You Are My Life

1994г. Москва. - Мама, пожалуйста! - Нет! - Мама, я прошу тебя! Я умоляю! - Я даже обсуждать это не буду, я же сказала! Я рыдала, стоя на коленях возле матери, которая с невозмутимым видом восседала в кресле и пыталась меня игнорировать, глядя на экран работающего телевизора. - Мамочка! – Голосила я, давясь слезами. Мать поморщилась, словно я доставляла ей ровно столько неудобств, сколько доставляет обычно зудящая над ухом муха, направила пульт на телевизор и сделала звук громче. – Я умоляю тебя, мамуля моя… Я никогда, никогда ничего у тебя не просила, но сейчас… Ведь от этого зависит чужая жизнь, мама! - Мне нет ровным счётом никакого дела до твоего Джексона. И тебе нечего там делать! - И… и… и моя жизнь тоже!.. - Не мели чепухи, дочь. - Мама! Пожалуйста, мама! Он ведь отец моего ребёнка! - И что? Мало ли таких… отцов, - презрительно фыркнула мать. – Пять лет как-то ж без друг друга выживали, а тут – на тебе! Прям всё пропало! Любовь-морковь зацвела! – Она помолчала и добавила: - Ты ему не нужна. - Нужна… Он совсем один… Ему тяжело и… моя поддержка… - Там есть кому поддержать! – Продолжала упорствовать мама. - Где ж его жёнушка? - Они развелись… - А, так вон оно что! А я-то думаю, чего ты туда так скоро намылилась у меня! - Мама, дело вовсе не в этом! - Ага, как же! Поверила я! Что, думаешь, то, что разбито, можно склеить заново и сделать вид, что так и было? Нет, милая, нет! К сожалению, так не работает… - Мама… - Я. Сказала. Нет, - чеканя слова, припечатала мать, даже не повернувшись на меня и продолжая смотреть в телевизор. Я плакала навзрыд, сидя на полу возле её ног. Но, если уж моя мать что-то решила, то переубедить её было трудно. Если не невозможно. Камень и то более чуткий и отзывчивый по сравнению с ней, и его быстрее переубедить получилось бы, чем её. Но я не отступала. - Я ведь… люблю его… Всё ещё… И очень… Это я во всём виновата… - всхлипывала я. – Если бы я не уехала тогда… Мать недовольно сжала губы в тонкую нитку. - Если бы, да кабы!.. Слушай, - не выдержала наконец она и повернулась ко мне, - ну, я ж тебя не держу! Да катись ты, куда хочешь уже, только нервы мне не трепи! Через три недели всё равно улетишь, когда оформят твою заявку. В чём проблема, я не понимаю? Что ты мне тут истерику устроила, а? – Я всхлипывала, цепляясь за подол её халата. Мама некоторое время смотрела на меня с брезгливостью во взгляде, а потом высказалась: - Да, умница-дочка! Давай, езжай туда снова, не пойми для чего! Кидай хорошую работу, единственного сына, мать, в конце концов! Беги к нему по первому зову! Не жалей нас с Мишенькой! Зачем нас жалеть? Мы ж тут и сами сможем, а он - нет! Он же дитятко малое, несмышлёное! Тридцать пять лет мужику, тьфу ты! Даже говорить об этом противно! Вот же вляпалась, идиотка, и, главное, в кого! Нет бы работягу обычного нашла, спокойного, семейного. Жили бы, поживали, да хоть бы и в Штатах этих. Нет, нам же звезду с неба подавай! – И напоследок добавила: - Дура. - Дура, мам… - подтвердила я, увидев, что дело сдвинулось. – Не могу я… Я вся изведусь, если буду тут ещё ждать, разве ты не понимаешь? - Нет, не понимаю! Не понимаю! – Глаза у матери сверкали негодованием, но она выглядела уже не такой непробиваемой, как до этого момента – я уже полдня пыталась добиться от неё помощи и ходила за ней, как приклеенная. – Надо ж было вырастить такую глупую девку! Не сидится тебе дома? Напомнить, как ты сюда вернулась? Как ревела также у меня в ногах? Что тебе, тут мужиков мало что ли, что свет клином на нём сошёлся? Давно бы завела себе кого-то! Нет, мы ж упрямые! Ребёнку отец нужен, дурёха! - Вот именно, - подхватила я. – А я? Как же я росла без отца? Ты тоже не стала искать другого после его смерти! - Ты мне тут не равняй! – Прикрикнула мама, строго сведя брови на переносице. Но во взгляде сразу появилась тоска, как обычно, при упоминании папы. Мне бы прикусить язык, но я пошла ва-банк, ведь больше ничего не оставалось – мне было жизненно необходимо улететь к Майклу как можно быстрее. Билеты на самолёт уже были куплены. - Ты ведь любишь папу до сих пор! - Да не надо мне рассказывать! – Вскинулась мать. – Любила, люблю… Всё одно – его не вернуть… - она грустно вздохнула и отвернулась, снова уставившись в телевизор, а я громко шмыгнула носом. – У тебя-то мужик хоть живой, и ты знаешь, что с ним всё нормально, - пробубнила мама через некоторое время. - В том-то и дело, что не нормально, мама! Она шумно вздохнула. - Вот и надо оно тебе, а? Проблемы такие? Видела я его тогда, по приезде в Москву. Больной насквозь, хлипкий, тощий, вот дунь – тут же коньки отбросит. А всё по сцене скачет. А когда не сможет скакать, что делать будет? Что ты в нём нашла? Деньги, славу, статус? Это всё однодневное. - Ты знаешь, что не в этом дело! – Воскликнула я. - Тогда на черта он тебе сдался?! – Почти закричала на меня мать. Я молча и всё также просяще смотрела на неё. Постучав пальцем по деревянному подлокотнику и задумчиво просканировав меня глазами, она, в итоге, сдалась. – Упёртая какая! Да пропади оно всё пропадом… - чертыхнулась мама и встала с насиженного места. – Давай, подбирай сопли, я попробую, - я тут же подскочила за ней. Но на полпути к телефону она развернулась и ткнула пальцем мне в грудь, заставив тем самым, резко затормозить. – Но учти, я ничего не обещаю! Да – да, нет, значит нет! Поняла? - Да, мамочка, - я улыбнулась сквозь слёзы и принялась вытирать глаза рукавом кофты. Мать подошла к телефону, быстро набрала цифры, подождала, пока в трубке приглушённо звучали длинные гудки. - Девушка, здравствуйте, - когда с той стороны ответили, поздоровалась она холодно. – Соедините с Олегом Васильевичем, - ей что-то сказали, и она пояснила. – Скажите, что это Светлана Николаевна из коллегии МИДа*. Да, жду, - когда дело касалось хоть каких-то рабочих моментов, мать становилась очень хладнокровной и лишних любезностей не произносила. На некоторое время повисла тишина. – Олег? Здравствуй, дорогой! Как ты? – Уже более тепло заговорила она в трубку. – Да, что с нами-то будет? Работаем, ага, - непринуждённо продолжала мама, словно позвонила просто поболтать. - Внук-то?.. Хорошо, растёт. Бегает, хулиганит, только глаз да глаз нужен. Сейчас забирать пойду из детсада. Дочь тоже нормально, работает. Чудит, правда, куда ж без этого… В Штаты вот собралась опять… - она наигранно вздохнула. – Слушай, а я к тебе с просьбой. Она ж заявку на визу в посольство подала. Только с нашими-то дело быстро не сваришь, а у неё билеты на завтра уже взяты. Ты не мог бы ускорить рассмотрение, а? – Она послушала. – Да, чёрт знает, что случилось. У неё там много друзей… Вроде у кого-то что-то произошло что ли… - мать нахмурилась, туманно обрисовывая причины моей такой скорой поездки. – Да, не, ну что ты, ну какой Джексон! Насколько я слышала, там у него своих хлопот невпроворот, – натянуто расхохоталась она и зыркнула на меня раздражённо. Я сглотнула. - У меня ж девчонка законопослушная, ты ж знаешь, как только, так сразу обратно вернётся… - заворковала мама совсем сладко. - Ты ж там на связи с Томасом*. Что ему стоит подмахнуть? А за мной не заржавеет, Олежа… - она ещё чуть помолчала. - Виза-то? Да, обычная, туристическая, на три недели… - снова небольшое молчание. - Да? Ну, спасибо тебе, дорогой! Ну, благодарю! Когда ей заехать? Рейс завтра вечером. Хорошо, утром, как штык будет у тебя. Ага, бывай, дорогой! Спасибо тебе! – Она положила трубку на телефонный аппарат и впилась в меня пристальным взглядом. – Значит так, дочь. Это был первый и последний раз, когда я тебе вот так помогла, в обход... Ты знаешь, я этого терпеть не могу. И с внуком я побуду, конечно, нечего ему с тобой опять мотаться сейчас. Вот разберётесь, тогда и посмотрим. - Мамочка… Я так тебе благодарна, так благодарна! – Я схватила её ладони и начала отчаянно целовать. - Ну, ну, ещё не хватало! – Мама выдернула свои пальцы из моих. – Я тебе царица какая что ли, что ты мне руки расцеловываешь? – А потом она вдруг улыбнулась мне ласково, как в детстве. – Что я, дочери единственной, любимой не помогу что ли… Езжай к своему Джексону. Знаю я, как это бывает… - Мама, я так тебя люблю… Она вздохнула, покачала головой. - Знаешь, доченька, именно то, что мы любим… нас и уничтожает*, - двусмысленно проговорила она и погладила меня по голове. - Не срастётся, домой приезжай, - тут же строго наказала в напутствие. - Нечего там одной шататься. Проживём и здесь втроём, ничего страшного. Хотя, знаешь… Привози мне ещё внучку для полного счастья, - я вылупилась на неё во все глаза. – Что смотришь? Пошутила я. Возможно, - невесело улыбнулась она и шлёпнула меня пониже спины. – Иди в дорогу собирайся, сумасбродка! И за визой утром в посольство не забудь!

***

1994. Лос-Анджелес. О, ласковое солнце Калифорнии! О, как же я по нему скучала! Пять с половиной лет… Эл Эй даже пахнет по-особенному… Я подставила лицо горячим лучам и прищурилась от удовольствия. Несмотря на утомительный перелёт через половину планеты с долгой пересадкой, сменой кучи часовых и климатических поясов, которые ужасно вымотали меня, я всё равно была безумно рада снова очутиться в этом городе Америки. Подумать только, я вылетала из заснеженной, холодной Москвы буквально сутки назад, а здесь – почти лето! Пересадка у меня была в Нью-Йорке, но там было хмуро и ветрено настолько, что даже вылет задержали на час из-за низкой облачности, и я не видела ничего кроме бетонных коробок небоскрёбов в окне, наполовину скрытых плотными дождевыми тучами. Переоделась я ещё в самолёте и затолкала тёплые вещи в огромный пакет, который был чуть ли не больше моего чемодана. Теперь хотя бы не приходилось потеть в свитере, куртке и зимних сапогах. - С возвращением! – Торжественно сказал мужской голос рядом со мной. Я тут же открыла глаза. - Мартин! – Темнокожий мужчина стоял, улыбаясь, чуть сбоку от меня. – Привет! – Я тут же шагнула к нему и с удовольствием обняла. – Ох, я тааак скучала! - Мы тоже, поверь, - радостно отозвался он и крепко обхватил меня в ответ. Я чуть отстранилась, осмотрела его с ног до головы. - Ты классно выглядишь! - Кто бы говорил, - ухмыльнулся он в ответ. – Ты ничуть не изменилась. Только взгляд стал… - Ох, этот всё перелёт, - быстренько перебила я, - и... В общем, я на нервах, поэтому не будем о том, как я выгляжу, - отмахнулась я. – Тебе очень идёт деловой стиль, - насколько я знала, мечта Мартина сбылась, он стал архитектором, причём в какой-то крупной фирме. - Бэт постаралась? - Ну, она делится лаврами с Пэм, - блеснул белыми зубами мужчина. – Кстати, они очень ждут тебя. Памела хочет познакомиться с тётей из далекой, снежной России. Всё пытала нас, привезёшь ли ты снега, - я улыбнулась. Им проще съездить на Аляску. Тем более, что материальный достаток теперь точно позволял. – Бэт не смогла приехать. Сама понимаешь, девятый месяц, куда ей сейчас… - Конечно, что ты! Даже не думай об этом, – тут же заверила я. – Слушай, Мартин, спасибо, что встретил, - перехватив пакет с зимними вещами поудобнее, я не стала развозить приветствия. – Езжай к жене, дальше я сама разберусь. - Стой… Ты что, не заедешь к нам? – Нахмурился Хейз в ответ на мои слова. Я покачала головой. - Нет, я сразу в "Неверленд". - Девчонки расстроятся… - Передай им мои извинения, но… Сначала он, - сказала я со вздохом. – Я не могу по-другому. - Понимаю. - Я позвоню вам, как только смогу, - заверила я мужчину. - И как ты будешь добираться в Санта-Инез? - Ну… Наверное, возьму такси, - пожала я плечами. Каким способом я туда буду ехать и сколько нужно будет потратить денег, меня не интересовало. Интересовало лишь время, которое я потрачу на дорогу. - Ясно, - кивнул Мартин и решительно потянулся к моему чемодану. – Давай сюда свои вещи. - Но… -Я на машине, - даже не дослушал он, уже выдёргивая пакет из моей руки. – Довезу. - Мартин, это далеко и долго, - тут же забеспокоилась я. – У тебя жена вот-вот родит, тебе нужно быть рядом с ней. - Именно потому что это далеко и долго, Джулия. Бэт мне голову оторвёт, если я оставлю тебя одну с этим разбираться. Тем более, что рожать ей явно не сегодня. За ней присмотрят Джеф с женой. - Джеф здесь? – Я даже остановилась. - Да, они приехали пару недель назад. - Мартин… - снова попробовала возразить я. - Всё, Джулия, едем уже. Теряем драгоценное время, сама же сказала. Я захлопнула рот и безропотно пошла за ним к автомобильной стоянке. Очень интересно иногда бывает взглянуть на город через несколько лет. Оказывается, он вдруг очень даже поменялся, расширился, а жизнь в нём не останавливалась ни на секунду. Появились новые районы, дома, жители, дороги… Про торговые центры и магазины я уже и вообще молчу. Город жил, дышал, развивался. Ни на секунду не прекращал своего движения вперёд. Так же, как и люди. Бэт с Мартином, в итоге, конечно, поженились. Я в таком исходе почти не сомневалась с самого начала их отношений. На свадьбу к ним я по понятным причинам не поехала. Я только-только родила, и мой мир был сосредоточен на сыне. У меня не было желания начав жизнь с чистого листа, снова вспоминать о... Мда. Да и денег лишних не было, будем честны. Дочь Памелу Бэт родила через год после свадьбы. А сейчас у них уже и второй малыш скоро появится на свет. Мартин закончил обучение и настолько себя зарекомендовал, что его сразу же взяли на престижное место в крупную компанию. Они с Бэт переехали в Вестсайд*. И теперь могли себе позволить дом, машину, хорошие вещи и много чего ещё. Молодцы. Джеф, кузен Бэт, окончательно переехал в Нью-Йорк. Он теперь работал в театре "Бродвей". Кстати, он тоже женился. Буквально год назад. И на ком! На нашей общей знакомой по туру с Джексоном Роуз! Оказывается, после окончания "Bad Tour" она тоже поехала покорять "Большое яблоко", и они, в итоге, случайно встретились, когда Роуз поступила на работу в труппу "Бродвея". На фоне бывшего знакомства, они сдружились, а потом чувства окончательно нашли их. Я искренне радовалась за них. Ведь Джеф долгое время был как неприкаянный, когда я ответила отказом. Так что, всё, что не делается, всё к лучшему… А я… Я сосредоточилась на воспитании сына, работе, на которую пристроилась благодаря матери (хотя она в этом никогда не признается), и пыталась забыть свои сказочные американские приключения. И… Майкла. Что было в принципе невозможно: у меня перед глазами бегало подрастающее день изо дня подтверждение того, что всё это мне не приснилось. Но, как я не пыталась сбежать, прошлое меня догнало, больно ткнув в самое сердце… Я не смогла остаться в стороне, ведь человеку, которого я всё ещё очень любила, требовалась помощь. И вот я снова качусь по трассе по направлению к волшебной стране Майкла Джексона. Добрались мы до "Неверленда" как никогда быстро. Мартин выжимал педаль газа до отказа, словно за ним гнались. Всё же торопился управиться со мной, чтобы вернуться к семье. Я вполне была довольна происходящим и не возражала против такой лихой езды. Чем быстрее, тем лучше. Лишь бы копы не остановили. Но нам везло. Я надеялась, что у ворот ранчо не будет кучи фанатов, как обычно бывало. Но нет - всё осталось по-прежнему. Хотя толпа заметно поредела, а те, кто остался, держали в руках разномастные плакаты с надписями: "Невиновен!" и "Майкл, мы верим тебе!". Поклонники всё также поддерживали его. Я улыбнулась, зная, как это было для него важно. Приятно, что не все отвернулись от него. Зато тех, кто ушёл, заменили вездесущие репортёры. Количество людей с фотоаппаратами и камерами меня несколько ошарашило. Машина Мартина не была тонирована, и я сделала донельзя невозмутимый вид, хотя сердце по старой привычке тревожно сжалось. Как только мы подъехали, к нам тут же подошёл охранник, отогнав уже начавших снимать происходящее папарацци подальше. - Добрый день, мистер, мисс, - поздоровался он. – Ваш визит запланирован? Я смутилась. Точного ответа на этот вопрос у меня не было. По телефону я сказала Майклу, что приеду, но точных дат не называла. - Добрый день. Скорее нет, чем да, - уклончиво улыбнулась я. – Вообще я к мистеру Биллу Уитфилду. Вы не могли бы сообщить ему что приехала Джулия Линн, - памятуя о проблемах телефонного разговора, я решила немного схитрить, чтобы нас сразу не развернули, даже не выслушав. - Хорошо, мэм, - охранник передал информацию по рации и снова наклонился к нам. – Проезжайте ко вторым воротам и подождите на посту, там меньше суеты. Мистер Уитфилд сейчас туда подойдёт. Мы послушно выполнили указание. Я вышла из машины, пока охранник вёл досмотр, поэтому заметила быстро приближающуюся фигуру лучшего телохранителя Майкла Джексона издалека и не сдержала улыбки. - Билл! - Девочка! Рад снова видеть тебя! Пропустите, - велел он ребятам на посту. – Нет, бумаги не нужно заполнять, - остановил он охранников, которые уже тащили стандартный договор о неразглашении. – Давайте, проезжайте! Добро пожаловать обратно! Пока открывали ворота я спросила у телохранителя: - Скажи, а… Если вдруг… - я помедлила. – Если вдруг он не захочет меня видеть… Найдётся уголок, чтобы мне переночевать? Я хочу отпустить Мартина домой, у него жена дома в положении, - я едва заметно кивнула головой в сторону молчаливого мужчины за рулём автомобиля. – Или же я тогда просто вызову такси и уеду, - я посмотрела на охранника. - Ну, мало ли, сам понимаешь… Билл ухмыльнулся уголком губ. - Сомневаюсь, что это понадобится, но да, для тебя, если что, точно местечко найдётся. Ранчо пустует, сейчас сюда никто не ездит… Я благодарно кивнула Биллу и направилась к машине. - Поезжай домой, Мартин, - улыбнулась я мужчине, который, хоть и осматривался с любопытством, но был довольно напряжён. – Я останусь здесь, не надо меня ждать. Во взгляде Хейза на миг промелькнуло облегчение. Но он тут же нахмурился. - Ты уверена? – Всё же переспросил он. - Вполне, - кивнула я. – Я позвоню вам, если что-то пойдёт не так. - Нет, - замотал он головой. – Позвони в любом случае. Бэт будет переживать. - Хорошо, договорились. Мои вещи оперативно выгрузили из багажника, и Мартин сразу же уехал, а я с Биллом направилась к главному дому пешком. Вновь я шла по этим дорожкам, вьющимся среди деревьев и клумб с цветами, слушала голосивших на все мотивы птиц и уже увидела впереди знакомые постройки. Сердце сильно билось в предвкушении скорой встречи. Я скучала по этому волшебному месту… - Билл, как он? – Пока мы приближались к дому, спросила я. Телохранитель тяжело вздохнул. - Ну… В двух словах сложно сказать. Все эти… обвинения… Мы все свидетельствовали, но, такое ощущение, что прокурору начхать на наши показания. И… после того кошмара, - Билл даже на несколько секунд прикрылся рукой, словно хотел защититься от лучей солнца, но я увидела, что он пытался скрыть боль, которая появилась на его лице. – Ох, Джулия, такого я не ожидал, честно... Даже мне было тошно от происходящего. А каково приходилось ему, вообще не представляю. Эти уро… кхм… работники всяких там правоохранительных органов, - почти выплюнул он, - заставили босса позировать им… Полностью обнажённым… Снимали… Всё его тело… Короче… Чёрт, как же мерзко, - он прерывисто вздохнул и замолчал. - Они издевались над ним? – Ахнула я. - Нет, нет, я б не позволил, - сказал Билл. – Но унизили его, как только могли, прикрываясь ордером. И я был бессилен, понимаешь? – Телохранитель так на меня посмотрел, что я ощутила его горечь и сожаление кожей. - Он сам попросил меня остаться, но это… - никогда не видела, чтобы обычно невозмутимый мужчина так переживал. - Джулия, я врагу такого не пожелаю, честно! Это же такой удар по его и так расшатанным нервам. Знаешь, он вернулся из Лондона таким окрылённым, воспрявшим духом! Улыбался, всё названивал кому-то, собрался ехать к тебе… А потом нагрянули они, и всё изменилось в один момент. Они растоптали его достоинство, прошлись своими грязными помыслами по всему дому… - мужчина снова замолчал. - Я знаю, что у него был срыв, - тихо проговорила я. - Да… Это, можно сказать, естественно, после того, что произошло. Я сам был готов напиться… - сокрушенно сказал Билл. - Он никого не хотел видеть и, конечно, никуда не поехал… Мы все не знали, что делать. Он запирался в своей спальне и мог сутками оттуда не выходить. Почти не ел и так осунулся, что мы забили тревогу – боялись повторения истории с… Ну, ты в курсе, - я кивнула. Поняла, что телохранитель намекал на зависимость от таблеток. – Когда ты ему позвонила, он хотя бы вышел из своего добровольного затворничества, но всё ещё очень плох. Как привидение, ей-богу, Джулия… Слоняется по дому. Подавленный, сломленный, безразличный ко всему… На это трудно смотреть. Ещё бы. Уж я, как никто, это знала. Меня всё ещё била дрожь, как вспомню безучастное выражение лица Майкла, когда я увидела его в той клинике. Но сейчас у меня уже были какие-никакие мысли о том, как привести его в чувства. - Билл, вы не могли бы отправить мои вещи в "Западную комнату", - попросила я, когда мы зашли в дом. - В гостевую? – Недоверчиво переспросил мужчина. - Да. Я буду ночевать там, - телохранитель скептически поднял бровь. – Буду, Билл, и ничто этого не изменит! – Добавила я уверенно. Телохранитель всё ещё медлил, глядя на меня недоверчиво. Я закатила глаза, и он, наконец, кивнул. А с лестницы ко мне неслась Карен. - Джулия! Ох, Джулия! – Она бросилась ко мне на шею. – О, как я тебе рада! Господи-боже мой! Ну, наконец-то! Я обняла её и улыбнулась. - Привет, Карен, и я рада… - но девушка уже затараторила дальше. - Что мы тут пережили! Если бы ты знала! Я чуть ли не до потолка прыгала, когда ты позвонила! Может, хоть ты, наконец, приведёшь кое-кого в чувства! – Я попыталась было вставить пару слов, но не вышло. – Ты должна, ты просто обязана мне всё объяснить! Я ничего не понимаю! Ты вдруг исчезла, Майкл ходил сам не свой, а потом вдруг раз! Женился на Лизе Мари! Нет, в принципе, мне-то какое дело, но я просто в шоке была! И ещё эти обвинения! И голова кругом, честное слово! Я решительно её прервала. - Карен! Да, хорошо, я всё расскажу, но не сейчас, умоляю! – Я взяла её за плечи и легонько встряхнула. Девушка замолчала. – Сначала Майкл. Где он? - У себя, - пролепетала визажистка. Я без лишних слов направилась к нему. На входе в спальню, меня встретили фигурки детей в полный рост: мальчика и девочки. Я сразу вспомнила, как когда-то давно он рассказывал мне о своей идее. Всё-таки воплотил. А ещё на двери был установлен кодовый замок… Я нерешительно помедлила, взявшись за ручку, но всё же нажала. Оказалось не заперто. Морально приготовившись к сложному разговору, я приоткрыла дверь и осторожно позвала: - Майкл? - Никто не отозвался. Всё, как обычно. Ладно, я хотя бы знаю, что он точно здесь. Я вошла. Внутри был тот же интерьер и приглушённый свет. Всё, как и тогда, пять лет назад. Только исчезли игровые автоматы и различные детские игрушки, отчего комнаты стали выглядеть строже и… взрослее? Интересно… Ну, посмотрим… - Майкл… - снова позвала я. Тишина. Я неосознанно поёжилась. Ладно, продолжаем искать. Я заглянула во все помещения нижнего этажа, но его нигде не было. Значит, наверху. Не мог же он испариться? Я поднялась по лестнице и увидела в другом конце, в открытом дверном проёме в комнату с кроватью его длинные ноги. Майкл сидел на полу возле своей огромной постели, опёршись на неё спиной. Выглядел он очень подавленным. Одежда на нём в небрежном беспорядке, помятая и, видимо, давно не менялась, волосы всклочены и спутаны, лицо бледное. Было очень тихо, и он точно слышал мои шаги, но даже головы не поднял. Просто смотрел в одну точку пустым взглядом. Я медленно приблизилась и опустилась возле него на колени. Он перевёл на меня совершенно несчастные тёмные глаза, но ничего не сказал. Я тоже молчала, просто разглядывая его. Потом осторожно взяла его руку в свою и принялась поглаживать бледную кожу. Его длинные изящные пальцы были еле тёплыми, а ногти обкусаны и обломаны. Пять лет назад я нашла на его руках светлые пятна витилиго, но сейчас всё было наоборот – лишь местами оставались тёмные участки. Некоторое время Майкл смотрел на меня, потом перевёл взгляд на свою руку в моей. И тут я почувствовала, что он сжал ладонь. Восприняв это за поощрение, я протянула вторую к его лицу и мягко прикоснулась к небритой щеке. Щетина у него была редкая, но очень жёсткая, и тут же кольнула меня, словно маленькими иголочками. У него в глазах стояли слёзы, которые он явно сдерживал. Выглядел Майкл сейчас таким потерянным и измученным, что я почувствовала, как сердце у меня обливается кровью. Очень захотелось плакать навзрыд от несправедливости происходящего. Знаете, самое плохое обычно случается с лучшими из людей. С самыми добрыми. И чаще всего без причины. Просто такая дурацкая судьба*. Майкл был слишком настоящим, слишком праведным для этого безумного мира. И совершенно не приспособленным к нему. Не слабым, нет. А просто искренним и открытым. Он мерил людей по себе, но, как мы знаем, ожидания имеют свойства не совпадать с реальностью. И сейчас, вдруг с головой окунувшись в человеческую жестокость там, где он меньше всего её ожидал, он не знал, как быть дальше. Я вздохнула, внутренне собралась. Что ж, Джулия, будь сильной. Снова. Ради него. - Иди-ка сюда, - я положила руки ему на плечи и аккуратно потянула к себе. Он не сопротивлялся, почти сразу прильнул ко мне, словно ждал этой возможности. Майкл уткнулся лицом мне в кофту и судорожно всхлипнул. Я поцеловала его куда-то в макушку, обняла чуть сильнее, нежно провела по отросшим спутанным кудрям волос, вдохнула его запах, такой родной и сейчас немного отдающий мускусом. Видимо, и гигиену он забросил точно также, как и внешний вид. Но неожиданно для себя я поняла, что сейчас всё, наконец, встало на свои места. Быть рядом с ним было сродни тому, что быть дома, в безопасном месте. Правильном месте. Надо же, мне потребовалось так много времени, чтобы прийти к этой мысли… Мы долго сидели в обнимку. Зная, что ему это необходимо, я поглаживала его успокаивающими, ласковыми движениями по волосам, спине, щуплым плечам. Он так исхудал, что ключицы и лопатки выпирали из-под одежды. Отросшие волосы были спутаны и напоминали воронье гнездо. - Как ты? – Тихо спросила я, попытавшись взглянуть на него. Он что-то невнятно пробормотал, продолжая утыкаться лицом в меня. Майкл сейчас был как большой ребёнок, такой же беспомощный и уязвимый. В груди щемило от смеси боли за него, теплоты и нахлынувшей любви. Очень странное чувство, когда тебе невообразимо тяжело, но и в то же время хорошо. Что ж, с младшим Майклом я справлялась, значит, и с этим справлюсь. Деваться мне всё равно некуда, да и не хочется. Иначе, я бы просто не примчалась сюда, к нему. - Я раздавлен… - еле слышно прошептал Майкл, спустя ещё какое-то время. – Я так вымотан… У меня руки сами собой сжались в кулаки. - Сволочи, - вырвалось у меня быстрее, чем я успела сдержаться. Джексон тяжело вздохнул, чуть отстранился от меня, взглянул как-то смущённо. - Не говори так… Я сам виноват, - сказал он. – Я… согласился на это, я сказал им, что если это то, что я должен вынести, чтобы доказать свою невиновность — мою полную невинность — пусть так и будет… Не думал, что всё будет так… так… - у него затряслись губы, и я поспешила снова его обнять. - Всё, всё, не думай об этом больше, - зашептала я. – Уже всё кончилось… Ничего не кончилось, подумалось мне. По всему миру о нём писали, обвиняли в таких мерзких деяниях, что в голове не укладывалось. А он остался совсем один с этим. Вокруг него было множество людей, но он был в полном одиночестве. Да ещё и должен появляться на публике и делать вид, что всё в порядке. Но всё не было в порядке на самом деле! - А где… - вдруг спросил он, запнулся на секунду, но всё же закончил, - где сын?.. И тут я поняла, что он всё преодолеет: встанет, расправит плечи и снова улыбнётся миру со сцены, просто ему нужно немного помочь - и почувствовала некоторое облегчение. Всё же Майкл, не смотря на всю свою мягкость, доброту и некоторую инфантильность, был сильным. Причём настолько, что и сам этого не осознавал. Иначе бы он не справился с таким страшным давлением общественности, которое сейчас пыталось его уничтожить. - Он остался с бабушкой, в России. Он маловат, чтобы так часто и далеко ездить, - Майкл выпрямился и посмотрел на меня. В его потухшем взгляде промелькнул искренний интерес. – Ещё не переварил поездку в Англию, - пояснила я. - Эмоций было выше крыши, - я улыбнулась, вспоминая, как сын по возвращении домой взахлёб рассказывал моей матери про Майкла, Кэтрин, Рождество и Лондон. У Джексона тоже немного приподнялись уголки губ. Хороший знак. - Жаль… Я скучаю по нему. Он – милый малыш, - Майкл опустил глаза в пол, но я не стала продолжать эту тему. Ещё не решила, как быть. Посмотрим, что будет дальше. Возможно, они и увидятся. - Когда ты ел последний раз? – Перевела я тему. - Не помню, - пожал тощими плечами Майкл. - А мылся? - Не знаю… - Так… Ясно, - пора заняться им. Я несильно хлопнула себя по коленкам и встала. Майкл с некоторым удивлением смотрел на меня снизу вверх. – Составишь мне компанию? – Улыбнулась я. Он озадаченно моргнул. - Куда? - Погуляем по ранчо? – Джексон поморщился, явно не горя желанием выползать из своего убежища. – Слушай, я соскучилась по этому месту, и очень хочу обновить воспоминания. Воспользуюсь случаем, так сказать. Давай пройдёмся немного, пожалуйста, – я сделала самое умильное выражение лица, какое только могла. Майкл всё ещё недоверчиво глядел на меня. – Ой, да перестань! Я же не зову тебя на шумную вечеринку! Это же твой дом! Ну, давай, поднимайся! – Я протянула ему руку. - Тебе самому-то не надоело сидеть в четырёх стенах? Он немного подумал, внимательно изучив протянутую ему конечность. - Ладно, пойдём, - уступил он и взял мою ладонь. - То-то же! - Я плохо выгляжу… - попробовал было поныть он, когда я вела его, как дитя, помогая спуститься с лестницы. На самом деле, я немного беспокоилась о том, что он слишком истощён и просто-напросто может упасть. А загреметь с лестницы – удовольствие спорное, так и костей не соберёшь или запросто шею свернёшь. - Ой, не наплевать ли? – Отозвалась я. Краем глаза я заметила маячивших в проёме приоткрытых дверей в спальню Билла и Карен. – Хотя… Давай накинем что-нибудь, там уже довольно прохладно. Всё ж не май-месяц. Найдёшь какую-нибудь куртку или свитер? – Вообще у меня были с собой вещи, но надо его спровадить ненадолго. - Да, сейчас… - Майкл немного шатаясь побрёл в гардеробную, а я, воспользовавшись случаем, метнулась к ожидающим меня сотрудникам. - Мы пойдём на территорию. Было бы прекрасно, чтобы нас никто не беспокоил. Он всё ещё нестабилен, - предупредила я. Билл серьёзно кивнул, выслушав. – Можно ли сделать так, чтобы потом ему принесли что-то перекусить? Только не очень плотное, он не ел несколько дней, как бы не стало плохо… - Конечно, я сейчас схожу на кухню, - отозвалась Карен. - Спасибо. Билл и Карен метнулись выполнять поручения, а я быстренько подбежала к двери в гардеробную, из которой как раз показался Майкл. В одной руке у него была простая фланелевая рубашка его любимого красного цвета в тёмную крупную клетку, а в другой приталенная, узорчатая и явно подогнанная под него чёрная куртка на молнии, видимо, сшитая специально для какого-то мероприятия, потому что я совершенно точно видела её на фотографиях в газетах. Я тут же дёрнула из его руки рубашку и оперативно завернулась. Майкл недовольно поджал губы, но не возразил. Молча напялил куртку и поплёлся за мной к выходу. Дом как будто резко вымер. Тишина стояла чуть ли не звенящая, хотя везде горел свет и чувствовалось, что здесь только что кто-то был. Билл обстоятельно подошёл к выполнению задания – выгнал всех. А на улице действительно было очень даже прохладно. Воздух пах свежестью и почему-то фиалками. Ветра не было, фонарики на деревьях вдоль дорожек, по которым мы и двинулись, светили ровно и уютно. Шли мы медленно, никуда не торопясь. Я искренне наслаждалась, ведь совершенно не слукавила, когда говорила, что скучала по этому месту. Сейчас я с удовольствием вдыхала запахи "Неверленда" и неосознанно улыбалась. Майкл послушно шёл рядом и молчал. Если честно, я почти не обращала внимания на его присутствие, полностью погрузившись в свои мысли. В какой-то момент, по ходу движения мы случайно соприкоснулись руками. - О… - я повернулась к Майклу, хотела извиниться, что задела его. Но ничего не сказала – утонула в его глубоком пристальном взгляде. Пауза затянулась, хотя лично я не испытывала от этого большого неудобства, с удовольствием любуясь им. - У тебя глаза светятся, - сказал он, неотрывно изучая моё лицо, словно хотел что-то увидеть в нём. - Просто я рада быть здесь, - от этого почему-то меня даже передёрнуло, но я сделала вид, что пожала плечами, и развернулась идти дальше, но Майкл не сдвинулся с места. Сделав пару шагов, я удивлённо обернулась. - Ты идёшь? – Он тут же приблизился ко мне, встав почти вплотную. – Что-то не так? – Спросила я шёпотом, чувствуя, что от его близости сердце привычно пустилось вскачь. Как долго я не ощущала его волшебное тепло и безграничное счастье от нахождения рядом с ним… Он поднял руку, словно хотел коснуться, но нерешительно остановил её в нескольких сантиметрах от моей щеки. Я смотрела на него как заворожённая, боясь даже пошевелиться. - Просто… - его губы задвигались и сразу же притянули моё внимание. Меня пробрала дрожь желания поцеловать его. Сдерживалась я из последних сил. Нет, сейчас это не вовремя. – Я скучал… Я ласково улыбнулась, но не ответила. - Пойдём, - и снова двинулась по дорожке. Майкл последовал за мной и уже через пару шагов поймал мою руку, а потом вообще притянул к себе и обнял. Дальше мы шли, взявшись за руки, и нежно прижимаясь друг к другу. Я, конечно, могу отговариваться тем, что это была попытка раздуть в Майкле былой огонёк жизни, но… Не только в этом было дело. Я всё ещё была не безразлична ему. И это гнало меня к нему через полмира и делало абсолютно счастливой. Мы бродили очень долго, пока он не начал запинаться от усталости, хотя держался храбро, стараясь не выдавать свою измождённость и разбитость. Я поняла, что довела его до нужного состояния и повела в сторону дома. Мы зашли в кухню со стороны хозяйственной пристройки. Я посадила его за стол, накрытый к лёгкому ужину. - Давай поедим, - сказала я. – У меня целый день ни крошки во рту не было. - Я не хочу, - тихо пробубнил Джексон, увидев, что его ждёт. - Майкл, тебе нужно поесть. Иначе ты совсем себя изведёшь, - начала я увещевать его. – Ты же совершенно без сил. - Не хочу, - упрямо буркнул он. Я закатила глаза и вздохнула. - Знаешь, я думала, что детей тяжело заставить поесть. Сын тоже вечно куксится, я замучалась придумывать и разыгрывать целые спектакли, чтобы он нормально поел. Но взрослого человека не приходилось упрашивать… Это ново, - я всплеснула руками в притворном возмущении. - Теперь у меня двое малоежек: сын и его отец. Вы издеваетесь? – Джексон слабо улыбнулся, но упорно не притрагивался к еде. Ладно, будем угрожать. – Майкл, не заставляй меня, - грозно насупилась я, стоя над ним. - Не заставлять что? – Переспросил он. - Не заставляй меня кормить тебя с ложечки! Он вскинул на меня большие изумлённые глаза. - Ты не посмеешь… - немного недоверчиво протянул он. - Ещё как посмею! – С энтузиазмом отозвалась я. – Хочешь попробовать? - Я зловеще над ним нависла. Майкл испуганно скукожился сначала, но упрямство всё же взяло верх. Тёмный взгляд полыхнул непокорностью и озорством. Я сдержала улыбку, взяв в руку вилку. У него лицо вытянулось, когда я нанизала помидор на прибор и повернулась к нему. - Я правда не голоден, - поныл Майкл, скорчив жутко жалобное выражение. Но меня так просто не проведёшь – у меня большой опыт общения с его маленькой, но такой же хитрой копией. - Не ври мне, - нахмурилась я ещё больше, - ты почти не ел уже несколько дней с того дня, как… - я осеклась. Напоминать об унизительной процедуре досмотра лишний раз вообще не хотелось. – Знаешь, милый, ни одна проблема не стоит того, чтобы морить себя голодом, какой бы безвыходной она не была. - Мне кусок в горло не лезет, - глухо признался Джексон. - Ничего, я помогу, - сказала я, снова направляя вилку к нему. – Или ты думаешь, что я примчалась сюда через половину мира для того, чтобы сидеть и смотреть, как ты изводишь себя? Неужели ты позволишь кучке каких-то моральных уродов растоптать тебя? Тебя? Величайшего артиста, талантливого гения, сильного и храброго человека? Того, на кого смотрят с обожанием и равняются миллионы людей по всей планете! Тот, кто вдохновляет, дарит новый шанс, надежду, свою доброту и заботу, в конце концов! – Я сама не поняла, как сильно разволновалась, пытаясь уговорить его. – Ты нужен людям. Не веришь мне? Выйди к воротам "Неверленда"! Там стоят те, кто верят в тебя и тебе. У них в руках плакаты, на которых огромными буквами написаны слова поддержки и любви! Ничего не изменилось, Майкл, - я положила вилку и присела на корточки возле его стула, оказавшись у его ног, - ты всё ещё важен и нужен этим людям. Также, как и своим друзьям и родным. И сыну, и… - я запнулась под его внимательным взглядом, - и мне… - уже совсем смутившись, промямлила я. Тем не менее, я положила руки ему на колени. – Понимаешь, о чём я? - Он не ответил. Просто наклонился ко мне, обнял руками за шею и потянул на себя. – Майкл… - я растерялась, оказавшись в странном, скрючившемся положении. Он продолжал тянуть, и мне ничего не оставалось, кроме как сесть к нему на колени. – Ох! – Как только это произошло, он уткнулся лицом мне в шею и вздохнул. У меня внутри всё сжалось от нахлынувшей нежности. Я погладила его по жёстким волосам. - Ты останешься? - Останусь. Он пошевелился, и наши лица оказались рядом. Я сразу смекнула, в чём дело, но нужно было дожать происходящее. Поэтому остановила его, потянувшегося было ко мне, положив указательный палец на губы. - Сначала еда. - Вот же!.. - …Целеустремлённая, да, - лукаво заулыбалась я. – Прошу, хоть пару кусочков. - Ладно, - наконец сдался он. Празднуя маленькую победу, я не удержалась, быстро чмокнула его, тут же вскочила, и прежде, чем он даже смог хоть как-то отреагировать, села по другую сторону стола. Я смогла впихнуть в него один тост с арахисовой пастой и стакан сока. Не очень-то много и полезно, но хотя бы энергии прибавит. Уже проще. Видимо, поступившая в желудок еда подействовала на него усыпляюще. Он осоловел буквально на глазах и всё сидел и подавлял зевки в кулак. Одному Богу известно, сколько он уже не спал. - Хорошо, - удовлетворилась я результатом своих трудов и поднялась из-за стола. – Давай, я помогу тебе дойти до спальни и пойду. Мне тоже спать хочется, в дороге не очень-то отдохнёшь… - Не понял… - тут же насторожился Джексон. - Ты же сказала, что... - Ну да, - кивнула я. – Я остаюсь. - Но… Погоди, - он попытался остановить меня. - Где ты будешь ночевать? - В гостевом доме, конечно, - как само собой разумеющееся сказала я. – Логично же. Он застопорился посередине коридора, поэтому остановиться пришлось и мне. - Разве ты не... Не будешь со мной? - Нет, - я пожала плечами. - Тебе нужно отдохнуть. Да и мне тоже. Я готова побыть с тобой немного, но потом пойду к себе. - Джулия, - сделал он несчастное лицо. Я была непреклонна. Он зашёл с другой стороны. – Тогда можно мне… к тебе? Я не хочу оставаться один… Хитрый. Ладно, против такой просьбы я точно ничего не смогу возразить. Да и не очень-то хочу, на самом деле. - Ты не дойдёшь, - усомнилась я. - Всё в порядке, - решительно отозвался он и пошёл обратно, к выходу, хотя у него под глазами залегли такие круги, что смотреть было больно. На подходе к дому я уже практически тащила мужчину на себе. Джексона совершенно развезло. Я хотела загнать его помыться, но, видимо, водные процедуры придётся оставить на завтра - он уже просто падал. В комнате я только и успела, что быстро откинуть покрывало в тот самый, памятный рисунок пионов, и он практически рухнул в кровать. Я помогла ему снять куртку и хотела её убрать, как он встрепенулся и схватил меня за руку. - Куда ты? - Я не ухожу. Всего лишь повешу верхнюю одежду, - он расслабился, но продолжал следить за мной взглядом, пока я ходила туда-сюда по комнате. Вернувшись к нему, я накрыла его одеялом чуть ли не по шею, оставив торчать наружу лишь острый нос. Сама примостилась рядом. Майкл сонно, но возмущённо что-то пробурчал и потащил меня под одеяло. Я не сопротивлялась. Когда он обвил рукой талию, я испытала приятное чувство дежавю. - Джулия, - тихо проговорил Майкл заплетающимся языком, - мне нужно тебе сказать… - Давай завтра поговорим, - прервала я. - Просто я… - Спи уже, неугомонный, - я нежно поцеловала его в волосы – лицо он спрятал у меня на груди. - Добрых снов. Джексон довольно вздохнул и тут же отключился. Всё. Теперь и я могу выдохнуть.

***

Я открыла глаза и первое, что увидела – невероятно счастливое лицо любимого мужчины. Он прямо светился. Неужели получилось так быстро привести его в чувства? - Доброе утро, - я в ответ тоже не могла не улыбаться. – Как ты? - Я так скучал по тебе, - вместо ответа прошептал Майкл. А потом быстро наклонился и поцеловал. Не успев отреагировать, я инстинктивно подалась к нему. Голова тут же закружилась, сердце вспыхнуло. Ох, Джулия, сама же загоняешь себя в ловушку. Что ты будешь делать с этим всем? Но ради его ослепительной улыбки я, пожалуй, отложу решение этой проблемы на... неопределённый срок. Вернее, на три недели, пока я в Штатах. - Ну, раз ты проснулся, вставай и дуй в душ, - сказала я, когда он соизволил отпустить меня. - А потом завтракать, - Майкл даже сел от удивления. - Да, да, вперёд. Я не пошутила. Он ещё некоторое время ошарашенно пялился на меня, словно первый раз увидел, но, в конце концов, послушался и поднялся. Я встала следом. - Смотрю на тебя и не могу понять, - Джексон, вместо того, чтобы идти в ванную, приблизился и взял мою руку в свою. Опустив взгляд, он начал перебирать мои пальцы. - Ты вроде бы всё та же, но... изменилась. - Пять лет прошло, конечно, изменилась, - против воли у меня вырвался тяжёлый вздох. - Жизнь заставила меня повзрослеть. Кроме того, у меня маленький сын. А это накладывает свой отпечаток на женщину. Становишься ответственной не только за свою жизнь, но и за жизнь ребёнка... - У нас, - сказал Майкл и поднял взгляд. - У нас сын, - уточнил он. Я промолчала. Не в силах выдержать такое пристальное внимание, я, в свою очередь, смущённо опустила взор. - Джулия, - он мягко, но настойчиво взял мой подбородок и заставил снова посмотреть на него. Взгляд его был глубоким и серьёзным настолько, что у меня даже дух захватило. - Ты правда останешься? Навсегда или на срок действия визы? - Если ты, наконец, дойдёшь до ванной, а потом поешь, то да, - уклончиво ответила я, вывернувшись из его хватки. - А мне пока нужно позвонить Бэт. Она на девятом месяце, не хочу, чтобы ещё и из-за меня волновалась, - он почему-то медлил, косился на меня с тревогой и нервно лохватил и так спутанные волосы. Нервничает. Я приблизилась к нему и обняла со спины. - Майкл, я никуда не исчезну. В ближайшее время так точно. Честно! Он повернулся через плечо, уголки его губ приподнялись. - Обещаешь? - Обещаю. Майкл из тех людей, которым обязательно нужна поддержка. Когда он слышал, что он единственный и незаменимый, к нему возвращалась вера в то, что это действительно так. Потихоньку, потрясение от унизительной процедуры личного досмотра начало сходить на "нет", и его внутреннее состояние стало стабилизироваться и улучшаться. Он стал чаще улыбаться, пытался иногда меня разыгрывать или рассмешить, снова начал общаться со своими помощниками, родственниками и сотрудниками. Хотя ворота ранчо сейчас всё равно были закрыты для гостей. Он не отпускал меня от себя ни на минуту. Я не сопротивлялась, понимая, что ему трудно оставаться одному и делала всё, что могла, лишь бы апатия и тяга к лекарственной помощи, не дай Бог, не вернулась. Но время шло, а заведённое на него дело о растлении малолетнего мальчика так и висело над ним нерешённым, словно Домоклов меч. Я никак не могла завести с ним разговор об этом. Опасалась, как бы он не скатился обратно, ведь при любом упоминании он мрачнел и замыкался в себе. Ничего не менялось. Майкл как будто отстранился от всего, находя во мне успокоение и компанию. Я сломала себе всю голову, пытаясь придумать выход из положения. Дата моего отъезда была всё ближе, дома меня ждал маленький сын, которого я не бросила бы надолго даже ради его отца. Но случилось чудо: Джексон сам завёл разговор. Мы сидели с ним на лужайке под деревом. Он опёрся спиной о ствол, вытянув длинные ноги, на которые закинул мои и ещё рукой придерживал и гладил коленки, пока я, сидя к нему полубоком, изучала свежую прессу. - Зачем ты это читаешь? - Спросил Майкл в очередной попытке меня отвлечь. - Чтобы быть в курсе событий, - не отвлекаясь от газеты, ответила я. - Кстати, в этом номере про тебя ничего нет. Зато про события в моей стране - навалом. Ты ведь наверняка знаешь, что после твоего памятного концерта у нас произошла... ммм... смена режима* . - Слышал, - сказал Майкл. - Но подробностей не знаю... - он сконфуженно умолк. Конечно, тогда у него было самое трудное время. - Я... Я боялся за вас, - всё же прибавил Джексон. - Да уж... Было непросто. Сидели в осаде, - я невесело хмыкнула, помятуя, как тряслись окна от танковых обстрелов здания Правительства, и как плакал назврыд от страха мой маленький сын. Но уехать из Москвы в бабушкин дом в деревне под Костромой, мы с матерью тогда так и не смогли - дороги были перекрыты, и даже мамины связи не могли их для нас открыть. Майкл помолчал, а потом вдруг спросил: - Ты скоро уедешь от меня? Я окончательно отвлеклась от чтения. - Да, - только и смогла сказать я, глядя на его огорчённое лицо. - Моё время здесь почти вышло. - Я бы хотел, чтобы ты осталась, - тихо сказал он. - Я не могу, Майкл, - я положила свою руку поверх его и чуть сжала. - Сын остался там, пусть и не один... Джексон кивнул. Но всё же не выдержал. - А ты бы... Сама хотела бы остаться здесь? Со мной... - почти шёпотом закончил он. - Вместе с сыном, конечно... Я задумалась. Хотя давно уже всё про себя поняла. - Зачем тебе это, Майкл? - Я люблю тебя, - был дан незамедлительный ответ. Сердце у меня в груди сделало кульбит. Я издала неопределённый возглас, не сдержав эмоций, но тут же прикусила щёку, чтобы не заулыбаться от уха до уха, как круглая идиотка. Я сделала самое серьёзное лицо, какое только могла. - Но я теперь не одна. У ме... кхм... у нас ребёнок. Незаконнорожденный, если по большому счёту. - Какая разница? Мне всё равно, что скажут остальные. После всего, что уже про меня написали, мне главное лишь то, веришь ли ты мне, - на миг он стал тревожным. - Ты ведь мне веришь? - Конечно, верю, я же говорила, - тут же заверила я, и он снова посветлел. - Но это не отменяет того факта, что у нас будет куча проблем. - Мы решим их, - он вдруг наклонился и легко поцеловал мою руку, лежащую на его. - Не бросай меня больше. Я пристально вглядывалась в него. - Я немного боюсь, - честно призналась я. - Чего? - Ну... начинать заново... Вдруг ты разочаруешься и бросишь меня? Не уверена, что справлюсь с этим снова. Тем более, что... что сын... - Нет, нет, - он замотал головой, прерывая меня, и снова принялся целовать мои пальцы. - Просто останься... Прошу. Заберём Майкла и... станем нормальной семьёй. Я неслышно вздохнула. Насчёт нормальной семьи... Могу поспорить. - Хорошо. Вот сейчас, именно в этот самый миг, Майкл наконец-то полностью расслабился. Его улыбка озарила всё вокруг, и я тихо обрадовалась, что смогла пробудить в нём это чувство. Плевать на всех и на всё, главное, что он в порядке и счастлив. ...Я никогда не переставала любить тебя, Майкл. И никогда не перестану...