Будильник

- Всё один да.. ик! .. один.. - пьяно тянет Гию, прищурив один глаз и зачем-то разглядывая мрачного Аккермана сквозь бокал с вином. - Это… неприкольно! Почему ты… один, а? - Я, - хмурится Леви, пытаясь сфокусировать взгляд на собеседнике, - не один. У меня есть… - он задумывается, и Томиока тут же заканчивает за него: - Работа. - Работа, - скорбно соглашается Аккерман, поднимая рюмку с виски. - Помянем. Куда? - одергивает он Томиоку, который тянет к его рюмке свой бокал. - Не чокаясь! Гию кивает и отхлебывает сразу четверть бокала. Санеми, отчаянно зевая, заходит на кухню, где пьют эти двое. - Алкашня, - говорит он сквозь кашель. - Сам без парня, и моего спаиваешь, зараза. - Он сам спаивается, - Леви устало подпирает щеку рукой, кривясь от яркого света из коридора за спиной Шинадзугавы. - И вообще, мне никаких парней нафиг не надо, заебали вы двое! - Вооот! - назидательно поднимает палец Гию, вставая и обнимая Санеми, - а надо, чтобы не мы двое заебали, а кто-то ещё. Желательно… ик!... не метафорически. - Шинадзугава, угомони его, а, - беззлобно фыркает Аккерман, допивая остаток виски. - Я вообще болею, - Санеми показательно кашляет и хватается за грудь. - У меня постельный, мать его, режим. Так что угомонить его я могу только одним способом. - Так. Не-не-не. Я вообще тебя проведать зашёл, если что, а не слушать всякое непотребство! - Ага. Именно поэтому ты херачишь мой виски на моей кухне с моим парнем без меня. Охуенно проведал, чё, - ржёт Санеми. Он третий день валяется дома с гриппом - в отделе нет никаких срочных дел, и Эрвин милостиво дал добро на больничный. Гию, встревожившись, за один вечер превратил квартиру в помесь лазарета и овощного ларька - столик в спальне был завален лекарствами вперемешку с яблоками и апельсинами. Питался Санеми, конечно же, исключительно заныканными под кровать чипсами; доказать Гию, что его уже тошнит от цитрусовых, было нереально, а дойти до кухни - попросту лениво. - Разбудите - прибью обоих, - говорит он, закрывая за собой дверь кухни. - Как ты только его терпишь? - хмыкает Леви. - Я просто его люблю, - расслабленно улыбается Томиока, поднимая глаза на Аккермана. - Повезло дуралею, - Леви аккуратно отставляет пустую рюмку и встаёт. - Слушай, - неожиданно говорит Гию, когда Аккерман, чертыхаясь, завязывает на туфлях шнурки. - А серьезно, почему бы тебе не найти кого-то? - Гию, - устало говорит Леви, выпрямляясь и накидывая плащ, - где я, блять, по-твоему должен кого-то найти? В моем положении закрутить роман я могу только с покойником - а это даже для меня перебор. - Знаешь, есть у меня… один вариант. По-моему, вы бы отлично поладили, - Томиока задумчиво хмурит брови, будто прикидывая что-то. - Парень своеобразный, но вроде неплохой. И совершенно точно одинокий. - Ты что-то путаешь, - вздергивает бровь Леви, - наносить добро и причинять справедливость обязанность Санеми. - Он болеет, я за него. - Ладно, сводник, - усмехается Леви, шагая за дверь. - Лечи этого балбеса, он мне нужен живым и здоровым к послезавтра. Гию шутливо отдает честь и захлопывает дверь. Спустя полчаса он аккуратно ныряет к Санеми под одеяло, легко касается его лба губами. - Я в порядке, мамочка, - сонно фыркает Шинадзугава, поворачиваясь и приоткрывая один глаз. - Хорошо, что температура спала, - Гию бережно целует жилку на виске Санеми. - Слышь, - обеспокоенно хмурится тот, - всё равно, ложился бы ты на диване. Я дико соскучился, но блять, не хватало ещё, чтобы и ты подхватил эту херню. - Хочу заболеть, - нарочито капризно тянет Томиока, - чтобы пару суток из постели не вылезать. - Это, - ухмыляется Шинадзугава, - я тебе и без болезни могу организовать. И кстати, кого ты там Аккерману сватал? Через день, прямо во время лекции, у Гию требовательно вибрирует телефон. Он мельком смотрит на экранчик смарт-часов - там призывно мигает “Аккерман”. Томиока перезванивает ему на перемене, и первое, что он слышит…. - Гад ты, Томиока! - А? - растерянно выдыхает Гию. - Ты нахрена мой номер дал? И ты хоть знаешь, кому, блять, его дал?! - И кому? - Замкому нашей группы захвата, - злобно шипит Леви в трубку. - Своеобразный парень? Да он отбитый на голову хуже Шинадзугавы! Ты хоть в курсе, что он на задержания с двумя катанами ездит? Блять, ну почему, Гию, почему из всех людей, которым ты мог дать мой номер, ты выбрал именно Соширо Хошину?! - Прости, я не знал, - Гию не может сдержать улыбку, и необдуманно продолжает: - Зато вы прямо на работе видеться сможете, здорово же! - Лучше, блять, и не придумаешь, - мрачно констатирует Аккерман. - Когда свидание? - невинно интересуется Томиока. Вместо ответа Леви сдавленно выдаёт парочку грязных ругательств и отключается, обеспечив Гию превосходное настроение до конца рабочего дня. На этой волне он поддается романтическому порыву и по дороге домой покупает Шинадзугаве его любимые охаги. На выходе у метро странного вида парень в потрёпанной шляпе, из-под которой виднеются только белые лохматые пряди волос, цепляет его за локоть и бормочет: - Господин, купите. Подарите своей спутнице, да минует её взгляд Изанами. - Синий ликорис? Интересно, - поднимает брови Томиока, и берет букетик - скорее из жалости. Дома Томиоку ждёт сюрприз: до блеска выдраенная кухня. - Чего это ты? - спрашивает он у Шинадзугавы, который бесцеремонно дёрнул его на собственные колени. Гию упирается боком в стол, и это очень неудобно, но ему плевать - потому что пальцы Санеми ласково распускают “хвост”, массируя затылок, и Томиока чуть поворачивается, ловя любимые губы своими. - Чего я - что? - восстанавливая дыхание, уточняет Санеми спустя минуту. - На кухне убрал? Ну, пока дома сижу, могу помочь. И так постоянно ты один убираешь. Это действительно так. Шинадзугава, с его идиотским ненормированным графиком, порой и помыться дома не успевал, не то что прибрать - и поэтому Томиока как-то незаметно, без лишних слов стал брать эти обязанности на себя. - Томиока, - ухмыляется Санеми, взглянув на стол, - ты что, подкатить ко мне решил? Сладости и цветы, охереть! - У нас, между прочим, ни одного нормального свидания не было, - парирует Гию, и оба замирают. - Слушай, а ведь точно, - Санеми чешет в затылке. До того, как Шинадзугава перебрался к Гию, встречались они исключительно у Гию же дома. Потому что - работа, мать её за ногу. Редкие выходные посвящались не свиданиям, а банальному желанию выспаться и подольше поваляться в постели. - Это, - решительно встаёт Санеми, попутно облапав бедра Гию, - надо исправить. - Ты болеешь, - укоризненно замечает Томиока. - Не чумой же, - отмахивается Санеми. - Так что, пойдешь со мной завтра на свидание? - Пойду, - улыбается Гию. Когда вечером следующего дня Томиока выходит из университета, Санеми уже ждёт его рядом с парковкой. - Прошу, - церемонно открывает он переднюю дверь, и Гию, улыбаясь, забирается внутрь. - Куда едем? - интересуется он, когда Шинадзугава с пробуксовкой рвет с места в привычной агрессивной манере. - Увидишь, - говорит он, снимая одну руку с руля и укладывая Гию на колено. - Эй! Порядочные люди, - мягко фыркает Томиока, когда пальцы Санеми двигаются от колена вверх, - на первом свидании так себя не ведут. - Так то порядочные, - ухмыляется Шинадзугава, совершенно не собираясь прекращать. Они паркуются, когда весенний город окутывают мягкие сумерки, разбавленные сиянием фонарей и призывным неоном вывесок. - Парк развлечений? - восторженно выдыхает Томиока, задирая голову и глядя на огромную сверкающую вывеску. - Сто лет тут не был, кажется… - Значит, с местом угадал, - говорит Шинадзугава, улыбаясь. Он аккуратно ловит ладонь Гию, сплетая их пальцы, и они шагают внутрь, туда, где со всех сторон мигают, взмывают вверх и кружатся аттракционы. Длинная аллея заставлена мелкими прилавками со всякой всячиной. Санеми покупает им с Гию два огромных шара сладкой ваты - она клубится, как облако, пойманное на деревянную палочку, и Гию немедленно вымазывает нос и щеки в этом сладком великолепии. В отместку он цепляет с другого прилавка светящийся обруч с дьявольскими рожками, и, хохоча, надевает на голову Санеми - тот корчит страшную рожу, и продавец робко предлагает скидку. Себе Томиока выбирает обруч с лисьими ушками, которые неожиданно ещё и двигаются, если нажать кнопку. - Смотри-ка, - Санеми сжимает его пальцы, заставляя взглянуть в сторону. У тира напротив они видят знакомую фигуру. Рядом с Аккерманом стоит такой же невысокий, хорошо сложенный темноволосый парень - издали кажется, что они похожи как братья. Парень небрежно держит пистолет, затем поворачивается к мишени спиной, кладет его на плечо и стреляет себе за спину. - Выбил! - Охренеть, вы это видели?! - Блин, вот это да! Восторженные возгласы слышны даже Шинадзугаве с Гию. Парень получает выбитый приз - серебристые крылья, которые цепляются на спину благодаря двум резинкам на плечах. Он немедленно надевает их на Леви, который, кажется, вовсе и не против. - Томиока, да у тебя талант, - давится от смеха Санеми, - прирожденный сводник! - Балбес, - фыркает Томиока, но сам не может сдержать улыбку. Аккерман без лишних движений выбивает для своего спутника светящуюся диким зелёным неоном катану - и они уходят, попутно сцепляя ладони вместе. - Идём в кассу, - говорит Санеми, поворачиваясь. Он покупает кучу билетов на какие-то совершенно немыслимые аттракционы, и первым же оказывается вертящийся во все стороны куб. Когда он, наконец, останавливается, Гию с Санеми ошалело трясут головами и смеются. - Ты завопил! - хохочет Гию, хватаясь за Шинадзугаву, потому что мир перед глазами и не думает останавливать движение. - Нихрена подобного, - возмущается тот. - Завопил, точно! - А ты пищал как девчонка! Препираясь, они идут к следующему аттракциону, и Гию нервно сглатывает - потому что это огромное колесо обозрения. - Я знаю, - шепчет Санеми ему на ухо, - ты высоты боишься, но просто доверься мне, идёт? И когда они оказываются вдвоем в стеклянной кабинке, которая медленно поднимается вверх, он усаживает Гию к себе на колени и крепко обнимает. Гию, решаясь, смотрит вокруг - и его глаза восторженно расширяются. Город перед ним как на ладони, дрожащие, мерцающие огни, далёкий шум голосов и машин, и он шепчет: - Невероятно красиво…. - Да, - тихо соглашается Санеми, который смотрит не вниз, а на Гию. - Спасибо, - внезапно говорит Томиока, поворачиваясь в его руках и обнимая за шею. - Это лучшее свидание, которое только могло бы быть. - Это потому, что оно первое? - пытается шутить Санеми, но Гию смотрит прямо ему в глаза, и тихо выдыхает: - Это потому, что оно с тобой. - Эй, мой ангел, - вкрадчиво интересуется Шинадзугава, открывая металлическую дверь в обитель смерти и Аккермана, - куда крылья дел? Леви небрежно стаскивает перчатки и поворачивается. - Отдал на хранение Хошине. И мне они хотя бы идут - в отличие от дурацких рожек. - Мудила, - ржёт Санеми, ставя перед ним стаканчик с кофе. - Придурок, - фыркает Аккерман, пододвигая напиток к себе. И жизнь… Продолжается.