Кровавое море

      Вэй Усянь сидел в одной из комнат своего нового дворца и разглядывал подаренный меч. На столике отдельно лежали ножны и меч. Это холодное оружие было прекрасно: само лезвие чёрное, как воронёное крыло; длиной с метр; на рукояти и лезвии вставки кровавого цвета; на рукояти висела красно-чёрная кисточка. Вэй Ин сидел уже с полчаса и любовался своим подарком, аккуратно трогал его и крутил со всех сторон.       Подскочив с места, Усянь взял в руку меч, он был чудно лёгкий и удобный для боя. Он побежал в комнату для тренировок и сразу же, со всей скорости, влетел в манекен, нанося рубящую атаку сверху. Секунда, и две половинки «жертвы» упали на пол. Глаза засияли. На миг показалось, что того манекена располовинило за секунду до прикосновения лезвия. Восхитительно. Вэй Ину однозначно уже очень нравился этот меч. Оставалась только небольшая проблема: имя. Он не знал, как лучше его назвать, да и давать чему-нибудь или кому-нибудь имена — это для него всегда было проблемой.       Прокрутив меч в руке, он ловким движением вложил его в ножны и повесил их себе на пояс. Всё же решил, что даст имя чуть позже. Сейчас он хотел прогуляться по Небесной Столице и поискать что-то на подобии винной лавки. Но не успел. На пороге дворца показался Се Лянь. От неожиданности тот вскрикнул и отскочил от Бога Войны.       — Ваше высочество! Ну для чего же так пугать-то? — переводя дух, возмущался Усянь.       — Ох, извините, господин Вэй, я случайно. — тот смутился и отошёл на шаг.       — Та ладно уж. И кстати, не зови меня «господином». Ты ведь старше. Обращайся ко мне по имени, — он улыбнулся ему, подойдя ближе, — Попробуй, Се-гэгэ, обратись ко мне по имени.       Се Лянь смутился пуще прежнего и отвёл взгляд. Он так толком ни с кем не обращается по имени, соблюдая правила этикета. Только тот хотел ответить, его перебили, будто бы зная, что он сейчас скажет:       — Се-гэгэ, не будь занудой. Я не каждому предлагаю звать меня по имени. Ты что? Лань Чжаня пытаешься копировать, соблюдая правила приличия? Ох, ну так тогда совсем не интересно, — он сделал обиженное личико и надул одну щеку.       — Что ты! Нет, конечно. Я просто задумался, как лучше будет звучать. Усянь-ди или же Ин-ди. Но больше всё же нравится Вэй Ин-ди, – он вновь посмотрел на своего собеседника, улыбаясь. Вэй Ин же засиял счастьем.       — Такое мне нравится больше, Се-гэгэ! Ох, и кстати, ты по делу прошёл или на чай заскочил? — вспомнил он об этом вопросе, что хотел задать в самом начале диалога.       — Ой, точно. Лин Вэнь дала мне задание и попросила взять кого-то в помощь. А так как Повелитель Ветра на своём задании с Повелителем Земли, а другие боги отказываются помогать мне, единственная надежда — это ты. То… сможешь составить мне компанию?       — Ты ещё спрашиваешь? Естественно! Куда идём?       — Деревня Хуаси. Местные жители жалуются на нечисть, которая ночью забирает детей.       — Дети — это святое. Тогда поспешим же!

***

      Спустившись в деревню, эти двое сразу оглянули местность, где оказались. Вэй Ин насторожился и прислушался. Се Лянь внимательно наблюдал за юношей. Взглянув на старшего, Усянь взял его за руку и потащил куда-то в сторону деревни. Скорее всего, что-то почувствовал, но шли они молча. Опомнившись, Се Лянь заметил, что младший до сих пор держит его руку. От этого хвата принц аккуратно освободился и сровнялся плечами с Усянем.       — Ты что-то почувствовал? Ты так резко куда-то пошёл, — спросил принц через какое-то время.       — Запах крови, — коротко и сухо отрезал тот.       Далее они молча шли к самому поселению. Се Лянь предложил зайти в чайную и передохнуть с дороги. Им принесли чай, и Вэй Ин сразу немного отпил с чашечки. Чай был вкусным, от чего тот слегка смягчил выражение лица.       — И всё же в Облачных Глубинах чай вкуснее, но и этот неплохой, — тихо проговорил юноша, наслаждаясь чаем.       — Нам следует подумать, как лучше поступить, — заговорил принц, попивая горячий напиток и наблюдая за своим спутником.       — А что здесь думать? Нужно дождаться ночи. А до того времени обойти семьи пропавших и найти сходства между случаями, — ответил ему Вэй Усянь, отставляя чашку на стол.       — Звучит вполне логично.       — Вот только по дороге я заметил несколько адептов из клана Вэнь. Мне нежелательно попадаться на их глаза, ведь потом беды не миновать.       — Это потому ты так быстро убежал в лесу? — удивлённо спросил Его высочество.       — Мгм. От этих гадов на несколько сотен ли кровью несёт, — пробубнил он себе под нос.       — Вот как, тогда у меня есть чудесная идея!       После принц начал шуршать по всем своим карманам. Шарился так долго, будто бы вместо рукавов у него там чёрные дыры. Но вскоре тот всё-таки что-то достал и протянул Усяню. С виду это была какая-то темная накидка. Оставив чай в стороне, тот принял одеяние и, поднявшись, накинул на себя. По размеру было то, что нужно. Капюшон закрывал пол-лица, но при этом ему было всё видно, а по длине накидка была в пол. Из-под капюшона послышалось довольное «о-о-о». Теперь-то он точно смахивал на Бога Тьмы. Опустившись на место и скинув ткань с головы, он довольно улыбнулся.       — Большое спасибо, Се-гэгэ! После миссии верну его тебе целым и невредимым, — пообещал он, допивая чай в чашке.       — Ох, нет, что ты, Ин-ди. Не стоит. Считай это благодарностью за то, что ты согласился пойти со мной на задание, — отмахивался руками Се Лянь.       — Мг, ну так нечестно. Я тогда в следующий раз тебе тоже что-то подарю! Я подарки за просто так не беру, между прочим.       Се Лянь вздохнул, ведь препираться с ним не особо-то и хотелось. Поэтому, передохнув и обговорив детально весь план действий, они заплатили за чай (Вэй Ин, на удивление, нашёл в карманах несколько монет), и выдвинулись. На улице сейчас было еле за полдень, а до третьей стражи нужно ещё дождаться и обойти несколько семей.       Они шли по главной улице города, рассматривая всё вокруг. Выглядели, конечно, немного странно со стороны: один — как монах весь в белом, а рядом второй — весь в чёрном одет так, что под капюшоном только рот с носом и выглядывал (Инь и Ян, ёпта).       Вдруг Вэй Ин резко остановился возле какого-то прилавка и долго стоял, что-то разглядывая. Се Лянь сразу заметил пропажу своего спутника и повернулся к нему. Тот уже крутил в руке игрушку-барабан и улыбался, как маленький. Принц подошёл к нему и задал немой вопрос, мол «Чего это ты?», на что получил ответ:       — Когда-то в детстве, когда я осиротел, в один холодный зимний день какой-то мальчик подошёл ко мне и молча отдал мне такую же игрушку. Возможно, увидел, как я сижу на снегу и играю с соломенными человечками, — хоть его лица со стороны и не было видно совсем, но Се Лянь мог убедительно сказать, что тот улыбался.       — Сколько тебе было? — лишь тихо спросил старший.       — Четыре. Но мне повезло повстречать дядю Цзяна, который забрал меня и заботился как о родном сыне, — он положил игрушку обратно и пошёл далее. Се Лянь понял, что лучше не следует поднимать эту тему, поэтому молча посеменил следом.

— Где-то в далёком прошлом —

-Вэй Ин-       Сегодня мне исполнилось четыре! Мама с отцом выглядели такими счастливыми. Утром, конечно, для чего-то меня так рано разбудили и принесли маленький тортик мне в комнату. От него пахло лотосами!       — Доброе утро, мой котёночек! — радостно говорила мама, улыбаясь мне во все зубы. Я любил её улыбку. Да и вообще любил маму, она была у меня самой лучшей, правда, немного без тормоза.       — С днём рождения, сынок, — ласково произнёс из-за спины мамы отец. Его я любил не меньше, а они очень сильно любили меня.       Мама говорила, что я очень уникальный, ведь родился 31-го октября, в день, когда по миру призраки устраивают свои празднования. Поэтому они и дали мне имя Вэй Ин, которое означало «дитя-призрак», в ласковой форме Вэй Усянь — «без сожалений». Мне оно нравилось.       Мой отец, Вэй Чанцзэ, был лучшим другом главы великого Ордена Юнь Мэн Цзян. Этого дяденьку я видел несколько раз, да и то мельком глаза.       Моя мама, Цансэ Саньжэнь, была ученицей какой-то знаменитой целительницы, вот только никого из родных по маминой линии никогда не видел. Друзей у меня тоже не было, так как мы странствовали.

Сегодня родители пообещали взять меня с собой на ночную охоту.

Это была плохая идея.

      В лесу мы нашли небольшой домик для попутчиков, где оставили свои вещи. Отец сидел и протирал лезвие своего меча, а я сидел на его коленях и разглядывал его духовное оружие. Оно прекрасно.       — Нравится? — тихо спросил отец, поцеловав меня в макушку.       — Очень! Отец, у меня тоже будет такое красивое оружие, как у тебя? — спросил я, посмотрев в глаза отца. Он ласково улыбался мне и гладил одной рукой по спине.       — Конечно. Вот станешь немного старше, и я подарю тебе самый лучший меч, который кузнецы только смогут выковать.       Мама наблюдала за нами и тихо хихикала себе в ладошку. А потом подошла и взяла меня на руки, сказав:       — Когда мой котёночек вырастет, станет самым сильным заклинателем и самой большой гордостью мамы, — она улыбалась, параллельно тиская мою щеку.       Вскоре мы отправились в лес истреблять нечисть. Мама шла и держала меня за руку, а отец шёл впереди нас. Я оглядывался и прислушивался. По пути нам удалось встретить нескольких тварей, с которыми отец очень быстро справился. Настоящий воин!       Но в один момент что-то пошло не так. Отец глухо вскрикнул и упал на колено. Мы с мамой сразу побежали к нему. В области сердца у него торчала какая-то игла. Мама хотела вытащить её, но отец отбил её руку и прохрипел:       — Цансэ, спасай А-Ина. Уходите. Быстро! Я справлюсь!       У мамы на глазах выступили слёзы. Позади послышались тяжёлые шаги. Через силу отец поднялся и кинулся в бой с тварью, выигрывая нам время на побег. Я испугался. Очень испугался за самого родного мне человека. Но мама схватила меня и побежала прочь. Я видел, как далеко становился от нас отец, ком стал поперёк горла, а слёзы полились рекой.       — Нет! Отец! Папочка! Не бросай нас! — я тянулся к нему, но мама прижимала меня к себе и бежала прочь. Тоже рыдала, но спасала меня.       Я кричал какое-то время отцу вслед, но потом умолк и просто плакал, пока мама не посадила меня на циновку в домике, в котором мы остановились. Она села на колени передо мной и взяла мои руки в свои, говоря дрожащим голосом:       — Сыночек, котёночек мой, запомни, ты должен выжить. Если что-то случится, иди в Пристань Лотоса, найди главу. Его зовут Цзян Фэнмянь. Скажи, что ты наш сын, и расскажи, что случилось. Сейчас никуда не выходи. Здесь в наших вещах есть деньги, еда и одежда. На первое время должно хватить… — она плакала, смотря мне в глаза своими нежными глазами цвета розовой вишни.       — Нет! Не говори таких глупостей, матушка! Всё будет хорошо! Я буду здесь ждать тебя и отца! Вы обязаны прийти за мной… — всё никак не успокаивался я.       — Мой хороший мальчик… — она погладила меня по щеке, а после очень крепко обняла, поцеловав в макушку, — Мы тебя очень любим, помни это… ты наше единственное сокровище. Поэтому пообещай маме, что ты выживешь.       — Я обещаю, матушка… — еле выдавил я, захлёбываясь в своих же слезах.       — Вот и умничка. Если к утру мы не вернемся, иди в Юнь Мэн. Не иди нас искать.       После этого она вновь поцеловала меня и, взяв свой меч, быстро убежала на улицу. Далеко были слышны звуки боя, рёв твари и голос мамы. Дальше я ничего не помню. Кажется, я потерял сознание или просто уснул от стресса.       Когда я очнулся, было ранее утро. Я оглянулся, но не увидел рядом ни мамы, ни отца. Спохватившись, я выбежал из хижины и побежал в сторону, где видел последний раз отца.       Я долго бегал и нашёл…       Сердце моё сжалось болью и облилось кровью. Я упал на колени перед их бездыханными телами и взял за руки обоих. Холодные. Они лежали рядышком, все залиты кровью, у каждого несколько сквозных ран в зоне жизненно важных органов. Я не верил своим глазам. Это осознать и принять было очень сложно. Но я чётко для себя решил, что с этого дня для меня такого праздника, как «день рождения», больше не существует.       С большим трудом мне пришлось выкопать могилу и похоронить тела родителей. Я насобирал цветы, которые ещё не успели отцвести, и положил на место их упокоения. Долго я сидел подле свежей могилы, просил прощения и плакал. Но спустя несколько часов я смог успокоиться. Поэтому, собрав всё необходимое из вещей, оставленных мамой, я выдвинулся в путь. Мне нужно попасть в Пристань Лотоса любой ценой.

***

      — Вэй Ин!       Из воспоминаний юношу вырвал обеспокоенный голос Се Ляня и крепкая хватка его руки на плече. Усянь вздрогнул и, встряхнув головой, перевёл на старшего взгляд. В уголках глаз стали виднеться слёзы, но тот быстро их вытер и улыбнулся.       — Се-гэгэ, что-то случилось? Ты чего такой взволнованный? — спрашивал тот, не прекращая улыбаться.       — Ин-ди… — увидев его в таком состоянии, Се Лянь крепко обнял его, погладив по затылку, — Прости. Я и подумать не мог, что задену тебя за живое.       Вэй Ин закрыл глаза и дал волю чувствам. Он прижался к наследному принцу, сжав на спине его одеяния, пока по щекам скатывались слёзы.