Персиковый сад

Глава 131. "Не надо, не трогай меня" "Да что со мной такое!" — в сердцах воскликнул Чжан Ци. — "Он же ещё совсем ребенок, едва ли не в сыновья мне годится. Неужели я настолько очерствел, что выгнал глупого ребенка замерзать на снегу!" Чжан Ци наклонился поближе к груди юноши: сердце будто не бьётся! Неужели оно остановилось на морозе! Мужчина положил юношу на свою кровать, принес несколько свечей и поспешно начал стаскивать с парня одежду. Юноша был высокий, стройный, с приятным, запоминающимся, лицом, которое сейчас не выражало никаких эмоций. Замерло, будто маска. Неужели и вправду мертв?? Раздев юношу, Чжан Ци принес мази и настои, принявшись растирать его вдоль и поперек. Боги, его конечности! Простояв несколько часов на морозе, он попросту мог лишиться ног! Чжан Ци вообще удивился, как за все это время его колени не примерзли к земле. Кожа юноши была девственно-нежной, гладкой, но Чжан Ци, чувства которого за это время атрофировались, разумеется, сейчас думал только о том, чтобы спасти человеку жизнь. Напористыми движениями он продолжал растирать юношу. Мороз выжег румянец на лице упрямого незнакомца. Чжан Ци приподнял голову парня, силой приоткрыл ему рот, и, по капле, залил в него лекарства. В точности, как учил его Ван Шу, будь он неладен! В первый раз после смерти Хань Вэньчэна, Чжан Ци испугался ещё за чью-то жизнь. Сделав все, что было в его силах, мужчина накрыл парня теплой звериной шкурой и только сейчас осознал, что теперь негде спать ему самому, ведь постель занята. Черт бы его побрал! Не хватало ещё таких проблем. Чжан Ци расстелил шкуры возле печи, разлёгся на них и моментально заснул. Когда мужчина проснулся посреди ночи, осознание произошедшего опустилось на душу тяжёлым молотом и он сразу же кинулся к постели. Жив или мертв?? Юноша лежал без движения, только на губах будто бы застыла лёгкая улыбка. Чжан Ци наклонился к нему, пытаясь понять, в каком состоянии находится сейчас этот юнец. Внезапно парень вскочил со своего места, да так крепко обнял его, что Чжан Ци не мог пошевелиться. Мужчина был шокирован и выронил баночку с мазью, которую приготовил. Юноша прижался к нему всем телом и Чжан Ци чувствовал исходящий от него жар, будто прислонился к осколку маленького солнца. Мужчину охватил гнев и он со всей силы оттолкнул от себя юношу. — Да как ты смеешь! Звонкая пощёчина обожгла щеку Лян Яо. — Что ты себе позволяешь?! Юноша, словно протрезвев, схватился за ушибленную щеку. — Учитель, пожалуйста, простите меня! Я бредил, и в бреду ко мне пришел мой покойный отец, я был уверен, что обнимаю своего отца! Простите, умоляю! — Какой я тебе учитель? — немного остыв, спросил Чжан Ци. — Хорошо. Пусть будет так. Пока стоят морозы, перезимуешь у меня, но как только наступит весна, чтобы и духу твоего здесь не было! Чтобы я тебя больше никогда здесь не видел и не слышал, это понятно? — Да, учитель! Чжан Ци с неудовольствием принялся укладываться на шкуры, которые расстелил себе возле печи. Полуобнажённый юноша спрыгнул с кровати и, пошатываясь, подошёл к нему. — Я не смею занимать место учителя! — сказал он, силясь удержаться на ногах из последних сил. Тут ноги его подкосились и он без чувств рухнул на пол. — Мать твою! — разозлился Чжан Ци. Ши Юэ смотрел в окно. За окном снова шел снег. Как же надоело сидеть здесь! Ему захотелось просто глотнуть морозного воздуха, пройтись по скрипучему снегу. Молодой человек схватил шапку, плащ на меху, наспех натянул сапоги и выскочил на улицу. Соседские юноши резвились на снегу и играли в снежки. Ши Юэ, изнывающий от своего одиночества, подумал, как хорошо было бы сыграть вместе с ними. Он подошёл поближе. — О, смотрите, городской сумасшедший вышел! — со смехом сказал один из юношей, самый бойкий. Остальные поддержали его дружным хохотом. — Эй, дурачок, чего сюда припёрся? Тебе здесь не рады. Ши Юэ стало так обидно, что на глазах выступили слезы. Ведь он даже словом никого не обидел! — А давайте устроим соревнования по метанию снежков в дурачка? — предложил все тот же юноша. — Ха-ха-ха! Давайте! — дружно подхватили все. В Ши Юэ полетел град снежков, больно ударяя в лицо, голову, грудь. Парень пытался закрыться как мог, руками, но снежки, сыплющиеся на него градом, просто сшибли его с ног и Ши Юэ свалился в сугроб. — Добивайте этого дурачка! Град снежков полетел с новой силой в беспомощно лежавшего в сугробе парня. И тут, за спиной разгулявшейся не к добру молодежи, послышался звериный рык. Юноши обернулись, да так и застыли на месте с раскрытыми ртами: прямо на них неслось разъяренное существо с летящими по воздуху длинными белыми, словно змеи, волосами. Оно хищно оскалило клыки, будто собиралось поглотить весь мир, выставив вперёд длинные острые когти. — А-а-а-а!! Это демон! Демон! Спасайся, кто может! Юноши кинулись врассыпную. Ши Юэ с трудом поднял голову, увязшую в сугробе и, сквозь слезы проговорил, узнав нового знакомого: — Не надо! Не трогай никого! Выражение лица демона тут же изменилось, будто всё, кроме этого лежащего в снегу юноши, перестало для него существовать. — Цзинья... — начал он, но осекся, протянув Ши Юэ руку в изящной белой перчатке, которую надел, дабы спрятать свои когти. Парень, с помощью Инь Чэ, попытался выкарабкаться из снега. Демон с болью прижал его к себе, но Ши Юэ, по лицу которого ручьями текли слезы, сразу же отстранился. — Не надо, не трогай меня, — сказал парень, вытирая лицо. — Это после моей болезни, после того, как меня начали посещать видения, они прозвали меня дурачком.