Две стороны одной таблетки

Писк часов, нарочито зловонный запах постиранных вещей и несколько голограммных экранов. Словно день сурка, час за часом, секунда за секундой, все было одно и тоже. Сколько не сиди в этом кресле, а работы меньше не становилось, будто кто-то специально выводит его из равновесия бытия, будто кто-то специально загоняет его в угол безысходной рутины. Отпивая темно зеленную жидкость из бокала, шум пропадал, ничего больше не отвлекало, ничего не давило на виски, он мог снова работать. Пожизненная мигрень далась по наследству от матушки, может такова была судьба всех, кто вершил человеческие истории? Судья, судья, судья, судья! Кромкий стук со скрипом принял на себя новенький стол, да и больше нечему. Кабинет был пуст. Настолько, что одна единственная дверь из комнаты была в нескольких метрах от него. Глухой отзвук удара раздался эхом, оседая в стенках головы и проедая мозг до дыр. Целебный чай помогал перестать воспринимать окружающие звуки и давал полное погружение в рабочий процесс, но мысли никуда не уходили. Они не уходили, нет, наооборот, вместо до дрожи бесячего писка электронных часов, пришла замена тысяче, тысяче тысяч мыслей. Кто он и зачем этим занимается? Для кого он выполняет эту работу? Чтобы все могли мирно жить и не догадываться, что родителей того самого юного судьи безнаказанно убили?! Звонок. Кажется, он длится уже приличное время. Совсем не заметный рингтон был заглушен действием снадобья, и готовясь отклонить вызов очередного дворянина, что хочет прикрыть дельце своего сынишки, глаза зацепились за первую букву в имени. "И"... "Исаак" Рука невольно двинулась на зелёную кнопку, пока мысли проклинали его об непрочитанных отчетах. Он знал, что если возьмет трубку, времени до работы не будет. Он знал, но всё равно ответил. — Алло? Нечленораздельная речь послышалась в трубке. Отчего-то столь близкий и знакомый голос, был совершенно чужим. Неужели его головная боль помутила сознание искажая реальность? Забыв про навязчивые мысли, парень спрашивал друга где он, на что лишь получил ответ: "Забери меня. Быстрее". Ни секунды не медля, Элвин схватил баночку крепких триптанов и прыгнул прямо с окна в припаркованную в воздухе машину. Да, это было запрещенно законом, но кто его будет судить за неправильную парковку машины, если он сам судья? Закрывая все двери и окна, он меняет окраску машины на хамелеона и давит по педали газа со всей силы. Автомобиль летел сквозь пробки и менял внешний вид согласно самым популярным маркам в регионе пребывания. Полезная вещь, особенно, если твой друг, наследный принц, находится в богом забытых в трущобах. Ветер замедлял корпус машины, паника и раздражение вколыхнулись вместе с взъерошенными волосами. Где он? С кем он? Как он туда попал? Что он, черт возьми, там забыл?! Агрессия выливалась на голосового помощника, а тот в свою очередь напомнил парню о лекарствах. Это будет 4 таблетка за день. Нельзя пить больше. Нельзя, но если он скажет вещи, о которых будет потом всю жизнь жалеть, лучше уж сразу принять двойную дозу. Очередной хруст до боли знакомый и до скрежета раздражающий. Каждая новая таблетка успокаивала и вселяла уверенность, каждая таблетка нового препарата, и каждый новый все более насыщеней и интенсивней, и каждый новый все более опасный. Можно ли назвать его наркоманом? Знакомый силует и оглушающий звук геолокатора, дали точное понимание о месте прибытия. Вылетая из машины, Элвин как можно острожнее задавал вопросы Исааку, на что лишь получил ответ: "Поехали к тебе домой". Объяснения не были получены, и беспокойство толкало тонкую душу навстречу к товарищу. Оно толкало, но хотел ли тот идти на встречу? Чем он мог ему помочь, как друг? Что может сделать " Друг" в такой ситуации? Как назло, они были с самого детства знакомы, и понятие дружбы давно переросло в более крепкие узы. Братские. Схватив дрожащие руки, он усадил шатена в машину и затемнил окна до черна. Задав адрес его дома, тот включил автопилот, нажимая на самую быструю скорость.