A-J

Тянуть не стали. В отдельной палате ногу зафиксировали, поколдовали и дали выпить зелья. Котика передернуло: - Со школы терпеть не могу! Единственный способ без проблем переждать - ломать кости в сочетании с черепно-мозговой или с большой кровопотерей, тогда лежишь себе спокойно в отключке и ничего не чувствуешь. Брок возмущенно вылупился, но через пару часов признал, что черепно-мозговая и правда бы не помешала. От жуткого зуда изнутри отвлекали разговоры и лёгкий массаж, иногда переходящий в эротический. Котик рассказывал пасторальные школьные истории про неполучающиеся зелья и скучные лекции от привидения, ни словом не упоминая обстоятельства, при которых сам вынужден был пить этот адский Костерост. Брок в ответ травил байки о скаутских походах и сожалел, что детство было обыденным и скучноватым. Никаких тебе привидений и приключений. Уроки, футбол, драки и половые переживания старших классов. - Это же здорово, - не согласился Гарри. - Когда до экзаменов далеко, а проблем всего две - кто выиграет следующий матч, и как дожить до выходных, чтобы умотать из школы глотнуть пивка. Это называется - счастливое детство! Брок не нашёл, что сказать. Когда пытка закончилась, волшебная медицина дала добро на прямохождение, на сутки запретила спорт и снабдила пятью пробирками зелий "для общего укрепления". Брок осторожно встал, подсознательно ожидая укола боли, но ничего не ощутил. Вышел одинаково здоровыми ногами на улицу, постоял счастливый, пылко поблагодарил котёночка и пообещал "не знаю что, но все!" - У меня и так все есть. Но я запомню! Магические витамины прописали пить раз в день, и эффект от них был каждый день разный. То клонило в сон, то болела голова, то крутило живот. Последняя пробирка, с подозрением выпитая утром в четверг, подло проявила себя только спустя несколько часов. Брок забежал в курилку выцепить нужных людей и внезапно ощутил всё, о чем рассказывала сестра: от резкого запаха сигарет и приторной вони ароматизаторов он побледнел и чуть не блеванул. Пришлось развернуться на полслове и уйти быстрым шагом, тщательно подавляя инстинктивное желание прикрыть рот рукой. Вслед ему озадаченно уставились несколько пар глаз. В пятницу Бартон, какого-то хрена припершийся в тренажерку, походил из угла в угол, а потом подгрёб к Броку, пытавшемуся начать жать ногами, и уже второй раз встающему, чтобы довесить блинов. - Говорят, ты уходишь на лёгкий труд. Брок улыбнулся максимально зубасто и встал за очередной добавкой. Проходя мимо остряка-самоучки, сделал вид, что роняет железо и с удовлетворением отметил, что Птичий гри... Глаз не успел бы отдернуть ногу, падай диск всерьёз. Впрочем, эта тупая сплетня умерла так же быстро, как и родилась, потому что миссис Поттер не принесла справку о беременности. Ванде повезло меньше. Она попросила позаниматься с ней окклюменцией и дисциплинированно приходила на короткие уроки каждый день. Народ быстро просёк, что ведьма ежедневно выходит из кабинета Гарри неуверенным шагом и какая-то потрёпанная, и в трубах забурлили самые разнообразные субстанции. Эти турбулентные процессы однажды нечаянно подстегнул сам Брок, ещё накануне первой миссии явившийся к агенту Поттеру с экзаменом по спецназовским жестам. Гарри, естественно, все знал - с таким-то репетитором, а потом они минут десять просто болтали о всякой фигне. При появлении Ванды котик спросил с улыбкой: - Ты все проверил? - Нет, - абсолютно честно ответил Брок, так как проверил только жесты, а не эту парочку, хотя в теории и знал, чем они занимаются. - Подожди немного. Волшебник с волшебницей наставили друг на друга палочки, и сначала ничего не происходило, а затем на лице девушки появились боль и отчаяние. Она побледнела, пошатнулась и упала на колени. Ей подали руку и довели до дивана, где Ванда просидела с совершенно несчастным и измученным лицом несколько минут, собираясь с силами, чтобы встать и уйти. Брок внезапно вспомнил о недоенных курах и тоже подорвался на выход, получив щипок за булку, блестя глазами и довольно улыбаясь. Из кабинета он вышел следом за еле переставлявшей ноги Красной Ведьмой, встретился нос к носу с Уоррингтон, мысленно ухмыльнулся и выкинул обеих баб из головы. Когда через несколько дней Роллинз как бы невзначай, но при всем Страйке поинтересовался делами Ванды, Брок понял, что слухи зашли слишком далеко, и смолчать нельзя. - Учится окклюменции - хуеменции, защите мозгов от взлома. - И как успехи? - Способности есть, надо заниматься, - передернул Брок плечами, вспомнив искаженное лицо. - А если кто-то из вас ещё захочет попиздострадать, что я слишком сильно ебу мозги, вспомните, что от меня вы выходите на прямых ногах и румяные! А не как некоторые, - он качнул головой в сторону двери. Потом оглядел команду и добавил уже серьезно: - Если когда-нибудь, не дай бог... Вуд! Вуд подскочил и подставил начальству лоб, по которому три раза постучали. -... Попадёте в плен к этим, с палочками, и начнут угрожать копанием в голове - нахуй! Вспоминаете Перкинса и быстро рассказываете все словами через рот. Ясно? Разошлись! Вливание в офисную часть конторы прошло без сучка, без задоринки, потому что всем нравятся вежливые молодые люди приятной наружности. Особенно повезло юридическому отделу, занявшемуся оформлением разнообразных договоров с той стороной. Гарри регулярно таскал туда-сюда бумажки и, в отличие от Брока, не отвергал сто процентов предложений обсудить влияние добавления толики ройбуша на раскрытие характера кенийского чайного листа с последующей дегустацией, пока медленно, очень медленно распечатываются два экземпляра, ставятся подписи и шлепаются печати. То ли давало о себе знать сиротинушное прошлое, не позволяющее проигнорировать любое проявление заботы, то ли кто-то был хитрым троллем, то ли все вместе в одном красивом флаконе. Как считал Брок - тётки, мучимые одновременно материнским и половым инстинктами в разных пропорциях, просто залипали на порнографичное зрелище "Котик пьёт чай с шоколадной конфетой". Это шоу регулярно проходило на их кухне, и каждый раз с неизменным успехом. Они оба любили сладкое и, совпадая в любви к швейцарскому шоколаду, диаметрально расходились в предпочитаемых сортах. Брок выбирал темный, а Гарри - молочный и белый. Он наливал себе горячего чая, делал несколько глотков, потом клал в рот дольку и снова отпивал из кружки. Шоколад во рту таял, глаза затуманивались от удовольствия, губы чуть сжимались и вытягивались вперёд. Брок в эти моменты мог думать только о том, что котик языком перекатывает во рту не конфету, а головку члена, и не мог оторвать глаз. В начале декабря они покатались по офшорам и прочим жопам мира, аккуратно и незаметно извлекая из тёплых кроватей программистов и прочих умников, проходящих по делу "Первого Волшебного Банка". Гарри страховал отряд на случай применения волшебных артефактов, но шестёрки были не в курсе, кого обнесли, а рыбка покрупнее ничего не смогла противопоставить агенту Поттеру. Рождество приближалось неумолимо, и Брок уже изломал всю голову, что бы подарить сокровищу. А пока, готовясь к очередной миссии в жаркую-жаркую страну, он внезапно обнаружил, что отдел материально-технического обеспечения положил хуй и на служебку, и на докладную, оставив отряд практически с голой жопой. Вскипев праведным гневом, Брок вознамерился лично убить главного завхоза и свистнул Роллинза. В разборках со штатскими тот всегда исполнял одну роль: вставал между жертвой и окном, загораживая божий свет чуть более, чем полностью, и молча, не мигая, пялился в глаза, пока командир зловеще шепчет и страстно орёт. Вразвалочку, с руками в карманах, они поднялись на начальственный этаж и выдвинулись к цели, согласно данным разведки, находящейся на своём рабочем месте. Внезапно Джек остановился напротив одной из дверей: - Эйч. Джей. Поттер. - Читать, что ли, учишься? - подъебнул его Брок. - Не напрягайся, я тебя и неграмотным люблю. - Эйч Джей... Эйч Джей. Не, не выговорить. Может, Эй-Джей? - Норм, - кивнул Брок и отвернулся, как будто пошёл дальше, на самом деле скрывая довольную улыбку. Армейский позывной - почти сакральная вещь. Это не пафосная кличка, спущенная из PR-отдела. Это имя, которое даёт коллектив новичку после обкатки, точное иногда до безжалостности. Не принижая профессиональных достоинств того же Бартона, Брок испытывал огромное - особенно в последнее время - желание переименовать его, но пока не нашёл нужных слов. Идеальное имечко для котика - конечно, "Змей", но отряд, в отличие от Брока, ещё не совсем прочухал, с кем их свела судьба. A-J был позывным нейтральным, но уважительным, а потому настроение взлетело до небес. Впрочем, участи завхоза это не облегчало. Просто теперь Брок убьёт его нежно.