Дневник

Гарри не успел нечего понять как на весь тревожный зал лишь раздалось одно единственное слово: «Слизерин!». Все в зале вздрогнули, кто-то вскрикнул от неожиданности, настолько были натянуты нервы. Хагрид в ужасе Охнул. МакГонагалл за трибунами пошатнулась, и не только она. Все уставились на него как вкопанные, они не сводили с него испуганы глаз. По залу прошлись Шепотки. «Гарри Поттер на Слизерине!?, тот самый Избранный/мальчик-который-выжил? Но только темные маги были на...» шепоты прекратились, когда Гарри начал двигаться. Дамблдор сверкнул очками. Гарри показалось, что Шляпа выкрикнула этот вердикт куда громче, чем предыдущие. Он снял Шляпу и, ощущая дрожь в ногах, медленно пошел к своему столу. Он испытывал такое сильное облегчение по поводу того, что его все-таки выбрали, он так задумался что даже не замечал, что весь зал затих, словно это напряжение, что повисло в воздухе, можно было разрезать ножом. Староста Винско Фауг встал со своего стула, взал руку Гарри и пожал её, а Слизерин в это время полностью замолчали. Когда он сел за стол все были спокойными и сдержанными. А на Гриффиндоре... Он обернулся и заметил на себе пристальный взгляд, кажется Гермионы Грейнджер. Теперь он наконец получил возможность увидеть главный стол, за которым сидели учителя. В самом углу сидел Хагрид, который, поймав взгляд Гарри, замялся и поспешил отвести глаза. А в центре стола стоял большой золотой стул, напоминавший трон, на котором восседал Альбус Дамблдор. Гарри сразу узнал его — он был таким же, как на карточке-вкладыше из «шоколадной лягушки». Серебряные волосы Дамблдора сияли ярче, чем привидения, ярче, чем что-либо в зале. Еще Гарри заметил профессора Квиррелла, нервного молодого человека. Сейчас на голове Квиррелла красовался большой фиолетовый тюрбан, так что профессор выглядел еще более странным. Церемония подходила к концу, оставалось всего трое первокурсников. Лайзу Турпин зачислили в Когтевран, и теперь пришла очередь Рона. Гарри видел, что тот даже позеленел от страха. Гарри смотрел на него спокойно без эмоций. Видно, что Рыжик боялся. Уизли сел и было сложно определить что-то по мимике лица. через секунду Шляпа громко завопила: — ГРИФФИНДОР! Гарри лишь посмотрел на него. Кажется, Уизли был доволен. — Отлично, Рон, просто превосходно, — с важным видом похвалил его Перси Уизли, в то время как последний в списке Блез Забини уже направлялся к столу Слизерина. Профессор МакГонагалл скатала свой свиток и вынесла из зала Волшебную шляпу. Гарри посмотрел на стоявшую перед ним пустую золотую тарелку. Он только сейчас понял, что безумно голоден. Казалось, что купленные в поезде сладости он съел не несколько часов, а несколько веков назад. Альбус Дамблдор поднялся со своего трона и широко развел руки. На его лице играла лучезарная улыбка. У него был такой вид, словно ничто в мире не может порадовать его больше, чем сидящие перед ним ученики его школы. — Добро пожаловать! — произнес он. — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем наш банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, всем спасибо! Дамблдор сел на свое место. Зал разразился радостными криками и аплодисментами. Гарри сидел и не знал, смеяться ему или нет. — Он… он немного ненормальный? — неуверенно спросил Гарри, обращаясь к сидевшему слева от него Драко — Ненормальный? — рассеянно переспросил Драко, но тут же спохватился. — Мне Отец говорил, что у него не все в порядке. Старость, говорят, ему более 140 лет. Но, в общем, ты прав, он немного сумасшедший. Как насчет перейти к трапезе, Гарри? Гарри посмотрел на стол и замер от изумления. Стоявшие на столе тарелки были доверху наполнены едой. Гарри никогда не видел на одном столе так много своих любимых блюд: ростбиф, жареный цыпленок, свиные и бараньи отбивные, сосиски, бекон и стейки, вареная картошка, жареная картошка, чипсы, йоркширский пудинг, горох, морковь, мясные подливки, кетчуп и непонятно как и зачем здесь оказавшиеся мятные леденцы. Надо признать, что Дурсли никогда не морили Гарри голодом, но и никогда не давали ему съесть столько, сколько ему хотелось. А Дадли всегда съедал то, что особенно нравилось Гарри, даже если его самого от этого тошнило. Но сейчас Гарри был не в доме Дурслей. Он положил в свою тарелку всего понемногу — за исключением мятных леденцов — и накинулся на еду. Она была просто великолепной. — Неплохо выглядит, — грустно заметил призрак в трико, наблюдая, как Гарри поедает стейк. — Вы хотите… — начал было Гарри, но призрак покачал головой. — Я не ем вот уже почти четыре сотни лет. У меня нет никакой необходимости в еде, но, по правде говоря, мне ее не хватает. Кстати, я, кажется, не представился. Сэр Николас де Мимси-Дельфингтон, к вашим услугам. Привидение, проживающее в башне Гриффиндора. — Я знаю, кто ты! — внезапно выпалил Рон обернувшись к Слизеринцам— Мои братья рассказывали о тебе — ты «Почти Безголовый Ник»! — Я бы предпочел, чтобы вы называли меня сэр Николас де Мимси, — строгим тоном начал призрак, но его опередил Симус Финниган. Тот самый светловолосый мальчик, который стоял перед Гарри в шеренге. — Почти безголовый? Как можно быть почти безголовым? Сэр Николас выглядел немного недовольным, словно беседа зашла не туда, куда бы ему хотелось. — А вот так, — раздраженно ответил он, дергая себя за левое ухо. Голова отделилась от шеи и упала на плечо, словно держалась на пружине и приводилась в действие нажатием на ухо. Очевидно, кто-то пытался его обезглавить, но не довел дело до конца. Лежащая на плече голова Почти Безголового Ника довольно улыбалась, наблюдая за выражениями лиц первокурсников. Затем он потянул себя за правое ухо, и голова с щелчком встала на место. Привидение прокашлялось. — Итак, за новых учеников факультета Слизерина! Надеюсь, вы поможете нам выиграть в этом году соревнование между факультетами? Слизерин никогда так долго не оставался без награды. Вот уже шесть лет подряд победа достается Когтеврану! Кровавый Барон — это привидение подвалов Слизерина — стал почти невыносим. Гарри согрелся, размяк и ощутил, что у него начинают слипаться глаза. Чтобы не заснуть, он вытаращил их и начал глазеть по сторонам, наконец уткнувшись взглядом в учительский стол. Хагрид что-то пил из большого кубка, профессор МакГонагалл беседовала с профессором Дамблдором, а профессор Квиррелл, так и не снявший свой дурацкий тюрбан, разговаривал с незнакомым Гарри преподавателем с сальными черными волосами, крючковатым носом и желтоватой, болезненного цвета кожей. Все произошло совершенно внезапно. Крючконосый вдруг посмотрел прямо на Гарри — и голову Гарри пронзила острая боль. Ему показалось, что его похожий на молнию шрам на мгновение раскалился добела. — Ой! — Гарри хлопнул себя ладонью по лбу. — Что случилось? — поинтересовался Малфой. — Н-н-ничего, — с трудом выдавил из себя Гарри. Боль прошла так же быстро, как и появилась. Но вот ощущение, которое возникло у Гарри, когда он поймал взгляд крючконосого, — ощущение, что этому преподавателю очень не нравится Гарри Поттер, осталось. — А кто это там разговаривает с профессором Квирреллом? — спросил он у Драко — А, ты уже знаешь Квиррелла? Не удивляюсь, почему он такой нервный — занервничаешь тут, когда рядом сидит профессор Снейп. Он учит тому, как надо смешивать волшебные зелья, но говорят, что это ему совсем не по душе. Все знают, что он хочет занять место профессора Квиррелла. Он большой специалист по Темным искусствам, этот Снейп. Гарри какое-то время понаблюдал за Снейпом, но тот больше не смотрел на него. Когда все насытились десертом, сладкое исчезло с тарелок, и профессор Дамблдор снова поднялся со своего трона. Все затихли. — Хм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать еще несколько слов. Следующий день вы будете изучать Хогвартс. Учтите что расслабляться не нужно! Ведь начнется семестр и собственно ваши уроки. —Дамблдор посмотрел на Гарри и мягко улыбнулся. Гарри прищурился, где-то глубоко в глазах было что-то спрятано. Он обязательно выяснит, что именно. — Что, Профессор Дамблдор не понравился? — усмехнулся Драко, попивая из бокала вишнёвый сок. — Возможно.. — прошипел Гарри. Старичок и вправду выглядит не вау, вот что-то Гарри чувствовал, что-то не так. Но что? — Что? Я не расслышал. — Драко склонил голову набок. Это выглядело смешно. Хихикнув, Гарри от Драко сразу получил подзатыльник — Не вижу ничего смешного! — возмутился тот —Да, да. — Гарри посмотрел на Драко и вот ему пришла «гениальная мысль» — Не вижу нечего смешного, бла, бла бла...—Гарри начал пародировать тон и голос Драко. Он возмутился, можно было подумать, что из его ноздрей пойдет дым, но Гари получил лишь подзатыльник, который был безжалостен. Избранный насупился и начал тереть место Удара. Друг лишь усмехнулся и довольно приподнял подбородок. Когда церемония закончилось, их попросили встать кучками по факультетам, и отправиться за старостой. По пути Гарри рассматривал величественные коридоры Хогвартса. Но продлилось это не долго, ведь потом они спустились в какие-то подземелья и начали петлять среди стен. Как бы он не старался, но запомнить путь у него не получилось. — Первокурсники, запоминайте. Первые несколько дней вас будут сопровождать старшие, но потом вы должны научиться ориентироваться здесь. Так же: вход в гостиную отличается выгравированной змейкой на стене. — староста отошёл, позволяя посмотреть на миниатюрную рептилию, выгравированную между булыжников. Гарри с ужасом представлял, как бродит средь бесконечных стен, в поисках змеи, но у него ничего не получается. — Что бы пройти внутрь, вам нужно сказать некий «пароль». Он будет меняться каждые две недели, вывешиваться на доске объявлений, рассказывать другим факультетам пароль запрещено. — он наклонился к змейке и сказал — Чистота и благородство. — когда вход в гостиную открылся, он снова обратился к первокурсникам. — Это пароль на первые две недели, не забудьте его. — после чего староста, а за ним и первокурсники зашли в гостиную. Гарри сразу начал оглядывать стену, завещанные гобеленами. В самой гостиной было будто бы тускло. Из светильников светил неприятный болотный свет. И даже несмотря на камины, в гостиной было холодно, что не довало комфорта. Из за того, что гостиная расположена в подъземельях, земесто улицы в окнах можно было увидеть бескрайние воды чёрного озера. Пока растерянные первокурсники рассматривали место, в которое им предстоит возвращаться, их расположили в чём то, вроде полукруга. Внезапно из за двери вылетел профессор Снейп. Его мантия развивалась на ветру, что сразу подкидывало ассоциацию с летучей мышью. Когда он остановился, все первокурсники будто бы сжались под его строгим взглядом. — Приветствую, первокурсники. Как вы знаете — вы попали на Слизерин. Наш факультет не любят и нам приходится выживать в одиночку. Но мы семья, и если что то случилось, то смело подходите за помощью к старшим. Так же, замечу, что все наши разборки должны оставаться внутри. Никто не должен узнать о происходящем среди нас. Если вы вдруг захотите навредить кому-то, то делайте это как Слизеринец. Вы не должны попасться, иначе разговор будет другой, я надеюсь все меня поняли? — несколько секунд Снейп оглядывал всех новеньких в гробовой тишине, задержав взгляд на Гарри. После чего он таким же стремительным шагом «полетел» к себе в апартаменты. — Сегодня Снейп сам не свой. Обычно он хоть и мрачный, но не настолько. — осторожно прошептал ему на ухо Малфой. Гарри был вынужден согласиться. Так когда он ещё и задержал взгляд на нем.. Это было жутко. — Попрошу внимания! Спальни мальчиков находятся в том крыле, а спальни девочек в противоположном. — в последний раз объявил староста. Все начали потихоньку рассасываться, и они с Драко молча решили идти в спальню. На сегодняшний день им было достаточно впечатлений. Сама спальня выглядела роскошно. В особенности постели, он никогда не спал на чем-то настолько мягком. У них не было сил разбирать что-то, так что найдя нужную комнату они упали на кровати и провалились в сон.

***

Гарри проснулся следующим утром довольно таки рано. Он неспеша сделал все процедуры, переоделся в форму, которая приняла на себя отличительные знаки Слизерина. После он посмотрел на расписание — сегодня у них было первым зельеварение. Гарри решил подготовиться, что бы произвести неплохое впечатление и повторил информацию из учебника. Когда он собрался идти на занятие, понял, что Драко ещё не встал. Гарри подошёл к его баллахину и резко откинул, позволяя искусственным лучам света разбудить мальчишку. В конце концов Малфой встал, потратил ещё уйму времени на сборы, и они опаздывали к началу завтрака. Так ещё и заплутали в коридорах. Заходя в большой зал запыханными, они уселись на свои места. Ели он тоже в спешке. Если они опоздают хоть чуть-чуть, как сказал Драко, им сильно достанется от Снейпа. Всю эту дорогу он старался не замечать шепотков со всех сторон, а так же того, что на него постоянно смотрели. Хоть они и успели на занятие, Гарри очень сильно волновался. С Драко они тоже уселись вместе, на первой парте. В классе громко переговаривались Гриффиндорцы, с которыми у них было совмещённое занятие. Все умолкли лишь тогда, когда Снейп, в своей привычной манере, залетел в аудиторию. Северус начал занятие с знакомства. Перечисляя фамилии, Снейп остановился на его фамилии и произнёс с ядом. — О, да, — негромко произнес он. — Гарри Поттер. Наша новая знаменитость. А Гарри просто тупо смотрел на него. С чего такое отношение? Он новенький, и ещё не успел ничем ему насолить. Так что его неприязнь была нелогична! Гарри уже хотел сказать об этом Драко, но вспомнил, что он сидят на первой парте, и в классе стоит полная тишина. Закончив знакомство с классом, Снейп обвел аудиторию взглядом. Глаза Снегга были холодными и пустыми, и почему-то напоминали темные туннели. — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он. Снейп говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. Здесь никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами. — Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Северус. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки. — Поттер! — неожиданно произнес Снейп. — Что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? Гарри начал судорожно вспоминать информацию из учебника. И чуть ли не расплакался от того, насколько благодарен себе, что решил прочесть именно этот учебник заново. — Из измельчённого корня асфоделя и настойки полыни можно получить усыпляющие зелье. Оно может быть настолько сильным, что имеет название «напиток живой смерти», Сэр. Лицо Северуса превратилось в маску. И не смотря на правильный ответ, он продолжал задавать вопросы. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — В желудке козы, сэр. — В чем различие между волчей отравой и клобуком монаха? — Ни в чем, это одно и тоже растение, известное как аконит. Для первокурсников факультета Гриффиндор уроки Снейпа обещали быть не самыми приятными. После того как Снейп усадил Гарри на место, произошло еще кое-что совсем безрадостное. Снейп разбил учеников на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Он кружил по классу, шурша своей длинной черной мантией, и следил, как они взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Снейп раскритиковал всех, кроме Магмы, которой, очевидно, симпатизировал. В тот момент, когда Снейп призвал всех полюбоваться, как Магма варит рогатых слизняков, темница вдруг наполнилась ядовито-зеленым дымом и громким шипением. Неввил каким-то образом умудрился растопить котел Симуса, и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое они готовили в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников. Через мгновение все с ногами забрались на стулья, а Невилл, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли, так как на его руках и ногах появились красные волдыри. — Идиот! — прорычал Снейп, одним движением ладони сметая в угол пролившееся зелье. — Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза? Невилл вместо ответа сморщился и заплакал — теперь и нос его был усыпан красными волдырями. — Отведите его в больничное крыло, — скривившись, произнес Снейп, обращаясь к Симусу. А потом повернулся к Гарри и Драко, работавшими за соседним столом. — Вы, Поттер, почему вы не сказали ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза? Или вы подумали, что если он ошибется, то вы будете выглядеть лучше его? — Извините, профессор, но вы дали нам не тех слизней. Поэтому у Невилла нечего не получилось. — Драко кинул на него взгляд, явно желая возразить —Да и зачем мне смотреть на Котел других? У меня есть свой котел. И да, мне осталось добавить только слизней, не могли бы вы дать мне Именно рогатых слизней? Иначе вероятно у меня зелье взорвется не хуже Невилла, обычные не подходят. — Не нарывайся, — прошептал Драко. — но про слизней ты прав, я заметил что рога не такие острые, вероятно, профессор Снейп сделал ловушку на внимательность. — Гарри довольно улыбнулся. Снейп был хмур, но окинув взглядом Двух Слизеринцов он достал на полке Рогатых слизней и подал им. Некоторые, сообразив, тоже попросили, кто-то подошёл. Под конец урока зелье было отлично сварено. Профессор был чем то недоволен и пытался всячески задеть, и унизить Поттера. Драко же просто гневно шипел, чтобы тот не отвлекался. Лимпо же в кармане подсказывала что могла. Объясняясь тем, что слышала от других волшебников. Час спустя, когда они вышли из темницы и поднимались по лестнице, голова Гарри была полна всяких неприятных мыслей, а радостное настроение, с которым он приехал в Хогвартс, совсем улетучилось. В первую же неделю пребывания в школе, он заработал в свою сторону столько презрения, унизительных слов, оскорблений, что даже Дадли был тише. Хорошо, что Драко всегда поддерживал его, хоть и не в самом лучшем виде. Что там дальше? Кажется, полет на метлах.