Chapter 5.
4 мая 2024 г., 18:16
— Ладно, ладно, молчу.
— А я же пойду пороюсь в твоем шкафу, подберу и поглажу что-нибудь миленькое, пока ты занят. Ничего страшного, если опоздаешь на десять минут. Если Хенджин верит в тебя, то дождется. Если нет, то пошел он к черту! Я же быстро накрашу тебя и вызову такси. Давай, поторопись! Справимся за десять минут.
Феликс, не тратя свое и так отсутствующее время, принялся за водные процедуры, все еще пытаясь осмыслить только что произошедшую вещь. В его голове образовалась страшная каша, а сознание все еще пыталось дойти до понимания того, что сестра сейчас собирает его на свидание с Хенджином. Чтобы не тратить свою энергию на ненужную умственную деятельность, Енбок постарался как можно быстрее привести себя в порядок. Когда он начал одеваться, Чэвон, зачем-то бегая по квартире, по пути громко стукнула в дверь от ванной комнаты, чтобы поторопить брата.
— Быстрее!!!
— Будто бы сама на свиданку собирается, — все еще не веря в происходящее, произнес Ли, вытирая волосы полотенцем, и поспешил пойти к сестре, которая уже успела погладить приготовленную ему одежду.
— Напялишь на себя вот это все. Тебе очень подойдет. А теперь иди сюда и сядь, — девушка схватила брата за руку и посадила на приготовленное компьютерное кресло, — времени изощряться с макияжем у нас нет, так что я накрашу тебя на скорую руку: миленько и со вкусом.
Он с трудом сохранил прямую спину, пока Оливия остервенело прочесывала его волосы, одновременно суша их феном.
— Сказать ничего толкового тебе я точно не смогу, — сквозь белый шум крикнула она, но парень ее хорошо услышал, — я ничего не знаю о ваших отношениях, поэтому просто не буду лезть с советами и пожелаю тебе удачи.
Чэвон, закончив с его волосами, развернула кресло с братом лицом к себе и с легкостью потянула к столу, где находились настольная лампа и ее косметичка.
— Сразу предупреждаю, что никаких веснушек я тебе замазывать не буду, — тут же предупредила она, буквально читая мысль Енбока, готовую сорваться из его рта, — и даже не думай возражать своему стилисту.
— Ну, ладно, — неуверенно протянул он, не особо желая спорить, потому что в своей голове до сих пор не пришел к тому, что сестра сейчас наряжает его для свидания.
— Так, — Оливия, высунув язык, уже пририсовывала ему стрелочки, — радуйся, что твоя сеструха — специалист по make-up-у. Ну-ка не моргай! Осторожнее.
— Sorry, — Ли лишь улыбнулся ей, — ты у меня такая хорошая.
— Если бы я была такая хорошая, как ты говоришь, то давно догадалась бы начать подготовку к твоим пыткам из-за странного поведения, потому что сам ты бы никогда не раскололся. Я начинаю вызывать такси. Пока будет ехать, переодевайся. Времени мало. Мы уже опаздываем на десять минут.
Чэвон поспешила выскочить из комнаты брата, по пути открывая в телефоне необходимое приложение. Глядя на нее, так активно бегавшую вокруг него, Феликс снова почувствовал, что такое счастье. Осторожно натягивая на себя дрожащими руками кофточку, он не мог не думать о том, что именно следует сказать Хенджину при встрече. Самым первым порывом в его воображении было желание крепко поцеловать, а уже потом, крепко наобнимавшись, начать разъяснять все эти глупости, о которых вообще хотелось забыть. Страх того, что Хван не будет его ждать или вообще не придет в парк, он отчаянно старался игнорировать и послать прочь, успокаивая себя тем, что он все равно сможет быть вместе с ним, даже если сегодняшняя встреча накроется медным тазом, что было крайне нежелательно. Енбок был уверен, что не сможет сдержать слез, если не найдет Хенджина в обусловленном месте, но он отвлекся от этой думы, когда в комнату вбежала сестра, размахивая в воздухе телефоном:
— Я нашла для цветов вазу и налила туда воды. Машина подъедет через четыре минуты, — Чэвон похлопала его по животу, — не напрягайся так. Все будет хорошо.
— Думаешь? — спросил парень, когда близняшка крепко его обняла, и он прижался к ней в ответ, — ты точно не расстроена?
— Не особо. Пускай лучше Хенджин достанется тебе, моему брату, а не какой-то другой девушке, потому что, как я уже говорила, я уже не рассчитываю на отношения с ним. Мы не сходимся для этого характерами, ему нужен кто-то помягче меня, как ты. А еще он чересчур драматичный, и я бы не смогла это легко терпеть каждый раз. Бесит иногда жутко.
— Ладно-ладно, — парень со смешком отцепился от сестры, — об этом всем я подумаю потом, потому что меня все, вроде как, вполне устраивает.
— Он же тебе правда нравится? — внезапно задала Оливия интересовавший ее вопрос и серьезно посмотрела на брата.
— Ты поверишь мне, если скажу, что это была любовь с первого взгляда? — лишь ответил вопросом на вопрос Феликс.
— Думаю, поверю, — хихикнула девушка, — мне же он понравился не сразу, лишь когда я пригляделась к нему. Расскажешь мне все потом… завтра! — Оливия быстро чмокнула его в щеку, — насчет своего рюкзака не переживай. Я соберу его и принесу с собой. Вам с Хенджином завтра обоим ко второй паре, как и мне. Домой возвращаться не смей, и, самое главное, оторвись и восполни все ваше потерянное время!
Феликс громко захохотал, осторожно стирая заблестевшие уголки глаз, чтобы не стереть макияж. Он был уже готов выскочить из квартиры и полететь на крыльях любви к Хенджину.
— Ты лучшая, Чэвон. Знаешь это?
— Конечно. Только повторяй это почаще, ведь я могу и забыть, — улыбнулась девушка и коротко обняла счастливо улыбающегося брата на прощание.
Если Феликс считал, что уже выплакал все свои слезы чуть больше получаса назад, то он конкретно заблуждался. В который раз за эти три недели, когда это касалось того, чтобы было связано с Хенджином. Ничто, как говорится, не предвещало беды: таксист не опоздал и прибыл вовремя, был крайне вежливым, а машина была чистой и аккуратной; погода была плюсовая, из-за чего парень пожалел, что надел свое песчаного цвета пальто, которое, хоть и было тонким, все же заставляло немного потеть, благо он надушился дезодорантом и перед уходом нанес приятно пахнущее молочко для тела.
Для Сеула пробки были неудивительным и очень даже привычным явлением, но такое количество транспорта даже для вечернего времени суток вводило Енбока, старательно подавляющего очередной наплыв истерики, в тупик. Проще говоря, он безбожно опаздывал на свое самое важное в жизни свидание. Машины, — о, боже, они были везде, — ехали по трассе с черепашьей скоростью, вечно сигналили и почти все время стояли на месте. Видя подобное перед собой из окна переднего пассажирского сидения, Феликс чувствовал все сильнее поглощающее его отчаяние.
— Что, торопитесь, да? — невозмутимо поинтересовался таксист, смотря вперед себя, словно привычный к такому явлению, — нам ехать недалеко. Если бы не эта пробка, за семь минут добрались бы, а так мы уже на десять минут здесь застряли.
Услышав подобное, Ли лишь сжался и стал тереть виски головы, которая начинала побаливать.
— Ой, извините, наверное, давлю на больное?
— Все в порядке, — ответил Енбок, устало запрокидывая голову, — всего лишь опаздываю на свидание. Уже опоздал.
— Ого, — удивился мужчина, который не выглядел старше тридцати, — вот дерьмо! С хорошим человеком хоть собрались встретиться?
— С человеком? Вы задали вопрос с таким нейтральным словом, как «человек»? — проанализировав сказанные ему слова, с интересом спросил в ответ австралиец, — очень приятно слышать.
— Ну, — неловко усмехнулся таксист, — я же не знаю, какой вы ори… С моей стороны было бы крайне нетактично навязывать свои ярлыки. Да и, конечно же, скажу вам, раз уж вы показались мне таким адекватным и спокойным человеком, я все-таки гей и стараюсь осторожнее подбирать слова. Вас это признание не смущает?
— Ничуть не смущает. Я сам сейчас еду, ну, вернее стою, на своем пути к свиданию с парнем, — нервничавший Феликс, правда, обрадовался, что ему попался такой болтливый и отвлекающий от горестных дум водитель.
— О, — воодушевился мужчина, — тогда мне вдвойне жаль, что мы с вами здесь так невовремя застряли. Обычно в вечер понедельника все не так печально, а сегодня будто какая-то аномалия произошла. Вы встречаетесь с этим молодым человеком, как понимаю?
— Не встречаемся, но я молюсь на это. Он пригласил меня на свидание, и я опаздываю на встречу с самым потрясающим парнем в моей жизни. Надеюсь, он не уйдет никуда и дождется. Я ведь так и не сообщил ему, что приду в этот парк, так что он наверняка просто ждет, не зная, приду ли я вообще. Я ему нравлюсь. Я тоже в него влюблен, просто по уши, но скрывал это на протяжении всего времени, что мы общались после нашего знакомства. Если после всего этого он пошлет меня куда подальше, я просто не переживу, — душе-излияния вырывались изо рта Енбока без проблем, так что он говорил практически без пауз, — я еще никогда не был так сильно помешан на ком-то. Приятные были бы чувства и эмоции, если бы не мешающие обстоятельства.
— А вы можете… Ох, нет, это бестактно с моей стороны, — мужчина замялся. Они, наконец-то, проехали полпути. Молчание не на долго задержалось в их компании, — вы можете показать мне фотографию своего молодого человека? — он робко задал свой вопрос и, очевидно, смутился, — просто интересно, к кому это вы так спешите и кого так любите.
— Мне сложно назвать свои чувства любовью, так как мы знакомы чуть больше трех недель, и время нас не проверило. Но, раз вам так интересно, — парень тихо рассмеялся и с усмешкой достал из кармана телефон, залезая в галерею и с болью смотря на время, которое показывало восемнадцать — двадцать три, — вот, например, эта фотография.
Он протянул телефон к таксисту, который заинтересованно взглянул на его экран и натурально присвистнул, смешно скорчив лицо:
— Ух ты какой милашка, — завороженно и с восхищением, но без плохого подтекста в своих словах пробормотал мужчина, — как будто из аниме вылез. И это на свидание с ним вы так безбожно опаздываете? Возникает сразу ощущение, что жизнь вас не любит. Блин, нереальный красавчик, — добавил он, когда Феликс показал ему второе изображение, — я уже чувствую себя в какой-то степени виноватым в вашем опоздании, а-ха-ха.
Енбок лишь усмехнулся и вернул телефон к себе, начав сам разглядывать вторую фотографию. Первая, — селфи, — была скачана из Инстаграма Хенджина, где он был накрашен в милый макияж и обнимал Кками, а вторая была сделана самим Ли, когда он был пьян и решил тайно сфотографировать Хвана, сидящего за барной стойкой в доме Джисона и уткнувшегося в телефон. Кинув последний взгляд на лицо Хенджина, даже не подозревавшего, что его снимали, Ли тяжело вздохнул и обнял себя руками за плечи.
Больше с таксистом у них разговор не клеился. Теперь парню пришлось снова бросить все свои силы на то, чтобы не заплакать от отчаяния и не начать психовать. Идея написать Хенджину в Инстаграме приходила в его голову, но он тут же отмахнулся от нее, испытывая какую-то неловкость. Ведь поведет себя слишком самоуверенно, если спросит Хвана, до сих пор ли тот в парке, а тот внезапно ответит, что вообще решил никуда не идти, потому что Феликс отвратительный эгоист, и с чего вообще обязан это делать?
— Остановите вот здесь, пожалуйста! Я добегу сам.
— Всего вам хорошего!
Австралиец, опаздывавший уже как минимум на полчаса, без лишних мыслей бежал по дороге, не давая себе передышки. В голове набатом билась мысль, что он наивный имбецил, раз решил, что Хенджин не то, что придет туда, но еще и будет ждать его, как дурак, целых сорок минут, но ноги упорно несли к месту встречи.
Оказавшись у входа в парк, парень перекрестился, и быстро в него зашел, разыскивая глазами нужного ему человека. Через буквально минуту он почувствовал, как с его души свалился огромный валун.
Потому что он увидел Хенджина.
У Феликса, чуть не споткнувшегося на месте, перехватило дыхание. Хван стоял к нему боком, присев на краю нерабочего фонтана, и смотрел куда-то в небо. Его потрясающие губы медленно шевелись, будто парень о чем-то говорил сам с собой, а на лице, казалось, была маска уставшего и опечаленного человека. В первую секунду Енбок тут же хотел прокричать чужое имя, но пересохшее горло подвело его. Единственное, что он смог делать, это пялиться. Пялиться и любоваться Хенджином на расстоянии как минимум десяти метров, потому что тот, опустив голову вниз, не замечал его из-за распущенных темных волос, подрагивающих из-за слабого ветра и прикрывающих обзор.
В голове Ли прокрутилась едкая мысль, что на его месте он бы даже не ждал, что тот, кого он позвал на свидание, несмотря на твердый отказ, вообще заявится. Но он все же был там. Не гулял по всему огромному парку, а был именно рядом с фонтаном, на обусловленном месте, хотя прошел почти целый час. Это чрезвычайно грело сердце Феликса, поймавшего себя на желании разреветься от счастья.
В голове на повторе крутилось единственное «Хенджин ждал меня», а глаза практически не видели бродящих вокруг людей и парочек, держащихся за руки в такой романтичной атмосфере под яркими фонарями. Лишь они вдвоем, стоя по отдельности, выглядели чем-то инородным, хотя Ли мог поспорить по поводу Хенджина, потому что тот, стоя на месте с засунутыми в карман черного пальто руками, как минимум казался произведением искусства или идеальной статуей, которую некоторые персоны с интересом разглядывали, хоть тот и не обращал на это внимания.
Енбок потерялся во времени, подзабыв, сколько минут он уже стоял так, увлеченно впитывая в себя образ Хвана, и, когда тот внезапно отошел от фонтана и медленно побрел в противоположную от Ли сторону, парень тут же пришел в себя. Все остальное показалось настолько неважным и незначительным, окружающие люди превратились в смазанные пятна, которых глаза просто не видели. Они смотрели лишь на удаляющегося Хенджина, и австралиец, глубоко вздохнув, просто без всяких сомнений сделал то, что уже хотело его сердце столь долгое время.
— Стой!
Он буквально врезался носом в волосы на чужом затылке, крепко схватив парня со спины, словно не желая отпускать. Феликс преодолел расстояние между ними практически за мгновение и тут же притянул к себе, не думая о том, что Хван, испугавшись, предсказуемо дернется и тут же повернется, чтобы выяснить, что происходит.
— Я опоздал, прости меня! — Енбок не дал пораженно разглядывающему его Хенджину вставить и слова и вместо этого крепко обнял за шею, пристав на цыпочки. После выпаленного извинения его тут же прорвало на словесный поток и выражение накопившихся чувств, — я торопился и бежал сюда, ты не представляешь, как. На дорогах невероятная пробка. Я так боялся, что ты не дождешься меня, что не придешь сюда, что…
— Феликс, — руки Хвана сомкнулись на чужой спине, обнимая в ответ, — я…
— Если ты будешь всегда ждать меня, как сейчас, я клянусь, что больше никогда не буду опаздывать. Давай гулять до самого утра. Наедимся вместе вредной еды. Или же давай сходим в кино на последний сеанс, как ты и хотел, купим билеты на последний ряд и будем целоваться на протяжении всего фильма, раздражая тех единственных, кто будет там вместе с нами. Будем говорить обо всем на свете. Обсудим все то, что могли бы обговорить еще давно, если бы я не был таким дураком. Господи, я так рад, что ты здесь, — Енбок прервал свою речь и сглотнул, не решаясь оторваться от чужого тела, вместо этого прижавшись носом к ароматной шее, — а потом, когда мы с тобой успокоимся, я смачно врежу тебе за посланные мне цветы и поцелую в больное место, потому что Чэвон теперь все знает и дала мне благословение, после того как я расплакался на ее глазах. Это все ты виноват! — Феликс на этих словах слабо пихнул своего краша в живот и нехотя оторвался от него. На них наверняка странно косились, но ему было откровенно плевать на мнение ненужных ему людей. Вместо этого парень очарованно разглядывал Хенджина, который, казалось, подготовился к свиданию гораздо тщательнее него, словно собравшись на фотоссесию для престижного журнала красоты и моды.
— Ты снова плакал? — спросил Хван с самым расстроенным выражением лица и потянулся пальцами к щекам Ли, который вздрогнул при прикосновении как от электрического тока, — наконец-то ты перестал покрывать себя таким толстым слоем штукатурки, милашка. А насчет цветов… Я места себе не находил, когда узнал, что ты прогулял не только философию, но вообще не явился в университет. Естественно, связался с Чанбином, и мы с ним… поговорили? Профессор Чхве был таким удивленным. Я не стал садиться на то же самое место без тебя, и во время лекции он попытался найти нас. А, когда я откликнулся на своем имени, сразу спросил меня про тебя. Было забавно. Я хотел уйти с пары во время перемены до переклички, но ты бы убил меня за такое, да?
— Конечно, убил бы, — согласно кивнул Феликс, впервые так много улыбаясь в компании Хенджина. Губы начинали побаливать, но это его не останавливало.
— Увидел этот букет через витрину, когда шел после пар. Я, как безнадежный романтик, спонтанно решил послать его тебе через курьера, — Хван сконфуженно прикусил нижнюю губу, по-прежнему держа в ладонях маленькое лицо завороженно смотрящего на него немигающим взглядом Енбока, — Ликси, моргни! Моргать прикольно. Это не то, о чем бы я хотел сейчас говорить. Есть много всего другого, что я хотел бы поведать. Но, самое главное, позволь мне попросить тебя больше не плакать. Особенно из-за меня.
— Последнее зависит не от меня, — смущенно фыркнул Ли, наконец, моргнув, и убрал со своих щек чужие ладони, переплетаясь пальцами, — но я постараюсь. Хочу тебя предупредить, чтобы ты знал, на что подписался. Тебе придется терпеть мое постоянное присутствие. А я назойливый парень, вечно требующий к себе внимания!
— Меня таким не напугаешь, — Хенджин забавно закатил глаза, — что-то еще?
— Чанбин может устроить тебе войну за то, что я променял своего бро-братишку-лучшего друга на какого-то мужика, но думаю, ты выживешь.
— С ним я договорюсь, — уверенно ответил Хван, когда Феликс отцепил свои ладони, чтобы положить их на его шею, — боже, как холодно.
— Есть еще Чэвон, — прыснул австралиец.
— Поговорим и уладим, — брюнет смешно тряхнул головой, из-за чего волосы упали на его лицо, что Феликс поспешил исправить, заправляя пряди за ухо, — что-то еще?
— А еще тебе придется терпеть мои приставания, — крайне серьезно добавил Ли, прижимаясь ближе к Хенджину и вставая на цыпочки, из-за чего расстояние между их лицами стало как минимум десять сантиметров, — когда я трезвый.
— А когда пьяный?
— Когда я пьяный, будешь спасаться от моих грязных домогательств.
— Взаимно, — прыснул тот, даря самую влюбленную улыбку, и тут же прижался к губам Феликса своими, аккуратно притягивая партнера к себе за затылок.
Тот на секунду широко распахнул глаза и тут же зажмурил их от удовольствия, открывая свой рот. Окончательно сдохший мозг на прощание попытался подсказать ему оставить лобызания на потом, потому что люди вокруг могут быть против наблюдения за сосущимися на людном месте парнями, но ему было плевать. Феликсу было плевать на все, кроме парня в его руках. Как, в прочем-то, и Хенджину.
Как выяснилось, толпе действительно не нравилось наблюдать за проявлением их чувств, и Енбоку пришлось приложить все свои усилия, чтобы не закатить раздраженно глаза, когда он услышал:
— Господи, заколебали эти педики, сосутся и демонстрируют свои отношения среди нормальных людей.
— Черт, фу.
На самом деле, подобный комментарий был очень даже мягким проявлением гомофобии. Ли удавалось стать свидетелем, когда подобные «моралисты» шли бить морды, так что на этот раз он даже не повел бы ухом, продолжая целовать Хенджина, если бы последний сам мягко не оторвал его от себя.
— Ликси, пошли отсюда, пока мы не привлекли еще больше внимания, — он прислонился своим лбом к чужому и быстро чмокнул австралийца в щечку, — я не хочу портить наше первое свидание дракой в парке, чтобы ты потом ухаживал за моими царапинами. Это не слишком романтично. Давай оставим это на следующий раз, м?
— Ты должен знать, что мне плевать, — шепотом признался Феликс, в последний раз обнимая брюнета и гладя того по волосам, — но я хочу насладиться этим вечером с тобой.
Он отстранился и обхватил руку Хвана, игриво поглядывая на него.
— Куда пойдем, романтик?
— Куда хочешь, — проворковал Хенджин, — можем в кино, можем зайти в кафе и поесть что-нибудь очень вредное, а еще прогуляться, потому что погода на удивление… теплая?
— Тогда… пошли в кино? — предложил Енбок, когда они сделали несколько шагов по дорожке, — кинотеатр как раз поблизости. Ты выбрал идеальное место для свидания.
— Свидание идеальное лишь потому, что ты пришел на него, — танцор осторожно взял его ладонь и поцеловал в тыльную сторону, и Феликс улыбнулся еще сильнее.
Он был счастлив.
— Тебя задержала пробка? — Хенджин провел носом по его ладони, смотря проникновенным взглядом.
— Она самая, — раскрасневшийся Ли отобрал ее, пытаясь не смутиться еще сильнее, — я очень рад, что ты подождал меня.
— Всегда пожалуйста! — Хван, видимо, решив, что пора прекратить быть таким очаровательным, отвернул голову и потянул австралийца в сторону кинотеатра, — я как раз присмотрел там хороший фильмец, который должен начаться через… минут двадцать. Такое интересное описание. Как раз, что я люблю. Про зомби апокалипсис.
При этом названии у Феликса пошли неприятные мурашки.
— Ты планируешь смотреть кино? — искренне удивился он и посмотрел на невозмутимый боковой профиль Хенджина.
— А зачем люди ходят в кино? — еще более искренне удивился тот, поворачиваясь лицом.
— А не ты ли говорил про… Ой, неважно, — Енбок небрежно покачал головой, — забей.
Дорога до кинотеатра занимала совсем немного времени из-за небольшого расстояния, что одновременно радовало и печалило Ли. Просто безмятежно идти по улице вместе с Хваном, пытаясь сбавить напряжение и найти тему для разговора, было с непривычки достаточно сложно.
Сложно, но замечательно.
— Знаешь, солнышко, я бы хотел целоваться с тобой, пока на фоне играет что-то достойное и зрелищное, а не дешевое кино, снятое чисто ради галочки.
Австралиец, которому показалось, что он не сможет покраснеть еще сильнее, отреагировал ровно. Он просто прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, потому что его изнеможденное воображение уже было готово заняться производством приятных сцен.
— Думаю, я соглашусь с тобой, — лишь ответил он и обнял руку танцора еще крепче.
Феликс воздержался от активных действий и позволил Хенджину самостоятельно купить билеты. На крайние задние места, где в ряду было около трех сидений, что было рассчитано, видимо, на то, чтобы никто не мешал им сидеть ровно, чему он был крайне благодарен.
Увидев, где именно Хван самостоятельно осуществил бронь, он в очередной раз почувствовал готовность задохнуться от ощущений и подскочившего пульса. Его мозг до сих пор не мог свыкнуться с мыслью, что он на свидании с Хенджином, на свидании, на котором сам Ли уже давно поставил крест, мучая себя нереализованностью чувств. И подобное развитие событий, — в которое около двух часов назад, расскажи ему кто-нибудь, австралиец не поверил бы, — сводило с ума.
— Сеанс через десять минут, — брюнет оторвал его от разбора внутреннего беспорядка, махая перед лицом билетами, — я думал предложить тебе купить попкорна и попить, если хочешь.
Феликс чуть не закатил глаза, потому что перед его воображением тут же пробежалась картина того, как он случайно опрокидывает это ведерко, потому что его внимание целиком и полностью принадлежит Хенджину и совсем чуть-чуть фильму. Или разливает на сидение свою любимую колу. Или и то, и другое, потому что желудок сжимается совсем не от голода.
— Д-да? А, кхе-кхе, — Енбок прочистил горло, — нет, не хочу. Я поел дома, так что будет лишним.
Безбожно врать о такой мелочи стыдно, но парню было некуда деваться. Не мог же он признаться, что в такой эмоционально важный для него момент Ли был неспособен думать о какой-либо еде. Даже если это любимый соленый попкорн с колой, ради чего он обычно и ходил в кинотеатры.
Не ради фильмов! Ради соленого попкорна и колы!
— Отлично, — Хван пожал плечами и мило улыбнулся, — тогда пошли в зал?
Австралийцу оставалось только кивнуть и засеменить за Хенджином, который подставил свою руку, чтобы тот за нее схватился.
Все то время, которое они провели там до начала фильма, Феликс помнил, как какое-то дикое состояние транса. Он делал все на автомате, отвечая на пустяковые вопросы брюнета. Ощущение поднявшейся температуры начинало раздражать, и он даже пожалел, что на всякий случай не взял с собой жаропонижающего. Кто же знал, что из-за того, что он до сих пор не может осознать, что находится на свидании, — СВИДАНИИ, — с Хваном, организм Енбока будет реагировать подобным образом? Их разговор до того, как погас свет, был пустяковым и почти бессмысленным. Они оба словно чувствовали повисшее между ними напряжение, в то время как никто из них решительно не знал, как от него избавиться.
Все, что они могли делать, это плыть по течению, потому что сам Хенджин внезапно стал каким-то спокойным, из-за чего Ли почувствовал себя по-настоящему виноватым. Диалог перестал клеиться. Они заговорили о друзьях, в частности о Чанбине, благодаря чему парень почувствовал себя немного проще.
— Ты рассказал уже ему? — спросил Хван, поглядывая на австралийца. Танцор сидел, идеально выпрямившись и положив ногу на ногу.
— Про тебя? — уточнил Феликс, прекрасно зная, о чем речь. Мимо них тут же прошла какая-то парочка к дальним рядам, — пока нет. Хочу сделать это лично, а не в сообщениях.
— Тогда Минхо-хену я сам расскажу, хорошо? — немного робко попросил Хенджин, — если это сделаешь ты, мне будет не так неловко. Просто я уже жаловался ему на всю эту… ситуацию, и, если об этом скажу ему именно я, то…
— Ты рассказал ему? — поразился Феликс.
— О том, что я жестко втрескался в тебя, он узнал, когда ты окончательно отшил меня в его студии, — выдавил танцор, — я ему тогда все выложил вечером. Обычно Минхо-хен как-то подшучивает, но я впервые видел его таким невероятно серьезным.
Слышать от Хенджина фразу «жестко втрескался в тебя» было более, чем смущающе, и, когда внезапно погас свет, Енбок чрезвычайно обрадовался, потому что ему казалось, что цветом кожи он стал напоминать в лучшем случае помидор. Несмотря на то, что перед его глазами играл ролик с техникой безопасности в кинотеатре, а потом трейлеры предстоящих фильмов, Ли каждые четыре секунды кидал боковой взгляд на Хвана, который на вид был поглощен творящимся на экране.
Австралиец хотел крикнуть: «Обрати на меня внимание. Посмотри на меня! Я здесь!», и он делал это в своих мыслях, в то время как голос отказывался идти на поводу у желаний. Феликс внезапно почувствовал едкий привкус разочарования, который усугубило воспоминание об их встрече рядом с фонтаном. В пылу чувств они были очень близки, но сейчас Хенджин словно превратился либо в робкого подростка, которому стало неловко проявлять чувства, либо в равнодушного парня, чей ход мыслей вызывал вопросы. Енбок на секунду забыл, что вел себя таким же образом и эгоистично ждал первого шага от Хвана.
«Это же он пригласил меня на свидание. Почему он внезапно стал таким спокойным?!».
Ли, пробежавшись глазами по залу, насчитал в нем всего шесть человек, не считая них, так же пришедших парами и о чем-то щебетавших, пока экран рекламировал какой-то мультфильм, который по какой-то причине был интересен Хенджину сильнее, чем сам Феликс. Последний еле подавил раздражение по этому поводу и тоже попытался сфокусироваться на том, что показывал им кинотеатр, что теперь было трейлером какого-то боевика про мужчину, мстящего за своего сына.
«Саундтрэк классный, и то спасибо», — мысленно фыркнул Енбок, подавляя желание взять Хвана за ладонь чисто из своей вредности. Рука почти дернулась в его сторону, из-за чего Ли сцепил их в замок и сложил на груди.
Несмотря на их явные взаимные чувства друг к другу, образовавшиеся за эти три с лишним недели, им не доставало самого важного пункта, что у каждой пары является основополагающим, но которого не хватало Феликсу с Хенджином.
Банального тривиального общения.
Их отношения начались с самой идиотской ситуации и, благодаря легкой руке Великого Мученика Феликса, сразу развились не в ту сторону, что, по сути, было спасено напористым характером Хвана, ведь, не действуй последний так настырно, Енбок никогда не решился бы мечтать о чем-то большем, чем дружба с этим парнем. Они бы, возможно, остались приятелями или совсем изредка пересекались, ведь Хенджин не стал бы специально сближаться с Чэвон из-за Феликса, ведь тот его отшил.
Несмотря на то, что прошло около пятнадцати минут, для Ли это был целый час, который он провел в одних и тех же раздумьях. Они по кругу крутились в его голове из-за этого брюнета, чьим любимым хобби стало заставлять австралийца сходить с ума. Если некоторое время назад они говорили хотя бы о чем-то, сейчас между ними царило молчание, прерываемое лишь звуками со стороны огромного телевизора.
Феликс упорно старался убедить себя в нормальности происходящего. Они пришли в кино, а это не место для разговоров. Сейчас начнется фильм, чьего названия он даже не знает, — ему абсолютно и откровенно плевать, — хотя Хван пытался показать трейлер и прочитать краткое описание. Енбок остановил его со словами, что скоро увидит все сам.
Начало фильма оказалось мрачным, и парень просто прислонился к своему креслу всем телом, немного успокаиваясь. Признаки абсурдного драматизма стали проявляться в нем совсем недавно, и Ли рискнул предположить, что он заразился этим от Хвана. Так как их друзья особо не менялись все это время по характеру и повадкам, австралиец мог выдвинуть еще одну гипотезу, что подобная черта может передаваться через физический контакт. Через поцелуй, потому что Оливия и другие ребята, он был уверен, с Хенджином не целовались.
Не целовались же?
Творящийся кошмар на экране в любой другой день напрягал бы Феликса, который не любил страшилки, ужасы и кровь, потому что был слишком мягкосердечным. Лицезреть сцену, где зомби якобы впивается в плоть и начинает грызть голову живого сопротивляющегося человека, у него получилось слишком легко, — подозрительно легко, — потому что мыслями Енбок был слишком далеко. Настолько далеко, что их объект сидел совсем рядом, справа от него, и с интересом смотрел в экран, совсем не шевелясь. Вникнуть в сюжет у Ли получилось не сразу, и, как оказалось, он не на столько кровожаден, как могло показаться на первый взгляд из-за начальных сцен. Немного удивлял выбор Хвана, но, возможно, на ночные сеансы было не так много фильмов, а этот оказался самым вменяемым в прокате.
Даже с закрученным сценарием и интересным главным персонажем, который принадлежал тому самому типу превозмогающих, но не раздражающих героев, австралиец не на долго увлекся происходящим. Он сидел к экрану ближе, чем Хенджин, что расстраивало, потому что Феликсу внезапно стало неловко специально смотреть в его сторону, что в ином случае он смог бы делать беспрепятственно.
«Почему я так чувствую себя, хотя мы буквально недавно с ним целовались?».
Енбок забыл про свой телефон и не включал его, из-за чего не знал, сколько прошло времени, которое ползло, как улитка. Он лишь понимал, что, как бы не затягивал его временами сюжет этого сумбурного кино, мыслями Ли постоянно возвращался к сидящему справа от него брюнету, который внезапно не привлекал боковое зрение никакими движениями.
«Он уснул?»
Австралиец медленно повернул голову в правую сторону, чтобы проверить брюнета, и замер, не в силах отвернуться.
Тот внимательно смотрел на Феликса не моргающим взглядом.
Хенджин не двигался и не обращал никакого внимания на экран, на котором снова начала твориться бойня, словно перед его темными глазами было что-то более пленительное. Енбок ни за что на свете не хотел прерывать этот зрительный контакт. Просто смотреть на красивого Хвана, который с обожанием рассматривал его в ответ, было более предпочитаемым занятием, чем тратить свое внимание на непривлекательный фильм про зомби апокалипсис, в котором главный герой с друзьями пытается выжить. Ли, не отрывая взгляда, немного приблизился к Хенджину, судорожно сглатывая накопившуюся слюну и опуская глаза на чужую открытую шею, привлекательно обрамленную рубашкой с двумя расстегнутыми пуговицами.
Вернув свое внимание лицу, австралиец без задней мысли отметил, что Хван делал то же самое. Внимательно разглядывал его. И это меняло настрой Феликса совсем в другую сторону.
— Тебе нравится фильм? — громким шепотом спросил он, чтобы его можно было услышать, и перегнулся через подлокотник, благодаря чему расстояние между ним и Хенджином сократилось еще сильнее. Их разделяло несколько сантиметров, и Енбок удовлетворенно хмыкнул, видя, как глаза брюнета опустились на его губы.
— Вообще его не смотрю, — Хван медленно поднял взгляд, устанавливая пристальный зрительный контакт, — зачем мне какие-то зомби, когда ты сидишь рядом, такой красивый, что смотреть больше ни на что не хочется?
— Да? Неужели? — голос Ли стал невольно еще ниже, — а я подумал, что ты был заинтересован в просмотре.
Воздух между ними можно было разрезать ножом.
— Тебе показалось, — руки брюнета незаметно перекочевали на чужую талию.
— Рад, что ты наконец-то переходишь к каким-то действиям, — немного скрипя зубами, выдавил австралиец, делая акцент на важном слове, — ведь мне пришлось ради этого самому проявить инициативу. Не то, чтобы я против…
— Боже, ты понимаешь, что я жутко смущен и до сих пор не верю, что ты добровольно сидишь со мной здесь?! — настрой Хенджина сменился, но своих рук с чужой талии он не убрал, даже если ему мешал подлокотник, — мне неловко, и я разрываюсь между своими желаниями.
Феликс закатил глаза и положил указательный палец на чужие губы, затыкая парня.
— Делай то, что хочется. Прямо сейчас. Иначе я сам сейчас что-нибудь сделаю. Гораздо менее приличное. Думать очень вредно, ты знаешь?
— Боже…
Они целовались на протяжении не всего оставшегося фильма, но большую его часть.
Если раньше тот длился целую вечность, а каждая минута проходила как десять, то сейчас, найдя себе гораздо более увлекательное занятие, чем наблюдение за жизнью группы подростков в условиях зомби апокалипсиса, Феликс чувствовал, как оставшийся хронометраж прошел, как по щелчку пальцев. Он был готов взорваться от чувств и мурашек, которые бегали по его телу.
Испытывая совсем небольшую робость в первые секунды, Енбок немного осторожничал со своими порывами. Их невинные поцелуи, за менее, чем минуту, переросшие в подобие прелюдии перед сексом, потому что они слишком быстро подключились к бурному использованию языка, сводили с ума. Ли в некоторые мгновения хватало ума успокоиться и сбавить обороты. Желая достаточно многого, он, пытаясь найти подходящий темп с Хенджином, несколько раз перебарщивал с напором и тут же извинялся, прикусывая чужую нижнюю губу. В другие же разы, когда австралиец становился невероятно мягким и нежным, зарываясь пальцами в чужие волосы и наслаждаясь моментом, Хван начинал слишком настойчиво вторгаться в его рот, из-за чего Феликс не всегда мог с ходу ответить.
Когда брюнет после глубокого и мокрого поцелуя схватил его за волосы на затылке и потянул вниз, чтобы тот невольно опрокинул голову, Феликс прибег ко всей своей выдержке, чтобы не дать громкому стону вырваться, потому что Хенджин с первого раза добрался до его самой эрогенной зоны и, сильно надавливая, провел по ней языком.
— Хенджин, погоди! — с шипением оторвал он от себя танцора, который не сразу понял, что произошло, и схватил за плечи, хотя его сущность требовала продолжения, — я не буду здесь с тобой трахаться.
— Фи, какое грубое слово, — Хван мягко усмехнулся, вытирая рот рукавом, — мы бы не дошли здесь до этого.
— Ты бы, может, и нет, а вот я, да! — Енбок глубоко вздохнул и выдохнул, — у меня почти образовалась проблемка, а шея — моя эрогенная зона.
— Так быстро? — искренне поразился Хенджин, — когда ты в последний раз был с кем-то?
На фоне внезапно убили какого парня, а зомби потянулся к его торчащим из черепа мозгам.
— Быстро? Хочешь похвастаться, что ты крепкий стержень? — Ли кивнул Хенджину в область ширинки, — если хочешь знать, с Чан-хеном. Или даже больше, потому что наши отношения еще до этого попали немного в тупик. Если для тебя год — это много, я боюсь услышать ответ на такой же вопрос.
Они говорили достаточно громко для того, чтобы слышать друг друга, но недостаточно громко для того, чтобы остальные зрители могли пожаловаться, потому что сидели далеко от них.
— У меня в последний раз с кем-то был два года назад, — честно сознался Хван, из-за чего австралиец тут же закашлялся.
— Два… кхе… года… кхе?
— Чему ты так удивлен? — искренне не понимал брюнет, — хотя, ты не первый так реагируешь.
— Я не удивлен. Просто… Чэвон и так почти следила за тобой и говорила, что ты ни с кем не встречаешься, а я с ней спорил, ведь она не может знать всего… А ты действительно ни с кем…
— Твоя сестра реально следила?! — из всего сказанного Хенджин, кажется, услышал лишь одно.
— Давай не будем сейчас о ней, пожалуйста, — начал умолять Феликс, — я ей не говорил, что случайно разболтал тебе о ее чувствах. Простить мне это ей будет даже сложнее, чем то, что я увел из-под носа нравящегося ей парня.
— Я понимаю, — Хван мрачно усмехнулся, — и она права. Я давно ни с кем не был. Ты первый, в кого я вообще умудрился влюбиться за долгое время. Для меня это редкость, так еще и ты вел себя очень странно. И… я даже решил, что мне не везет с любовью, потому что я полный неудачник.
Енбоку хотелось заняться более приятными вещами, но он с трепетом слушал Хенджина, ведь это было гораздо более важно.
— Ты не неудачник, — возразил он, — ты очень замечательный парень, в которого мне повезло влюбиться.
— Ты влюблен в меня, — как дурак повторил брюнет, глубоко вдыхая, — влюблен.
— Я был обречен на это, когда ты подошел ко мне весь загадочный и начал со мной разговаривать, — добавил Ли, хихикая.
— Загадочным из нас двоих был только ты. А еще невероятно танцевал, из-за чего я сломал всю свою голову, пытаясь понять, что это была за девушка. Слушай, — глаза Хвана загорелись огнем, что было различимо даже в темноте, которую освещал экран с фильмом, — потом… ты можешь потом снова примерить на себя тот образ? Для меня.
При этих словах Ли представил ситуацию, в которой подобное может произойти, и понял, что его испорченное воображение снова хочет заставить его самообладание выйти из-под контроля.
— Так, все, — Феликсу искренне надоело заниматься разговорами в кинотеатре, и он просто встал со своего места, сделал шаг и самостоятельно уселся на ошарашенном Хване, практически оседлав его туловище. Он не забыл поблагодарить свое везение за кинозал с хорошими широкими креслами, благодаря которым Енбок здорово уместился и просто поцеловал своего парня, положив его руки себе на бедра.
— Давай только без перебарщиваний, — добавил Ли, не надолго оторвавшись от нижней губы Хенджина, — я не хочу решать в туалете эту проблему. И так же не хочу возвращаться домой с мокрым липким бельем.
Не дав тому ответить, Феликс снова поцеловал его, мягко раздвигая чужие губы и наклоняя его голову для лучшего проникновения языка.
Фильм должен был скоро закончиться.
***
— Эй, парни, кино закончилось, — засмеялся кто-то совсем неподалеку, — оторвитесь уже друг от друга. — Боже, они такие милашки. Почему все красивые парни либо заняты, либо геи? — вслед добавил чей-то женский голос, — эй, подожди меня. Феликс не сразу заметил, как в зале загорелся тусклый свет, а остальные люди, не считая одной неравнодушной парочки, мирно разошлись. Просто в один момент он, услышав чужие реплики, приоткрыл глаза и почувствовал, как их начало жечь, а сам Енбок по-прежнему прижимался к Хенджину, который водил по его голой спине руками, засунув их под кофточку. — Нам пора идти, — пересохшим горлом сказал Ли, невольно отстраняясь и чувствуя, как от этой позы затекли его ноги, — мы остались здесь одни. — Не хочу никуда уходить, — внезапно закапризничал Хван и чмокнул его в нос, — давай останемся. Внезапно заурчал чей-то желудок. — Или пошли куда-нибудь перекусим, — тут же предложил брюнет, хохоча, и тут же застыл, — не ты говорил, что поел дома, отказываясь от попкорна? — Я соврал. Попкорн помешал бы мне заняться тобою. Не смейся! — Ли мягко толкнул его за плечи прямо к спинке кресла и осторожно встал на ноги. Затекшие конечности тут же заныли, но австралиец не собирался жаловаться. Главной проблемой было то, что Хенджин будто не собирался вставать. Он развалился на месте и разглядывал Феликса с крайне расслабленным выражением лица. — Так не хочется никуда идти, меня разморило, — пробормотал Хван и резко встал на ноги, тут же хватаясь за спину, — ох, какой же хороший фильм, да? — Замечательный, — со смешком подтвердил Енбок, и они пошли в сторону выхода из зала, — было бы еще более замечательно, если бы я хоть что-то помнил о нем. Только что-то в начале. — Я вообще его не смотрел, мне даже начало неизвестно. Только на тебя. Слушать такие вещи для Ли было очень животрепещуще, даже если до этого они провели чуть меньше часа, нещадно пытаясь сыграть в игру «Кто сильнее друг друга сожрет?». Победителями вышли оба, но смущение, как выяснилось, не было изгнано из тела австралийца, ведь его щеки тут же покраснели, что парень попытался спрятать. — Ничего страшного. Можно будет пересмотреть на ноутбуке. Как он, кстати, называется? — Без понятия, я не запоминал. Но на билете точно написано. Потом проверю, если вспомню сделать это. Так как во время поздних сеансов гардеробы закрыты, они брали верхние вещи с собой. Выйдя из кинотеатра, Феликс искренне удивился. — Как же тепло, — Хенджин обнимал его за плечи, но он имел в виду не совсем это. Погода была потрясающей. — Согласен. Самое то для того, чтобы погулять… В ту же секунду живот Енбока снова заурчал. — …или поесть, — закончил Хван, хихикая, — куда пойдем? Как ты относишься к фастфуду? — Отрицательно, — фыркнул Ли, со смехом смотря на лицо скуксившегося брюнета, — отрицательно, потому что это вредно, но я тоже спокойно его ем. Просто стараюсь сильно не налегать и делать это больше от случая к случаю. — Надеюсь, наше свидание для тебя достаточно подходящий случай? — Вполне, — австралиец кивнул, — это, скажу честно, достаточно романтично, если на первом свидании парочка идет опустошать какую-нибудь забегаловку. — Я думал сейчас не о романтике, а о том, что ты, возможно, хочешь есть, Ликси, — чуть насупленно пробурчал Хенджин, — не хочу, чтобы ты был голодным. — Я ценю это, — Феликс быстро чмокнул его в щечку и вернулся к предыдущему занятию. Стал обнимать его руку, — единственные рестораны в округе, которые работают до двенадцати, это Мак и КФС. Куда будет лежать наш путь? — Куда ты сам скажешь, — промурчал Хван, — туда и пойдем. — Тогда давай в Мак, — быстро сделал выбор Енбок. Указанный ресторан уже можно было разглядеть с их месторасположения. — Один вопрос. Ты выбрал его, потому что до него ближе идти? — Эй, я люблю Мак, — Ли тыкнул его в плечо, — просто давно там не был. Фортуна улыбнулась Феликсу, потому что в ресторане было не так много народу. На экране было всего три заказа, а многие столики пустовали, что действительно радовало. Они, недолго думая, подошли к электронному киоску и открыли меню. — Что будем кушать? — задумчиво пробормотал Хенджин, встав за Енбоком и обняв его за шею, — я не особо голоден, но накормлю тебя. — У меня тоже есть деньги. А ты не будешь ничего брать? — удивился Ли, — я не хочу сидеть один и есть. — Я тоже возьму, боже, — Хван засмеялся и чмокнул его в волосы, — сначала выбери все, что хочешь сам. Глаза австралийца, который с утра ничего не ел, разбегались по всему экрану. Говядина… Курица… Мороженое… Просто обожаемая кола… Мороженое… Курица… Наггетсы… Говядина… Роллы… Креветки… Кола… Жареная во фритюре картошечка… Живот снова заурчал, из-за чего Феликс тут же смутился. — Я могу есть все. Абсолютно. Хочу что-то то с говядиной, какой-нибудь сэндвич. И деревенскую картошку с сырным соусом. Или наггетсы. Хотя… мне правда без разницы. И, ох кола, хочу колу. — А-ха-ха, я понял тебя, — брюнет освободил одну руку и стал водить по экрану, — тогда давай пока я себе закажу. Енбок отвернулся и прижался лицом к груди Хвана, пока тот делал заказ. — Не устал? — Я? Не-е-ет, — Ли потерся носом об чужую рубашку, вдыхая запах одеколона, — я спал до обеда, пока ты был на парах. Скорее уж ты устал, чем я. — Ничего страшного. Это даже не чувствуется. — Я не люблю ходить не выспавшимся, словно зомби. Это не очень приятно. — Подумаешь. — И, когда встаешь, будто песка в глаза насыпали. Австралиец обнял Хенджина за талию прямо под пальто, пока тот неторопливо делал свой заказ. — Все, ждем. Но, когда Феликс увидел чек на двадцать две тысячи вон, в его груди предсказуемо зарокотало негодование. — Эй, погоди. Ты что… на двоих столько взял?! — Да ладно, то, что не съешь, заберешь с собой и отдашь Чэвон. Она любит фастфуд, я знаю. — Да причем тут… — Енбок выхватил чек с номером заказа «27», — боже, так… так… вот ты набрал. Так. Говори мне номер своей банковской карты. Быстро. Я перешлю тебе половину суммы. Брюнет на это лишь мило улыбнулся и безмолвно забрал чек, чтобы пойти к зоне выдачи заказа. — Хенджин! Ли было слишком неловко от образовавшейся ситуации. Он не имел проблем с тем, чтобы оплатить себе еду, ведь у него, благодаря подработке, имелись деньги, но то, что сделал Хван… — Ты ведь знаешь, что я от тебя не отстану, да? — более мягко спросил австралиец, с серьезным видом встав рядом с парнем, — Хенджин! — Феликс, давай от души покушаем, — еще более мило улыбнулся танцор Феликсу, — ты пока выберешь столик, а я дождусь заказа и пойду к тебе. Енбок около минуты разглядывал Хвана, который вел себя, как ни в чем не бывало. — А вы хитрый жук, месье. Пока что я сменю тему, но, поверь мне, скоро мы вернемся к этому вопросу! Взгляд, которым Хенджин окатил его, ничем не отличался от предыдущих. Снисходительный. Взгляд, который обычно обращен на наивных людей, чьи усилия не дадут плодов, а слова не имеют веса. — Заказ номера двадцать семь! — О, — парень посмотрел на табло, — как раз наш. Хван подошел к прилавку и показал девушке чек, очень мило улыбнувшись ей и подмигнув, из-за чего та явно смутилась и отвела взгляд. Он забрал поднос и подошел к ошарашенному Феликсу, чей левый глаз, казалось, был готов задергаться. — Ну, что, куда сядем? Енбок глубоко вздохнул и взъерошил свои и так распушившиеся волосы. — Ты действительно жук, Хенджин. — Эй! Ли молча пошел в рандомную сторону и сел за столик с удобными диванчиками, в то время как Хван засеменил следом. — Ты что, ревнуешь? — танцор осторожно поставил поднос на стол и подвинул его на самую середину. — Ревную? Я? — Феликс наигранно округлил глаза и закатил их. — Мне все равно кроме тебя никто не нужен. Ешь все, что захочешь. Австралиец с ужасом оглядел купленное, а при виде шестерки креветок и четырех соусов разных видов его глаза откровенно расширились. Здесь было многое из меню. Феликс искренне хотел устроить разнос за подобную щедрость, потому что так много пищи в него бы не влезло, но другая, более коварная сторона узурпировала всю власть, из-за чего парень еле скрывал свой разыгравшийся аппетит при виде такого количества любимого фастфуда. — Налетай, ты первый. Я взял из всего по чуть-чуть, чтобы попробовать. Я сам не так часто хожу по подобным заведениям, но, думаю, наше первое свидание не самый плохой повод, чтобы съесть какую-то вредную гадость. Енбок не разменивался словами. Он просто схватился за первый попавшийся бургер и начал с трепетом разворачивать его. — Я тоже не завсегдатай подобных мест, — пробубнил Ли, жуя, — я редко хочу есть, и нет особого повода ходить сюда. Хенджин? — М? — он окунул картошку в сырный соус. — Ты из зажиточной семьи или просто есть какие-то накопления? Или щедрый? Ты столько потратился. Несмотря на то, что Хван уже больше недели был в их компании, австралиец знал о нем не так много. Тот предпочитал особо не разбрасываться фактами биографии и обычно говорил на темы, не связанные с ним самим, из-за чего Феликс внезапно задумался над этим. — Ты не рассматривал вариант «влюбленный»? — фыркнул Хенджин. — Я серьезно. — А если серьезно, то три в одном. Я влюбленный, щедрый и единственный ребенок в зажиточной семье. Я живу один в своей собственной квартире, в то время как родители в десяти минутах ходьбы от меня. Мне очень повезло с ними. Они любят меня и всегда заботятся обо мне. Очень легко приняли все, когда я сделал камингаут. Я подошел к ним со словами, что… ну… у меня есть важная тема для разговора, рассказал обо всем, а мама хлопнула себя по колену и заявила… Сказала, что думала, что я собираюсь сознаться в каком-то криминале, а мне просто еще и мальчики нравятся. Подумаешь. Это было смешно. — У меня тоже замечательные родители, — улыбнулся Феликс, — но сейчас они пока что в Австралии, а мы с Чэвон здесь. У нас есть бабушки и дедушки, одна пара живет в другом конце Сеула, а вторая еще дальше в сельской местности. — Феликс, у меня вопрос, который вечно выскакивает из моей головы. Почему ты используешь свое австралийское имя, а твоя сестра корейское? Даже при обращении друг к другу. — А. Ей начало нравиться это имя больше, чем Оливия. Вот и перешла на него. А я не особо люблю, когда меня зовут Енбоком. — Но Чанбин всегда зовет тебя Енбоком, — не понимал Хван. — Он исключение, а я уже как-то привык и закрываю на это глаза. Когда он называет меня Енбоком, мне даже начинает нравиться это имя. — Енбо-ок, — задумчиво протянул Хенджин, на что Феликс поджал губы. — Не зови меня так… — Енбок. — Пожалуйста. Я больше люблю обращение «Феликс». — Нет, ты будешь… — Хван ткнул в него пальцем, — солнышком. — Для тебя я рад быть даже тучкой, — усмехнулся Енбок. — Ты уже был для меня тучкой, — ворчливо возразил брюнет, махнув ладонью в качестве знака стоп, — и вел себя, как человек с депрессивным расстройством в моем присутствии. Мне этого хватило, спасибо. Больше не надо! — Прости. Ли взял Хенджина за руку и посмотрел в его глаза. Но тому никакие слова так и не понадобились.***
Феликс чувствовал жутчайшее удовлетворение из-за набитого вкусной, хоть и вредной для желудка и кишечника едой. Хотелось счастливо мурчать, как довольной кошке, и обниматься со своим парнем, но Хенджин почти силком вытянул его погулять. При выходе Енбок снова обнял его за руку, вдыхая свежий ночной воздух. — Куда теперь? — Хочешь пройтись? — предложил Хван, повернувшись к Ли, — можем прогуляться, а потом я вызову такси до твоего дома? — До моего дома? — австралиец поджал губы, — Чэвон уже успела пошутить, чтобы я не возвращался сегодня. — Прямо так и сказала? — искренне удивился брюнет и хихикнул, — рад ее энтузиазму, но, думаю, для самого первого свидания это немного ранний шаг. — Ты не хочешь приютить меня у себя? — недоумевал Феликс, — у тебя какой-то пунктик на эту тему? — Просто не хочу торопиться, — Хенджин тут же чмокнул его в макушку, — я хочу медленное развитие отношений. Чтобы первые несколько свиданий мы просто топили друг друга в ванили, пока не слипнутся наши жопы. — Боже… — Чтобы мы успели обговорить все на свете, и уже чуть позже поехали ко мне и… — Хван под конец речи смутился и спрятался за волосами. — Ну, договаривай, — Енбок потянулся к парню и убрал мешающие пряди с лица, — что бы мы там сделали? Хенджин смущенно поджал губы. — Кое-что очень приятное, но это нам только предстоит обговорить. Наши вкусы и предпочтения… — Мы можем поговорить об этом и сейчас, пока гуляем, — шепнул Ли ему прямо в ухо, вставая на цыпочки, — об этих предпочтениях. Зачем тянуть? Что бы мы с тобой делали? Австралиец не хотел думать, что это возбуждение связано с давним воздержанием, но присутствие Хвана уже давно сносило его подкошенную башню. Ему тоже не хотелось торопиться, но мозг уже неумолимо обмозговывал будущее свидание, на котором они зайдут дальше горячих поцелуев, которых Феликсу скоро будет точно не хватать. — Это смущает, если честно, — брюнет отвел Енбока чуть в сторону, чтобы они не мешали другим, стоя прямо посреди дороги для пешеходов, — несмотря на свою милую внешность, ты оказался достаточно бесстыдным. — Что такое стыд? — Ли серьезно пожал плечами, — но мне нравится твое смущение. Я люблю обе позиции и оральный секс, так что можно об этом даже не… — Боже, — танцор прикрыл лицо руками и отвернулся, — как же это неловко. Видеть такого Хенджина было сродни удовольствию, и австралиец не смог сдержать теплой улыбки. — Давай поговорим о другом, — предложил Феликс, хватая того за руку и поворачивая к себе, — пускай это свидание останется милым и невинным. У нас есть много тем для разговора, потому что помимо внешней симпатии мы никогда не… — А кто в этом виноват? — недовольно пробурчал Хван, освобождая лицо от ладоней, и глубоко вздохнул, — ладно, не будем говорить об этом. Я понимаю ситуацию. Чэвон, все дела. Ну что, пошли гулять? Енбок любил пешие прогулки, но редко уделял им время, потому что ему не нравилось ходить в одиночестве. Чаще всего именно Чанбин составлял ему компанию, и они ходили по несколько километров, болтая о том и сем. На этот раз время пролетело гораздо быстрее, пока они с Хенджином прошли около шести километров пешком до самого жилого дома Феликса. Они говорили обо всем на свете. Казалось, не затыкавшийся Хенджин был готов затронуть любую тему, которую они мимолетом касались, и его можно было понять, потому что это был их первый полноценный разговор. Феликс сам искренне наслаждался диалогом, пока они неспешно брели в обнимку по улице, а рядом проезжали шумные машины. Они периодически хохотали, когда Хван рассказывал о смешных случаях, приключившихся с ним. — Так ты поэтому тогда подстригся? — Енбок не сдерживал эмоций, — я прекрасно помню, как Чэвон долго жаловалась мне, что ее краш укоротил волосы и покрасил их в черный. — Минхо-хен парень очень хитрый и коварный, — улыбался брюнет, — но я ему благодарен. Мои волосы тогда почти потеряли свою структуру, постоянно сыпались, и я был готов лезть на стену от отчаяния. Потом Минхо-хен воспользовался моей слабостью, а я проиграл ему в карты. Как он говорил, карточный долг это святое, так что я в тот же день пошел в парикмахерскую. — Господи, — Ли сделал глубокий вздох и остановился, притягивая Хенджина к себе, — мы с тобой тоже познакомились благодаря нему. — Благодаря нему? — Хван сузил свои темные глаза, — ты про тот танцевальный вечер? — Он самый. — Кажется, в том видео Джисон говорил тебе, что нужно меньше пить и спорить? Минхо-хен тебя заставил? — Я так рад, что ты понимаешь меня с первого раза, — податливый австралиец встал на носочки и поцеловал Хенджина, отстраняясь, когда тот попытался углубить поцелуй, — я был бухим и наивным. — Даже так? Танцор обнял его за талию и возобновил движение в выбранную сторону. — Просто тогда… — Феликс тут же задумался, стоило ли ему говорить о сестре, — в общем, Чэвон набралась смелости и решила написать тебе сообщение. — Так. — В это время мы сидели все рядом. Пили и смотрели Железного человека. По сути, именно Минхо-хен надоумил ее на это своими мотивационными словами. Говорил, что она слабая, что не сможет. — Боже, — брюнет прыснул, — это совсем в его духе. — Я ее решил поддержать. Сказал, что она сильная, что она справится. И Минхо-хен подловил меня. Чэвон удалила написанное сообщение, когда ты появился в сети. На полминуты между ними воцарилось молчание. — Я помню что-то подобное. Какая-то девушка написала мне, и ее сообщение высветилось. Но потом, как оказалось, было удалено. На аватарке вроде преобладал зеленый цвет, а на имени я не акцентировал внимания. — Точно Чэвон, — прыснул Енбок, — у нее была такая. Фото природы. В любом случае, спасибо Минхо-хену. — Но позволь мне не согласиться с тобой, — игриво начал Хенджин, высвобождая свою левую руку из чужой хватки, и схватил его за ладонь, переплетаясь пальцами, — он просто добавил нашим отношениям пикантности. Наше столкновение было неизбежно, потому что я в любом случае подошел бы к тебе на той лекции. Так что сводником можно назвать нашего профессора Пака, которому не повезло попасть в аварию, из-за чего мой поток перекинули к профессору Чхве. — Надеюсь, он поправится. Думаю, ты прав. Все в большей степени началось на лекции. — Хм. Если бы ты не знал меня тогда, — Хван сжал ладонь сильнее, — как бы ты отреагировал на мой флирт? Ни разу не размышлявший о подобном Ли задумчиво посмотрел на парня, представляя ситуацию. Долго думать не пришлось. Особенно, когда Хенджин так пытливо смотрел на него. — Смутился бы, но не стал отвергать твои попытки и даже попытался бы неумело флиртовать в ответ, если бы не умер от смущения. — Умер от смущения? — наигранно удивился брюнет, вошедший в кураж. — Не прикидывайся. Ты прекрасно понял, о чем я. В зеркало себя видел? — мягко проворчал австралиец. — Видел, но это не всегда помогает мне. Многие любят клевать на красивую внешность и не обращать внимания на остальное, — все эти слова были пропитаны едким сожалением, — в любом случае я все равно рад, что все сложилось так, как сложилось. Хотя мне хотелось бы посмотреть на ситуацию, если бы все обернулось иначе. — В конце пары я все равно узнал бы твое имя и фамилию, — печально возразил Феликс, — так что ничего бы не изменилось. Просто все выглядело бы для тебя еще более странно. Парень, к которому ты подкатил на лекции, мило флиртовал с тобой в ответ, а после переклички внезапно превратился в смерть и сбежал от тебя. — Звучит очень сердцеразбивающе, — вынес вердикт Хван, — но я бы, думаю, сделал еще несколько попыток на следующих лекциях и вскоре сдался. А потом мы бы больше не пересекались. — Как не пересекались? — на секунду удивился Енбок и тут же опомнился, — а как же Чэв… ай, точно. — Она бы выскочила из уравнения, потому что в этом варианте развития событий мы с тобой не танцевали, а я бы не стал к ней приглядываться из-за ее схожести с тобой. Ли задумался и отпустил ладонь брюнета, чтобы поменяться с ним сторонами. — Знаешь, можно сделать много выводов, но все это не имеет никакого смысла. Все, в конце концов, произошло именно благодаря Минхо-хену, потому что, если бы не наш танец, ты бы не стал присматриваться к Чэвон, которая привела ко мне. И, хочу внезапно добавить, что я ни в каком из этих вариантов не стал бы отвечать на твой флирт на лекции. — Э? — Хенджин нахмуренно посмотрел на него. — Потому что я в любом случае знал бы, что ты это ты, Хван Хенджин, в которого влюблена моя сестра. — Знал бы, даже если бы мы не танцевали с тобой? — не особо понимал Хван, часто моргая, — на лекции. — Ага, — со смешком выдавил Феликс, — я вдруг внезапно вспомнил, как увидел тебя во второй раз. Ты тогда разговаривал с Минхо-хеном, а я пришел в ваш корпус на следующий день после нашей танцевальной пятницы, чтобы отнести Чэвон флешку, которую она забыла дома. Там она показала мне на тебя, и я, сильно охуев, уронил на пол все ее книжки. — Уронил книжки. Так… это был ты! Хенджин воодушевленно подпрыгнул на месте и повернулся к парню. — То есть… я помню, что был такой момент. Какой-то парень обронил книги, и Минхо-хен сразу обратил на него внимание и рассмеялся. А это был ты. — Даже тут без хена не обошлось, — обреченно прошептал Енбок и усмехнулся, — если бы Чэвон не упомянула его имени тогда, я бы даже не посмотрел бы в вашу сторону. Что же, у него передо мной есть должок, потому что я спас их выступление. Я попытаюсь отыграться. Как мы с тобой только в его студии не пересекались? — А откуда ты знал танец? Я помню, что ты многое там вроде бы придумал, но… — Да, помог с некоторыми движениями. А еще хен много раз показывал свои партии. Когда у тебя хороший опыт, не так уж и сложно запомнить один танец. — Кстати, расскажи о том, как ты начал танцевать? Хван выглядел как человек, которому было жутко интересно, и Ли не смог устоять искушению рассказать ему о своей жизни. Они не заметили, как пешком дошли до жилого дома Феликса, но его это не волновало. Он мог лишь держать Хенджина за руку или обнимать за талию, говорить с ним и купаться в чужом внимании, потому что тот уделял его ему сполна. На улице было невероятно тепло и отсутствовал ветер, но Енбок был уверен, что они были не единственной причиной, почему он чувствовал жар во всем теле и желание снять с себя ненужную одежду, которая сейчас словно душила его. Ночная тьма успешно скрывала многие оттенки его эмоций, чему помогали высокие деревья, под которыми они проходили во время прогулки. Увидев, что они достигли точки назначения, Ли неизбежно расстроился. Время наверняка перевалило за два ночи, но его это ни капли не волновало, потому что энергия хлестала в его теле во все стороны. Он бы прошел еще несколько километров, но австралиец прекрасно видел едва заметную усталость на лице Хвана. Несмотря на то, что Феликс жаждал продолжить самую увлекательную часть их сегодняшнего свидания, — прогулку, — он прекрасно помнил о самом главном. Они были студентами. — Я давно не был таким счастливым, Хенджин, — проникновенно прошептал он, когда они остановились прямо у его подъезда, — спасибо тебе за столь приятный вечер. Брюнет, немного подождав, подошел к нему, нежно обхватил его щеки прохладными ладонями и приблизил лицо, из-за чего Енбок предвкушающе прикрыл глаза, но получил мягкий, короткий поцелуй. — Эй! — Ну, прости-прости, — усмехнулся Хенджин, еще раз чмокая, и отстранился, — мне кажется, заканчивать наше свидание страстным поцелуем, было бы немного неловко. Я и так достаточно задержал тебя. Феликс посмотрел на парня, как на идиота. — Тебе неловко после того, как мы целовались целый час в кино? — Да! Мне кажется, мы поторопились. Где все остальные этапы? — Боже, — Енбок решил не спорить с Хваном и просто закатил глаза, — после того, как я, пьяный в стельку, чуть не завалил тебя на кровати, я не знаю, что такое смущение. — Ох, — брюнет покраснел, — я тогда очень удивился. — Удивился? — Ли выразительно поднял брови, — наверное, меня это радует. Я тоже удивился, когда протрезвел. — И, хочу заметить, хорошо, что ты уснул тогда на мне! — выразительно добавил Хенджин, — ты был почти готов залезть мне в штаны. — Нужно было отбиваться, — попытался возразить австралиец. — А как? — Хван развел руками в воздухе, — сначала я растерялся, а потом не смог остановиться или сопротивляться. Я же… хотел этого. — Позже будет о чем вспомнить, — Феликс с усмешкой покачал головой, — с-спокойной ночи? Расставаться с Хенджином ему не хотелось. Время, проведенное вместе, пролетело как по щелчку пальцев, чего Енбоку было поразительно мало, чего он не собирался скрывать. — Тогда… увидимся завтра? Брюнет неуверенно посмотрел на него и, словно сдавшись внутри себя, подошел к Ли и крепко поцеловал. Тот не стал упускать момент и обнял Хвана, мгновенно углубляя поцелуй и наклоняя голову для удобства. Они делали это всего несколько часов назад, но Феликс словно успел соскучиться по этим мягким пухлым губам, которые было невероятно приятно прикусывать. Ему до скрежета в зубах хотелось деть куда-то руки, которые сначала обняли Хенджина за шею, потом за талию и умудрились пробраться под рубашку, из-за чего тот вздрогнул и разорвал поцелуй. — Господи, у тебя такие прохладные ручки. — Ты мерзляк, да? — Рад, что ты заметил. Он невольно припомнил, как Хван в тот знаменательный день буквально тянул его, пьяного и расслабленного, из балкона в комнату, жалуясь на холод. — Я замечаю и запоминаю все, если это касается тебя, — томно пробормотал Енбок, убрав холодные руки с чужой кожи, и снова потянулся за поцелуем. Через несколько минут Хенджин не выдержал. — Так, все, — он тяжело оторвался от Ли, ловко повернул того за плечи в сторону его подъезда и стал легонько толкать, — мы так можем вообще не расставаться сейчас и идти гулять дальше, но нам с тобой завтра на пары. — Они у меня днем, — невольно проворчал австралиец и, задумавшись, тут же повернул голову в сторону Хвана, — а тебе к какой паре? Тот горестно вздохнул и покачал головой. — К восьми утра. — Черт побери, — вырвалось у вставшего на месте Феликса, чей настрой тут же поменялся, — ты и сегодня был на парах с утра. Боже, тебе еще и такси нужно вызвать. Ты проводил меня до дома, тратя свое время, а сейчас будешь самостоятельно добираться? Нет, погоди. Я не… — Началось, — коротко буркнул танцор, в два шага подошел к Енбоку, взял его за руку и решительно потащил в сторону входной двери, — моя первая пара завтра совсем пустяковая, так что на нее я не пойду… — Ты хочешь прогулять?! — …а насчет всего остального не беспокойся. Ради тебя я готов и вовсе не спать и тратить деньги, но я не хочу, чтобы ты завтра клевал носом. Я просто сейчас спокойно вызову себе такси и… То, что Хенджин успокаивающе объяснял ему эти вещи, как маленькому ребенку, неимоверно раздражало, но Ли решил не вступать в споры и просто сделал то, что делал всегда. Всю свою жизнь. — Ой, нет, мой дорогой, я не согласен с твоим планом, — австралиец был сильным парнем, так что он легко отцепил от себя Хвана, сам схватил его за руку и потащил в противоположную сторону, — я сам вызову тебе такси, посажу тебя в него, оплачу проезд и только тогда отправлюсь домой спать. И, нет, ты не имеешь права со мной спорить сейчас! Хенджин открыл рот и тут же прикрыл его, закатывая глаза и цыкая языком, пока Феликс, крепко держа его руку, набирал в приложении-такси адрес и оплачивал его. — Боже, время уже два ночи, — пробормотал тот, делая последние штрихи, — как доберешься, сразу ложись спать. Разрешаю тебе прогулять первую пару. Будет на моей совести. — Разрешаешь? — игриво переспросил брюнет, на что Енбок несильно тыкнул его в плечо. — Я бы хотел сказать тебе много хорошего, но все-таки промолчу, — парень фыркнул и встал напротив Хенджина, рассматривая чужое усталое лицо, — в следующий раз я тоже что-нибудь сделаю, раз ты упорно отказываешься, чтобы я оплатил то, что ты сегодня меня потратил. — Боже, Ликси, это же не соревн… — Причем тут это? Я тоже хочу ухаживать за тобой. В следующий раз моя очередь! Ли осторожно прижал Хвана к себе и обнял его, крепко обхватив руками. Ему не хотелось просто так стоять и ждать такси, в то время как провести это время, обжимаясь со своим парнем, было гораздо более приятным и полезным делом. Со своим парнем… — Хенджинни? — пробубнел австралиец ему в пальто и приподнял голову. — М? — мягко раздалось рядом. — Мы же с тобой встречаемся? Танцор посмотрел на него сверху вниз как на откровенного идиота. — Встречаемся? Я думал, это дружеская встреча. Каждый день с друзьями целуюсь. Феликс раздраженно нахмурился и тихо вздохнул, возвращая свое лицо на прежнее место. — Конечно, встречаемся. Зачем задаешь такие глупые вопросы? — Просто мы прямо не обсуждали этот вопрос, а я хотел ясности. У меня до сих пор есть какая-то неуверенность, что сегодняшний день мне просто приснился. — Ничего тебе не приснилось, — Енбок почувствовал, как его волос коснулись губами, и потерся щекой об чужую грудь, — кажется, такси приехало. Вон, белая машина. Номера пока не вижу. Он отстранился от Хенджина и присмотрелся. К ним действительно ехала белая машина, которая показалась ему несколько… знакомой. — Да, это тот самый номер, — Ли окончательно отлип от него, когда такси, сворачивая, оказалось прямо напротив них. Хван схватился за ручку двери, когда австралиец дотронулся до его плеча и сжал его. — Когда доедешь, напиши мне. Я буду ждать, — его голос дрогнул. Он внезапно захотел снова поцеловать Хенджина, но тут же осекся и сам открыл для него дверь, — спокойной ночи! Ложись спать сразу, чтобы завтра не мучаться от недосыпа, хорошо? — сказал Феликс, собираясь закрыть дверь, когда его парень залез в салон. — Могу пожелать тебе того же самого, Феликс. — Хочу напомнить, что мне не ко второй паре, а к третьей, и я не прогуливаю первую. — О-о-о-о, приятно снова вас видеть, молодой человек, — внезапно раздалось со стороны водительского сиденья, и Енбок с интересом посмотрел на говорящего. Он не смог удержать громкой усмешки и прикусил губу, кивая знакомому человеку, — хорошее удалось свидание? Встретить второй раз за день одного и того же таксиста было достаточно забавно, учитывая, что оба раза связаны исключительно с ничего не понимающим Хваном, который удивленно посмотрел сначала на таксиста, а потом на Ли. — Фели-икс? — Потом объясню, — смущенно прокашлялся австралиец, когда водитель повернулся сильнее и с интересом смотрел уже на Хенджина. — А в жизни вы выглядите гораздо лучше, чем на фотографиях. — Фели-и-и-икс? — еще более требовательно стал тянуть его имя брюнет, из-за чего Енбок смутился сильнее всего за этот день. — Потом… потом! Довезите его, п-пожалуйста, в ценности и сохранности, — быстро протараторил он и закрыл дверь, тут же отходя от автомобиля и махая на прощание рукой. Стекла были затонированы, так что он не видел Хвана, но ясно чувствовал, как тот смотрит на него в ответ. Через минуту такси скрылось из поле зрения, и только тогда Ли сделал глубокий вздох и обнял себя руками. Оказавшись в одиночестве, он почувствовал, как ему захотелось безудержно рассмеяться, но он сдержался и потер свои плечи. — Как же хорошо. Австралиец не был уверен, что сможет так быстро заснуть этой ночью, потому что его душа летала. Он купался в ни с чем не сравнимом чувстве любви и нежности, а тело было готово взорваться от адреналина. Феликс словно был заполнен энергией на несколько дней вперед, и даже смущающая мысль, что этот таксист наговорит Хенджину немного лишнего, нисколько не напрягала. Ему лишь сильнее захотелось, чтобы тот узнал как можно больше о его чувствах, об обожании и нежности. О его дневном страхе и отчаянии, когда Енбок был готов умереть от страха, что у них ничего не получится. Для того, чтобы добраться до своей квартиры, он потратил по меньшей мере пятнадцать минут. Он шел очень медленно, пританцовывая, и даже воспользовался лестницей вместо лифта, прогулявшись пешком до девятого этажа. Рука все порывалась вытащить телефон и отправить в диалоге с Хваном их первое в жизни сообщение, — ранее никто из них не писал там, — но Ли успешно сдерживал себя. Феликс ввел код и тихо открыл дверь, оказавшись в темной квартире. Он пытался не издавать лишних звуков, но тело подводило его. Ноги слишком громко ступали на пол, одежда и обувь шумели, когда Енбок раздевался, а дыхание… Дышал он тоже слишком оглушительно. Видимо потому, что его мозг по-прежнему пребывал в воспоминаниях о свидании, парень совсем не услышал шагов неподалеку. Внезапно прихожую озарил свет, и он рефлекторно зажмурился, раздраженно застонав. — Если честно, я не ожидала, что ты сегодня вернешься ночевать домой. — Я просто слишком по тебе соскучился, — попытался австралиец, осторожно приоткрыв глаза и увидев сестру, которая, скрестив руки, стояла рядом с ванной комнатой. — Зачем ты вообще здесь? — из-за того, что она говорила слишком серьезным голосом, Феликс не мог понять, в какую сторону развивается эта шутка и является ли ею вообще. Для него самым главным на этот момент было то, что Оливия пыталась сдержать улыбку, а ее глаза горели веселым огнем. — Говорю же, соскучился. Секс после первого свидания это как-то не очень Услышав внезапное уведомление, Феликс достал телефон из кармана и включил его. Первое, что пришло парню в голову, это то, что ему следовало добавить Хвана в контакты. Время: 02.19 От: Неизвестный пользователь Я доехал ❤❤❤. Уже переоделся, почистил зубки и лег спать 😘😘😘 Этот мужчина поведал мне предысторию вашего сегодняшнего знакомства, так что можешь ничего не рассказывать, ведь я уже все зна-а-аю. И я очень счастлив. Сколько еще у тебя есть моих фотографий? А ты уже пошел баеньки? Я тоже хочу знать, что ты уже лежишь в своей кроватке и собираешься спать, потому что я беспокоюсь о твоем сне и хочу, чтобы ты выспался 😍😍😍 Время: 02.20 От: Неизвестный пользователь Ты пока не отвечаешь, а я все лежу и не могу уснуть. Я даже подумываю о том, чтобы пойти на пары не спавшим, ведь каждый раз, закрывая глаза, вижу твое очаровательное лицо 🥰🥰🥰 Время: 02.20 От: Неизвестный пользователь Кажется, я начинаю засыпать. Спокойной ночи, котенок! Желаю тебе самых сладких снов с моим участием, от которых может слипнуться жопа. Люблю и целую. Время: 02.21 От: Неизвестный пользователь 😍😘🥰❤😍😘🥰❤😍😘🥰❤😍😘🥰❤ 😘🥰❤😍😘🥰❤😍😘🥰❤😍😘🥰❤😍 🥰❤😍😘🥰❤😍😘🥰❤😍😘🥰❤😍😘 ❤😍😘🥰❤😍😘🥰❤😍😘🥰❤😍😘🥰 Второе, что пришло в его голову, это желание окунуться в холодную воду или залезть под контрастный душ, потому что воображение, представившее Хенджина лежащим на кровати и печатающим такие трогательные сообщения, было готово сыграть с ним и его телом дурную шутку. — Я сейчас расплачусь, как огромная и жирная сопля, — выдохнул Феликс, не в силах перестать перечитывать чужие сообщения. Чэвон тихо прокралась сзади и положила голову на его плечо, присоединившись к брату, — можно я умру? — Господи, как же ванильно, — непонятным тоном пробормотала девушка, — признаюсь честно, для меня видеть такие сообщения от лица Хенджина в твою сторону немного дико, но… Енбок оторвался от созерцания смайликов и с напряжением посмотрел на сестру. — Как же. Это. Ванильно, — девушка с ужасом посмотрела на брата и потерла лоб ладонью, — знаешь, что? Вы два сапога пара! Ты тоже такой же! Я вызову Хенджина на беседу чуть позже, когда свыкнусь с фактом ваших отношений. — На беседу? — Да, воспитательную. Чтобы не обижал тебя и всякое. Ладно, — пояснила Оливия, — мне нужно некоторое время на адаптацию. А сейчас я пойду спать. Ты тоже не задерживайся, — по пути она провела ладонью по растрепанным волосам брата и пошла в свою комнату, оставив его одного. Время: 02.23 Кому: Хенджинни❤ Я тоже люблю тебя🤤🤤🤤🤤🤤 Время: 02.23 Кому: Хенджинни❤ Какого черта ты не спишь?! Время: 02.24 От: Хенджинни❤ Все, все, я спать. Сейчас я смогу уснуть. В любом случае, я уже лег, так что спокойной ночи тебе. Феликс, снова пробежавшись глазами по всем сообщениям, убрал телефон в сторону и с грохотом плюхнулся на пол, касаясь горячим лицом холодной поверхности. — Что ты там делаешь?! Ему срочно следовало остудиться.
