You Are My Life

«As we walked into the room, there were faces

Staring, glaring, tearing through me

Someone said welcome to your doom

Then they smiled with eyes that looked as if they knew me

This is scaring me»

«Heartbreak Hotel» - Michael Jackson

1995г. Нью-Йорк. Нью-Йорк — город огней, мечтаний и бесконечных возможностей, символ стремления к успеху и воплощению самых смелых идей. Здесь манхэттенские небоскрёбы словно соревнуются друг с другом в высоте и величественности. В этом городе смешались тысячи историй со всего света, создавая уникальный колорит. Шумливые улицы наполнены ароматами уличной еды, разноязыкими разговорами прохожих и музыкой разных стилей и эпох. Это город вечного движения и вдохновения, он очаровывает своей красотой, притягивая миллионы людей каждый год. В пору бурной танцевальной молодости, я уже бывала в "Большом яблоке". Но тогда мы мало что увидели, кроме огромной сцены и тысяч людей, набившихся на представление. Теперь же у меня был шанс рассмотреть этот потрясающий город со всех сторон. Времени - хоть отбавляй. Живописная терраса была залита ярким дневным солнцем, что, по словам Роуз, случалось в Нью-Йорке довольно редко, и мы обосновались за вип-столиком с видом на неё, находящегося в уютной нише ресторана, отдельно от основной части зала и гостей. - Ничего себе… - покачала головой подруга. – И что же ты? - А что я? – Я спокойно пожала в ответ плечами. – Это мой ребёнок, и естественно без меня он никуда бы не поехал. Роуз вздохнула, беспомощно посмотрела, как будто была в чём-то виновата. Я же сидела с абсолютно невозмутимым видом, делая храбрый вид, будто переварила произошедшее и могла трезво смотреть на ситуацию. Скандал же тогда, на самом деле, разразился страшный… Я непонимающе сдвинула брови. – Как это, я не еду? – Медленно спросила я. Майкл всё также прятал взгляд. - Не едешь и всё. - И кто так решил? - Я решил, - очень тихо, но твёрдо ответил он. В душе вихрем пролетела череда сменяющих друг друга чувств: потрясение, боль, отрицание, страх, боль, злость, снова боль… - И почему же ты так решил? - Ты… Ну… - Майкл тревожно переступил с ноги на ногу. – Это… - он вдруг гордо вскинул голову. – Потому что я взрослый человек, - заявил он решительно, сжав руки в кулаки. – И мне не нужно ничьё резрешение, чтобы поехать куда-то со своим сыном, вот почему! Некоторое время я ошеломлённо пялилась на него, не в состоянии говорить. Ну, Джулия, как тебе такое? Что будешь делать теперь? - Нет! - Вырвалось у меня. Горечь и обида железными кольцами сдавили грудь. – Ты не смеешь так поступать! А как же я? Майкл пожал плечами. - Делай, что хочешь. Отдыхай, набирайся сил, гуляй… - он неопределённо махнул рукой в мою сторону. – Тебе решать. Сердце полоснуло, словно ножом. Меня пробрала холодная дрожь гнева. Ах, вот как… Типа позаботился. Ага, благодарю покорно! А сам ставит меня перед фактом (не в первый раз, между прочим!), как будто так и надо. И всё вроде чинно и благородно – он же печётся обо мне. - Ну, спасибо, что разрешил, - выдохнула я, чувствуя, как внутри закипает злость. Сказала я это обманчиво спокойно, хотя посмотрела на Джексона с неподдельным раздражением, которое неожиданно всколыхнулось во мне тёмной волной. – Значит так, милый. Майкл никуда без меня не поедет. Он, в первую очередь, мой сын, если ты забыл. И я не собираюсь отпускать его через всю страну даже с тобой. Либо мы едем все вместе, либо он остаётся со мной! - Но… Мы будем заняты своими делами! - Это какими же такими делами вы будете заняты, что мне нельзя вас сопровождать? – Я прямо кипела. - Ну-ка, поделись! – Я сделала на него шаг. Майкл на секунду завис, а потом начал пятиться от меня. - Всякими! То, чем мы будем заниматься… не твоё дело! - Выдал он. - Ничего себе! – Уязвлённо прошипела я. - Конечно, это моё дело! Как ты можешь так думать? Это – мой сын! - О, надо же! – Проигнорировал Майкл мой вопрос. – Ещё пару дней назад тебе было наплевать, что происходит с ним. - Чтоооо?! Это неправда! - Я аж задохнулась. Его слова задели меня, и я не смогла остановиться. – Да я же… А ты… Ты… Как ты можешь быть таким… таким… - я пыталась подобрать слова. - Каким? – Спросил Джексон. И это стало спусковым крючком. - Эгоистичным! - Выкрикнула я. Всё, что накопилось на душе, взорвалось. – Ты эгоист, Майкл! - Я?! – В ответ тут же взбеленился он. - Да, ты! – Кричала я. Гнев во мне кипел с такой силой, что я сама от себя такого не ожидала. – Тебе совершенно всё равно, как это будет выглядеть, да?! Уезжаешь, бросаешь меня здесь? Тебе совсем наплевать? - Вовсе нет! – Попытался возразить Майкл. - При чём тут это! Я уже не слушала. - Ты самовлюблённый придурок! Делаешь только то, что хочешь! – Мне вдруг стало смешно. Я запрокинула голову и засмеялась — громко и истерически. У Майкла лицо вытянулось. – Что ж, великолепно! Просто превосходно! Молодец, Майкл! Давай, продолжай в том же духе! Некоторое время он смотрел на меня, а потом оскорблённо спросил: - Почему ты такая злая? Я на миг подавилась ругательствами. Но во мне всё клокотало и бурлило от обид и разочарований. Поэтому я подошла к нему вплотную и больно, я знала это наверняка, ткнула его указательным пальцем в грудь: - Заруби себе на носу, дорогой: Майкл – всё ещё только мой сын! И он останется моим, чтобы ты не делал! А значит, он без меня никуда не поедет, хочешь ты того или нет! Тебе ясно?! – Джексон сильно побледнел и сделался совсем несчастным. Я знала, что тем самым причиняю ему сильные страдания. И мне хотелось сделать ему больно, чтобы он осознал, каково было мне эти несколько месяцев без поддержки и участия, без любви и нежности, совсем одной справляться со всем этим. Нет, каков наглец, а! Он, видите ли, всё решил! И его не трогает ничьё мнение. Привык получать всё по щелчку пальцев. Ну уж, нет, со мной такой финт не прокатит! Вспышка бурной ярости миновала также быстро, как случилась. Я выдохнула и отстранилась от него. Потом обошла застывшего на месте Майкла по дуге и вышла из танцевального зала, хлопнув дверью. Я шла прочь от него и постепенно успокаивалась. Я ощущала себя твёрдой, как сталь. Что это сейчас со мной было? Где спокойная и ласковая женщина? Где та, что хотела во всём помогать и слушаться своего любимого мужчину? Я никак не могла поверить, что сейчас жутко поругалась с Майклом, и мы орали друг на друга, как заправские скандалисты со стажем. И это тот самый человек, который всю жизнь был божьим одуванчиком и не повышал голос даже тогда, когда был очень раздражён! В последнее время я стала замечать за ним постепенные изменения в характере. Раньше, в начале наших отношений, мне казалось, что он спокойнее, ласковее, теплее, в конце концов! А сейчас он распространял свою любовь на кого угодно, только не на меня… Зато теперь, наконец-то открыв рот и настояв на своём, а не молча проглотя очередную эскападу, я почувствовала в себе какой-то железный стержень и способность многое вынести. Я отвоевала своего сына! Но… у кого? У его же родного отца? У человека, которого любила всем сердцем? И какой ценой?.. Неужели же человек может так перемениться? Навряд ли. Значит, это было во мне всегда, так глубоко запрятано, что и не заподозришь. Вот только… Что происходит с нами? Что ж теперь делать?.. - Ох, Джулия, — снова вздохнула Роуз. - Мне так жаль, – она мягко положила свою руку поверх моей. Что-то болезненно сжалось у меня в районе солнечного сплетения и заворочилось, заставляя судорожно глотать воздух маленькими порциями. От этого в уголках глаз немедленно защипало. Чёрт, обещала же себе, что буду спокойна! Я сощурилась, глядя на отражение яркого солнца на стекле, делая вид, что мне просто тяжело смотреть на игру света. Наконец, я задышала ровнее и тихо выдала: - Всё нормально. Я уже пережила, - сказала я. И тут же остановила официанта, бежавшего мимо: - Извините, я бы хотела бокал белого вина. Роуз не стала это комментировать, хотя на секунду её брови взметнулись вверх. - Как ты сейчас? – Вместо этого участливо спросила она у меня. - Нормально, - кратко бросила я, всё ещё находясь во власти переживаний. Лицо Роуз совсем не изменилось. Но в разговоре неожиданно повисла гнетущая пауза. Господи-боже, Джулия! Что ты творишь? Это же Роуз! Зачем же ты так с ней? Что она сделала тебе плохого? Просто же спросила, как твои дела, причём из искреннего участия, а не для галочки, потому что так надо. - Прости, - повинилась я. – Отвыкла, что кому-то это может быть интересно, - и потёрла лоб рукой, пытаясь сообразить, что ей поведать. – Даже не знаю, что рассказать, - призналась я, криво усмехнувшись. - Тогда просто расскажи мне, как тебе Нью-Йорк, - улыбнулась девушка. В её глазах не было осуждения. Лишь понимание и теплота. Роуз – потрясающая девушка. В пору нашей молодости она была ярким огоньком и живостью натуры очень походила на Бэт, что мне безумно в ней нравилось. Роуз вообще улыбчива, активна и общительна. Она почти никогда не унывала и относилась ко всему просто и легко. Мы провели бок о бок два месяца гастролей, но так и не успели по-настоящему узнать друг друга - сложно в таком бешеном графике поговорить по душам. Она производила впечатление милой и совершенно очаровательной девушки, какой, в принципе, и была. Тем не менее, в ней чувствовался стальной характер и несгибаемый дух. Целеустремлённости и настойчивости ей было не занимать. Когда я приехала обратно в Америку, Роуз уже стала женой Джефа. Мы созванивались довольно редко, потому что Майкл, хоть и не озвучивал, но всё также Джефа недолюбливал, и Роуз, что называется, попадало "под горячую руку". А уж чтобы увидиться, нам нужно было вообще совершить целый подвиг! Мы жили на разных побережьях страны, ребята вечно были заняты работой, а я семьёй и внутренними перепитиями. Тем не менее, я поняла, что Роуз, кроме того, что была сильной и стойкой, но ещё и невероятно понимающей и доброй женщиной. Её тонкое чувство такта, мягкость, теплота и заботливое внимание свидетельствовали о внутренней зрелости и располагали. Я знала, что она была старшей среди своих братьев и сестёр. Видимо, забота о родных наложила свой отпечаток: строгость и контроль соседствовали в ней с лаской и мудростью. Редкое сочетание. Джеф счастливчик, отхватил такую замечательную жену. - О! Нью-Йорк прекрасен! – Искренне восхитилась я. – Город меня покорил. У него воистину великая энергия! Здесь какой-то нереальный микс всех народов мира и эпох. В каждом кусочке города как будто совершенно другой мир! Тут правда много интересных мест, и у каждого есть своя душа и история. Это очень увлекательно. - И тебя даже не напугали бетонные коробки Манхэттена? – Хихикнула Роуз. – Не все в восторге от центра. - Совсем нет! – Возразила я. –Я впервые рада тому, что живу в небоскрёбе – вид из панорамного окна просто нереальный! О, и самое главное, - немного перескочила я, - здесь нет изнуряющей жары. Роуз усмехнулась. - О да! Зато есть мокрое и довольно мерзкое межсезонье. Да и зима… - Поверь, пакостной погодой меня не напугаешь. Поживи с моё в Москве, и сразу поймёшь, что такое по-настоящему жуткое межсезонье или холодная зима. Зато здесь замечательные люди! Очень вежливые. Не важно сколько тебе лет, какой ты национальности и как одета - отношение ко всем доброжелательное. Мне кажется, тут больше социализма, чем американцы сами предполагают, - мы с Роуз одновременно рассмеялись. Я взяла со стола принесённый официантом бокал вина. - Это ты просто не видишь, сколько в городе проблем. Мусор на улицах, бездомные попрошайки, - покачала головой подруга. – Иногда шагу не дадут сделать… Бывает не по себе. - Это повсеместно в больших городах, - пожала я плечами. Меня трудно было впечатлить подобными вещами, ведь Эл Эй не особо-то от Нью-Йорка и отличался в этом плане. – Зато здесь я чувствую себя как рыба в воде. Знаешь, я как будто почувствовала себя дома… Очень странно... Разница с Москвой ведь колоссальна. Ещё мне нравится, что тут есть что посмотреть самой и куда сводить ребёнка, - я было прерывисто вздохнула, но уже разговорилась и не смогла остановиться. – Знаешь, я внезапно осознала, что слишком мало времени стала уделять своему малышу, - я сглотнула, горло вдруг стало сухим. – Я была так занята собой в последние несколько месяцев, что игнорировала собственного сына. Он стал очень зависим от Майкла. Он везде с ним: играет с ним, ест с ним, спит с ним… - перечисляла я. - Да Майкл даже на деловые встречи и в студию его берёт постоянно! – Я задохнулась от нахлынувшего горьковатого привкуса ревности. Посмотрела на светлый напиток, красиво переливавшийся на солнце, поморщилась, отставила бокал, так и не сделав ни глотка и глядя на него с лёгкой брезгливостью, как будто это он был во всём виноват. - Джулия… - мягко начала Роуз, но меня уже было не остановить. Слова лились сами. - На самом деле, я прозрела перед самым отъездом. Я пришла к сыну в комнату, чтобы почитать сказку, но не нашла его там. Он был в спальне Майкла… Как и ещё несколько ребятишек, но не суть. Они играли в приставки. Я сказала, что уже поздно, и ему пора ложиться спать. Он проигнорировал меня. Я сделала замечание, но сын отказался идти со мной. Я растерялась, честно говоря, не знала, как поступить… И… Я взяла его за руку и потащила вон из спальни Майкла… - я сделала тяжелый вздох. – Я не горжусь этим поступком, - я опустила глаза, чувствуя стыд за произошедшее. – Просто… Ох, я занервничала и перестала себя контролировать, а сын сейчас стал просто неуправляем! Майкл совсем его разбаловал! Он всё ему позволяет! – Я раздражённо взмахнула руками. Роуз молчала, всё также внимательно слушая мою отповедь. - Нет, я понимаю. Я тоже виновата в том, что ребёнок отдалился от меня. Но и Майкл не прав! Сын крутит им, как хочет, тот всё ему позволяет. А ведь это мешает ребёнку усваивать что хорошо, что плохо, что можно, что нельзя и устанавливать границы дозволенного. - Просто Майкл очень любит мальчика, - вставила Роуз. - Знаю! Но то, что он его отец, ещё не делает его адекватным родителем! Когда-нибудь он это поймёт. И хорошо бы побыстрее. Упрямый как… - я не закончила. – И сын такой же. Полная копия. Нет, двое Джексонов на меня одну – это уже тяжело. - А ты пробовала поговорить с Майклом? Я прикрыла глаза. Постаралась быть спокойной. Руки сразу же мелко задрожали. - Мы… Он… У нас сейчас довольно напряжённые отношения… Мы вообще мало разговариваем, - призналась я. – Он как будто избегает меня. Я перестала понимать его и… и я… чувствую, что… всё так шатко и зыбко между нами. Я… в растерянности… И мне страшно. Роуз помолчала немного, прежде чем сказала: - Знаешь, я понимаю, что ты… многое пережила за последние полгода, - осторожно начала девушка, - и я как никто понимаю твоё горе… - она на секунду замолчала, потупила глаза, а потом продолжила более уверенно: - Такое вынести женщине всегда непросто. Знаю, что… возможно, ты сейчас просто очень обижена и зла на Майкла. Он ранил твои чувства в тот момент, когда ты была особенно уязвима, я понимаю, - Роуз прервалась на секунду. К нашему столику подошёл официант. На его учтивый вопрос, не хочет ли она чего-нибудь, она лишь качнула головой. - Пожалуйста, не думай, что я лезу не в своё дело, - её голос дрогнул от смущения, когда мы снова остались одни. - Не волнуйся об этом, Роуз, - мягко сказала я. – Ты ведь моя подруга. Кроме тебя и Бэт ближе у меня здесь никого нет. - Хорошо, - быстро кивнула она. - Я заранее хочу сказать, что ни в коем случае не собираюсь кого-то из вас оправдывать или, наоборот, обвинять. Просто… ты в основном говоришь о своих переживаниях. А… о чувствах Майкла ты подумала? О том, что вообще-то он тоже потерял ребёнка. Кроме того, я просто уверена, он жутко волновался за тебя, но старался не выдавать того, насколько разбит сам, чтобы не добавить тебе боли. Понимаешь, он ведь эти месяцы пропал со всех радаров. Газетчики с ног сбивались, пытаяясь понять, что происходит. Должна сказать, что его менеджмент умело заметает следы. Это мы с Бэт знали, что у вас горе. А когда папарацци случайно засекли Майкла - бледного, осунувшегося, потерянного, – ты бы видела эти снимки и… - Роуз поджала губы, - и то, как над ним издевались, не зная, что на самом деле не так, - в целом, я всё это знала. Вернее, я не думала об этом, пребывая в пучине своих страданий. Я поморщилась в ответ на слова Роуз. Но она всё же договорила: - Просто представь себя на его месте. Попробуй подумать его головой, представить, что он испытывает, и какой выход может найти. Каково ему? Я крепко призадумалась и замолчала на долгое время. Роуз мне не мешала. Наконец, озарение настигло меня. Господи… Почему это не приходило в мою голову раньше? Ну, и кто тут на самом деле эгоист? Это я. Я была виновата в происходящем с нами. Ну, конечно! Вот же глупая я женщина! Очевидно же. Когда проговариваешь проблемы, они становятся такими ясными и определёнными. Мой взгляд на то, что происходило между мной и Майклом сейчас вдруг оказался невыносимо понятным. Я увидела множество допущенных ошибок, кучу причинённых мной Майклу обид. И отречься или отговориться от этого горем было невозможно. Я почти всё время была не в себе. С другой стороны, когда у него были проблемы с обвинениями и лекарствами, я ведь тоже с ума сходила от тревоги за него. Но я-то смогла найти в себе силы вытащить его, а он!.. Хотя… Майкл слишком ранимый и впечатлительный, он себе не может помочь в таких ситуациях, а тут ещё я и маленький ребёнок. В этом плане он становился совершенно не способным на что-то, терялся, пугался, замыкался, переживал и не мог найти выход. Я закусила губу почти до крови. - Боюсь, Роуз, ты права, - тихо сказала я. – Правда, что с этим делать теперь я просто не представляю… - Помириться, что же ещё? – Мягким голосом озвучила очевидное подруга. - Но… Как? Майкл постоянно где-то и чем-то занят, а я либо танцую, либо стараюсь проводить время с сыном. Он нуждается во мне, и я стараюсь, чтобы мы снова стали ближе. - Что мешает тебе сделать тоже самое с Майклом? – Улыбнулась подруга. - Он вечно пропадает на студии! - Недовольно буркнула я. - А ты знаешь, где это? - Знаю. - Ну, так навести его там. - Но… он же работает… - Не верю, что прямо всё время. Когда-то же он и отдыхает, верно? – Слова Роуз звучали очень разумно. Я задумалась. – Вам просто нужно поговорить, - веско сказала она. – Выяснить все обиды и недомолвки и простить их друг другу. Своего рода, обнулиться. Отработать прошлое, закрыть эту дверь и никогда к ней не возвращаться. Но учесть на будущее всё, что произошло, - Роуз подняла пальчик для важности. - Не бывает безвыходных ситуаций, Джулия, - она чуть наклонилась ко мне и произнесла ласково. – Ты же женщина. А женщины могут всё, правда ведь? – И подмигнула. Я издала смешок. На душе стало чуть легче. Всё верно. Нужно открыть рот и просто спокойно поговорить. У меня в голове даже начал складываться план. Я немного воспряла духом. Приятно осознавать, что и с этим можно справиться - вселяет уверенность. А наша дальшейшая с Роуз болтовня потекла немного в другое русло. - Кстати, ты снова начала танцевать, я правильно услышала? – Спросила Роуз через некоторое время. Я смущённо улыбнулась. - Да, пытаюсь вот... В основном, делаю базовые движения, растяжку. Пытаюсь прийти в форму. Да и это… разгружает мозги, понимаешь? В танце я могу выместить все свои тревоги и другие чувства. - Ещё бы не понять! – В ответ оживилась подруга. – Ох, я как вспомню наши с тобой гастроли, аж ностальгия мучать начинает. Здорово же было! – Не то слово… - Никогда не забуду тот токийский люкс, - у меня по коже пробежали мурашки от воспоминаний. Да, я тоже не забуду тот… люкс, ага. – Боже, та ванная была просто нечто! Я мечтаю сделать нечто подобное в нашей квартире. Кстати, приезжай к нам в гости, - радушно пригласила Роуз. – Ты же ещё не была у нас никогда. Можешь одна, или с… Майклами, - хихикнула подруга. - Джеф будет рад. Ой ли? Что-то я сомневаюсь… Так… Если я хочу помириться с Майклом, то, пожалуй, пока стоит с этим не торопиться и хорошенько подгадать время. - Спасибо, Роуз, я постараюсь, но пока точно не могу обещать, - осторожно поблагодарила я. - Да, не беспокойся об этом! Позвони, если надумаешь, - легко сказала она. – О! Кстати! Что я вспомнила! - Вдруг всплеснула руками Роуз. - А знаешь, кто сейчас в Нью-Йорке? – Спросила она с невероятно радостным видом и даже заёрзала от воодушевления. - Эм… Нееет, - осторожно протянула я, глядя на неё с прищуром и немного подыгрывая. - Ла Велль Смит! - Оу, надо же… - протянула я, не зная, как отреагировать на эту новость. Старый знакомый хореограф. - Здорово, правда? Мы с Джефом позвали его в нашу студию в театре, в среду. Это время наших репетиций, так что в зале не будет лишних. Приходи тоже! Потанцуем, вспомним что-нибудь, да и просто увидимся! – С воодушевлением продолжила Роуз. – Тот наш состав был классным! Все такие милые, дружные. Я скучаю по тем временам, - призналась она. – Иногда мы с Джефом созванивались с остальными ребятами, узнавали, как у кого дела и жизнь... Ох, Джулия, приходи, а? – Уже совсем просяще произнесла она. - Ну… Я не в форме, Роуз, - начала было отнекиваться я. – Мне нужно поговорить с Майклом и решить проблемы… - Ты же не будешь заниматься этим всё время, правда? – Хитро спросила женщина. - Ну… нет, - я поняла, что легче сразу согласиться и применила тактику Майкла: согласиться, а потом отговориться, что занята. – Хорошо, я постараюсь. Но обещать не могу, сама понимаешь. Майклу что угодно может в голову прийти. - Отлично! – Обрадовалась Роуз. – Я впишу тебя в списки на служебный вход!

***

К студии я ехала в приподнятом и немного нервозном состоянии и без конца дёргала кулончик-капельку, подаренную мне Майклом. Со временем это стало своего рода навязчивым движением, если я начинала волноваться или нервничать. Ехала я, что называется, "сюрпризом" - не сказала ему, что собираюсь навестить. Понимаю, он работает, но, думаю, не страшно, если он немного отвлечётся от записи. В крайнем случае, подожду, когда у него выдастся свободная минутка. У меня была цель поговорить с Майклом и вновь достичь взаимопонимания. Мне хотелось уже оставить всё, что с нами было позади. Хотелось спокойствия, уверенности и любви. Мне не привыкать налаживать мосты общения, и я собиралась выжать максимум из этой встречи. Тем не менее, предугадать, как он отреагирует, было невозможно. Майкл изменился. Стал более скрытным, задумчивым и непредсказуемым. Я была во все оружии: нарядилась в платье по фигуре и накрасилась, внутренне настроилась на сложный разговор, ведь с Джексоном легко не бывает, особенно, если он недоволен и дуется. Но всё же я надеялась застать его в хорошем расположении духа. Потому что уже знала, что он любит работать над новым материалом. Майкл прекрасно ладил с людьми в студии, ведь с ними он чувствовал себя комфортно. Конечно, при условии, что они его слушаются и делают так, как он скажет. Потому что Джексон всегда точно знал, какого звука хочет достичь, и их задача была в этом всячески ему помогать. А когда работа у Майкла спорилась, он всегда был радостный и счастливый. А значит, шансы всё наладить увеличивались. К зданию студии меня подвезли с служебного входа, где была закрытая с трёх сторон парковка. Билл разведал обстановку и сказал, что лучше лишний раз не светиться у парадного подъезда. Я вышла из машины и задрала голову, рассматривая интересный фасад бруклинской высотки*. Пришлось прищуриться, потому что яркое солнце сегодня разошлось просто по полной программе. И именно поэтому я его сразу не заметила. - Привет, красотка. Давно не виделись, - чуть ленивая интонация в уже знакомом мне мужском голосе с лёгкой хрипотцой. – Что, погулять отпустили? Я опустила голову и поглядела туда, откуда услышала приветствие. Проморгавшись, я, наконец, рассмотрела его: ореол вьющихся волос, пирсинг, звенящие при каждом движении многочисленные браслеты и кольца, татуировки, неформальный стиль одежды, сигарета во рту – не узнать Слэша было невозможно. Откуда он здесь? Я настолько удивилась, увидев его у служебного входа студии, на которой работал Майкл, что так и не додумалась даже поздороваться в ответ. Слэш же тем временем оценивающе прошёлся по моей фигуре. - Праздник какой-то? - Улыбнулся он уголком губ. - Нет… - не поняла я брошенной им фразы. - И добрый день, да, - догадалась-таки я поздороваться, проигнорировав лёгкий подкол мужчины. - Добрый, - кивнул Слэш в ответ и, медленно затянувшись, выпустил в воздух струйку дыма. – Какими судьбами? Я б задала тот же вопрос. - Да так… Парня проведать приехала, - довольно прохладным тоном выдала я. А чтоб неповадно было сразу. Пусть знает. Слэш только хмыкнул, снова затянувшись сигаретой. - Видел его, да. - А вы… - На "ты", - коротко вставил он. - …А ты здесь по делу? - Ну, типа того. Тоже, в какой-то степени приехал к парню. Причём к твоему, ага, - я моргнула, и Слэш позволил себе смешок. – Расслабься, шутка юмора. Он позвал, что-то нужно записать. - А… - Мисс Линн, - тихо сказал тенью стоявший позади Билл, - нужно идти. Не стоит так долго оставаться на виду. - Да, конечно, - ответила я. - Что ж… - я было хотела попрощаться с рокером, но тот оперативно затушил сигарету об урну. - Пошли, провожу. Ты ж здесь ещё не была? - Эээ… Нет… - О’кей. Проведу экскурсию. - У меня есть сопровождающий, - намекнула я на Билла. - Ага, - Слэш уже открыл дверь внутрь. Мои слова ему явно были по боку. Ладно. Мы прошли по коридору к лифту, створки которого тут же открылись, гостеприимно запуская нас троих внутрь. - Классное платье, тебе к лицу, - пока поднимались на этаж снова заговорил Слэш. Он опёрся спиной о стенку лифта, засунув руки в карманы кожаных штанов, и смотрел на меня сверху вниз своими тёмно-карими глазами, которые хитро блестели из-под густой копны кудрей. - Спасибо, - скромно улыбнулась я. - Ты красотка. Не забывай об этом, - он мне подмигнул и улыбнулся одним уголком губ. - И не только сегодня. Я опять не нашлась с ответом и вылупилась на него во все глаза. Билл сбоку издал странный звук, словно приглушённо кашлянул или подавился. Я нахмурилась и пригляделась к музыканту внимательнее, пытаясь понять, издевается ли он. Но по выражению лица было понятно, что нет, это отнюдь не насмешка. Мужчина вёл себя раскованно и совершенно не боялся высказываться смело. Было заметно, что душой он не кривил, говоря мне… комплименты? Господи, да с чего вдруг? Мы виделись то один раз, а разговаривали вообще две минуты! Похоже, от своей тоски и равнодушия кое-кого, я уже начала с ума сходить и видеть то, чего и в помине не было. Да, даже если и было, в мои планы флирт с другим мужчиной сегодня не входил. Да и вообще никогда не входил. Слэш, конечно, притягательный и довольно симпатичный, но уж очень своеобразный. А у меня уже есть один… симпатичный и своеобразный, зачем мне другой? Звякнул лифт, двери открылись – мы были на нужном этаже. К нам тут же подскочил мужчина. Судя по виду, какой-нибудь администратор студии. - Мистер Слэш, мэм! Чем я могу вам помочь? - Я к мистеру Майклу Джексону, - сказала я. - Студия пять, - на всякий случай пояснила я, предвидя, что сейчас он начнёт отнекиваться, что я всё перепутала и никакого Майкла Джексона здесь нет. Стандартно. Майкл всегда подстраховывался, выдумывая легенду, чтобы его не отвлекали и журналисты не разнюхали, где он находится. – Я бы хотела, чтобы вы оповестили его, что пришла Джулия Линн. - Он вас ждёт? Вы записаны? Записана? Я? Куда? - Нет… Я решила приехать неожиданно. Так сказать, сделать ему сюрприз. Мужчина моментально помрачнел. - Я боюсь, мистер Джексон не… - Слыш, Джек, - неожиданно вмешался Слэш, до этого молчавший, - не гони ерунду. Если напряжёшь извилины, то вспомнишь, что я уже тут был. Вышел её встретить, - музыкант кивнул головой в мою сторону, и его волосы, словно кудрявая волна, очень смешно качнулись вслед. Туда-сюда. Забавное зрелище. Чего это Слэш на ходу сейчас выдумывает? Я же не просила… - Нас ждут. Не мешай, а метнись, куда леди велела, и сообщи, - и как-то покровительственно положил на моё плечо широкую и довольно тяжёлую ладонь. Прикосновение было хоть и грубоватым, но не неприятным. Я почувствовала, как мурашки дружным табуном пробежали у меня по позвоночнику и тут же напряглась. Совсем отвыкла от чужих касаний. Мда, Джулия… А вот если ты хочешь снова танцевать, придётся как-то это преодолевать… Администратор сначала было растерялся, но музыканту перечить не стал. - Хорошо, проходите в комнату отдыха, я доложу о вашем визите, - он показал рукой на ближайшую дверь слева, в которую меня и направил Слэш словно поводырь слепого, всё ещё так же держа за плечо, а сам ушёл дальше по коридору. - Уссаться, доложит он, - фыркнул мужчина. Я чуть не прыснула. Мне вдруг стало смешно от его несдержанной прямолинейности и простоты. – Прямо как лучших домах Лондона! Аж зубы сводит, - он, наконец, убрал руку с моего плеча, и я почувствовала облегчение. Музыкант прошёл к небольшому кожаному диванчику и, беззастенчиво плюхнувшись в самом его центре, достал сигареты. – А, блин, тут же нельзя, - чертыхнулся он и бросил пачку на стол. – Чего стоишь? Падай рядом, - призывно кивнул он. Я покачала головой. – Стесняешься? – Слэш раскинул руки на спинке дивана почти на всю его длину, закинул ногу на ногу и хищно улыбнулся. Меня пробрала странная дрожь. Ух… Нет, что-что, а обольщать Слэш умел мастерски. Я сделала сложное лицо, потому что он продолжал изучать меня цепким взглядом из-под копны волос. - Платье помять не хочу. - Ну-ну, - ухмыльнулся Слэш и откинул голову. Повисла пауза. Майкл всё не шёл. Музыкант растёкся на диване, словно у себя дома и время от времени посматривал на меня, я видела. А я так и переминалась с ноги на ногу, дёргая цепочку с капелькой. Через довольно продолжительное время, я уже начала было подумывать, а не пойти ли мне попробовать самой найти эту студию пять, как Слэш снова заговорил. - У тебя классный пацан растёт, - сказал он. – Такой чёрный живчик. - Ты его видел? - Ага. На тебя вообще не похож, - поддел мужчина. Я закатила глаза. - Знаю. То же мне, Америку открыл, - вяло парировала я. - Как звать? - Кого? – Не поняла я. - Пацана, конечно, - терпеливо, но с ехидной улыбкой пояснил Слэш. - Майкл. Слэш вздохнул. - Плоско. Никакого воображения, - я лишь пожала плечами. Это не его дело, как и почему я назвала своего ребёнка. – Кстати, у парня талант. И с фантазией всё в порядке, - я снова посмотрела на него. – Не, я серьёзно. Знаю, о чём говорю, - продолжал беседу мужчина, - он круто рисует, видел парочку его каляк. Его б в художественную студию… - Да, мы думали об этом, - согласилась я. Надо же какое участие к ребёнку! Неожидала такого от… прожигающего жизнь рокера. - У меня есть один знакомый. А у него друг, который держит студию для детей в Эл Эй, - продолжил мысль Слэш. - Могу подкинуть контакты. Неплохое местечко для таких мелких бумагомарателей. Я уже откровенно дружелюбно улыбнулась ему. Похоже, за грубоватой резкостью крылась внимательная и довольно добрая, по своей сути, натура. Слэш был не так плох, как казался со стороны. - Было бы здорово, но мы редко бываем в городе. Всё какие-то разъезды… Но спасибо, - я вдруг не выдержала и решила поинтересоваться: - Слушай, откуда у рок-музыканта контакты детской художественной студии? У тебя есть дети? - Не, пока не нажил. Или нажил, но не знаю об этом, - легко отозвался Слэш. – Просто это давние… эээ… связи. Тоже рисовал когда-то*, а сейчас племяш туда ходит. - Ты? Рисовал? Правда, что ли? – Зацепилась я за любопытный факт. - Правда. А что тебя удивляет? - Нет, ничего, просто… Ты же музыкант, - в порыве любопытства я всё ж подошла к диванчику и присела. В ногах правды нет, а Майкл явно не спешил к нам на встречу. - И что? Я когда-то и на велике серьёзно катал*. Даже на соревнованиях выступал, места занимал… - Слэш в свою очередь с места не сдвинулся, продолжая вальяжно восседать, удобно раскинувшись. – До того, как в моей жизни появилась моя единственная настоящая любовь, - он сделал паузу, лукаво ухмыляясь, и я даже чуть подалась к нему. Такой необычный человек, наверное, и любовь у него необычная. Какая? Кто она? – Гитара, - наконец, сказал музыкант, растянув губы в довольной улыбке. - О, - и я неосознанно заулыбалась ему и даже придвинулась ещё поближе. – Ну, конечно! - А ты? Я на секунду смутилась. Потом пожала плечами. - Я всю жизнь танцевала. С самого детства. Сколько себя помню. - Так и думал, - он повёл головой, и волосы у него снова плавно качнулись. Туда-сюда. Я даже засмотрелась. – Тоже любовь, да? - Любовь, конечно, - согласилась я, чуть прикусив губу. В голове тут же замелькакли воспоминания о выступлениях, о которых в последнее время, я думала всё больше и больше. Очень хотелось обратно на сцену, но… Однако разговор внезапно принял новый оборот. Мужчина наблюдал за мной пристально, хоть и делал вид, что совершенно расслаблен. Я вдруг заметила, что его взгляд задержался на моих губах дольше обычного… И поймала себя на мысли, что краснею, как девчонка! Слэш ухмыльнулся, видя мою реакцию. - Знаешь, - заговорщически наклонился он ближе так медленно, что я даже не сразу поняла это, - многие говорят, что танец рождается из страсти, похожей на настоящую физическую близость. Тоже способ выразить чувства, желания, стремление… - пока он говорил, его рука незаметно приблизилась к моему плечу, мягко коснувшись кончиками пальцев. Я ощутила внезапный жар и невольно сглотнула, осознавая, насколько близко находится этот почти незнакомый, но притягивающий мужчина. Кажется, я потеряла бдительность… - Ну, в целом, так и есть, - пробубнила я и повела плечом, пытаясь уйти от прикосновения. Нет, ну хитрец, каких поискать! Издалека зашёл, расположил! И главное, ведь не страшно пытаться соблазнить меня под боком у Майкла… Только эта мысль загнанным зайцем проскочила у меня в голове, я тут же словно очнулась. И именно в этот момент, как в плохом мексиканском сериале, дверь распахнулась, и на пороге комнаты появился Майкл Джексон собственной персоной. Тёмный взор упал сначала на меня, затем на протянутую, едва ли не касающуюся моего плеча руку мужчины совсем рядом, и выражение его лица моментально изменилось от растерянности до негодования. В голове у меня мелькнуло одно единственное слово: «Катастрофа!»