Под маской скрыта месть

      — Всё в порядке, Иви? — спросил Гершфельд, макая перо в чернильницу. Раньше Эд никогда не замечал за собой чутья на тонкие материи и чужие эмоции. Может причиной тому была близкая связь между ним и омегой, а, может, у альфы в кои-то веки проснулась интуиция, но мужчину не покидало чувство, что его возлюбленного что-то гнетёт. Возвращаться к работе не хотелось совсем, что для бешенного трудоголизма Эдуарда было весьма необычно. Вот уже который раз Эд садился за стол, собираясь писать отчёт для короля о готовности жандармов и их работе в столице, но стоило только в дверном проёме промелькнуть фигуре Иви, стоило ему только заглянуть «на минутку» в кабинет, как вся работа останавливалась на неопределённый срок. В этот раз Гершфельд дал себе слово, во что бы то не стало сдержаться и довершить отчёт.       — Да, всё хорошо, — ответил крутившийся у витрины с масками омега. Эд уже успел рассказать ему почти о каждой.       — Как прогулка? Было что-то интересное?       — Да не особо. Прошёлся по главным улицам, зашёл в парочку лавок и магазинов, но ничего там для себя не нашёл, — отстранённо ответил Иви, подходя к Гершфельду со спины.       — Знаешь, мне показалось, что когда ты уезжал, то был взволнован, а теперь ты мрачнее тучи… — начал Эдуард, беря новый лист и прижимая его сверху пресс-папье.       О, как же Иви хотелось выложить графу всё, как на духу, от начала и до конца. Поделиться с альфой давящим на него грузом ответственности и вины, и заодно понадеяться на его расположение и прощение. Эду можно довериться, он не выдаст, он исполнит своё обещание. Иви положил ладони на напряжённые плечи Гершфельда и начал их массировать. Да, альфа точно его поймёт. Вопрос лишь в том, как преподнести ему всю информацию. Сразу сгоряча лучше не говорить — нельзя уповать лишь на благосклонность Эда. Его это может ранить, задеть, а в худшем варианте — заставить разорвать всякие отношения с Иви. Как это будет выглядеть в его глазах: потомок заклятого врага его отчима решил воспользоваться уязвимостью младшего графа Гершфельда в корыстных целях, имитируя к нему чувства. Это даже хуже, чем поступок Марция. Нет, нет, нужно сделать всё аккуратно, давать сведения дозированно, и в разное время, чтобы Эд имел возможность спокойно воспринимать услышанное.       — Иви… — укоризненно протянул Гершфельд, не позволяя себе обернуться. Руки омеги уже успели опуститься от плеч к спине и предплечьям, а когда тебя так игриво и настойчиво гладит любимый омега, это совершенно не способствует концентрации внимания, — Мы же договорились.       — Да, помню, извини, — молодой человек убрал руки. Нужно найти себе какое-то дело, чтобы голова меньше думала о всяком. Чтение помогало лишь отчасти и Иви никак не мог погрузиться в историю полностью, учёба очень быстро наскучивала, а помощь по дому была никому не нужна: с новыми силами после отдыха слуги работали эффективней, чем прежде. Омега вздохнул.       — Нет, я так не могу, — покачал головой Эд и, отложив перо, повернулся к юноше, — Выкладывай, что с тобой происходит?       — Это немного сложно объяснить, да и ты сейчас занят…       — Поверь, ты сделаешь нам обоим большое одолжение если перестанешь ходить вокруг да около, — вскинул бровь Гершфельд, а затем взял омегу за руки, — Иви, я обещаю, что выслушаю тебя и обязательно помогу, если тебе это нужно.       «Ну зачем ты такой хороший?» — Иви понуро поджал губы и обнял Эдуарда. Маска лежала на столе, отрешённо наблюдая за ними обоими. Нужно перебороть себя. Откровенность за откровенность.       — Эд, ты мне очень дорог, правда. И мне страшно потерять то твоё расположение, которое есть сейчас. Я безмерно люблю Хаундгут и всех, кто здесь есть…       — Почему это напоминает прощальную речь? — фыркнул альфа.       — Эд, не перебивай, я пытаюсь собраться с мыслями, — не удержался от ворчливого замечания омега и продолжил, — Есть вещи, которые ты ещё не знаешь обо мне и которые мне, если честно, немного тревожно рассказывать, но я понимаю, что это необходимо. Что касается моего происхождения, есть одна деталь, которую ты обязательно должен знать и…       Заглушая и прерывая слова Иви, раздался громкий и быстрый стук в дверь. Клавдий стучался деликатно, костяшками пальцев, давая лишь намёк на своё присутствие, Сильвер почти всегда отстукивал какую-то простенькую мелодию, а вот ломиться, как слон, в закрытую дверь мог лишь Герман       — Господин, вы внутри?       — Во всяком случае не снаружи. Что случилось? — спросил мужчина, сразу беря маску со стола. Абсолютно проклятый день, отчёт он сегодня точно не закончит.       — Светлейший граф, прошу прощения за беспокойство, я личный посыльный короля Эстебана, — раздался уже совсем другой, более певучий и серьёзный голос, — Его Величество просит вас явиться к нему для личной беседы.       — Хорошо, прибуду к нему для вечерней аудиенции, — фиксируя ремешки на затылке, громко ответил Эд, и уж тише проворчал, — Стоило только новогодним праздникам и непубличной неделе закончится, как я сразу стал нужен вообще всем. Ладно, так что ты…       — Господин Гершфельд, — игнорируя ответ графа с нажимом произнёс посыльный, — Король требует, чтобы вы явились во дворец вместе со мной. Немедленно.

***

      Ничего более конкретного гонец сказать не смог. Он лишь получил конкретный приказ доставить Эдуарда как можно скорее во дворец, а зачем — это уже не его собачье дело. Отказывать королю — дело неблагодарное и непростительное, а потому уже через несколько минут альфа надевал свой чёрный кожаный плащ и перчатки. Мужчина хотел поехать верхом на Палаче, но, оказалось, что помимо посыльного за Гершфельдом прибыл ещё и целый экипаж. А раз так, то у правителя были серьёзные основания требовать к себе Эдуарда да ещё и в такой спешке. Иви понимал, что для альфы подобные визиты в резиденцию короля, вероятно, были далеко нередки, но теперь каждая разлука с Эдом наполнялась тоской и томительным ожиданием.       Чёрт, а ведь он уже почти сказал! Но навешивать на Гершфельда своё признание сейчас, в присутствии посторонних было категорически невозможно, да и к тому же не хотелось лишний раз забивать Эдуарду голову, в конце концов сейчас его будут занимать дела государственной важности.       — Ты надолго? — шёпотом спросил Иви, стараясь стоять спиной к провожавшим господина слугам. Эд кинул короткий взгляд на нервно стучащего по паркету носком обуви гонца, которому уже нетерпелось пуститься в дорогу.       — Кто знает, кто знает. Буду надеяться вернуться домой сегодня, а там как пойдёт.       — Надеюсь, в этот раз ты не исчезнешь на месяц, — невесело усмехнулся омега. На его плечи легли ладони альфы.       — Обещаю, я вернусь и мы сможем закончить начатый разговор. Надеюсь, это была не срочная тема?       — Да, думаю, она может и подождать, — кивнул юноша и, подавшись вперёд, обнял Гершфельда. Эд наклонился, и коснулся маской лба своего омеги, — Хочу тебя поцеловать. Может, поедешь без маски?       — Чтобы шокировать короля?       — Ну, тогда он быстрее отпустит тебя домой, — улыбнулся омега.       — Неплохой план, я его обдумаю, — фыркнул в ответ Эд и погладил омегу по спине.       Было ли это проведение или просто чутьё, но, выпуская из объятий Эда и провожая его удаляющийся экипаж взглядом, у Иви появилось стойкое ощущение, что в следующий раз они увидятся нескоро. Песчинки времени бежали сквозь пальцы, унося с собой чувство уединённого спокойствия и гармонии. Два события: начало и конец — всегда остаются непостижимыми, неожиданными и спонтанными. И всё что остаётся — лишь наслаждаться бесконечно маленьким и необъятно большим промежутком времени между двумя этими точками.       Иви решил скоротать время ожидания небольшой прогулкой перед ужином. Одевшись потеплее, молодой человек вышел на улицу. Морозный свежий воздух, снежный пейзаж и размеренные шаги по дорожке помогли омеге прийти в порядок. Дойдя до конца аллеи и повернув обратно, Иви уже находился в состоянии душевного равновесия. Все будет хорошо, нужно лишь дождаться Эда и тактично продолжить с того места, на котором они остановились.       Юноша уже собирался возвращаться обратно в дом, делая последний круг рядом с воротами поместья, когда заметил стремительно приближающуюся конку. Она была похожа на ту, в которой уехал Эд, а потому, Иви радостно прильнул к воротам, ожидая, что его альфа вернулся домой так скоро. Но, стоило экипажу остановиться, как до омеги дошло, что его веселье оказалось преждевременно. Из конки вышли всего двое бет в гвардейской форме и немедленно направились к ограде.       Есть такое ощущение полного доверия и принятия, когда твой оппонент ведёт себя нарочито уверенно и держится решительно. Что-то вроде гипноза или силы внушения. Что-то, что заставило омегу остолбенеть, ловить каждое слово бет и ни секунды не сомневаться. Стоит ли говорить, что гораздо позднее сам Иви, к собственному стыду, уже толком и не помнил, как он умудрился вляпаться в эту ситуацию?       — Слава богам, мы вас нашли, — обеспокоенно выдохнул один из бет, натягивая кивер почти на самые глаза. Лицо второго мужчины прикрывал высокий ворот.       — Простите, вы из гвардии?       — Да, нас прислал лично генерал Гершфельд. Приказал немедленно доставить вас к нему. Вам может угрожать опасность, — с каждым словом речь беты становилась быстрее.       — Что? Я не…       — Прошу вас, не будем спорить и тянуть время, граф Эдуард находится в состоянии крайней обеспокоенности вашей безопасностью. Поедемте к нему прямо сейчас.       — Дело особой важности! Засекреченная информация, генерал Гершфельд сам вам всё расскажет, когда мы до него доберёмся, — не давая Иви и шанса вставит слово или опомниться принялся тараторить второй гвардеец. Двое бет старательно наводили панику, перебивали друг друга, активно жестикулировали, так что омеге стало не по себе. Он пытался задавать вопросы, но все они находили самые туманные и пространные ответы, — Это дело жизни и смерти!       А вот после такого заявления юноша стал заметно нервничать. Вдруг с Эдом что-то приключилось в дороге? Или в городе?       — Я хотя бы предупрежу дворецкого о своём отъезде, — выпалил Иви, надеясь хоть на секунду отвязаться от вгоняющих его в замешательство бет, но это оказалось невозможно. Кажется, Иви успел моргнуть раза два или три, и вот два гвардейца уже ведут его под руки к конке.       — На это нет времени, ситуация критическая. Поедемте прямо сейчас!       Стоило только Иви оказаться внутри повозки и сесть, как сзади кто-то крепко захватил его за голову и прижал к лицу дурно пахнущую тряпку. Омега судорожно завозил ногами по полу, попытался высвободиться, но всё было бесполезно. Иви бессильно сжимал серую ткань чужого рукава, старался через неё поцарапать руку нападающего, пока его сознание стремительно улетучивалось, покидая слабеющее тело. Через пару секунд перед Хаундгутом не было уже ни экипажа, ни гвардейцев, ни Иви.