Геенна огненная

Это должен был быть важный день. Вокс точно это знал, потому что на вечер у них был забронирован столик в ресторане: Валентино оставил открытую вкладку с датой, потому что хотел, чтобы Вокс точно знал об этом. То есть они ничего не обсуждали, просто Валентино решил забронировать ресторан, а Вокс перепрятал кольцо из тумбочки, где оно хранилось на самом видном месте – ведь там труднее всего найти, – в карман пальто, чтобы потом переложить в брюки и встать на одно колено. Валентино бы сказал да, пусть они не обсуждали эти. Они как-то, лет семь назад, когда их отношения стали только напоминать нормальные, разыгрывали представление в барах и ресторанах, чтобы им приносили бесплатные десерты или коктейли. Это была шутка. Но в этот день всё было серьёзно, пусть они и не договаривались. Ничто не должно было испортить этот день, поэтому Вокс накануне вечером проглотил несколько кружек крепкого горячего чая, чтобы избавиться от привкуса горечи после того набора таблеток, который он проглотил. Вокс медленно кашлял с самого утра, чувствуя себя медленно прожариваемым к вечеру. Валентино косился со всей строгостью во взгляде. Его нельзя было подвести. Вокс не мог никого подвести, поэтому он проглотил весь набор из аптечки и сверху кипяток с привкусом заварки, а потом забрался под одеяло и выключил свою часть света на своей половине раньше, чем Валентино оторвался от вечернего скролинья ленты. Он ничего не сказал и ничего не ответил. Утром должно было стать лучше, Вокс всё рассчитал, но, кажется, он облажался. Утром его слегка трясло. Вокс подтянул колени к животу, чувствую болезненную пустоту в желудке и горький привкус во рту. Его губы и ресницы слиплись, пришлось приложить усилия, чтобы начать дышать и не подавиться забитым носом и ноющей грудью. Было тяжело, его слегка подташнивало, но Вокс уткнулся лбом в подушку и наконец смог раскрыть рот, чтобы не задохнуться. Ему нужно было принять душ и остыть. Верно, просто нужно было смыть с себя липкий пот и ощущение жара. Вокс пошатывался, пока брёл в сторону ванной, пришлось придерживаться за стены, а потом за дверной косяк и раковину. Он только надеялся, что Вал не проснётся так рано из-за непривычной возни. Валентино вообще было сложно разбудить, если он засыпал, в случае опасности среди ночи Вокс планировал нести его на руках до машины, потому что дальше бы всё равно начал сдавать. К сожалению, его мышцы не были из железа или вроде того, чтобы справиться с накачанной тушкой его партнёра. Возможно, Воксу стоило меньше сидеть в офисе и снова вернуться к занятиям в зале. Он слишком расслабился, начиная терять форму. В горле скреблись кошки, Вокс сплюнул кроваво-желтоватый сгусток соплей в сток и привалился боком к стене, позволяя воде просто сделать её дело. Мысль о том, что после этого он будет вынужден взяться за шампунь и отмыть влажные волосы и кожу самостоятельно утомляла невероятно сильно. Он потратил почти полчаса до того, как почувствовал себя более чистым и холодным, как стейк, который упал в раковину. Он убедился, что на волосах и коже не осталось пены, и выбрался после этого, завернувшись в махровое полотенце. Головная боль отступила, зато руки дрожали без перерыва. Вокс весь дрожал, но с этим можно было жить, он зальёт в себя ещё чая, а потом приготовит для Валентино – своего будущего супруга – завтрак. Ахуительный план. Вокс натянул футболку и боксеры и остановился на кухне, переступая с ноги на ногу. Холодно, ему продолжало быть холодно, а ещё мир был такой заторможенный. Вокс сплёвывал скопившуюся мокроту в раковину, несколько раз чуть не завалившись на пол. Должно было стать лучше, но вместо этого его кости стали мерзко резать мышцы, пока их ломало болью. Вернулась тошнота и Воксу пришлось оторваться от застывшей глазуньи, чтобы переждать обострение. — И что ты делаешь, Вокси? — чёрт бы побрал Вала прямо сейчас. Вокс сглотнул и поднял на него взгляд, натянув бодрую улыбку: — Собираюсь приготовить тебе завтрак, не очень похоже? Валентино задумчиво хмыкнул и поправил очки, будто бы он присматривался к чему-то, а потом подошёл ближе и Воксу пришлось уворачиваться от его вездесущих рук. Чёрт, кожа снова нагревалась, нельзя было позволить Валу прикоснуться. Он будет разочарован, а потом зол. Он порвёт нахуй эти отношения, если узнает, что Вокс собирался загнуться в такой важный день. Это должен был быть их день. — Тогда тебе следует включить плиту. — Валентино указал длинным пальцем не выключенный индикатор и Воксу захотелось рвать на себе волосы. Он был идиотом. Он был конченым придурком, он… — Ты поднялся слишком рано, вот почему ты нихуя не соображаешь, детка, давай я закончу с этим… На последних словах Валентино презрительно скривился. Возможно, Вокс немного не смог выловить скорлупу или перегнул палку с солью, но он умел готовить, придерживаясь строго рецепта, и должен был справиться с такой простой задачей. — А ты немного доспишь? Вал продолжал говорить, но Вокс только замотал головой. Ему нельзя было возвращаться в постель. Он бы отрубился на всю неделю, если бы голова коснулась подушки, но Валентино потянул его за плечо, а потом начал настойчиво толкать в спину, пришлось вывернуться и отступить на шаг под его подозрительным вопросительным взглядом. — Мне нужно поработать! Я побуду немного у себя, а потом вернусь к тебе, ты даже накрыть стол и согреть смазку не успеешь? — Вокс подмигнул, активно намекая на то, что после завтрака не отказался бы от приятного продолжения завтрака. Он не дослушал ответ Валентино, только вырвался и отступил в сторону своего кабинета. Вокса чуть не настиг приступ кашля. Он закрыл дверь и практически упал на колени, задыхаясь в попытках закрыть рот сгибом локтя. Это было больно. Его горло разрывалось, его лёгкие горели, а в глазах почти выступили слёзы. Ему нужно было немного прилечь, в этом Вал был прав, но Вокс опустился в кресло, откидываясь на податливую спинку. Удобно. Он терпеть не мог работу в кровати, для работы было грёбанное место. У него был грёбанный кабинет в его доме, а значит он собирался работать там. В постели стоило ограничиться тем, что можно было сделать с телефоном. Он просто прикрыл глаза. Всего несколько минут. Когда разлепить их удалось, пахло остывшим кофе. На его плечах покоился плед, а под рукой его любимая кружка с горячим кофе. Блять? Вокс дёрнулся и попытался найти часы, но компьютер был выключен. Сука, он опаздывал? Он заставил их обоих задержаться, Валентино уже собрал вещи и свалил, потому что Вокс был настолько придурком, чтобы пропустить завтрак и проспать ужин? Его снова тошнило, но Воксу стало практически плевать, он даже не пытался маскировать вырывающийся кашель. Грудь всё ещё болела, а голова кружилась. Звуков в доме не было, а ещё не было чёртового пальто Валентино. И его высоких сапог тоже не было. Он свалил в свою старую квартиру? Вокс должен был собраться и догнать его, извиниться и просто отвести в ресторан. Всё было отлично, Вокс должен был успеть, даже если он запутался в собственных брюках и рубашке, а потом он забыл про галстук и пиджак. Ничего, он был красив и в одной рубашке, он закатал бы рукава в ресторане и расстегнул бы верхнюю пуговицу. Вал ведь говорил, что это сексуально, значит всё было под контролем. Вокс собирался натянуть ботинки, потом куртку, потом… …мир кружился вокруг, нужно было немного отдохнуть. Он прижался плечом к двери и на мгновение прикрыл глаза. Горло саднило и с каждым мгновением это чувство усиливалось. Вокс сглотнул несколько раз и подождал, стёр с переносицы ощущение жара, а потом дверь распахнулась. Раньше, чем Вокс только потянулся к ручке. Сука, он забыл куртку. — Вали в кровать, какого хуя ты тут делаешь? — Валентино нахмурился, опустив какой-то пакет на пол. Вокс прищурился, пытаясь рассмотреть содержимое, но ничего не складывалось. — Ты разве не бросил меня? — Вокс поднял мутный взгляд и слегка пошатнулся, но упасть ему не дала крепкая хватка на плече. Валентино нахмурил тонкие брови, а через мгновение на его лице отразилось осознание: — Вокси, ты с ума сошёл, я просто купил тебе лекарства, придурок. — Лекарства? — Вокс кашлянул, его качнула ещё сильнее, а потом все ощущения стали примерно невыносимы. Он практически согнулся пополам, чтобы его желудок отдал обратно всю жидкость, которую Вокс заливал в себя с прошлого вечера. Его тошнило, наверное, целую блядскую вечность, за которую Валентино умудрился куда-то пропасть. Это было к лучшему. Он не должен был видеть Вокса в таком состоянии, нельзя было так. Он был отвратительным, жалким и совершенно беспомощным. Вал не должен был этого видеть, но какая-то часть подгнивающей души желала, чтобы он оказался рядом. Вокс хотел упасть ему в руки и провести несколько минут в знакомых ощущениях, а потом ему нужно будет убрать весь этот беспорядок. — А ты серьёзно думал, что я собираюсь тебя сегодня бросить? Придурок, ты вёл себя так странно, что это начало раздражать и я отменил бронь столика, — Валентино прикоснулся к его спине и протянул бесполезной дрожащей руке стакан воды. Вокс прижал его к губам, пролив на свою рубашку почти половину. Он был весь в желчи, вытекающих соплях и воде. Рубашка прилипла к коже и теперь ему стало холодно. — А потом ты выглядел так хуёво, что мне пришлось идти в аптеку. Тебе теперь следует сходить нахер. — Там грязно, — Вокс едва ворочал языком, указывая на лужу в коридоре. Валентино недовольно цыкнул и позволил ему опереться на себя, бережно обнимая за плечи. Вокс механически неловко переставлял ноги, он практически рухнул до того, как оказался на кровати, но крепкие руки вовремя помогли удержаться. Вокс опустился на подушку, чуть не утонув в вернувшейся ломоты костей. — Ты, блять, горячий, как микроволновка после твоей готовки, как ты вообще ещё не сдох? — Валентино продолжал ворчать где-то сверху, пока Вокс чувствовал, как его избавляют от всей недавно натянутой одежды. Стало приятно прохладно, пусть совсем недолго. Валентино ласково провёл ладонью по его груди и тёплые пальцы вырвали у Вокса разочарованный стон. Он хотел просто провалиться в сон и проснуться в следующей жизни. Он хотел зарыться под землю, чтобы это значило, что он не облажается с предложением. Блять, Валентино отменил бронь на столик. Он был достаточно жалостливым, чтобы подождать, пока Вокс перестанет задыхаться от приступов кашля, а уже потом порвать все их связи. На лоб опустилась прохладная тряпка и Вокс издал что-то между всхлипом и кашлем, но он почувствовал облегчение, а потом матрас заскрипел ещё и прогнулся под весом тела. Вокс почувствовал, как его заворачивают в одеяло, а потом успокаивающее тяжёлое поглаживание по груди. Мягкая тяжесть помогала, а потом через пробившийся нос он почувствовал знакомый запах парфюмерии. Валентино осторожно обнимал его, поглаживая и даже что-то тихо мурлыкал на испанском совсем рядом с ухом. Воксу понадобилось немного времени и несколько попыток прочистить горло до того, как продолжить говорить. Ему стало холодно, потому захотелось перевернуться на бок и плотнее закутаться в одеяло. Вал не просто позволил ему это, он помог и прижал к себе, позволяя Воксу ткнуться горячим лбом к своей груди. Мокрая тряпка упала между ними и Вал просто переложил её куда-то на подушку. Теперь успокаивающие поглаживания оказались на спине. Глаза горели, щёки тоже. Вокс чувствовал себя таким расстроенным, каким никогда не был. И таким разочаровывающим. Вал должен был быть разочарованным. — Эй, — Вокс снова едва смог разлепить губы, у него во рту был мерзкий кислый привкус. Он не был уверен в своём вопросе. Это было глупо. У него в кармане пальто была коробочка с кольцом, а Вокс собирался загнуться в постели. — Ты бы вышел за меня? Валентино заткнулся, даже мурлыкать перестал. Вокс сжался в комок, под замершим касанием, а потом услышал тяжёлый вздох. — Придурок, — привычным тоном сообщил Валентино. — Меня бесит, что ты вообще решил сомневаться. Если будет продолжаться в том же духе, нахер пойдёшь. Вокс слабо застонал и прижался немного ближе, почувствовав, как длинные пальцы зарылись во влажные волосы, а потом знакомый шепот пощекотал его макушку: — Вышел бы. Не надейся легко отделаться, Вокси. С тебя компенсация этого вечера, когда перестанешь выглядеть умирающим.