Персиковый сад

Глава 185. "Я не хочу, чтобы ты боялся меня" Юноша уже крепко сжимал Чжан Ци в своих объятиях. Мужчина также обнял его в ответ. По щекам обоих струились слезы. Тут сказывались не только сильные эмоции, но и опустошенный кувшин сливового вина. — Как же это, как же... — шептал Чжан Ци. — Вэньчэн жив, как такое возможно... Губы юноши бесконечно целовали его соленые от слез щеки. — А-Ци, я люблю тебя, давай останемся вместе? Прости, прости меня... Они шептали друг другу всякий любовный бред, пока так и не уснули в объятиях друг друга. Когда Чжан Ци проснулся, обнаружил, что Лян Яо спит у него на руках. Что вчера происходило? Он напился как скотина. Непростительная слабость! Что этот мальчишка делает в его объятиях... Вэньчэн... какой жестокий, бесчеловечный сон... Но юноша вовсе не спал, а наблюдал за ним, слегка прикрыв глаза. Теперь бабочки его ресниц взмахнули крыльями и улыбка озарила юношеское лицо. — Доброе утро, А-Ци, как тебе спалось? Чжан Ци вздрогнул: "Не сон??" — Я вчера слишком много выпил, Яо, — он попытался отстранить юношу, но тот вцепился в него мертвой хваткой. — Ты можешь называть меня Вэньчэн. Не делай вид, что был пьян и ничего не помнишь. Вчера я раскрыл перед тобой свою душу и попросил прощения. А-Ци, ты не можешь этого забыть... Мужчина растерялся и не знал, как ему вести себя. Хань Вэньчэн взял инициативу в свои руки: — Я ощущаю перед тобой сильную вину за свое бесстыдное и ужасное поведение. Я хочу загладить ее и сделать все, чтобы тебе было хорошо. Если ты можешь простить меня, если ты меня все ещё любишь... давай будем вместе? Чжан Ци испуганно посмотрел на него: — Сколько тебе лет в этом теле? Ты совсем ещё ребенок, а я взрослый муж, которому тридцать пять лет, ты мне едва не в сыновья годишься. — И что с того? Этому простолюдину было бы сейчас около восемнадцати лет, но теперь в его теле душа зрелого мужа. А-Ци, но разве это имеет какое-то значение? Разве ты не хотел меня в этом теле? Я же знаю, что хотел, только скрывал это. — Успокойся! — вскричал мужчина. Но юноша свалил его на кровать, придавив собой. В глазах Чжан Ци отразился страх на грани ужаса. Воспоминания, что творил с ним Хань Вэньчэн в императорском дворце были слишком свежими. — Признайся, в глубине души тебе нравилось, что я с тобой тогда творил, хоть ты никогда не признался бы в этом. Но тело не обманешь... — прошептал Хань Вэньчэн. Чжан Ци так сильно отшвырнул его от себя, что юноша кубарем скатился с кровати и, упал. Он охал и потирал ушибленное место. — А-Ци, прости, я несу чушь. Прости меня. Те постыдные моменты никогда больше не повторятся, я клянусь! Я не хочу, чтобы ты боялся меня. Я больше не сделаю ничего против твоей воли, прости меня... — Хань Вэньчэн подполз к нему на коленях. Чжан Ци встал с кровати, пытаясь собрать волосы в пучок. — Мне нужно время, чтобы привыкнуть к новой правде, которая открылась передо мной. Инь Чэ и Ли Цзиньян провели несколько трогательных дней вместе, будто птицы-неразлучники. Юноша спал на груди у демона, а Инь Чэ нежно сжимал его в своих объятиях, словно боясь раздавить. Демон дремал, прикрыв свои прекрасные изумрудные глаза и урчал, как большой лесной кот. Он пребывал в совершенном блаженстве. — Когда господин Чэ вместе с господином Ли, они оба такие счастливые, — проговорил Нин Сян, пытаясь организовать завтрак. Ю Фэн скручивал свои огненно-рыжие волосы в пучок. — До той поры, пока не проснулся второй, — ответил он. Нин Сян вздохнул: — Да, какая ужасная, печальная участь постигла молодого господина Ши Юэ! В недобрый час он, видимо, родился. Очень жаль его. Нин Сян осторожно постучал в спальню Инь Чэ. — Господин Чэ, время завтракать! Демон подскочил на своем месте. — Ах, мой Цзиньян голодный, а я до сих пор сплю! Ли Цзиньян сам только что проснулся и сонный присел на кровати. — Инь Чэ, не суетись, пожалуйста, побудь со мной ещё немного. — Я не покину тебя ни на минуту, любовь моя! — ответил Инь Чэ и смахнув волосы с плеча юноши, запечатлел на нем нежный поцелуй. Ли Цзиньян улыбнулся. Он никогда бы и подумать не смог, что этот демон способен так любить. Юноша обнял Инь Чэ руками за шею и, прижавшись к нему, прикрыл глаза. Демон осторожно накинул на него халат и подхватил на руки. — Инь Чэ! — Пришло время завтрака. Как бы ты хотел провести время после, любовь моя? Быть может, желаешь прогуляться? — Да, пожалуй, — улыбаясь, ответил Цзиньян. Демон усадил его за стол и пока Нин Сян выставлял тарелки с завтраком, Инь Чэ изъявил желание сам что-нибудь приготовить для своего возлюбленного. Неожиданно, Ли Цзиньян начал разбрасывать тарелки с едой на пол, громко при этом рыдая. — Что случилось, любовь моя?! — испугался демон. — Цзиньян?! — Не смей называть меня именем своего любовника! — рыдая, вскричал юноша. — Думаешь, я не знаю, как ты предлагал ему убить меня?? Ты хотел меня убить, избавиться от меня! Убийца! Вор и убийца! — он зарыдал с новой силой. — Ши Юэ... — проговорил демон. Их жизнь постепенно превращалась в ад, а было такое прекрасное утро... — Ни минуты не хочу оставаться в доме, где мне желают смерти! — закричал Ши Юэ и выбежал на улицу. Но далеко убежать он не успел, так как его отбросило назад. Юноша предпринял ещё одну отчаянную попытку, но его снова отбросило в сторону. Демон окружил дом магическим барьером, чтобы юноша не смог сбежать. Разозленный Ши Юэ вернулся в дом и набросился на демона с кулаками. — Ну давай же, убей, убей меня, раз хочешь моей смерти, чего же ты ждёшь?? — Успокойся! — сказал демон. — Это невыносимо, — он поспешил исчезнуть. Ши Юэ продолжал рыдать. — Это так ужасно, — в отчаянии проговорил Нин Сян, — и в этот раз я действительно не смогу его утешить. — Тогда пойдем покатаемся, — ответил лис-оборотень, приглашая запрыгнуть к себе на спину.