На деревню к дедушке
11 мая 2024 г., 14:18
В супермаркете ребятишки вдруг притихли и стали вести себя очень скромно. И Андрей поначалу не сразу понял, с чего вдруг такая резкая смена поведения.
Юлик шагал за огромной тележкой, которую катил альфа и крепко держал за руки Мишу и Гришу. У обоих буквально горели глазёнки, но как это обычно делают дети в магазине, ничего не просили. Андрей припомнил, как в машине Гриша заявил, что, когда он вырастет и будет работать, то на каждые выходные станет покупать себе торт, а не как сейчас - только по праздникам. При этих словах у Юлика густо покраснели уши, и он смущённо зажал ладошки между коленями.
Андрей Евгеньевич внимательно посмотрел, в какую дешёвую одежду и обувь были одеты малышня и их папа, и от увиденного больно кольнуло внутри. Гриша голодными глазами уставился на витрину с тортами, а Миша на гору экзотических фруктов в соседнем отделе.
- В общем так! - решительно повернулся к честной компании Басманов. - Сейчас будем играть в одну интересную игру. Кто со мной?
Двойняшки радостно закивали и запрыгали, а их папа растерянно хлопал карими глазками.
- Подходим в любой отдел, где каждый из вас выбирает пять… нет, десять вещей или продуктов, из тех, что ему нужны или просто нравятся. Отказы не принимаю и возражения тоже. Сегодня день удачи и волшебства. Цена не имеет значения. Правила понятны? - улыбался Андрей Евгеньевич на все свои 32 отбеленные ухоженные зуба.
- Да, да! – опять запрыгали малыши.
- Я возражаю, - подал голос, обычно со всем соглашающийся, Юлий. - Как-то неудобно и вообще это неприлично.
Моськи детей сразу сникли.
Басманов оскорбился:
- Ну, знаете, это как-то даже обидно. Вы с меня плату не берёте за поездку к деду, значит, будем так, натурпродуктом обходиться. Вон отдел с канцелярскими товарами и книжками, начнём с него. И возражений я не приму, - и повернувшись к близнюкам, подтолкнул их. - Давайте, чего стоите? Выбирайте десять любых вещей – всё, что захотите. А мы с папой тут у входа в эту секцию вас подождём.
Дети рванули с азартом.
- Андрей Евгеньевич, понимаете, - заламывал пухлые ручки омега, - они у меня к такому не приучены. Умоляю вас, не обижайтесь на меня. Я совершенно не хотел вас оскорбить ничем. Просто они же наберут сейчас, а вам такие расходы!
Альфу перло от того, как Юлик, стесняясь и краснея, пытался остановить его желание сделать подарок этим трем милым омежкам. «Умоляй, умоляй меня, сладкий, лучше голый и на коленочках, с моим членом во рту или в попке», - наслаждался он смущенным Юликом.
Андрей приосанился:
- Могу себе позволить и вообще, мне приятно это делать. И не волнуйтесь вы так, для меня это капля в море, уже поверьте мне, - выгнул грудь колесом Басманов. – Знаете, я, наверное, оставлю вас с этой тележкой и быстренько сгоняю за второй, в одну мы точно всё не поместим.
Альфа наконец нашёл повод, чтобы отойти. Дышать около омеги становилась всё тяжелее. Летняя жара заставила того облачиться в тонкие, чуть ниже колен широкие штанишки и футболочку с глубоким вырезом. Ложбинка между титечками у Юлика вспотела, а у Басманова от желания её вылизать пошла кругом голова. Пухластика хотелось хорошенько облапить и завалить под себя, и... И еще много чего хотелось.
Омега же себе наотрез отказался что-либо брать, зато бесенята закупились по полной, забив большую часть багажника. А насчет коробок с игрушками так вообще пришлось Андрею договариваться, чтобы прислали с курьером в понедельник вечером прямо домой семейству Булочкиных. Туда же мольберт с красками и носочки с динозаврами в большой коробке.
Дети по деловому распихивали вместе с альфой покупки по машине. В отделы с одеждой Басманов всё-таки не смог их затащить, даже ради детей.
- У них всё есть, что нужно, я сам куплю. Это лишнее, - бубнил омега, отводя взгляд.
Андрей Евгеньевич понимал и не настаивал, чтобы не раздавить до конца омежью родительскую гордость.
- Он креветки любит, вишню в шоколаде и абрикосы в шоколаде. А еще, - младший омежонок обвёл секцию омежьей одежды ищущим взглядом, - ещё вон тот халатик, - ткнул Миша пальцем в тёплый малиновый халат, когда мужчина постарался у него узнать, чем они папу могут порадовать и купить ему что-то, пока он Гришу в туалет повел.
- О! Яйца дракона! - указал ребёнок на авокадо в деревянной украшенной коробке. – Давай купим?
Не вопрос, давай!
Уже в машине Андрей вручил халат омеге, объявив, что это сын ему выбрал. Детёныш сидел довольный и дразнил брата.
- А я ничего папе не выбрал! - приготовился реветь Гриша.
- Не переживай, - сразу разрулил горячую ситуацию альфа, - в следующий раз мы с тобой посоветуемся и купим.
- Я запомнил, - буркнул омежонок, успокаиваясь. Андрей промолчал, что конфеты и креветки тоже уже лежат в сумках с провизией.
Дед от детей был в восторге! Их обоюдная симпатия возникла сразу в момент знакомства. Те к нему ластились, как и к папе, обнимались и читали книжки вместе, помогали накрывать на стол.
Валентин Геннадьевич не мог нахвалиться Юликом, и когда тот пошёл к дальним грядкам с детьми за зелёным луком, начал поучать:
- Внук, присмотрись. Не упусти своё счастье. Такой тебе омега встретился удивительный, уж я-то в этом разбираюсь.
- Чего? - вытаращил глаза альфа. - Дед, я жениться не собираюсь. И он вообще не моём вкусе, - почему-то брякнул.
- Тьфу ты, дурак! Дать бы тебе по башке, чтобы на место встала, - зло и разочарованно бросил дед. - Совсем ничего не понимаешь в нормальных омегах.
- Ну дед, он такой вообще не модный, не мой тип. Не сексуальный он для меня какой-то, - выдохнул Басманов.
- Эх ты! Не сексуальный... Да чего ты в сексуальности-то понимаешь? Эти дрыгалки твои, что ли очень сексуальные? А этот, он живой, доброта и тепло чувствуются, хорошенький такой, чистенький. Ну же, разуй глаза, посмотри внимательней, - поучал дед. - Я тебя прошу.
- Ну ладно, я подумаю, - уже и сам закрутил мозговыми шестерёнками Андрей. Омега затягивал всё больше и больше. Басманов рядом с Юликом чувствовал себя каким-то морально неустойчивым подростком. Перед омегой хотелось казаться лучше, чем он есть, совершать какие-то глупые подростковые поступки. После того, как наладил деду забор, под предлогом, что развлекает детей, бесился с с омежатами, носясь по саду в догонялки, смеялся от души и замечал полное обожание в глазах омеги, надеясь, что это адресовано не только детям, но частичку его и он тоже заслужил.
Гришенька и Мишенька попросились в субботу перед баней пойти погулять без взрослых недалеко по улице.
- Безопасно тут, пусть идут. Им же интересно, - успокаивал Валентин Геннадьевич их папу. - Вон до того зелёного дома и назад идите, а завтра с утра погуляем по деревне побольше. Я вас сам отведу, - обрадовал детей.
Те, грязные, как два чертёнка, выкатились за калитку. А уже через десять минут, когда альфа колол дрова во дворе, громкий рёв огласил улицу. Бросив всё, Андрей за полсекунды сиганул через забор и помчался по улице на плач детворы. Посреди улицы стояли и рыдали близнецы, которых окружили соседские гуси и пытались ущипнуть их за попки. Омежки повисли на сильных мужских руках, обвив с двух сторон его шею и отпихивая один другого, пока он нёс их назад домой.
Что-то переклинило в голове у мужчины: «Какие на хер, модели?! Те, с кем мне действительно хорошо, все вот здесь, рядом со мной!». А у калитки их уже встречали дедушка с Юликом.
Поздно он пошёл в баню в тот вечер. Сидел за ужином, задумчиво поглядывал на Юлия, и тот взгляд не отводил.
Валентин Геннадьевич с детьми читали детскую классику от Шарля Перро, а Юлий тихонечко выскользнул из дома. В самой глубине двора светила малюсеньким окошечком банька.
В дверь опасливо постучали, когда Басманов, абсолютно голый, уже ополаскивался напоследок.
- Кто?
- Андрей, вам что-нибудь нужно? - входя и обмирая от страха и собственной смелости спросил омега.
- Тебя, - затащил его внутрь альфа и прижал к себе, - давно тебя хочу. Не обижу, если прямо тут тебя трахну?
Юлик порозовел ушками и снял штаны...
