bones

— Ты как-то неважно выглядишь. Что-то случилось? Тэхён минут пять уже размешивал сахар в кофе. Он с непроницательным выражением лица посмотрел на Субина, находясь далеко за пределами комнаты. Его взгляд казался пустым и потерянным. Субин внимательно оглядел осунувшееся лицо Тэхёна и тёмные круги под его глазами. Пару дней назад Тэхён вернулся поздно. С тех пор он почти не выходил из комнаты — лишь иногда появлялся, чтобы пообедать или поужинать, затем снова укрывался в ней. Казалось, в тот вечер что-то произошло, но Тэхён не рассказал Субину. Это был первый раз, когда он не делился своими переживаниями. — Всё хорошо, хён. Всё хорошо… — Он бесцветно улыбнулся и снова ушёл в себя и свои раздумья. Грустные мысли возвращались к Тэхёну каждый раз, стоило ему вспомнить о Бомгю, а его образ постоянно возникал в голове. Тэхён поражался самому себе: каким-то образом торчок сумел заполнить все его мысли. И это было самым ужасным. Он хотел бы, чтобы ему было всё равно, какой жизнью живёт Бомгю, но почему-то не мог. Ему было жаль парня: тот был слишком молод, чтобы его жизнь таяла в белых дорожках на туалетах и вечеринках сомнительных людей. Раздался дверной звонок. Тэхён и Субин переглянулись. У каждого читался на лице немой вопрос. Ёнджун выскочил из ванной комнаты и пронёсся мимо них в наспех надетых шортах и майке. Парни взглянули на него и затем снова переглянулись, гадая, кого ждал Ёнджун. Он открыл дверь и воскликнул: — Евон! Послышался женский смех, а затем девушка налетела на Ёнджуна, словно внезапное цунами, чуть не сбив его с ног. Они смеялись в объятиях друг друга, пока девушка не открыла глаза — и вдруг широко их распахнула, увидев Субина. Она воскликнула: — О боже, это Субин? Она тут же отстранилась от Ёнджуна и подошла к Субину, протягивая ему руку в знак приветствия. Тэхён внимательно наблюдал за разворачивавшейся сценой. Чёлка делала лицо девушки милым, почти детским, и, на его взгляд, ей могло бы быть не больше двадцати. Длинные струящиеся каштановые волосы с мелированием были собраны в высокий хвост. Макияж показался Тэхёну более западным, чем тот, к которому он привык в Сеуле: чёткий контур губ, прорисованный карандашом темнее помады цвета мокко, бесцветный блеск поверх, длинные наращённые ресницы и стрелки, удлиняющие разрез глаз и придающие ей сходство с лисичкой. На ногтях её вытянутой руки красовался необычный для Тэхёна дизайн: длинные, острые, украшенные кольцами, стразами и даже небольшими фигурками мармеладных мишек. Такой маникюр редко можно было встретить у кореянок — скорее у иностранок или этнических кореянок. На ней был короткий розовый кроп-топ, теннисная белая юбка и белые кроссовки на массивной подошве. — Да, Субин, — произнёс он, пожимая руку девушки, на что та мило хихикнула и представилась: — А я Евон, сестра этого засранца. — Она снова рассмеялась, а Ёнджун возмущённо закатил глаза. Девушка опустила руку Субина и перевела внимание на Тэхёна: — А тебя как зовут, грустный парень? Тэхёна немного восхищал внешний вид девушки — она была похожа на айдола. Но сильнее его восхитили её живость и открытость. — Тэхён, — коротко представился он. — Что ж, Тэхён, рада познакомиться. И с тобой, Субин. — Она снова перевела взгляд на него и одарила яркой улыбкой, словно была готова прямо с порога затискать его щёки. Тем временем Ёнджун затащил чемодан сестры в абрикосовом чехле в дом и поставил его у стены. Евон села на стул, а Ёнджун принёс ей кофе и булочку, чтобы она могла подкрепиться с дороги. — Вы ведь не против, если я поживу с вами недельку? — Она получила одобрительные кивки от Субина и Тэхёна, но те перевели осторожные взгляды на Ёнджуна. Всё-таки их голоса имели меньше веса, чем его. Евон довольно улыбнулась и добавила с хитрыми нотками в голосе: — Или чуть дольше… — Ты маму хоть предупредила? — Ёнджун нахмурился, явно недовольный тем, что ему придётся присматривать за сестрой. — Конечно же, нет, любимый братец, но я ведь всегда могу ей позвонить. Ёнджун снова закатил глаза и надул пухлые губы, чем вызвал смех у Евон. Она порывисто обняла брата, уткнувшись подбородком ему в плечо. — Бука… — шепнула она, из-за чего Субин не сдержался от беззлобного смешка. За всё время, что Тэхён знал Ёнджуна, никто не мог подорвать его авторитет. Дома он был мягким и уютным, а на улице превращался в стервозного красавчика, но сейчас выглядел недовольным и будто обиженным на весь мир. Он скрестил руки на груди, бормоча что-то неразборчивое и ворчливое, отчего Тэхён тоже не мог сдержать улыбку. Евон отлипла от Ёнджуна, довольная, что смогла немного вывести его, и поднесла к губам чашку с кофе. Она тут же сморщилась: — Боже, у тебя что, в доме даже сливок и сахара нет для любимой сестрёнки? — Здесь живут три мужика — никакого молока, освежителя в туалете и кондиционера для белья, — произнёс Тэхён с усмешкой. — Безобразие! Точно придётся остаться подольше и поставить вас, мальчишек, на место, — с важно-возмущённым видом произнесла она. — Как вы вообще живёте без сливок и освежителя? — Евон раскинула руки, будто искренне возмущённая, но её серьёзность тут же сменилась звонким смехом и улыбками парней. — Какие у вас планы? — поинтересовалась она, оглядывая их. — Мы все будем работать, — отозвался Ёнджун, на что получил искреннее недоумение на лице Евон. — А ты думала, на что мы снимаем этот дом? Ты в Лос-Анджелесе, девочка. Здесь даже воздух стоит денег. — А почему ты решила приехать в Лос-Анджелес? — поинтересовался Тэхён, решив сменить тему, и отпил свой кофе. Живость Евон явно быстро смогла заставить Тэхёна чувствовать себя намного лучше, чем до её прихода. Он тоже вдруг оживился, стал более заинтересованным и сговорчивым. Это можно было понять по его блестящим глазам, бегающим по лицу девушки, и по его улыбке. — Я приехала на концерт корейской группы, — ответила она и отпила кофе тоже, но сморщилась снова и с отвращением отодвинула от себя чашку. — Вы знаете Twice? — Она оглядела парней. — В воскресение у них концерт. Субин и Тэхён тут же закивали и воскликнули, что, конечно же, знают. — А я и не знал, что у них концерт здесь послезавтра, — произнёс Тэхён с небольшой досадой. — Я был небольшим их фанатом, когда был моложе. — Небольшим фанатом? — Субин не сдержался от усмешки. — В школе он скупал все их альбомы, — вспомнил он, слегка улыбнувшись и почувствовав ностальгию. — Хоть я и не был фанатом, но почему-то знаю все их песни и видел все клипы. — Он многозначительно взглянул на Тэхёна, который без умолку говорил про Twice в школьные годы и заставлял его смотреть клипы по несколько раз. — Каюсь, это из-за меня. — Тэхён поднял руки в знак капитуляции, негромко смеясь. — Но не говори, что тебе не нравилось. Субин начал спорить, утверждая, что это совсем не так. Тэхён же, в свою очередь, смеялся и настаивал на обратном, вызывая ещё более бурную реакцию Субина. Остаток утра прошёл за обсуждением корейских групп и ностальгией по школе. Субин и Ёнджун ушли на работу, Евон решила немного прогуляться по окрестностям, а Тэхён остался в комнате, чтобы немного отдохнуть и позже, ближе к вечеру, тоже пойти на пляж и засесть в баре с ноутбуком. Стрелка на экране остановилась на папке с фотографиями, и сердце сжалось от воспоминаний, ставших тоскливыми. Ему снова стало не по себе, и воспоминания о Бомгю нахлынули потоком — даже после более-менее спокойного утра он снова вспомнил о нём. Бомгю для него был никем — просто знакомым, который, кстати, сказал, что Тэхён «был бы тем самым». Что это за бред? Звучит абсурдно. Из-за этого он его поцеловал? Тэхён вдруг прикоснулся к губам, как несколько дней назад, когда вспоминал о поцелуе, и его рука спустилась к груди. Сердце билось размеренно, но всё равно было неспокойным, и в тишине удары казались громче, чем обычно. Он пропустил пальцы в волосы, откинулся на подушку и вздохнул через рот. Его мысли снова и снова возвращались к видео в слоумо и скейтпарку, к комнате в сумерках, поцелую и слезам, к вечеринке в неоне и пустым глазам с расширенными зрачками, к близости его хрупкого тела. Хрупкого не из-за худобы или роста, кажущегося меньше из-за недостатка веса, а потому, что хрупкость заключалась в уязвимости и в чём-то ещё. Тэхён точно не понимал этого. Бомгю был для него одной сплошной загадкой. Спустя пару часов вернулась Евон и без стука ворвалась в комнату Тэхёна. Он поставил на паузу фильм и взглянул на вошедшую девушку, похлопав глазами на её внезапный приход. — Я нашла работу, — произнесла она, подходя к кровати и садясь на край. На заинтересованный взгляд Тэхёна она ответила: — Это немного… может показаться странным, но это работа в больнице. — В больнице? Типа как медсестрой? — Нет, скорее как психологом, — ответила она, а затем взяла Тэхёна за руку. — А пойдём со мной? Ты будешь держать реквизит или что-то типа того? Поможешь мне? — Реквизит? — переспросил Тэхён с недоумением. — Ты тренинги будешь проводить или что? Она помотала головой. — Это трудно объяснить, но ты поможешь мне? Мы только сегодня познакомились, но я больше никого не знаю, а Ёнджун работает. Тэхёну эта идея показалась интересной, ведь у него было бы чем заняться, пока его хён и Ёнджун работают. Сам он мог поработать на своей работе в любое время. Он согласно кивнул, а Евон радостно воскликнула и обняла его за шею. Тэхён немного смутился неожиданному порыву, но всё же улыбнулся уголком губ и приобнял её одной рукой. Появление Евон действительно делало его живее. Когда она немного отодвинулась, Тэхён взглянул на время. — Мне нужно немного поработать сейчас. — На это Евон недовольно поджала губы. — Я обычно провожу это время в баре на пляже, где работают твой брат и Субин. — Мог бы сразу сказать, что мы идём на пляж. — Она подпрыгнула на ноги и, проходя к выходу из комнаты, бросила: — Сейчас только купальник захвачу. Когда дверь за ней захлопнулась, Тэхён закрыл ноутбук и положил его в сумку. Он схватил её и быстро вышел из комнаты, где уже стояла готовая Евон с белым шоппером с принтом «Звёздная ночь» Ван Гога — судя по всему, внутри был её купальник. Она натянула на глаза солнечные очки в белой оправе бренда Clout Goggles. — Нравится Ван Гог? И Nirvana? — поинтересовался Тэхён у неё, подходя к выходу. Евон засеменила за ним и ответила с шутливыми нотками в голосе: — Нет, просто делаю вид, что шарю за что-то, а так я просто pick me. Тэхён не сдержал усмешки. — Не переживай, про Twice я тоже обманул, в какой-то степени я тоже pick me. Евон откинула голову и рассмеялась во весь голос. По пути до пляжа они болтали без умолку обо всём на свете. Но больше всего они обсудили корейские группы: Тэхён узнал, что биасом Евон в Twice была Наён, а сам признался, что его любимая участница — Джихё. На улице было жарко, но достаточно терпимо — солёный воздух с океана давал возможность дышать с лёгкостью. Евон с нетерпением ждала, когда они наконец окажутся на пляже, и Тэхён едва поспевал за ней по мере приближения. Сегодня ему даже не хотелось работать. Ему больше хотелось разговаривать с ней, утолить голод по беседам обо всём и ни о чём сразу, постепенно забывая о тяжести на душе из-за Бомгю. Тэхён предупредил её, что будет в баре, и указал на небольшую постройку. Евон кивнула и зашла в пляжную кабинку, чтобы переодеться в купальник. Бар встретил Тэхёна сегодня тихим звуком бейсбольного матча по телевизору, почти бесшумным гудением кондиционера и восклицанием бармена: — Тэхён! Тэхён вздрогнул от громкого голоса Кая и виновато посмотрел на него. Он почувствовал себя ужасно глупо. Из-за мыслей о Бомгю он совсем забыл извиниться. Ведь в тот вечер он оставил его одного на вечеринке, не удосужившись предупредить, что уходит. Тэхён потупил взгляд: Кай выглядел ни чуточки не сердитым, но внутри у него засосало под ложечкой от стыда, а сумка с ноутбуком словно стала тяжелее и тянула вниз. — Кай, привет, — наконец поздоровался Тэхён осипшим голосом. — Налить тебе мохито за счёт заведения? — как ни в чём не бывало спросил тот. Тэхён застыл, всё ещё глядя на Кая. От его непринуждённого тона сумка вдруг стала легче и больше не тянула вниз со своим чувством стыда. Он кивнул и прошёл к одному из столиков, где обычно занимал место. Тэхён вдруг расслабился, доставая ноутбук из сумки и открывая его. Время от времени он бросал осторожные взгляды на Кая, но тот неспешно готовил мохито, глядя в экран телевизора. Внезапно нахлынувшая нервозность исчезла. Видимо, Кай не разозлился из-за того небольшого недоразумения. Когда перед ним оказался прохладительный напиток, Тэхён поднял голову на спокойного парня и всё же произнёс, чувствуя необходимость попросить прощения: — Кай, прости, что оставил… — Бомгю мне всё рассказал. — При упоминании его имени у Тэхёна сердце сжалось сильно и больно, будто его кто-то сдавил невидимым крепким кулаком. — И знаешь, я завис в тот вечер со знакомой красоткой, так что всё в порядке. Тэхён всё же виновато улыбнулся и поблагодарил за напиток. Кай вернулся за стойку и снова сел на свой стул, чтобы продолжить смотреть матч, а Тэхён уткнулся в экран ноутбука. Он теперь окончательно расслабился и решил сосредоточиться на своих кодах. За всё время пребывания Тэхёна в баре заходило немного посетителей — они брали напитки с собой и в основном сразу уходили. Когда время подошло к концу, он взглянул на открывшуюся дверь и увидел Евон, уже переодетую в свою одежду. Она сразу же заметила сидящего Тэхёна за ноутбуком и бодро зашагала к нему. Тэхён обнаружил её оттянутую щёку, за которой скрывался откуда-то взявшийся чупа-чупс. У неё были мокрые, немного спутанные после купания распущенные волосы, и из косметики на ней ничего не осталось, кроме наращённых ресниц и перманента бровей. Не дойдя до столика Тэхёна, она развернулась и подошла к барной стойке. Тэхён подумал, что она решила взять коктейль, и снова уткнулся в ноутбук, чтобы доделать работу. Он услышал звон разбившегося стакана и, вздрогнув, поднял голову, чтобы посмотреть, что случилось. Он не видел лица Евон, но казалось, что она застыла неподвижной статуей. У Кая же были красные щёки, оцепеневшее тело, как и у Евон, слегка приоткрытый рот и широко распахнутые глаза, будто он увидел либо привидение, либо какое-то сказочное существо. Тэхён точно видел это с расстояния, однако казалось, что зрачки Кая расширились, а взгляд стал рассеянным. Ему вдруг стало неловко от ярко-звенящей тишины, отчего кончики его ушей сами по себе залились краской. — Можно мне, пожалуйста, — наконец нарушила некомфортную для Тэхёна тишину Евон, чей голос вдруг стал тихим, — одну крем-соду. Кай будто вышел из оцепенения и произнёс таким же негромким, осипшим голосом: — Конечно. Одну крем-соду. Когда Евон повернулась к Тэхёну, он ясно увидел, что её щеки тоже пылали, взгляд был опущен в пол, а на губах играла еле заметная улыбка. Она присела напротив Тэхёна, а затем взглянула на него. Она выглядела довольно загадочной и в то же время внезапно стала робкой. Её яркая натура будто приобрела таинственный и спокойный флёр. Евон убрала чупа-чупс и положила его на салфетку на столе. Тэхён не стал спрашивать, что случилось — ему до сих пор было ужасно неловко, и даже при холодном воздухе от кондиционера ему становилось жарко. Кай поставил холодный напиток на стол, а Евон поблагодарила, не глядя на него. Он быстро ретировался за барную стойку и стал заниматься какими-то вдруг появившимися делами, забив на очередной матч. Евон потянула напиток через бумажную трубочку, но даже прохладительный коктейль не помог остыть её нежно-розовым щекам. Тэхён решил как-то разбавить нависшее увесистое напряжение в воздухе: — Как покупалась? Пребывая в каких-то своих мыслях, Евон не сразу его услышала. Лишь после повторного вопроса она наткнулась на его смеющийся взгляд и еле скрываемую улыбку и ответила рассеянно: — А… вода чудесная. Ты тоже как-нибудь обязан нырнуть. Мне Субин сказал, что ты так ещё ни разу не купался. — Ну, я не очень люблю плавать, — ответил он, пристально наблюдая за ней с озорными смешками во взгляде. Евон либо не заметила этого, либо решила проигнорировать его пристальное рассматривание. Вместо этого она лишь вцепилась пальцами в стакан и потягивала холодный напиток. Конденсат капал на стол, образуя небольшую лужицу. Тэхён издал негромкий смешок, глядя на Евон, которая делала вид, что ничего не произошло, но не стал ничего комментировать. Он выключил ноутбук и положил его в сумку. Потом потянул коктейль через трубочку, но вкус был уже совершенно ненасыщенным — лёд успел растаять за несколько часов. — Так какую работу в больнице ты нашла? — решил сменить тему Тэхён, пытаясь хоть как-то разбавить всё ещё гнетущую его неловкость от встречи двух молодых людей. — Ну, на самом деле, я бы не сказала, что это прямо работа, а больше как волонтёрство, и платить будут совсем немного. Так что я тебя предупреждаю. — Волонтёрство? — Тэхён насупился. — Звучит как-то сомнительно. — Я знаю, но мне хочется попробовать. Эдакий челлендж для меня, — произнесла Евон уверенно, но Тэхён всё равно нахмурился. — Да брось ты. Это не так страшно, как звучит. Тэхён неуверенно пожал плечами, затем произнёс: — Ну что, пойдём? Евон кивнула и встала из-за стола, взяв с него чупа-чупс. Она подошла к барной стойке и протянула карточку, чтобы расплатиться за напиток. Кай взглянул на неё, не сразу поняв, что она от него хочет, затем снова покраснел и выдавил из себя: — За счёт заведения. Евон вспыхнула, похлопала глазами и снова замерла. Тэхёну скорее хотелось выбежать из заведения, лишь бы не чувствовать физически это неловкое напряжение. Или только ему было так неловко? Он быстро собрался и, проходя мимо Евон, заметил, что с её лица сошла краска и остался лишь слегка розоватый оттенок. Но уши её всё равно выдавали. Он остановился возле выхода, чтобы подождать её, и готов был провалить сквозь землю или раствориться в воздухе от стыда. Она протянула Каю свой чупа-чупс, а он без зазрения совести, но с таким же малиновым лицом взял его в рот, и его щека слегка оттянулась. Евон хихикнула, её глаза сощурились, отчего Кай сам расплылся в улыбке и, казалось, в лужицу. Тэхён смотрел то на него, то на неё, как на полоумных, всё ещё чувствуя дикий и обжигающий стыд. То, что сделала Евон, было странно и в какой-то степени мерзко. Они ведь совсем не знали друг друга. С довольной улыбкой и розовыми щеками Евон, наконец, подошла к Тэхёну, и они вместе вышли из бара. — З-зачем ты это сделала? — заикаясь и спотыкаясь о слова, спросил Тэхён, выглядя так, будто Евон сделала что-то поистине ужасное. — Ты о чупа-чупсе? — Она пожала плечами с загадочной ухмылкой, прикрыла глаза и глубоко вдохнула солёный бриз. — Не знаю. — Евон открыла глаза и помахала руками Ёнджуну и Субину, которые уже были готовы подниматься в апартаменты. — Пошли. На следующий день Тэхён поехал в госпиталь по адресу, который оставила ему Евон. Она уехала раньше, сказав, что сначала нужно заехать за реквизитом. Тэхён даже не успел расспросить, что они будут делать — так быстро она собралась и уехала. Погода выдалась хмурой, дождливой и сырой. Тэхён сощурился, взглянув на светлое, высокое и массивное здание. Подбежав под козырёк и слегка промокнув, он пробежал глазами по вывеске больницы, и рот невольно приоткрылся. Он вмиг побледнел, и стало немного дурно, а перед глазами поплыли тёмные мушки. Он хотел тут же написать Евон, что передумал, но его окликнули сзади. Прозрачный от бледности, он тяжело повернулся на ватных ногах и лишь кивнул в ответ подошедшей Евон с коробкой в руках и рюкзаком за спиной. Она произнесла довольно бодрым голосом: «Пошли» — и так же бодро зашагала к входу в госпиталь. Тэхён был совершенно не уверен, что хочет заходить внутрь. Он сделал неуверенные шаги за Евон, чувствуя, как начинает покрываться холодным потом. Они прошли мимо охранников, показав им свои ID и записав свои имена и фамилии в журнал посещений. Евон также показала им ещё один какой-то документ. Пока они поднимались на лифте на пятый этаж, ладони Тэхёна стали влажными от нервов, а Евон, напротив, казалась спокойной и в какой-то степени воодушевлённой. Медсестра на ресепшене выдала им медицинские маски с забавными рисунками и проводила до комнаты, где они могли переодеться. По пути им встречались медсёстры и врачи в белых халатах, в таких же забавных масках и кроксах на ногах. Они зашли в комнату, оборудованную под гримёрку, и медсестра их оставила. Евон поставила коробку перед зеркалом, нажала выключатель — и лампочки вокруг него зажглись. — Почему ты не сказала, куда мы идём? — наконец спросил Тэхён, опускаясь на один из стульев, чувствуя, как потяжелело в области груди. — Ещё и в детское отделение? Зачем только я связался с тобой? — Иначе бы ты не пошёл со мной, — произнесла она спокойно, будто для неё это ничего не значило, открывая коробку и доставая из неё реквизит: мячи, яркие открытки, пачку конфет, воздушные шары, пару клоунских носов и грим. — А если я не выйду? — Пожалуйста, Тэхён. Это для меня важно. — Но почему? — Если я скажу, что хочу подарить немного веселья в это унылое место, ты мне поверишь? — Нет, — твёрдо произнёс Тэхён, зарываясь пальцами в волосы. Он посмотрел на свои испуганные глаза в зеркале, а затем — на Евон в отражении. — Ладно, иди, если так сильно трусишь, — вздохнула она, встретившись с его взглядом. — Справлюсь как-нибудь сама. Она достала из рюкзака костюм клоуна, повесила его на плечо и подошла к отпаривателю, стоящему в углу. Повесила плечико на специальный крючок и включила оборудование. Тэхён поджал губы, наблюдая за ней. Становиться клоуном ради детей он никогда не собирался — даже для больных. Он даже никогда об этом не задумывался. Тэхён слышал о больничных клоунах мельком в каком-то подкасте, но сразу забыл. А сейчас Евон хотела, чтобы он стал её помощником. Тэхён с обычными-то детьми не контактировал, а тут придётся ещё и с больными. Из его рта вырвался тяжёлый вздох, чтобы сказать, что нахождение здесь, — плохая идея для него, но Евон заговорила быстрее: — Тебе ничего не нужно делать, Тэхён. Ты будешь просто рядом со мной и держать эту коробку с реквизитом. А в конце раздашь конфеты. Я ведь не совсем дура, чтобы просить тебя развлекать их. Ты не подготовлен для этого. Слова Евон немного успокоили его, но он всё ещё думал, что это не совсем то, чем хотел бы заниматься. Но раз он уже здесь, почему бы не посмотреть, что это такое, не так ли? Если не понравится — в следующий раз точно не пойдёт. Даже если понравится — вряд ли вернётся. Это для него слишком. Он взял вешалку тоже и повесил другой костюм из рюкзака Евон, чтобы отпарить его. Она внимательно оглядела его — Тэхёна, держащего ярко-розовый комбинезон за плечико с ног до головы — и просияла. — Спасибо, — произнесла она, а в уголках глаз образовались солёные капли. — Я знаю, что не имела права втягивать тебя в это, но обычно больничные клоуны выходят в парах. Я хотела попросить Субина помочь мне, но он работает, а Ёнджун… он бы точно не согласился. Примерно через полчаса они были готовы. Тэхён ни разу не пользовался театральным гримом, поэтому Евон помогла ему нанести «макияж». Причёску ему оставили такую же, а Евон собрала пару хвостиков, делающих её ещё милее. Наконец они вышли из гримёрки. Евон как будто уже была в роли и шла осторожно, гиперболизировано, на цыпочках. Тэхён неуклюже плёлся за ней вместе с коробкой с различным инвентарём. Евон объяснила, что обычно выходы — так называемые развлекательные программы — являются импровизацией, и никогда невозможно предугадать, как поведёт себя тот или иной ребёнок, поэтому и требуется так много разного реквизита. Порой он даже бывает не нужен, если дети сразу идут на контакт. Когда они шли по коридору, Тэхён слышал детские голоса из игровой, которая находилась дальше гримёрной. Некоторые застеклённые палаты были закрыты жалюзи, другие — открыты, и Тэхён видел на некоторых койках или тумбочках мягкие игрушки, а на автоматических капельницах — самодельные бусы. Сердце в груди беспокойно кололо при виде палат, окутанных безысходной дымкой. Он вдруг остановился, раскрыв широко глаза и устремив взгляд в одну из палат. — Ты чего? — спросила тихо Евон, остановившись тоже и проследив за его взглядом. В углу палаты стоял мольберт с незаконченным портретом. Тэхён повернулся к Евон, глядя на неё испуганными и удивлёнными глазами. Он снова взглянул на портрет, находя в нём знакомые черты и присматриваясь внимательнее, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Тэхён… — послышался тихий то ли вдох, то ли всхлип Евон. — Это ты? — Пойдём скорее. — Голос дрожал, как и руки, держащие нетяжеловесную коробку. Казалось, Евон спросила, в порядке ли он, а он ответил, что да, хоть это было совсем не так с самого начала. Всё было как в тумане. Он пытался улыбнуться, зайдя в игровую, но выглядел так, будто сейчас потеряет сознание при виде детей в больничных халатах с редкими волосами — а то и вовсе без них. Евон старалась, и Тэхён не мог не восхититься ею. Дети помладше окружили её, солнечно улыбаясь и глядя с детской непосредственностью. Он скользил взглядом по ним, пытаясь сохранить оптимистичный дух, но у него совсем ничего не выходило. Евон была молодцом, а вот по Тэхёну было сразу видно, что ему здесь не место. Он не был актёром и не мог цеплять маску веселья, будто ничего не происходило. И это было на самом деле ужасно. Евон смогла обыграть его поведение, когда кто-то из детей спросил, почему «дядя выглядит таким грустным», ответив, что «просто дядя очень хочет в туалет». Дети сразу же разразились смехом — даже те, кто не так активно принимал участие в интерактивах Евон. Все, кроме одного. Тэхён только сейчас его заметил. Он сидел у окна спиной к ним и смотрел на улицу, омываемую горькими слезами свинцовых туч. Он уместился на стуле, сгорбившись, обнял себя и прижал колени к груди. Сердце Тэхёна пропустило удар, когда он окинул взглядом тонкую шею и худые опущенные плечи. Его острые шейные позвонки выпирали, напоминая скелет в школьном кабинете биологии. Горло начало разрывать от подступивших эмоций — начиная от отрицания до накатившей грусти, заставляющей коченеть и не чувствовать конечности. Он поставил коробку на стол и сжал кулаки. Его пальцы стали холодными. Тэхён достал первую попавшуюся открытку и медленно, на негнущихся ногах направился к одинокой, равнодушной к происходящему у него за спиной фигуре. По мере приближения к призраку, который однажды взглянул в объектив его фотоаппарата, Тэхён становился увереннее, что это именно он. Остановив взгляд на профиле юноши, его колени подкосились, а горло начало невыносимо саднить. Заметив человека, вставшего рядом, Бомгю перевёл хмурый взгляд, открыв рот, будто собираясь выругаться. Но рот округлился, межбровная складка разгладилась, а мышцы лица расслабились. Растерянность в глазах быстро сменилась любопытством. — Что это на тебе? — прыснул Бомгю, прикрыв рот ладонью. — А тебе идёт. Не оценив шутку, Тэхён лишь тяжко вздохнул и молча протянул ему открытку. — Как мило. — Он протянул руку к цветастой открытке и прочитал вслух: — Ты настоящий супергерой! — И расплылся в улыбке, провёл пальцами по буквам. — Ты специально выбрал эту открытку? — О чём ты? — Ну вот, а я подумал, что ты запомнил, — цокнул Бомгю и шутливо возвёл глаза к потолку. — Ладно, забей. Ты пришёл за мной? Скажи, что да. За мой предыдущий побег за мной теперь следят, а я не хочу пропускать вечеринку, на которую мы идём с Каем. Отвези меня домой, Тэхён, пожалуйста. Я больше не выдержу этого. Столько мольбы в глазах Тэхён ещё никогда не видел у Бомгю. Ни у кого. Его шуточное настроение сменилось болезненным выражением. Тэхён не смог разобрать, была ли это какая-то манипуляция или настоящий Бомгю, но его сердце говорило само за себя. Если бы Бомгю давил на жалость, Тэхён бы это сразу почувствовал, а сейчас он ощущал лишь неопределимое желание расспросить обо всём и даже помочь. Тэхён был рад даже тому, что смог немного поднять настроение Бомгю первой попавшейся открыткой с глупой надписью. Кто бы ни писал утешающие слова для больных раком людей, этого всегда будет недостаточно, чтобы в полной степени подбодрить их. Как можно вообще взбодриться, будучи смертельно больным человеком? — Если я помогу тебе, то ты должен мне кое-что пообещать. Уголки губ Бомгю растянулись в улыбку, от которой горло Тэхёна саднило ещё сильнее.

***

Тэхён никогда в жизни не шёл на подобные авантюры. Вот он словил на себе подозрительный взгляд охранника, но тот его не остановил. В клоунском костюме и гриме он вышел на улицу и свернул за угол, где его ждали переодевшаяся Евон и Бомгю в обычной одежде Тэхёна. Дождь закончился, но тучи тяжёлым грузом висели над городом, с крыш домов лениво капала дождевая вода, а на мокром асфальте образовались лужи. Евон с энтузиазмом поддержала их авантюру, когда Тэхён был не уверен, но всё прошло хорошо. — Я верну твою одежду как-нибудь, — произнёс Бомгю с лёгкой улыбкой и глубоко втянул сладковатый петрикор, наслаждаясь запахом свободы. — Может, даже сегодня. Пойдём со мной и Каем на вечеринку. Тэхён быстро закивал из стороны в сторону, а Евон оживилась: — С Каем? Это ведь бармен? — Бомгю кивнул, взглянув на неё с удивлённой улыбкой. — Мы идём. — Евон! — возмущённо воскликнул Тэхён. — Ёнджун тебя ни за что не отпустит. — Тэхён, если ты пойдёшь со мной, то он меня обязательно отпустит. — Тэхён упрямо покачал головой. — Ну что ты упираешься? Ты ведь тусоваться сюда приехал, так почему отказываешься? Завтра тем более суббота и можно расслабиться. — Послушай девушку, Тэхён, — вставил свои пять центов Бомгю, у которого на лице было написано, что он этого больше хотел, чем Евон. В словах Евон был смысл, но он не хотел, чтобы там был Бомгю, иначе всё могло закончиться, как в прошлый раз — если не хуже. — Ну, пожалуйста, Тэхён. — Евон взглянула на него большими глазами и невинно похлопала ресницами. — Я всё что угодно для тебя сделаю. — Хорошо, — наконец сдался Тэхён «давлению» со стороны девушки. — Но только ненадолго. Евон пискнула от радости и повисла у него на шее. Тэхён смутился внезапному порыву и смущённо приобнял её одной рукой под лопаткой. Бомгю улыбался, глядя на них, и Тэхён понятия не имел, о чём он думал в тот момент — тот выглядел слишком уж довольным.