~ Чёртов мужлан ~

Даже Солнце ещё не проснулось, а Нечаев уже толкал вещи в сумку. Почему толкал? Да какая разница на себе же разгладятся. Набор был по классике меньше одежды - больше оружия на экстренный случай, опыт прошлого всё никак не давал майору покоя и порой это доходило до какой то одержимой паранойи. Быстрыми шагами он ходил по комнате в одних трусах и проверял всё ли собрал. -Товарищ Майор, я вашим соседям уже сочувствую, - имитируя зевок бурчит ХРАЗ. -Хрень, заткнись, - рыком отвечает Сергей и закидывает в сумку ещё пару капсул с нейрогелем. Громкий топот заставляет граненный стакан с остатками чая немного дрожать, бренча чайной ложкой об грязноватые стенки. Как позже оказалось зря Серёжа так торопился, он уже минут пять ходил туда сюда по площади, порой проверяя время и громко ругался в ожидании инженера, который явно никуда не собирался спешить. Его миниатюрный профиль показался откуда то с востока. Своей манерной походкой от бедра он шёл поедая мороженое и улыбаясь как мартовский кот, наслаждаясь лучами яркого Солнца. -Мы и так опаздываем, а ты ещё и хуйню всякую ешь! - рычит недовольно майор и подходит к машине, открывая ту грубым движением. -И тебе доброе утро, Нечаев, - сладким голоском щебечет Виктор, облизывая мороженое по всей длине, красный язычок аккуратно ласкает вишенку, что красовалась на верхушке рожка. -Садись уже, сосун хренов, - командует Нечаев и садится сам. К сожалению переднее сидения заняты роботом. И поэтому Петров плюхается рядом, касаясь своим худеньким коленом бедро Сергея, тот сразу раздраженно закатывает глаза, отодвигаясь ближе к окну. То и дело Виктор замечал на себе тяжелый и крайне недовольный взгляд майора. В такие моменты парень хищно улыбался и облизывал верхушку белого пломбира кончиком остренького языка. Когда в очередной раз столкнулся с хмурым выражением лица, то подцепил маленькую вишенку в карамельном сиропе и стал перекатывать её от одной щеки до другой, прижимая к стенке до предела. Пышные ресницы прикрыли сероватые глаза и грудь тяжело поднималась, длинные музыкальные пальцы впились в кожаное сиденье автомобиля. -Что у тебя настолько всё плохо без Ларисы, что ты уже от мороженого кончаешь?- усмехается Нечаев в своей обыденной манере, но внутренне напряжение накатывало сильнее и мысли в голове стали путаться, внизу появился незначительный дискомфорт. -Мммм!- игриво простонал Петров откидываясь полностью на спинку сиденье и усмехается, облизываясь, словно лисенок увидевшись заветный кусок мяса. Разом закидывает остатки мороженого и разгрызает его с характерным хрустом вафельного рожка, крохотные крошки остаются на пальцах и падают на воротник сероватой формы. "Педик челкастый! Чтоб ты подавился!" - злится в мыслях Сергей и немного ерзает, его одолевает смесь гнева и чего то ещё... Возбуждения? Не может быть это просто нервы и всё. Его не могли привлекать мужчины. Это не положено, не правильно, не по уставу в конце концов! Можно обмануть мысли, но вот тело никогда. Его язык коварен и слишком открыт. Напряжение внизу усиливалось с каждым малейшем движением этого поганца. Жар медленный и тягучий, как качественный мед тёк по телу. Хотелось раздеться, прикоснуться руками к разгоряченному телу и согнать это наваждение, которое словно маленькими ниточками тянуло в пучину грязных, неправильных мыслей. Нечаев шумно дышит, массивная грудь медленно и тяжело поднимается. В машине было всего несколько шумов: дыхание майора, причмокивание языка Виктора и шипение Вовчика, что управлял транспортным средством. -Ты, блять, можешь есть быстрее?! - взрывается Сергей, его голос хриплый, практически рычащий. Кулаком он стучит по переднему сиденью и злобным взглядом прожигает инженера, что вопросительно поднял глаза, надув свои розоватые, пухлые губы. -Вижу с наблюдательностью у тебя всё, так же плохо, как и с мозгами, - сарказм сочится, как утренняя дымка на рассвете и плавно оседает в воздухе. Это остужает пыл Нечаева и его взгляд падает на длинные, белоснежные пальцы Петрова, что уже сжимали очередную книгу. -Книжный червяк, - закатывает глаза мужчина и отворачивается, он рад, что в этот раз непонятный импульс растворился сам по себе. В голове пролетела мысль, что ему просто показалось или это творение уставшего мозга. "Просто глупое совпадение! Разберёмся с этой хуйней и сразу в отпуск!" - размышляет в голове майор. Из мыслительного процесса вырывается язвительный, успевший уже надоесть тон хотелось заткнуть этот паршивый ротик хоть чем-нибудь, хоть на мгновение. -Знаешь, тебе тоже стоит попробовать...-Виктор театрально выдерживает паузу и продолжает,- начни с чего-нибудь полегче, например, с картинками,- его тон сладкий, практически приторный и он душит, заставляет каждый нерв Сергея напрячься вновь. Злоба подкатывает с новой силой, его раздражает не столько слова, сколько то что эта язва издает какие то звуки в целом, кажется скоро начнет раздражать, что они дышат одним воздухом. Венки пульсируют на лбу, кровь бурлит, сердце так стучит, что становится больно от каждого, даже маленького удара. -Слушай сюда, педик, если ты сейчас не заткнёшься я тебе въебу, понял?! - рычит майор и хватает тонкую, изящную шею крепкой рукой и начинает слегка надавливать. Кислорода становится в считанное мгновение мало и губы Виктора отдают легкой синевой, но глаза выдают удовольствие, он сам выгибается в эту пленительную ловушку для своего тела. Мелкие мурашки пробегают по коже и слегка усиливаются, зрачки расширяются. Сознание шныряет из огня в ледяную воду и обратно, фантазия рисует тысячу кульбитов, которыми они могли бы заняться, если бы майор только признал себе, если бы только дал зелёный свет и маленький шанс, если бы послушная сучка Сеченова наконец перестала полностью верно служить своему папочке и сорвалась с поводка. Слишком много чёртовых "если". Так нельзя, терпеть невыносимо, Виктор устал от этого и попытки сделать ход первым дают хорошие плоды, а значит нужно продолжать играть свой долгий спектакль до конца что бы не стояло после занавеса, что бы не пришлось отдать за главную роль. Он пойдет до конца и возьмет триумф. Нечаев наблюдает за реакцией в его голове творится хаос, будто гранату взорвали и теперь ошметки летали по всюду. Куча маленьких человечков пытаются собрать всё заново, но спотыкаются и больно падают. Сердце издает глухие удары, а пальцы немного усиливают нажим. Под большим пальцем прекрасно чувствуется быстрый пульс инженера. В глотке пересохло и было сложно выдать, даже очередную угрозу, да и не до этого сейчас. Взгляд его потуплен, потерян и ищет логическое объяснения гуляя по мягким чертам Петрова. Пару раз поморгав произошла перезагрузка закипевшего мозга, санитары человечки унесли жертв, а новая порция солдат бежит в атаку. -Больной сукин сын, - выплевывает из себя Нечаев, словно какой то яд. Его голос полон не злобы, а отвращения. Отдернув руку, он вытирает об обивку сиденья спереди и нервно закуривает. Мирок Виктора немного пошатнулся, морщась как котёнок он махает кистью перед носом и фырчит, быстрое дыхание сразу же заглатывает дым от чего он громко кашляет. Остаток поездки едут молча только шелест страниц порой приятно разносился. От сильных нервов Сергей вырубился и причем сам не заметил как. Грудь медленно поднималась, а пышные ресницы подрагивали, на лице маска спокойствия и умиротворения. Краем глаза заметив это Петров уставился как завороженный, он не мог не любоваться таким зрелищем, спокойный Нечаев выглядит как ангел, если конечно про такого мускулистого мужчину можно сказать "ангел". Мирный и спокойный лежащий перед ним, и он никогда не захочет его отпускать, если тот только попадёт в его нежные руки.

---предприятие---

Машина с глухим грохотом остановилась возле небольшого парка с довольно уютными лавочками, в центре располагался прудик и всё было бы вроде замечательно, но эта гробовая, одинокая тишина напрягала и заставляла озираться по сторонам, отдавался глубоким, болезненным ощущением стук собственного сердца, перед глазами замелькали четкие воспоминания того кошмара, что произошло когда то, совсем недавно. Нечаев на всякий случай перезаряд своего надежного товарища под названием "Доминатор" и направился на полусогнутых ногах вперед, пытаясь услышать, хотя бы какой то шорох. -Эй, червяк, - оглядывается через плечо Сергей, его низкий голос отдыхается эхом и застревает где то глубоко в сознании Виктора, и вызывает томное дыхание практически сразу же, - нам далеко ещё? -Понятие не имею, меня как то в такие глуши никогда не заносило, - усмехается Петров и с легкостью перепрыгивает запекшую кровь от которой до сих пор несло тошнотворным запахом гнили. Его движения воздушные и плавные, как балерина он вскидывает руки вверх, чтобы добиться больше уверенности, ведь порой приходится делать довольно внушительный прыжок. Майор хотел спросить уже у ХРАЗА, но что то заставило осечься и это что чёртов Виктор, который делает чуть ли не шпагат в воздухе, его растяжка завораживает и пленит взгляд. Член напрягся и стал значительно тверже. И кто придумал такую узкую форму? Так сложно было продумать что то поудобнее? Хотело прикоснуться к возбужденной, красной головке и поласкать её, а потом медленно водить по всей длине слегка увеличивая напор до тех пор пока не появятся первые капли пред эякулята тогда настанет легкая волна наслаждения и облегчения, останется пару минут грубоватых движений и вот она сперма на возбужденном члене стекает ниже по яйцам и руке, такая горячая и тягучая. Эти мысли совсем затуманили голову Нечаева и нога случайно встала на край маленького обрыва внизу которого и было то самое зеленоватое озеро в нем когда то точно жили утки, возможно целая семья. Пошатнувшись, Сергей стал быстро размахивать рукой в попытках вернуть равновесие, но глина слишком скользкая и рухнув на спину с громким: "ебучие пироги!" покатился вниз. Громкий всплеск воды отдался эхом, а за ним и громкий напоминающий детский смех Петрова. Держась за живот он осторожно подошёл к краю и боязливо посмотрел вниз, ему явно не хотелось повторять участь товарища. -Как водичка, Нечаев?- ехидно улыбается инженер, наблюдая как тяжело даётся Сергею выбраться. Мокрая форма прилипла к телу и теперь отчетливо видно каждый рельеф, особенно тот что находился в штанах. Ноги скользили из за глины, но майор продолжал подъем. -Руку хоть подай, балерун хренов,- протягивает руку Нечаев, по сравнению с кистью Виктора она огромная и мозолистая. Озабоченное сознание вспоминает сцену в машине и инженеру становится немного не по себе, в глазах загораются хищные огонечки. И он протягивает руку и это была ошибка. Схватив за неё покрепче Сергей дергает на себя и мужчины вместе падают в озеро. На всё предприятия раздается всплеск воды, звонкий писк и обрывки фраз на французском судя по интонации лучше их не переводить. -Так, как водичка, Петров?- злобно смотрит майор, голос по прежнему низкий, слегка грубоватый. Кладёт свою язву на себя, придерживая за плечи. Их дыхание ускоряется и превращается в единый ритм. Серебряные глаза такие красивые, они смотрят нежно с чувством благодарности, хотя Виктор слабо понимал почему мучитель в последний момент передумал заканчивать свою пытку. Напряжение растет, а прохладная вода ласкает пространство между двух мужских спин. Прилипшая одежда сковывает движение, но одновременно дает почувствовать друг друга лучше. Петров такой лёгкий и горячий, что Нечаев прижимает его ещё крепче к себе и томно дышит куда то в макушку тёмно-русых волос, от которых теперь пахло тиной. -Вкусный запах, - выпаливает еле слышно Нечаев и поправляет второй рукой прядки, что прилипли ко лбу. Его движения по прежнему резкие, кажется он просто не знал, что можно было по другому. -Нечаев, ты идиот. Они пахнут тиной, - возмущается Виктор и поднимает голову их взгляды сталкиваются вновь, становится снова неловко и немного напряжно. -Нет, идиот только тут один и это ты, Петров,- приглушенно шепчет Сергей и резко скидывает инженера в воду, но держит за шиворот не давая утонуть. Виктор барахтается как котёнок в попытках всплыть. Вода наполняет легкие и грубо выталкивает из них драгоценный кислород. С каждой секунду попытки научиться плавать становятся слабее. Не проходит и минуты, как он перестает двигаться, полностью повиснув, как провинившийся котёнок. -Слабак ты, Петров! -ехидничает Нечаев самодовольно и всё ещё держит свою жертву. -Товарищ Майор, он без сознания! - раздается грохочущий голос ХРАЗА. От услышанного глаза Сергея испуганно округляются, рот искривился. -Ебучие пироги! - вскрикивает он и вытаскивает бессознательное тело из воды. Из небольшого котлована и так тяжело было подняться из за сколькой глины и не слабого подъема, а тут ещё в нагрузку тело. "Тело которое могло умереть по твоей тупой ошибке, Нечаев" - именно так ругал себя в мыслях майор делая каждый шаг с огромным усилием. Губы шептали одно: "Виктор, Витюша, только живи! Живи, сукин сын! Кто же кроме тебя мне мозги ебать будет, а?" Наконец ровная поверхность, тело Петрова аккуратно падает на ярко зелёную траву. Руки Нечаева дрожат от холода и волнения, поэтому решает разорвать одежду к чертям, благо труда это не заняло. На долю секунды он замирает рассматривая белоснежное, худенькое тело с маленькими шрамами, даже они выглядят так аккуратно, словно художник водил своей кистью по нему как по холсту, создавая свой очередной шедевр. Он такой хрупкий, как лепестки розы, которые окунули в жидкий азот. Но медлить нельзя, встряхнув головой Сергей осторожно приоткрыл пухлые губу Виктора заглядывая в рот, повезло дыхательные пути чистые. Влажная ладонь легла на бледный лоб, а грубоватые пальцы схватили подбородок и закинули голову назад. Ухом он прикоснулся к носу в надежде уловить, хотя бы хиленькое дыхание. Сердце Нечаева бешено билось, паника пыталась завлечь его в свой бешеный танец. И снова удача еле уловимое колыхание чувствовались. Положив голову на колено он сложил руки в замок и начал наносить толчки в грудь, ритмичные и слегка грубоватые. Про себя постоянно вёл счет и когда дошёл до тридцать, приблизился ко рту горе пловца, шершавые губы накрыли нежные, пухлые. Маленький вздох и тут резко чья то рука падает на талию Нечаева, при обнимая ближе. Пальцы длинные и холодные. Может это водяной решил поиграть? Нечаев отшатывается от Петрова как от чумного. -Ебучие пироги! -вскрикивает он и злобно прожигает Виктора взглядом пока тот закатывается от смеха и лучезарно улыбается. Его улыбка похожа на мордочку маленького лисёнка, парень захлёбывается каким то слегка диким смехом, хватаясь за живот. -Видел бы ты сейчас своё лицо! - покатывает со смеху инженер. -Нам некогда хуйней маяться ты это понимаешь? - рявкает злобно Сергей хватая Петрова за волосы и заставляет смотреть в глаза. В серебристых глазах читается азарт и похоть, ярко красный язычок облизывает пухлые губы этому психу нравится получать удовольствие от боли, такая у него природа. -Простите, что отвлекаю вас от ваших брачных игр, товарищ Майор, - прохрипел ХРАЗ ему явно не нравилось то что происходит вокруг. В голосе читалась долька ревности и негодования. Водные процедуры принесли дополнительный дискомфорт,-но вы и правда опаздываете. Скоро заход солнца, а я слышу недоброжелателей по близости! Нечаев покосился на ХРАЗА и с грохотом отпустил Виктора на землю, да так что тот стукнулся всем телом и теперь хромал следом, он не переставал ехидно улыбаться. -Я вижу ты не избавился от своего перчаточного мастурбатора! Даю гарантию в 99 и 9%. А это Нечаев между прочим невозможный показатель КПД!- подняв вверх левую руку Виктор потряс указательным пальцем в воздухе, словно делал замечание ,а потом наконец продолжил. - что именно этим ты и занимаешься каждый вечер, -всё не затыкался паршивец, словно ему было мало. Но благо зелёные тропинки сменились на сероватый асфальт, местами он был практически чёрный от крови. Где то вдалеке шумели лезвия АМУ-68, который катался вокруг своей оси и ещё не заметил приближение чужаков. Само здание было поистине огромным, когда то эти трубы выпускали в небо столбы дыма, шумели роботы и кипела жизнь. Теперь же только разлагаются трупы работников, остатки полимера уже не воспроизводят их голосов теперь они официально никто, всего лишь кучка мяса. Детали роботов хрустели под ногами подобно костям, Петров с болью в глазах покосился на мелкие шестеренки, сердце ныло, хотелось собрать их по кусочку, дать возможность снова жить. -А на людей тебе совсем плевать?- закуривая посмотрел на него Нечаев, держа на плече громоздкую пушку, словно у него были какие то комплексы от мысли об этом Виктор усмехнулся. -Я инженер, Нечаев, мне машины ближе людей, - наконец отозвался парень махая перед носом худощавой кистью и морщась, кажется сейчас ещё и фыркать начнёт. -Пидорас ты, а не инженер, -затянувшись посильнее Сергей выкинул сигарету и подошёл к огромным воротам, замок был электронный и разрядом мощного тока врата отворились с таким грохотом, что не могли не привлечь внимание врагов поблизости, но и внутрь заходить тоже особо не хотелось. Виктор встал как вкопанный, рот застыл в гримасе полного ужаса, рука по неволе схватила мускулистую, горячею руку Нечаева и впилась в неё ногтями, тяжело сглотнув он испуганно посмотрел на товарища. -Нам точно это нужно?-но ответ не поступил Сергей шагнул на территорию предприятия и утянул за собой инженера, тот пошатнулся и упал в крепкие объятия майора их лица были всего в парах миллиметров друг от друга. Медленный, липкий жар окутал с ног до головы, ещё влажная форма липла к телу и подчеркивала выпуклости тел. Взгляд Петрова упал чуть ниже и буравил какую то подозрительно сильный бугорок в районе паха Сергея. Длинные пальцы хотели прикоснуться, доставить удовольствие и уже собиралась это сделать как с рыком на них ринулась модель Вовчик, лицо искаженно из за огня, знакомых черт не осталось от слова совсем только ужас и куча деталей, только: "убивать, убивать, убивать". Конечности превратились в непонятное месиво, но по прежнему могли отрубить голову без особых усилий. -Товарищ Майор, в сторону! -последнее, что разнеслось по предприятию перед абсолютной тёмной и противным звоном, что сверлил мозг, вызывая волну гнева.