Отовсюду

Ородрет неохотно смотрит на вестника. Снова он — и словно ничуть не изменился с прошлой встречи, хотя весь мир успел измениться: в желтоватом свете серебром поблёскивает вышивка рубашки, светлые волосы убраны в косу, руки скрещены на груди. Посланник Тингола привычно ждёт, когда Ородрет кивнёт, приглашая к разговору, чтобы узнать, что он принёс в этот раз. Первый раз Ородрет увидел его, когда был наместником брата. Айлиндир приехал передать слова своего короля, который грозил войной, если его дочь не вернётся в Дориат. Айлиндир был в Нарготронде и в тот день, когда пришли вести с Тол-ин-Гаурхот — пришли вместе с бывшими пленниками острова. Был и когда Ородрет впервые занял трон брата, был и в ту минуту, когда сыновья Феанора навсегда покинули Нарготронд. Вскоре и сам он уехал, чтобы рассказать обо всём своему королю. Второй раз Айлиндир явился, чтобы принести вопрос Тингола, не собирается ли Ородрет присоединиться к Союзу Маэдроса. У короля Нарготронда было столько же причин не желать союза со старшим сыном Феанора, сколько было у короля Дориата. И отвечая на вопрос Тингола, Ородрет не боялся, что старший родич снова будет грозить ему войной, несмотря даже на твёрдое желание Гвиндора идти в битву — кто на месте Гвиндора не пошёл бы? «В самом деле, — сказал тогда Айлиндир. — Не бойся гнева моего государя, государь Ородрет. Даже среди иатрим есть те, кто пойдёт в эту битву. Пусть только Гвиндор присоединится к войску Фингона». В тот раз Айлиндир не стал задерживаться и уехал очень быстро. И вот снова он здесь — но что привело его теперь? Что принёс он теперь? Какие запреты или условия? Вестей о сыновьях Феанора не было давно, в Хитлуме хозяйничали люди, которые предали Маэдроса. Не происходило ничего, что затрагивало бы интересы Тингола — и даже разбойники, которые поселились вокруг Амон Руд едва ли могли быть причиной, по которой Тингол прислал бы своего вестника. Какое дело Тинголу до этих разбойников? Какую опасность они могут представлять для него? — Мой государь прислал меня говорить с тобой об Амон Руд и землях вокруг, — сказал Айлиндир, не дождавшись приглашения говорить. Ородрет вздрогнул и посмотрел на посланника Тингола, не веря ушам. Всё-таки Амон Руд? Но почему? — Там заправляют люди, — отозвался Ородрет, — и какое я к ним имею отношение? — Никакого, — пожал плечами Айлиндир. — Но твои разведчики, государь, невнимательны, если думают, что там только люди. Многие бегут к Амон Руд, надеясь, что так сумеют что-то сделать в войне с Морготом. — Я запретил своим подданным это, — сказал Ородрет с облегчением. Так вот чем мог быть недоволен Тингол! Он мог решить, что Нарготронд, рискуя собственной безопасностью, будет участвовать в этой бессмысленной войне, которую ведут два вождя с Амон Руд! Но Ородрет и сам, безо всяких советов Тингола, понимал, что война эта бессмысленна и что стоит Морготу приложить немного больше усилий и взять в руки излюбленное оружие своё — не меч, не молот, а предательство, — как поражение воинов с Амон Руд станет неизбежным и скорым, а потому нет смысла ему, Ородрету, губить своих воинов или позволять им губить себя во имя безумной надежды или пустой отваги. Всё это Ородрет и сказал Айлиндиру, а тот выслушал, кивая. А потом сказал: — Если не желаешь губить своих воинов, государь Ородрет, не отправляй их помогать двум вождям. Если не хочешь, чтобы они губили себя, не позволяй им идти их собственной волей. Но, если попросят тебя два вождя о любой другой помощи, не откажи им в ней. И скажи им, что могут они рассчитывать на эту помощь. Второй раз не поверил Ородрет тому, что услышал, и переспросил: — Твой государь и мой родич желает, чтобы я помог этим разбойникам? — Они ведут войну с орками, — с обычной своей невозмутимостью отозвался Айлиндир, — потому едва ли справедливо называть их разбойниками. Мой государь и твой родич просит тебя помочь им в этой войне. Если не воинами, то оружием или припасами. Ородрет прикрыл глаза и вздохнул. — Хорошо, если Тингол считает это правильным, я передам двум вождям, что предлагаю им помощь. Пусть просят, что хотят, кроме воинов. — Благодарю, государь Ородрет, — сказал Айлиндир. — И вот ещё о чём просит тебя мой государь: предлагая помощь двум вождям с Амон Руд, не говори им, что Тингол просил тебя об этом. Пусть это будет помощью от Нарготронда, а не Дориата. В этот раз Айлиндир не задержался даже на день и уехал сразу, едва передал просьбу Тингола.