Сойдем с орбит вместе.

Маленький ребенок, с игрушкой в руках и с растрепанными темными волосами, медленно перебирает ногами, идя по длинным пустым коридорам здания Евангелиона. Здесь было необычно тихо; не как всегда. Мальчишка переступает худенькими ножками через каждую плитку, вырисованную на полу, как бы играя в игру, считая каждый свой шаг; на его детских губах была невинная улыбка, способна очаровать любого прошедшего рядом. Он прислушивался к каждому шуму или шороху, что способны заинтересовать любопытство маленького ребеночка. Уже почти доходя до конца коридора, внимание маленького Синдзи обратилось к двери, за которой доносились уж больно громкие шорохи, не такие, какие ребенок слышал пару шагов назад. Мальчик насторожился, шум заставил его крохотное сердце вздрогнуть, а улыбка спала с его губ, как будто и не появлялась там. Но не смотря на страх, овладевший Синдзи, дитя медленно подошел к двери, слушая, почти не дыша, стараясь дотянуться на носочках до скважины небольшого замка, чтобы разглядеть что же происходило внутри. Мальчик не мог понять … был ли кто-то в помещении, или это был шорох ветра, который укутывал комнату за дверью? Внезапно за ней раздался громкий стук по столу; кто-то с неподдельной яростью ударил кулаком по нему. Синдзи инстинктивно отшатнулся от двери, прижимая к груди родную игрушку, из-за всех сил сдерживая детский крик страха. Мальчик прижался к стене, теперь от его улыбки не осталось и следа. Коленки задрожали, и он ногтями впился в безделушку так, что в ней могли образоваться дырки. В помещении за дверью раздались вопли; самые что не на есть крики отчаявшегося человека. Это кричала Рицуко .. Синдзи знал ее как строгую, но справедливую девушку, которая присматривала за ним, заменяя ребенку умершую мать. — Это не может больше продолжаться! - сквозь тишину, Синдзи уловил дикий крик девушки, и треск бьющего предмета о пол. Ей никто не ответил; складывалось впечатление что Рицуко обезумела и кричала в пустоту. Но как же так? Девушка всегда была сдержанной и чересчур спокойной, - по крайней мере такой ее помнил мальчишка когда они проводили время вместе. И вот теперь .. Синдзи слышит как сама Рицуко кричит.. нет.. даже вопит на второго объекта в комнате. — Я больше не выдержу такого! Это безумие … Нет! Это ты безумец! - ее голос внезапно сорвался, и девушка начала неистово кашлять хлебая горячие слезы, что скатывались каплями по губам. — Ты чёрт возьми сошел с ума! О чем ты только думал… Как дальше будет жить Синдзи? Ты об этом никогда не задумывался?! Голос Рицуко стал хриплым и грубым, будто бы она больше и не была девушкой. Эти слова навели на Синдзи необычайный страх; мальчик сорвался как сумасшедший с места, и втискивая игрушки к груди, побежал вон от этой проклятой двери, что несла в себе ужас.. страх.. одиночество. Он побежал по длинным коридорам своими хрупкими ножками быстро перебегая каждый шаг, в надежде убежать, скрыться от жуткой реальности, от всего .. в этом жестоком мире. Еще долго мальчик слышал голос Рицуко.. который надорвавшись кричал на человека внутри, на кого? - Синдзи так и не понял; наверно .. он даже не хотел этого знать, будто его детское чутье сказывало ему бежать от этого места, бежать в глубину станции Евангелиона, подальше от то всех .. от каждого человека живущего там.