Незаметные люди

На следующий день Рон зашел в Скотланд-Ярд к Лестрейду сразу с кофе и пончиками на двоих — по себе знал, что сообщать плохие новости нельзя на голодный желудок. — Швобски — тоже сквиб, — с порога сообщил он. Грег посмотрел на него, и Рон заметил синяки под его глазами — будто тот не спал всю ночь. Рон мог его понять: он тоже сомкнул глаза всего на пару часов. — Значит, мы ищем убийцу сквибов? Рон кивнул, потом вздохнул: — Мне нужно поставить в известность Аврорат. Скорее всего, дело у вас заберут. Убийца явно знаком с волшебным миром. — Но и с нашим знаком тоже, — резко отозвался Грег и поднялся. — Я не отдам это дело. Скотланд-Ярд тоже должен работать здесь. Вы не справитесь без нас. — Я знаю это… Но не уверен, что Эксли меня послушает. Несколько мгновений они молчали, глядя друг на друга. Потом Лестрейд устало сказал: — Понимаю. Спасибо, что предупредил. И только когда Рон уже собирался покинуть его кабинет, Грег снова окликнул его: — Не уверен, что это поможет, но мы выяснили, что Стефан Швобски ездил за границу каждые несколько месяцев.

***

Перед тем, как идти к Эксли, Рон быстро набросал план действий. Перед ним стояла сложнейшая задача: не только объяснить главе Аврората, с какой опасностью они столкнулись, но и убедить его позволить магглам участвовать в решении проблемы. Едва он зашел в кабинет, Эксли не сдержал тяжелый вздох: — Слишком рано для общения с тобой, Уизли. Рон не мог с ним не согласиться, но удержался от ехидного «это взаимно, сэр». — Позавчера был убит Стефан Швобски. Вчера я получил подтверждение из польского Аврората, что он был сквибом. Как и убитая Маргарет Миллс. Эксли спросил, не сводя взгляд с Уизли: — Насколько вероятно, что это всего лишь совпадение? — Сомневаюсь, что это совпадение, сэр. Оба убиты в своих квартирах, следов взлома не обнаружено. Оба скончались от удара по голове. Оба были нелюдимы и были сквибами. Слишком много схожего, чтобы списать на обычное совпадение. — Я понял тебя, Уизли. Собирай всех. — Еще кое-что, сэр. Детектив Лестрейд из Скотланд-Ярда может помочь нам в нашем расследовании, так как обе жертвы смогли обустроиться в мире магглов. Он поможет с опросом свидетелей… — Он маггл, Уизли. — Он знает о волшебном мире! — И это знание спасет его от авады? Рон чуть не поперхнулся воздухом. Эксли смотрел серьезно, и Уизли сразу понял, что тот вовсе не издевается над ним. Был ли готов Рон взять на себя ответственность за жизнь Лестрейда, если тот попадет в бой с преступником-магом? Был ли сам Рон готов так рисковать, защищая не только самого себя, но и безоружного маггла? — Не спасет, сэр, — ответил Рон, потом набрал воздуха и выпалил, боясь передумать: — Но я могу. Эксли долгую минуту смотрел на него, потом кивнул.

***

На общем собрании Эксли объявил о двух убийствах сквибов за два дня. Это произвело вполне ожидаемый эффект: все сразу же предположили, что это дело рук приспешников Пожирателей или других сторонников чистоты крови. Эксли поручил проверить всех магов, замеченных в подобных акциях. Рон выловил после собрания Гарри и поделился своими мыслями: — Не думаю, что происходящее связано с ненавистью к сквибам. Слишком все… продуманно, что ли. Понимаешь? Гарри не понял, но поддерживающе хлопнул по плечу и сказал: — Я верю твоей интуиции, Рон. Это было слабым утешением. Рон снова отправился к Лестрейду. Но тот, казалось, совершенно не обрадовался новости о том, что ему позволено продолжать расследование: — Не совсем понимаю, чем я могу быть полезен, если кто-то из ваших из ненависти убивает людей. Лестрейд выглядел разозленным, словно ситуация лично его задевала. Рон нахмурился: — Я не думаю, что здесь дело в ненависти. — Но твое начальство считает, что сквибов убивают, потому что они… отбросы вашего прекрасного сообщества. Теперь сарказм в речи Грега звучал неприкрыто. Рон даже растерялся, но попытался объясниться: — Слушай, сам посуди: жертвы, похоже, лично знали нападавшего. Миллс пустила его в дом, а Швобски даже достал огневиски, чтобы его угостить! И потом, их убили по-маггловски, если бы это были наши фанатики, то они бы точно использовали аваду… убивающее заклятие. А перед этим еще и помучили бы! Именно так делали приспешники Волд… в общем, неважно. Не стоило Лестрейду слишком много знать. — И к тому же, — продолжал Рон, — разве такие убийства не должны сопровождаться каким-нибудь заявлением? А тут преступник как будто вообще не хотел, чтобы мы знали… Он вдруг замер. Лестрейд нахмурился: — Что? — А ведь мы могли бы и не узнать… — тихо сказал Рон. — Мы могли бы и не узнать про связь Швобски и Миллс! Если бы Аманда Эйвери не позвонила в Аврорат, возможно, между этими убийствами никто бы не обнаружил никакой связи! — И тем не менее, связь явно была, — сказал Лестрейд и поднялся. — Надо разобраться с этим.

***

Они потратили целый день, чтобы в очередной раз перебрать все, что у них было на обе жертвы, но так и не нашли ничего, что могло их связывать. Ничего, кроме того, что оба были сквибами. — Я так больше не могу, — устало сказал в конце концов Рон и оттолкнул от себя бумаги. — Вернусь завтра, может, что-то новое сможем обнаружить. Уже на выходе из офиса Лестрейда его поймал патронус Гарри. — Рон, — друг явно был напряжен, — отправляйся в Лютный. Нашли еще одну жертву. Не удержавшись от крепкого ругательства, Рон трансгрессировал. Пока он шел по переулку, в висках стучало, что он ошибся, и в Лондоне на самом деле появился убийца, избавляющийся от сквибов. Это в голове не укладывалось: он, конечно, видел столько дерьма за время работы аврором, и все же — столь хладнокровные и спланированные убийства на почве ненависти?.. Они слишком привыкли к тому, что в их мире наступило спокойствие и порядок после того, как последние Пожиратели были пойманы и отправлены в Азкабан, но, похоже, эта ненависть к не-таким никогда не исчезнет полностью. Рон чувствовал усталость и подступающую тревогу. Последние дни шли в бешеной скачке, но раньше он испытывал желание поймать убийцу. Теперь же он знал, что люди на самом деле в опасности, что преступник продолжит убивать, пока они его не поймают… Такие, как он, никогда не останавливаются. Конечно, теперь по его следу шли и Аврорат, и Скотланд-Ярд. Они справятся. Они смогут его поймать и спасти людей. В конце концов, именно ради этого Рон когда-то и стал аврором. Когда он дошел до места преступления, там уже столпился почти весь Аврорат. Заметив его, Эксли кивнул, и Рон протиснулся к нему ближе. — Элтон Виг, — сказал Эксли. — Двадцать семь лет. Местный алкоголик. Маргинал, в общем. Числится в министерских списках как сквиб. Рон перевел взгляд на тело: парень, казавшийся со спины почти мальчишкой, лежал лицом вниз на мокрой мостовой. Его череп был пробит, рядом валялся булыжник со следами крови. — Магия? — спросил Рон. — Никаких следов, — ответил ему кто-то. Рон отошел от тела, не выдержал, достал сигареты, закурил. Отметил, что руки немного тряслись. — Первый маньяк, Уизли? — спросил незаметно подошедший Эксли. Рон вздрогнул. — Понимаю, — протянул глава Аврората. — Первый раз всегда тяжело. Представить, что кто-то убивает просто потому, что хочет… и делает это так хладнокровно, расчетливо. Исподтишка. Это не то, к чему привыкаешь на войне. Пожалуй, это был первый раз, когда Эксли вслух признал, что Рон прошел войну. Обычно он говорил об этом только как о мальчишеском геройстве и подростковых приключениях. Но сегодня, видимо, был настроен на лиричный лад. Рон докурил и повернулся к главному аврору. — Это не серия, — сказал он тихо, но твердо. — Это убийство совершил другой человек. — С чего ты взял? — Этот парень был убит на улице, а не у себя дома. И преступник оставил орудие убийства на месте. Не сходится. — Но он тоже сквиб. И способ убийства совпадает. — Совпадение. Я уверен, что это совпадение. — Три убийства сквибов в Лондоне за три дня, и ты называешь это совпадением?! — Убийство Миллс и Швобски связаны. Это — нет. — Уизли, — в голосе Эксли послышалась усталость, — я понимаю, что тебе не хочется признавать, что у нас завелся маньяк, убийца сквибов. Но нам нужно признать это, чтобы защитить остальных, понимаешь? Иди домой, выспись. Завтра будет сложный день. Спорить с Эксли было бессмысленно. Кивнув на прощание, Рон направился в сторону Косого переулка. Ему срочно требовалось выпить. К Джорджу он завернул, не задумываясь. Тот, как оказалось, уже собирался спать: встретил Рона в пижаме и с недовольным видом. — Ну ты даешь, братец! Время-то видел? Потом прищурился, вглядываясь в лицо Рона. — Случилось чего? Рон не хотел рассказывать, но Джордж так искренне переживал, что Рон не сдержался и кивнул: — Чувствую себя идиотом. — Ну, чувства тебя не обманывают, — хохотнул братец, потом посерьезнел. — Расскажешь? Спустя полчаса они сидели у Джорджа на кухне, и Рон допивал сливочное пиво, которое нашел заботливый братец. — Мда, дела… — пробормотал Джордж, услышав всю историю. Рассказывать брату о произошедшем Рон не боялся — все равно уже завтра утром весь магический мир будет знать, что началась охота на сквибов: наверняка репортеры «Ежедневного пророка» все успели пронюхать. Еще бы, столько авроров в Лютном! Даже во время облав такого не было. — Так глупо, — тихо сказал Рон. — Никто бы не озаботился смертью этого бедняги Элтона, если бы министерство так не боялось возрождения идей Волдеморта. Все-таки они лицемеры, и я… — Подожди-подожди, — вдруг сказал Джордж и нахмурился. — Элтон? Элтон Виг? Паренек из Лютного? Это его убили? — Да… ты знаешь его? — Нет, но… — Джордж замолчал на мгновение. — Он заходил сегодня. Он частенько заходит, просто поглазеть, денег-то у него нет. Я не выгоняю: он, кажется, парень не совсем в себе, слабоумный, что ли. А сегодня пришел с деньгами. — С деньгами? Купил что-нибудь? — Да. Я поэтому-то и запомнил! Он купил любовное зелье. Я его еще спросил, мол, зачем ему эта глупость. А он говорит, что у них флакончики такие красивые… И откуда только деньги взял, не пойму… Рон его уже не дослушивал. Он вскочил на ноги. — Джордж, спасибо, я к тебе завтра забегу. Спасибо! И, едва выйдя из магазина, трансгрессировал к министерству. Ему срочно нужно было попасть в Аврорат и поговорить с Эксли. Потому что он точно помнил, кто еще покупал любовные зелья у его брата и был связан с убийством сквиба. А ведь он сразу понял, что с Амандой Эйвери что-то не чисто!