Лазарет V: Адская кухня

      Стайлз выдохнул.       Потом вдохнул.       Посмотрел по сторонам в надежде, что он окажется где-то в другом месте.       Но он все еще был дома.       В их с Дереком квартире, а сам Дерек стоял напротив, держа на руках ебаного, блять, ребенка.       Ребенка-оборотня-альфу, судя по алым глазам, смотрящим на Стайлза из-за облака каких-то уебищных кружевных пеленок, которые напоминали подтаявший тягучий зефир.       – Что это? – тихо спросил Стайлз.       Дерек удивленно глянул на него.       Конечно, ведь Стайлз раньше никогда не разговаривал с ним так.       Так, что молодняк стаи, толкающийся в дверном проеме, замер. Джексон, который был дольше всех в стае, подтолкнул замерших в дверях бет.       – Пошли отсюда, – порой он бывал сообразительным, – им нужно поговорить.       – Это заберите с собой, – Стайлз ткнул пальцем в сверток на руках Дерека.       – Стайлз!       На окрик он передернул плечами, насколько уже рычание Дерека не впечатляло. Стайлз только что прилетел из очень сложной командировки, не переварил последнее раскрытое дело. Ему сделали тяжелое предложение, которое следовало хорошо обдумать, ведь оно сильно повлияло бы на всю карьеру в будущем…       Стайлз положил несколько лет своей жизни на то, чтобы встать на одну ступеньку с Морганом и Ридом, которые поначалу были его наставниками. Он не спал ночами, летал в бесконечные командировки, можно сказать дома-то толком не был, и для чего? Чтобы Дерек посчитал хорошей идеей притащить младенца в их общую квартиру?       Роль мамочки в этом плане была отведена не Дереку уж точно. А Стайлз в рот ебал это все, потому что хватало и разделения в стае, когда все бегали за советом к Стайлзу, как паломники на Иерусалимскую стену Плача. Стайлз был сучкой альфы и это казалось прикольным ровно до тех пор, пока Дерек не включал «мужика», смотря из-под нахмуренных бровей или вот, например, как сейчас…       Да почему вообще такие моменты в принципе имеют место быть? Стайлзу казалось, что они это обсудили в самом начале и решили раз и навсегда. Но Дерек, который и без того встречал обычно злобным из-за очередной разлуки лицом, сейчас держал в руках младенца.       Стайлз не был фанатом детей, ясно?       Особенно тех, которых приносят в дом без согласования с ним.       Хлопнувшая входная дверь заставила выплыть из мыслей и вернуть взгляд Дереку. Который еле сдерживался, чтобы не превратиться в альфу-волка посреди гостиной.       – Стайлз, во время недавней погони мы нашли мертвую волчицу, около которой лежал этот ребенок.       Стайлз потер переносицу указательным пальцем, делая очередной долгий выдох.       – Допустим.       – Я же не мог оставить его в лесу!       – Конечно, не мог, – Стайлз отвернулся от Дерека и прошел на кухню.       Он потянулся к шкафчику, выуживая из коробки кофейную капсулу. Щелкнул кнопкой кофе-машины и залип на две ароматные кофейные струйки, наполняющие чашку горячим американо.       Чертов ребенок сопел на руках Дерека, раздражая так, что у Стайлза задергался глаз.       – Поэтому я забрал ребенка сюда.       Голос Дерека прозвучал до отвратного воодушевленно. Видимо, последняя фраза Стайлза вселила в него немного надежды.       – Ага. И когда ты отсюда это уберешь?       Дерек сделал шаг назад, прижимая сверток к себе.       – Стайлз. Это ребенок. Волчонок. У него никого нет. Я не могу его оставить ни как альфа, ни как мужчина.       – Прикольно.       Стайлз поморщился.       Отпил кофе.       Снова глянул на ребенка.       – Ему покупать детский корм или собачий? Кроватку или лежанку? Сахарную косточку или какую-то важную хуйню для прорезывающихся детских зубов?       – Что ты несешь?       Стайлз пожал плечами и сделал еще один глоток.       Он прекрасно понимал, что сейчас пытался сделать Дерек.       Продавить своей альфа-силой. Стайлз чувствовал, как тяжесть ложится на плечи покрывалом, которое должно было обманчивой мягкостью заставить выполнить желание альфы стаи. И если бы дело было несколько лет назад, Стайлз так и поступил бы. Но сейчас он не мог позволить себе прогибаться под кого-то. Ни на работе, ни дома. Недаром он столько лет пил отвары, способные помочь контролировать сторонние силы, направленные на него, как на Искру стаи.       Стайлз хмыкнул и повел плечами, заставляя себя сосредоточиться на Дереке. Который неверяще смотрел на него, не понимая, почему Стайлз все еще не передумал по поводу ребенка.       Захотелось рассмеяться. Дерек не сможет в открытую признать, что использовал силу альфы для принуждения Искры. И сейчас он наверняка был в замешательстве. Жаль, что гордость не позволит ему узнать, какого хера только что произошло. Стайлз поднес чашку к губам и сделал очередной глоток кофе.       – Все еще не понимаю, почему оно находится здесь. Помимо стай, которые мы уже подмяли под нашу, и в которых, на секундочку, около одиннадцати волчиц, у нас есть Лидия, допустим. Которая в паре с Джексоном и оба хотят детей. Так почему Джексон вышел за эту дверь без ребенка на руках?       – Это он, а не оно, – процедил Дерек.       – Окей, он, – легко согласился Стайлз. – Так что с ответом на мой вопрос?       – Потому что Джексон и Лидия способны родить своего ребенка!       – О, – Стайлз хмыкнул. – Извини, получается.       Дерек прикрыл глаза на пару мгновений. Потом посмотрел на Стайлза.       – Я хотел сказать, что мы с тобой женаты уже несколько лет. И я прекрасно понимал, когда делал тебе предложение, что детей у нас не будет. Но сейчас появился шанс, Стайлз!       – Насколько я знаю, такие шансы, – Стайлз скривился, – обсуждают заранее.       – Я не мог заранее узнать, что найду труп волчицы.       – Но ты мог отдать ребенка в любую из стай, которые контролируешь сейчас, и просто поговорить со мной.       – Ты бы тогда точно не согласился!       – Не согласился бы.       – Тогда о чем мы говорим вообще? – ребенок на руках Дерека захныкал, и он сразу же прижал его ближе, чуть покачивая. – Какая разница, как преподнести такую новость?       – Разница в том, что тебе было бы легче отдать его сразу, чем уносить из дома после того, как уже притащил мне, – отрезал Стайлз. – Я не люблю детей, не хочу детей, не готов к ним и не думал о них никогда. И если ты рассчитывал, что меня разжалобит вид ребенка, ты сильно проебался, Дерек.       – Да почему ты так резко настроен? Ты буквально ненавидишь его, я чувствую это, даже не прибегая к нашей связи!       Не прибегая. Угу. Смешно.       Стайлз залпом допил кофе, обжигая себе язык. Поморщился, пережидая неприятные ощущения и, не глядя на Дерека, вышел из квартиры, подхватив на ходу дорожную сумку, которую даже не успел разобрать.

***

      – Так и почему ты так среагировал-то? – Алек блаженно растекся по столику. – Блять, я устал как собака.       – Ты всегда устал, как собака, – хмыкнул Юра.       Точнее Юри, поправил Стайлз сам себя.       Бар был переполнен посетителями. Куча народу сновала от стойки к столикам, бесперебойно делая заказы, и Стайлз легко улыбнулся, радуясь тому, что имел некоторый блат в «Хомре». По крайней мере, теперь он не жался между этой выпивающей толпой гостей, а с комфортом тусил за дальним столиком в самом углу. Стайлз помнил еще с работы в «Лазарете», что Юри озадачился перевозом бара из Токио в Йокогаму, и, видимо, это пошло заведению на пользу.       – А где Бек?       Юри моргнул от резкой смены темы.       – Работает.       Стайлз вздохнул.       – А что, ты к нему приехал? – Юри сверкнул глазами, которые точно не от освещения стали бликовать алым.       Стайлз фыркнул – Плисецкий (ныне Накахара, конечно же) всегда был горазд на выебоны подобного толка. Даже сейчас в компании самого Стайлза и Алека он сидел как король, заняв самый удачный угол для обзора своих владений.       – Меня вообще смущает, что ты оказался в Японии, – привлек внимание Алек. – Ты что тут делаешь?       – А, да по работе был недалеко.       Алек и Юри одинаково скривились, не поверив ни на секунду.       – Да боже мой, я просто прилетел поныть. Потому что я в панике и не знаю, что делать. Моя жизнь катится к хуям.       – Добро пожаловать, – хмуро отсалютовал стаканом Алек.       – Это из-за того волчонка? – Юри откинулся на спинку, взглядом удостаивая не Стайлза, а пацана-официанта, который обслуживал гостей. – В целом, хоть ты и был груб с Дереком, не могу сказать, что не прав. Детей не обязаны любить все подряд.       – Согласен, – Алек кивнул. – Не всем быть Чуей.       Юри только фыркнул, вспомнив об отце. Они пригубили так, словно поминали спокойствие семьи Дазай-Накахара. Три ребенка, включая самого Юри, такой себе подарочек, конечно. Стайлз на полном серьезе считал Чую отбитым мазохистом. Тот вполне мог потратить свою жизнь на что-то более угарное, чем приютский подкидыш и аутист.       – Если бы Отабек внезапно притащил ребенка домой, он огреб бы пиздов.       Алек хохотнул:       – Он за все огребает. Ты буквально неделю назад пальнул ему в колено. В очередной раз.       – Внимательней на тренировках надо быть. И Йосано его сразу вылечила. Так что ротик офф.       Стайлз горестно вздохнул.       Алек вдруг прищурился, глядя на него. Стайлз поежился, потому что сроду не видел у Алека такого прошибающего до костей взгляда. Обычно тот выглядел как щенок золотистого ретривера. Видимо, он просто пропустил к черту тот момент, когда работа на мафию стала на Алеке сказываться. По телефону впечатление было смазанным, не давало полной картинки. Стало даже не по себе. Будто его вывернули наизнанку, а потом как попало собрали обратно.       – Твое последнее дело было связано с детьми?       Юри удивленно перевел взгляд с Алека на Стайлза.       Тому оставалось только кивнуть.       – За время своей работы я видел столько мертвых детей, что даже если бы я когда-то их любил, мое мнение бы изменилось. Да, я знаю, – Стайлз глянул на Юри, – не мне тут ныть перед людьми с работой типа вашей, но…       – Погоди, Стайлз, – Юри отмахнулся. – Нифига, ты не прав. Да, мы с Алеком занимаемся опасным делом, но маньяки, как тебе, попадаются не так часто.       – Поддерживаю, – Алек кивнул. – Мы видим достаточно крови, но дети среди жертв – это скорее исключение. Итальянские мафиозо очень берегут детей. Их, знаешь ли, никто не расчленяет в угоду своим психическим отклонениям.       – Тоже верно, – Стайлз взъерошил волосы, которые давно уже не были коротким ежиком. – Моя работа помогла понять одно: чем меньше у тебя близких, тем лучше.       Алек хмыкнул.       – Вообще без близких крышей поехать можно, – резонно заметил Юри. – Ты попросту забудешь, что ты делаешь и зачем.       Стайлз почему-то посмотрел на Алека, который неловко почесал щеку, на мгновение становясь тем собой… из тех дней, когда они только собирались выбрать свой жизненный путь. Потом Алек нахмурился, возвращаясь к уставшей и замотанной версии себя, и Стайлз хмыкнул. Возможно, Юра-Юри был прав.       – Из месяца я в командировках три недели, дома бываю урывками. И то либо вишу на телефоне, либо сплю, – признался Стайлз, залпом допивая алкоголь.       Юри тут же махнул пробегающему мимо Яте, и тот наполнил всем троим бокалы. Стайлз благодарно улыбнулся пацану.       – Звучит так, будто бы Дерек должен был понимать, на что идет, когда оплачивал тебе обучение, – приподнял брови Алек.       – Я думаю, что он понимал, но не думал, насколько это может быть тяжело. Он привязан ко мне сильнее, чем я к нему.       – Даже так? Мне казалось, вы слиплись как в твоих любимых мангах про теорию пар и это вот все.       – Слиплись, да не совсем. Из-за того, что Дерек сейчас набрался сил, расширил собственную стаю, и ему присягнули на верность более слабые альфы из нескольких других, моя сила в стае рассеивается на всех. Я ощущаю постоянное желание оберегать всех членов собственной стаи и союзных с нами. Из-за этого связь с Дереком воспринимается иначе. Мне легче переносить разлуку.       – Девкалион бы от зависти удавился, – вдруг вспомнил их давнего врага Алек.       Стайлз усмехнулся, глянув на руку без пальца.       – Откуда ты знаешь, может мы в свободное время тоже всяких там друидов похищаем?       – Ты только что сказал, что у тебя свободного времени нет, – фыркнул Юри, – да и я бы ощутил, начни вы вершить темные делишки. Я ж в стае все еще, не забыл?       – О, кстати, напомни мне как-нибудь подумать о том, как вас с Беком кикнуть оттуда без вреда для менталки Дерека, – вдруг встрепенулся Стайлз.       – Че это? – прищурился Юри.       – А ты против? – удивился Алек.       – Да мне до пизды. Просто интересно, с чего такое решение.       – Много силы тоже плохо, – Стайлз покрутил в руках стакан, глядя на то, как блики света скользят по его бокам, – Дерек уже нахватал достаточно. А то еще превратится в Фенрира и устроит нам Рагнарек.       – Чего блять? – единодушно ахренели Алек и Юри.       Стайлз только улыбнулся, а потом снова загрустил, вспоминая, чего ради вообще приперся в Японию к друзьям практически с другого конца света.       – Короче, мне предложили работу. Но она сложная, долгая и опасная.       – Звучит не особо отличающимся от того, чем ты занимаешься, – справившись с ахуем, влился в смысл разговора Алек. – О чем идет речь?       – Мафиозные разборки, – хмыкнул Стайлз.       Накахара и Лайтвуд тут же подобрались.       – Не ваша юрисдикция, – на берегу предупредил Стайлз. – Мексиканский картель. Есть сведения, что там завелось несколько крыс, скорее всего эсперов, которые планируют подставить одну группировку, тем самым развязав войну в основной банде. Короче, – Стайлз, запарившись в том, что очень сложно объяснить в двух словах, махнул рукой. – Работа под прикрытием. Я считаюсь сейчас одним из самых перспективных агентов, мой возраст позволяет приступить к такой работе, плюс я хорошо лажу с эсперами и много о них знаю. И мое лицо еще нигде не примелькалось.       – И надолго это? – проницательно спросил Алек.       – Года полтора, скорее всего два.       – Дерек в курсе? – просто спросил Юри.       – Я хотел с ним поговорить, но он притащил ребенка, блять, который меня выбесил, и разговор не состоялся! – Стайлз взмахнул руками.       Алек, спасший свой стакан из зоны поражения, улыбнулся.       – А я все гадал, когда твои жесты вернутся. Совсем на себя перестал быть похожим.       – Так я работал над этим все время. Вырывается только в те моменты, когда я чувствую себя в безопасности и расслабляюсь. А тут еще и эмоции вмешались.       Юри улыбнулся.       – Ты ощущаешь себя в безопасности?       – Юр, – Алек рассмеялся. – Не кошмарь его.       Тот заржал.       – Пока Стайлз не залетает сюда с ноги, тыча значком в моих парней, он тут и правда в безопасности.       – Так ты действительно согласен пропасть с радаров Дерека на пару лет, чтобы взяться за такую работу? – Алек вернул разговор в нужное русло.       – Почти на три, скорее всего, – поправил Стайлз. И сразу же продолжил, не дожидаясь вопросов: – сначала подготовка. Постепенное внедрение в жизнь самой Мексики, несколько встреч с агентами, которые уже работают там. Пока все запомню, пока привыкну, пока сделаю свою работу, пока меня выведут оттуда. Так и добавляется к заявленным полутора лет в самом картеле еще столько же.       – Слушай, ну это серьезный срок для пары, которая не собиралась расставаться. Да и в целом, – Алек повел плечами, – у тебя перед глазами есть пример не очень хорошего расклада.       Стайлз сник.       – Но, с другой стороны, подумай, насколько сильно тебе нужна эта работа? – Юри зевнул. – Например, касаемо нас с Отабеком, я был бы уверен в раскладе. Никакой срок не играет роли в нашем случае. А у вас с Дереком, вроде, узы пары или как там? Я все еще не сильно в этом шарю.       – Узы пары, или как ты там их обозвал, работают в обе стороны. Это дает гарант уверенности в том, что мы будем вместе, но… – Стайлз вздохнул, – может сделать так, что Дерек, ощутив хоть малейшее мое ранение, слетит с катушек, примчится в Мексику, и сорвет всю операцию, которая идет уже несколько лет.       – Тогда вас всех там нахер убьют, – подытожил Алек. – Особенно если там есть эсперы, если я правильно тебя понял.       – Кстати, – Юри прищурился, – за сколько потом можно будет выкупить у тебя досье на всех, с кем ты будешь близок? Ну просто для владения информацией.       Стайлз выпал в осадок.       – Во-первых, я еще не согласился, а во-вторых, ты когда успел стать такой расчетливой сукой?       – Он таким всегда был, – Отабек хлопнул Стайлза по плечу и сел к ним за столик. – Что обсуждаете?       – Стайлзу предложили работать под прикрытием в Мексиканском картеле, потому что там завелась крыса, Дерек притащил к ним домой ребенка-оборотня, и они посрались так, что Стайлз собрал манатки и прилетел сюда бухать, – отчитался скороговоркой Юри.       Отабек переварил быстро.       – Слышал, что картели наказывают крыс тем, что убивают, срезая лица. А потом эти срезанные «маски» подкидывают так, чтобы увидели те, кто должен.       – Незавидная у тебя судьба в случае чего, – Алек посмотрел на Стайлза, подперев кулаком щеку.       Стайлз показал ему фак.       – Так и в чем предмет разговора-то? О, Ята, спасибо, – Бек перешел на японский, когда забирал свой алкоголь.       Стайлз проводил взглядом пацана, вспоминая, как Юри когда-то разговаривал в «Лазарете» с кем-то о Яте. Тогда Стайлз сильно пожалел, что перевел разговор, который не был предназначен для чужих ушей. Как он успел понять за несколько лет, Ята был одним из любимчиков Красного короля.       – Да он просто ноет, – фыркнул Юри.       Стайлз страдальчески вздохнул. Он приложился к бокалу, не зная, что еще должен рассказать. Накопилось, кажется, очень много всего, но Стайлз не понимал, с какой стороны должен начать рассказ. Точнее, продолжить. Точнее… Он сам не догонял, как должен все-все мысли преобразить в единое целое, чтобы его стопроцентно поняли.       – Расскажи о своем деле? – вдруг попросил Алек.       Стайлз нахмурился и отставил бокал.       – О каком?       Алек быстро отбил кому-то сообщение на телефоне.       – У меня есть еще пара часов. Так что предлагаю тебе выговориться о том деле, после которого ты перестал относиться к детям спокойно.       Стайлз ошарашенно оглядел всех собравшихся.       – Вы уверены, что хотите это послушать?       – А когда еще нам будут рассказывать сказочки о ФБР? Давай, мы все во внимании.       Стайлз сделал глубокий вдох и погрузился в воспоминания о последнем деле.

***

      Стайлз заливался казенным кофе, когда увидел, что Пенелопа, их великолепный хакер, к которой он нашел подход при помощи печенья и настойки из трав, позволяющей не спать сорок часов подряд, спешит в кабинет Росси. Такая – взволнованная и серьезная – она всегда преображалась из взбалмошной пестрой на внешний вид дамочки, положивший болт на дресс-код, в сотрудницу команды профайлеров. Стайлз проводил ее взглядом, со смешком оглядев розовую заколку в виде цветка на ее светлых локонах.       – Кажется, новое дело, – Морган, как всегда бесшумно подошедший со спины, потянулся через Стайлза к верхнему шкафчику за своей кружкой. – Ты успел хотя бы до дома доехать?       Стайлз только горестно вздохнул.       Он, честно говоря, не хотел разговаривать на эту тему, а Морган, несмотря на внешний вид совершенно сурового спецназовца с этими его раскачанными плечами, был человеком, который не мог игнорировать чье-либо нездоровое душевное состояние. Стайлз оглядел его заискивающее лицо в десяти сантиметрах от своего, в который раз позавидовал идеальной коже афроамериканцев, и еще раз вздохнул.       – Опять вы обнимаетесь, – раздался голос Рида, – у тебя есть свой Дерек вообще-то.       Морган хмыкнул и отошел, смерив Рида теплым взглядом. А потом, налив себе кофе, свободной рукой притянул его к себе, звонко чмокнув в губы. Пользовался тем, что на кухне не было лишних глаз. Рид на это не отреагировал, но он вообще со стороны мог показаться незаинтересованным. Точнее, интересовали его по мнению посторонних только расчлененка, шахматы с Росси и книги, которые тот читал со скоростью, не присущей простому человеку.       – Не ревнуй, крошка.       Рид успел запутаться в собственных конечностях, пытаясь то ли оттолкнуть Моргана, то ли наоборот, обнять. Стайлз ржал, глядя на эту умилительную картину. Прошло много времени с тех пор, когда эти двое пугали его до усрачки. Гениальный Спенсер Рид, обладающий совершенно феноменальной памятью и знаниями обо всем на свете, а также Дерек Морган, помимо профайлинга прославившийся как отличный боец и сильный эспер, сразу же взяли Стайлза в оборот.       Словно ощутили, что из него может выйти что-то стоящее. Стайлз был благодарен им так, будто оба стали для него родителями, заботы которых ему не удалось ощутить в сознательном возрасте.       Когда его официально взяли в отдел поведенческого анализа, выдали собственный пропуск, выделили свой стол и компьютер, Стайлз от радости напился так, что вообще не помнил, как Морган притащил его домой и сдал мужу с рук на руки.       Позже Стайлз (не без наводки Рида) выбрал для себя дополнительное направление в изучении поведения эсперов, анализе их особенностей и всего остального, ведь маньяки им попадались не только человеческой природы.       Да и в их отделе были эсперы, взять того же Моргана, например. Дженнифер Джеро и Люк Алвез тоже оказались зарегистрированными в МВД эсперами, и Стайлз тогда впервые столкнулся с кем-то подобным, работающим на правительство, а не мафию или какой-то там тайный орден.       Это было странно и очень интересно.       В основном эсперы выезжали на задержание или захват преступников, но тренировки по боевой подготовке проходил каждый, кто работал в ФБР. Как оказалось, не зря, ведь как-то раз один из сектантской группировки пробрался в штаб и попытался захватить серверную, где как раз сидели Рид, Стайлз и Пенелопа. Отбиться получилось достаточно быстро, но Стайлз отхватил ножевое в плечо, Рид получил по лицу несколько раз, а Пенелопа расшибла локоть.       После этого Морган их чуть ли не до смерти гонял по нормативам, и Стайлз домой почти приползал, еле живой от усталости, ведь так его не гонял даже Дерек в бытность тренером по боксу.       – О чем задумался? – Рид пытался придать себе приличный вид после того, как Морган его от души облапал. – Опять вспоминаешь, каким ты был миленьким, когда пришел в отдел?       – Я не бы миленьким, – Стайлз закатил глаза.       – Ага-ага, – Рид пихнул Стайлза в плечо и первым направился к выходу из кухни. – Пошли, Пенелопа уже рвет и мечет.       – Откуда знаешь?       – Глубокий анализ и предугадывание действий субъекта, – серьезно заверил Рид.       Морган вздохнул и хлопнул Стайлза по плечу.       – Он просто чует жопой.       – На ваших планшетах информация о деле.       Стайлз плюхнулся на свое место и притянул поближе папку и планшет.       Пять фотографий обугленных маленьких тел не оставили и шанса хоть как-то переварить завтрак, который он едва успел в себя запихать. Проблема была даже не в том, что Стайлз оказался сильно впечатлительным. Нет. Дело было в деталях. Которых было более, чем достаточно. Пенелопа заботливо выделила красным кружочком те, на которые стоило обратить пристальное внимание.       – Оу, – он приблизил изображение последней жертвы. – Это ребенок?       – Когда-то был, – Люк пристально рассматривал фото. – Причина смерти?       Вопрос был актуальным, так как по фото было совершенно не ясно, посмертным был поджог тел или же нет. К тому же то, что их собрали срочно, могло означать одно: есть еще жертвы, которые пропали недавно и пока не объявлены мертвыми.       Пенелопа сделала глубокий вдох, а потом вывела на экран за спиной еще несколько изображений. Стайлз поморщился. Видеть обугленные детские тела было зрелищем малоприятным. Как Люк мог смотреть на это, почти не моргая, все еще было для Стайлза загадкой. Хотя Алвез на многие вещи так смотрел: впериваясь черными глазами и чуть щурясь, будто хотел влезть в душу. Наверное поэтому помимо сложных задержаний его часто отправляли на допросы, ведь Люк, кажется, мог мертвого поднять и разговорить, если у него стояла такая цель.       Стайлз хмыкнул. А ведь поначалу ему Морган и Алвез казались одинаковыми качками, хоть и далеко не тупыми. Уже потом, спустя несколько лет, Стайлз начал воспринимать обоих как старших братьев, хотя Люк…       – Причина смерти огонь, – тихо сказала Пенелопа, выдернув Стайлза из ненужных сейчас мыслей.       – То есть, – Дженнифер, которая имела двоих сыновей, сглотнула, – дети все-таки были живы, когда их подожгли?       – Именно, – Пенелопа кивнула, научившись уже быть беспристрастной во время отчетов. – Я пыталась найти другие улики, которые помогли бы опровергнуть это, но, как вы видите из собранных мною записей судмедэкспертов…       – Все дети умерли именно вследствие пожара, – мрачно подытожил Морган.       – Жертв пять? – уточнил Росси.       Он всегда становился крайне серьезен во время работы, хотя за ее пределами оставался совершенно обворожительным седеющим итальянцем, способным перевести в ранг поклонника почти любого человека. И дело было вовсе не в его популярности из-за написанных книг о профайлинге, он сам по себе был невероятно харизматичным мужиком.       Он внимательно сверился с папкой.       – Или мы можем о ком-то не знать? Ты проверила всех пропавших детей в подходящем радиусе?       Пенелопа несколько раз кивнула.       – Есть несколько без вести пропавших детей, но они либо находятся слишком далеко по радиусу предполагаемых действий субъекта, либо…       Пенелопа говорила что-то еще, отвечая на вопросы Росси и остальных, а Стайлз погрузился в тщательный анализ фото. Он всматривался в детали, увеличивал изображение, ища что-то, за что можно было бы зацепиться.       – Послушайте, – заговорил он, – вы обратили внимание, что все дети лежали на металлических кроватях? Но все трупы были обнаружены на заваленных хламом складах, причем разных. Какова вероятность, что наш субъект искал подобные свалки именно с такими старыми кроватями? Мне кажется, это имеет для него какой-то смысл. Эти койки. Скорее всего, он притащил их туда сам или с чьей-то помощью.       – Может, какая-то травма с детского лагеря? – тут же подхватил нить рассуждений Рид. – В таком случае это должен быть сильный мужчина, который сможет притащить металлическую кровать на склад заранее.       – Или эспер, – подсказал Люк, – умеющий концентрировать силу каким-либо образом. Как я или Морган, например.       Стайлз кивнул, перелистывая файлы на планшете и вспоминая как смотрел на тренировки этих двоих, пока сам был стажером в отделе и у него было больше свободного времени. Способности обоих были разными, но в то же время схожими. Морган умел концентрировать силу в тех частях тела, которые были ему необходимы в данный момент, и потому пробить кулаком стену в его случае совсем не являлось метафорой. С легкой руки Стайлза Морган в телефоне был подписан как «Халк». А вот Алвез мог собирать вокруг себя потоки воздуха так, что они становились острыми, как лезвия. Или же, скапливаясь вокруг кулака, давали примерно такой же эффект, как и у Моргана. После первого просмотра их совместной тренировки Стайлз запомнил четко одно: не становиться врагом никому из них.       – А известно, как были совершены эти поджоги? – Морган посмотрел на Пенелопу, – есть ли какой-то остаточный шлейф из силы? Там были эсперы из ФБР? Или из местной полиции?       – Нет на оба вопроса. В полиции того городка нет эсперов.       – Вообще? – удивилась Дженнифер, – ни одного? Но по уставу обязан быть хотя бы один боевой эспер.       – А где его взять, если никто не хочет работать в полиции или, – усмехнулся Стайлз, – регистрироваться? Возможно, мы имеем дело с незарегистрированным эспером, владеющим огнем, который, к тому же, имеет в анамнезе детскую травму, из-за которой теперь жжет детей направо и налево? Если допом идет и неимоверная сила, то мы в дерьме, скажу я вам.       – Даже если это так, мы в любом случае должны делать свою работу, – Росси поднялся с места. – Готовьтесь. Вылетаем через два часа.       Стайлз вздохнул. Дело обещало быть долгим, а Дерек все еще ждал, когда Стайлз найдет время на собрания стай, которое не могло пройти без Искры главного альфы.       Что же, придется Дереку еще подождать.       Самолет гудел двигателями и вызывал этим привычную для Стайлза сонливость. Проведя небольшой мозговой штурм, все расселись по местам в надежде немного отдохнуть.       – Что думаешь? – Рид сел рядом, тихонько придвигая Стайлзу собственные заметки. – Есть какие-то еще идеи?       Стайлз пробежался глазами по ровным рядам букв. Рид всегда пользовался бумагой, игнорируя любые цифровые носители как вид передачи информации.       – Мне все-таки кажется, что тут имеет место быть какая-то ритуальная история, – прошептал Стайлз, стараясь не будить Моргана и Люка, которые задремали на креслах через проход от них. – Кто-то тащит детей на склады, собирает кровати, привязывает… а кстати, – он дотянулся до папки с делом и пролистал записи. – Как дети оставались неподвижны? Веревки?       – Скорее всего, – кивнул Рид. – И они сгорели, не оставляя нам лишних зацепок. Ведь если бы наручники…       – Мы бы отследили, где они были куплены или украдены. Или изготовлены. Потому что тогда круг поисков сужается до кражи из участка, что вообще тупо, секс-шопов, коих в таком городке от силы два-три и умельцев из одиночек, которых Пенелопа находит примерно за пять секунд. Но вот веревки, – Стайлз побарабанил пальцами по документам, лежащим перед ним, – это вообще иголка в стоге сена. Веревки есть в каждом строительном. И покупают их десятки людей, особенно в городках, где куча работяг.       – Да, это просто расходный материал, – подтвердил Рид. – Но мне почему-то кажется, что это история про одиночку с отклонениями в психике, чем ритуальные убийства. Все-таки тут нужна скорее группа.       Стайлз дернул плечом.       – Придумать собственную религию можно и в одиночку.       Рид промолчал и снова погрузился в размышления, периодически чиркая в своем блокноте.       – Пропало уже семь детей! – начальник полицейского отдела, который представлял собой комнату меньше, чем их серверная в ФБР, ударил кулаком по столу. – А вы соизволили прилететь только сейчас? У вас есть более важные дела, чем пропавшие дети? Две новые жертвы, ноль зацепок и ожидание помощи от ФБР в несколько часов? Так вы работаете?       Стайлз вздохнул и поискал глазами место, куда можно было бы сесть. В бардаке, куда их привели, сложно было сориентироваться. Везде сновали полицейские, создавая имитацию бурной деятельности, от которой не было никакого толка. Росси что-то втолковывал шефу полиции, пуская в ход свои навыки убеждения и всем видом давая понять, что кроме этого дела нет ничего важнее. Стайлза уже совершенно не трогало ничего подобного рода, ведь чаще всего и его самого принимали чуть ли не за разносчика кофе на побегушках у отдела. Это была их со Спенсером общая проблема: двое парней, которые выглядели едва ли выпускниками университета.       До тех пор, пока не открывали рты, конечно же.       – …этот парень с вами, он кто? Разносчик пиццы?       Стайлз фыркнул. У этого мужика какая-то личная цель доебать агентов? Он вообще в курсе о дисциплинарных взысканиях? Или…       – Пропал ваш ребенок, верно? – он прищурился, глядя в глаза уставшему помятому мужчине. – Один из последних, судя по всему, ведь первые двенадцать часов решающие, а с последней пропажи прошло… – Стайлз глянул в документы, – восемь? И раз вы ничего не смогли найти, пытаетесь пнуть тех, кто прилетел помочь? Ведь осталось всего четыре часа?       Он дернул уголком губ в намеке на улыбку, видя, как стушевался от его слов взрослый мужик. Росси молчал, давая Стайлзу самому поставить на место этого паникующего копа.       – Могу сказать, исходя из того, что успел бегло просмотреть, последние двое детей пропали с разницей в пять часов. Значит, у первого ребенка время закончилось час назад. Но если отследить логику предыдущих жертв можно сделать вывод о том, что детей поджигают парами. Это имеет какой-то свой смысл для субъекта. Первый ребенок, как это часто бывает, был пробным вариантом, а дальше субъект разогнался до тех действий, которые имеют для него значение. Поэтому можем сделать вывод, что убивать детей будут одновременно. Вторая и третья жертвы были убиты через тридцать пять часов после пропажи, а значит, у нас еще достаточно времени для того, чтобы найти субъекта, – выпалил на одном дыхании Стайлз.       Достало, честно. Почему все вокруг думают, что дети важнее других жертв маньяков? Стайлзу было одинаково тошно от трупов людей любого возраста и пола.       – Где вы его нашли? – пребывая в шоке, спросил начальник полиции у Росси, который уже привык к таким пассажам от Стайлза. – Вы давно работаете в ФБР? Очень молодо выглядите, – пытался оправдать свое поведение он.       – Двое моих агентов нашли этого ребенка в корзинке, которую подкинули на крыльцо штаба ФБР, – Росси улыбнулся. – Мы сделаем все возможное. Подготовьте, пожалуйста, доску, стол и несколько стульев, чтобы мы могли с командой хотя бы как-то разместиться.       Мужчина кивнул и наконец-то оставил Стайлза и Росси одних, скрываясь в недрах небольшого участка, на ходу раздавая приказы.       Возможно, скоро у них и правда появятся стол и стулья. Стайлз, подумав, подтащил к себе чье-то компьютерное кресло, наплевав на пиджак, висевший на спинке.       – Морган и Рид осматривают места похищений, – Росси со смешком наблюдал за тем, как Стайлз пытается обустроить себе рабочее пространство, – Дженнифер и Люк выехали для осмотра мест сожжения детей. Оба склоняются к тому, что наш субъект все-таки человек. Никакой остаточной силы Дженнифер не чувствует.       – Только если у эспера не было напарника-друида, знающего, как скрыть любую способность, – нараспев пробормотал Стайлз, запуская программу анализа, которая должна была проверить всех детей города на процент того, как сильно они подходят под предпочтения их субъекта.       Дженнифер со своей ментальной способностью была, конечно, очень хороша, но нельзя было исключать и другие факторы. Они могла ощутить малейшие колебания в силе, даже легкое искривление пространства, которое всегда остается на некоторое время после применения эсперных сил, но травы и настойки – это совершенно другое.       – Таких друидов не существует, Стайлз, – Росси потер переносицу пальцами, – любой отвар, как ты знаешь, влияет на жизненную силу. И сокрытие чужой мощи – это противовес жизненной энергии. Кто пойдет на такое?       Стайлз покосился на Росси, клацая по кнопкам.       Есть один такой, точно, только ФБР знать об этом не стоит. Настолько ебанутый друид, что готов жизнь отдать, лишь бы спасти кого-то из тех, кто стал его другом. Стайлз только надеялся, что он не повторит судьбу Киры, лицо которой уже совсем стерлось из его памяти.       Другие трупы и вывернутые наружу внутренности затуманили те воспоминания, которые когда-то, казалось, нанесли вред его психике.       Если бы Стайлз сейчас встретил тех альф и слушал их попытки напугать – он обоссался бы от смеха. Жизнь заставила на многое посмотреть иначе.       – Что-то есть? – Росси наклонился над плечом Стайлза, который скрючился на кресле, уткнувшись в ноут. – Нам принесут хоть один чертов стул? – он посмотрел по сторонам.       Несколько полицейских сделали вид, что спешат по важным делам.       Стайлзу было заранее жаль всех, кто находится в участке. Росси начинал выходить из себя. А это значило, что если он решит кого-то из местных отчитать, те точно получат парочку психологических травм.       – Больше тех, кто перед нами лебезит, меня выбешивают вот такие, – пробормотал Стайлз, проводив копов взглядом, – которые пытаются сделать вид, что мы тут никому не нужны. А ведь все, чего я хочу, это стульчик.       – Потерпи немного, – Росси похлопал его по плечу. – Так что с поиском?       – Подходят еще двое. Они, кстати, брат с сестрой. Живут на выезде из города с матерью. Отец погиб в какой-то пьяной драке... Или нет. В общем, тут инфа мутная, лучше Пенелопе поискать что-то на него. А вот дети прямо как для нашего субъекта. Как раз возраст одиннадцать и тринадцать, предоставлены сами себе, были проблемы в школе.       – Позвоню Пенелопе, пусть пробьет информацию на мать.       Стайлз проводил Росси взглядом и достал из кармана телефон. Дерек как раз спрашивал, как долго продлится дело и есть ли примерные ориентиры, когда Стайлз будет дома.       Прикинув, Стайлз написал «часов сорок» и открыл чат «Лазарета». Это здорово помогало отвлекаться от того треша, который преследовал его на работе.       Магнус скинул фотки охуенно красивой дикой природы. Стайлз даже знать не хотел, в какой части света тот находится, но серые, почти серебряные из-за яркого солнца горы, еле дали от себя отвлечься.       Юра-Юри почему-то скинул фотографию картины, и Магнус тут же посрался с Отабеком на ее счет. Стайлз себе сделал зарубку спросить потом, что такого в этой нарисованной сакуре.       Вместо Чуи явно сидел Миха, потому что тот вернулся в общий чат, да еще и прислал мем с капитаном Кирком. Стайлз тут же накидал сердечек.       Алек прислал фейспалм.       Аллен отправил фотку «Лазарета», а потом улыбающегося Тики, который был, на взгляд Стайлза, преступно красивым на фоне золотистого освещения вечерней кофейни. То, что фотка Тики собрала от всех по лайку, навело на мысль, что Стайлз не одинок в своем восхищении прекрасным.       – Стайлз.       Вздрогнув, он убрал телефон в карман и посмотрел на Моргана, сосредоточенно и недобро глядящего по сторонам. За ним кого-то из местных отчитывал Люк и это говорило о том, что скоро у их команды появится отдельный кабинет. Если Росси мог потянуть с руганью до поры до времени, то Алвез и Морган не обладали ангельским терпением.       Тепло «Лазарета» растворилось, уступая место реальности.       – Вы с Ридом едете поговорить с предполагаемыми жертвами. Дети идут с вами на контакт охотнее, чем с другими.       Стайлз поморщился и поднялся. Рид уже ждал его, помахивая ключами от машины.       – Что-то новое узнали? – он посмотрел на Моргана.       Тот лишь мотнул головой, продолжая хмуриться. Стайлз поплелся к Риду, ощущая накатывающую усталость. С его работой сутки растекались, как кисель. Он просыпался в одном часовом поясе, работал в другом, а спал в третьем. Часто не спал вообще. Они все жили на кофе и каком-то упоротом желании работать до обморока. Может, их отдел собирали, ориентируясь не на мозги, а на общую отбитость?       Стайлз благодарно улыбнулся Риду, который протянул ему стаканчик кофе.       – Поехали.       Дом, в котором жила предполагаемая семья жертв, был совершенно обычным. Таких в каждом городе десятки. Стайлз отметил ухоженный вид газона, недорогие, но чистые пледы на креслах, стоящих на крыльце. Аккуратно подстриженные кусты на небольшом участке и отсутствие разбросанных игрушек. Хотя от пацана одиннадцати лет ожидался хотя бы одинокий футбольный мяч, валяющийся на траве.       – Слишком аккуратно, – тут же подтвердил Рид его мысли. – О каких проблемах поведения мы тогда говорим?       Стайлз поднялся на крыльцо и привычным жестом раскрыл удостоверение, поднимая его на уровень лица, одновременно с этим стуча кулаком по рассохшемуся дереву двери, покрытому когда-то ярко-голубой, а теперь облупившейся и потускневшей от времени краской.       – Что вам нужно? – через приоткрытую дверь на них глянула уставшая женщина лет сорока пяти. – Опять они что-то натворили?       Стайлз вздернул бровь. Судя по смешку Рида, тот тоже подумал, что же такого творили ее дети, раз приход агентов ФБР не заставил насторожиться о подумать о чем-то другом.       – Агенты Рид и Хейл-Стилински, отдел поведенческого анализа ФБР, – представил их Спенсер, – мы можем войти? По поводу недавних похищений детей.       – Похищений? – удивилась женщина. – Каких?       Стайлз прищурился. Это было уже слишком. Он считывал мимику, жесты и малейшие движения женщины, пытаясь понять, с чего вдруг она врет агентам. Но все ее поведение говорило о том, что она действительно не в курсе.       – Так мы можем войти, мисс…? – чуть надавил Рид.       – Мисс Морел. Да, конечно, проходите.       Она сняла цепочку с двери и открыла ее, чуть сдвигаясь с дверного проема. Рид зашел первым, а Стайлз задержался на крыльце, оборачиваясь и пытаясь понять, что же все-таки его настораживает. По пустынному дворику ветер гонял несколько жухлых листьев, а все остальное было без изменений.       Словно тут никто толком и не живет.       Уж точно не двое проблемных подростков.       Стайлз моргнул и вернул внимание мисс Морел, проходя в небольшую гостиную и закрывая за собой дверь. Рид усадил женщину на диван, сам располагаясь в кресле напротив. Стайлз остановился чуть поодаль, давая себе возможность осмотреть помещение.       Никаких разбросанных вещей.       Ни одной сдвинутой хотя бы на сантиметр книги, пульта от телевизора, газеты, журнала, чего угодно. Комната выглядела так, словно в ней только что провели генеральную уборку.       Но Пенелопа вроде говорила, что эта женщина сама содержит детей? Как правило та, кто работает в несколько смен дабы прокормить себя и своих отпрысков, редко имеет достаточно времени, чтобы сделать уборку. Да, есть дети, но… они ведь проблемные?       Стайлз хреново разбирался в детях. Конечно, он в основном полагался на анализ поведения, на сотни прочитанных книг и общие схожие у многих людей моменты, то нельзя было забывать о частностях. Всегда были исключения из гребаных правил.       Он глянул на Рида, который спрашивал мисс Морел о чем-то необычном, что она могла бы заметить, но та заверила, что из-за работы постоянно занята и даже не была в курсе пропажи детей.       Странно.       Объявления о розыске висели на каждом шагу.       Стайлз достал телефон.       «Слушай, проблемного ребенка тяжело заставить сделать уборку? Ну… буквально генеральную.»       «Сотри мой номер, Стайлз.»       «Это важно, ответь, пожалуйста.»       «Зависит от того, насколько он проблемный и какую мотивацию ты ему даешь. Это работает, как со взрослыми. Если мы, конечно, не ведем речь о трехлетке.»       Стайлз убрал телефон в карман и задумался.       Ему нужно было поговорить с детьми, которые, кстати, даже не спустились вниз из любопытства.       – Извините, что прерываю, мисс Морел.       Стайлз глянул на Рида, который, конечно же, все понял по одному только его повороту головы. Стайлз уже сам за собой это замечал: если он понимал, что ему врут, но пока никак не мог доказать – он вел плечами, словно они начинали болеть.  Стайлз выдохнул, сосредотачиваясь.       – Где ваши сын и дочь? Я хотел бы поговорить с ними, ведь двое пропавших детей учились с ними в одной в школе.       – Они на дополнительных занятиях.       – А когда будут дома? Возможно, мы сможем приехать снова? – Рид подхватил мысль Стайлза.       – Вы можете оставить визитку. Я позвоню вам, когда у детей будет время на разговор. Я стараюсь, чтобы они не болтались без дела. У них и так бывали уже проблемы с поведением.       Мисс Морел не выглядела волнующейся ни на грамм. Скорее она хотела, чтобы агенты ФБР как можно быстрее свалили из ее дома.       – Конечно, – Рид протянул визитку и заученно улыбнулся. – Будем ждать вашего звонка.       – Она врет в каждом слове, – поморщился Стайлз, когда они подошли к машине. – Морел правда думает, что мы долбоебы и не увидим обувь и куртки? В чем ее проблема?       – Удивительно, что она, со всей своей тотальной занятостью, оказалась дома днем, – Рид сел в машину и пристегнулся, – она точно забрала детей с занятий и теперь все сидят дома. Я рассчитывал как раз детей застать, а не ее саму. В школе, где они учатся, из-за похищения всех перевели на удаленку. Она не могла не знать. Секции и кружки, само собой, тоже пока закрыты. Школьные клубы аналогично.       – Тогда почему она ведет себя так? Да, волнение в целом понятно, возможно легкая паника, но… – Стайлз задумался. – Ее дом. Слишком все аккуратно, слишком выверено. Похоже на какое-то расстройство.       – Думаешь, это сказывается на ее отношении к детям? – Рид завел мотор.       – Думаю, это сказывается на всем, что она делает. И я пока не понимаю, что именно с ней не так.       – Пенелопа, – Рид набрал номер и вывел на громкую, – что нам известно о мисс Морел?       – И мы сейчас не о фактах, которые и я могу накопать, – влез Стайлз.       – Ох, два юных гения, я находила всю тайную информацию еще тогда, когда вы пешком под стол ходили.       Было слышно, как Пенелопа клацает по клавишам, уже погрузившись в поиск информации.       – Я не настолько молод, – усмехнулся Стайлз. – Но буду называть тебя своей мамочкой, так и быть.       Рид посмеялся, набирая скорость.       – Оставь ролевые для мужа, Стайлз. Так, мисс Морел, – Пенелопа быстро переключилась на важное, – ее супруг официально умер, но на самом деле пропал без вести. Дети тогда были совсем маленькими. С тех пор она работает одна, всегда берет несколько ставок, но долго на одном месте не задерживается.       – Погоди, в этом городе нет столько мест работы, которые можно сменить, – нахмурился Стайлз.       – Они много раз переезжали. Скорее всего, проблемы с поведением детей из-за этого. Смена школы, никаких друзей. И я знаю, что вы хотите спросить, поэтому мой ответ «нет». Никаких совпадений с пропажей детей и перемещением мисс Морел не найдено, я уже знаю, что вы подумали, два гения.       – Это было бы сильно просто, – бросил Рид, не отрываясь от дороги.       – О, она стояла на учете у психиатра, в одном из городов, а потом после переезда заново на учет не встала, – отметила Пенелопа.       – Вероятно с этим связана перемена мест работы. Она не хочет официального устройства, работает по временной регистрации и как только начинаются проблемы – сваливает из города. Крупные города ей не светят, там полиция работает хорошо и ее быстро бы поймали, а вот мелкие, подобно этому… самое то. Только вот как связаны ее переезды, вранье нам, дети с проблемами и одновременно кучей дополнительных занятий и кружков?       – Стайлз, – Рид припарковался около полицейского участка, – тебе нужно спросить у Пенелопы, какой у мисс Морел диагноз, это может ответить на все вопросы.       Стайлз стушевался. Его СДВГ вылезало наружу потоком мыслей всегда не вовремя. Хорошо, что коллеги привыкли к этому и успевали притормозить.       – А диагноз скрыт, – протянула Пенелопа. – Все записи по приемам уничтожены. Но я найду, как это восстановить.       Она сбросила вызов.       Стайлз посмотрел на Рида.       – Что?       – Думаю о том, как пролезть в дом к мисс Морел, поговорить с детьми, чтобы меня не поймали.       – Стайлз. У нас пока вообще нет связи с нашим делом и мисс Морел. Возможно, она просто ОКР-щица, которая гиперопекает детей и у нее просто пропал муж. Она пытается жить, как умеет, а мы просто потратим на нее время. Поставить около ее дома парочку ребят в гражданском будет вполне достаточно.       Стайлз вздохнул.       – Жопой чую, что тут все не так просто.       Рид перекинул руку ему через плечи и улыбнулся.       – Давай сначала поделимся мыслями с коллегами, а потом уже решим, будешь ли ты переквалифицирован в извращенца, который лазит в дома к вдовам, чтобы побеседовать с их несовершеннолетними детьми.       – Нет, Стайлз, мы не будем вскрывать дом одинокой вдовы, даже если она кажется тебе подозрительной, – сразу же сказал Росси, как только выслушал их с Ридом. – Я подам заявление на ордер, но даже в этом нам могут отказать. Ты ведь понимаешь, что «слишком аккуратный дом» не то, что должно насторожить агента ФБР.       Стайлз вздохнул и откинулся на спинку стула. Тот тут же накренился, и он едва не навернулся на пол. Спасибо, Люк успел в последний момент подхватить его за талию.       – В этом блядском участке проблемы не только с кадрами, но и с мебелью? – Стайлз кое-как сел ровно.       Люк улыбнулся, пододвинув у нему коробочку с китайской едой.       – Вообще странно, – продолжил Стайлз, зацепив палочками лапшу, – сначала нас все торопили, теперь я вообще не вижу ни одного желающего помочь, будто бы детей уже заранее похоронили. Мисс Морел вообще якобы не в курсе происходящего, что попросту невозможно. Мы в деревне проклятых, или что?       – Где? – Дженнифер отвлеклась от своей еды и посмотрела на Стайлза. – Очередная отсылка?       – Это старый фильм про детей, которые попали на землю, кажется, из космоса или что-то такое. Все родились в один день и потом убивали своих родителей.       – Конечно же, наш гений-младший в курсе подобной дичи, – Морган глянул на Рида. – Есть что-то, чего вы со Стайлзом не знаете?       – Ага, – Стайлз ткнул палочками в лапшу, – почему тут так много чеснока?       Рид потянулся и отбил ему пять.       – Теперь собрались, – Росси, дав им такие нужные пару минут на шуточки, вернул команду в реальность. – Почему ты вообще вспомнил об этом фильме?       – Выглядит так, будто тут все в курсе всего, а мы нет, – постарался сформулировать Стайлз. – Сначала пытались выставить нас виноватыми, а когда мы не стали бегать в панике и совершать кучу тупых действий, ушли в откат. Никто ничего не видел, никто ничего не знает. У меня стойкое ощущение, что все вокруг в курсе, что дети уже мертвы. И знают, кто это был, или подозревают.       – А мисс Морел? – нахмурился Морган.       – Как сказала Пенелопа, она часто переезжала. Скорее всего, как новенькая в городе, она выбрала политику «молчи, целее будешь». Боится за детей. Возможно, в участке есть умелец, который взломал базы и узнал, что она состояла на учете. Пригрозил ей, что ее арестуют, а детей сдадут в детский дом, если она не будет молчать.       – Каждый раз, когда слушаю тебя, понимаю, что не зря мы заставили тебя пройти программу семи лет обучения за три года, – вдруг сказал Рид. – Я согласен, твое предположение имеет место быть.       – Вряд ли они попросили мисс Морел врать так, что это слишком очевидно, – Дженнифер задумчиво покрутила палочки для еды в руке. – Сказать, что она не в курсе пропажи детей…       – Я думаю, тут сказался ее диагноз. Любое отклонение мешает концентрации. И ей проще откреститься сразу от всего, чем запоминать детали или говорить, что она знала пропавших детей и прочее-прочее. Скорее всего, она до конца не осознает, как это выглядит со стороны. Ей нужно было, чтобы мы просто ушли из ее дома.       Стайлз подпер ладонью подбородок.       – Ставить охрану из здешних копов около ее дома смысла нет. Если мы правы в наших предположениях, от этого не будет никакого толку.       – Нужно расколоть местного начальника полиции, – Люк побарабанил пальцами по столешнице. – Если наши подозрения верны, и он в курсе, что его дети погибли, сейчас он в уязвимом положении. Может получиться.       – Но тогда график убийцы идет по пизде, – Стайлз стушевался под взглядом Росси. – Извините. В общем, если субъект сдвинул время, то и следующее похищение должно произойти раньше. И пока мы не поняли его мотив, мы будем блуждать во времени. У нас нет никаких зацепок. Снова.       – Я поговорю с ним, – Дженнифер поднялась с места, – у меня двое детей. Возможно, это поможет.       – И ты женщина, – кивнул Морган, – с тобой он может начать откровенничать быстрее.       Дженнифер кивнула и вышла из закутка, отведенного для их команды.       – Мы что-то упускаем, – Стайлз поднялся с места и подошел к доске, на которую Росси уже прикрепил карту, фото жертв и описания мест преступлений. – Сколько складов задействовано?       – Три, – Рид расставил на карте красные кнопки-флажки. – У нас осталось два склада. Один принадлежит компании, которая занимается перевозкой рыбы. Второй – лесопилке.       – Ставлю на второй. В первом наверняка куча холодильных камер, которые помешают быстро все поджечь из-за низкой температуры, а во втором будто в помощь субъекту полно сухой древесины.       – Все равно нужно будет разделиться и осмотреть оба склада, – Люк подошел ближе к Стайлзу и потянулся из-за его спины к точке с флажком, – от склада с рыбой недалеко свалка, с которой можно привезти койки. Я все еще думаю, что они важны для субъекта.       – Угу, – Стайлз скрестил руки на груди.       Дерек снова будет злиться из-за запаха Люка, которого на Стайлзе всегда больше всех. Но на это было плевать, потому что команда – это семья, и Дереку придется с этим примириться. К тому же, Стайлз давно установил границы.       Когда Люк отошел, он повернулся к остальным:       – Тогда разделимся? Нам нужно осмотреть оба склада и при этом мы не можем задействовать местных. Только в случае вызова подкрепления, которое фиксируется на записях. Если они поедут сразу с нами, будут только мешать. И хорошо, если не специально.       – Вы с Ридом не должны выезжать на подобные мероприятия, не забыл?       – Морган, – Рид вздохнул, – не то, чтобы у нас был выбор, правда? Это правило хорошо работает только когда местная полиция не находится в предполагаемом сговоре. Если мы запросим подкрепление из штаба, потеряем время. Я поеду с Люком, Стайлз с тобой.       – А мы с Дженнифер попробуем последить за домом мисс Морел, – сказал Росси, – все-таки есть ощущение, что ее пытались запугать. Да и все-таки я бы глянул на ее детей.       – Проверьте свое снаряжение, – Морган цепко осмотрел Стайлза и Рида, – не лезьте на рожон.       – Это обычный осмотр склада, успокойся, – Рид хлопнул своего парня по плечу и первым отправился собираться.       Стайлз и Морган уже подъезжали к складу, когда зазвонил мобильный.       – Росси?       Стайлз забрал у Моргана телефон и закрепил его в подставке, включая громкую связь.       – Мы еще на пути к складу, решили сначала заехать на свалку, о которой говорил Люк.       – У нас проблема, – сходу огорошил их Росси, – пока Дженнифер говорила с местным начальником, в участок пришла мисс Морел. Ее дети пропали.       – Блять, – Стайлз откинулся затылком на подголовник кресла и несколько раз стукнулся об него, – давно?       – Час назад она это поняла. Но с учетом ее показаний с момента пропажи могло пройти около пяти часов. С ее слов дети пошли в магазин, а потом должны были зайти забрать посылку.       – Погодите, – Морган сжал руль, – если учесть все это время, получается, что, когда мы только приехали сюда, дети, пропавшие раньше, скорее всего были уже мертвы?       Стайлз вспомнил свою пламенную речь о том, что у них еще есть время, и поджал губы. Все шло не так с самого начала, и скорее всего именно это его и настораживало, ведь каждое их предположение в итоге оказывалось пустым пшиком.       – Пенелопа пересчитала время, которое было отведено детям раньше, и подтвердила твои, Стайлз, слова. Ты был прав тогда и у нас еще было достаточно в запасе.       – То есть все пошло не так именно из-за нашего приезда? Почему?       – Личные счеты с кем-то из отдела?       – Вряд ли, – Стайлз глянул в окно, на темноту дороги и проносящиеся мимо огоньки фонарей. – У нас не пропадали дети и они, объективно, есть только у Дженнифер. Бред какой-то. Тем более пропадают разнополые дети. А что если…       – Что? Что такое? – к Росси присоединилась Дженнифер. – Пока ты не ответил, скажу, что мисс Морел действительно запугал начальник полиции, но причин такого своего поведения не назвал. Просто сказал не лезть в дела города, иначе он сдаст ее властям за то, что не состоит на учете. У нее ОКР, вы с Ридом были правы. Отсюда бесконечная уборка. Проблемы с поведением детей из-за переездов. Муж действительно пропал без вести, но он пару раз сидел за грабеж и скорее всего его нашли подельники и убили. Я дала Пенелопе наводку, она все проверит.       – М-м-м, – Стайлз потер виски пальцами, – сейчас. Две минуты, я соберу мысли в кучу.       – Пока ты думаешь, мы перенаберем вызов на конференцию, подключим Рида и Люка. Росси сбросил вызов, а через пару мгновений Морган уже принял общий звонок.       – Рид, есть идеи? – тут же спросил он.       – Погодите, – Стайлз не дал никому слова вставить. – Пенелопа, узнай пожалуйста, как давно на территории ловили эсперов с силой огня или сектантов, которые поклонялись огню, или каких-то психов-поджигателей. Посмотри, может были несчастные случаи, связанные с пожарами.       – Ты думаешь, что… – раздался понимающий голос Рида.       – Ага.       – Ребята, теперь давайте для остальных, – попросила Дженнифер.       – Так, – Пенелопа взволнованно прервала их диалог, – двадцать лет назад в городе был совершен поджег одной из начальных школ. Там в подвале произошло неустановленное возгорание, в результате чего школьников эвакуировали и… о господи.       – Господи что? – хмыкнул Стайлз, уже примерно понимая, что Пенелопа могла найти.       – Погибло двое детей. Мальчик и девочка. В подвале на тот момент был склад старых кроватей, которые должны были вывезти на свалку, их меняли на новые в медпункте. В отчете полиции написано, что дети скорее всего были привязаны к кроватям, потому что останки лежали так, словно тела находились на спине все время, пока горели.       – Но что нам это дает? Спустя двадцать лет субъект может быть стар для того, чтобы удерживать детей.       – Дело не в субъекте, – тихо сказал Стайлз. – Пенелопа, ищи блядские секты.       – Но мы же решили, что это не сектанты? Их несколько, а тут явно действовал один человек.       – А я уже говорил, что для того, чтобы верить в своего бога, не нужны последователи.       Воцарилась тишина. Было лишь слышно, как Пенелопа бубнит себе под нос, ища то, что попросил Стайлз.       – Ребята, наш Хейл-Стилински прав. В этом городе испокон веков есть секта, которая не набирает кучу последователей. Это ответвление от секты Ветвь Давидова.       – Насколько я помню, основная часть сектантов сгорела в пожаре, – тут же сказал Рид.       – Почти сотня человек, из них большинство женщин и детей, – добавила Пенелопа, – и после этого официально секта считается закрытой.       – Только вот по неофициальным данным тот пожар был подстроен эспером с силой огня, который считал женщин ведьмами, а детей, особенно девочек, ведьмиными отродьями, – Стайлз скрестил руки на груди. – И после этого локальные психи разбрелись по миру, оседая в таких вот городках в поисках маленьких ведьм.       – Ты хочешь сказать, что он сжег ребенка только потому, что посчитал ее ведьмой? – Морган ошарашенно покосился на Стайлза. – Это насколько сильно нужно верить в какую-то убогую религию?       – Если у тебя в жизни кроме этой веры нет ничего, то, – Стайлз дернул плечом, – койки имеют смысл, ведь именно такие старые кровати стояли во всяких ночлежках, где подобные группы людей ночевали и прочее-прочее. То, что в школе на тот момент стояло много таких коек, субъект счел знаком свыше.       – Но как понять, кто это был? Если там был эспер, то вряд ли он до сих пор жив или в целом таскается по мелким городам. Возможно, он возглавляет секту сейчас? – спросил Люк.       – Неа, – Пенелопа тут же ответила ему. – Это был незарегистрированный эспер с небольшой силой огня. Он давно погиб и все было замято правительством. Так что вы были правы, мы все же имеем дело с человеком.       – Кто в этом городе может настолько поехать крышей?       – Пенелопа, посмотри всех сотрудников той школы, – попросила Дженнифер, – охранников, уборщиков.       – Врачей медкабинета, опять же, – подсказал Рид.       – Если прошло двадцать лет, и мы делаем ставку на то, что это тот же субъект, тогда ему было от восемнадцати примерно до тридцати. Потому что он спустя двадцать лет должен все еще обладать силой, чтобы держать двоих подростков, – подсказал Люк.       – Посмотри какого-то одиночку, без семьи, у которого не так давно умер близкий родственник, так как нам нужен триггер для того, чтобы его маниакальная идея истребления ведьм активировалась снова, – сказал Морган. – Кто-то, кто постоянно носил в себе сомнения в правильности нашего мира, кто пытался его исправить и…       – Боже, Дерек, – выдохнула Пенелопа, – есть только один такой человек. Он работал уборщиком на полставки в той школе, потому что его мать погибла в результате пожара, а отец спился. Данные о пожаре засекречены, я туда лезть не буду, потому что мы все знаем, какой пожар я там найду. Пацан с отцом переехали в этот маленький городок. Отец продолжил пить, парень работал вечерами, а днем учился. Потом женился, у него родилось двое детей, а не так давно умерла жена в результате несчастного случая.       – Вот и триггер, – хмыкнул Росси.       – Давай, добей нас, – Стайлз уже знал ответ на вопрос, который собирался задать. – Кто же наш субъект?       – Это начальник полиции, – пробормотала Пенелопа.       – Погодите, – Дженнифер вмешалась в разговор, – я общалась с ним не так давно и он выглядел как… – она запнулась.       – Как тот, кто уже знал о смерти своих детей потому, что сам их сжег, – процедил Стайлз. – Вся проблема идей сект, в которых совершают ритуальные убийства, в том, что наивысшей точкой поклонения их идеалам является в то же время наивысшее страдание служителя. Чтобы соответствовать каким-то своим идеям наш доблестный коп решил умертвить своих детей. Спорим, что после разговора с тобой он уехал со службы, сославшись на дела.       – Но причем тут дети мисс Морел?       – Скорее всего он считает, что все происходит из-за нее, – сказал Рид, – в его картине мира с ее приездом в городе все начало меняться. Маниакальный бред как правило не подкреплен реальными событиями, лишь теми, которые придумывает себе субъект. И после того, как он убил своих детей, его ярость и отчаяние достигли пика. Теперь он хочет завершить дело, избавившись от того, с чего начались все проблемы.       – У нас все еще есть два склада, – Стайлз увидел длинное строение вдалеке, как раз за свалкой, к которой они подъезжали. – Мы быстро осмотрим свалку и на склад.       – У нас теперь есть повод вызвать подкрепление. Будьте предельно осторожны. Мы с Дженнифер пришлем по машине на каждый склад. Все на связи.       – Ага, – Стайлз сбросил вызов и посмотрел на Моргана.       – Держись позади меня, – тот первым вылез из машины.       Стайлз поправил бронежилет, проверил гарнитуру и последовал за коллегой.       Свалка была… свалкой.       Стайлз осмотрелся, радуясь тому, что это технический мусор, а не бытовой. Он достаточно плохо переносил запах гнили. Казалось, что он забивается в нос и преследует еще неделю, а то и больше. Создавая ощущение, что воняло от самого Стайлза. Возможно, чувствительность к запахам передалась от Дерека, как альфы, а возможно Стайлз, сталкиваясь по работе с разного рода мерзостями, перестал быть таким похуистом, как раньше, но факт оставался фактом. Терпеть вонь ему было достаточно тяжело.       Стайлз моргнул и сосредоточился на деле, думая, что не мешало бы увеличить дозу отваров, которые он пил постоянно.       – Тц, – Морган, держа оружие наготове, чуть притормозил Стайлза, шагнув вперед.       Его глаза слегка переливались в темноте. Одна из способностей (Стайлз все еще считал это читерством) Моргана была в том, что он прекрасно видел и ориентировался без малейшего источника света. А уж в сумерках и подавно. Были времена, когда Стайлз даже называл его Риддиком, потому что было, ну, сильно похоже. Он пытался узнать, откуда взялось это дополнение к силе, но Морган мастерски съезжал с темы, отговариваясь долгой работой в спецназе. Если честно, походило на какие-то внедренные специально скиллы, но лезть так глубоко Стайлз пока что не хотел.       Морган скрылся справа, начиная обходить свалку вдоль сетчатого забора, Стайлз же пошел налево. Он не стал включать фонарь на полную мощность, используя собственные скиллы Искры, которые за последние годы неслабо так прокачались из-за расширения стаи Дерека. Благодаря этому Стайлзу вполне хватало легкого рассеянного света. Коллегам этого знать было не обязательно и обычно Стайлз просто отмахивался, говоря, что отлично видит в полумраке и так всегда было.       Свалка высилась небольшими аккуратными горами металлолома, развалившимися стульями и чертовыми кроватями, сетки от которых валялись на земле, как попало набросанные друг на друга. Стайлз присел около одной из неопрятных куч и посветил внутрь. Он не знал, что хотел там увидеть, но внимательно изучал каждую деталь, которая могла бы натолкнуть его на хотя бы какую-то дельную мысль. Кровати высились рядом, уже готовые для транспортировки на переработку.       – Сторож мирно спит. Видимо, бутылка алкоголя сделала свое дело. Даже если тут был наш субъект, он бы не проснулся, – Морган подошел со спины и наклонился над Стайлзом. – Больше тут никого нет.       – Слушай, – Стайлз внимательно осмотрел свалку. – Не кажется, что только сетки от кроватей набросаны так неаккуратно? Остальное все сложено более-менее ровно.       Морган цепко осмотрелся.       – Ты прав. Эти сетки точно двигали. Смотри, – он потянулся вглубь кучи и нашел там цепь, доставая ее край наружу. – Они были связаны. Скорее всего, подготовлены к транспортировке, как и все остальное. В таких маленьких городках свалкам не дают разрастаться, иначе они начинают занимать слишком много места.       – Значит наш рыбный склад скорее всего место следующего преступления. Перетащить все это нужно в один вечер, иначе пропажу точно заметят, особенно с учетом того, как тут все скидано. Не удивлюсь, если у сторожа в алкоголе найдется дополнительная доза снотворного. Но все равно, – Стайлз глянул на Моргана, – это ведь сложнее. На втором складе больше материалов, которые легче горят. Почему?       – Не ищи сложности там, где их нет, – Морган уже вызывал подкрепление. – Скорее всего сыграла роль близость склада и свалки. Не более того.       Стайлз кивнул и быстрым шагом направился за Морганом, всматриваясь в склад и ища какие-то признаки начинающегося пожара. Все пока было тихо и это давало надежду, что у них все же осталось время.       – Мы пойдем туда, проверим вход, – Морган прошел мимо оставленной ими машины. – Подкрепление, которое сюда скоро нагрянет, может спугнуть субъекта. Нужно посмотреть, что внутри.       – Что Люк и Рид? – Стайлз удобнее перехватил пистолет и постарался подстроиться под широкий шаг Моргана.       – Ничего не нашли. Едут сюда. Но склад на другом конце города, возможно, они не успеют к началу операции.       – Казалось бы, маленький городишко.       – Но расстояния тем не менее не на пару минут езды.       Стайлз кивнул и сосредоточился на том, чтобы не упасть в темноте, споткнувшись о собственные ноги. СДВГ порой давал о себе знать, и ему приходилось лишний раз концентрироваться на мелочах, которые у других даже не вызывали проблем.       Спустя несколько минут они уже подошли к складу.       Двери которого были плотно закрыты навесным замком.       – Хм, – Стайлз наклонился ниже и посмотрел в небольшую щель. – Слушай, – прошептал он, – там точно в глубине кто-то есть.       – Похищенные дети? – Морган напрягся, – почему они молчат? Как правило, дети не перестают звать на помощь. Только если он не затыкает им рты. Хотя на останках тел эксперты не фиксировали никаких остаточных волокон от ткани или подобия кляпов.       – Орать первые пару часов можно, а потом просто устаешь, – пробормотал Стайлз. – Понимаешь, что нужно копить силы на возможный побег. Да и горло болеть начинает.       Морган покосился на Стайлза.       – По собственному опыту говоришь?       Стайлз кивнул и махнул рукой в сторону одной из стен склада, давая понять, что пойдет искать дополнительный вход. Морган кивнул и пошел в другую сторону, напоследок прошептав, чтобы Стайлз не лез на рожон и в случае, если найдет возможность зайти внутрь, сообщил ему.       Стайлз тихо ступал по сухой примятой траве, прижимаясь боком к стене и держа наготове оружие. Он пытался понять, почему шеф полиции действует в одиночку. Было бы куда эффективнее поставить на входе своего человека, чтобы даже он и Морган отвлеклись на задержание, давая время на убийство детей. Стайлз внимательно вглядывался во все вокруг, но не видел никакого движения, кроме собственной тени.       С другой стороны, если шеф полиции последователь той исчезнувшей секты, то он одержим маниакальной идеей, которой ему не захочется ни с кем делиться. Такие люди настолько сильно дорожат своими мыслями, что даже рассказать об этом им кажется предательством всех собственных идеалов.       Шансы пятьдесят на пятьдесят и Стайлз надеялся, что субъект все-таки будет действовать в одиночку.       Стайлз замер, дойдя до небольшой, совсем неприметной двери. Скорее всего через нее сотрудники склада выбегали на улицу курить. Стайлз помнил нечто подобное еще на фабрике, где работал, пока жил со Стивеном.       Господи, это словно было не в этой жизни.       Стайлз наклонился и посветил фонариком. Так и есть, простенький замок, который можно открыть стандартной отмычкой. Которые Стайлз, конечно же, таскал с собой постоянно. И умел ими пользоваться в идеале. Щелкнув замком, он выключил фонарь и как можно тише вошел на склад, оказываясь в заваленной куртками комнатушке, в дальнем конце которой была приоткрыта еще одна дверь. Уже более тяжелая, металлическая, явно ведущая на склад.       – Морган, я внутри. Дверь в курилку, оставил ее открытой, – прошептал Стайлз.       – Оставайся на месте, – тут же ответил Морган.       Его голос, раздающийся в наушнике, был твердым. Ослушаться приказа Стайлз не имел права, ведь Морган ко всему прочему был старше его по должности. И Стайлз действительно хотел оставаться на месте, как вдруг почувствовал запах.       От него по рукам побежали мурашки.       Стайлз понял, что их время заканчивается.       – Морган, у нас нет больше ни минуты, я проверю, что там.       – Стайлз! Подкрепление уже на подходе!       – У нас может не быть даже пары дополнительных секунд! Я осторожно.       – Иду к тебе.       Связь прервалась, а Стайлз выдохнул, понимая, что у него есть максимум одна попытка, и то благодаря эффекту неожиданности, который может сработать. Он медленно подошел к двери и просочился через щель, не задев тяжелый металл. Он прокрался мимо нескольких паллетов, на которых высились упакованные коробки с рыбой и затаился за особенно высокой горой коробок. Тихо выдохнув, Стайлз всмотрелся вперед.       Вдалеке у самой стены, привязанными к кроватям, лежали дети. Они едва плакали, растеряв все силы на крики и попытки вырваться. Руки были связаны над головой и примотаны к металлическим прутьям кроватей, ноги плотно перетянуты от щиколотки до колена. Самостоятельно развязать такое у подростка вряд ли получится.       Стайлз осмотрелся, тут же подмечая несколько больших холодильных камер, между которыми и стояли кровати. Мозг тут же принялся анализировать положение, и Стайлз похолодел: если тут поджечь хотя бы что-то, компрессоры в холодильниках накалятся и змеевики сожмутся. Удерживаемый внутри газ воспламенится и все взлетит на воздух быстрее, чем этот мудак сектант успеет помолиться своим богам. Вот почему был выбран этот склад. Взрыв куда эффектнее, чем пожар от древесины.       Стайлз заметил уже знакомого шефа полиции. Казалось бы знакомый, он не был похож на того пусть и грубого, но достаточно аккуратного мужчину, который встретил их в участке. Сейчас это был дергающийся, с трясущимися руками маньяк, в глазах которого в отблесках света читалось полнейшее безумие.       Стайлз пытался найти источник неровного освещения. Он заметил большой фонарь, но этого было мало, ведь свет шел будто сразу с нескольких сторон и от разных источников. Стайлз закусил губу, в напряжении шаря взглядом по полутемному помещению и стараясь не упускать из вида шефа полиции. Тот разливал бензин из канистры вокруг кроватей, а чуть поодаль уже стоял на подставке…       – Морган, тут ебаный факел. Он хочет поджечь нахрен все вокруг, – как мог тихо прошептал Стайлз.       Ответа не последовало, но Стайлз слышал дыхание в ухе и ему это помогало оставаться в твердом уме. Он прицелился, медленно подходя ближе. Шеф полиции был в бронежилете, но Стайлз собирался стрелять по ногам, чтобы не дать ублюдку добраться до факела.       Куча паллетов с рыбой, коробок и ящиков мешала нормально прицелиться, хоть и давала возможность оставаться незамеченным, скрываясь в их тени.       Вдруг девчонка, которая была ближе к холодильной камере, посмотрела на Стайлза. Он оказался достаточно близко, чтобы она заметила его в неровном освещении от фонаря, который шеф полиции оставил на ящике и был достаточно большим, чтобы частично рассеять темноту на месте преступления.       Стайлз попытался жестами показать, чтобы та закричала. Ему нужен был шум, чтобы подобраться ближе и нормально прицелиться.       – Помогите, – заорала девчонка, – спасите нас!       – Умничка, – прошептал Стайлз, тут же перебегая из-за одной горы ящиков к другой. – Морган, слышишь?       – Да, мы уже на подходе.       – Помогите! Помогите нам!       – Хватит орать, тут никого нет! – шеф полиции отбросил канистру и, подскочив к девчонке, отвесил ей пощечину. – Тихо!       Стайлз, сжав зубы, выскочил из укрытия, целясь в мудака.       – Оставайтесь на месте, вы арестованы! – проорал он вызубренную наизусть фразу. – Любое движение будет расценено как сопротивление!       – О, юный гений из ФБР? Не думал, что именно ты найдешь меня первым. Рассчитывал на ваших ручных псов-эсперов.       Стайлз вздернул брови. Как этот человек успел так быстро понять, кто из их команды эспер? Это значило только одно, в участке есть последователь, который помогает этому ублюдку и параллельно сливает всю информацию. И этот человек достаточно умен чтобы влезть в базы ФБР и найти их команду с досье на каждого.       Не та информация, которая есть на страницах Гугла.       Кажется, его пятьдесят на пятьдесят все же склонялись в одну сторону, лишая Стайлза возможности разобраться с преступником один на один. Благо, подкрепление было близко.       – Стой на месте! – прикрикнул Стайлз, видя, что его не собираются слушаться.       – Юному гению не помешало бы проверять свои догадки чуть лучше.       – Сзади! – заорал вдруг пацан, привязанный чуть дальше девчонки, – сзади вас человек!       Стайлз резко развернулся и выстрелил, особо не целясь. Тут же раздался ответный выстрел, и он ощутил, как в его грудь прилетела пуля. Дыхание перехватило, и Стайлз упал на колени, пытаясь прийти в себя. Резкая боль от попадания пули в бронежилет всегда оглушала, неважно сколько раз случалось подобное. В глазах на мгновение помутнело. Стайлз потряс головой, стараясь как можно быстрее прийти в себя.       – Черт! – он схватил пистолет и снова выстрелил.       Силуэт человека виделся лишь через пелену набежавших о острой боли слез. Тренировок Стайлза должно было хватить, чтобы задеть сообщника шефа полиции.       Раздался крик и звук упавшего тела. Стайлз мельком увидел знакомое лицо: этот парень постоянно крутился в участке. Совсем молоденький и именно поэтому, наверняка, выбранный как жертва для быстрого внушения идеалов ебучей секты. Именно этот парнишка притащил Стайлзу новый стул.       Да и хуй с ним.       – Нет, помогите! – раздались крики детей.       Стайлз с ужасом увидел, как факел падает на дорожку из бензина, и она вспыхивает, подбираясь к кроватям, вокруг которых была разлита. Стайлз вскочил и, преодолевая боль, кинулся вперед, но резкая стена из пламени заставила его отскочить. Жар полыхнул в лицо, Стайлз задохнулся от дыма и закашлялся, пытаясь не попасть в огонь и в то же время не потерять из поля зрения детей.       Огонь добрался до остатков бензина в канистре и все снова рвануло, отбрасывая Стайлза назад. Он без перерыва кашлял, прикрывая ладонью лицо. Резкие громкие звуки ворвались в сознание, давая понять, что штурм уже идет. Все доходило до Стайлза в замедленном действии. Он оказался в вакууме, вертя головой по сторонам и пытаясь сообразить, что делать в первую очередь. Спецназ пробирался через ящики, но быстро распространяющийся дым не давал им нормально двигаться. Видимость упала, коробки и ящики, начиная гореть, чадили черным, делая ситуацию в разы хуже.       Морган, судя по голосам в ухе Стайлза, преследовал шефа полиции и, выстрелив несколько раз на поражение, попал в точно в цель. Хоть что-то уже срослось.       Стайлз вертел головой, просчитывая варианты спасения детей.       Нужно было принимать решение быстро.       Счет шел на доли секунд.       Языки пламени уже подбирались к морозильным камерам. У него оставалось в запасе несколько мгновений. Стайлз видел зареванную девчонку и такого же рыдающего в три ручья пацана. Он прекрасно помнил протокол и знал, что должен сделать. Стена огня становилась все шире, пламя рвалось вверх, перескакивая с коробки на коробку и поглощая серебристые бока морозильных камер.       Стайлз должен был принять решение.       У него не было больше времени на размышления.       Перед ним было двое детей и то, что происходило вокруг, не давало надежды, что Стайлз успеет к обоим.       Рванув в огонь, Стайлз подскочил в рыдающему пацану.       Он схватился за спинку кровати и тут же зашипел – она уже успела нагреться. Пламя распространялось слишком быстро и это говорило только об одном: та канистра бензина, которую увидел Стайлз, была уже не первой. Взрывы от особенно больших бензиновых луж раздавались совсем близко, дети рыдали, кругом были слышны грохот от падающих ящиков и крики спецназа. Все слилось в один громкий ад, в котором Стайлз резал веревки, полоснув себе в спешке по ладони. Пацан рыдал и дергался всем телом, нож соскальзывал с веревок, а Стайлз понял, что дальше так продолжаться не может.       – Замри! – Стайлз хлестанул его по лицу. – Лежи!       Пацан в ужасе застыл, смотря на Стайлза широко распахнутыми глазами.       Холодильная камера опасно загудела.       Компрессор не справлялся с жаром.       – Стайлз!       Морган и Люк подскочили очень вовремя.       Они помогли поднять пацана с койки. Морган тут же подхватил его на руки и побежал в дым, туда, где Стайлз уже вообще ничего не видел. Но он верил Моргану и знал, что тот точно вынесет ребенка на улицу.       Стайлз закашлялся, прикрывая лицо сгибом локтя.       – Девчонка…       Люк рванул вперед, но сверху с грохотом упали балки перекрытия крыши.       Холодильная камера, стоящая неподалеку, загудела еще громче. С другой стороны опасно заискрил компрессор. Звуки становились все громче, пламя взметнулось вверх вновь.       – Сейчас все взлетит на воздух! – Люк придержал Стайлза, который уже рванул к девчонке, поперек талии. – Стайлз, уходим!       – Нет!       Стайлз смотрел на орущую и зовущую его на помощь девочку и рвался вперед. Люк перехватил его и тащил назад, используя свои силы эспера, потому что Стайлз не мог вырваться из его железной хватки.       – Пусти меня, мы успеем!       – Тут сейчас все взлетит на воздух! – снова заорал ему в ухо Люк. – Даже если я попробую защититься ветром он не спасет от взрыва такой силы!       Будто в подтверждение этих слов ближайшая к девчонке холодильная камера взорвалась, падая прямо на тощее тело. Стайлз замер, видя ее последние секунды жизни и слыша, как обрывается ее отчаянный крик за грохотом падающих сверху балок и ящиков.       – Стайлз! – Люк вытащил его наружу, но Стайлз даже не ощутил свежего воздуха, – Стайлз, приди в себя!       Он похлопал его по щекам. Стайлз кашлял и рыдал от едкого дыма, пытаясь вдохнуть. Люк на руках дотащил его до машины скорой, унося на безопасное расстояние от склада, который был просто бомбой замедленного действия. Тут же к нему подскочили медики, надевая на лицо кислородную маску, накидывая на плечи одеяло. Кто-то дергал его за руку, и Стайлз спустя несколько минут осознал, что ему обрабатывают порез.       Он проморгался, видя, как к нему спешат Морган и Рид. Люк так и стоял рядом, ожидая, когда Стайлз придет в себя. Росси и Дженнифер руководили операцией, раздавая указания спецназу и прибывающим на место пожарным.       Стайлз сквозь пелену слез увидел мисс Морел, которая рыдала и бегала от одной машины к другой. Ее вовремя перехватил Росси, подводя к уцелевшему сыну, сидящему в машине скорой.       Стайлз все еще пытался дышать.       Он поднял глаза и увидел Рида, который пытался что-то сказать.       Сквозь противный писк в ушах Стайлз попытался прислушаться, поймать звуки знакомого голоса.       – …бронежилет. Стайлз, тебя нужно осмотреть.       Стайлза трясло, когда ему помогли подняться. Кое-как он стянул с себя кислородную маску, поняв, что становится легче дышать. Рид говорил что-то еще, но внезапно Стайлз увидел перед собой мисс Морел.       Как она оказалась тут? Он вообще пропустил ее появление так близко.       – Вы! – женщину трясло и явно не от шока.       Она была зла.       Все вокруг замерли, будто перед очередным взрывом, не зная, чего ожидать.       – Как вы могли позволить моей дочери умереть? Будьте вы прокляты!       Стайлз моргнул, осознавая вдруг, что его ударили.       Он поднял глаза и увидел, как злой, как черт, Морган перехватил мисс Морел поперек груди.       – Ты должен был сам там сдохнуть, но спасти мою дочь! – не унималась она. – Как нам теперь жить без нее? Как?!       Стайлз судорожно вдохнул. Он видел, что Морган и Люк что-то говорят мисс Морел. Он знал, что на этот случай есть протокол с четкими фразами, которые стоит говорить женщине, находящейся в шоке из-за потери члена семьи.       У него горела щека от сильной пощечины.       Ему нужно зашить руку с порезом.       Вытащить пулю из бронежилета и как-то научиться не вдыхать сильно в ближайшее время, пока не заживет огромный синяк на груди.       Ему самому нужно пережить то, что он только что увидел.       – Лучше бы ты там сдох!       А это был уже тот пацан, который подбежал к матери и схватился за ее куртку.       – Уходите! – Морган почти рычал на Морел и ее сына. – Иначе вы сядете за оскорбление агента!       – Убийца! – заорала мисс Морел.       – Да пошла ты нахуй! – не выдержал Стайлз, – по правилам я вообще твоего сына не должен был трогать! Пожалуйста, блять! Иди ты… – Рид подскочил ближе и закрыл Стайлзу рот.       – Тихо, – он прижал его к себе. Он говорил твердо, прямо в ухо Стайлзу, не давая и шанса пропустить его слова. – Тихо. Она в шоке. Она потом пожалеет, что сказала. И пацан ее тоже. Так бывает, Стайлз. Глубокий вдох.       Рид развернул его к себе лицом и закрыл ладонью глаза.       Стайлз, которого трясло, сделал то, что говорил Рид.       – Ты привыкнешь. К сожалению, такое мы слышим чаще, чем слова благодарности.       Стайлз ощутил, как его обняли за плечи сзади.       Мягкие руки погладили затекшим от напряжения последних часов мышцам.       – Позволь врачам сделать свою работу и доставить тебя в аэропорт, – это была Дженнифер. – Мы тут разберемся.       – Извините, – до Стайлза начало доходить то, что он сказал.       Это могло иметь серьезные последствия для всей команды.       – Черт, простите меня. Черт, – он открыл глаза.       За спиной Рида стояли Морган и Люк.       – На фоне того, что сделал местный начальник полиции, угроз мисс Морел и общего бардака, твой спич останется где-то на заднем фоне. Поэтому не переживай. Мы все решим.       Дженнифер обошла Стайлза и подмигнула ему, давая немного расслабиться.       – Но в следующий раз ты заработаешь дисциплинарное взыскание. И ты должен понимать, почему.       Стайлз кивнул.       – Давайте ребята, в скорую его. Нам еще нужно поработать.       Стайлз наконец позволил себе немного расслабиться и отдался умелым рукам врачей.       Самолет гудел двигателями. В салоне царила тишина. Все пытались спать, только Росси тихо говорил с кем-то по видео связи, вставив, впрочем, наушники в уши, чтобы снизить фоновый шум для команды. Стайлз смотрел в окно и пытался пристроиться так, чтобы ничего не болело.       Казалось это невыполнимая задача.       Рядом на кресло опустился Люк.       – Хочешь?       Стайлз хмыкнул, глядя на стакан с виски.       – Мило с твоей стороны думать, что мне разрешен алкоголь, – он помахал забинтованной на миллион слоев бинта рукой. – Антибиотики, успокоительное, аддералл, отвар трав, а ты предлагаешь мне шлифануть все виски?       Люк усмехнулся.       – Зато уснешь.       – Твоя правда, – Стайлз с удовольствием пригубил из стакана.       – Хочешь поговорить? – тихо спросил Люк.       Стайлз моргнул, поворачивая к нему голову.       В глазах застыли слезы. Он снова моргнул, давая парочке капель скатиться по щекам. Люк тут же протянул руку, смахивая влагу.       – Знаешь, – Стайлз шмыгнул носом. – Пожалуй, не хочу.       Он прислушался к себе.       – Да, точно не хочу. Все пройдет. Просто не привык.       – К тому, что тебя хуесосят после того, как ты чуть не сдох?       Стайлз моргнул от неожиданности и не смог не улыбнуться. Маты от Люка были делом нечастым. Это можно было назвать его влиянием, потому что все в команде следили за тем, что выходит из их ртов. Пока что только Стайлз не всегда справлялся с этой задачей.       – Стайлз, еще пара лет и ты вообще перестанешь обращать внимание на подобное. Поверь мне.       Стайлз кивнул и благодарно посмотрел на Люка.       – Спасибо.       – За запрещенку?       Люк ехидно посмотрел на Стайлза и кивком головы указал на стакан виски в его здоровой руке.       – И за нее тоже, – Стайлз сполз по креслу.       Алкоголь приятно растекался по телу, принося такую нужную сонливость. Стайлз боялся, что в очередной раз, как это частенько бывало после дел, когда им не удавалось спасти жертву, он не сможет нормально спать. Видимо, в таблетках плюс виски он нашел свои плюсы.       – Если что, я всегда рядом, Стайлз, – Люк сжал его колено сильными пальцами. – Окей?       – Окей. И между нами все еще Великая Китайская стена, не помнишь, да?       Люк усмехнулся, на мгновение обнажив белоснежные зубы, а потом вновь становясь серьезным.       – Даже такие масштабные вещи способны со временем разрушиться.       – Будем бросать друг в друга эвфемизмы?       Люк промолчал, а затем просто поднялся на ноги, пересаживаясь к Моргану. Стайлз проследил за ним взглядом, не желая думать ни о чем. Возможно, Люк этого и добивался, чтобы Стайлз переключился с мыслей о деле. Скорее всего, Алвез и Морган будут писать отчет о задержании, о том, как отработал спецназ и все такое. Эти бесконечные строчки, которые нагоняли на Стайлза тоску. Хорошо, что им с Ридом оставалась малая часть отчетов. Хорошо порой быть гением, можно откосить от печатных повинностей.       Стайлз залпом допил остатки виски и закрыл глаза, кое-как пристроив больную руку и садясь так, чтобы было не так сложно дышать.

***

      – Мда, – Отабек допил алкоголь. – Соглашусь, что после такой картины увидеть дома Дерека с ребенком на руках сомнительное удовольствие. Ты бы хоть предупредил, мы не стали бы шутить про огонь.       – Пожалуй, это самая длинная фраза, которую я от тебя слышал когда-либо, – Стайлз нашел в себе силы улыбнуться. – Радует, что я вроде как не был не прав. И да, мне плевать на ваши шуточки, ебланы.       – Только не говори, что ощущаешь себя виноватым, – вдруг сказал Алек.       Стайлз сглотнул.       – Эй, – Юри нахмурился. – Мало того, что ты сам мог нахрен сгореть, так еще и все равно спас пацана, разве нет? Да, не обоих, и да, это пиздец как стремно, но тем не менее.       Стайлз криво улыбнулся.       – Знаете, в каждой организации есть регламенты. Очень часто они, – он закусил губу, – негласные, что ли. Но им все следуют.       Алек, Юри и Отабек кивнули практически одновременно. Конечно, им ли не знать о правилах.       – Так вот, я должен был спасать девчонку.       – Почему? – Алек недоуменно нахмурился. – Если я правильно понял, она была дальше. Это же опасно. Ты вообще не должен был туда идти, если уж на то пошло.       – Я должен был спасать девчонку, потому что теоретически она способна родить еще одного человека. Исходя из расчета, это более перспективно, чем спасать пацана. Это тот негласный регламент, по которому работают многие спецслужбы: сначала спасают всех женского пола.       – Блять, а если девушка рожать не хочет? Или ее собьет грузовик?       – Это частности, – Стайлз допил залпом, – в общей массе девочка более полезна обществу, так как она теоретически способна принести в мир еще одного человека. О качестве этих ребят речи не идет, – он усмехнулся собственной отсылке. – И меня это просто выебывает напрочь.       Он уронил голову на сложенные руки. Выдохнул, потом сел ровно.       – И на фоне этого пиздеца, когда я еще от запаха, блять, горящего ребенка толком не отмылся, после того, как я получил выговор от Росси, который получил штраф от вышестоящих лиц за то, что мы не спасли девчонку, я увидел дома Дерека с младенцем… господи.       Отабек сочувствующе похлопал Стайлза по плечу, задержав руку и сжав ткань рубашки пальцами. Благодарно глянув на него, Стайлз запрокинул голову назад.       – Я знаю, что дети и любовь к ним не для всех. Но я реально ненавижу всю эту тему. То, что дети в приоритете даже для наших дел. И когда параллельно будут расчленять заживо парней, мы возьмем дело, связанное с детьми или женщинами, сами уже понимаете, почему. Детей всегда торопятся искать, хотя взрослым причиняют боли не меньше. Блять, – Стайлз потер ладонями лицо, – я ненавижу это.       Он сел ровно, глядя на друзей в попытке добиться хотя бы какого-то ответа.       – Не думайте, я хорошо отношусь к твоим братьям, – он глянул на Юри, – и к Бенни, который тебе, кажется, уже как сын, – на Алека.       – Не дави на больное, – хмыкнул Алек.       – И я еще думаю, то пацан был моим выбором потому, что среди тех, кто мне дорог, дети мужского пола. Бенни, Миха… – Стайлз вздохнул. – Это ужасно звучит, мать его.       – Стайлз, ты вообще не должен оправдываться за свой выбор, – спокойно сказал Юри. – Независимо от того, кого ты спас. Тут суть именно в том, что ребенок остался жив. Похеру на пол.       – Согласен, кстати, – поддакнул Алек.       – Плюс ко всему, я совершенно не готов принимать мелкого ребенка в пеленках, не готов, блять, класть свою жизнь и других к ногам детей просто потому, что они дети и… – Стайлз застонал. – Блять, я запутался нахрен. Все, я хочу в Мексику.       Алек сбросил настойчиво звонящий телефон, который всеми силами пытался напомнить ему о времени.       – Поговори с мужем. Напрямую. Также, как с нами. С матами, ором и твоими этими «ненавижу детей». Дерек должен видеть твои эмоции и понимать их. Я попробовал мысленно поставить себя на твое место и знаешь, – Алек серьезно посмотрел на Стайлза, – я понимаю тебя. Просто поговорите. И если ты реально хочешь в Мексику, все обсудите. Поверь мне, молчание не решает проблемы.       – А одиночество решает? – Стайлз вперился в Алека взглядом.       Тот пожал плечами.       – Неа. На самом деле одному еще хуже. Но у меня сейчас нет выбора, а у тебя пока еще есть.       – Алек, – Юри привлек внимание к себе. – Там твои собачки.       Алек засмеялся, поднимаясь с места.       – Пусть твои ребята их хотя бы не поджигают.       Юри растянул губы в улыбке.       – Не могу обещать.       – Ладно, все, убедили! Хватит про огонь! – простонал Стайлз.       Впрочем, он сразу же улыбнулся. Радовало, что ему становилось легче.       – Ладно, мне в целом-то сильно похуй, – Алек зевнул. – Стайлз. Рад был видеть, правда. Надеюсь глянуть на твое лицо еще разочек до того, как ты свалишь в Мексику, имей ввиду.       Стайлз протянул вверх руки, и Алек, поняв правильно, наклонился для дружеских объятий.       Юри и Отабек одновременно фыркнули. Потому что обнимали только друг друга, видимо.       – Прилетай пить почаще, прикольно посидели, – Алек помахал им рукой и, попрощавшись с Юриными ребятами, вышел из «Хомры».       – В ФБР есть эспер с силой огня? – Юри вдруг посмотрел на Стайлза.       – Кто о чем, – Стайлз улыбнулся, ощущая, как постепенно напряжение все же отпускает. – Что мне будет за то, что я сливаю Красному королю базы ФБР?       – Пущу переночевать и накормлю завтраком?       Стайлз облизнулся.        – Тебя легко купить, агент Хейл-Стилински, – рассмеялся Отабек.       – Только вас касается, – Стайлз зевнул. – Ладно, мне правда стало легче. Но проблема не рассосалась.       Юри поднялся с места.       – Каждый раз, когда ты будешь думать, что утаивать свои мысли веселая затея и все как-то решится само, вспоминай Алека.       – Ауч, – Стайлз глянул на него снизу вверх.       Юри только плечами пожал.       – А ты куда?       Тот хмыкнул.       – Я вообще-то на работе, агент ФБР, – он весело подмигнул Стайлзу, на мгновение становясь тем Юрой-официантом из «Лазарета». – Бек тебе покажет, где можно поспать. Уже носом клюешь.       – Спасибо, – Стайлз ощутил, что на самом деле очень устал.       Отабек встал и махнул ему, прося следовать за ним. Стайлз сонно осмотрел неспящую «Хомру» и, вырубив телефон, разрывающийся смс-ками и звонками от Дерека, пошел за Отабеком, намереваясь завалиться спать.       Уже поздно ночью, лежа под одеялом, Стайлз включил телефон, который ожил оповещениями о пропущенных. Он не мог уснуть, ощущая эмоции Дерека. Только их связь и осознание, что Стайлз в порядке, но не хочет разговаривать, оставило Дерека на месте и он все еще не в Японии.       А, ну и еще стаи.       Даже не одна.       Куча обязанностей, которые не дали бы Дереку сорваться с места в моменте.       – Ты куда вообще уехал?       Голос Дерека был похож на низкое рычание. Сейчас он как никогда напоминал разъяренное животное в клетке. Судя по тому, что Стайлз слышал звуки тяжелого дыхания, Дерек набрал ему сразу же, как увидел, что абонент снова в сети. А ведь наверняка был на тренировке.       – М-м-м, в гости к Юри, Отабеку и Алеку. Соскучился по друзьям.       – Ты с ума сошел? – Дерек на фоне хлопнул дверью, видимо, зайдя домой. – Как ты мог уехать в такой момент?       – В какой такой?       – Сложный для нашей пары, – выкрутился Дерек. – Когда ты вернешься? Сможешь завтра? Нам нужно нормально поговорить.       Стайлз улыбнулся в темноту. То, что Дерек просит, а не пытается приказать, уже радовало. Возможно, в тот момент, когда его силы альфы не подействовали на Стайлза так, как нужно по законам природы оборотней, Дерек все же осознал что-то.       И сделал выводы.       Стайлз уже хотел сказать, что билет обратно он купил сразу же, как и билет в Японию, как вдруг посторонний звук, ворвавшийся в разговор, заставил его напрячься.       – Дерек, скажи, что мне показалось, – Стайлз даже сел в кровати.       Ответом ему была тишина.       – Дерек, блять! – Стайлз повысил голос. – Скажи, что мне чудится плач, блять, ребенка на заднем фоне! Ты совсем охуел? Я не соглашался! И четко дал тебе понять свою позицию!       Последнюю фразу он проорал так, что подавился воздухом. Он закашлялся, прослушав ответ Дерека.       – Стайлз, мы просто должны поговорить. Детка, прилетай обратно. Мы все решим. Я ведь люблю тебя.       Стайлз зажмурился со всей силы и попытался дышать. Его накрывала паническая атака, которой не случалось уже много лет. То, что Дерек, который несмотря ни на какие ссоры, был его константой, которая сейчас грозилась исчезнуть, выбивало из колеи напрочь.       Стайлз подскочил и, едва не навернувшись, полез в карман куртки, судорожно шаря руками в темноте. Он что-то уронил, но сейчас было плевать. Найдя пузырек с отваром, Стайлз кое-как открыл его и, запрокинув голову, вылил себе в горло, чудом не подавившись.       Он закрыл глаза, тяжело дыша и пытаясь переждать накатывающий приступ.       – …Стайлз? Стайлз, детка?       Стайлз моргнул и повернул голову, глядя на светящийся в темноте экран мобильника, который валялся на кровати. Видимо, телефон просто выпал из рук.       – Дерек, – Стайлз дрожащей рукой вцепился в телефон. – Я приеду, и мы поговорим, хорошо. Да. Я понял. Все.       Выдавив это из себя, он сбросил вызов. Потому что боялся, что, если позволит себе сказать что-то больше двух-трех слов, то сорвется в истерику. Стайлзу казалось, что его предал самый близкий человек. И страшным было то, что Дерек вообще не понимал, что он сделал не так.       – Эй, – деликатно постучав, дверь приоткрыл Юри. В комнату скользнула золотистая полоска света из коридора, разбавляя темноту. – Не скажу, что это было тихо, Анна напугалась. Ты как?       У Стайлза в голове быстро, но мутно сложилась цепочка: многие из Хомры оставались на втором этаже бара на ночь. Бармен Кусанаги и их маленькая провидица-альбинос жили здесь постоянно.       – Дерек не отдал ребенка, – выдавил из себя Стайлз, стараясь не реветь при Накахаре. – Он просто хочет, блять, поговорить.       – Дерьмово.       Юри был в своем репертуаре. И именно это помогло Стайлзу окончательно расслабиться. Он плюхнулся на развороченную кровать.       – Разбудил? Прости.       – Бар – это такая штука, которая работает ночами, – Юри ехидно ухмыльнулся. – Так что нет, Стайлз, мы еще не спали. Анна была наверху, а я предпочитаю не беспокоить силу, которая никому не подвластна.       – Угу.       Они помолчали какое-то время, пока Юри снова не заговорил:       – Хочешь, расскажу тебе кое-что? Ты ведь в курсе про Ватта?       Снова тема о детях. Стайлз поморщился, но Юри успел продолжить:       – Семья едва не развалилась.       Стайлз удивленно оглядел спокойного Юри, не понимая, что он имел ввиду. Для него, как и для остальных «лазаретовских» ребят, вся эта история с пацаном-аутистом, который когда-то давно родился от гения-Дазая была простой как три рубля. Появился новый член семьи, и Чуя едва не обоссался от радости.       – В каком плане?       – Дазай сказал, что уйдет, если Ватт останется. Чуя сказал, что тот может валить, куда хочет.       Бред. Стайлз открыл рот, чтобы упрекнуть друга во лжи. Потому что Дазай был помешан на Чуе все то время, что они вообще были знакомы. И не то, чтоб это не было взаимным.       Юри достал сигареты и прикурил, не спрашивая у Стайлза разрешения. Потом сказал:       – Чуя и Дазай оба готовы были разойтись, если бы история с детьми встала между ними. И я сейчас ни на что не намекаю, просто не забывай, что порой нет ничего плохого в здоровой дозе эгоизма. А ведь для Чуи с Дазаем их отношения – гребаный универсум. – Он потянулся, зевнув, а потом вновь глянул на Стайлза, – что делать-то будешь?       Стайлз глянул на него. Такого уже взрослого, несгибаемого, со своим непоколебимым мнением. Юри Накахару, который управлял своим кланом. И вдруг понял, что он действительно хочет сделать.       Что ему нужно.       – В Мексику поеду.       Юри вскинул бровь.       – Уверен?       Стайлз кивнул головой.       Потому что да, сейчас он был в этом уверен.