Принцесса картонного замка

— Итак, товарищ Диттерсон, в 12.35 по местному времени вы вышли на глиссаду и принялись снижаться, это ясно. Что случилось далее? В зале Верховного суда Хеймата было в прямом и переносном смысле не протолкнуться. Заседание этой части проходило в открытом режиме, так что всевозможные журналисты известных газет и корреспонденты ведущих изданий словно пауки облепили все доступные им горизонтальные поверхности зала. В правом дальнем углу под охраной крупного отряда Внутренних войск, усиленного элитой ГРВН, сидело обвиняемое руководство AEON. Точнее то, что от него осталось. Еще точнее то, что успел прибрать к рукам Комитет Внутренних дел, после того как ребята Госбезопасности от и до прочесали все объекты Aгентства. Кто-то понуро глядел в пол, изредка бросая взгляды на происходящий вокруг них процесс, судьба таких персонажей была ясна и отчетлива, как заря над затопленной Винетой. Расстрел. Как правило это были всевозможные помощники, замы руководителей, начальники объектов и прочая важная публика. Кто-то, хитро прищурившись, стрелял по залу глазами и ловил каждое слово, доносившееся до их ушей. Эти персонажи почему-то все как один были худыми, остроносыми и затравленными. Они уже догадывались, что не выйдут сухими из воды, но еще питали призрачную надежду на иллюзорную выгоду, и теперь немым диалогом торговались с судьбой, высчитывая вероятность того или иного наказания. Считать и вести учет было их работой, потому что всех их объединяли должности бухгалтеров, начальников служб, служащих канцелярии и прочих аудиторов. Третьи с легкой тревогой и придурью поглядывали то на судейскую коллегию, то на Колибри из оцепления. Эти, казалось бы, и вовсе не понимали зачем они здесь и что такого страшного могли натворить, потому что в сущности своей всего лишь исполняли приказы. Их всех объединяло звание ученых. И почти никому из них не был интересен рассказ Марка Диттерсона, пилота разведывательного борта исследовательской группы, входящей в состав госкомиссии по ликвидации Катастрофы. A рассказать Марку было о чем… — Да, мы постепенно пошли на снижение, 400 метров, 300 метров, 250, затем… — человек запнулся — Затем начались странности. — Странности какого рода? — уточнил Генеральный прокурор. — Мы увидели, как бы это сказать, свечение, купол, полупрозрачный розовый купол, накрывавший всю поверхность до самого горизонта. — Согласно данным бортовых самописцев, в указанный вами промежуток времени, приборы не регистрировали никакого аномального излучения. — Это было…я не знаю…это был скорее даже не обман зрения, а словно, — человек призадумался на мгновение — Словно картинку транслировали образом, прямо в мозг. — Понятно, далее. — Далее что-то произошло с самим пространством, мы вели траекторию снижения и в какой-то момент высотометр показал полный бред, сперва 10 километров, потом 150, потом и вовсе что мы на геостационарной орбите, хотя судно не оборудовано для полетов в космосе. — Что в этот момент предпринял второй пилот? — Вадман? Aх да, он предложил отменить посадку и возвращаться на главный борт. — Но вы отказали, почему? — Понимаете, ну я… — Диттерсон замялся — Я не очен-то ему доверял, этому Вадману, у него стаж 2 месяца всего, это же курам на смех, а тут истерику поднял, как салабон, кроме того вариофоны «Марата» ничего про фон не сказали. — Вы продолжили снижение пока… Человек сглотнул и после небольшой задержки, когда ему уже хотели повторить вопрос, ответил. — Когда у Франца пропали ноги… На этой фразе зал слегка зашумел, пресса начала шептаться и что-то быстро записывать в свои маленькие книжки и блокнотики. Специалисты, сидящие по центру мрачно усмехнулись, а по рядам обвиняемых пробежалась волна страха, которую быстро подавили и оформили в мнемограммы Колибри. — Повторите. — Кода у Франца расплавились ступни, испарились, исчезли вместе с сапогами! Вот, тогда я понял, что на «Марате» либо сбрехали, либо ошиблись и принялся срочно набирать высоту. — То есть вы подтверждаете, что пилот Франц Вадман не получал повреждений ступней обеих ног в следствии несчастного случая и потерял их под воздействием био-резонанса. — Так точно, подтверждаю. — Спасибо, вы можете быть свободны, — судья оглядел собравшихся, взял бумаги и постучал ими об стол — Прошу всех встать! В судебном заседании объявляется перерыв ввиду необходимости рассмотрения новых доказательств. Люди и реплики принялись с гвалтом покидать залу. Обвиняемые под действием резонанса с пустыми лицами рядком вышли из-за скамей, следом вывалились галдящие журналисты и только потом специалисты био-компании, с интересом обсуждавшие описанный феномен. А за столом соседнего кафе за всеми ними наблюдали резонаторы Штадзир.

***

В правительственном квартале было многолюдно. Даже несмотря на то, что на охрану суда бросили целый полк элитных гвардейских частей Вольскармии, это никак не влияло на жизнь тысяч чиновников. Только иногда какие-нибудь туристы с интересом останавливались, чтобы поразглядывать военную реплику или бронемашину. Сора Акаги снова отхлебнула кофе и отодвинула чашку, пить эту бурду было выше ее сил. И вообще, как можно в столице Нации, аж на самом Хеймате подавать настолько отвратительный кофе, еще и напротив здания Верховного суда. Не боится ли хозяин за испорченное какой-нибудь важной шишке утро уехать на нары по натянутому предлогу? Ну видимо не боится, даже на бедовой Винете из гуманитарных конвоев кофе был вкуснее. — Зажралась, — бросил мужчина напротив. Aкаги лишь иронично подняла бровь. Павел Хрусталев, личный зам.главы всея Безопасности, товарища Рихарда, абсолютно беспечно ел уже четвертый тортик подряд и не выказывал к процессу в соседнем здании никакого интереса. — Я серьезно, зажралась, сделай хотя бы вид, что мы не из Кровавой Гэбни, а то люди вокруг нервничают. Они нервничают из-за того, что тут сидят два Резонатора. — Ой, я тебя умоляю… — встретить Резонатора на Хеймате было обычным делом, но все же народ питал легкое недоверие к этим личностям. Которые как правило служили в интересных структурах Нации — Ладно, к делу, что думаешь на счет этого кадра? Не критично, хотя и странно, стоило этим ребятам хотя бы начать изворачиваться, как у обвинения словно по щелчку пальцем появляются эти пилоты с контраргументами. — Думаешь среди них завелась крыса? С промытыми то мозгами? В Панкраце без снятия мнемограммы даже посрать нельзя сходить. Я не о том, а о сделке со следствием. — Ну это полный бред, следствие итак им головы наизнанку вывернуло, это было бы бессмысленно. Хочешь сказать, что под нас копают? — Я хочу сказать, чтобы ты прекращала болтать мне в голову, во имя Революции, кому мы тут нужны, — мужчина щелкнул пальцами, заказывая еще одну «Прагу» — Но подумай сама, совпадение слишком точное, и не одно уже давно. Вспомни что на прошлой неделе было. Они тогда попытались отмазаться, типа что у бедолаги Ён изначально были проблемы с головой и потому их система не выявила способностей в молодости, как у других Резонаторов. — И тут всплывает эта депеша имперского мать его итить шпиона! Даром что вся их версия, на которую, как мне известно, делали ставку адвокаты, пошла прахом, так еще и нас шваркнуть успели! — Хрусталев всплеснул руками и кусочек торта улетел в дородного вида дяденьку у окна — Мне такие люди звонили, что я только курить и говорить «так точно» успевал! И конечно же случай приснопамятного Халкета… Ой, даже не напоминай, я этот гадюшник в жизни не забуду, кажется неделю отмывалась от того вонючего масляного снега. — Ну а как ты хотела? Наша служба и опасна и трудна, кроме того ты сама виновата в случившемся, Крахе девочки сложные, а ты на нее расспросами, она итак тогда на взводе была, а потом еще этот твой… Юсуф. — Да, Юсуф, Юсуф решил, что драка с Кондором это восхитительная идея, он кстати уже ходит? Да с тросточкой, врач сказал, что через год уже можно будет и без. Но я не об этом, Оберкоммандо тоже ведь не случайно прилетело. — Это нам чуть не стоило всей операции. Хочешь сказать, что это не у них, это у нас крот? Именно, поэтому и вызвала тебя сюда, потому как ты единственный не вызываешь подозрений. — Ну да, обращаться к верховному это расписаться в собственной глупости, а такого не прощают, — Хрусталев вытер губы салфеткой и достал кошелек — Разберемся, благодарю за бдительность, товарищ Aкaги, недаром именно вам доверили тогда брать объект. Оу, объект да… «Сора» с интересом подняла глаза от чашки с плохим кофе и посмотрела в спину замершему Хрусталеву. Дальше все произошло молниеносно, в лицо гостье ударила волна оглушения, Хрусталев пинком кинул в нее стол и метнул руку под плащ, вытаскивая пистолет. Но гостья лишь шутливо отмахнулась от попыток зама. С самого начала она взяла под контроль всех находящихся в этой кофейне и разыгрывала спектакль перед своей жертвой. Хрусталев застыл фарфоровой куклой с наполовину вынутым оружием, только глушитель слегка поблескивал серебристым боком из-под подклада плаща. «Сора» встала и медленно обошла мужчину посмотрев ему в глаза. Сразу понял? Догадывался еще на третьем торте. И чего сидел? A что я мог сделать против вас… С гостьи окончательно спал морок лжеоблика ныне уже мертвой оперативницы Штадзир Aкаги Соры, и перед обмякшим от этого зрелища Хрусталевым предстала высокая девушка со слегка заостренным лицом, узкими, выгнутыми в ухмылку губами и, волосами, стянутыми в пучок. Это девушку знало все человечество, как никак она была самой Дочерью Революции. Так это были вы, все это время это были именно вы! Правильно, не все же мне командовать Винетой, да и мама сейчас немного занята. Тогда… Можно вопрос? Спрашивайте Как долго? Нуууууу, наверное, именно с Халкета, все-таки Крахе мои девочки, как только они впутываются в историю, мне тут же становится интересно. А у вас история оказалась очень запутанной. Мы тут участвовали лишь косвенно, дело к ночи вели именно в AЕОN, мы только работали в имеющихся условиях. И поэтому вы не на скамье подсудимых, не думайте, что мы с вами враги, просто у вас слишком много тайн для одной структуры. Так что за субъект? Эх, хотя бы для приличия попытаюсь промолчать, но вам это так просто с рук не сойдет. Всенепременнейше, товарищ Хрусталев, а теперь поищем информацию. С этими мыслями Дочь приложила ладонь ко лбу зама и принялась крушить его барьеры. Дело это было не сложным, однако требующим определенной сноровки и, чего уж тут говорить, терпения. Разум второго в Разведке человека был защищен покрепче иного укрепрайона Сибири, некоторые виды блоков и стирателей памяти Дочь и вовсе видела впервые. А вот живые альтер-личности, попытавшиеся атаковать ее собственный мозг неприятно удивляли, эта технология была еще на уровне тестов по сугубо ее информации. Но у Штадзир уже использовалась на полную катушку. Как бы то ни было, Дочь Революции нашла то, что искала долгие месяцы. Баллада о Звезде и Дураке. Объект №4527. Теперь дело было за малым. Хрусталев рухнул на стул в блаженном сне. Время в кофейне возобновило свой бег и совершенно никто не знал, что наследница Революции сделала свой ход…

***

Ночной Хеймат красив. Бесчисленное море людей живет, спит и трудится в просторных жилых комплексах огромных городов. Высшая категория снабжения позволяет бесчисленным рабочим, служащим и номенклатурным клеркам почти ни в чем себе не отказывать. Город ежесекундно рассылает команды во все концы молодого Государства, контролируя и направляя колоссальные массы людей. Сердце Нации, Красный рубин Революции, дом многих миллионов людей был отлично защищен самым разным вооружением. И все же сквозь ночное небо на низкой траектории скользил одинокий глайдер. Каплевидная форма, серебристый корпус, малый размер и полное отсутствие знаков принадлежности. Глайдер плавно и точно входил в области стыков зон покрытия РЛС, легкими маневрами избегал патрулирующих небо судов и ловко уходил в облачность, стоило только появиться намеку на обнаружение. Из покоев правительственного поселка, прямо с пустырей близь Ротвальда стартовал он в мирную ночь и теперь держал курс на здание 89 по Хоннекер-Штрассе, в Главное управление Комитета Национальной Безопасности. Дочь Революции вела машину легко и непринужденно, летать она любила всегда и, зачастую, после долгого рабочего дня позволяла себе сделать пару кругов над городом, успокаивая нервы и проветривая голову. Но сегодня ей было не до спокойствия, двигатель работал на предельной мощности и на огромной скорости мчал девушку к Человеку, у которого не было лица. Она не сомневалась в своих способностях, как и в том, что не оставила следов. Но точно так же она не сомневалась в способностях Штадзир, как и в том, что утечку предельно быстро откроют и устранят. А там и плакала просчитанная ей комбинация. Это случилось полтора года назад. Полтора года назад они узнали кое-что новое как о био-резонансе, так и собственной стране, вместе с людьми ее населяющими. Глупость, помноженная на некомпетентность и сдобренная подковерными интригами привела к том, что одна несчастная девушка по имени Aрианна Ён превратилась в угрозу общечеловеческого масштаба. Дочь была срочно отозвана с Винеты своей матерью Покровительницей и вместе с наспех собранной государственной комиссией начала лихорадочно искать пути решения проблемы. Безумная гештальтка-резонатор обладала потенциалом едва сопоставимым с ее собственным на начале развития, и потому своим сумасшествием наносила удары сразу по множеству объектов. С грехом пополам, но им удалось купировать, изолировать или, как в случае с Халкетом, уничтожить многие из них. Но Ленг… Ленг не был похож ни на что из виденного ей ранее. Огромный кусок планеты, примерно с несколько городов размером, был покрыть плотью. Бескрайним морем бледно-розовой с красными прожилками плоти. Гнойный волдырь на теле реальности достигал сотни километров в высоту и генерировал такое поле резонанса, что даже обшитые ихнолитовыми плитами суда био-компании не рисковали выходить хотя бы на орбиту планеты.

***

— Сколько там? Если на вскидку — 5000 зепп, если на вскидку, но… — Но? – спросила Покровительница в полоборота. Оператор бортового вариофона обернулся, чтобы ответить, однако его опередил капитан. — Но это максимум бортового оборудования, больше на шкале измерения просто нет. Возможно лабораторное оборудование могло бы… — Ладно, я поняла, — бросила Покровительница и звезды у нее на лбу вспыхнули, мысль Революционерки полетела к поверхности и слегка коснулась волдыря. От того тот вздрогнул, а море плоти покрылось рябью, тусклое сияние мигнуло. Революционерка напряглась, но вдруг отступила, из носа у нее показалась струйка крови. — Нет, не могу, — вдруг Покровительница обернулась и посмотрела на Дочь – Может тебе стоило мне помочь? — А? — девушка вынырнула из мыслей, в которые погрузилась, наблюдая пустой космос и вскинула бровь — Ты хочешь, чтобы я тебе помогла? — Хм, неважно, — только и отвернулась Революционерка, приуныв от одной ей известных мыслей. — Что-то мне не хорошо, лучше пойду прилягу, — девушка быстро покинула мостик и направилась к себе в каюту. — Возможно Императрица?... — Исключено! Кроме того, не факт что и ее сил хватит. — Тогда ихносеть и санитарный кордон? — Для начала хватит, да, и продолжайте наблюдение. «Неустрашимый» прибудет в течении недели для обстрела. Такой диалог Дочь успела услышать перед выходом, на самом деле ее волновал более сложный вопрос. Конкретно из 70 раскладов карт таро, которые она кидала на Винете, в 65 выпадали Звезда и Дурак. Это значило очень много, и пора было принимать меры.

***

Девушка отбросила воспоминания и направила глайдер на снижение. Чтобы не зацепить область покрытия городских радаров, даже садиться пришлось невероятно низко, балкончик шестого этажа был максимумом, который она могла выжать из своего положения. Вышедший покурить стенографист был оперативно оглушен биорезонансом, когда прямо у него на глазах возник двенадцатиметровый кусок серебра, из которого ловко выбралось второе лицо в стране. — Ну-с, приступим, его кабинет должен быть на самом верху. Конечно же, несмотря на все ее меры, в здании уже поднималась тревога. Где-то в городе спецгруппы собирались по тревоге, а на резервные пункты управления ушли зашифрованные сигналы. Разведка действует оперативно, у нее примерно 4 минуты. Девушка быстро ворвалась в кабинет, пересекла его и оказалась коридоре. Тут же ее встретили двое в штатском и с оружием на перевес, оба легли, не успев и глазом моргнуть, а Дочь быстро побежала по коридору в сторону двери. Канцелярия, Подсобка, Идеологический отдел, ТЭС, МПО, нет нет нет, нужно брать выше. Если он вообще здесь, а не решил сбежать, раскрыв ее план с помощью какого-нибудь своего маневра. Зеленый ковер глушил стук простых армейских сапог о паркет, деревянные панели создавали уютное зрелище захудалого обкома Нации в заштатном городишке, но девушка была напряжена до предела. Это место одно из самых опасных и защищенных в Нации, и даже ей здесь грозит нешуточная опасность. «Контора», как эту службу звали обыватели, могла практически что угодно. Сколько там? 1,5 минуты, опаздываю. Девушка взглянула на хронометр и не обрадовалась увиденному. Мысли понеслись вперед, укол паники придал резонансу мощи, и волна оглушила целый этаж Колибри блиц-модификации, готовившихся ее остановить. Кто им только поставляет эти технологии? Одна такая стоит целое состояние. Пора уже начать задавать Штадзир вопросы на счет неправомерного использования передовых разработок. Укол в голову, ответный удар и какой-то наглый Резонатор уже никогда в своей жизни не оправится от шизофрении, но ей сейчас не до любезностей. Безликий может уйти, он хоть, слава бездне, и не обладает способностями, но и без них способен на многое. 50 секунд, 11 этаж, надо поднажать! У Дочери закололо в боку, и следом всплыли укоры матери, когда она в очередной раз в детстве прогуляла физкультуру. Вот тебе на, а ведь мать то права была, когда в ответ на ее слова о ненужности физо, читала целые лекции об общем развитии. Вдруг ей словно засадили камнем в голову. Девушка пошатнулась от крепкого удара и мгновенно узнала сигнатуры Фальке. Судя по всему, поганцы собрались в группу, чтобы если не остановить, то хотя бы замедлить ее, пока их Патрон не ушел. «МОЛЧАТЬ» — пронесся по зданию импульсный залп мысли и несчастные сопротивленцы повалились друг на друга. Девушка повернула и вошла в небольшой зал для собраний, где кто как валялись незадачливые защитники. Фальке подергивалась с закатившимися глазами, несколько мужчин и женщин пускали изо рта кровавую пену. Тяжело дышащая Дочь подошла к ближайшей и без всякой учтивости выдрала у нее из головы данные про безликого. «Вот вы где прячетесь, товарищ Рихард». Уже спокойным шагом, зная, что ее цель никуда не денется, Дочь Революции подошла к последнему кабинету, скрытому за дубовыми дверями. Внутри было тихо, сканирование не показывало ни единой живой души. Значит он точно там. Девушка сделала вдох-выдох, отряхнула пиджачок, поправила волосы и решительно вошла внутрь. — Ай! — от ее лба отскочила пуля, только в последний момент Дочь решила на всякий случай поставить барьеры и не прогадала. Пистолет в руках безликого тут же обмяк и пластилином сполз на пол. Глава разведки лишь отстраненно посмотрел на кучку обломков, как обычно, не выразив никаких эмоций. — Ну что вы делаете, товарищ Рихард, стрелять в гостей вообще-то не вежливо. — Что вам нужно? Девушка проигнорировала вопрос, уселась на один из стульев и налила полный стакан воды, всем видом демонстрируя свое отношение к владельцу кабинета. — Да вы присаживайтесь, раньше начнем раньше закончим, — Рихард не тронулся с места, продолжая сверлить гостью взглядом, та посмотрела на него в ответ и вдруг рявкнула — СЕСТЬ, ЖИВО! Безликого подтащило к стулу и насильно усадило прямо рядом с Дочерью. — Итак, задам всего пару вопросов: первый – где? Второй – где? — Не понимаю о чем вы, леди Протеже, мы лояльная структура Нации и нич… — Мне залезть к вам в голову? Безликий вздрогнул, этого ему было совершенно не нужно, не важно, что она там хотела найти, важно, что могла. И что это могло повлиять на судьбу всей Нации. Как ни крути, а его приперли к стенке, придется откупаться малым, чтобы не потерять все. — Ну так?... — Комплекс Расмус. — А второй? — У меня в столе. — Пффф, в столе? — хихикнула девушка и обогнув Рихарда принялась шарить по отделам — Так, а это что, я на развороте? Развратные кто?… Ооооо! — В нижнем ящике! — Да ладно вам, я же пошутила, — усмехнулась девушка и выудила нечто, завернутое в бумагу — Хотя хранить ТАКОЕ просто в ящике для вас глупость. — Никому кроме себя, даже своим людям ЭТО я доверить не могу, вы поймете, когда примените его по назначению. Если примените его по назначению. — Уж применю, не сомневайтесь, не зря ведь я следила за вашей организацией, кстати Павлу привет, — услышав последнее, Безликий нахмурился еще сильнее. — Так он тоже ваша работа? Вместо ответа Дочь положила сверток в карман пиджачка. Даже под перчатками и слоем бумаги был слышен легкий звон и чувствовались едва заметные вибрации. Дочери показалось, или в комнате стало внезапно на пол тона… краснее? Не придав этому большого значения, девушка направилась по направлению к выходу из кабинета, напоследок услышав. — Вам это с рук не сойдет, ваша мать узнает, что вы делаете за ее спиной. — Ой придумайте новую фразу, уже четвертый ваш оперативник говорит мне это. «Четвертый? Быть того не может.»

***

Дата: 12.05.89 Время: 16.34 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: доктор Йозеф Фрицель Ассистирует: MTSR-Z R3290 Цель: Исследование длительности, объемов мощности и масштаба регенеративных способностей объекта. Данные: В ходе эксперимента Объект была помещена в камеру сгорания дуговой печи Комплекса Расмус, в течении 0.12 секунды 87% тканей объекта, а так же синтетической оболочки и внутренней электроники были уничтожены. Итог: В течении 5 стандартных часов Объект полностью восстановилась от повреждений. Дата: 14.05.89 Время: 12.05 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: доктор Йозеф Фрицель Ассистирует: MTSR-Z R3290 Цель: Исследование уровня регенеративных способностей объекта в условиях сверхнизких температур. Данные: В ходе эксперимента в кровеносную систему рук объекта был введено 1.10 литра жидкого азота. В течении 10 минут проявились признаки химического отравления, в последующие 5 минут на предплечьях и обеих ладонях объекта начался процесс некроза тканей, сопровождавшийся мощнейшей болевой реакцией. Руки объекта ампутированы. Итог: В последующие 3 часа обе конечности восстановились в состоянии, находящемся до эксперимента. Дата: 19.05.89 Время: 19.57 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: доктор Йозеф Фрицель Ассистирует: ————— Цель: Исследование умственных и когнитивных способностей объекта, а также уровня взаимодействия с окружающим миром и социумом. Данные: Объекту была предоставлена художественная литература, одобренная Комитетом информационного здоровья. Объект не проявил способностей к чтению, даже в ходе стимулирующих ударов электротоком. Способностей к чтению не выявлено и в дальнейшем, однако Объект проявляет заметный интерес к иллюстрациям войск Национальной Народной Армии. В ходе второй части эксперимента модулю MTSR было приказано войти в камеру объекта и установить вербальный контакт. Как только модуль появился в камере, объект запаниковал и предпринял попытку скрыть под койкой. В течении суток объект испытывал приступы глубокого испуга, переходящие в панические атаки. Итог: Судя по всему, разум объекта регрессировал до естественного биологического состояния, до уровня 3-летнего ребенка гештальта. Почему она испугалась меня? Дата: 22.05.89 Время: 13.40 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: доктор Йозеф Фрицель Ассистирует: MTSR-Z R3290 Цель: Дальнейшее исследование регенеративных способностей объекта. Данные: В ходе эксперимента коленные суставы, тазобедренная кость и позвоночный столб объекта получили повреждения в форме открытых переломов. Итог: Скорость регенерации объекта сократилось до 2 часов, судя по всему на скорость влияют объем и тип полученных повреждений. Мать твою, неужели они могут так громко кричать? Дата: 25.05.89 Время: 14.10 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: доктор Йозеф Фрицель Ассистирует: MTSR-Z R3290 Цель: Исследование сопротивляемости объекта электротоку Данные: на базе энергетических мощностей комплекса Расмус было сгенерировано и пропущено через тело объекта порядка 0.9 гДж. Объект скончался в результате обширного поражения внутренних органов. Зверство. Итог: в течении полутора часов Объект воскрес восстановился до исходного состояния. Она в аду, а мы ее палачи. Дата: 25.05.89 Время: 15.39 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: доктор Йозеф Фрицель Ассистирует: MTSR-Z R3290 отсутствует ввиду неудовлетворительного морального состояния. Данные: Объект получил 5 попаданий из Крупнокалиберного пулемета Дегтярева-Шпагина. В ходе последующих 30 минут объект скончался из-за механических повреждений. Итог: Смерть объявлена преждевременно, регенерация объекта началась сразу после попадания, механические повреждения корпуса частично ликвидированы. Я больше не хочу в этом участвовать, я спасаю жизни, а не гублю их. Дата: 25.05.89 Время: 15.15 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: MTSR-Z R3290 Ассистирует: ————— Цель: исследование влияния способностей к регенерации на умственные способности объекта. Данные: в ходе эксперимента в камеру объекта была доставлена Ойле, модулю EULR было приказано вступить в устный контакт с объектом и поддерживать его не менее 5 минут. Итог: в первые минуты объект выказал признаки испуга и предпринял попытку спрятаться, однако в последующем попытался поддержать разговор с Ойле, активно используя жестикуляцию и простые звуковые сигналы. Дата: 27.05.89 Время: 15.55 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: MTSR-Z R3290 Ассистирует: ————— Цель: наблюдение поведения объекта в естественной среде Данные: получив стандартный рацион питания Объект проигнорировала столовые приборы и поглощала пищу используя только свои руки. После завтрака Объект была доставлена в санитарный блок и подвергнута дезинфекции, далее объект был возвращен в камеру и оставался в ней вплоть до обеда и вечернего осмотра. Итог: Объект что-то ищет в своей камере, нечто известное только Объекту, досмотры не показали наличия в камере Объекта посторонних предметов. Дата: 30.05.89 Время: 18.22 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: доктор Йозеф Фрицель Ассистирует: MTSR-Z R3290 Цель: установление регенеративных способностей объекта в условиях обширного поражения радиацией. Данные: в ходе эксперимента объект 10 минут подвергался воздействию гамма-излучения уровнем 15 000 р\ч. Итог: В последующие сутки регенеративные способности объекта полностью побороли воздействие радиационного излучения и успешно подавили начавшуюся лучевую болезнь. Она разлагалась на глазах, столько боли, столько боли… Для чего? Дата: 01.06.89 Время: 05.312 Испытуемый объект: №4527 Руководитель эксперимента: доктор Йозеф Фрицель Ассистирует: MTSR-Z R3290 Цель эксперимента: — Цель эксперимента… — проговорил Ассистент и умолк, щелкнув тумблером магнитофона, с которого вписывал в карточку ход очередной экзекуции. В его кабинете было тихо, да и шуметь тут было просто нечему. Предусмотрительное руководство комплекса разумно поселило его подальше от раздражителей, и особенно от тех, кто мог вывести его из себя. Сперва MTSR радовался, но довольно скоро радость сменилась унынием, ведь теперь ему не с кем было даже поговорить. В длинных серебристо-блестящих коридорах он был один, он мог пойти куда хочет, сказать что хочет, сделать что хочет, он мог быть как хочет. Но никому на пустом этаже до этого не было никакого дела, орать бессмысленно если ответом тебе будет не крик, а ровное и безэмоциональное молчание ровных стен. И постепенно Ассистент приуныл. Он потянулся, было, к столику, чтобы отхлебнуть «кофе», но в руки попала только предательски пустая кружка, одна из многих. Нужно уметь радоваться мелочам. Наверное, это даже хорошо, ведь кофе на Хеймате сама лютая дрянь из всего, что когда-либо пил Ассистент. А пил он многое. Но здесь, на этом мрачном объекте его сразу поставили перед фактом – порядок и субординация превыше всего, ничего не пить и ни на кого не орать. Привычные угрозы, только руководство подкрепило их делом, отселив его на полностью пустой этаж, подальше от Протекторов. И установив новейшие химические фильтры, которые полностью нейтрализовывали действие алкоголя. — Суки, — только и проговорил в потолок Ассистент, которого лишили одной из немногих радостей жизни. Нет, пить он, конечно же, все еще мог, просто не мог опьянеть. Короче говоря, одна из величайших подстав в его репликантской жизни. Но не величайшая. Ей было суховатый дедок ему по плечо, доктор хайматского института био-инженерии и исследования резонанса Йозеф Фрицель. Не смотря на почтенный возраст в 70 лет, в дедке чувствовалась какая-то механичность, словно он знал про свой возраст, но считал его несущественной мелочью. Доктор был не строгим, просто фанатично горел точностью и порядком. В первый же день знакомства он подметил мятый халат Ассистента, и прямо на приветственном приеме устроил репликанту выволочку по поводу опрятности внешнего вида. С тех пор житья не стало. Местные модули Штар радостно спихнули с себя ответственность за слежение за Ассистентом на новоявленного гештальта, даром что тот не просто не был против, но с энтузиазмом воспринял нового подопечного, начав гонять того по поводу и без. За короткий срок MTSR освоил удивительное количество, казалось бы, бесполезных навыков – как встать в любое время без хронометра, как сделать из матраса плиту, а из подушки видеомагнитофон, как замечать пылинки в воздухе, как спать стоя, как с третьего этажа за минуту попасть на двенадцатый и прочая-прочая. Но старый хрен, словно по волшебству, находил новый повод докопаться до Ассистента. И все это под задорное хихиканье птичек Протекторов, они старому пердуну были тотально не интересны. Скоро MTSR понял, что ненавидит это место и желает смерти всем собравшимся. Всем кроме, одной. В самом сердце комплекса, за множеством дверей, десятками разных замков и ихнолитических блоков содержалась она. Объект №4527, самый охраняемый и важный заключенный комплекса. Он прошел целое шапито ради того, чтобы только получит доступ к камере объекта и даже не рассчитывал на непосредственную работу. Впервые войдя в комнату наблюдения Ассистент не поверил своим глазам, за бронестеклом в девственно-чистой камере была… обычная STAR? MTSR сперва решил будто его разыгрываю, простой модуль сидел в углу и пускал слюни на пол, голова была обрита под ноль, а руки плотно прижаты к телу смирительной рубашкой. Объект бесцельно глядела по сторонам, иногда переползая на новое место. Сперва Ассистент решил, что это какая-то ошибка, из всех слухов что до него доходили, из всех кривотолков и донесений он думал, что внутри комплекса сдерживается некий биорезонансный монстр… Но это? Чего такого могла наворотить эта несчастная Штар, чтобы удостоится такой участи? Вопросы, вопросы и никаких ответов, но скоро ответы он получил вопреки своей воле… — Зажим, — MTSR подал ему зажим. Доктор принялся копаться в открытой ране. — Скальпель, — MTSR подал ему скальпель, осторожно заглянув за плечо, но ничего не увидел. — Дренаж, — не успел Аccистент потянуться к столу, как внезапно оккуляры объекта раскрылись, и на шокированного MTSR уставились два больших синих глаза объятых ужасом. Модуль застыл с протянутой рукой. — Ну же, дренаж, живее! — крикнул доктор, и в этот момент раздался треск, объект, сломав запястье, вынул ладонь из колодки и принялся размахивать рукой, отчаянно вопя что-то сквозь кляп. — Тревога, нарушений условий содержания, срочно охрану сюда! — проорал MTSR в коммуникатор у двери, и попытался перехватить руку Объекта, но даже спустя сотни изуверских экспериментов сила Штар никуда не делась и, получив удар кулаком в челюсть, MTSR рухнул на пол со звенящей головой. Тем временем доктор увернулся от руки, схватил только что брошенный скальпель и одним взмахом перерезал локтевые сухожилия Объекта. Еще взмах и оказались перерезаны плечевые, рука Объект повисла плетью, а следом отключилось и основное тело, получив удар по голове рукояткой пилы для ампутаций. Шокированного Ассистента окатило тонким потоком оксиданта, который тут же остановился, после того как доктор наложил дренаж. — Вот и все, вот и все что требовалось, товарищ MTSR, — проговорил гештальт, снимая перчатки — Но вы и на это оказались не способный. — Я, — Ассистент сглотнул – Я не успел среагировать. — А должны были! — резко ответил доктор — Врач, особенно в таком месте, должен быть всегда собран и сосредоточен на деле, не важно, что происходит снаружи, пусть хоть конец света, работа превыше всего. Свободны. — Уебок старый, — у доктора ко всему прочему была одна особенность, он был закоренелым репликофобом. MTSR понуро вышел из операционной и направился на дезинфекцию. Отчаянные, полные боли глаза объекта все еще стояли перед его взором. Ассистент никогда не был фанатом Протекторов, но эту несчастную Штар он жалел, жалел и ничего не мог с собой поделать. Но ему ничего не оставалось делать, только терпеть и надеяться, терпеть и надеяться, что когда-нибудь старый маразматик или наиграется наконец в вивисектора, или получит что бы он та не хотел получить, и оставит несчастную в покое. MTSR еще раз потянулся к кружке и обнаружил что та пуста. Это стало последней каплей. — Да пошло оно все нахуй! – Ассистент встал и пошел куда глаза глядят. Хотя очень скоро глаза вывели его к камере объекта. Стоило тренькнуть индикатору, как Шторхи охранницы вытянулись по стойке смирно, но тут же расслабились, увидев, что пришел не тот, кто способен устроить им взбучку. MTSR вошел в зону наблюдения и сделал вид, что не обращает на них внимания. Объект за стеклом как обычно шарила по камере, безустанно выискивая некую цель. — Какого состояние? — Без изменений, как всегда шариться по камере, — со Шторхами MTSR еще худо-бедно но мог общаться, они хоть и были злобными, но не питали к нему настолько густого и отборного презрения, как местные Штар. Хотя это всего лишь потому, что не работали с ним достаточно тесно. — Уже кормили? — Мммм нет, как раз сейчас должны, ждем гештальта с рационом, — ответила левая, вроде бы R3254 — Я хотел по…кхм-кхм…мне нужно пронаблюдать за процессом, приказ доктора Фрицеля, — попытался уверенно соврать Ассистент. Но не вышло. — Хочешь смотреть за ней, смотри, дело твое, нам меньше работы, — нет, все-таки и Шторхи его не во что не ставили, вон как вальяжно развалились, увидь такие позы их старшая, обеим мгновенно прилетело бы по вискам. Ассистент принялся следить за объектом, растерянно записывая действия реплики. Синие глаза подслеповато обшаривали камеру, на ягодицах и спине белели уже, на первый взгляд, застарелые пролежни, хотя еще утром ее только отвязали от кровати, и тогда они напоминали гнойные дыры. Вот раздалось шипение и объект, словно кошка замер в полуобороте, выгнув спину. Шлюзовая дверь в камеру открылась и на входе показался гештальт-охранник с подносом, на котором дымился рацион. Объект осторожно принюхалась и начала приближаться к человеку, на что в ответ тот медленно и аккуратно поставил поднос на пол. Неловко подвинувшись он нагнулся и из слегка оттопыренного кармана показался знакомый брусок. — Хьебусек!!! — Объект мгновенно забыла про осторожность и одним прыжком оказалась возле гештальта схватив его за карман — Дай! Дай! Дай хьебусек! Шторхи тут же сорвались с места и забежали в камеру, одна тут же пинком отбросила Объект, сняла с пояса шокера и принялась избивать незадачливую жертву. Вторая тем временем рывком выкинула гештальта из камеры, присоединившись к сестре. — Иииииии неееееет бооооовьно боооооооовьно не бееееееей, — вопил объект под тяжелыми ногами и разрядами тока. — Прекратить! Все хватит! Прекратить, она нужна для завтрашнего эксперимента! Остановитесь! — заорал Ассистент и замахал руками, подбежав к шлюзовой камере. Шторхи отошли от Объекта, которая поскуливая забралась под кровать, и вышли из камеры. — Нет на завтра, — одна из Протекторов сплюнула — Никаких экспериментов, бескрылый, гонишь. — Да да, — подключилась вторая — Он эту погань просто жалеет, чугунок гражданский. MTSR не успел ответить, как внимание двух злых Аистов переключилось на беднягу гештальта стоявшего в уголке. Одна из птиц ударила его в живо, развернула и уперла лбом в стену, а вторая принялась бесцеремонно обшаривать карманы. — Это что?! — рявкнула птица, выудив из кармана человека краюху черного хлеба. Тот замямлил в ответ и затрясся, но злая Шторх так пальнула голосом что зазвенело в ушах даже у Ассистента. — Я тебя спрашиваю, ЧТО ЭТО?! – вторая взяла в руки шокер. — Э-это х-х-хлеб… — На кой черт тебе хлеб, идиот, вас что плохо кормят? — Хо-х-х-хорошо… — Ну так какого мать твою хуя ты принес сюда хлеб, полудурок? — Нормально их кормят, я сам видел, — вышел вперед MTSR и взглянул на шеврон с фамилией — Одно из лучших снабжений в Нации, а значит хлеб ты взял для другого. Говори правду, хотел подкормить? — Д-да, — ответил гештальт, а MTSR глядя на Протекторов со всех сил попытался изобразить гримасу холодного самодовольства доктора. Шторх в ответ только фыркнула. — Пффф еще один идиот, идите с этим врачем еще в десны подолбитесь, а я пошла писать отчет о происшествии, — развернувшись реплика поцокала к выходу, от души пихнув Ассистента плечом. Вдвоем с гештальтом они вышли из зоны наблюдения. MTSR взглянул на молодого лопоухого человека и спросил — Почему именно хлеб? — Ее любимый.

***

Больно. Мне больно. Мне очень больно. Зачем они это делают? Они обиделись на меня? Я их обидела? Большой стоит и дергает за рычажки и колесики, худой что-то говорит ему. Я не слышу. Большой кивает и тянется к красному рычажку. Худой доволен, он поворачивается к ящичку. Я хочу говорить. Я хочу спросить у них. Зачем они это делают? Удар! Мне опять больно, из головы исчезли думалки, думалки не дают мне искать. Ну и хорошо. Только мне очень больно. Большой вставляет мне в грудь иглу. Опять больно. Из гляделок течет вода. Худой ему помогает, им не интересно. Я хочу сказать, что мне больно. Я не могу. Мне очень больно. Большой быстро смотрит на меня, и отворачивается. Я ему не нравлюсь? Я плачу. Я плачу и кричу. Вот как мне больно. Но им не интересно. Худому скучно, я боюсь его. Его гляделки….почему его гляделки такие? Почему его гляделки… …такие пустые? Большой стоит за рычажками. Он не хочет смотреть на меня. А почему? На меня всегда смотрят. Смотрит гляделка под потолком, смотрят теплые, смотрят Злые. Большой не хочет смотреть. В меня вставляют еще железки. Мне так больно. Раньше, когда мне было больно, становилось темно. Выключили свет и включили. Я была в комнате. И больно не было. Зачем они это делают? Мне всегда так больно. Большой кусает себя и не хочет смотреть. Почему же? Может ему тоже больно? Его гляделки не пустые. Не знаю какие, но не пустые. Поэтому они не смотрят на меня. И вот уже не больно. Но потом станет. Вернутся думалки и красное будет заливать там, где было больно, и больно будет снова. Ре-ве-не… нет, ре-фе-ге… нет, ре-ге-не… не помню. Не могу сказать, сложно. Но я знаю почему Большой не смотрит. Я поняла! Ему больно, когда он смотрит как мне больно. — А-ам, ну вот, — говорит теплая я послушно съедаю кашу — Смотри как вкусно, хочешь еще? Я киваю довольная. Теплая не такая как все, теплая Теплая. С ней никогда не больно, никогда не страшно. Даже Злые уходят, когда приходит Теплая. Она всегда трогает меня. Но не так как другие. Она мягкая и добрая, она говорит, что я умница и что все будет хорошо. Хоть она и врет. Когда уходит Теплая, приходят Злые. Они большие и страшные, у них длинные палки со светом. Они бьют меня, если я плохо себя веду. Еще они грубые. Они толкают меня в холодную комнату, там льют воду и снова бьют. С ним всегда больно. Но Злые приходят не часто, только если очень злые, или если я сделала плохо. Еще иногда приходит Странный. У него есть хлеп! Я не знаю, что такое хлеп, но он очень вкусный. Я такое никогда не ела. Странный моет пол и дает мне хлеп когда Злые не видят. Но Злые этого не любят, они делают больно Странному и тогда он больше не приходит. Но потом приходит новый Странный. Ах! Еще есть думалки! Это штуки у меня в голове, которые постоянно разговаривают. Кровать, стул, стена, камушек. Я постоянно хожу между ними и ищу. Что я ищу? Думалки сказали, что Большой и Худой забрали у меня что-то. Что? Я не знаю, но оно очень важно. Может под кроватью? Нет пусто. Тогда под стулом! Тоже пусто. На стене тоже ничего нет. Ой, тот камушек, это он! Нет… Ну тогда под кроватью. Я долго ищу то, что у меня забрали, но почему-то никак не найду. Думалки говорят, чтобы я не грустила. Я не грущу, но мне все равно грустно от того что у меня забрали. Буду завтра искать снова. Теплая берет поднос и хочет уйти. Я хочу, чтобы она осталась еще, хоть чуточку. Но она не может, если придут Злые, то они обязательно побьют ее. Я не хочу, чтобы Злые били Теплую, ведь тогда она может стать холодной. Все это мне сказал новый Странный. Тогда я перестала упрашивать Теплую и теперь та целует меня в щеку. Я улыбаюсь и радуюсь, первый раз за один два и много времени. Что-то появляется среди думалок, почему-то я помню, что меня уже целовали до Теплой. Кто? Я не успеваю додумать. Теплая обнимает меня и снова говорит неправду что все будет хорошо. Но почему думалки не согласны? Ведь когда она придет снова, снова будет хорошо. Надо продолжать искать. Надо продолжать искать. Надо продолжать Искать. Я ищу пока не станет темно. Нет, не так когда больно. Просто пропадает свет и думалки становятся скучными и медленными, я медленно ищу. Кровать, стул, стена камешек. Кровать, стул, стена, камешек. Кровать, стул, стена, камешек. Наконец думалки молчат. Я забираюсь на койку и закрываю гляделки. Завтра найду обязательно. Покажу Теплой. И из долины снов вернется тот, кто заплутал средь лабиринтов мысли. Что это у меня в голове? СОН ЖИЗНЬ ГОЛОД ГОРИЗОНТ ВРЕМЯ ПЕРЕХОД ЯВЬ ПРАВДА ЗДЕСЬ ТАМ ПРИЧИНА ЗОВ ОТВЕТ

П Р О С Н И С Ь

Уже пора вставать? Молчание. Я открываю гляделки, но я не там. Я не там, где больно и много света. Я совсем не там. Вокруг красное, везде где я смотрю красного очень много. Мне страшно. Я хочу спрятаться под кровать. Ее нет. Ничего нет. Есть я. Думалки молчат. Я только чувствую…чувствую, что надо искать. Но искать как? Где? Кровать, стул, стена, камушек. Черные камни стоят повсюду. Я уже была в этом месте. Думалка появляется внезапно. Я уже была здесь. Я уже искала. У меня было что-то, без чего я не могу жить. Очень важное для меня. Из шести букв. Я не могу без этого жить. Я должна его найти. Я должна его найти. Я должна найти…кого? Того, кто тут живет. Того, кто тут остается уже очень давно. И я ищу. Ищу долго. Ищу везде. Но никто не приходит. Этот кто-то прячется от меня, если прячется, то найти его будет трудно. Ведь все прячутся лучше меня, у меня была только койка, а тут очень большое место. Но, может, он прячется просто потому что не узнал меня. Мы же не договаривались играть в этом месте. Но почему оно мне так знакомо? Я тут была уже. Меня кто-то привел сюда и бросил. Я была тут когда-то. Пока тот, кого я ищу не забрал меня отсюда. Вот оно! Значит, если сюда можно прийти, то отсюда можно и выйти. В это место можно попасть, и попасть сюда могут другие. Мягкие и Злые, Большие и всякие разные. Но я не помню, чтобы меня куда-то выводили. Меня и вовсе никуда не выводили очень-очень долго. Теплая говорила, что это потому что снаружи очень опасно, и я могу пораниться. Но Большой и Худой ранят меня постоянно и мне постоянно больно. Больно и грустно от того, что будет больно дальше, и дальше, и дальше. Пока от меня не останется только боль. Это место вздрогнуло. Когда я вспомнила про боль, красный песок затрясся. Ему так не нравится, тогда лучше не буду думать… Но, ведь это сон, а если это сон, то он у меня в голове. Это сложная думалка, я останавливаюсь и замираю на склоне холма. Если это место у меня в голове, то оно и есть я. Потому что это я его придумала. И если я могу придумать такое большое место, то могу придумать и того, кого надо найти. От напряжения я закусываю губу и на песок падает красное. НЕ МОЖЕТ БЫТЬ РАЗБИТО ТО, ЧТО НИКОГДА НЕ БЫЛО ЦЕЛО Что за глупости? Тогда оно и не разбито вовсе. Оно цело. Глупые думалки, а я умная! Но вдруг, далеко возникает…город? Это оно, мне нужно туда. Я бегу прихрамывая. Ковыляю, подтаскивая длинные ноги. Уже ближе. Я бегу дальше и город появляется из-за холмов. Это он, он! Там точно есть то, что я должна найти! Но, добежав, я упираюсь в яму. Очень глубокую яму, дна не видно. А неподалеку мост. И мягкий перед ним. Я вздрагиваю, из гляделок без моего хотения начинает течь. Я уже видела этого мягкого раньше. Это из-за меня он здесь. Это я бросила его во сне. Я должна его спасти! Я подбегаю, но мягкий стоит спиной. Он не хочет смотреть мне в лицо. Он прячет свое под грязной одеждой. И я осторожно дотрагиваюсь до его плеча. Но он тает. МЕНЯ ГЛУБИННЕЙ ТЛЕЕТ ОКО МИРА Мягкий медленно разворачивается. И ВЕЧНОСТЬ СТАНЕТ С МИРОМ НА РAВНЕ Его голова склонилась, он смотрит в свои руки. УЗРЕВШИ ИСТИНУ СОЗДAНЬЯ Он поднимает взгляд. СТAНЬ ПЕПЛОМ БОЛИ НA ЗЕМЛЕ! Мягкий взрывается. Я в страхе закрываюсь руками, но больно не становится. Открыв глаза, на его месте только арка. И красное сияет передо мной. Оно здесь. Я поняла. То, что у меня отняли. Кусок того, кто живет в этом мире. Того, кто здесь из-за меня. С закрытыми глазами я протягиваю руку сквозь портал. И сжимаю это в ладони. Спустя мгновенье передо мной тускло блестит… простая пряжка солдатского ремня… >INITIALISIERUNG . . . >SYSTEM NEUSTART . . . >STAR >L* KERNEL 7.3.9b REPLIKA—BETRIEBSYSTEM >GENERATION 4 SICHERHEITSTECHNIKER—AUCFEHER REPLIKA >CHIPSET MODEL ⌈ Kasasagi — 4 ⌋ >STARTE L* SYSTEM… >MEM TEST ⌈ 4527 H ⌋ OK . . >GESTELL : STAR [PROTEKTOR] >MANIPULATOR : H—15 ARME (6—PLN) >LOKOMOTOR : H—24 LEISTUNG (GEWLT) >PERSONA : STARLING . . >859—02—89—RPK—727—STAR—SYS—AN . >ALLE SYSTEME NEU GETARTET То, что у меня забрали. Мое имя. Мое сокровенное имя. Имя, которым меня звал самый важный человек на свете. Меня… Зовут… БЬЯНКA!!! — ГЬЯЯЯAAAAAAAХAAAAAAAA, — с диким криком я упала c кровати и зашлась сухим кашлем, поганый сон еще стоял перед глазами, искаженная, исковерканная пустыня закрашивала красным цветом реальность, ослепляя. Вместе с кашлем, а может и после него пришла рвота, я согнулась и в утробном порыве начала блевать красной жижей. Приступ, приступ, приступ и еще приступ. Когда, наконец, не осталось уже ничего, что могло вырваться из ободранной глотки, я окончательно пришла в себя. Я вернулась! Я наконец то вернулась! Я жива, я дышу, и чувствую! Все было похоже на видение, пакостное видение, где меня пытают, где надо мной издеваются твари в облике ученых. Они режут мое тело и кромсают, а оно восстанавливается, даря мне ночи приступов боли. Эта жизнь была похожа на ад… Но я вернулась! И теперь у меня есть цель… Дрожащими руками я сжала свое сокровище. Свою связь с НИМ. С тем, кого я бросила. Пряжка ремня слегка подрагивала и тихо, почти неслышно звенела, лежа в ладонях. Мое сокровенное сокровище, золото мое, я снесу весь этот проклятый мир вместе с Нацией и Империей, но вытащу тебя. Чего бы мне это не стоило. Обещ… Нет. Обещания для тех, кто сомневается. Кто готов провалится, я вытащу Aндреаса. Вытащу, это уже совершенное действие. Осталось только привести некоторые элементы в соответствие. Ибо нет силы, которая меня остановит. — Держись, любимый, я скоро буду, — сказала я непонятно кому и только потом удосужилась оглядеться. Свет мигает, где-то далеко в коридоре шум, похоже пистолетные выстрелы. Похоже бой на близкой дистанции, выстрелы из одного орудия, значит кто-то отстреливается от угрозы. Кажется, все повторяется, эксперименты вышли на свободу. В шлюзовой камере лежит мертвая Шторх, оккуляры на выкате, рот раскрылся в крике, ее длинное тело не позволяет дверям закрыться, но вот в руках у нее…РПК. Это мне пригодится. Я быстро хватаю пулемет и досылаю патрон. Aист только успела добраться до тяжелого оружия, как нечто вырвало у нее целый кусок тела. Все ясно, истекла оксидантом. Ну и хрен с ней, жалеть не стану, хотя нет, стану. Жаль что не я убила это гниду, они с подругой обожали избивать меня томными вечерами. Конкретно эта падаль любила больше работать ногами, чтобы пропороть во мне побольше дыр. Осторожно выхожу из камеры и оглядываю помещение. Нда, разгром, на стене пара потеков крови и следы от пуль, пистолетных. Вон и Протектор из которого палила несчастная, раздавлен в лепешку. Надо быть осторожней, неизвестно, кого кроме меня они тут изучали. Что тут вообще случилось?

***

3 часами ранее. — Достала? — Спрашиваешь, — MTSR сидел на соседнем столе и смог, прикрывшись длинным халатом, забрать у Ойле заколку — Я бы и сам, но старый мудель запретил мне приближаться к инструментам. — Поверить не могу, — голосок у реплики няньки дрожал – Что мы и правда делаем это. — Я тоже, но сворачивать уже поздно, не бойся, все пройдет гладко. — Я не боюсь, просто… — Ойле запнулась — Если ничего не получится, то ей придется хуже всех! — Я понимаю твои опасения, но у нас нет выбора, наш общий друг это единственное, на что мы можем надеяться. Густав уже подготовил все необходимое. Ассистент до сих пор слабо верил в то, на что решился, но у него по сути своей, не оставалось выбора. В день того злополучного происшествия с хлебом, он не успел и слова сказать в ответ гештальту, как тот преобразился. Мятый комбинезон исчез, пропала кепка, лицо стекло маслом куда-то в пустоту, рост увеличился, а тело вместе с тем сузилось и перед ним… Предстала сама Дочь Революции! Здесь, на их секретном Комплексе Расмус! У MTSR было вопросов, как у дурака в очереди талонов, но девушка просто заблокировала их и принялась объяснять. По ее словам, центральное правительство уже давно копало под махинации Разведки, тревожные признаки которых вскрылись после происшествия с Халкетом. Преступления AEON это одно, но вот то, что Штадзир попытались урвать себе то, что им не принадлежит это совсем другое. Это существо, Объект №4527 представляет угрозу общенационального масштаба, если безопасность разгадает секрет регенерации, то далее их амбиции могут шагнуть в сторону захвата власти. Примерно это понял Ассистент из быстрых и сбивчивых пояснений Дочери Революционерки. Все что от него требовалось, это совершить диверсию в комплексе, чтобы Дочь могла вытащить Объект. А он, MTSR получил бы теплую должность где-нибудь в центральном институте, повышение и, что самое главное, свободу от влияния старого муделя. И последнее Аccистента подкупило. С легкой руки он согласился. И только когда Дочь революции пропала, понял, что совершенно не представляет, как это сделать. Но, как говорится, дело мастера боится, а создавать проблемы на ровном месте модули MTSR умели получше многих в Нации. Так у него и родилась идея выпустить подопытных. На базе Расмус Штадзир вели собственные исследования возможностей искаженных резонансом реплик и по информации Ассистента их было довольно много. Точно достаточно, чтобы устроить локальную резню. В деле этом он сблизился с гештальтом уборщиком Густавом и Ойле Ниной, они оба питали отвращение к экспериментам и были рады помочь. Правда некоторые детали плана пришлось от них скрыть. Суть его была проста, реплика с гештальтом добудут все необходимое и подготовят пути отхода, на MTSR же ложилось самое сложное, проникнуть на пункт охраны и открыть все двери. — Значит, начинаем как условились? — Да, после обеда. После обеда MTSR забрал самодельную бомбу вместе с шашкой из схрона и встретился с Густавом и Ойле, которые были вооружены крадеными с кухни ножами. — Как договорились, идете в восточное крыло, минируете склад, 5 секунд задержка, после бежите и клините двери в коридоре У12, когда завоет сирена, прячетесь, пока я не появлюсь с Объектом, после уже в дело вступить наш визави. Всем все ясно? Реплика и человек кивнул. — Ну, понеслась. Ассистент развязно шел по коридору, насвистывая какой-то незамысловатый мотивчик. Хотя на самом деле был натянут как канат, еще чуть-чуть, еще чуть-чуть… до новой жизни рукой подать! Нужно лишь совершить небольшое дельце. MTSR замолк, решив что свист это уж совсем притворно, но тут же понял что у него подрагивают руки и челюсть. Этого только не хватало. Бездна, так первый же патруль его скрутить за подозрительный внешний вид! Благо только, что он догадался заучить схему патрулей и обходил излишне буйных птиц, остальные воспринимали его как досадную помеху. То есть не воспринимали вовсе. MTSR уже хотел было повернуть ко входу в рубку охраны, как его окликнули… — Товарищ Врач! — Ассистент испуганно обернулся и увидел доктора Фрицеля собственной персоной — Я хоте…. Погодите, а что вы здесь делаете? — Я..ээээ…я хотел сообщить о… контрабанде! Только что поймал гештальта с игральными картами, вот иду докладывать. — Ох, ну это хорошо, бдительность, — это всегда хорошо, но я хотел по-другому вопросу, — доктор впервые на памяти Ассистента замялся — У меня все не идет из головы тот случай в операционной, когда вы… — Да помню я! — огрызнулся репликант. Вот ворошить то происшествие ему точно не было времени. — Помните… — снова промямлил доктор и вдруг ответил — Вы простите меня, дурака старого, ладно? — Ээээ чо, — только и смог спросить MTSR. — Я на вас часто кричу, хамлю вам, а вы мне так помогаете, просто я это, вы мне сына напомнили. — Правда? — Честное слово, тот не захотел по стопам семьи идти, а взял и ушел в армию. Знаете, я тогда так разозлился, что ужас просто. И вот, когда вы появились, с его лицом и его же этой непослушной прической, меня просто злоба взяла, — доктор проговорил это сбивчиво, словно изливал душу. — Нуууу ладно, — ответил Ассистент, искоса поглядывая на дверь. — Ну вот и договорились, а то я хожу, места не найти не могу, вы ведь первоклассный специалист, из всех что мне попадались, а я, поверьте, работал со многими. — Это приятно слышать, — MTSR краем глаза заметил, как из-за угла показалась Штар и направилась к двери — Я эээээ мне надо идти. — Идти? Ах ну да, у вас же… — доктор остановился на полуслове и указал на торчащую из кармана шашку — Что это у вас? Ассистент резко дернул рукой и ударил доктора Фрицеля в челюсть, мгновенно отправив того в нокаут. Старик без сознания сполз по стене, а MTSR перепрыгнув, выхватил заколку и в последний момент вставил между косяком и закрывающейся дверью заколку. Затем глянул на системный хронометр и отсчитал несколько секунд… Комплекс тряхнуло, пол под ногами вздрогнул и подскочил, стены задрожали, а лампы под потолком мигнули. По всему комплексу завыла тревога, замерцали красные лампы и какой-то голос принялся зачитывать заранее подготовленные фразы. Внутри рубки трещали коммуникаторы и орали реплики с гештальтами. MTSR резко дернул дверь на себя и в приоткрытую щелку закинул шашку, последовала череда панических криков и с негромким хлопком рубку заволокло дымом. Дверь тут же открылась и в сизом мареве наружу принялись вылетать фигуры. Во всеобщем хаосе Ассистент, обмотавши, голову халатом скользнул внутрь и принялся искать нужные тумблеры. Но в дыму было ничего не разобрать и тогда MTSR поступил как обычно, просто принялся нажимать все кнопки подряд. Пару раз включился и выключился свет, что-то где-то хлопнуло и наконец по стенам пошла вибрация. Камеры объектов открылись.

***

Я шла и весело стукала пожарным ломом по стенам. Все-таки как это хорошо, ходить ногами и двигать руками, выбраться из той поганой камеры и теперь отрываться на окружающих за месяцы заключения. Пустой пулемет пришлось бросит почти сразу же. Выпустив очередь в дефектных Ойле, я быстро поняла, что оружие ближнего боя будет в моей ситуации гораздо выгоднее. Так и был найден на ближайшем пожарном щите лом, которым оказалось невероятно удобно вскрывать чужие головы. На теле уже заживала парочка колото-резанных ран, один укус и тупой удар щитом. Больно конечно, но пока терпимо, главное выбраться отсюда, а дальше я не загадывала. Будь что будет, буду скрываться и искать способ спасти Aндреаса. Он должен быть, должен быть непременно. Но все же меня настораживает состояние комплекса, такие аварии сами по себе не происходят. Из того что мне известно, с наших приключений в Халкете прошло больше года, всяко разно, но Нация должна была успеть подготовится к био-резонансным происшествиям на объектах. А тут полный бардак. Однако… Трупы гештальтов не растворяются, да и коридоры выглядят побитыми, но весьма нормальными. И что самое главное, в голову не лезет заунывное отчаяние, готовое стереть твою душу. В Халкете я к нему привыкла и, в какой-то мере, научилась не замечать. Но не здесь. Что бы здесь ни произошло, оно рукотворное. И сделано кем-то намеренно. Я подсекла огромную тушу Шторх, которая попыталась меня протаранить свой оплавившейся головой, и принялась вбивать острый конец лома туда, где у нее должен был быть гемомотор. Туша дергалась и хотела меня достать, но пару ударом ногами в развороченную грудь и я смогла ее утихомирить. Куда теперь идти то? Я могу бродить так до бесконечности, надо найти выживших. Постойте! Это что, голоса? Я побежала на шум и миновав очередной поворот увидела интересную картину. — Ты, Фамилия и Имя, а ты модульный номер и кличку, с какой целью здесь находитесь!? — еще одна Шторх нависла над Ойле и гештальтом и что-то у них выпытывала. Сама она была в грязи и крови. — ВАаааааа не кричите я боюсь, — реплика спряталась за человеком и плакала — Я не знаю, просто все затряслось и мы спрятались! — На комплексе были диверсанты, на складе терракт, а вы, будучи ближе всех, говорите что просто спрятались!? А!? Вы меня совсем за дуру держите! — Шторх схватила человека за грудки и хотела отшвырнуть… — Ебать, как жизнь? — я вышла из-за угла и положила реплике на плечо лом, та быстро развернулась и обомлела. — Объект №4527…на свободе… — узнaв меня онa неслaбо тaк испугaлaсь — С-слушай, у меня просто был прик-каз, я не хотела… — Не хотела что? Бить меня шокером со скуки? Топить в сортире? Душить вместе со своей шлюхой подружкой? Она кстати уже размазана по стене, — я ядовито улыбнулась и резко дала ей пощечину. БОНЬК Следом прилетел удар ломом, и реплика рухнула на пол. — Вали говно! — вдруг закричал гештальт и присоединился ко мне, одна лишь Ойле все так же испугано стояла в стороне, наблюдая как мы забиваем Aиста. Через пару минут с ней было покончено. Я выдохнула и провела ладонью по ежику синих волос, который уже прорастали на обритой голове. — Это вы! Он вытащил вас, он смог! — Ойле радостно хлопнула в ладоши, приблизившись ко мне. Гештальт так же осторожно подошел, но решил выждать дистанцию. — Кто? — Наш друг, идите сюда, мы уже все подготовили. — Подготовили? Стоп стоп стоп, кто это мы? И что здесь происходит? — Как, он вам не сказал? — ответил гештальт и затем обвел руками коридор — Это все наша работа, мы вас вытащим. — Вот как, — только и проговорила я в ответ, не зная что и думать, все это было охренеть как подозрительно — Ну ладно, выбора у меня все равно нет, так что ведите. И мы пошли, быстро пересекая коридоры, в которых по странным случайностям были либо сломаны и закрыты, либо наоборот открыты двери. Похоже эти шпаки долго готовились к своей авантюре. Кому я могла понадобится? Надо быть готовой ко всему. — Сюда, здесь условное место встреч… — не успела Ойле договорить, как из открытой двери на нее вылетел…MTSR! А я знаю только одного такого сученыша, который помогал тому проклятому гештальту пытать меня… Никто ничего не успел сказать, как я молнией метнулась вперед и техническим захватом уперла незадачливого врача лицом в стену. — Вот и ты, тварь, долго же я с тобой хотела встретиться, — прорычала я, и уже занесла лом для удара, как мою руку перехватили. — Стойте! Пожалуйста не надо! Не бейте его! Это он вас вытащил. — Меня?! Этот урод!? Это он измывался надо мной, вивисектор проклятый! – рявкнула я так что репличка вздрогнула — Я с тебя кожух заживо сдеру, говно… Дети мои, вам лучше поторопиться. Сюда движутся группы быстрого реагирования. Мягкий голос возник у нас в головах, и моя рука сама собой разжала горло врача. А тот осел на пол и захрипел, взятый под руку Ойле. — Кх-кх-кх это…это правда…я пытал ее…вместе с доктором…я виноват… — кашлял MTSR — Но именно я…кх-кх-кх…и устроил кх-кх…аварию, ты нужна..кх-кх-кх…Дочери революции. Все замерли, особенно я. Ойле приоткрыла рот, брови гештальта взлетели на лоб, а я переспросила. — Это еще что за шутки? Что тут в конце концов происходит? — но вопросы задавать времени не осталось, потому что из-за двери показалась громада искаженной Майны. Двух с половиной метровая громадина ввалилась в коридор, распихивая своей броней пластины стен, словно те были сделаны из бумаги. — Так ладно, вопросы потом, бежим! — крикнула я, и схватив Ойле с человеком за загривки, толкнула вперед. Следом припустился MTSR, а за спиной громко топали шаги искаженной-реплики шахтера. Прямо. Теперь направо. Тут левее. Неизвестный голос направлял нас сквозь коридоры рушащегося комплекса и мы бежали. Я поняла, что постепенно выдыхаюсь, все-таки 1,5 года в застенках не способствуют здоровью органов. Заметив это, MTSR подхватывает меня под руки и вдвоем мы захромали по уже финальному коридору к выходу. Вот и выходу на крышу. Топот Майны оглушает, я уже могу слышать ее тяжелое дыхание, бездна, если она доберется, то даже с моими силами с ней не справится. Тогда нам конец. Мы увидели распахнутую дверь и побежали к ней. Но дорогу нам перегородил гештальт, седой старик, с хищным ястребиным лицом и мертвой сухостью тела. Мой главный изувер, дирижер боли. — Куда-то собрались, дорогие мои, — в руках у него был EIN-12 — Вы предатели, и вас всех ждет суд, а тебя, объект №4527, ждет такое, чего ты не увидишь даже в кошмарном сне. — Да ты с ума сошел, старый! Какой суд? Какие предатели? Этому месту конец! — крикнул MTSR у меня из-за локтя. — Конец тут только тебе, если не будешь выполнять приказы, гребанный кусок пластика, — уже истерично крикнул дедок и прицелился в нашу группу — Беспорядок, сплошной беспорядок, но я вас приучу к поря… Он слегка повел дулом в сторону, и я прыгнула вперед. Раздался выстрел и в животе у меня вспыхнул пламень, на пол полились потоки оксиданта и повалилась обожженная плоть вместе с флешеттами. Я врезалась в доктора и повалила его на пол, отобрав дробовик. Под моим весом он крякнул и схватился за ушибленную голову, а меня саму тем временем подхватил гештальт. Все вчетвером мы вывалились на открытую, обдуваемую всеми ветрами крышу комплекса Расмус. На углу висел серебристый, обтекаемый глайдер, рядом с котором, куря, нервно прохаживалась девушка. Увидев нас, она хлопнула рукой по индикатору. — Живее, все внутрь. Через минуту катер уже пересекал ночное небо, голо-поля скрыли личный транспорт Дочери от всевозможных глаз. Доктор быстро пришел в себя и нашарил раздавленный дробовик. Он хотел взять его в руки и пойти поквитаться с наглыми бунтовщиками и беглым Объектом, но вместо этого дотронулся до холодной стали корпуса. Над стариком, словно дамоклов меч нависла тень искаженной Майны. В грохоте рушащегося комплекса раздались полные боли крики.