Were you a sleeper cell spy?

Девушка смотрит в эти глаза, в которых появляется торжество, и немедленно ощущает импульс дать такую сильную пощёчину, чтобы у него и зубы вылетели к чертям. Она без понятия насколько сильный это должен быть удар, но была бы рада если бы это получилось. Было бы шикарно и зрелищно. Местным снобам не понравилось бы. Только она уверена, что несколько женщин её точно поддержали бы. Так и было бы. — Поверь, оно того стоит. Ничего плохого не случится. — спокойно убеждает её мужчина. — Мне плевать. — её ладонь поднимается вверх. Застывает у лацкана его пиджака. — Это… — но договорить не дали. — Дайте нам секунду. — прерывает её Саша и берёт Вику за плечо. Она резко поворачивает к нему голову. Видит вежливую улыбку на его губах, будто извиняется за неё. Да что такое? За что ей это? В очередной раз за этот вечер Александр её уводит от Бриллинга. В первый раз он Вику, конечно, уводил не прямо от него, но Иван там присутствовал. Бриллинг смотрит им вслед. Выпрямляется. Руки засовывает в карманы брюк. Она так мило стреляет глазками, когда злится. Красота. Глаза безотрывно следят за двумя фигурами в толпе. Её вновь утащили к танцующим. Невольно кулаки сжимаются от того, как Меньшиков прикасается к её талии. Как-то даже по-хозяйски. Ивану это не нравится. Но он продолжает наблюдать как пара танцует и общается. Видит как мужчина в один момент наклоняется очень близко к её ушку. Что-то шепчет. Ваня не замечает отсюда визуальных проявлений реакции девушки на слова Александра. И так проходит практически минута. Затем происходит разворот в квадрате элемента танца. Бриллинг немного увидел её лицо. Всё ещё хмурится. Ох, девочка…контроль тебе даётся ещё очень тяжело. Он это исправит. Обязательно. Мужчина пересыпает несколько фишек из руки в руку, пока остальные лежат в его кармане. Ощущение от глиняных плашек приятно отдаёт вибрацией в теле. Интересное чувство. Иван всё также безотрывно следит за этим разговором, который прикрыт танцем. Негодование Виктории. Её открытый в возмущении рот. Растерянность. Развивающиеся, от резкого поворота, тёмные локоны. Она делает шаг назад, прочь от Саши. Тот всё ещё держит её за руку. Что-то говорит. Она сразу же кивает. Мимика лица сменяется на грустный тон. И будто…немного смирения? Хотя, Иван допускает возможность ошибки. Он её ещё не знает на все сто процентов. Даже не знает о чём именно они говорили во время танца. Одно знает только, что основной темой был он сам. Меньшиков уводит её с танцпола. Пара направляется к Бриллингу. Что же он такого ей наговорил что девушка будто и не здесь мыслями? — Простите меня за мою резкость. — прозвучало глухо. Вика подняла на него свои очаровательные глаза. Иван успел уловить бунтовской огонёк в них. — Значит, просто сожительство? — Грубо говоря — да. — Ладно…а если нормально? По-человечески? — она смотрит на него с прищуром. Любопытствует. Хочет выяснить все-все детали. — Так чего вы от меня хотите? На губах Бриллинга появляется усмешка, он качает головой и облизывает губы. Любопытство он любит, но не раскрывать детали сразу же. — Всё в рамках закона. — решает начать издалека, но постепенно подходить к сути. — Мне нужна ваша компания. — эта формулировка внезапно пришла язык. И, по сути, является правдивой. — Вы мне подходите, милая Виктория. Девушка сжимает руки в кулаки. Прикусывает щеку изнутри. На язык рвётся ещё порция уточняющих вопросов. Только от них толку нет. Всё уже решено. — И каковы условия? — За тобой завтра утром заедут, потом всё и объясню. — он протянул руку Александру. — До следующей встречи. Спасибо за игру.

***

Вставать не хотелось абсолютно. Просто лежать. Натянуть подушку на голову, а сверху ещё одеялом. Резко стать невидимкой. Чтобы никто даже не вспомнил о её существовании. Девушка потёрла лицо ладонями. С губ сорвался тихий вздох. Надо всё-таки поднять себя на ноги иначе ей придётся встречать «гостей» практически голой, ненакрашенной и морально неподготовленной. Вика всё-таки села в постели. В памяти всплыл вчерашний вечер до самого момента когда она легла в свою постель. Девушка сидела и думала над тем какого чёрта вообще было этой ночью? Она какого-то чуда очень уж поверила в себя и сыграла с человеком, которого представляют как супер-гения. И теперь обязана жить по новым правилам какое-то время. Дура. Из-за тупого проигрыша. Из-за какой-то наивности или веры в себя, или в карты, или это всё-таки уговоры подействовали..... Точно дурочка. Всё-таки пересилив себя, она поплелась в ванную комнату. Грустно окинула взглядом полупустую теперь комнату. Лежали только зубная щётка, паста, умывалка, тюбики для базового макияжа и коробочка с мылом. Она быстро приняла душ. Вымылась до скрипа. Голову всё ещё не покидали вопросы о том, что её ждёт в том доме. После, она сделала себе чашечку кофе и принялась за макияж. Нанесла немного тона, распределила по коже, зафиксировала пудрой, на ресницы нанесла тушь. Далее надела то, что не спрятала в чемодан — чёрные джинсы, футболку, такие же чёрные носки. Всё что уже не нужно, засунула в боковой отдел. Посмотрела на время. Ещё есть десять минут. Какая она умничка. Вика вновь прошлась по квартире, посмотрела во все ящики, в каждый уголок. Ничего не забыла. В прихожей обулась в ботиночки и плюхнулась на пуфик. Сидела до тех пор, пока не прозвучал звонок в дверь. Девушка встала и посмотрела в глазок. Там стояли двое мужчин в чёрных костюмах. — Виктория Валерьевна Лукина, мы от Ивана Францевича по его указу. — глухо прозвучало по ту сторону двери. Девушка открыла им. Окинула пришедших взглядом. — Секунду. — она отошла от двери, выкатила чемодан ближе к выходу из квартиры, затем надела на себя пальто и рюкзак. Выдохнула. Выйдя к парням, увидела только одного, а второго из них и чемодана уже не было. Шустрые. Девушка поправила лямки рюкзака на своей спине. Вика вышла на лестничную площадку, закрыла за собой двери на ключ. Спустившись по лестнице, следом за безымянным мужчиной, положила ключик в почтовый ящик с номером квартиры. На улице она увидела крупную машину. Не как легковушки во дворе. Внушительная. Для неё уже держали открытую заднюю дверь. Вика послушно туда села. Положила рюкзак рядом с собой. Но потом поставила себе на колени. Всё будет хорошо. Она постарается. И не сдастся Бриллингу сразу же. Не сможет. Виктория всю дорогу смотрела в окно. Запоминала разные ориентиры, и отвлекалась. Ещё даже не знает точную причину зачем запоминает, но почему бы и нет?

***

Бриллинг в это время уже сидел в своём кабинете, вновь перечитывая собранную документацию. Ему было в удовольствие рассматривать её фотографии раз за разом, читать о жизни девушки, впитывать информацию о той, что впала в его сердце так сильно. Он вновь бросил взгляд на экран ноутбука. На видео с камеры во дворе всё видно. Пока было пусто. Ещё не приехали. Но будут с минуты на минуту. Мужчина уже предвкушает эти дни. Сейчас несколько дней они побудут в Петрограде, затем на две недельки в Москву, и обратно сюда. И здесь их будут ждать ещё несколько сладких месяцев вместе. Или даже года, если его план сработает. Прекрасно. Краем глаза мужчина замечает как авто въезжает во двор. Отлично. Сложив документы в папку, закинул ту в ящик стола, и пошёл встречать свою гостью. Пройдя через полутёмный коридор мужчина вышел на улицу. Сразу же увидел как его девочка идёт к нему, вместе с двумя нанятыми им парнями. На её лице напускное равнодушие. Это видно по бегающим глазам. На лице мужчины появляется широкая улыбка. День становится прекрасным. Ведь она уже здесь. Рядом с ним. Вика останавливается перед ним. Хмурится. — Доброе утро. — первым отзывается Бриллинг. — Кому как. — пожимает девушка плечами и окидывает взглядом территорию. Вновь. Вымощенные камнем немногочисленные дорожки, зелёные газоны, несколько деревьев, здание за спиной мужчины и пристройка рядом. Она цокнула языком. — Пойдём, покажу тебе сначала всё внутри. — Бриллинг протянул ей руку. Вика вздохнула, пошла дальше, но за руку его не взяла. Провела взглядом человека с её чемоданом и рюкзаком. Иван вновь обратил на себя внимание. — Хочешь сначала увидеть свою комнату или в конце? — Мне без разницы. Я бы охотнее выслушала условия, чтобы знать на что подписалась. — она несмело проходит за дверь, за которой полутёмное пространство. Вдоль позвоночника поползли мурашки. Не хорошие мурашки. — Ты знаешь что я ничего сверхъестественного просить не буду. Это мы установили ещё перед партией. — подмечает мужчина, пока ведёт её по коридору. Девушка идёт еле-еле, но за него не хватается. — Но я хочу знать подробности. Всё, кроме того что вы тогда обозначили. — Хорошо. — он берёт её чуть ниже локтя, ощущает лёгкую шершавость ткани её пальто. — Пойдём. — и ведёт к своему кабинету. Лукина спешит следом, выцепляет глазами детали. Какие-то рамы, полки, очертания книг на них… Всё прерывается в момент когда Иван довольно резко открывает дверь. Заводит девушку внутрь. За своей спиной она слышит щелчок. Вика прошла немного вперёд. Опустилась на стул у стола. На лице Ивана появляется усмешка, внутри разливается предвкушение. Замечательно. Ему нравится что она пока слушается его. Хорошая девочка. Иван обходит стол, достаёт из ящика нужные документы. Укладывает перед девушкой их, а потом подаёт ручку. Выдохнув, Вика взяла в руки заполненные листы. Ручку положила на стол, а бумаги принялась читать. Внимательно изучала написанное. — Три месяца? — спросила она спустя минуту. — Вы серьёзно? — Вполне. Изначально я хотел бо́льший срок, но тогда боюсь ты бы ручку воткнула мне в шею. — не сдержал мужчина смешок. Вика посмотрела на него с явным недовольством. Громко выдохнула. Взяла со стола ручку, продолжила читать и клацать ручкой раз за разом, каждые десять секунд. Иван наблюдал за ней с улыбкой. Ох и девчонка. Он её уже обожает. И всё сильнее. С каждой их встречей, с каждой секундой рядом он всё сильнее убеждается в том, что принял правильное решение — прибрать её себе. Никакой мужчина не сможет с ней так, как он. Бриллинг готов дать ей многое. И сделает это с удовольствием. Всё что Вика пожелает, ей стоит только подумать о чём-нибудь и Ваня ей это предоставит. Приложит усилия и сделает. Вика тщательно смотрела в бумаги, изучала каждую строчку, всматривалась в каждое слово. Всё было составлено так, что и не прикопаться. Лукина бросила взгляд на мужчину. Сидит…улыбается… довольный. Отказаться она не может. — Вы вчера говорили что это будет выгодно и для меня. — вспоминает Виктория. — Верно. — кивает он. Умная девочка, запоминает, ищет… — Тогда… какая? Единственное что я вижу в этих бумажках это то, что вы обещаете вести себя как порядочный мужчина: не обижать меня, защищать при конфликтах, никаких оскорбительных шуток и действий. Также указано что вы обещаете покрывать мои материальные желания из своего кармана. — она облизнула губы и положила листы на стол. Незачем ему перечислять все пункты, если он их знает. — И что тебе не по душе? — любопытствует Бриллинг, немного склоняясь над столом. Подаётся ближе к ней. Не может сопротивляться желанию. — Выгодно ведь. — Да. — кивнула Лукина. — Но…вы действительно думаете что этого достаточно? Базовое человеческое отношение и деньги? — фыркает Виктория. — Я уже готова начать бить поклоны и восхвалять вашу благосклонность. — фыркает та в явном недовольстве. Почему подобного от мужчин можно добиться только контрактом? — Ты будешь под моей полной защитой. Я всегда буду рядом и смогу защитить. — он смотрит ей в глаза. Каким-то образом у неё проскальзывает мысль что он не врёт. — Ясно. — выдавливает она из себя. Поджимает губы. Этот момент неизбежен. Торговаться здесь уже, по сути, не о чем. Да и подпись не будет значить что она всегда, беспрекословно будет послушной. Это скучно. — Прошу. — девушка ставит в нужной графе свою небольшую роспись, ручка с цокотом приземлилась на стол. Вика встала со своего места. — Можем приступить к экскурсии. — выдыхает та. Бриллинг взял бумаги, пролистал. Поставил собственную подпись, а затем спрятал договор в папку, а ту в ящик. Встав из-за стола, подошёл к Вике. Прикоснулся пальцами к её передним прядям волос, с правой стороны лица. Она покосилась глазами на его руку. Нахмурилась. Это уже в который раз за сегодня? Он будет стараться делать всё так, чтобы девушка больше не портила свой чудесный лоб этими морщинами. Улыбка ей идёт больше. — Милая Виктория… — шепчет Иван. — Не бойся…не съём. — уголки губ дрогнули на секунду у мужчины. — Надеюсь тебе здесь понравится. Настолько, что будешь чувствовать себя как дома. — он всё ещё не убирает руку. Ему нравится прикасаться к её волосам. Тем более она не сопротивляется. Из-за этого сердце Ивана было готово пуститься в пляс, если бы могло. Но она нарушила всё-таки этот момент. Сделала небольшой шаг назад, сняла с себя пальто, взяла его в руки. — Ну тогда пойдёмте. Мне бы пальто для начала оставить в прихожей. — она выпустила заправленную прядь, обратно наружу, закрывая этим немного лицо. Иван поджал губы, кивнул. Конечно, нельзя забывать о том, что для более близкого контакта с ней, ласковых прозвищ и прикосновений будет мало. Это будет непростой процесс. Бриллинг отвёл девушку в прихожую, показал где она может оставить пальто, а также поставить обувь. Вика решила обувь не снимать. Потом это сделает, после распаковки вещей. Тапочки её лежат в чемодане, а брать запасные у Бриллинга она не горит желанием. И вот, началась экскурсия по дому. Его нельзя назвать огромным, но и под понятие «маленький и уютный», он тоже не подходит. Первым, что ей показали, после коридора, была просторная кухня — качественный гарнитур, тёмного серого цвета и кремовыми шкафчиками навесными. Также стояла плита, духовка, раковина и посудомоечная машина. Лукина рассмотрела подставку, со стоящими в ней ножами, пробежалась взглядом по шкафчикам, заприметила холодильник. Если он хочет чтобы она чувствовала себя как дома, то надо уже начинать изучать детали. Поняла где находятся ложки, вилки, всякие лопатки, тёрки и досточки для разделки продуктов. Также нашла тарелки, несколько пачек салфеток, стаканы, бокалы, в небольшом количестве и только потом пошла дальше, следуя за Иваном обратно в коридор. Следующей остановкой стала гостиная. Практически в центре комнаты стоял диван, обитый тканью, цветом напоминающую красное дерево. Глубокий оттенок смеси коричневого, почти чёрного и карминового. Напротив дивана тёмный деревянный столик. Круглый. На стене висела плазма. У второй стены находился широкий шкаф с полками, на которых стояли книги. Некоторые полочки пустовали. Рядом со шкафом кресло и высокая лампа. И скомканный плед. Вика прошлась дальше. Под ногами находился ковёр с длинным ворсом. Наверное, должно быть мягко. Девушка выглядывает в окно, немного раздвигая пальчиками жалюзи. Отсюда видно ту пристройку, но с другого угла. — А что там? — спрашивает у мужчины, который всё это время стоял на пороге. Виктория слышит его шаги. Следом слух улавливает вздох Ивана. Он немного наклоняется рядом с ней. Раскрывает для себя кусочек вида. Выпрямляется, через несколько секунд, и поправляет жалюзи. — Обычный гараж. Но у девушки всё равно возникают сомнения. Чтобы у него был просто обычный гараж? Вряд ли. Она кивнула и продолжила изучение комнаты. Последняя стена была увешана парой картин. И более ничего. Далее он ей показал несколько незанятых спален. И ванные комнаты. Затем отвёл к своей, чтобы она знала куда может прийти или куда ей иногда придётся приходить. Вика пока не стала уточнять зачем ей нужно будет появляться в его комнате. Просто бегло окинула ту взглядом, чинно кивнула и вышла оттуда. Напомнил ей где его рабочий кабинет. Затем отпустил. Только ещё выкатил чемодан с её вещами из своей комнаты и отдал рюкзак. — Сейчас занимайся собой и своими вещами. Но учти, вечером ты мне будешь нужна. Я зайду. — улыбнулся ей, наблюдая как девушка закидывает рюкзак себе на плечо. — Окей. — бросила она как-то безразлично и направилась к одной из комнат, что ей понравилась. Иван проследил за ней взглядом. Запомнил дверь, в которую она зашла. Затем, с чуть лучшим настроением, вернулся в кабинет, заканчивать с отчётами.

***

Спальня встречала приятной прохладой. Сквозь жалюзи было видно росчерки солнечных лучей. Это ненадолго, но всё равно радует глаз. Девушка ходила по комнате, раскладывая свои вещи. На полках в шкафу уже расположилась её одежда. Несколько плечиков, висящих на перекладине, тоже были заняты. Сейчас она расставляла свою косметику на столе. Он был не особо большой, но пространства хватит, чтобы за него сесть, пописать что-то в блокноте или поэкспериментировать с макияжем. Постель уже была застелена постельным бельём оттенка хаки и какими-то кремовыми вензелями на нём. Ткань на ощупь была хорошей. Вика не особо любила широкие постели, но в этом доме такие были в каждой спальне. В этой хотя бы бельё и обстановка привлекли внимание. Закончив с баночками косметики, взяла рюкзак и пошла в ванную комнату. Расставила по полочкам немногочисленные предметы гигиены, достала тапочки и скинула со своих ног ботинки. Следом сняла и одежду. Залезла в душевую кабину, начала настраивать температуру воды. Последующие десять минут стали временем блаженства. Тёплая вода смывала с девушки всё. Ей будто становилось легче. Будто и не подписывала бумаг, будто не раздумывала над тем, что теперь она как будто принадлежит мужчине в этом чёртовом чёрном костюме. Будто это всё не такая трагедия, как ей казалось утром. По сути пара месяцев это не так много, это не год, не два и не пять. Но всё равно сомнительно. Ощутив достаточное облегчение, девушка вышла из душа, вытерлась полотенцем, оделась и вернулась в комнату. Хочется куда-то пройтись. По улице. Недолго раздумывая, Вика полезла в шкаф. Стала одеваться. Проверила свой макияж. На часах было два часа дня. Неплохо время так пролетело. Отлично. Лукина привычно открывает дверь из своей комнаты. И практически сразу слышит мужское шипение. Смотрит в ту сторону. Никогда не любила двери, которые открываются наружу. Вовнутрь лучше. Особенно для такой большой комнаты. Видит как Бриллинг трёт нос. Затем поднимает глаза. Смотрит на неё. Видит уже в другой одежде сокращает между ними расстояние. — И куда ты собралась? — спрашивает серьёзным тоном, вновь трёт нос. Вика думает что надо было, наверное, посильнее открывать дверь. — Гулять. — отвечает спокойно, а затем усмехается. Ему то какое дело куда она идёт. — Нет. — качает головой, берётся за ручку двери, тянет к себе и наступает на девушку, заставляя ту вернуться в комнату. — Да. — фыркает она и предпринимает попытку его обойти, протиснуться между ним, косяком и закрывающейся дверью. — Нет. — он берёт Лукину за руку, выше локтя, подтягивает к себе. Дверь захлопывается. Вика оказывается в мужских объятиях. — Не пойдёшь. Мы вечером с тобой погуляем. А сейчас, ты просто будешь дома. — шепчет ей на ушко, сильнее прижимая девушку к своему телу. Какой же маленькой она кажется. Такой миниатюрной. Не хочется из рук выпускать. — Не буду. — он ощутил как Вика толкнула его в грудь кулачком. И ещё раз. И ещё. Ваня начинает гладить её по спине. Губы прикасаются к виску девушки. Она что-то говорит, но он не слышит. Увлечён ощущениями от прикосновений к ней. Ему хочется впитывать это всё больше и больше. Вика вновь зовёт его, просит выпустить, не может так долго в его руках, но ничего не происходит по её желанию. Она чувствует как одна рука мужчины поднимается, начинает гладить её по волосам. Девушка тяжело вздыхает. Чёрт. Она со всей силы пинает его куда-то в живот. С губ Ивана слетает хрип. Он разжимает руки. Девушка воспользовалась моментом и выбралась. Затем поспешила к выходу. Мужчина медленно выдыхает. Он знал что девчонка будет для него тем ещё испытанием, но чтобы настолько… Иван разворачивается, выдыхает от короткой вспышки дискомфорта в животе, хватает её за запястье. Немного его сжимает. — Что же ты такая упёртая? — подтаскивает Вику к себе. Затем, в несколько широких шагов, ведёт девушку к постели. Толкает Викторию на матрас. Плюхнувшись на постель, она стала ползти назад, к изголовью, к стене. Сама себя загоняет в угол. Ей просто хочется сбежать. Какого чёрта он указывает ей когда выходить из дома? Иван не особо доволен тем, как яростно она ему сопротивляется. Настолько, что решается наносить увечья его здоровью. А это только первый день. Первые часы. И уже такое. Её надо воспитывать. Подмять под себя. Иван ею недоволен. Почему она относится к нему так, будто он самый серьёзный её враг? Будто он чёртов убийца. Будто он навредил кому-то, кто ей близок. Лукиной слова лишнего сказать нельзя, ни подойти к ней близко, ни прикоснуться, ни обнять. Сразу начинается сопротивление и фырканье. Бриллинг хватает девчонку за лодыжку, тянет на себя. Взвизгнув, Вика хватается за тёмный пододеяльник, но это не особо помогает. Мужчина наваливается на неё. Придавливает своим весом. Сразу же хватает тонкие руки. Прижимает запястья к одеялу. — Тебе было сказано, ты никуда не уйдёшь.— тон его был ледяным и твёрдым, такой, будто молотом впечатывал эти слова в голову Вики. Девушка под ним дёрнулась. И ещё раз. Он чувствует как она пытается вырвать собственные запястья из его хватки. Поймав себя на мысли, что ему это нравится, Иван наклоняется очень близко к её лицу. — Ты — моя.— шепчет в её губы.— Ты ещё долго будешь моей. И ты будешь слушаться. — он еле держится чтобы не начать целовать эти губы. — Скажу сидеть дома, ты будешь сидеть. Скажу на публике поцеловать меня, ты это сделаешь. Захочу обнять, ты не будешь сопротивляться. — Иван ощущает её сердитое дыхание. Какая же она притягательная… — Поцелую…ты и пикнуть не посмеешь в знак протеста. — Давайте угадаю, следующий пункт: захочу трахнуть — ты послушно снимаешь трусы и становишься раком? — сарказмирует девушка. — Это уже звучит как фантастика. Но я был бы рад. — усмехается он в ответ. Девушка издала вздох возмущения. Дёрнулась под ним с особой яростью. Иван сцепил зубы. Организм начинает реагировать на неё не тем образом что ему сейчас нужно. Мужчина старается уменьшить подвижность девушки. Прижимает её своими коленями к постели. — Не дёргайся ты так. — шипит он. — Или ты хочешь пункт про секс исполнить? — прикасается всё-таки своими губами к её. — Не… — она ощутила этот короткий поцелуй, вдохнула побольше воздуха и вновь попыталась высвободить свои ноги из-под него. Иван поднимает на неё глаза. Смотрит. Замечает как эту серую радужку начинает размывать блестящая влага. Бриллинг застыл. Наблюдает за тем как часто она моргает. Что…? Мужчина слез с неё. Затем с самой постели. Выдохнул. Дурак. У самого контроль слетел на несколько секунд. Но короткое мгновение поцелуя всё равно того стоило. Ещё раз бросив на неё взгляд, он молча вышел из комнаты. По пути к своему кабинету, он отдал команду парням не выпускать её из дома.