Репетиция

Нил пытался унять нервную дрожь в руках. Он даже специально сложил их по швам, но всё равно ему казалось, что он не перестаёт дрожать от страха. Ему отчаянно не хватало воздуха, хотя окно в машине было открыто, а ветер то и дело трепал его волосы. Водитель уже пару раз даже заинтересованно поглядывал в его сторону, кажется, даже усмехнулся. Час от часу не легче. Стараясь абстрагироваться от неприятных ощущений, Джостен удобнее уселся на сидении и постарался расслабиться. Из этого естественно ничего не получилось. «Ничего страшного, — повторял он себе, как мантру, — это всё лишь очередная репетиция». Репетиция. Ну да. Конечно. Стоило только представить, что он окажется с Миньярдом наедине, как тут же в голове возникала мысль остановить машину (вариант выпрыгнуть на ходу тоже рассматривался) и на своих двоих бежать на край света. Где бы он ни был, этот самый край. Даже если он у чёрта на рогах, Нил не против. Он и туда готов добежать. Когда они репетировали с Эндрю на съёмочной площадке, то было другое дело. Там много народу: вездесущая Элисон, которой постоянно что-то не нравилось, но которая могла угомонить нрав Миньярда, её жена, которая постоянно успокаивала девушку, художники по костюмам, операторы, просто какие-то люди, постоянно шныряющие туда-сюда (честно, Нил так и не понял, что именно они делают на площадке и в чём заключается их работа… Но раз они были там, то значит так надо было). Одним словом, там помимо их с Эндрю была ещё масса людей. И Нилу было не страшно. А вот репетиция с Миньярдом у него дома… Добром это не кончится. Тут даже к гадалке ходить не надо. Наверное, сейчас на его лице действительно отображался весь спектр эмоций, который он испытывал на данный момент, потому что водитель даже постарался его успокоить: — Да не нервничай ты так, — пожурил он, не отвлекаясь от дороги. — Не съест он тебя. Джостен натянул улыбку в ответ. Его успокаивает водитель. Водитель, который видит его в первый раз в жизни. «Браво, Нил, — сам себя похвалил парень. — Ты истеричка. Грохнись ещё в обморок перед Эндрю, и тогда «Оскар» точно у тебя в кармане». — Я давно с ним работаю, — меж тем продолжил Чак или Рон? Нил не особо запомнил его имя. — Он адекватный. Хоть на первый взгляд так и не скажешь. «Адекватный?» — Джостен про себя усмехнулся. Наверное, Чак или Рон не знает истинного значения этого слова. Эндрю Миньярда не назовёшь адекватным. Честно признаться, Нил уже порядком устал от всех его выходок. Сколько раз он уже подумывал о том, чтобы бросить всё к чертям и отказаться от этой роли. Плюнуть на всё, выслушать много гневных реплик от Элисон, может даже и от Ники, разорвать ненавистный ему сценарий (ладно, хорошо, фильм неплохой, если бы только не сцены с поцелуями) и уйти с гордо поднятой головой. Но затем он вспоминал слова Рейнольдс о том, что Миньярд так изводит всех новичков, и дело не только в самом Ниле. И что такими выходками, он как говорится, избавляется от «непрофессионалов», что вдруг захотели славы. Тогда Нил понимал, что своим уходом, он только подтвердит то, что ни на что не годен. Он даже представлял себе, как бы вёл себя Эндрю, узнай что он сдался и всё бросил. Миньярд бы сверкал от счастья. А уж этого Нил ему не подарит. Наверное, не стоит уточнять то, что Миньярд, благодаря своей популярности, предпочитал уединённый образ жизни? Его загородный дом, конечно, поражал своей громадностью, но разве это удобно? В смысле, что сюда они добирались по крайней мере часа три, если не больше. Выходит, Эндрю всегда проделывает такой путь обратно в город на съёмки? Наверное, он поэтому постоянно опаздывает. И поэтому такой злой, если у них утренние репетиции? Так. Нет. Стоп. Ему всё равно, какие причины у Миньярда быть мудаком по утрам. Или вообще по жизни. Стоит лучше обдумать то, что ему предстоит репетировать с Эндрю… Поцелуй. Убейте Нила или просто дайте сбежать ему на Аляску. Это будет ужасно. Он знал это наверняка. У них и так с трудом получались совместные сцены… А здесь чёртов поцелуй. Но, с другой стороны… Он же актёр. Ладно, это, возможно, громко сказано. Лучше «начинающий актёр». Так немного правдоподобнее. Ну так вот, он начинающий актёр… И ему должно быть всё равно с кем целоваться, ведь так? И всё же Нил лучше бы поцеловал голодного тигра, чем Эндрю Миньярда. Даже это было бы безопаснее. — Эй, — голос Чака или Рона (может всё-таки лучше спросить его имя? Что бы не гадать каждый раз?) вывел Нила из задумчивости. Оказывается они уже давно приехали и остановились неподалёку от железных ворот. — Приехали. Сейчас будем ждать. Нил вопросительно посмотрел на водителя, а тот просто кивнул в строну ворот, у которых толпились журналисты. Они словно стая ворон собрались у главного въезда, в ожидании, когда им удастся застать Миньярда. — И что нам теперь делать? — спросил Нил. Он прильнул к окну и стал разглядывать безумную толпу. — Я же сказал, что мы ждём, — водитель ответил так, словно разговаривал с маленьким ребёнком, которому всё приходилось разжёвывать на пальцах. Кажется, из-за своих переживаний он успел упустить что-то важное. Но спрашивать, что именно, он не решился. Чак или Рон тем временем достал телефон, что-то себе пробубнил под нос и расслабленно откинулся на водительском сидении. Нил решил последовать его примеру. Если это значило, что встреча с Миньярдом откладывается на неопределённый срок, то он готов даже просто в машине посидеть. Так даже лучше. Он даже как-то немного приободрился, но… Не с его счастьем, ведь так? Толпа журналистов оживлённо загалдела, когда за воротами показался Эндрю. Его сопровождали два телохранителя, но даже это не остановило журналистов от того, что бы буквально накинуться на него, когда он к ним вышел. Начался ещё больший галдёж, вспышки фотокамер, толкучка, полилась тонна вопросов, на которые парень как ни странно отвечал с лучезарной улыбкой на лице. Он даже, кажется, умудрился дать автограф какой-то журналистке, размашисто расписавший маркером… на её… груди. Да. Декольте той журналистки явно помогало девушке добиваться желаемого любыми способами. Нил засунул голосову обратно в салон, ещё ниже съехал на сиденье, молясь богам, чтобы его не увидели. Если они это сделают, то его хватит удар. Да, конечно, он не так популярен как «некоторые», но он помнил слова Элисон о том, что никаких интервью без её прямого участия. «Засуну тебе каблук в задницу, Нил Джостен, — постоянно повторяла девушка. — Хоть и люблю тебя. Но всё равно засуну. Глубоко. Поэтому никаких самостоятельных интервью». Но на смену опасений быть замеченным журналистами, тут же пришла злость на Миньярда. Если он к ним вышел, значит их репетиция отменяется? Можно же было быть человеком хоть раз в жизни, а не скотиной белобрысой, и хотя бы скинуть ему смс! «Тоже мне… Звезда», — злостно подумал Нил, сложив руки на груди. — Сейчас всё закончится, — водитель снова обратился к Джостену. — Чуть-чуть осталось. Парень лишь раздражённо дёрнул плечом. Он вовремя себя остановил, чтобы не огрызнутся водителю, который просто выполнял свою работу. Чак или Рон не виноват в том, что Миньярд оказался, как обычно, мудаком и не предупредил его об отмене репетиции. Вопрос только был в том, чего именно они ждут. И как только Нил решил всё-таки спросить о том, когда его уже отвезут домой, раз, как он понял, репетиции не будет, до него донёсся разочарованный шум журналистов, которые уже оказывается провожали «звезду» к другой машине, что уже успела подъехать к воротам. Особо наглых, что не давали Эндрю сесть в салон, стал уже откровенно отгонять Роб. Вот имя этого громилы с огромным шрамом на пол лица и ростом в метра два, Нил запомнил хорошо. Так как именно его он испугался как огня, при первом знакомстве с Миньярдом. После первой встречи с Робом, Нил думал, что ночные кошмары на ближайшее время ему обеспечены. Благо, у журналистов хватило ума, не лезть на рожон и всё-таки дать Эндрю спокойно сесть в машину. Провожали они её с видом собак, у которых только что из-под носа увели сладкую косточку. Радовалась, наверное, только та журналистка, которая получила от звезды «эксклюзивный» автограф. Машина в которой увозили Эндрю, проехала мимо них, и громко просигналила, от чего Нил вздрогнул. «Какой же он мудак, — наблюдая за удаляющейся машиной, подумал Нил. — Хуже мудака не сыщешь». Что касается журналистов, то они ещё немного покараулили под воротами, что-то между собой обсуждая, и, видимо, решив, что им больше ничего не светит, стали потихоньку расходиться. Честно, Нил на секунду испугался, когда ему показалось, что та самая журналистка с большими «глазами» заметила, как он снова заинтересованно выглядывает из окна. От греха подальше Джостен съехал обратно на сиденье, и стал искать положительные стороны этого происшествия. А они были. Вернее одна, но, наверное, главная. Репетиции один на один с Эндрю не будет. И это безумно радовало. К чёрту. Лучше они будут репетировать на площадке. Расстраивало только то, что он ехал сюда столько времени. — Всё, — кажется, Чак или Рон тоже выдохнул с удовольствием. — Пошли. Нил не понимающе на него посмотрел. Что? Куда? Зачем? Он уже домой собрался. — Эм… Куда? — аккуратно поинтересовался у него парень, но Чак или Рон (Нилу точно нужно спросить, как его зовут) уже вышел из машины. Не понимая, что происходит, Джостен взял сумку, в которой лежал злосчастный сценарий (а ещё и спортивный костюм, ведь после репетиции у него ещё и тренировка в зале) и покинул салон машины. Как только он это сделал, то стразу же понял, как сильно затекло всё тело, пока они ехали. Затекло абсолютно всё. Руки. Ноги. Шея. Даже задницу он умудрился себе отсидеть. — Куда мы идём? — спросил Нил, когда поравнялся с водителем, который шёл в сторону ворот. — У вас же репетиция, разве нет? — вопросом на вопрос ответил он. — Пошли, а то вдруг они вернутся. Получив такой «развёрнутый» ответ, Джостен понял, что никто ему ничего объяснять не собирается. А может ему рассказывали во время поездки? А он так сильно был увлечён своей истерикой, что не заметил? Джостен перекинул спортивную сумку через плечо и молча последовал за Чаком (он решил, что его будут звать Чак, потому что устал угадывать). По дороге он успел осмотреть шикарный двор, (маловероятно, что за этим двором ухаживал сам «звездун»), а так же и дом, весьма внушительных размеров. Хотелось надеяться, что в будущем гонорары Нила тоже позволят заиметь ему такой же. Ну, или может немного поменьше. Когда Чак поднялся на крыльцо, то постучал пару раз в массивную дверь. Она открылась так быстро, будто тот, кто был за ней, только и ждал, когда они постучат. А открыл им никто иной, как… Эндрю? Нил даже поморгал пару раз для надежности, но нет. Миньряд никуда не испарился и всё так же стоял за порогом. Только выглядел он… Странно? Джостен привык видеть его в сплошь да рядом дизайнерских вещах… Чёрт, да он же буквально только что выходил к журналистам весь одетый как с иголочки… Со слепящей улыбкой и самовольным видом. А теперь вот стоит перед ними. Дома. В обычной белой футболке, с яркой кричащей надписью «Fuck off», и в пижамных штанах, в тёмную клетку. С ужасными мешками под глазами и спутанными торчащими в разные стороны волосами. — Как ты и просил, — водитель немного отошёл, кивая в сторону Нила. — Привёз в целости и сохранности. Нил сначала перевёл взгляд на Эндрю. Потом на Чака. Потом обратно. Что здесь происходит? — Супер, — Миньярд пожал руку водителю и посмотрел на Джостена. — Тебе особое приглашение нужно? Вообще-то да! Вообще-то нужно сначала объяснить Нилу, что происходит и какого чёрта Эндрю двое (он почкованием размножается, да?), а ещё почему этот «звездун» выглядит так по-обычному и разговаривает с ним обычным нормальным тоном. Куда делся гадкий Эндрю? Что за сбой в системе? Не услышав от Нила ответ на свой вопрос, парень, как обычно, закатил глаза (слава богу, хоть это движение было привычное для Джостена) и спустился с крыльца (этот придурок ещё и босиком вышел), взял Нила под локоть и, попрощавшись с Чаком, повёл парня в дом. Когда за ними закрылась дверь, Нил немнонго оклемался и понял, что Миньярд не плод его воображения. Он действительно настоящий. Странный и настоящий. — Как тебе представление? — спросил он, отпуская Нила. Джостен промолчал. Что именно из этого было представлением? То, что «второй он» вышел к журналистам? Или то, что он ведёт себя как обычный человек, а не как мудак, который портил его жизнь последние четыре месяца? — Весело было? — Миньярд устроился у тумбы, облокотившись на неё и скрестив руки на груди, по всей видимости ожидая, пока Джостен додумается снять куртку и кроссовки. Они оказались в просторном коридоре, и Нил не знал, что ему делать дальше. Стоять столбом? Бежать вприпрыжку? Стукнуть себя по голове и не рассматривать Эндрю? Или же снять куртку? Слишком много вариантов. — Честно… Я не понял, что это было, — признался он, решив, что самым разумным будет сначала снять куртку. — Это был мой брат, — пожал плечами Миньярд, внимательно наблюдая за действиями Нила, отчего тот снова начал нервничать и даже умудрился запутаться в рукавах собственной куртки. — У тебя есть брат? — спокойно спросил Джостен, надеясь, что Эндрю не решил, что он окончательный идиот, раз даже с курткой не может справиться. Проклятая рука застряла в рукаве, и ему казалось, что он сейчас оторвёт либо руку, либо порвёт куртку. Что из этого было хуже, Нил не знал. — У меня не может быть брата? «Я думал, что ты почкованием размножаешься», — чуть ли не выпалил Нил, но вовремя прикусил язык, стараясь всё ещё справиться с проклятым рукавом. — И часто он выдаёт себя за тебя? Ответа не последовало. Вместо этого Миньярд подошёл к Нилу, от чего тот сначала вздрогнул, а затем и вовсе чуть не подпрыгнул на месте. — Ты как заяц, — хмыкнул Эндрю и одним лёгким движением помог ему выпутать руку. — Такой же шуганный. — А кто в этом виноват? — съязвил Джостен и тут же больно прикусил себе щёку. Он не хотел этого говорить. Возможно. — Я? «Ты. Твоё странное дружелюбное поведение. Твой странный вид. То, что ты находишься ко мне очень близко. И мы с тобой не на съёмках. Как ни крути, виноват ты». — Нет, не ты, — Нил сделал шаг назад и, кажется, спиной чуть не снёс вешалку, что была за ним. Если он продолжит в том же темпе, то скоро разгромит Миньярду весь дом. — Я… Я всегда нервный. И спасибо. Эндрю просто пожал плечами. Он снова отошёл от Нила и опять встал у всё той же тумбочке. Ему там мёдом намазано? Или это его любимая тумбочка? И почему это так волнует Джостена? Опять же, постаравшись взять себя в руки, парень повесил многострадальную куртку на вешалку. Он даже не удивился, когда у него это получилось со второго раза, благо она хоть не упала на него. «Ура, Нил. Ты не справился с курткой, но вешалке ты показал, кто здесь главный. Завтра все на съёмочной площадке будут знать о том, какой ты неуклюжий», — пожурил сам себя парень, пока снимал кроссовки. И всё равно, даже если он и не видел (война со шнурками была в самом разгаре), то чувствовал на себе внимательный взгляд. Жуть. Почему Миньярд его так рассматривает? Что с ним не так сегодня, что он удостоен такого внимания? — Тапочки дать? Теперь он ещё и радушного хозяина включил? Пожалуйста, кто-нибудь верните обратно мудака Миньярда. От того «Эндрю» Нил, по крайней мере, знал, чего ожидать. Более менее… — Нет, спасибо. Бой с кроссовками был завершён, и, слава богу, даже без потерь. Шнурки остались целы (хоть они каким-то образом и умудрились завязаться в узел, вместо того чтобы развязаться, но это было не смертельно), кроссовки тоже, и Нил остался собой доволен. — Тапочки лучше возьми, — хмыкнул Миньярд. Он присел как раз у той самой тумбочки (где ему было мёдом намазано) и стал в ней рыться, как понял Нил, в поисках тапочек. «И приз в категории хозяин года, достаётся Эндрю Миньярду», — ехидно подумал Джостен про себя, наблюдая, как сам великий «звездун» достаёт из тумбочки ему тапки. Господи, кому рассказать, не поверят. Скажут, что Нил сошёл с ума и ему привиделось. — Вот, — перерыв всю тумбу (у него там склад тапочек? Он… Тапочкоман?), Миньярд наконец-то достал то, что искал. — Подходят под твои шедевральные носки, — он кивнул сначала на ярко-оранжевые тапки, а затем и вниз на ноги Джостена. — Миленько, даже очень. И тут Нил осознал весь ужас ситуации. Утром он собирался сумбурно, и, как обычно, когда спешишь и нервничаешь, то берёшь вещи не глядя. Так и вышло с носками. Ярко-оранжевые, с былыми лисьими мордашками. Подарок Ники естественно. Щёки налило жаром. Теперь его лицо и волосы на голове были, кажется, одного цвета. — Где купил? — рассматривая Джостена, спросил Эндрю. — Тоже такие хочу. Если он решил таким способом довести Нила до истерики, то у него получалось очень даже хорошо. Ещё немного, ещё один казус, и Джостен точно сбежит отсюда, куда глаза глядят. Возможно, даже без кроссовок и куртки. Возможно, даже в сторону Аляски. Молча надев тапочки, Нил сделал пару глубоких вдохов, а так же пару спасительных шагов назад и, приняв самый невозмутимый вид, на который был способен, спросил: — Мы репетировать будем? — Ну, если ты умирать не собрался, то пошли, — ответил Миньярд и, обогнув Джостена, пошёл в сторону, кажется, гостиной. Нил молча проследовал за ним. Как ни странно, светлая уютная гостиная была обставлена в минималистическом стиле. Нил думал, что увидит здесь… Ну допустим старинные гобелены (ну, а вдруг) или вычурную дорогою мебель… Или, возможно, кучу слуг, что хвостиком бегали за «звездуном» и исполняли любую его прихоть (откуда такие мысли взялись в голове, он и сам не знал). Но нет. Всё, что находилось в гостиной, так это пару огромных диванов, плазма, что весела на стене и кофейный столик… Даже стеллаж с книгами нашёлся. Серьёзно? Миньярд книги читает? Хотя… Нил понял, что по факту существовало два Эндрю (и он сейчас не о брате, который оказывается есть), только вот какой из них настоящий? С одной стороны у нас есть мистер «звездун», мистер «ежедневный скандал», мистер мудак, и мистер «я стану твоим кошмаром на все месяцы съёмки». Человек, у которого даже спрашивать лишний раз ничего не хочется, просто потому что в ответ вы услышите только колкости и, возможно, посыл на все три весёлых буквы. А с другой стороны… Как оказалось есть другой Эндрю. Который стоит сейчас в своей собственной гостиной босиком, в пижамных штанах и, кажется, даже с отпечатком от подушки на правой щеке. Эндрю, который лично искал для него тапочки и который похвалил… его носки? Серьёзно? А может это не настоящий Миньярд? Как выяснилось у него есть брат, который похож на него как две капли воды. Мог ли Эндрю устроить такой розыгрыш? Для Нила? «Так. Ладно. Нет. Стоп. Ещё рано для теорий о мировом заговоре». — Пить что-то будешь? — спросил Эндрю, когда они вошли в гостиную. Как оказалось, на одном из диванов лежала подушка и одеяло. Он там… спал, до того как приехал Нил? — Эм… — всё внимание было приковано к действиям Миньярда. Он спокойно сложил одеяло, убрал подушку, и под ней Джостен заметил книгу. Ну всё. Жизнь Нила теперь не станет прежней. — Чай, кофе? — буднично спросил Эндрю, не замечая удивления на лице Нила. — Мышьяк? — Мышьяк? — Я же тебе сказал, что ты похож на того, кто собирается помирать, — взяв сложенную постель на руки, Миньярд повернулся к Нилу и продолжил: — поэтому вдруг тебе нужна с этим помощь? — Нет. Спасибо, — усмехнулся Нил. Вот такие подколы были вполне в духе Эндрю. Джостен даже немного расслабился. — Тогда я сейчас вернусь. Проводив парня взглядом, Нил уселся на один из диванов. Вдоволь оглядев обстановку, он пришёл к выводу, что оказывается Миньярд ещё и любителем вазонов оказался. Комната была усеяна разномастными видами комнатных растений. По всей видимости за ними очень хорошо ухаживали, так как все они имели довольно цветущий и пахнущий вид. На секунду он даже представил, как Эндрю самолично поливает эти маленькие горшочки, миленько при этом разговаривая со своими растениями. Всё в тех же пижамных штанах, босиком, с такими же растрепанными волосами и, возможно даже с отпечатком подушки на правой щеке. Джостен помотал головой. Что за бред лезет ему в голову? Это всё нервы. Нервы и истерика, которая ещё не совсем его отпустила. Тем более… Если уж углубляться в этот вопрос ещё больше (зачем Нил? Зачем?), то ведь за цветами может ухаживать допустим… Домработница? Ну или… девушка? Эндрю может жить с девушкой, например? Кто его вытерпит, находясь при этом в здравом уме, вопрос, конечно, интересный… Но ведь кто-то может? Нил несильно интересовался личной жизнью своих коллег по съёмочной площадке. Ему, если честно, было всё равно, кто там и с кем спит. Он вот лично спал дома со своими котами и его это устраивало. А вот что делали там остальные… Это, грубо говоря, было не его делом. «Соберись, Нил. Соберись, — сам себя уговаривал Джостен, рассматривая оранжевые (рыжие?) тапки на своих ногах. — Тебе нет никакого дела до Эндрю. Особенно до того, с кем он живёт. И как он живёт. Пусть хоть живёт вместе с гориллой. Тебе всё равно. Вы с ним отрепетируете… поцелуи. И ты забудешь весь этот день как кошмарный сон». Шумно выдохнув воздух и откинувшись на спинку дивана, Нил увидел, что оказывается, всё это время он не отпускал свою спортивную сумку, даже рядом с собой на диван её поставил. Решив, что лучше сразу же взять быка за рога, Джостен полез за сценарием. Пока Эндрю отсутствовал, можно было ещё раз его изучить. А особенно пятидесятую страницу. Ну или шестьдесят пятую? Боже. Слишком много поцелуев для боевика. Час от часу не легче. Натаниэль Веснински приходит домой к агенту ФБР — Николасу Харту. Харт отпустил Натаниэля, хотя мог его сдать и усадить за решётку. Но Ник почему-то этого не сделал. Почему? Неужели поверил Натаниэлю? Или может агент ФБР ведёт свою игру? Как понять? Но выбора не было. Нату больше некому доверять. Он остался один против прихвостней отца, которые любой ценой были готовы доставить Натаниэля к «Балтиморскому Мяснику». После того как Нат сбежал от него в последний раз, «Мясник» изменил приказ. И теперь… Веснински могут и прибить. А отцу отвезти его голову в качестве трофея. Именно поэтому ему пришлось доверится Николасу… И лишь только поэтому Натаниэль сейчас здесь… Интересно как пройдёт их беседа?.. Нил протяжно завыл. «Никак не пройдёт беседа. Засосёт он тебя, придурок, ты, Веснински, по самое не могу!» — Ты даже сценарий взял? — голос Миньярда заставил Нила вздрогнуть и оторвать глаза от сценария. Эндрю стоял в дверях гостиной с двумя чашками в руках. Он был в тех же пижамных штанах и всё ещё босиком. — Эм… Ну да. — Нил отложил сценарий. — Мы же ну… Репетировать будем? — Будем. Просто я думал, что ты его уже наизусть успел выучить, — просто пожал плечами Эндрю. Он подошёл к Нилу и протянул ему чашку. — Вот. Чай. С подозрением оглядывая протянутый напиток, Джостен нервно хихикнул. — С мышьяком? — Не-а, — Эндрю буквально впихнул чашку в руки Нила и сел на диван, который стоял напротив. — Зелёный. С ромашкой. А то нервы у тебя ни к чёрту. Тем более, если не ошибаюсь, то ты не особый любитель кофе. Ты у нас по чаю. Я видел, как вы с Рене спелись дуэтом на почве любви к зелёному чаю. Вот тебе раз. Откуда Миньярд в курсе таких подробностей? — Ты… Ты наблюдал… За мной? — А это проблема? Да! Естественно. Конечно. Это проблема! Мирового масштаба, никак не меньше! — Не то чтобы… — Нил неуверенно поёрзал на диване. — Просто… Это странно? Теперь пришла очередь удивляться Эндрю. — Почему? Потому что сейчас устоявшийся образ Миньярда в голове рушился на глазах. Он не хамил ему (шутка о мышьяке была довольно смешная), сам ему тапочки подавал (а это очень важно между прочим!), ещё и оказывается, что Эндрю знает, что Нил не переваривает кофе и просто обожает зелёный чай с ромашкой! Уму не постижимо. Что происходит? Сегодня Земля решила вертеться в обратную строну? Вместе со вселенной? Марс в зените? Или Меркурий? — Ты потом в зал? — Эндрю бросил свой взгляд на спортивную сумку. Нил, кажется, только сейчас снова дышать начал. Спасибо Эндрю за то, что тот решил сменить тему. Иначе Джостена сейчас удар хватит. И он так и не сможет добежать до Аляски. Босиком. — Да… Что-то вроде того, — Нил сделал глоток чая. Блаженство как никак. Как люди могут пить кофе? — Завидую белой завистью, — усмехнулся Эндрю. — Честно. — В смысле? Чему? — Тому, что, пока ты неизвестен, у тебя есть возможность ходить в спортивный зал, без опаски того, что тебя там подстерегают журналисты. Ну или куда ещё ты там ходишь. Советую тебе этим наслаждаться. Пока есть возможность. Потом её не будет. Эти слова стали последней каплей для Нила. Он отставил чашку с чаем на кофейный столик, что удобно стоял между диванами, и, собравшись с силами, спросил: — Ты сейчас надо мной издеваешься?! — С чего ты это взял? — Как с чего?! Ты… ты ведёшь себя нормально! — Джостен стал загибать пальцы на руке. — Ты мне не хамишь. Ты… Ты ведёшь себя как добродушный хозяин. Ты с какого-то перепугу знаешь, что я не перевариваю кофе. У тебя есть с какого-то перепугу брат, хотя до этого я думал, что такие, как ты, почкованием размножаются! Эндрю засмеялся. Громко. Заливисто. Искренне. От неожиданности Нил забыл о том, что хотел ещё много чего высказать. — Скажи, а ты когда-нибудь слышал о сценическом образе? — сквозь смех спросил Миньярд. — Или нет? — Ты сейчас хочешь сказать… что… Твой сценический образ — быть мудаком, который портит людям жизнь? — А почему бы и нет? — успокоившись, спросил Эндрю. — Мне ведь он подходит. Разве нет? Если ты хочешь зарабатывать большие деньги, то даже станешь балетную пачку носить вместо обычной одежды. Только чтобы создать себе скандальный образ. Дайте Нилу валерьянки. Чай с ромашкой уже не помогает. Он окончательно запутался. И не мог понять, где настоящий Миньярд. Там на съёмочной площадке? Или здесь у себя дома? А может это часть розыгрыша? А может это его брат близнец? Теория мирового заговора решила снова напомнить о себе. Может, они местами поменялись? И сейчас вот разыгрывают Нила? — А что твой брат? — настороженно поинтересовался он. — Так почему тебя так сильно интересует мой брат? — Эндрю вопросительно выгибает бровь. — Понравился что ли так сильно? — Что?! Нет, конечно. — Нил даже чуть не подпрыгнул на месте. — Он же на тебя похож как две капли воды! — А я тебе значит не нравлюсь? — В… Каком смысле? — Во всех? Занавес. Хороните Нила. Только желательно в этих же оранжевых тапочках (к черту всё. Нил идёт против стандартов) и в этих же оранжевых носках. Возможно, чтобы было уж совсем весело, то и в оранжевом костюме? Сложный вопрос, над которым стоит задуматься. — А у тебя тут, кстати, очень даже мило. «Гениально, Нил! Браво! Ты сменил тему так незаметно и грациозно, как только мог. Оскар этому молодому и подающему великие надежды актёру. На бис!» А что делать? Ведь не отвечать на этот вопрос. Это очень странный вопрос. Особенно, если его задаёт Эндрю. Не нравится ли он ему? Ну, а как может нравится человек, который постоянно издевается над ним? Который постоянно грубит и… Ведёт себя как последний мудак! Не нравится он ему! И точка. — Мило? Ты о чём? — Миньярд явно не это ожидал услышать в ответ на свой вопрос. Ну, а что делать? Пусть наслаждается тем, как Нил Джостен умеет филигранно (нет) менять темы для разговора. — Ну, я имею в виду, обстановку, — объяснил Нил, наслаждаясь удивлённым видом Эндрю. Это было что-то с чем-то. — Особенно вазончики у тебя тут такие… Никогда бы не подумал, что ты любитель такого. — Если ты об этом гербарии, то на этом настояла Гретта. Она говорит, что растение в доме — залог здоровой и гармоничною среды. И поверь мне, с ней лучше не спорить. Значит у Эндрю всё-таки есть какая-то девушка. Которая с ним живёт. С которой он боится даже спорить. Что же там за дьяволица такая? Неужели Эллисон номер два? Неужели эта самая Гретта имеет на Миньярда столько влияния? И почему факт наличия этой самой девушки, так сильно раздражает самого Нила? — Твоя девушка молодец. Ну… То есть она права насчёт… Миньярд рассмеялся снова. Опять громко. Опять внезапно. — Гретте пятьдесят шесть, и она моя домработница, — отсмеявшись, пояснил он, при этом внимательно рассматривая Нила. — Это так. Просто факт. Чтобы ты был в курсе. — Да мне как-то… Всё равно, — невнятно пробормотал Нил. Он вспомнил о существовании ещё не допитого чая и, схватив чашку со стола, словно спасательный круг, уткнулся в неё взглядом. Разглядывать остывший чай было лучше, чем смотреть на Эндрю и чувствовать, как от такого взгляда щёки почему-то наливаются румянцем. Ещё можно было, допустим, разглядывать тапочки. Они вон какие оранжевые. Может себе стоит такие купить? — Может начнём? — предложил Миньярд как будто ни в чём не бывало. — А то ты так скоро кони двинешь. И тогда придётся тебя хоронить в оранжевых тапочках и твоих мегашикарных носках. Теперь пришла очередь засмеяться Нила. Неужели у дураков мысли сходятся? Ему, кажется, даже немного полегчало. — Вау. Ты умеешь не только нервничать и помирать, но и смеяться, — похвалил Эндрю. — Тогда не всё потеряно. В его словах не было издёвки или сарказма, и Джостен окончательно потерялся. Он как будто успокаивал его. — Если не упадёшь в обморок после репетиции поцелуя, то я тебе даже эти тапочки подарю. Нил удивлённо посмотрел на Эндрю. — В смысле? — Ты их так внимательно рассматривал… Конечно. Лучше смотреть на тапочки. А не на тебя. Но естественно он этого не скажет. Поэтому он решил спросить следующее: — Эм… А тебе не надо… Ну… Повторить сценарий? — поинтересовался он. — И какую сцену… Мы будем репетировать? — Не-а. У меня хорошая память, — отмахнулся Миньярд. — А насчёт сцены… Ну, давай ту, где Натаниель первый раз бывает у Харта дома. — Ох, ну… Ладно. Тогда начнём? — Да… Только ты выйди из гостиной и зайди обратно. Ну… для реалистичности? Нил кивнул. Так, наверное, будет лучше. И тем более у него будет время войти в образ. А ещё возможность сбежать? Интересно… сколько ему понадобится времени, чтобы добежать до Аляски? Поразительно. Две минуты назад он вроде бы успокоился. А стоило понять, что сейчас… вот сейчас ему нужно будет… целовать Эндрю, то он уже обдумывает своё весёлое будущее с белыми медведями. Они же живут на Аляске? «Спокойствие, Нил. Только спокойствие. Ты же актёр». «Аляска, жди меня». — Всё нормально? — спросил Миньярд. — Или ты ушёл в панику? — Нет, нет. Никакой паники. Всё окей. — Тогда начнём? Нервно усмехнувшись и отставив чашку с так и недопитым чаем, Нил поднялся с дивана. Он взял с собой проклятущие страницы и хотел уже направиться в коридор, как Миньярд его остановил: — Сценарий оставь. — Эм… Ты же сказал… — Нет, нет. Мне его повторять не надо, — ухмыльнулся Эндрю. — Хочу, чтобы ты просто всё сыграл без него. — Без сценария? — Ага. Будем ещё и имровизации тебя учить. Супер. Теперь главное только поискать где-то своё самообладание, которое, кажется, спряталось в один из цветочных горшочков, и он определённо точно справится. — Ну, без сценария, так без сценария! — он согласно поднял руки и положил сценарий на стол. — Тогда… я пошёл? — Угу-м. Покинув гостинную и закрыв за собой дверь, Нил пару раз глубоко вздохнул. Сейчас он Натаниэль Веснински. Точно. И там, за дверью, его ждёт не Эндрю Миньярд, который своим поведением доводил Нила до сердечного приступа, а Николас Харт. Агент ФБР. Главное не забывать о том, что это всего лишь очередная репетиция. Главное не забывать. Без стука войдя в гостиную, Натаниэль огляделся. Он застал Харта, сидящим на диване и листающим какие-то документы (Сценарий гад читает! Хорошая память у него. Ага. Конечно. Чёрт. Там же были пометки самого Нила. Чёрт. Он там даже рожицы смешные рисовал. И подписал каждую именами своих коллег по площадке. Чёрт). Весь его вид (вот как у Миньярда даже в пижамных штанах получалось выглядеть настоящим агентом ФБР?) давал понять, что он был прекрасно осведомлён о том, что Веснински его навестит. — Ты задержался, — не отрывая взгляда от бумаг, ухмыльнулся Харт. — Я ждал тебя раньше. Его ждали. Натаниэль уже давно отвык от того, что его ждут. Он неспешным шагом прошёл в просторную гостиную. Медленно её осмотрел, оценил то, как живут агенты ФБР, и без приглашения присел на диван, напротив Харта. — Могу я поинтересоваться… Зачем ты меня ждал? — Веснински решил первым начать разговор. Ему надоели эти игры. — Хотел узнать чем могу тебе помочь. — Николас отложил документы (боже, Нил понадеялся, что Эндрю не увидел нарисованную рожицу со своим именем) на кофейный столик и принялся пристально рассматривать Натаниэля. — Тебе ведь нужна помощь. Нужна. В этом он был прав. Но какой ценой? — Не верится, что ты станешь мне помогать просто так. — Почему просто так? — удивился Харт. — Я намерен получить возможность лично разобраться с твоим отцом. — В смысле? — У меня с ним личные счёты, — признался Николас. В его голосе послышались злобные нотки. — Так что это не помощь тебе… а личная выгода? — То есть ты не собираешься сажать его за решётку? — Я собираюсь уложить его в гроб. Такой расклад очень нравился Натаниэлю. — Всё, что я хочу от тебя… Это только чтобы ты рассказал, где находится сейчас Патрик. И поверь мне… Я смогу затем обо всём позаботиться. Натаниэль усмехнулся. Вот оно что. Харт ещё хочет и до Патрика добраться. Ну уж нет. Он может и подлец, но не крыса. И человека, который буквально спас ему жизнь, он ни за что не сдаст. — Вынужден отклонить твоё предложение, — Натаниэль резко поднялся с дивана. — Увы. — Я не собираюсь сдавать его полиции, — поднимаясь вслед за Веснински, сказал Николас. — Даю тебе слово. — Засунь его себе в задницу, — отмахнулся парень. — Счастливо оставаться. — Мы не договорили! — Пошёл на хрен, — огрызнулся Натаниэль. Он развернулся, чтобы собраться выйти в коридор, но его остановили. Одним резким движением Харт схватил его за плечи и прижал к стене. Держал он крепко. Смотрел пристально. — А хочешь узнать, зачем я действительно это делаю? Настоящую причину? Натаниэль медленно кивнул. — Ты сводишь меня с ума, — тихо прошептал уже сам Эндрю. Так. Стоп. Они ещё репетируют? Или нет? Что произошло? Это было в сценарии? Или нет? Нил запутался. — Что… Что ты делаешь? — с предыханием спросил Нил. Становилось невыносимо жарко. Взляд Эндрю гиптонизировал. Джостену казалось, что сейчас, вот именно в эту минуту, земля окончательно уйдёт из-под его ног. Но руки Миньярда держали крепко. И надежно. Он совершенно сбился с сценария. Там вроде было совсем не так. Там Натаниэль должен был сказать что-то едкое… Но ему показалось это сейчас таким неважным… Сейчас был важен только стук сердца и еле слышный шёпот практически у самых его губ: — А ты не знаешь?.. Вначале было лишь лёгкое прикосновение губ. Аккуратное. Настороженное. Изучающее. Нил вздрогнул, но на этот раз, он не отпрянул. Явно удовлетворённый такой реакцией, Миньярд усмехнулся лишь краешком губ и утянул Нила в настоящий поцелуй. Джостен закрыл глаза, и потерялся в приятных ощущениях. Поцелуй с Эндрю был подобен снежному вихрю. Яркий. Напористый. Вызывающий дрожь во всём теле. Нил услышал стон и не понял, кто из них издал его. Сейчас было трудно понять, где начинался сам Джостен, а где начинался Миньярд. Они словно стали одним целым. Ещё никогда Нила не целовали так жадно. Так страстно. Этот поцелуй будет снится ему ещё ни одну ночь. Первым отстранился Эндрю, а Нил открыл глаза. Щёки Миньярда пылали алым, и это выглядело так потрясающе, что парень не удержался и аккуратно коснулся её рукой. — Для первого раза неплохо, — голос Миньярда был охрипшим. — Очень даже неплохо. — Странно, что я в обморок не упал, — постарался отшутиться Нил. Странно, что он мог разговоривать. Ему казалось, что он навсегда забыл, как говорить или дышать. — Я всё равно бы не дал тебе упасть. Нил замер. Он всё ещё держал руку у щеки Миньярда, и тот, заметив его, кажется, совсем испуганный взгляд, аккуратно потёрся о ладонь Нила. Словно большой и ласковый кот. — Ты сейчас на кота похож, — честно признался Нил. Он не знал, зачем это говорит. И когда настолько успел осмелеть? Но ему было сейчас всё равно. — Зеберёшь меня к себе домой? — игриво спросил Эндрю. — Я бы познакомился со своими собратьями. Нила даже не удивило то, что он знает о наличии котов у него дома. — Это ты сейчас ко мне в гости напрашиваешься? — Если пригласишь. — А если нет? — Я не люблю так легко сдаваться. Буду напрашиваться и дальше. Джостену нравилась такая упёртость Эндрю. И, возможно… Пора признаться самому себе, что и сам Миньярд вызывал в нём интерес. Он отмахивался от этих мыслей сколько мог и теперь, кажется, сдался. Теперь, когда он увидел обратную сторону Эндрю, тот уже не казался таким уж мудаком и сволочью. Как он там сказал? Если хочешь получать приличные деньги, то будешь и балетную пачку носить? — Ну так что? Ты пригласишь меня к себе в гости? Нил улыбнулся. Ему сейчас было так хорошо и спокойно, что он согласится на что угодно. Лишь бы не упускать ощущение того самого «чего-то», что, кажется, уже давно поселилось в его сердце. — А что мы там будем делать? — поинтересовался Нил. Он даже не заметил, как его голос приобрёл игривый тон. Эндрю улыбнулся и прижал его ладонь к своей щеке. — Репетировать, конечно.