Собачка командира

Рука, взъерошивающая твои волосы, - это своего рода твой "будильник". Его же обладатель гладил твою голову, пока ты не моргнула, просыпаясь. Ты не очень хорошо выспалась, но не похоже, что у тебя сегодня какие-то серьезные обязательства. Ты просто будешь ждать возвращения хозяина с работы. “Доброе утро”, - произнес он, и от его глубокого голоса вибрировало все твое тело. “ Доброе..., ” бормотала ты в ответ, приподнимаясь на сжатых кулаках. “Боги, ты что, уже забыла правила?” Его пальцы в твоих волосах напряглись, натягивая кожу головы. “Мм-мм”. Ты качала головой, обещая больше не произносить ни слова. “Так я и думал”. Он наклонился вперед и ослабил наручник на твоей лодыжке, затем поднялся на ноги. “Давай собираться. Живее”. Утренний солнечный свет окутал дом, пока Майк вел тебя в ванную, а голуби за окнами воспевали свою фирменную балладу. В остальном район тихий, довольно спокойный на фоне других районов. Майк снял с тебя лифчик и трусики и отложил их в сторону. Ты хотела направить его к своей седельной сумке за сменной одеждой, но он не заинтересован в том, чтобы выдавать тебе снаряжение, и фактически запирал твою комнату, чтобы не дать тебе добраться к своему гардеробу. Он открыл кран душа, затем спустился на колени и снял с тебя ошейник и рукавицы. Ты разминала пальцы, как только они освободились. Майк сильно растирал твою ладонь и костяшки пальцев, стимулируя приток крови и расслабляя напряженные придатки. “Вот так”, - хвалил он, переходя из одной руки в другую. “Я же сказал, что позабочусь о тебе. Тебе не нужно ни о чем беспокоиться, когда я хозяин”. В следующие несколько мгновений тебя швырнули в ванну и на твою голову обрушился каскад воды, которую Майк направил тебе в голову. Он тщательно мыл твои волосы и кожу, натер твое тело намыленной мочалкой и приказал повернуться в ту или иную сторону, чтобы предоставить ему любой доступный ракурс. Когда он доволен твоим душем, он остановил подачу воды и завернул тебя в полотенце, не давая тебе возможности сделать это самостоятельно. Ты ощущала себя тряпичной куклой в его руках, пока он вытирал тебя. Ты же издавала тихие стоны, которые подсознательно вознаградили его за добросовестную заботу. Он перенес тебя и из ванной обратно в свою спальню и поставил тебя на четвереньки, а затем откровенно удивил тебя своим следующим действием. На пол положили лист чистой бумаги вместе с чернильницей и пером. Ты моргнула, уставившись на холст в своих сцепленных руках. “Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала”. Он сел перед тобой на корточки, по-прежнему в одних трусах. В этой позе его мягкий член образовал в трусах небольшую выпуклость в трусах, при этом не находясь в состоянии возбужденности. Его размер поразил тебя. “Мне нужно, чтобы ты написала особое письмо. Эрвин и Леви, безусловно, будут спрашивать о тебе сегодня, и я должен заверить их, что с тобой все в порядке. ” Ты взяла перо, напоминая своим пальцам, как им работать. “Не указывай никаких подробностей. Просто напиши, что играла со мной по обоюдному согласию, затем сделай подпись и поставь дату. Я хочу, чтобы это осталось для них двусмысленным ”. "Ну ты и озорник", думала ты, когда начала послушно писать. Он собирался надуть двух других партнеров. Пока ты писала, Майк рылся в ящиках своей кровати. На миг казалось, что почти в каждом ящике его дома хранился какой-то новый секрет. Когда он опустился на колени позади тебя, ты замедлила письмо и инстинктивно свела колени вместе. “Держи ноги раздвинутыми”. Он раздвинул твои бедра и устроился между твоими икрами, поглаживая рукой твою упругую попку. “И продолжай писать”. Ты слишком отвлечена тем, как он раздвинул твои ягодицы, твои мышцы напряглись, когда огромные пальцы впились в твою кожу. Жир на твоей попке выпирали между его пальцами, и ты тихо захныкала. Ты прикладывала ручку к бумаге и начала нацарапывать букву, но твои усилия пропали, когда ледяной влажный кончик коснулся твоего входа. “Ах-ч-что—” “Успокойся,” - гремел он. “Расслабься”. Когда шишечка прижалась к твоему кольцу, ты узнала ее форму. Это была анальная пробка, металлическая, покрытая смазкой. Сжимая ручку, ты максимально ослабила напряжение в бедрах. Пробка растянула твои внутренности, пока Майк деликатно вводил ее внутрь, обдавая твои стенки холодом металла. Тепло твоего тела быстро согревало его, и твои мышцы сжались вокруг места проникновения, как только она прочно закрепилась. Что-то мягкое коснулась твоего бедра, и ты запрокинула голову, дабы увидеть, что на самом деле вложил в тебя Майк. Это был искусственный хвост, длинный клок шерсти, соответствующий цвету твоих волос. Он выходил из отверстия между твоими ягодицами, и стал единым целым с твоим телом. “Что... какого черта—” “Сколько раз мне нужно тебе напоминать?” Майк взял в одну руку прядь твоих волос на голове, а другой обмотал хвост, затем тянул за обе, чтобы напрячь твою кожу головы и попы одновременно. “Разве собаки разговаривают?” Ты скулила и билась об пол, когда твоя голова откинулась назад, легкая боль соединила один конец твоего тела с другим. Майк почти приподнял твой торс за волосы, твоя спина резко выгибалась, подчиняясь его хватке. “Я спрашиваю, они разговаривают?” - снова спросил он. “Мм-мм,” - стонала ты, морщась. “В таком случае, моя собачонка, соблюдай дисциплину." Он бросил тебя и встал. “Закончи свое письмо без лишних слов”. Ты смотрела на свою бумагу и обнаружила, что испачкала ее чернилами во время борьбы. Всего несколько точек, но ясно, что во время написания заметки произошел какой-то конфликт. Вздыхая, ты закончила писать предложение поверх него и поставила свою подпись внизу. Ты полностью согласна с этим, и теперь у тебя есть письменное доказательство, подтверждающее это. Возможную реакцию Леви и Эрвина трудно предсказать, и ты хотела бы быть там, чтобы увидеть их реакцию на твое отсутствие. Майк переоделся в свою форму прямо у тебя на глазах, надевая чистые трусы, затем белые брюки формы, и, наконец, простую серую рубашку. Он работал над ремнями безопасности УПМ, застегивая пряжки тут и там, прежде чем облачиться в куртку цвета хаки. Ты бы тоже хотела переодеться и пойти в штаб, но быть его домашним питомцем тоже неплохо. “Ты закончила?” Он взял письмо, перечитал его, затем одобрительно хмыкнул. “Молодец, справилась. Правда, немного кривовато вышло, но сойдет. Давай вернем тебе лапы. ” “Нн-нн!” - скулила ты, когда он кружил вокруг тебя и подбирал рукавицы. Качая головой, ты съежилась, когда он протянул руку, прося твою. “Дай лапу. Иначе оставлю тебя прикованной к кровати на весь день”. Подавляя желание заржать, ты вызывающе подняла кулак, который он вновь лишил свободы. После того как он вновь сделал из тебя животинку,и мужчина решил сказать пару слов напоследок . “Я сейчас ухожу. Положу тебе в миску немного завтрака и покормлю твою лошадь. Вернусь ближе к вечеру. Не выходи из дома. И не вздумай хвост трогать." Он обхватил твое лицо, создавая идеальную связь между хозяином и питомцем. “Тебе ведь здесь не будет одиноко?” Ты долго была одна, но явной угрозы не представлялось. Ты кивнула, веря в свою самостоятельность, несмотря на рабство. “Ты уверена? Ведь я не смогу за тобой присматривать”. Это правда. Тем не менее, ты снова кивнула. “Хорошо. Тогда веди себя прилично”. Он изучил твои черты, впитывая в себя как можно больше от своей собаки, прежде чем встать. “Хорошего дня, моя прелесть. Твой хозяин будет дома раньше, чем ты успеешь оглянуться. ” Майк не слишком шумный человек, но без него в доме все равно значительно тише. Через несколько минут ты принялась ковылять с затычкой в попке. И как только к тебе пришла уверенность, ты решила пойти против правил и поднялась на "задние лапы". “Блин,” - кричала ты в пустоте его гостиной, свободно выражаясь без свидетелей. “Черт, Майк. Ну и жесть ты задумал.” Тебе нечего сказать по существу, но приятно просто поговорить, несмотря ни на что. Немного придя в себя, ты выдохнула, прежде чем пойти на кухню и глянуть, что он тебе приготовил. В твою металлическую миску насыпаны пшеничные хлопья и маленькие кусочки хлеба — пожалуй, самое пресное блюдо, которое ты когда-либо видела в этих стенах. Ты предположила, что даже заключенных кормят лучше. Миска для воды снова наполнена, а кляпа нигде нет. “Интересно, у тебя раньше были домашние животные, Майк?” спросила ты, хоть и знала, что твоего командира тут нет. Даже собачье печенье и то на вид вкуснее, чем это. Ты подумывала обыскать его шкафы в поисках чего-нибудь получше, но он, вероятно, обнаружит твою кражу и накажет тебя. Что бы тебе не пришло на ум, ты не должна навлечь на себя подозрения. Итак, ты встала на четвереньки и принялась к трапезе. Еда относительно сытная, питательная и едва сушила рот. Ты проглотила хлеб с кашицей и бросила взгляд на свою миску с водой, пруд призвал тебя попробовать еще раз. “Да ну нахер”, - ругалась ты, вставая. Ты человек, поэтому поступишь по-человечески. В шкафу, который тебе удается открыть, есть ряд стаканов, все простые стеклянные цилиндрики без прикрас. Ты зажала его между перчатками и осторожно сняла с полки, затем опустила в раковину под буфетом. А затем включила кран, чтобы наполнить чашку. “Вот оно, наконец-то.” Отключив кран, ты лучилась победоносной гордостью за свой успех. К черту эту миску с водой; вот как это делается. Снова поднять стакан - это новая задача, поскольку в нем жидкость, центр тяжести которой смещается с каждым всплеском воды. Твои кулаки сжали цилиндр так сильно, как только могли, и ты пыталась держать его ровно, когда поднесла к губам. Увы, вода выплеснулась за края и стекла по внешней поверхности. И как только твои руки внезапно соприкоснулись, как стакан выскользнул из них, а затем упал и разбился на несколько осколков “Твою мать!” Ты отступила от осколков стекла, стараясь не порезаться. “Вот это я влипла.” Что теперь? Ты облажалась, и теперь тебе нужно скрыть улики. Разбитое стекло блестело, дразня тебя риском раскрытия твоего преступления. Хоть костьми ляг, но это должно быть убрано. Ты немедленно обыскала дом в поисках какой-нибудь метлы. Ею может быть трудно владеть, но это лучше, чем ничего. Однако все, что ты нашла, так это маленькую ручную метелку и совок для мусора в его бельевом шкафу. “Капитан был бы разочарован”, - бормотала ты, неловко засовывая метлу под мышку, прежде чем неуклюже схватить совок для мусора. Мучительно много времени ушло на то, чтобы засовывать осколки стекла в совок, управляя обоими инструментами простыми кулаками вместо рук. Ты не могла ни за что ухватиться, и это превратилось в сложную систему подталкивания к тому или иному для выполнения задачи. Колени ныли, когда ты двумя рукавицами направила метлу к сковороде, умоляя тебя встать и прекратить эту пытку. Собраны самые крупные осколки, остались только крошечные, которые едва заметны. Придется довольствоваться этим. Стакан выбросился в мусорное ведро, которое ты нашла под раковиной, затем инструменты вернула в шкаф. Ты снова осмотрела место преступления и нашла его довольно правдоподобным: если бы ты была неосведомлена, никто бы не узнал, что ты только что разбила одну из его стеклянных чашек. Так или иначе есть шанс избежать выговора. Когда входная дверь со скрипом открылась, ты вскочила с дивана, на котором ждала, и заползла за заслоняющий подлокотник, выглядывая наружу, дабы узнать, кто только что вошел в дом Майка “Я дома, зверушка моя”, - кричал он в пространство, затем поймал твой настороженный взгляд. “Иди ко мне,и поздоровайся как следует”. Ты должна отвлечь его, и энергичное подчинение ему - самый надежный способ добиться этого. Как можно быстрее беги к нему, пока твои лапы не оказались у него на пальцах ног, а шея не вытянулась так, чтобы ты могла встретиться с ним взглядом. Ты скулила в качестве способа общения, утыкаясь носом в его колено. “Такая милашка”, - хвалил он. “Скучала без меня?” Ты кивнула, обнимая его за икры. “О, прости. Я старался вернуться домой как можно быстрее”. Он чесал и массировал твою голову, довольный твоей приверженностью роли. “Эрвин сегодня не давал полку много обязанностей. По всей видимости, он на взводе ”. Это вызвало у тебя интерес. Командир не может сосредоточиться без своей рабыни? Похоже на то. “Ты бы видела их двоих. Эрвин как мог держал себя в руках, а Леви а очередной раз тиранил полк. Я думаю, он пытался убедить себя, что ты у себя дома. Мне даже стало жаль их. ” Описание беспокойства твоих партнеров довольно лестно слышать. Видимо, Эрвин и Леви не на шутку взволновались из-за пропажи их принцессы. “Они обсуждали со мной эту ситуацию. Леви уже был готов начать обыск в округе. А Эрвин раздумывал, не сообщить ли о твоем отсутствии в Военную полицию ”. Он посмеялся над этой мыслью, ошеломленный их безумной одержимостью, которую он, вероятно, разделил бы с ними. “Я не мог допустить панику и потому сразу же передал им записку ”. Отлично. Майк в самом деле может быть очаровашкой. “Их реакция - это просто нечто”. Майк опустился на колени, ухмыльнулся, погладил тебя по голове и провел пальцами по твоим скулам. “В жизни не видел такой порыв ревности. Я думал, они заставят меня отказаться от тебя. ” Твое сердце подпрыгнуло в груди. Ты могла только представить выражения их лиц: явное раздражение в капитане и сдержанную вспышку ярости в глазах стоического командира. “Но они этого не сделали. Они доверились мне и потому согласились участвовать в игре”. Он погладил твою шею и плечи, погруженный в изучение твоего тела, пока рассказывает. “Но они все еще не знают, где ты находишься и где живу я. Им известно только то, что ты у меня. Здорово, не так ли?” “Хм”, - ответила ты, желая экстраполяции. “Их доступ к тебе определяю я. А прямо сейчас ты целиком и полностью под моим контролем ”. Он обхватил пальцами твои руки, крепко держа тебя в своих объятиях. “Ты просто потерявшаяся собачонка. Ты даже не представляешь, Я так рад, что вернулся домой, а то заботиться больше некому ”. Ты тихо фыркнула и опустила голову, демонстрируя молчаливое разочарование. В конце концов, ты очень хотела увидеть Леви и Эрвина— и он это прекрасно знает, верно? “Не могу дождаться встречи с ним”, - говорил он, читая твои мысли. “Наша рабыня будет просто маленькой собачкой у ног, такой милой и хорошо воспитанной. Я в восторге от этого ”. “Ммм”, - согласилась ты, обещая быть милой и хорошо воспитанной. “Они придут сюда, как только докажешь, что ты моя хорошая псинка. Я не могу допустить, чтобы моя разбойница злила моих будущих гостей ”. Он встал и направился вглубь своего дома, осматривая пространство. “О, прекрасно. Ты доела свой завтрак”. Прошла секунда, затем: “А вот с водой кое-какие проблемы. Ты не стала пить из миски? ” Ты неохотно следовала за ним на кухню. Твой взгляд наткнулся на маленькие мерцающие осколки стекла, и ты молилась, чтобы он не заметил их, как ты. “Ммм”. “Я не хочу, чтобы у тебя было обезвоживание. Я сам дам тебе воды”. Он решил совершить наихудшее из возможных действий, повернувшись к шкафам, и дрожь страха пробежала по твоему телу, когда он открыл панель. “Подожди —Майк—” Он видел свой ряд стаканов и быстро обнаружил несоответствие. “Так, минуту. Здесь было четыре”, - заявил он. “Почему сейчас только три?” Молча ты уклонилась от него, медленно приближаясь к обеденному столу. Ты не могла говорить, но тебе все равно нечего сказать. Он оглянулся на твою полную воды миску, пытаясь сложить кусочки вместе. Его нога скользнула, когда он повернулся, и вместе с ней переместил несколько стеклянных осколков, которые звякали друг о друга и привлекли его внимание. Черт. Ты подсознательно укрылась под столом, затаив дыхание наблюдая, как твой обвинитель начинает понимать, что ты натворила. Он опустился на колени, подобрал крошечный осколок, затем осмотрел его собратьев по половицам. Он думал проверить мусорное ведро, и действительно, остатки разбитого стекла нашлись внутри. “Так вот оно что”. Эти слова могли убить тебя, потому что все, что последует за тобой, будет таким же смертоносным. “Знаешь, есть причина, по которой эти шкафы находятся вне твоей досягаемости”. Когда он смотрел в твою сторону, тебе хотелось просто зарыться в доски пола и исчезнуть. Его шаги казались особо шумными и опасными, когда он приблизился к твоему укрытию, и ты съежилась прямо под центром стола, стараясь держаться от него как можно дальше. “Ты все-таки встала на задние лапы, не так ли?” Он прижался на край стола, свирепо глядя на свою зашуганную собачку. “Взяла мою посуду, разбила ее, а затем попыталась убрать самой. Это не только неуважительно, но и опасно.” Твои ладони в перчатках потели, а тело становилось таким крошечным, каким только может быть, особенно когда этот хищник смотрел на тебя сверху вниз. Малейшими движениями ты отстранилась на дюйм, отвечая только испуганным взглядом и учащенным дыханием. “Сейчас же выходи. Все равно наказания тебе не избежать”. Твое сердце замерло, а голова инстинктивно моталась из стороны в сторону, пока ты продолжила пятиться назад. Ничего не проглатывая, ты чувствовала как твое собственное сердце учащенно бьется в груди. “Выходи, псинка. Не усложняй жизнь ни себе ни мне!” “Нн-нн,” - пищала ты, упираясь дрожащими руками в половицы. Майк встал, на мгновение видны только его огромные ноги, прежде чем весь обеденный стол перевернулся, отскочил от него, чтобы показать его маячащую фигуру и спрятавшейся рабыни. Он подошел ближе и хватил тебя за ошейник, лишая шанса сбежать. “Нн—ах! Нет — ” Ты хватилась за шею, когда он сел на обеденный стул, вертясь, пока устраивается поудобнее и обнял твое тело. Тебя перекинулм через его колени, твой таз лежал на его гигантских бедрах, а торс свисал на пол. Он надежно держал тебя за талию одной рукой, а другой поглаживал твою попку и бедра. “Я-я ...” - ты заикнулась, задыхаясь, когда тебя лапали за попу. Твое тело постепенно превращалось в боксерскую грушу, которой нужно причинить боль. Кровь приливала к твоей голове, когда ты падала ему на колени, у тебя кружилась голова. “Ты не должна была туда лезть”. Майк засунул кончик хвоста под прижатую руку, снимая с него брезент. “Мой питомец знает, что лучше следовать правилам”. Ты упиралась лапами в землю и пыталась приподнять туловище, но твое положение на бедрах Майка не дало тебе большой подвижности. Покачиваясь, твое тело ослабило попытки к бегству и вместо этого напряглось, готовясь к неизбежному наказанию. Его рука без предупреждения шлепнула по твоей попке, пронзая тебя вспышкой боли. Ты шипела и опустила голову, еще крепче сжимая связанные кулаки. Следующий удар нанесся также резко, Майк поражал твою кожу, не оставляя времени на отдых. “К хрупким вещам нельзя прикасаться. Тем более, у тебя есть своя вода, в твоей собственной миске”. Ты хрипела, когда он вновь шлепнул тебя по ягодице, вдавливая пальцы твоих ног в пол. Жар свежий, но сильный, тепло окутывало ноги вслед за рукой Майка. “Вот уж не думал, что моя собачонка окажется такой непослушной”. Его рука — к твоему сожалению - довольно массивная, не щадила твою попку. “Это для твоего же блага. Не забывай об этом”. Он сосредоточился на одной ягодице, повторяя мучительно последовательный ритм, который усиливал жар от каждого предыдущего удара. Твоя кожа покрылась рябью под его ладонью, когда звук соприкосновения кожи с кожей эхом отразился от стен. Будто Лава кипела у тебя под попкой, и ты обнажила стиснутые зубы, когда из твоих легких вырвались болезненные вздохи воздуха. "Хоть ты разбила стекло, тебе не следовало прикасаться к нему ”. Он продолжил свою лекцию, нанося удары, его тон ровный, несмотря на напряжение. “Даже самые крошечные осколки очень опасны. Ты могла порезаться или невольно получить осколок себе под кожу ”. Он переключился на другую ягодицу, желая сделать ее такой же, как у партнера. Легче переносить боль, когда он начал со свежей кожи, но эта передышка длилась недолго. Через несколько мгновений твоя попа начала пульсировать, умоляя прекратить пытку. Кажется, что деревянные половицы вот-вот расколются от того, как настойчиво ты упиралась в них пальцами ног, и хотелось, чтобы была какая-нибудь опора, за которую можно было бы опереться. Его сила увеличилась, когда он нанес удар прямо в середину, и твои ноги начали жалобно дергаться. Он ни разу не остановился, раздувая пламя, которое он разжег в геометрической прогрессии. “Я думал, что могу оставить тебя одну. Ты хотела, чтобы за тобой присматривали весь день?” “Нн!” - кричала ты, когда он плюхался на твое сидячее место, затем начала корчиться, когда он атаковал чувствительную область. “Нет—твою мать!” “Перестань трепать языком! Ты просто продолжила вести себя как непослушный щенок, и это очень разочаровывает ”. Ты опустила голову и тонко скулила, упираясь ручонками в ножки стула. Это становилось невыносимым, его порочная последовательность разрушила твою терпимость. Твои ноги взбрыкивали, не могли как следует бороться с ним. Упираясь бедрами в его колени, ты ничего не добилась, только разозлила его еще больше. “Стой спокойно,” - рявкнул он, поднимая тебя. “Я ещё не закончил”. Он вложил больше силы в свои замахи, широко отводя руку назад перед ударом. Тихое, сдавленное ворчание сочеталось с его взмахами, гармонируя с твоим хныканьем. Резкие шлепки отражались от стен его дома и казались достаточно громкими, чтобы насторожить соседей. Его характер побудил его использовать меньше слов, чем Леви или Эрвин, позволяя этим звукам вместо этого заполнять тишину. Ты пыталась поднять руки, чтобы защитить свою попу, но он просто хватил тебя за запястья и прижал их к пояснице. Его огромная рука сжала твои руки, к его пальцы на ощупь походили похожи на раскаленное железо. “Ах! Гх—х-ха!” Верхняя часть твоего тела теперь просто извивались, а ноги все также в хаотичном состоянии. Ты случайно ударила пяткой по его руке, убеждая его ограничить тебя еще больше. “Я же сказал тебе не шевелиться”. Он расставил ноги и поместил изгиб твоего таза всего на одно колено, прежде чем закинуть свободную ногу на твои бедра, зажав их между своими. Кожа на твоей попке натянулась, когда ты коснулась лбом пола, и он пользовался преимуществом этой растянутой и чувствительной области. Он опять шлепнул тебя по напряженной попке и вызвал крики из твоего горла. Теперь он мог растерзать тебя, поскольку твои ноги обездвижены. “М—Мне ж-жаль!” “Не болтай!” - рычал он, нанося яростный удар. В ужасе ты замолчала, когда он возобновил свой темп, стискивая зубы и поджимая губы. “Мм—мм! Черт!” Твои стоны глупые и плаксивые, и они не могли заглушить боль, терзающую твою кожу. В твоих мышцах возникла дрожь, сотрясающая палец Майка настолько, насколько это возможно. Адская вечность прошла над коленом Майка, застывшим, когда его могучая ладонь била твою попку. Твоя голова терлась о доски пола, а пальцы ног дрыгались. Твой скулеж превращался в плач. Ты не могла контролировать слезы и пот на висках, но сдавленное ворчание, срывающееся с твоих губ, означало, что ты начала плакать. Ты чувствовала удар ещё раз пять, затем шум стих. Удары прекратились. В наступившей тишине ты всхлипнула, твое тело подергивалось. В висках пульсировала кровь, а руки обмякли в объятиях Майка. Он ласкал твою попку, потирая и сжимая то, над чем он только что мучился. С выдохом он собирал свою энергию и восхищался работой своих рук. “Вот так”, - выдохнул он, опуская твои руки, позволяя твоим кулакам опуститься на пол. “Слезь с моих колен”. Ты практически падала, когда он встал. Потирая глаз кожаным кулаком, ты принюхалась и барахталась в огне, тлеющем у тебя под кожей. “Иди к себе в постель. Тебе нельзя заходить на кухню, пока я не уберу за тобой этот бардак”. Ты ушла, морщась от того, что твоя пылающая кожа сминалась по мере того, как ты неуклюже двигалась к своей подстилке, которое после таких пыток казалось идеальным местом для отдыха.