие в ножны и вышел из комнаты. Люди, встречающиеся в коридоре по пути в зал советов, бросают на меня обеспокоенные взгляды и будто хотят что-то спросить, но мой темп говорит им, что времени останавливаться и вести беседы у меня точно нет. Когда я вошел в просторное ярко-освещенное помещение, все разговоры стихли, а стража закрыла за мной широкие двери. На лице каждого из собравшихся присутствовала только одна эмоция - волнение. Несмотря на всю опытность нашей армии, никто из нас не хочет войны, которая может вот-вот случиться. В последнем конфликте редкий из нас кого-то не потерял. Это было настолько недавно, что скорбь еще не успела остыть в наших душах, оттого никто не хотел повторений: — Перед нами иная угроза! — Начал я громко, осматривая собравшихся и стараясь заглянуть в глаза каждому командиру. — Я вижу ваши переживания, но нет причин полагать, что наш враг уже восстановил потери и приготовился к новой атаке. Я знаю, что до вас доходят разные слухи и спешу их развеять: Нападения были другого рода. Сегодня мы столкнулись со вторым убийством хранителя за три дня. Все они – дети. — Я проглотил ком в горле, прогоняя из головы ужасающие картины. — У одного из них отсутствовали глаза, у другого – сердце. Дом Муравы еще проводит экспертизу, но уже сейчас можно сказать с уверенностью – на трупах не осталось следов силы истока. — Сделав паузу, я переглянулся с Седриком, и продолжил. — Мы считаем, что ноктисианцы возобновили свои атаки. Я видел по глазам собравшихся их сомнения. — Последнее время они поступали более скрытно, вылавливая пьяных хранителей в подворотнях или заманивая маленьких детей заморскими яствами, но ведь так было не всегда. Многие из вас должны помнить те времена, когда детей похищали из собственных постелей.       Кивнув своему брату, моему первому заместителю, я позволил ему продолжить за меня. Ригель встал рядом и также оглядел присутствующих, собирая на себя их взгляды и отвлекая от начавшихся переговоров, прежде чем заговорить самому. — Мы знаем, как они используют части наших тел для своих грязных ритуалов. Видимо, им стало проще на месте забрать необходимое, а не тащить живого хранителя через всё королевство. Каждый из вас, выйдя отсюда, обязан занять свой форпост пока не поступит обратного приказа. Мой полк отправится патрулировать порты, Семнадцатый, восемнадцатый и девятнадцатый – рассредоточиться по деревням. Двадцатый – в туманную чащу. Города, по распоряжению короля, уже усиленно охраняются дворцовой стражей. — Закончив раздавать команды, Ригель поднес руку к сердцу и хлопнул сначала кулаком, потом ладонью. — За Дом! Все присутствующие, включая меня, синхронно повторили это движение и хором крикнули в ответ: — За короля!       Через несколько минут окончательных обсуждений, зал начал стремительно пустеть и, в конце концов, остались только мы с братом. Несмотря на то, что он младше и не так давно стал командиром полка, я всегда считал, что он больше любого другого подходит для этой роли. Больше меня. С самого детства наш отец проявлял к нему не меньше строгости, чем ко мне. Однако Ригель всегда умел справляться с его гневом и даже иногда получал похвалу. Меня же наш дорогой отец, уважаемый всеми министр обороны Вегард Кроу, похвалил всего однажды, сказав: «Молодец, Аксель, сегодня ты достиг предела моего разочарования, тебе больше некуда падать!» Я часто думаю о том, когда же я почувствую боль утраты. Но, несмотря на то, что прошло уже два месяца со дня его смерти, я не испытываю ничего, кроме сожаления. Мне очень жаль, что я не могу понять, что он чувствует, посмотрев ему в глаза. Особенно теперь, когда я стал главой Голубого дома и главнокомандующим Легиона четырёх стихий. Наверняка, в его взгляде я бы увидел смесь неприязни и снисхождения. На гордость отца я уже давно не рассчитываю. Ригель направился к выходу, взглядом призывая сделать тоже самое. Брат прошёл в мой кабинет и направился к бару. Он достал бутылку с коричневой жидкостью и два стакана, после чего присел на диван. Я занял кресло напротив и вопросительно приподнял бровь. — Не убивай меня, Аскель. — Брат передал мне напиток, и я выпил залпом почти всё, взглядом заставляя его продолжать. — У нас гостья. — Что за гостья, Ригель? У нас нет времени, чтобы я тянул из тебя все клещами. — Прошлой ночью она вышла из леса перед нашим форпостом, я думал, что это заблудился кто-то из местных и вышел помочь. Она выглядела растерянной и явно нездешней, а стоило мне отвернуться, как она попыталась напасть, — он нахмурился, — вернее, мне так показалось, поэтому я уложил ее на лопатки, немного не рассчитав сил. Нужно было срочно возвращаться сюда, поэтому я взял ее с собой и передал Сайку. То, что она рассказывает –бред сумасшедшего! С каждым его словом я становился мрачнее тучи. — Ригель, ты понимаешь, что сейчас происходит и где мы должны быть в эту секунду? Мне нет дела до девушек, которых ты сначала калечишь, а потом спасаешь. — Да послушай же, брат! Она сказала Сайку, что прошла через разлом. Я посмотрел на него, как на дурачка. — Это невозможно. Все разломы давно запечатаны, мы бы точно узнали, изменись это. — Я тоже так сказал. — Она так и заявила вам? Что прошла через разлом? — Не совсем. Она сказала, что упала в разрытую могилу на кладбище в каком-то Бостоне во время грозы, а потом оказалась здесь, напуганная до ужаса. Говорит странные вещи, и одежда у нее странная. Сайк проверил на силу истока, она человек. — Если она человек, то как смогла пройти через разлом? Заприте её, пока мы не узнаем, кто её послал. — Уже. — Хорошо, проведем допрос завтра. — С этими словами я допил виски и подошёл к окну, вглядываясь в темноту. — Тебе пора, командир. — Есть, сэр! Ригель отдал честь, больше для проформы, и спешно удалился. Это будет долгая ночь...