Три вопроса.

Сегодня у Нила был просто отличный день. Этим утром Ники отвез их обратно в Пальметто и, честно, Нил не мог дождаться увидеть университет без серой дымки. Не полностью, но его ожидания оправдались. Все было яркое и красочное до первых признаков боли в пояснице и суставах. Через 3 дня у них должен состояться матч с Воронами, вызывая у Нила четкое чувство предвкушения от встречи с одной конкретной птичкой. Нил уверен, что найдет как отыграться на его косточках во время матча. Единственный минус — Эбби не допустила его к тренировкам. Причиной стал Эндрю Миньярд, что было совсем не странно, учитывая то, как он таскался за Нилом словно личный телохранитель. К слову, помимо Эндрю у него их было два, но голкипера это явно не беспокоило. Нил хромал на одну ногу и постоянно потягивал спину, но старался это скрыть, по крайней мере, на тренировке. Боль в суставах и еще не успевшим зажить синяках стесняла его движения и Нил бегал если не в два, то в полтора раза медленнее. Его ни о чем не спрашивали, но Джостен прекрасно чувствовал на себе все эти взгляды людей, которым было очень интересно узнать, как он проводил свое подобие каникул в психушке. Нил хихикал каждый раз, когда напарывался на чей-то взгляд из команды и те сразу его смущенно отводили в сторону. Забавно. Когда боль в голеностопном суставе стала совсем невыносимой, Нил начал прихрамывать. На самом деле, еле заметно, но зоркий взгляд ореховых радужек был слишком прикован к Нилу, чтобы не обратить на это внимание. Наркотически веселый Эндрю подошел к Нилу, стягивая перчатки, и ухватил того за решетку шлема пальцами. — Ты прикалываешься? Нил недоуменно похлопал глазами. — С чего ты взял? Сегодня он был как никогда серьезно настроен на тренировку. Прилив его ранее заблокированной энергии так и плескался по венам, стуча и требуя открытия дверей на волю. Эндрю стянул с него шлем и бросил на газон, стянул с себя свой собственный следом и посмотрел в голубые глаза Нила с широченной улыбкой. Нил не смог сдержать свою собственную. — Ты идиот? — Я думал, это уже всем известно. Эндрю хохотнул и слегка пнул Нила по голени. Джостен не смог сдержать резкую, острую боль и зашипел сквозь зубы. — Ты полный кретин. — О, спасибо за просветление, капитан очевидность. Эндрю хохотнул, хватая Нила за ухо и вытаскивая с поля к Эбби. — У нас тут раненый кретин! — крикнул он и усадил Нила на скамью запасных. Эбби примчалась почти сразу с аптечкой подмышкой, Ваймак смерил Нила хмурым взглядом, Лиам обернулся и кивнул говорящей Анне. — Продолжаем тренировку! — крикнула Анна и вышла к Нилу. Эбби начала осматривать лодыжку Нила, вечно приговаривая «Где ты так умудрился?», Эндрю внимательно наблюдал за процессом, Ваймак все так же хмуро смотрел, а Анна решила сказать что-то совершенно не впечатляющее: — Ты идиот? — Я сказал ему тоже самое! — хихикнул Эндрю не сводя глаз от процесса. — Нахрена полез на поле с травмами? — Но я всего лишь потянул лодыжку. Анна подняла голову к потолку и глубоко вздохнула. Эбби начала снимать с него обувь и закатывать штанину повыше. На секунду ее действия замерли, заставляя Нила опустить взгляд. — Нил, что у тебя с ногами? — Что у меня с ногами? Нил посмотрел на свои ноги внимательнее. Если быть совсем честным, он ни разу не осматривал свои повреждения во время «реабилитации», как собственно и после выхода оттуда. Сейчас же, реакция Эбби и нахмуренное, но всё еще улыбающееся лицо Эндрю вынудило его все же оценить результаты «лечения» Пруста. Чуть выше сустава были алые линии, последствия стянутых веревок из которых Нил из раза в раз пытался вырваться, самостоятельно создавая на их месте кольцевидные раны, место сустава слегка припухло, видимо, он слишком сильно дернулся в попытке извернуться, как раз таки из этих пут. — Неудачная игра в скакалку. — ответил Нил и получил одну затрещину от Эндрю и три злых взгляда. Он не соврал. Это была всего лишь шутка, а значит — не ложь. Второй кроссовок был так же сдернут. Вот этого Нил точно не ожидал увидеть. Такая же кольцевидная рана была не менее растертой, и это меньше всего волновало Нила, когда он увидел свой опухший синий мизинец. Видимо, эту рану он заработал себе в попытке вывернуться из хватки врачей, когда в него пропихивали лекарство, и сбивая ногами кровать. Он даже не обратил на это внимание… — Он что, сломал мизинец? — спросил Эндрю уже не хихикая. Эбби начала ощупывать палец и снова подняла взгляд. Нил еще никогда не видел её такой злой. — В медкабинет его. Живо. Ваймак громко выругался, называя Нила «идиотом», кажется, это было либо заразно, либо у него на лбу написано, Нил не был уверен. Эндрю и Анна закинули его руки себе на плечи и поволокли в сторону кабинета, вечно шикая и давая тому подзатыльники за любую попытку дойти своими двумя. Нил был не очень доволен. Эбби сразу сделала ему снимок, проговаривая под нос слова благодарности о хорошем финансировании колледжа. Снимок показал перелом, что в принципе было и так очевидно. Эбби сделала бандаж на переломе, повязала эластичный бинт на другой ноге и обработала раны от веревок, так же заматывая их уже обычными бинтами. — А теперь, выйдите из кабинета. Нил встал на ноги, намереваясь выйти, но был тут же пригвозжден обратно рукой Эбби. — Ты остаешься. Нил нахмурился и надул губы. Ему вообще-то не шибко хочется сейчас прохлаждаться. — Зачем? — спросил Эндрю растягивая рот в улыбке еще шире. — Мне нужно чтобы ты снял футболку. — сказала Эбби. — Зачем? — повторил за Эндрю Нил, растягивая рот в примерно такой же улыбке. Эндрю тыкнул его в бок. — Удостовериться что на тебе больше нет ран. — На мне больше нет ран. — он не соврал. Раны только на запястьях, такие же кольцевидные что и на лодыжках, но Нил уже 30 раз успел их промыть с мылом под холодной водой, так что они не считаются, как и с десяток синяков. — Нил… — Эбби! Привет. — Господи… — она протерла лицо руками. — Снимай. — твердо сказала Анна. Взгляд ее был острый и холодный, словно она прямо сейчас пойдет и убьет кого-то на улице. Эта мысль Нила позабавила и он хихикнул. — А что мне за это будет? — Подарок к сегодняшнему вечеру. О, а это уже было интересно. Учитывая то, кем Анна являлась… подарок обещал быть мягко говоря отличным. Нил стянул джерси и футболку на длинный рукав, давая обзор на всю картину. Если провести маркером через все его синяки, а потом маркером другого цвета через шрамы, то получится целая куча созвездий, накладывающихся друг на друга. Нил без труда уловил удивленный вдох Эбби и яростный взгляд Анны и Эндрю. Эндрю не смеялся, он хмурился и скалился во все 32 и это было так забавно со стороны. — Ебаный ублюдок. — прорычала Анна, за что получила укоризненный взгляд от Эбби. — Нил, что с тобой произошло? — Упал с велосипеда, — все еще не ложь. Просто глупая шутка. Нил оглядел себя через стоявшее напротив кушетки зеркало. Цветастые пятна на его коже откликались неприятными воспоминаниями. Один большой синяк был под правым ребром — Пруст выбил из него весь дух этим ударом, крича чтобы тот заткнулся. Второй был на шее — один из незнакомцев душил его руками, заталкивая свой член ему в глотку. Третий чуть ли не светился на левом плече — он упал с кровати, когда старательно пытался не уснуть и хорошо так приложился. Четвертый, пятый и шестой были на боку, предплечье и в месте солнечного сплетения — это он отбивался от врачей отказываясь пить вечерние таблетки. И это они еще не видели спину, которую уже разукрасил Пруст в одиночку. В глазах все поплыло и стало так тяжело дышать… темная комната без проблеска света. Огромные, шершавые руки Пруста и почти такие же руки двух других мужчин. Боль, отчаяние и сплошная темнота. Нил задыхался. Сторонние голоса булькали где-то на подкорках сознания, а Нил все смотрел и смотрел на прошедшие события его жизни цвета детской неожиданности. Хотелось блевать и содрать с себя кожу. Кажется, он был в процессе второго, когда его руки отдернули друг от друга и уложили теплую ладонь на загривок. Нежную и успокаивающую. Совсем как у Эндрю. — Прекрати. — губы Эндрю дергались, но он уже совсем не улыбался. Маяк… Рука в его волосах начала нежно поглаживать и почесывать кожу, Нил не сводил взгляда с Эндрю и старался дышать, что теперь давалось куда проще. Вдох и выдох, и теперь в его глазах не плыло, а воспоминания заволок сплошной свет, не давая даже подумать о прошлом. Эндрю все еще держал его руку, перекрывая доступ к возможности разорвать свою кожу, а Нил хотел спросить. Хотел, но из его рта ничего не выходило. Он раскрывал и вновь смыкал губы, но все что получилось из себя выдавить лишь хриплый, разочарованный выдох. Эндрю его понял без слов, коротко кивнув. Зеленый свет. Нил устало уронил голову ему на плечо и вдыхал запах табака и карамели. Рука в его волосах не переставала рисовать узоры, заземляя и придавая чувство безопасности. Нил дышал. Эбби и Анна тактично ретировались из кабинета, с просьбой передать Нилу об обязанности мазать мазью синяки и что он не выйдет на поле пока все не заживет. Нил услышал, но сейчас ему немножечко так насрать. Он уткнулся носом в шею голкипера и прижался еще сильнее, растворяясь в этом тепле и умиротворении. Эндрю вздрогнул, приостановив движение руки. Нил поднял вопросительный взгляд. Уши Эндрю порозовели и внезапная догадка прошибла его голову. Нил дунул на шею голкипера и тот вновь вздрогнул. Эндрю опять улыбался. — Что это ты делаешь? — Что я делаю? Нил провел кончиком носа вдоль шеи, прокладывая путь к румяным ушам. У Эндрю сжалась челюсть. Нил хихикнул, обдавая теплым дыханием часть уха и шеи. Рука на его голове напряглась, но не оттягивала и не сжимала. И всё же, Нил должен спросить. — Да или нет? Эндрю отвернулся и кивнул. — Скажи, Эндрю. — Да. Нил коротко поцеловал его в шею на пробу и услышал громкий выдох. Эндрю нравится. Он поцеловал еще и еще, вычерчивая губами слово «мило» и Эндрю окончательно сдался, глухо вбирая в грудь воздух и откидывая шею, давая больше пространства. Нил провел кончиком языка, вырывая из Эндрю тихий, вибрирующий стон. Голову все таки отдернули. Эндрю выглядел удивленным и полностью разрушенным. Уши раскраснелись, делясь своей краской с щеками, зрачки расширены, а губы подрагивали и припухшие, явно закусанные в попытках быть тише. Нил облизался и склонил голову набок. — У тебя просто отвратительные фетиши. — Тебе нравится, — ответил, широко улыбаясь, Нил, — а мне нравится, что тебе нравится. Между бровей Эндрю снова собралась складка, а на губы все таки легла короткая улыбка. Нил приблизился к его лицу и коротко поцеловал складку меж бровей. Зрачки голкипера стали еще шире. — Ненавижу тебя. Нил прыснул и неожиданно охнул, когда его внезапно притянули для поцелуя. Глубокого и согревающего с безумной скоростью. Его губы нещадно кусали, в отместку за такой наглый трюк, но Нил был совсем не против. Вибрирующий танец языков разогревал его сердце до температуры кипения и Нил совсем потерялся, когда его руки аккуратно взяли за запястья и опустили на шею. — Противоречишь сам себе, Миньярд. — Заткнись. — Заткни меня. Его и правда заткнули стукаясь зубами, возвращая язык обратно в родной рот. Это было просто безумие. К счастью, Нил уже был безумным, так что плавал в этих ощущениях как у себя дома. Ему казалось, что он вознесся. Нил начал выцеловывать все лицо Эндрю и почти сразу получил тык в грудь. В место, где не было синяков, ведь Эндрю все помнит. — Как скрытно спрятать труп? Нил хохотнул. — Позвонить мне. *** Нил напевал себе под нос и подпиливал ногти. Одна нога была закинута на другую, отдыхая от ноющей боли. Как он и говорил, у него просто отличный день, несмотря на то, что случилось во время тренировки. Пустяки, пару недель и Нил свыкнется. Перед ним послышался шорох. Ох, Анна! Прекрасная Анна сдержала свое слово и подарила Нилу просто замечательный подарок! Нил поднял взгляд и посмотрел на связанного Пруста через растопыренные пальцы. Он как раз закончил подпиливать ногти. Пруст совсем проснулся и замычал с кляпом во рту, барахтаясь на стуле в попытке вырваться из веревок. — Мне сегодня приснился такой прелестный сон... — мечтательно произнёс Нил, смотря в потолок, — Я и ты... На опушке леса... Я дышу, ты — нет. И было так приятно вдыхать запах хвои и сырости... Пока твоя кровь не испачкала мои любимые кроссовки. Вот это уже было обидно. Не хочешь извиниться? Пруст замычал еще сильнее, глаза его расширились от животного испуга, а лоб извергал из себя вулканы пота. Фу, мерзость какая. В подвальное помещение зашла Анна с зажженной сигаретой. — Насколько я знаю, — выдыхая дым сказала она, — у тебя только одни кроссовки. — Чертовски верно. — щелкнул пальцами Нил и начал смеяться. — Как дела, свинка? — обратилась она уже к Прусту. Тот сразу замолчал, вспомнив лицо женщины, что пришла его сегодня навестить после окончания рабочей смены и расширил глаза еще больше. Он тяжело дышал и кажется сейчас просто обосрется от страха. Было бы неприятно. — Где потеряла своего ненаглядного? — Остался следить за командой. — Это каким образом? — У вас камеры по всему кампусу натыканы. Думаешь мы все твое отсутствие в квартирке отдыхали? — Нил улыбнулся, — Ну и он добродушно позволил мне насладиться зрелищем. Я обещала ему подробный пересказ, можешь не волноваться. Нил громко засмеялся и встал с нагретого стула, уступая место наблюдателя Анне. — Итак, Уильям Пруст! — крикнул Нил разведя руки в стороны, — вы выиграли лотерейный билет под названием «Обещание», поздравляю! Пруст начал дергаться еще активнее, когда Нил начал подходить. — И сегодня, мы позвали вас, чтобы наконец-то вручить ваш приз. Скажите, вы рады? — Нил изобразил микрофон и подсунул кулак к лицу Пруста. На его лице была широкая улыбка, а в глазах сплошной холод. Пруст побелел как лист бумаги от страха. — По глазам вижу, что очень рады. Итак, вам на выбор дается несколько вариантов. — он протянул руку чуть в сторону, показывая Прусту на столик с различными приборами для пыток, начиная от пласкогубц, заканчивая болгаркой. Из глаз Уильяма полились слезы. Он начал смотреть на Нила умоляющим взглядом, а Нил разразился громким хохотом на весь подвал. — Ох ну что ж вы… тш-ш-ш, — поднес палец к губам Нил, — вот сейчас не надо. Я же вас предупреждал, верно? Неужели вы даже не потрудились узнать чей я сын, прежде чем браться за работу? Пруст лихорадочно помахал головой из стороны в сторону. — Какой же вы все таки непрофессиональный. Ну… мне совсем не жаль. Знаете, одна моя знакомая рассказывает что будет делать с жертвой, говорит, так у них быстрее развязываются языки. Но нам же с вами не нужны разговорчики, верно? Да и я её терпеть не могу, так что… — Нил провел пальцами по плоскогубцам и поднял их в руки. — узнаем по ходу игры. Хохотнул Нил и начал считать считалочку по пальцам Пруста. Он брыкался и кричал в тряпку, из-за которой и выходило это приятное приглушенное мычание. Считалочка указала на безымянный палец и Нил ловко подцепил ноготь начиная его медленно тянуть на себя. Пруст начал еще сильнее вырываться и Нила уже это начало раздражать. Ноготь вылетел как по маслу, оставляя после себя клочки мяса и стекающую кровь. Нил дождался, когда Пруст прекратит кричать и вытащил кусок ткани из его рта. — Пощади… — Ох, конечно, я так и сделаю. — Нил вложил ему в рот оторванный ноготь, — только не глотай. Я хочу чтобы ты все удержал в своем рту. Получиться просто чудесная картинка. — припомнил ему Нил и хищно улыбнулся. Судя по взгляду, Пруст сразу вспомнил свои же слова, сказанные Нилу в один из их «сеансов». Нил развернул кусочек ткани и продемонстрировал Прусту. — Узнаете? — в руках у Нила было нижнее белье Уильяма — Ты сумасшедший… — Вы даже не знаете насколько сейчас правы. — хохотнул Нил. Спустя полчаса, на руках Пруста не оказалось ни одного ногтя. Все они смиренно лежали у него же во рту, наполненном слюной и кровью. — Откройте для меня ротик. Пруст дрожал, глаза его были затуманены, но он все равно открыл рот. Нил схватил его за подбородок и повернул чуть в сторону, демонстрируя Анне вид, — Ну как тебе? — Ты был прав. Картинка просто восхитительная. — оскалилась она, выкуривая уже третью сигарету. — Что ж, мы насмотрелись. А теперь глотай. Пруст выполнил и это указание, сильно сморщившись и жмурясь он проглотил целое ассорти его же тела. Нил еще не был доволен. Он засунул импровизированный кляп обратно и принялся разглядывать инструменты. Взгляд так и цеплялся за болгарку и Нил уже не мог этому противостоять. Он взял в руки предмет и начал оценивать его вес в руках. — Как насчет того, чтобы отрезать твой член и засунуть тебе прямо в зад? Пруст естественно запротестовал, но Нил уже стягивал с него штаны. Немного посмотрев на всю эту картину, Нил сморщился и повернулся к Анне. Она сразу поняла намек и выгнула бровь. — Мои руки будут трогать только член моего мужа. Твоя идея — ты и делай. Нил грустно выдохнул и вернул взгляд к скукоженному прибору. — Если обделаешься, я тебя это жрать заставлю. — сказал Нил и включил болгарку. Пруст громко кричал. Нил все таки запачкал одежду, волосы и лицо в крови. Она обильно хлыстала во все стороны создавая на полу огромную лужу. Нил делал все специально медленно и очень болезненно, разрывая чужую плоть сантиметр за сантиметром. В конце концов, задача была выполнена. Нил поглубже затолкал обрубок прямо Прусту в задницу, кривясь и отряхивая руки как от бактерий. Дальше в дело пошли ноги Уильяма. Он сделал болгаркой надрез на каждой ноге и заглядывал внутрь, словно ученый, изучающий анатомию человека. Пока что живого. Пруст сорвал себе голос и теперь только хрипел. У Нила испачкались кроссовки. Эх.. — Неужели сон был вещим… — вздохнул Нил, проводя пальцем по капле крови на обуви. — Тебе все таки стоит извиниться. — сказал Нил надув губы. Кляп из Пруста был давно вытащен, еще на моменте первой ноги. — Прос… — Чего? — Нил приложил ладонь к уху. — П-прости. — Хм-м… нет. Я не прощу тебя. Из глаз Пруста снова покатились слезы. — Может отрежем тебе кисти?! — воодушевился Нил. Пруст начал смеяться. Уже сошел с ума… как-то слишком быстро. Кисти он всё же отрезал, как и несколько пальцев на ногах. Пруст обрел снова голос и кричал до самого конца, пока не испустил последний дух. — Ну вот, уже помер… Нил положил болгарку обратно, поворачиваясь к Анне. — Выглядишь жутко. — Правда? Чистейшая. Нил был с ног до головы в крови. Его голубые глаза блестели одновременно холодом и озорным блеском, а на лице была широченная улыбка. Страшная, широкая и хищная. — Иди в душ. — Уже бегу! — крикнул Нил и побежал из подвала. Они были в загородном доме дяди. Здесь было тихо, почти не было людей и очень миленький подвальчик. У Нила правда был очень хороший день.