Глава 23
29 сентября 2024 г., 13:18
Прошли сутки с момента исчезновения детей. Родители с ума сходили от беспокойства.
Благодаря своим связям, Андрей Шастун поставил в известность всех, кого только знал, кто мог помочь, у кого был долг перед ним, и своих людей, заставляя прочищать все уголки Питера.
А вскоре пришла весть.
Звонок с телефона Антона на телефон Андрея стал неожиданностью для всех. Быстрее трубку взяла Майя, забрав мобильный с тумбочки. Пусть на экране высветился «Антон», но женщина не верила, что это действительно звонил сын. А как бы сердце хотело верить…
— Слушаю.
— Ваши детишки у нас, — раздался мужской голос. — Мне нужен Андрей и больше никого.
Именно незнакомый чертов голос Майя ожидала услышать. Страх за жизнь мальчиков граничил с холодной яростью на всех ублюдков, причастных к их исчезновению.
— Где мои дети? Я хочу их услышать, — сохраняя хладнокровие, ответила омега, направляясь прямиком на кухню, где Андрей решил сделать им кофе (без кофеина они не бодрствовали бы).
— Даю по минуте на каждого.
Первым к телефону притащили Антона.
— М-мама… — голос, смешанный со слезами, послышался в трубке.
— Мальчик мой, — смягчилась Майя и с трудом себя сдерживала. Глаза защипало, стоило только услышать младшего сына, — с тобой все хорошо?
— Мамочка, заберите нас отсюда… Они ужасные люди…
— Заберем, обязательно заберем, слышишь? Мы скоро приедем за вами, обещаю тебе. Солнышко, потерпите еще немножко.
— Я люблю вас… — последнее, что произнес Антон, прежде чем трубку у него отобрали.
— А теперь твоя очередь, — послышался снова мужской голос и телефон вручили Арсению.
— Твари, — тихо выдохнул парень, уже в трубку, а после обратился к родителю, — мама, привет.
— Арсений, — тихо выдохнула женщина, а на губах появилась печальная улыбка. Как она и думала, старший сын держался молодцом, не показывая страха.— Как вы?
— Не очень хорошо, но держимся. Я слышал их разговор, мама, они собираются приготовить ловушку для отца, вы должны быть…
Быстрое предупреждение прервалось шумом, похожим на удар. Сердце женщины замерло в страхе.
— Молчи, выродок!
— Не смейте трогать моего сына, ублюдки! — несдержанно прокричала Майя, готовая раскрошить телефон в руке.
На ее крик вскоре прибежал Андрей. Он сразу же среагировал на происходящее. Ведь ждал чего-то похожего.
— Дай сюда, — альфа отобрал телефон у супруги и тут же перешёл к делу, обращаясь к похитителю ледяным тоном. — Говорите, что хотите.
— Твою жизнь. В обмен на жизнь детей. Только без глупостей, Шастун, — сразу решил предупредить похититель. — Если заявишься с подмогой, отыщешь два трупа. Наши координаты будут скинуты смс.
— Хорошо, — слишком спокойно для такого заявления отозвался альфа.
Хотят войны — будет война. Вызов прервался, а буквально через минуту смс-кой были скинуты обещанные координаты.
— Я еду с тобой, — тут же заявила Майя.
— Нет. К тому же я не сразу туда еду. Я не такой идиот, чтобы подвергать наши с детьми жизни опасности, а, значит, должен припрятать козыри.
— О каких козырях ты говоришь? У нас нет времени на это! Теперь мы знаем где они, промедлим, и те поймут, что ты пытаешься предпринять меры предосторожности, и могут, не дай Бог, навредить нашим мальчикам, если не убить!
— Не навредят. Хоть в душе альфу переполнял страх за детей, держался он куда увереннее. — Я им обещал мою жизнь, значит, детей они не тронут. А если тронут, нужен хоть кто-то, кто потом сможет держать поводья в своих руках.
Никогда еще в их жизни не было настолько тяжелых испытаний. Сколько раз они рисковали своими жизнями, боялись потерять друг друга, но еще никогда не случался риск потерять детей. А это сводит с ума куда сильнее. Они оба не спали больше суток, изводили себя, искали выход, столько людей обходили и обзвонили, чтобы понять, где был потерян след, куда он вел… Прильнув спиной к стене, Майя прикрыла глаза и устало потерла переносицу.
— Это невыносимо.
— Просто верь, что все будет хорошо,— Андрей напоследок крепко обнял супругу.— Я люблю тебя и наших детей. Я жизнь за них отдам, сделаю, что угодно. И сегодня они будут дома. Обещаю.
— Только попробуй сам не явиться, — прошептала, только потому что боялась, что голос дрогнет, и сама крепко вцепилась в любимого, — будь осторожнее, умоляю тебя.
— Мысленно держи меня рядом, — прошептал Андрей. — Тогда я тебя не оставлю.
Перед отъездом он оставил самый нежный и трепетный поцелуй. Не прощальный, а обещающий, что скоро будет дома. И дома с детьми.
***
В клетку Арсения вернули уже избитым. Он заметно прихрамывал на одну ногу, на лице появились следы побоев. Приземление, не слишком мягкое, отбило еще и зад. Он тихо зашипел и осторожно приподнялся, опираясь спиной о решетки. — Братик?.. — Антон схватился за прутья своей клетки, с отчаянием смотря на старшего. — Как ты? — Хреново, но держусь, — честно ответил Арсений, скосив взгляд в сторону младшего. — Все хорошо, малыш. Я беспокоюсь о родителях, но, думаю, отец предпримет меры и останется в выигрыше. Скоро он приедет за нами. Тихое мяуканье стало неожиданным в воцарившемся молчании. Что Арсений, что Антон, не без удивления взглянули на кошку, черно-белой окраски, что появилась, откуда не возьмись, у их клеток. — Откуда она? — Скорее всего забежала через какую-то щель, — Антон печально улыбнулся, заметив, что животное присело возле клеток, принимаясь вылизывать лапку, а после умывать ей мордочку. — Она должна быть чья-то, — заметил Арсений, подтянув к себе одну ногу, та, что оставалась здоровой, — мы находимся на чьей-то ферме, соседи, если и имеются, то в паре километров. Считай, в глуши находимся. — Но ведь у нее даже нет никакого ошейника. Антон неотрывно следил за кошкой, которая перестала умываться, взглянув на мальчиков. В какой-то момент, она пролезла между прутьями и стала тереться о ноги омеги, мурлыкая. Рука омеги сама коснулась немного жесткой шерстки. — У нее есть небольшие колтуны. Эта кошка, словно маленькое чудо, стала приносить обоим успокоение, в особенности младшему Шастуну. Словно чувствовала, что мальчик на грани, от того и ластилась к нему. Даже позволила взять себя на руки. — Если выберемся, — негромко произнес омежка, — заберем ее с собой? — Выберемся, — поправил его альфа,— о ином раскладе даже не думай. И да, если не будет никакой погони, после мы сможем ее забрать. Думаю, родители не будут против. Появится друг у Ворчуна. — Ворчун, — Антон вновь поник, вспоминая своего милого ёжика, который своей маленькой улыбочкой всегда веселил омегу. — Я хочу домой...***
Ожидание не позволяло расслабиться ни на секунду, держа в постоянном напряжении. И если ранее к ним лишь заглядывал кто-то из похитителей, теперь приставили постоянную охрану, в случае чего. Кошечка все еще находилась рядом с мальчиками. Громила, которого к ним приставили, не обратил на нее должного внимания. Подумаешь, живность какая-то бродит. А между тем, она помогала немного успокаивать напряжённые нервы. Правда, хитрюга, умудрилась стащить у Антона отварную сосиску. А тот и не думал злиться. Все равно не хотелось есть, кусок в глотку не лез. День сменялся вечером, вечер — ночью, но никто не спал. Даже пленники. Они сидели, как можно ближе друг к другу, и прислушивались к любому шуму за дверьми амбара. Надеялись скорее услышать визг шин. Но этого не происходило. Создавалось впечатление, что все замерло. В какой-то момент дверь амбара, после еле слышимого скрипа, отворилась и вошел человек. Стоящий на охране мальчишек альфа и звука издать не успел, лишь приоткрыть рот, прежде чем получить пулю в лоб. Звук выстрела был почти неслышен благодаря глушителю на пистолете. — Вот вы где, — негромко произнес незнакомец, выискивая ключи. — Ваш отец отвлекает внимание, а я забираю вас в оговоренное место, — коротко и ясно стал излагать тот, поясняя детям лишь самое главное, параллельно с тем доставая ключи и направляясь к первому замку на решетке. — Сначала его, — кивнул Арсений в сторону клетки брата. У него было куча вопросов, но прежде стоило освободиться и убраться из чертового амбара. Это он понимал, как ничто другое. А если что-то пойдет не так, то пусть первый будет свободен Антон, с возможностью сбежать. Стоило освободиться, Антон сразу же подбежал ко второй клетке, держа под курткой новую подругу. А стоило освободить и Арсения, тот осторожно выбрался, все так же прихрамывая на одну ногу, в него тут же влетели с объятьями. — Все хорошо, Тош, — обнял брата парень, чувствуя, как у того дрожат плечи,— послушай, у нас мало времени, нам нужно уходить, ты слышишь, малыш? — Идем тихо, — предупредил их мужчина. — Путь прочищен. Поняли меня? — Да, — прошептал Антон, ответив сразу обоим. Арсений лишь коротко кивнул. Они оба, за прошедшие два дня, мечтали выйти из чертового амбара, на свободу и чистый воздух, не смешанный с запахом сена и железа. Альфа повел их к выходу, помогая переступать через трупы. Действовала команда Шастуна тихо и без свидетелей, что развели бы шумиху. На то и профессионалы своего дела. Однако в каждом плане, даже хорошо продуманном, может появиться ошибка. В какой-то момент, к ним навстречу вышли знакомые лица похитителей. — Что за?.. — не успев договорить, зато успев среагировать быстро, Фил схватился за пистолет. Но его опередил Максим, которому и доверили детей Андрея Шастуна. А справиться со вторым не удалось, тот, быстро спохватившись, отбежал в сторону, в укрытие. — Тоша, бежим! — крикнул Арсений, беря его за руку и утаскивая подальше от перестрелки, невзирая на боль в ноге. Максим их не останавливал. Из-за непредвиденных обстоятельств ему придется задержаться, а за хозяйскими детьми присмотрят остальные, кто разбросан по ферме. Те бежали, лавируя между другими взрослыми. Арсений держал ситуацию под контролем, не позволяя в страхе зажаться где-нибудь в углу и ждать. Бегущий по крови адреналин притуплял боль в ноге, как и страх быть банально застреленным. По возможности он постоянно прикрывал собой брата. Антон же находился в некой прострации. На плаву его держали брат и надежда на то, что он скоро увидит родителей... Но жизнь полна на внезапные повороты. В долю секунды, Антон почувствовал, как его оттолкнули, а брата кто-то схватил. — Иди сюда, мелкий ублюдок!.. — прошипел знакомый грубый голос. Тот самый безумец, пугающий их обоих в первый день заключения, прижал Арсения к земле, заламывая руки. Парень и дернуться не успел, сработал эффект неожиданности. Антон не помнил себя в тот момент. Все, что он чувствовал, как кошка под его курткой тихо мяукнула, заглушая бешено бьющееся сердце. Лежащий брат — единственный, кто занял мысли, вытесняя весь ужас от картин, представленных в округе. Трупы... Кровь... Даже рядом лежал человек с пробитой головой, а в руках до последнего сжимал пистолет. Что-то щелкнуло в голове. Антон сам не понял, как рука потянулась к зловещему оружию. Не понял, как наставил его на урода, что причинял боль брату. И не понял, как нажал на курок. Лишь громкий выстрел привел в относительную реальность. С неверием Антон выронил пистолет из дрожащих рук. Он стрелял в человека.... Он ранил человека! И не важно, что тот монстр! Он уподобился тому... Паника вновь засела в голове. Пуля угодила прямо в живот, в тот момент, когда мужчина приподнялся, чтобы следом поднять на ноги Арсения. Вскоре Арсений скинул с себя тяжелую тушу, поднимаясь на ноги. Не сразу, но до него стало доходить случившееся. Ужас в глазах брата, лежащий рядом пистолет и сильно дрожащие руки. Без лишних слов, альфа подошел и взял его на руки, шестым чувством понимая, что он попросту не сможет самостоятельно передвигаться после совершенного. Альфа и сам не знал, что чувствовал, если бы выстрелил в человека. А тот наверняка истечет кровью и умрет. Рана смертельна, если ему не окажут первую помощь. Время текло, словно бесконечное. Повсюду слышались звуки выстрелов, ругательства, крики злобы и агонии... Куда не глянь, не найти было безопасного места... И сколько бы мальчишки не блуждали, им так и не удалось увидеть родителя. Когда их догнал Максим, показалось, что прошел как минимум час с момента их разлуки. Плечо мужчины было ранено, но он решил во что бы то ни стало выполнить порученное ему дело. — Куда теперь? — с тяжелым дыханием, спросил Арсений, так и не отпустив брата. Они вышли на проезжую дорогу, оставив ферму позади себя. — Видишь тот домик, — альфа указал на еще одно ранчо неподалеку. — Там безопасно. Туда придет и твой отец. Коротко кивнув, парень покрепче перехватил брата и двинулся в направлении оговоренного места. Максим последовал за ним, постоянно оглядываясь и держа оружие на голове, в случае чего. В назначенном месте их уже ждали. Несколько человек сразу обступили детей. — Позволите? — коротко попросил один из мужчин, желая взять Антона на руки, но омега в страхе прижался к брату теснее. — Антон, — Максим покачал головой,— вас просто хотят осмотреть. На что омега замотал головой. Не дастся. — Оставьте, — ответил Арсений, проходя мимо мужчин. Боль, с каждым новым шагом, возвращалась. Стоило ощутить себя в относительной безопасности, как все внимание переключилось на больную конечность. Лоб парня покрылся испариной. Как только он устроился в кресле, а Антон на его коленях, смог выдохнуть с облегчением. Охрана их тут же обступила. — Мы в порядке. Где наш отец? — Будет через несколько минут, если все идет по плану, — ответил Максим, которому начали перевязывать рану. — Позвольте вас двоих осмотреть, — вновь влез мужчина, что изначально обращался к Антону, видно, что врач. — Извините, но нет, — отказал Арсений, чувствуя, как хватка брата вновь усиливается и тот не перестает дрожать. — Мой брат меня не отпустит сейчас, а, настаивая, вы спровоцируете его на истерику. После сказанного, парень наклонился вперед и поцеловал омегу куда-то в ухо, шепча слова успокоения, и осторожно стал гладить по голове и спине. — Тогда, если вы сможете, — ответил мужчина, — вам лучше перебраться на кровать. В соседней комнате есть. Хозяева любезно предоставили все удобства. Тогда и вам комфортнее, и мы сможем вас осмотреть. — Давай... переберемся, — глухо отозвался Антон, все еще находясь на периферии. — Я не хочу, чтобы у тебя что-то болело... — Хорошо, — согласно ответил Арсений. Спорить с братом — последнее, что он желал. А удобства… было уже плевать. Лишь бы дождаться прихода родителя и свалить, к черту, из этой дыры. Отпустив кошку с рук, чтобы та размялась, Антон осторожно поднялся с колен Арсения. Тому тяжело, он понимал это. Обоих отвели в названную комнату. Альфа сразу лег, а омега, решил отойти в туалет. Заодно не будет смущать старшего, что из-за него тот отказывается от помощи. Заперевшись в ванной комнате, что была совмещена с туалетом, осознание совершенного навалилось с новой силой. А в голове, то и дело, прокручивался пережитый недавно, дикий момент. Как он держал в руке пистолет… как нажал на курок… как пуля попала маньяку в живот и пятно крови становилось все больше, а сам раненный заваливался на бок. Слезы стали душить. А чтобы их никто не услышал, омега включил воду. Голову он сразу опустил в ледяную жидкость, она обжигала не хуже кипятка, позволяя немного отвлечься от противных мыслей, которые маленькими злыми человечками тыкали носом во все, что произошло. Эта молчаливая истерика длилась не более пяти минут. Вскоре Антон стал приводить себя в порядок, с помощью воды желая стереть остатки слез. А стоило повернуть кран, заглушая воду, за дверью услышал знакомый голос. Голос отца. Это заставило Антона почти мгновенно выскочить из своеобразного укрытия. Стоило увидеть родителя, он, не думая ни о чем, буквально влетел тому в руки. — Антоша, — с нежной улыбкой ответил Андрей. — Как же я счастлив, что вы живы. С тихим всхлипом, омега обвил родного человека руками и ногами. — П-папа... До обоняния омеги доходил запах улицы, пепла и крови. Но на отце он не увидел ничего. Несколько порезов, не более. И слезы с новой силой полились из глаз. Арсений и слово вставить не успел. Он лежал на постели, позволив мужчине-врачу перебинтовать его ногу, оказалось, что он потянул связки, и тут в комнату буквально ворвался отец. Успел лишь позвать его по имени и спросить, в порядке ли все, как вылетел Антон. Приподнявшись на локтях, а после сев на постели, как только врач ушёл, младший альфа выдохнул с облегчением, глядя на свою семью. Только теперь его душа стала спокойна. И волнение отступило. Все закончилось. — Поехали домой, — Андрей присел рядом со старшим сыном. — Мама волнуется. Да и вряд ли вы захотите еще тут оставаться. — С удовольствием, — слабо усмехнулся Арсений, потирая место пореза на щеке. — Ты сам-то как? — Нормально, — успокоил Андрей. — Я с бронежилетом, поэтому максимум, что у меня останется, это несколько синяков. Но сейчас важно довезти вас с Антошей домой и отдать в руки маме. Согласно кивнув, Арсений стал подниматься. Тело по новой начало болеть, отвыкшее за двое суток к теплу и мягкости. Побои на лице давали о себе знать. И, конечно же, нога. Прихрамывая, Арсений каждый раз морщился. Антон так и не слез с рук отца. Отпустил лишь когда все устроились в машине. И кошка вместе с мальчиками. Та сама последовала за ними, на удивление, и Антон с удовольствием забрал ее к себе. Во время дороги, поскольку, как оказалось, уехали они далеко, омега задремал. Так проще было вынести все, что навалилось. — Простишь меня? — спросил Андрей, замечая, что младший сын уснул, а старший сын еще бодрствует. — Я не хотел, чтобы однажды на ваши плечи такое свалилось. — Перестань, — парень опустил взгляд, осторожно перебирая грязные волосы брата, в лёгкой ласке, — я знал какие дела ты ведёшь уже год. И это, черт возьми, дико. Перед моими глазами до сих пор стоят трупы… Но я, по крайней мере, знал, чего ожидать. Но Тоша… Отец, он в человека стрелял, чтобы меня защитить. — Когда я первый раз выстрелил в человека, — Андрей невесело усмехнулся, — мне было мерзко. Но я брал оружие раз за разом, после понимая, что просто схожу с ума. При вашей маме я впервые стрелял на поражение, так как пытался ее защитить. И мне было двадцать, когда я впервые убил человека. Но я был сильнее. Однако надо пригласить для Антона психолога. — Я не знаю, что он чувствует, — тише заговорил Арсений, свободной рукой гладя пригревшуюся кошку на коленях у омеги,— выстрелил он в живот тому безумцу. И если ему никто не помог, а мне кажется, что так и есть… то сейчас он должен быть мертв. Ты понимаешь куда я, черт побери, веду? Тоша, пусть и не осознанно, в попытке защитить, убил человека. В двенадцать лет. Не в двадцать, как ты. — Давай просто скроем от него этот факт. Ему знать о том, к чему все привело, совсем не обязательно. — Естественно скроем, думаешь, я совсем идиот, говорить ему о таком? — с риторическим вопросом, младший альфа тихо выдохнул и прикрыл глаза. — Главное, чтобы он сам не понял это, сделав такие же выводы. — Вот для этого я и сказал о психологе. Есть у меня хороший друг, периодически и мне помогает, когда захожу далеко. Антон его видел пару раз, да и ты тоже. Помнишь Элиа? Парень с выкрашенными в пепельный волосами. — Помню, — не открывая глаз, ответил Арсений. — Только за счет этих волос и помню. Они у него даже светлее, чем мамины. — Он один из немногих, кто знает о моей деятельности. Я уже отправил ему сообщение, что его помощь, возможно, будет нужна. В ответ раздалось тихое мычание, в знак подтверждения. Усталость постепенно наваливалась, и Арсений не мог и дальше бодрствовать. Все сильнее затягивало в царство Морфея, и вскоре он перестал сопротивляться. Последней связной мыслью стало: «Все закончилось. Мы едем домой…»
