В его глазах - океан

      Несколько месяцев спокойствия и гармонии. Именно то, что так не хватало молодой влюбленной паре. Летние каникулы и вовсе прошли на ура. Теперь уже не с родителями, Арсений сам мог путешествовать по странам, захватив с собой возлюбленного.         Перед тем, как отпускать, родители провели огромное количество бесед что с одним ребенком, что со вторым. Особенно тема касалась половых отношений. Один слушал со стыдом, желая сквозь землю провалиться, второй же внимал и тут же убеждал, что не собирается совращать, пока не стукнет шестнадцать. А уж там, запрещай-не запрещай, парень испробует интимную связь с Антоном. Поласкает так точно.         На всякий случай, втихаря, он получил небольшую коробочку с презервативами от отца, который с наигранным строгим видом решил уточнить:         — Помнишь, как ими пользоваться?        — Нет, папуля, не помню. Не серчай, если вдруг внука незапланированного получите.  На что Андрей ухмыльнулся и ответил:       — Не посмотрю, что ты мой сын. Прибью, как альфу Антона.         Шутки шутками, а принять к сведению стоило. Если они и решатся, то секс должен стать безопасным. Но и с незапланированным ребенком выход, конечно же, найдется. Уж вчетвером они смогут поставить малыша на ноги. Нынче омеги и в тринадцать вполне спокойно могут родить.         Антон тогда высказал, что о них, альфах, думает. Не планировал он становиться родителем так рано. Позже, в исключительной форме, и своему альфе сказал, что сделает с ним, если в будущем тот забудет вытащить.         И вот, совсем уже скоро, настал момент вседозволенности для Арсения. Буквально три дня назад они всей семьей, а после и с друзьями, отметили шестнадцатилетие Антона. Арсений  решил серьёзно поговорить (на деле же спросить, согласен ли омега зайти чуть дальше), и начал совершенно неожиданно, когда они лежали на диване, укрытые мягким теплым пледом, и смотрели телевизор:         — Радость моя?        — М? — Антон даже не повернул голову, но уши навострил.        — У меня есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Вернее, сможешь, но своим отказом меня расстроишь. И слегка доведешь.        — До чего доведу?        — Я давал слово, что не трону тебя, пока не исполниться шестнадцать, — начал объяснять Арсений, погладив по волосам. — Но недавно прошел твой день рождения и…        — И ты хочешь секса? — понял намек.         По сути, Антон не был против ласк. Но вот на счет проникновения — оставался легкий страх.         — Нет, настаивать доходить до конца, я не буду. Но по крайней мере петтинг. Возможность увидеть тебя обнаженным, поласкать, и много других прелестей, таких как совместное принятие ванны…         «Звучит не так уж и плохо», — про себя подумал омега и вскоре кивнул.       — Можно попробовать.         Готовый расписать еще парочку заманчивых предложений, что вот уже не первый месяц рождались в голове, альфа едва не упустил момент с согласием. Вовремя прикрыл рот, чтобы не ляпнуть лишнего, а после притянул к себе любимую радость и поцеловал благодарно в щечку, сочно и звонко.         — Только досмотрим кино, — с улыбкой поставил своё условие Антон.        — Я и не настаиваю сейчас, — радостно ответил Арсений. — Позже, так позже.         Антон пододвинулся ближе, возвращая внимание на экран. Но как бы оба не пытались вновь расслабиться и продолжить просмотр, волнение — такая вещь, что будет долго сидеть в груди. Даже Арс, у которого был опыт, чувствовал себя, как в свои пятнадцать. Что уж говорить про омегу, который с альфами максимум целовался…         Стоило фильму закончиться — и чувство волнения усилилось.         — Пойдем в спальню? — с улыбкой заговорил Арсений, первым поднимаясь, а после протянул руки вперед, для возможности омежке ухватиться и подняться с помощью.        — Не хочешь терять время даром, да?        — Могу предложить танец, — поиграл бровями, одну руку закидывая себе на плечо, а вторую держа в своей, и, приобняв за талию, сделал пробный круг. — Оппа! Целый вальс протанцуем до спальни.        — Мы же сшибем тут все! — захихикал омежка.        — Как грубо, — сделал обидчивый «бантик» губами. — Я хорошо вальсирую. К тому же, здесь достаточно пространства, да и мебели не так много.        — А я вот не очень, — напомнил Антон.         Наглядный пример Арсений начал показывать в ту же секунду и сразу на практике. Братишке оставалось только следовать за ним, как принимающему. И таким темпом, под смешки и четкую фразу альфы: «раз-два-три», они в самом деле добрались до спальни.         — И-и-и, конечная! — вдруг объявил альфа, отпуская Антона прямо на постель. А сам приложил руку к груди и сделал поклон.        — Браво! — крикнул омега, хлопая в ладоши. Веселье довольно быстро согнало волнение прочь.        — Спасибо, спасибо, — благодарно кланялся всем «зрителям» с одной и с другой стороны. — Теперь мне полагается награда.        — Иди сюда, поблагодарю.         Намекал омега, пока что, на простой поцелуй. А дальше как карта ляжет. И ручной альфенок (львенок) оказался в его руках, с удовольствием забираясь на постель. Руки Антона оказались на его плечах, слегка наклоняя к себе, чтобы иметь возможность коснуться губ в легком поцелуе. В легком, потому что надеялся, что братик обязательно перехватит инициативу и заставит плавиться от удовольствия в своих руках.         Но нет. Никаких признаков перехвата. Сплошь пассивность. Отвечал на поцелуй, но так осторожно, без настаивания, без жара и без страсти.         Такой поворот Антона не устроил, и он сам, на инстинктах, стал надавливать, чтоб любимый показал, как может свести с ума одним лишь поцелуем.         — М, — с довольным мычанием Арсений отстранился, облизнув свои губы, и поймал взгляд зеленых потемневших глаз. А в своих, наверняка, плескалась лазурь — Ты хочешь больше?        — А для чего мы сюда пришли? — задал риторический вопрос, шумно выдохнув.        — Растянуть удовольствие? — в вопросительной форме изрёк, тут же усмехнувшись, и на локтях сделал опору. — Сначала нежно и неторопливо, но постепенно добавлять по капельке страсти.         Вновь наклонившись ближе к лицу, Арсений обхватил нижнюю губу омежки своими губами, пососал и отпустил.         — Это же так долго…        — Что в этом плохого?        — Это слишком долго, — протянул омега вновь ту же фразу. В его понимании секс — это быстро. Без лишних прелюдий. Просто взял и сделал.        — Радость моя, но так удовольствие продлится надолго. И мы не экзамен с тобой сдаём, чтобы поскорее отстреляться и кончить смело, — приводя пример, Арсений вдруг усмехнулся, а после отпустил взгляд на вздымающуюся грудь омежки. — Я могу довести тебя до оргазма за пять минут, а после отпустить. А могу растянуть удовольствие на целый час и ты получишь незабываемые чувства.        — Это будет сложно выдержать, — стал прикидывать Антон. У него не было опыта, из-за чего и появлялся легкий страх, заставляющий закончить побыстрее.        — Давай попробуем.         С этими словами альфа завлек в поцелуй. И в этот раз сам вел, закидывая ручки омеги себе за шею, а свои собственные устроил на боках, поглаживая соблазнительные изгибы до самих бёдер.         Антон не вырывался. Несмотря на страх, он все равно желал попробовать новый уровень отношений. Арсению, правда, придется самому вести, иначе же Антон передумает и возжелает все закончить быстрее, что может привести к отсутствию должного удовольствия.         Постепенно он начинал забывать о своем волнении, внутри него просыпалось что-то неведанное ранее, желание, какого он не знал, когда с каждой минутой продолжительного поцелуя и с ненастойчивой лаской, хотелось ощутить удовольствие все сильнее и сильнее. Ниже живота распространялся жар и выделялось немного смазки.         — Давай избавим тебя от одежды, — после долгого поцелуя, прервавшись, тихо проговорил Арсений, и начал, как ни странно, с собственной футболки.         Антон только кивнул, послушно приподнимаясь, чтобы ему помогли. В какой-то момент он понял, что руки дрожат, и сам точно не справится с поставленной задачей.         Альфа накрыл его дрожащие руки своими.         — Успокойся. Ничего страшного не произойдет. Я ведь люблю тебя.        — Я знаю, но все равно немного страшно.         Успокаивающий поцелуй в обе руки имел волшебный эффект — дрожь смело в одно мгновение. А в следующую минуту Арсений самостоятельно избавлял своего прекрасного омегу от одежды — к дикому стыду последнего.          Когда ушки у того окончательно раскраснелись, альфа притянул его к себе и с умилением поцеловал.          Антон ответил на поцелуй. Он отвлекал от смущения. Они же уже целовались, это для него естественно, а значит, неплохо было добавить этой естественности и более глубокое русло.         Но  все изменилось, стоило Арсению сменить ход и перекинуть поцелуи с губ на разные участки тела. Начал с шеи, предполагая, что на ней должно быть слабое место. И не прогадал. Стоило ощутить более сильную хватку, сорванный первый стон с губ и дрожь, альфа понял, что двигается в правильном направлении, и следующие поцелуи пошли еще ниже.          На участках кожи, которой касались теплые губы, оставался невидимый ожог. Тело начинало гореть от ласк и поцелуев. Неопытный омежий организм воспринимал все много острее, чем было бы у более опытного в таких делах парня.         — Ну вот, — улыбнулся альфа, не скрывая своего вожделения, — а ты хотел все сделать быстро. Я бы тебя ласкал и ласкал. До потери сознания.        — А ты всегда дразнишь? — прошептал омега с закрытыми глазами. Ему было стыдно слышать такое.        — Не знаю. Не помню уже, — честно призвался альфа и поцеловал в пупок, перед этим осторожно дунув в ямку. — У меня давно не было омеги, с тех пор, как я начал с тобой встречаться.        — И надеюсь, что я последний твой омега, — несмотря на жар в теле, голос прозвучал твердо.        — Последний, — согласно кивнул и подтянулся на руках, коротко целуя в приоткрытые губы. — Свою радость я ни на кого не променяю.        — Да, — омега невольно улыбнулся, — я твоя радость. И больше ничья.         После обмена сладко-приторных слов, как и полагается молодым парочкам, они вернулись к прерванному. Вернее сказать, Арсений начал по новой исследовать соблазнительное тело, имея так много возможностей, как никогда еще до этого. И ему слегка сносило крышу. К шестнадцати годам омега окреп и из утенка, хоть и милого, превратился в прекрасного лебедя. Тело, из немного угловатого, приобрело невероятно гибкие формы: плавные линии талии, стройные ноги, хотя для омеги Антон был слегка длинноват, но это наоборот придавало ему шарма.         От такого невозможно не сойти с ума. Труднее сдерживаться, чтоб не наделать в процессе глупостей.         Страх, граничащий с сильным желанием, Арсений ощутил от возлюбленного-братика, когда устроился между его ног, дойдя до самой аппетитной части.         — Ты чего, радость моя?        — Это очень смущает, — сглотнул омежка. — Мы же не дойдем до конца?        — Нет, — успокоил самой теплой улыбкой (если такая вообще уместна на его лице, беря во внимание сильнейшую стадию возбуждения), — я только поласкаю.        — Х-хорошо.         Та самая ласка, о которой сказал альфа, настала, но не сразу. Сколько омежка себя готовил, а возлюбленный старший братик лишь целовал его ноги: от бедер до самых ступней, чем смущал, пожалуй, еще сильнее, чем если бы взять в рот член.          Последнее случилось довольно неожиданно. В какой-то момент Арсений отпустил ступню и, обхватив руками за талию, прижался губами к сочащейся головке. Антон издал довольно громкий стон-писк, но дернуться от неожиданности ему не позволили сильные руки.         — Тише, — усмехнулся альфа, облизнувшись, — хороший мой. Ты такой чувствительный, что просто до мурашек пробирает. Знал бы ты, как я тебя хочу.        — Очень сильно хочешь? — нерешительно спросил омежка. Если его альфе совсем невмоготу, то, возможно, он решится на большее.        — Сильно, — не стал скрывать, поцеловав в пупок, — но я не зайду далеко. Ты мне поможешь получить разрядку по-иному.        — К-как? — Антон попробовал приподняться на локтях, но у него ничего не вышло.        — Потом скажу и покажу.         И никаких слов возражений Арс не услышал. По той простой причине, что Антон не мог ничего говорить, как только ощутил жар и влажность рта на своей плоти. Самая откровенная ласка за всю его жизнь. И пожалуй, что-то похожее ему лишь снилось. То, что по ощущениям все равно не сравнить. Горячо... мокро...         — Хорошо!..  — простонал, откидывая голову назад. — Ар-р-р-с!..         Нет ничего прекраснее, чем услышать слова (звуки) подтверждения, одобрение своих действий. Арсений и сам тихо простонал, начиная работать усерднее. Небольшие размеры позволяли творить с плотью все, что душе угодно. Это и обсасывание, и полизывание, и дуновение. Двух минут не прошло, как он ощутил во рту выпущенное семя. Кое-кто не смог ни сдержаться, ни предупредить.         — П-прости, — прошептал Антон, когда смог говорить после оргазма. Он и не думал, что это так невероятно. И это ни течка, ни проникновение. Это простой минет!         Коротко кивнув, Арсений, прежде чем начать говорить, проглотил то, что было выпущенно ему в рот.         — М… все хорошо, любовь моя, — облизнув большой палец, он поймал смущенный взгляд на себе. — Ты был превосходен. Собственный стояк уже ныть начинает.        — Тебе ведь тоже надо кончить? — Антон окончательно покраснел. Он даже не знал, как помочь своему альфе. Были идеи, но только в голове.        — Обязательно.         До сего момента Арсений скинул с себя лишь верх. Все то время собственная эрекция не давала покоя и очень сильно давила на лишнюю преграду. А как только он избавился от всей одежды, выдохнул сквозь стиснутые зубы.         — Ты можешь меня коснуться и поласкать рукой.         Антон мог посоревноваться с вареными раками в плане красноты. Он и не думал, что видеть чужой член, да еще такой огромный, будет настолько смущающе.         Подтянувшись на руках, голова Арсения оказалась на уровне подушек. Тогда же он лег боком, подпирая голову рукой. Член слегка дернулся.         — Ну же, поласкай меня.         Готовый провалиться сквозь землю от дичайшего стыда, омега неуверенно протянул руку и коснулся головки.         Чего только стоило альфе сдержаться и не помочь своему невинному цветочку, дабы действия стали более активными. Но нет. Тот сам должен привыкнуть и, по возможности, втянуться.         Антон очень осторожно сжимал член, неуверенно проводя ладошкой по стволу. И в какой-то момент ярко представил, как тот окажется внутри. Просто разорвет.          — Эй, — тихо позвал Арсений, отвлекая от жутких мыслей о разрыве и сильнейшей боли, словно чувствуя состояние, — мы не зайдем далеко. А когда придет время, я тебя подготовлю к проникновению. Не бойся.        — Верю, — прошептал Антон, сосредоточившись на своих действиях.         Взяв вторую руку в свою, альфа сначала осыпал ее короткими поцелуями, а после взял два пальчика, указательный и средний, в рот, проведя по подушечкам языком.         — Не стесняйся и продолжай.         Антон не смог говорить. В горле встал большой ком, который не позволил ему ответить чем-то колким вроде: «Я и так делаю». Он просто продолжил, добавив в свои действия чуть больше уверенности. И смог наблюдать необычную картину — того, как лицо Арсения искажается в удовольствии, и какой взрыв эмоций отражается в его прекрасных необычных глазах. Это было очень необычным явлением. Антон невольно засмотрелся, продолжая двигать рукой на инстинктах. И не заметил, как вскоре его притянули вновь к крепкому телу и завладели губами.         Наполненный жаром поцелуй посылал мурашки и усиливал возбуждение. Целуя и надрачивая, омега застонал прямо в рот альфе, когда тот тоже начал ласкать его рукой. Для невинного омежки это было все очень странно и невероятно приятно. Новые ощущения сравнить было абсолютно не с чем, а значит и заменить.         Совместный оргазм стал незабываемым. Усиливая контакт, не останавливаясь ни на секунду, они доводили друг друга до кульминации, с новой, не испытываемой еще вместе, страстью и жаром.         Арсений продолжал целовать своего омежку даже после выпущенной струи. Испивал его стоны и скуление от удовольствия.          — Необыкновенно, — прошептал Антон, когда они отошли от оргазма. Он лежал, прижимаясь к обнаженной груди своего альфы.        — Вот ты и повзрослел, — растянул губы в ленивой и безумно довольной улыбке, носом зарывшись в слегка влажные волосы.        — Не совсем, — слабо улыбнулся. — Я все ещё девственник.        — На половинку.        — Когда дойдем до конца, тогда и повзрослею?        — Да я ведь не серьёзно, — погладив по затылку, Арсенийсвободную руку закинул за голову. — Взрослым ты станешь, когда стукнет восемнадцать.        — До восемнадцати я точно уже лишусь девственности. Тебе будет сложно держаться еще два года.        — Я знаю, — согласно кивнул, — и не только я, родители тоже в курсе. Поэтому, нехотя, но одобряют. Отец уж точно. Не берусь говорить за маму, тут уж скорее не идут возмущения благодаря уговорам-убеждениям отца.        — Она понимает. И я понимаю, хоть и боюсь.        — Чего ты боишься?        — Сам не понимаю чего боюсь, — признался омежка, — может, боли?         И не стоит в этом обвинять невинного цветочка, ведь он впервые сталкивается с таким понятием, в практике, как половые отношения. А увидев агрегат любимого — невольно начинаешь переживать за свой девственный зад.         — Радость моя, ты, возможно, сейчас разозлишься, или тебе просто будет неприятно это услышать, но с девственниками я имел дело. Я знаю, как сделать боль минимальной. Полностью от нее, к сожалею, не избавиться, такое все проходят омежки, но упростить тебе жизнь — вполне.        — Я верю и умом понимаю, — ответил омега. — Но все равно боюсь.        — Ладно, — не стал больше спорить, лезть и как-то успокаивать Арсений, садясь ровнее, — доживем до этого момента, там и поговорим. Я в душ.        — Давай. Я после тебя.         «Боли боится значит», — уже будучи под теплыми струями воды, думал альфа. — «Хорошо, будем подавлять этот страх. Своими ласками я заставлю его самого хотеть большего. И он перестанет бояться».

***

                                                                            Несколько недель Арсений и Антон довольствовались исключительно ласками. И вроде бы этого было достаточно, но раз за разом омега замечал, что альфе хотелось большего, а решиться сходу самому было сложно. Он же, зараза, еще и не настаивал. Делал все, лишь бы ему, Антону, было комфортно. А некомфортно становилось от того, что создает своим комфортом другому дискомфорт.         В итоге Антон решил попросить совет у одного своего хорошего хвостатого друга, который уже лишился девственности со своим парнем.         Встретиться договорились у него дома. Говоря по телефону, он сказал, что у него дома родителей нет. Плюс возможность самому Антону вырваться из четырех стен и погостить у друга. Не стоило упоминать, когда в последний раз он приходил в дом к Сереже.         Оказавшись у порога, Антон не успел поднять руку, чтобы нажать на звонок, как дверь ему открыли, налетая с обнимашками.         — Привет!        — Привет, — омега крепко обнял друга, понимая, как сильно он скучал.         Неожиданным стал поцелуй в щеку. Что-что, а подобных заскоков у друга Антон не припоминал. И это говорит о том, что следует больше времени проводить вместе, а то так и не увидят изменения друг в друге, что внешне, что внутренне.         — Шастунишка, — довольно улыбнувшись, Сережа отстранился и тут же за руки потянул парня внутрь дома,— давно не виделись.        — И нам стоит наверстать упущенное. А то ведь только переписываемся. Этого катастрофически мало.        — Согласен. Не хватает маленьких сплетен, — хихикнул Сережа, отпуская лишь тогда, когда дошли до кухни. А там, на угловом диванчике, было разбросано штук шесть маленьких подушечек, — ты не пугайся, у меня тут целый мягкий уголок появился.        — А я и не пугаюсь, — Антон усмехнулся, падая на мягкое сооружение. — Очень комфортно и уютно.        — Пока родителей нет, — словно по секрету сказал, подмигивая, а после развернулся и стал хозяйничать, доставая кружки, — ну давай, рассказывай, как жизнь с братиком?        — Неплохо, — вздохнул Антон. — Отношения как отношения.        — О, вздох говорит о какой-то проблеме, — подметил Сережа, ставя кружки на стол. А после того, как нажал на кнопочку чайника, устроился рядом с другом. — Да и взгляд тоже. Давай, делись. В чем дело?        — Ну, мы кроме ласк не заходим далеко, — слегка смутился. — Но я вижу, что Арс хочет большего.        — Нет? — вскинул темные брови вверх. — Чувак, ты упускаешь много удовольствия.        — Немного страшно.        — А что, у твоего братика, ну… — поиграл бровями, а после показал «величину», — да?        — Как хороший, крупный банан.         Услышав подобранный пример, Сережа тихо прыснул от смеха. Но и обалдел немножко. Размеры… приличные. У его альфы, конечно, тоже неплохой член, но… Арсений, видно, переплюнет.         — Кхем, — тихо прокашлявшись, парень подпер щеку рукой, — так ты боишься за свой зад?        — Конечно!        — Трусишка.        — Но ведь я потом не смогу ходить, — заворчал Антон. — Да и с такими размерами точно будет тяжело его принять.        — Хм, — коварно усмехнувшись, Матвиенко вдруг достал телефон из кармана кофты, залез в интернет и вбил весьма смущающую фразу в гугл: «Как растянуть анус».         Антону эта ухмылка не нравилась. Она явно не сулила ничего хорошего для него.         — Вот, смотри, — заговорил после нескольких секунд тишины — видно, что сам ознакомлялся с информацией, — самое главное в подготовке к анальному сексу — научиться напрягать и расслаблять внешнее кольцо ануса. Умение расслаблять эту мышцу позволит лучше контролировать ее и делать это во время тренировок по растяжению. Далее, для подготовки рекомендуется использовать лубрикант на водной основе. Растягивание пальцами — один из популярнейших и эффективных действий. Еще можно заехать в секс-шоп и приобрести анальные пробки. Для тебя поясняю, если не знаешь — анальные пробки — это секс игрушки, которые предназначены для введения в прямую кишку для удовольствия и тренировки мышц ануса. И в отличие от фаллоимитатора, ими не нужно совершать фрикции, а просто ввести в задний проход и наслаждаться чувством наполненности. Ах да, по сути, фаллоимитаторы тоже хороши. Вы можете купить несколько разных размеров. От небольшого до приблизительно того размера, который у твоего альфы.         — Я сам не поеду это покупать! — выпалил раскрасневшийся Антон. Казалось, что и корни волос тоже покраснели.        — Это стремно, согласен, — закивал Сережа, уходя с довольно познавательного сайта и откладывая телефон на стол. — Я как-то заинтересовался темой БДСМ и Поз съездил в секс-шоп. Хочешь покажу тебе пару игрушек?        — Ты еще с ним и игрушками балуешься? — Антон вылупил глаза, словно они сами сейчас выпадут из орбит.        — Есть немного, — чуть смущенно ответил согласием парень, первым поднимаясь на ноги, — это очень сильно дает разнообразие нашей сексуальной жизни. Не то, чтобы мы друг друга избивали плетками или привязывали к кровати, нет, у нас куда проще все. Но не менее захватывающее.          И пока чайник кипятился, Сережа решил ознакомить друга со своими игрушками и костюмами, после того, как тот изъявил желание на них посмотреть.         — И как ты решился на свой первый секс? — Антон не мог без веселья смотреть на костюмы.        — Решился? — слегка удивленно переспросил, держа до сих пор в руках анальные шарики. — У меня не было такого понятия. Я хотел попробовать и меня не пугало то, что будет дальше. Наоборот возбуждало. Я очень возбудился, когда Поз стал меня подводить к этой черте. И я ему отдался полностью, несмотря на неприятные ощущения вначале. Меня он хорошо растянул перед тем, как входить плюс смазка, так что…        — Вот как… — пробормотал  омега с тихим вздохом. Он вроде и сам хотел бы попробовать, понимал, что хочет его альфа, но что-то останавливало.        — Та-ак, — протянул гласную, чуть вперед вытягивая игрушку, — может, стоит начать с этого?         Антон недоуменно посмотрел на друга, а после и на протянутый предмет.         — Я не в том смысле, что ты прям мою вещь берешь, а в целом. Напряги братика, заставь сгонять до секс-шопа и прикупить парочку нужных вещей. И знаешь что, ты его взбудоражишь, а после возбудишь одним лишь желанием попробовать и в то же время подготовить себя «таким».        — Как бы мне сквозь землю не провалиться, пока буду ему это предлагать, — почесал щеку Антон, глубоко задумавшись. Идея была любопытной.        — А ты скажи ему и тут же смотайся, — предложил безумную идею, не лишенную смысла, как бы тупо оно не звучало, и сам же засмеялся, только представив себе картину.        — Это уже нонсенс. Но сказать надо. Он все же опытнее меня.        — Скажи, обязательно. А пока пошли обратно на кухню, чайник уже давно вскипел.        — Обкраду тебя на сладенькое, — усмехнулся омега, поднимаясь с насиженного места.        — Тогда тебя настигнет птичка обломинго, потому что сладкого у меня немного. А если быть точным — четверть плитки шоколада.        — Тогда надо было мне сказать раньше. Я бы заехал в кондитерскую и накупил бы вкусняшек.        — Специально не сказал, — ответил Сережа, а после ущипнул за животик, — вот это что такое, м? Что за начинающийся жирок?        — Это отсутствие вообще какой-либо нагрузки. Я в последнии дни только до школы и до дома.        — А чего так?        — Под бочком альфы много времени провожу, — усмехнулся Антон. — Но ты прав. Надо вновь начать хоть делом заниматься.        — Надо держать себя в форме. А то заплывем и альфы наши начнут смотреть на стройненьких омег, — вскинул коротко брови Сережа, дав представление сей картины, пока разливал кипяток по чашкам.        — Боюсь, если мой альфа посмотрит на другого омегу, его у меня больше не будет. Ни у кого не будет, — зловеще усмехнулся Шастун. Прибьет своего суженного.        — О, не уж-то ты перенимаешь качества своего отца? — улыбнулся Сережа, заметив изменения на лице и в тоне друга. — Маньяк-собственник.        — Естественно. К Арсу я всегда испытывал ревность. Я его люблю и он будет только со мной.        — Ах, как романтично, — достав из холодильника шоколадку, парень вернулся на место. — За это стоит выпить. Готовь свою кружку.        — Представим, что вино? — Антон поднял свою. — Французское. Сладкое.        — Мурси, — специально исковеркал слово, поднимая свою кружку.        — За наших альф!  

***

        Поход в гости к Матвиенко действительно удался. Мало того, что он получил дельный совет с мотивирующим пинком, так и в дальнейшем наговорился так, что хватит на целую неделю. А ближе к четырем часам Сережу потянуло на улицу — развеяться.         — Что на счет парка и красивых фотографий? — предложил авантюрную затею Антон.        — Селфи и парк? Очень даже за!        — Тогда пошли!  

***

        Ошеломительная прогулка оставила массу впечатлений. Антон давно так не наслаждался жизнью (не считая любимого). Все же они совершили сильное упущение — долго не общаясь друг с другом, кто по какой причине. Поэтому уже вечером, перед расставанием, оба взяли друг у друга обещание встретиться как можно раньше в следующий раз.         Позже Антон написал маме сообщение, что сегодня останется у Арсения. Заодно стал готовиться к разговору о предстоящей растяжке. Готовил себя весь путь, в лифте, и еще пару минут простоял в подъезде, решаясь на ответственный шаг. И вот, стоило ему зайти в дом, как он понял одно — братика нет дома. Возможно, тот просто вышел куда-то погулять. С теми же Позом или Окси.         Поэтому Антон, не найдя ничего оригинальнее, решил просто дождаться брата за фильмом. Но шло время, а никаких вестей не приходило. Полчаса, час, полтора. Омега начинал волноваться, как бы что не случилось. С их-то жизнью может произойти всякое.         Первая мысль, что пришла в голову— позвонить отцу. Тот наверняка знает, куда делся его брат. Если дело связано с их работой — он главный источник информации.         И только стал искать номер в контакте звонков, как услышал в коридоре копошение. Альфа вернулся домой!         Откинув телефон в сторону, Антон хотел высказать, конечно, в шутку, что думает о своем гулене, но внешний вид Арсения заставил ужаснуться. Тот был одет в официальный костюм, красота да и только… если бы не был заляпанным кровью! И не ясно чья она, чужая или его собственная.         — Привет, малыш, — приветственно улыбнулся альфа. И эта улыбка, с внешним видом, смотрелась жутковато.        — Что с тобой случилось? — Антон буквально подлетел к альфе не боясь прикоснуться.        — Т-ш, т-ш, т-ш, все хорошо, — зашикал успокаивающе и мягко отстранил от себя руки любимого. — Я все расскажу, но прежде позволь мне принять душ.        — Конечно. Тебе принести чистые вещи? Или там есть?        — Принеси.         Перед тем как пройти мимо, Арсений оставил короткий поцелуй на губах. Хоть немного, но его внимание заставило омегу улыбнуться и успокоиться. С любимым все хорошо, а значит альфа расскажет все за чашкой чая. А пока и правда не помешает принести ему что-то свежее, а грязный костюм отправить в стирку. От одного его вида пробегали мурашки по телу. Ситуация могла бы обернуться в настоящий кошмар, будь эта кровь Арсения.         Зайдя в ванную комнату, Антон стал свидетелем того, как тот, находясь в душевой кабинке, что-то негромко напевал. И не удивительно, ведь там было встроено радио, по которому часто прокручивали интересные треки.         — У тебя еще есть настроение петь? — усмехнулся Антон, уже не отводя взгляд, привык к красивому телу. Не мешало даже запотевавшее стекло.        — К ужасам, что творятся в делах отца, привыкаешь, к удивлению, довольно быстро. Правда, раздражает сильный вопль.        — Что за вопль?        — Так, я обещал, что расскажу после душа, — прервал расспросы альфа, оборачиваясь в кабинке лицом к пришедшему, — клади уже вещи и дуй накрывать на стол.        — Вот раскомандовался, — фыркнул омега.         Несмотря на небольшие пытки с лёгким отрубанием некоторых частей тела в загородном доме Шастунов, Арсений не утратил аппетита. И за пару часов успел проголодаться.         Оставленные вещи представляли собой простые спортивки и футболку. Одевшись, альфа потопал в сторону кухни, где Антон уже во всю хозяйничал.         — Давно меня ждешь?        — Часа два примерно, — омега уже накрыл стол на две персоны, доставляя на стол некоторые закуски.        — А где ты пропадал днем?        — Гулял с Сережей.         Садясь за свое место, Арсений стал внимательно наблюдать за омегой до тех пор, пока перед ним не появился ужин, который состоял из супа-пюре, по скромному. И никакого мяса. Слишком позднее время для подачи тяжёлой еды. О чем омега и поспешил сообщить, пока альфа не стал возникать. Все-таки он уже взрослый мужчина и ему нужны белки животного происхождения.         «Спор» оказался не долгим. Голодному человеку все хорошо. И суп был съеден с удовольствием.         — Так что у тебя опять стряслось? — напомнил об обещании рассказать.        — О, да тут не у меня, а скорее у отца стряслось, — начал свой рассказ Арсений за чашечкой чая. — Началось все вполне приемлемо, я находился в главном офисе и помогал ему разобраться с парочкой документов, пока ему на телефон не позвонили с просьбой приехать в наше загородное имение. Я лишь в пути узнал, что они выловили целую группу хакеров, которых подкупил главный соперник, на данный момент, отца. Понимаешь к чему я веду?        — Не хакеров бить надо, а заказчика ловить.        — Заказчик подождет. Его время ещё не настало. А ребят, что едва не лишили половины состояния, пусть и плясавших под чужую дудку, ради наживы, нужно наказать. Так каждый лишился по два пальца.        — За те деньги, что им заплатили, они могут и механические пальцы себе пришить, — прикинул Антон. Его аппетит тоже не испортился. Уже хорошо.        — Нет у них больше никаких денег, — опасно усмехнулся Арсений, да вовремя скрыл эту эмоцию за чашкой. А после небольшого глотка продолжил: — Теперь эти ребята полностью под наблюдением. Один неверный шаг приведет их в могилу. Главный урок они усвоили.        — И этому садисту я готов доверить свою девственность, — заворчал омега.         Протянув руку через весь стол, Арсений накрыл ей ладонь возлюбленного и осторожно сжал.         — Ну ты ведь любишь меня, радость моя.        — Люблю, — растаял под любящим взглядом, — поэтому хочу посоветоваться на счет предварительной растяжки, — последнее было добавлено с диким смущением.          Арсений, в этот момент, благодарил всех Богов за то, что отставил вовремя чашку с чаем. Не то бы точно подавился. К вопросу, относительно интима, нужно заранее подготавливать. Например, начав с фразы: «Отставь все в своих руках в сторонку, есть важная новость».         — Посоветоваться?        — Да. Я понимаю, что день в день не смогу тебя принять. А чтобы было проще нужна растяжка.        — Дай угадаю, — заговорил после сброшенного наваждения (картинки в голове едва не возбудили), — эта цель у тебя возникла после общения с Сережей?        — Не совсем. Он лишь подсказал, что нам можно начать с этого.        — И это неплохое решение, — признал Арсений, особо долго не думая.— Я и сам тебе хотел предложить нечто такое, как только бы ты привык к моим ласкам.        — Значит, — смущенно улыбнулся,— наши мысли сошлись?        — Конечно сошлись. Я и не думал тебя брать без подготовки.        — Нет, начать меня подготавливать заранее. А не подготовил и сразу вошел,— пытался объяснить, а то еще заикаться начнет от смущения.        — О, так ты об этом, — дошла мысль до альфы, после чего губы дрогнули — улыбка так и лезла. — Очень даже за. Но для лучшего эффекта стоит приобрести специальные игрушки.        — И ты туда же, — проворчал Антон. Он вдруг почувствовал себя полным идиотом.        — Ах, значит, Сережа дал действительно дельный совет, — чувствуя уважение к парню, Арсений вернулся к чаепитию. — Какая умничка. Что ж, раз ты не против, в выходные я пойду закупаться. Компанию ты мне, конечно же, не составишь? — спросил с хитрой улыбкой. А в глазах заплескался восторг.        — Напоминаю, что мне только шестнадцать. Как это будет смотреться?        — Будто кто-то будет проверять, сколько тебе лет. Да и согласись, если тебя принарядить и сделать стильную укладку, можно дать и восемнадцать.        — То есть я одет не стильно? — нахмурился Антон.        — Я этого не говорил, — тут же поспешил исправиться альфа, виновато улыбаясь. — Я веду к тому, что исключить, например, джинсы и надеть какой-нибудь костюм. Твой стиль очень хорош.        — Костюм? — Антон посмотрел на брата, словно тот сморозил глупость. — В повседневную жизнь?        — Не официальный. У тебя ведь есть обычный брючный костюм, или надеть ту недавно купленную тунику с лосинами, да много вариантов, я не особо разберусь в названии твоих вещей, но ведь они костюмы.        — Заставлю выучить наизусть все названия вещей, — хмыкнул омега. — Это не костюмы, что ты говоришь.        — А что тогда?        — Это готовые образы.        — Хорошо, готовые образы, —поднял руки в знак капитуляции, — в них ты просто конфетка.        — А сейчас не конфетка? — подозрительно прищурился омега.         Ох и дорвется его альфа сейчас. Своими ответами лишь подливал масло в огонь, словно намекая, что сейчас Антон недостаточно хорош. И ведь не посмотрит на то, что тот уставший, недавно весь в крови был — прибьет на фиг.         — Конфетка, — тут же ответил Арсений, предчувствуя беду, —красивая и сладенькая.        — Точно? — омега поднялся со своего места, а после сел на колени к альфе.        — Абсолютно. Сто процентов, — на каждую фразу кивнул, осторожно приобнимая за талию.        — То-то же, — коротко поцеловал в губы, довольный ответом.        — Спасибо, я поел, — чуть запоздало поблагодарил за ужин, стоило причмокнуть губами после поцелуя и получить еще один, такой же милый и коротенький. — А теперь пойдем посмотрим чего-нибудь?        — Давай, — согласился омежка.          Одному смотреть не совсем интересно, а с обнимашками очень даже.  

***

        Предчувствуя нерадостную встречу, Майя нарочно вышла встречать приезжего супруга со скалкой в руках. Не зря ведь помогала Анне с приготовлением лазаньи. Через окно она не могла видеть в каком состоянии приехал супруг, но выйдя в главных холл…         — Та-ак...        — Все в порядке, — Андрей примирительно поднял руки.        — Я жду твоих объяснений.        — На счет?         — Антон недавно написал смс, что Арсений явился домой, запачканный кровью. Да и ты особо чистым не кажешься, — указала на весь образ в целом скалкой, — так что рассказывай, пока я не зарядила тебе по заду. Во что ты влез и захватил с собой сына?        — Да ерунда, — пытался немного отмахнуться. — Подумаешь, попытали некоторых хакеров, которые чуть не взломали нашу систему безопасности и не сделали меня наполовину банкротом.         На лице омеги не отразилось ни одной эмоции. Что стояла до объяснения, что после. Только рука слегка дрогнула. Хуже всего, конечно, в таком случае получить именно молчание. Осуждение без слов.         — А сына зачем к этому приучаешь?— наконец спросила, спустя минуту или около того.        — Он пошел за компанию, — виновато улыбнулся. — Мне позвонили спонтанно и он решил поехать.        — И сам изъявил желание попробовать поотрубать пару пальчиков людям? — спросила с неожиданно дёрнувшимся глазом.        — А ты откуда об этом знаешь?         — Тебя сдали с потрохами, — ответила Майя, тонко намекая все на тот же телефон — смсочку младшего сына. Ведь после фразы: «Арсений пришел весь в крови», у родительницы возник логичный вопрос: «Что произошло?»        — Ну ничего же не случилось. Арс почти не изменился.        — «Почти»? Что ты подразумеваешь под «почти»?        — Он взрослеет, знает о нашем бизнесе, а это меняет человека. Но Арсений все еще наш сын.        — Быстро иди приводи себя в порядок, — закончила на том разговор и указала скалкой в сторону лестницы.        — Розочка, — Андрей позволил слабую ласковую улыбку, — но ты же все равно меня любишь?        — Я считаю до трех.        — И я тебя люблю, — вздохнул альфа, особого выбора не имея. Придется идти переодеваться.         Проходя мимо, он-таки получил шлепок по попе. Только не скалкой, как хотела до этого Майя, а ладонью. Это вызвало лишь улыбку на губах. Уже более яркую, нежели остальные. Да, она позлится немного, да простит. Так он думал… пока его не ошарашили фразой, примерно на середине пути по лестнице:         — Сегодня будешь спать в другой комнате.        — Почему? — удивился Андрей, поворачиваясь к супруге.        — Наказание.        — Розочка, ты же знаешь, как без тебя будет одиноко, — состроил печальные глаза.         И этот трюк сработал бы, не будь Майя действительно злана то, как необдуманно поступил ее муж, заставляя (или же позволяя) их сыну пытать людей. Она смирилась с тем, что тот не одного успел ранить, пока крутиться в бизнесе отца, и даже убить, но пытки… Для Майи он все еще оставался ребенком, и слышать о том, что делал твой сын, а потом представлять в каком виде явился домой… это слишком.         — Поспишь один день, не переломаешься.        — Ну хочешь я тебе куплю что-нибудь? Или протаскаюсь с тобой по магазинам?         Весь этот откуп-жертва лишь ради возможности спать с ней в одной постели. Остановившись у самого поворота, омега плавно развернулась.         — М?        — Ты же говорила мне, что мы давно не ходили вместе никуда. Можно в театр.         Вновь молчание. Это стало медленно добивать альфу. Майя делала вид, что обдумывает предложение, а на деле же давно все решила. И оно не изменилось.         — Нет. Не хочешь спать в другой комнате, я сама где-нибудь устроюсь.        — Между прочим, я нашу семью защищаю.        — Делая из сына маньяка в двадцать лет, — напоследок бросила омега, скрываясь из виду.        — И вовсе не маньяка, — нахмурился мужчина. Он, конечно, понимал, что у них разные методы воспитания, но в кругу семьи Арсений остался прежним.          Обида стала немного раздражать. Хоть сейчас возвращайся в загородный дом. И последнее его желание позже стало осуществляться. Стоило привести себя в порядок и он решил убраться подальше от дома.          Майя не видела ухода, но сумела услышать, окно на кухне было открыто, звуки шин, а после громкий мотор. На       Порше Андрей уехал не сказав куда и надолго ли...   — Решил молодость вспомнить? — бросила вопрос в пустоту, сильнее сжимая в руке нож. — Ну, хорошо. Скатертью дорожка.