Одинаково разные

Под землей было холодно и сыро, воняло грязью и кровью. Солнечный свет едва пробивался сквозь корни дерева. Руки и ноги начали сильно затекать от связывающих их веревок. Зловоние било в нос, вызывая тошноту. Пытаясь хоть как-то изменить положение, Мелони дëрнулась, но веревки лишь сильнее врезались в кожу. В голове пульсировала боль, отголосок недавнего удара. Напротив находилась Калипсо в таком же положении. Калипсо смотрела на неё расширенными от ужаса глазами. Слабый луч света играл на её бледном лице, подчеркивая каждую морщинку страха. Мелони попыталась улыбнуться ей, чтобы хоть немного приободрить, но получилось лишь болезненное подобие гримасы. Тишина давила на уши, нарушаемая лишь редкими каплями воды, падающими откуда-то сверху. Каждая капля отдавалась эхом в голове, усиливая пульсирующую боль. — Я хотела умереть в Швейцарии, живя в небольшом домике. А рядом находились бы мои родные, — говоря это, Калипсо запрокинула голову назад. Её голос дрожал, но в нем звучала какая-то обреченная решимость. Она словно прощалась с жизнью, рассказывая о своих несбывшихся мечтах. Мелони понимала её. В такие моменты прошлое всплывает в памяти особенно ярко, заставляя жалеть о нереализованных возможностях. — Нас найдут, — уверенно заявила Мелони. Калипсо скептически уставилась на неё. — Кто нас найдет, Мелони? Полиция? Твой отец не знает ничего о сверхъестественном. Можно и не мечтать о спасении, — злость ведьмы Мелони понимала, но не собиралась сдаваться. В голове внезапно пронеслась картинка, как будто ведение. На этих кадрах Питер и Дерек вместе искали её. — Питер... — прошептала тихо Мелони — Что? — Калипсо нахмурилась, не понимая, о чём та говорит. — Питер нас найдет, — повторила Мелони уже громче. — Я видела. Они с Дереком придут. Калипсо фыркнула, но в её глазах мелькнула надежда. Она отвернулась, стараясь скрыть слабость, но Мелони видела, как дрожат её плечи. Вера — единственное, что у них осталось. Внезапно сверху донесся приглушенный звук. Сердце забилось быстрее. Может быть, это они? Может быть, видение было правдой? Она напрягла слух, пытаясь различить в какофонии звуков что-то знакомое. Земля начала осыпаться от чужих шагов. Кто-то выбил люк, который вёл вниз в это помещение. На лестнице показалось двое мужчин. — Мелони! — раздался голос Питера, полный облегчения и отчаяния. Он бросился к ней и буквально за мгновения разорвал веревки. После чего Мелони оказалась в его крепких объятиях. Дерек приблизился к Калипсо и снял с неё оковы. Он снимал их медленно, будто сомневался. Но когда он посмотрел в её глаза, мир как будто замер. Она ответила ему таким же взглядом, полным невысказанных чувств и надежд. Время словно перестало существовать, оставив их наедине друг с другом в этом мрачном подземелье. — Нам нужно уходить, — прервал тишину Питер, оглядываясь по сторонам. — Здесь небезопасно. Мелони кивнула, всё ещё находясь в объятиях Питера. Она чувствовала себя в безопасности рядом с ним, но знала, что им нужно выбираться отсюда как можно скорее. Дерек, оторвавшись от взгляда Калипсо, помог ей подняться. Вместе они направились к лестнице, ведущей наверх. Они выбрались из подземелья и оказались посреди леса. Оказалось, что корни были Неметона. Две ведьмы переглянулись с непониманием в глазах. Почему же они не смогли колдовать под землей? Питер быстро осмотрелся, убеждаясь, что вокруг никого нет. — Пошли, — сказал он, — у меня машина недалеко отсюда. Лес встретил их настороженной тишиной. Мелони чувствовала на себе чужие взгляды, будто деревья сами наблюдали за их бегством. Калипсо шла рядом с Дереком, её рука случайно коснулась его. Питер вел их сквозь заросли, ловко обходя поваленные деревья и густые кустарники. Он то и дело оглядывался, словно ожидая погони, и Мелони чувствовала, как напряжение в его теле нарастает с каждой минутой. Добравшись до машины, они быстро запрыгнули внутрь. Питер вдавил педаль газа, и машина рванула с места, оставляя Неметон позади. В салоне повисло молчание, нарушаемое лишь шумом мотора. Калипсо и Мелони переглянулись. — Куда мы едем? — Калипсо с подозрением посмотрела на Питера. Он ухмыльнулся и посмотрел в зеркало, смотря больше на Мелони, чем на Калипсо. — Я везу Мелони к себе, а куда тебя не знаю, — Стилински закатила глаза и уставилась в окно. — Отвези нас в лофт, — голос Хейла звучал угрожающе. Дерек хмуро переглянулся с дядей. — Ладно, — старший Хейл беззаботно пожал плечами, надавливая на газ, разгоняясь быстрее.

***

До жилища Дерека четверка добралась быстро. Дерек и Калипсо уже вышли из машины. Когда Мелони хотела выйти, Питер неожиданно решил заблокировать двери. Стилински перегнулась, облакачиваясь на спинки сидений. Она с ожиданием объяснений уставилась на мужчину. Он сел боком, улыбаясь, смотря на младшую Стилински. — И почему я ещё здесь? — Мелони наклонила голову, но всё так же неотрывала взгляд от собеседника. — Я же сказал, что отвезу тебя к себе, — Питер заправил выбившуюся из прически прядь за ухо. Она сузила глаза, наблюдая за его действиями. — И зачем же? — Надо кое-что тебе рассказать. Мелони недовольно уставилась в окно. Она хотела бы сейчас вернуться домой и посидеть спокойно за просмотром фильма с папой и братом. Она сделала медленный вдох и выдох. Стилински быстро переместилась с заднего сиденья на переднее. Она посмотрела на Хейла с недовольством. — Тогда давай быстрее с этим покончим.

***

Они ехали на большой скорости в самый центр города, где находились новостройки в высоких башнях. Питер загадочно улыбнулся, не сводя глаз с дороги. Мелони чувствовала нарастающее раздражение. Ей не нравились секреты, особенно от человека, который в последнее время стал играть слишком важную роль в ее жизни. Машина остановилась у сверкающей стеклянной башни. Питер вышел и открыл ей дверь. — Добро пожаловать в мой скромный дом, — произнес он с ироничной ухмылкой. Мелони фыркнула, но последовала за ним в просторный, минималистично обставленный пентхаус. Он предложил ей чай, но она отказалась. — Говори уже, — потребовала Мелони, скрестив руки на груди. Питер вздохнул и подошел к огромному окну, откуда открывался захватывающий вид на ночной город. — То, что я собираюсь тебе рассказать, изменит твое представление обо мне, — начал он, не отрывая взгляда от мерцающих огней внизу. Мелони нахмурилась. Что он задумал? — Это касается только нас двоих, — произнес Питер, повернувшись к ней лицом. — Ты… — Он замолчал, словно подбирая слова. — Ты – моя истинная пара. Мелони замерла, обдумывая сказанное. Она была ведьмой, а он оборотнем, и кажется, что можно легко поверить в истинные пары. Но почему-то внутри Мелони все похолодело. Она знала о существовании истинных пар в мире сверхъестественного, но никогда не думала, что это может коснуться ее. Она всегда воспринимала Питера как сложного, временами опасного, но все же союзника. Истинная пара? Это звучало как сценарий из дурацкого романа. — Что ты несешь? — выдохнула она, пытаясь скрыть подступающую панику. — Ты же знаешь, что истинные пары — это бред для впечатлительных подростков. Питер покачал головой, и в его глазах мелькнула какая-то странная, почти уязвимая искра. — Я знаю, во что трудно поверить, особенно учитывая мою репутацию. Но с того момента, как я впервые увидел тебя, я почувствовал связь, которую не могу объяснить. И чем больше времени мы проводим вместе, тем сильнее это чувство. Он подошел ближе, и Мелони невольно отступила. Его взгляд был таким пронзительным и искренним, что ей стало страшно. Страшно поверить, страшно не поверить. Ее сердце бешено колотилось, а в голове звучал лишь один вопрос: неужели это правда? Мелони сглотнула, ощущая, как во рту пересохло. Она судорожно пыталась найти рациональное объяснение словам Питера, но все попытки разбивались о стену необъяснимой тяги, которая просыпалась в ней каждый раз, когда он был рядом. Она вспоминала все их встречи, случайные касания, моменты, когда их взгляды пересекались, и внезапно все это обретало новый смысл. — Это… невозможно, — пробормотала она, отступая еще на шаг. — Мы слишком разные. У нас разные цели. Питер остановился, не пытаясь больше сблизиться. В его взгляде читалась грусть. — Разные, да. Но разве противоположности не притягиваются? Разве не в этом суть истинной пары — дополнять друг друга, несмотря на все различия? Мелони замолчала, не зная, что ответить. Его слова звучали так убедительно, так искренне, что ей было сложно отрицать их. Она боялась поверить, но еще больше боялась упустить шанс на что-то настоящее, что-то, о чем она тайно мечтала, но никогда не позволяла себе надеяться. Она подняла на него взгляд, пытаясь разглядеть в его глазах правду. — Что ты предлагаешь? — Я предлагаю дать этому шанс, — ответил Питер, и в его голосе появилась надежда. — Позволить себе узнать друг друга лучше. Мелони помассировала кисти. Красные полосы от веревок до сих пор остались. Сейчас ей хотелось принять горячий душ, чтобы смыть с себя этот день. — Мне нужно время, Питер, — Хейл коротко кивнул. — Ты устала, останься у меня сегодня, а завтра я отвезу тебя домой, — Мелони действительно устала. Очень устала. И дело было не только в физическом изнеможении после долгого дня. Усталость прокралась в самую душу, высасывая остатки энергии. — Серьёзно? — Конечно. Я не позволю тебе ехать домой в таком состоянии. У меня есть свободная комната. И чай с лимоном, если захочешь. — Питер подошёл ближе, мягко разглядывая её сверху вниз. — Спасибо, Питер, — Мелони медленно выдохнула, осознавая, что уже полностью приняла их связь, хотя и прошло всего несколько минут. Он подошел ближе, протянул руку и нежно коснулся моей щеки. — Все хорошо. Я рядом. — И в этот момент я поняла, что хочу остаться. Хочу почувствовать его тепло, его защиту. Хочу просто побыть рядом с ним. Вдруг на телефон Питера раздался звонок. Питер нахмурился, взглянув на высветившийся на экране номер. Незнакомый. Он колебался лишь мгновение, прежде чем ответить. — Да? — голос его звучал настороженно, но ровно. Мелони наблюдала за ним, чувствуя, как нарастает тревога. Разговор был коротким, состоял, казалось, из обрывочных фраз, но по выражению лица Питера Мелони поняла, что что-то случилось. Он побледнел, а в глазах мелькнула тень беспокойства. – Что случилось? – спросила Мелони, когда он опустил телефон. Его глаза смотрели в пустоту. – Кора в больнице.

***

Погода разбушевалась не на шутку. Ветер, казалось, сорвался с цепи и принялся неистово терзать деревья, гнуть их к самой земле. Листья, словно испуганные птицы, метались в хаотичном танце, взмывая вверх и тут же падая вниз, гонимые безжалостным порывом. Дождь, до этого лишь накрапывающий, обрушился на город с яростью, превращая улицы в бурные реки. Даже находясь внутри больницы, казалось, можно было ощутить всю мощь стихии. Окна дрожали, словно в ознобе, а завывание ветра проникало сквозь щели, заглушая привычный больничный шум. Медсестры, обычно невозмутимые, переглядывались с тревогой, поглядывая на небо, затянутое свинцовыми тучами. Медсестры суетились, эвакуируя больных из палат, расположенных на верхних этажах и вблизи окон. Спешка была оправданной: несколько стекол уже не выдержали натиска ветра и разлетелись на мелкие осколки, оставив зияющие бреши, сквозь которые в палаты врывались ледяные брызги и шквальные порывы. Пациенты, сонные и испуганные, с трудом понимали, что происходит, и лишь цеплялись за руки медперсонала, доверчиво следуя за ними вглубь здания. В коридорах царил хаос. Крик, плач и стоны больных смешивались с приглушенными командами врачей и медсестер, пытающихся организовать перемещение людей. Каждая минута была на счету, ведь стихия, казалось, набирала обороты, грозя обрушить всю свою мощь на беззащитное здание. Прямо сейчас Мелони и Питер находились в палате Коры, которая пребывала без сознания. Мелони вцепилась в руку Питера, чувствуя, как дрожь пробегает по всему телу. Страх за Кору, страх перед разбушевавшейся стихией, страх перед неизвестностью – все смешалось в один клубок. Питер крепко сжал ее руку в ответ, словно передавая ей часть своей уверенности. Он выглядел спокойным и сосредоточенным, несмотря на царящий вокруг хаос. Питер, потеряв терпение, крикнул куда-то в глубь коридора. – Может, мне кто-нибудь скажет, когда мою племянницу заберут отсюда? – Прошу прощения, но она не... – в палату вошла мама Скотта и замерла, с шоком смотря на Хейла. – Ты же должен быть мертв. – Сам знаю. Внезапно Кора очнулась. Она сделала глубокий вдох, и тут же на пол из нее вырвалась черная кровь. Кора закашлялась, хватая ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Ее глаза, до этого затуманенные, наполнились ужасом. Она пыталась что-то сказать, но из горла вырывались лишь хрипы и булькающие звуки. Мелони в панике прижала её к себе, не обращая внимания на кровь, пачкающую одежду. – Ты можешь что-то сделать? – паникуя, спросил Питер у Мелони. Она подняла на него взгляд и едва кивнула. Стилински прижала волчицу сильнее к себе, держа её голову двумя руками. Мелони почувствовала, как магия течёт по венам. Магия, словно живая вода, хлынула из Мелони в Кору, пытаясь вытеснить тьму, заполонившую её тело. Мелони чувствовала, как черная кровь отравляет магию, сопротивляется ей, но она не сдавалась. Заклинания шептали сами собой, сплетаясь в сложный узор, который должен был изгнать недуг. Спустя пару секунд Кора обмякла в руках девушки, проваливаясь в крепкий сон. Лицо Мелони было бледным от напряжения, пот струился по вискам. Она отстранилась от Коры, чувствуя себя выжатой как лимон. Питер подхватил Стилински, придерживая её двумя руками за талию. Питер осторожно уложил Мелони на стул, обеспокоенно вглядываясь в её лицо. Он понимал, какой ценой ей далось это исцеление. Миссис МакКолл, всё ещё находящаяся в состоянии шока от увиденного, опомнилась и обратилась к младшей Стилински. – Что… что произошло? – пролепетала она. Питер, не обращая на неё внимания, сосредоточился на Мелони. Он достал из кармана платок и бережно вытер её лицо от пота. – Спасибо, – прошептала Мелони, слабо улыбнувшись. – С ней всё будет хорошо. Пока Мелисса и лечащий врач Коры одевали её, Питер отошёл чуть в сторону из-за того, что ему позвонил Дерек. От такого маленького заклинания у Стилински не на шутку разболелась голова. Скорее всего, из-за того, что она уже давно не спала. Когда Мелисса и врач закончили, они поспешили уйти, чтобы помочь другим пациентам. Питер легко поднял племянницу на руки и посмотрел на Мелони, та держалась за голову так, что даже костяшки побелели. – Солнце, сможешь идти? Она исподлобья взглянула на него, кивая. Питер нахмурился, видя, как сильно ей плохо. Он знал, что она никогда не признается в слабости, особенно перед ним. – Хорошо, но если станет хуже, сразу скажи. Я не позволю тебе перенапрягаться. Они медленно вышли из палаты, направляясь к выходу из больницы. Мелони шла, пошатываясь, держась за стену для опоры. Голова раскалывалась, словно кто-то бил по ней молотком изнутри. Каждый шаг отдавался болью в висках. Питер внимательно наблюдал за ней, готовый в любой момент подхватить. Как только они открыли дверь в соседний коридор, кто-то схватил Мелони за одежду и бросил в стену. Удар пришёлся в плечо, боль пронзила всё тело. Мелони охнула, съезжая по стене на пол. Перед глазами поплыли чёрные точки. Перед ними возник огромный оборотень, в которого сливаются близнецы. Мелони, облакачиваясь на стену, медленно поднялась, откидывая растрепанные волосы назад. Питер аккуратно положил Кору на пол и выпустил когти, готовый атаковать. Близнецы-оборотни, объединенные в одно чудовище, издали утробный рык, от которого кровь стыла в жилах. Их глаза горели нечеловеческим огнём, полным ненависти и жажды крови. Питер оскалился в ответ, демонстрируя свои острые клыки. Воздух наэлектризовался от напряжения, предвещая неминуемую схватку. – Мелони, уходи! – прорычал Питер, не отводя взгляда от противника. Бросив последний взгляд на оборотней, она побрела назад в тот же коридор, откуда они пришли, но как только открыла дверь, сразу столкнулась со Стайлзом. – Как хорошо, что вы здесь! – выпалила она на одном дыхании. Мелони сузила глаза, подозрительно осматривая мисс Блейк. Та хищно улыбалась своей ученице. – Как ты, Мелони? Как Калипсо? – издевательским тоном пропела Дженнифер. – Просто замечательно, – Мелони сморщилась, словно съела кислый лимон. Вдруг дверь, из которой вышла Мелони, с силой открылась, и из неё выкатился Питер, лежащий на спине. Он посмотрел на Дерека, не поднимаясь с пола. – У нас проблема.