Хороший вкус
15 мая 2024 г., 07:53
- Мы тоже такого хотим! - заявили близнецы Юлию прямо при всей честной компании, заглядывая в детскую кроватку с новорождённым альфёнком Вани и Фёдора Алексеевича. - А когда у нас такой же будет? Он нам нравится! – подергивали за кофточку вкрай засмущавшегося Юлика.
Тот, как всегда покраснел ушками и щечками, сказал, чтобы дети не шумели, иначе разбудят малыша. Те шуметь-то перестали, но на папу своего смотрели многозначительно и требовательно.
Из-за детдомовского детства Юлика у омежат был не такой уж большой круг родственного общения и связей. К Валентину Геннадьевичу ребятишки привязались как к родному, да он и сам постоянно их ждал и звал к себе. Целовал Мишеньку и Гришеньку, что висли на нём.
- Мои хорошие, золотые мальчики.
- Деда, мы тебя любим. Скоро приедем к тебе в гости, - наперебой галдели двойняши, вырывая друг у друга телефон. – Ты нас уже ждешь?
- Конечно! - восклицал пожилой мужчина.
Рисунки из детского сада от Гриши и Миши, нарисованные ими для Валентина Геннадьевича, Юлик пару раз просил Андрея передать:
- Если можно, конечно. Они так для него старались.
Отношения Андрея с Юликом после той ночки в бане вперёд двигались как-то со скрипом. Наутро они отводили друг от друга натурально бесстыже сияющие глаза, а в машине, пока ехали домой, всё их внимание отнимали дети. Басманов попытался пару раз пригласить омегу на свидание, но тот с упорством барана вежливо отказывал. Альфа забросил это неблагодарное дело и всё реже заезжал в пекарню. В один из таких его визитов Юлий ему и сунул детские рисунки для дедушки.
- Как у вас с Юликом? - задал вопрос Валентин Геннадьевич, развешивая художества Мишеньки и Гришечки в рамочках по стенам гостиной своего дома.
- Ты о чём? - прикинулся дурачком внучок.
- Не разочаровывай меня, Андрюшенька, - сузил глаза деденька. Он обычно так делал, когда занимался с альфой школьными заданиями, а тот или тупил, или просто отвлекался.
- Я не знаю! - вскипел Басманов. - Ничего не понимаю. Он отказывается идти со мной на свидание, - выдохнул одним махом наболевшее.
- Почему отказывает? Может, есть какие-то веские причины в твоём поведении? - настаивал деда.
- Да он всё время чем-то занят, а на меня нет времени вообще, - насупился здоровенный детинушка.
У его дедушки нежностью затопило сердце.
- Андрей, вот видишь, Юлий постоянно занят. А чем?
- Работа, а еще Гришу в музыкальную школу стал водить три раза в неделю, Мишу - на рисование. У них способности. Ну и дом, хозяйство, - устало бубнил альфа, удручённо свесив голову.
- Я всё понял, - присаживаясь рядом и обнимая внучка, шептал Валентин Геннадьевич. - Вижу даже больше, чем ты думаешь.
Внук, обняв его в ответ, вопросительно напрягся.
- Он просто не успевает, он один, и никто-никто не помогает. Ты мог бы и сам детей возить в эту школу искусств. И это должно быть постоянно, не один раз, на договорной основе. Он должен увидеть, что это не одноразовые акции только для того, чтобы его заинтересовать, - настаивал дедушка.
- Спасибо, - прижал к себе Валентина Геннадьевича, поцеловав в седое темечко.
От предложения Андрея Евгеньевича два раза из трёх в неделю самому возить близнецов после садика на занятия, Юлик не смог отказаться, потому что альфа был с ним строг и прямолинеен и добавил, что хочет по-дружески с детьми время проводить. А Ванечка сказал Юлию, что Басманов мужик неплохой, и муж Ванечки брата своего двоюродного очень уважает и доверяет ему. Ещё Ваня добавил, что Андрей серьёзный и занятый и просто так, по глупости, не стал бы навязываться помогать. Значит, у него есть какой-то интерес и, скорее всего, именно к Юлию... А Юлий дурачок, раз сам этого не видит.
Двойняши визжали от радости и как к себе домой залезали в машину к Басманову.
- Может, заедем в кафе-мороженое? - поступило деловое конструктивное предложение от омежат, когда он в очередной раз вечером после занятий вёз их из художки домой.
***
Второй раз улётный секс у них случился в день, когда Мишу и Гришу забрал в кукольный театр Валентин Геннадьевич, объявив, что потом повезёт их с ночевой в свою городскую квартиру. Набросились друг на дружку как оголодавшие, стоило только омеге открыть Андрею дверь на его звонок в свою квартиру и отбросить роскошный букет в сторону. Юлик под ним плавился и стонал, извивался, целовал везде и шептал, как соскучился. Андрюха отвечал со всей откровенностью тем же, и маленькая омежья квартирка наполнилась запахами секса.
С утра всё та же картина - альфа срочно уехал на работу, а омега потом очередное приглашение на свидание мило отверг.
- Деда, я опять ничего не понимаю! - звонил в «скорую помощь» Басманов.
- Заедь, - спокойно велел дед.
Валентин Геннадьевич поставил внука прямиком перед большим зеркалом в шифоньере.
- Смотри. Что видишь?
- Себя, - буркнул внук.
- И? - дед никак не помогал, ходил вокруг кругами, лишь намекал.
- Что «И»?
- Какой ты? Во что одет?
- Высокий, спортивный. Костюм коричневый, деловой, из Милана родители привезли. Белая рубашка, в Сингапуре купил, помнишь?
- Угу, помню. Вот видишь, Андрюша, ты сам на все вопросы и ответил.
- Да на что я ответил-то? - альфа тормозил, как всегда в самых очевидных житейских ситуациях, и Валентин Геннадьевич закатил глаза.
- Ты одёжку Юлия видел? Я бы тоже постеснялся выходить с тобой, если бы самая дорогая вещица в моём гардеробе была дешевле твоих носков. Это психология омег. А позволить он себе ничего не может. У Юлика два рта на иждивении, и себя надо кормить.
- Понял! - просиял альфа.
- Давай только аккуратно сейчас, без фанатизма. Потихоньку подарки подкатывай, а то он сразу отказываться начнёт от них. Размер-то его знаешь? Хотя… я уже всё сам узнал, и вот тут ещё размер детей, их обуви, - сунул заветный листок в руку внуку. - На шопинг с тобой съезжу в первый раз. Потом вместе к ним. Юлик не станет при мне от подарков отказываться.
Андрей и сам не смог бы припомнить, чтобы он когда-то с таким воодушевлением бегал по магазинам. Помощь дедули была как нельзя кстати. За полчаса до приезда предупредили Булочкиных, что заедут к ним. Там их ждали, накрыв стол для чаепития. Напившись чаю, стали разбирать подарки. Дети мерили с энтузиазмом, надевая по несколько вещей одновременно.
Омежата, дед и сам Басманов замолчав, уставились на Юлия, когда тот выплыл из ванной в дорогом новом шёлковом костюме с вырезом. Цвет топлёного молока ему очень шёл. Распущенные по плечам волосы создавали ореол мистичности. Красота!
Альфа достал бархатную коробочку.
- Вот, тут она лучше смотрится, чем на витрине, - повесил он, застегнув, бриллиантовую каплю омеге на молочную шейку.
- А нам купишь? И деду?! – в один голос заорали близнецы. - Мы тоже такую хотим!
- Когда вырастите, обязательно, - пообещал Басманов, не отводя взгляда от привычно розовевшего ушками и щечками Юлика.
Через год после свадьбы у них родился альфёнок. Мишенька и Гришенька, побросав свои колясочки с пупсятами и все остальные игрушки, что массово закупал им отчим, делили брата между собой азартнее, чем игрушки, нянькались и зацеловывали. Тот только важно дул губы и пускал пузыри, а Басманов надувался от гордости, что у него самый лучший и идеальный вкус на омег и самая дружная и любимая семья.
