Leave no way out

Гарри не сомневалась, что Грюм и был тем, кто бросил её имя в Кубок Огня. Снейп пусть и был редкостным гадом, но никогда не хотел навредить ей по-настоящему. По словам Тео, Каркаров давно отрёкся от пожирателей, предав их и выдав непойманных сторонников Волдеморта. После такого директор Дурмстранга не стал бы рушить новую жизнь. Других подозреваемых, кроме бывшего аврора, не было. А тот с самого начала ей не понравился, возможно даже больше Снейпа, с того самого момента, как он осмелился показать студентам непростительные заклинания. Девушка ещё долго не могла выбросить из головы, как несчастный фрин мучился под Круциатусом. Невиллу так вообще снились кошмары, — по словам Симуса, о том, как Беллатриса Лестрейндж пытала его родителей. Но наведённого на учеников ужаса лже-Грюму показалось мало, поэтому Зловещий Глаз учил ребят применять Империо друг на друге и противостоять ему. Поттер не знала, на что он рассчитывал, но из всей группы только у нескольких, в том числе у неё, получилось под конец понять, что её заколдовали. Сопротивляться, пусть и простым велениям, у неё не выходило. Ей это казалось неприемлемым, но от жалобы директору её останавливало только то, что он и нанял нового учителя. Сейчас же гриффиндорка пыталась вытолкнуть магию, сковывающую её разум. Как и в прошлые разы, она находилась в неосязаемом куполе из вязкой тьмы, окутывающем её подобно океану, в котором развели кубометры нефти. По крайней мере, Гарри на ум приходило такое сравнение. Как только заклинание чувствовало сопротивление, тут же начинало давить на разум девушки, подавляя её волю с каждой секундой всё сильнее. Ей казалось, что она находится между молотом и наковальней. Стоит этой каменной глыбе сдвинуть её с места, сталкивая в пропасть, — и Гарри проиграет. Лишь страх за друзей, злость на врага, себя и надежда не давали ей сдаться от усталости. Постепенно давление пропадало, тело начинало лучше ощущаться, а затем появились звуки. Гарри поняла, что её связали и оставили лежать на чём-то очень твёрдом, предположительно на полу. Стараясь не подавать виду, что она пришла в себя, Поттер прислушалась. Кто-то ходил неподалёку и тихо ворчал. Девушка сразу же узнала этот голос. От шока она вдохнула слишком сильно, отчего скопившаяся на полу пыль залетела ей в нос. Сдержать чиха Гарри не смогла. — Смогла сбросить Империо? Похвально, не зря потратил на тебя сколько времени, — издав злорадный смешок, произнёс пожиратель в чужом обличии.

***

Некоторое время тому назад

— Что тебе нужно, Рон?! — крикнула Гермиона на весь коридор, вырывая руку из цепкой хватки Уизли. — Поговори уже со мной. Не делай вид, что меня нет. Ладно Гарри: Нотт ей совсем мозги запудрил. Но ты-то что? — Рону хотелось добавить: «Ты ведь не собираешься, как и она, променять меня на не пойми кого?!» — но он сдержался, понимая, что девушка из-за этого опять «вспылит». — Я ведь не сделал ничего предосудительного! — В том, чтобы хватать меня за руки и думать, что все вокруг тебе что-то должны, действительно нет ничего предосудительного, — съязвила Гермиона. — Уж кто и думает, что мир крутится вокруг него, так это ты. — Приняв расширившиеся глаза Грейнджер за вопрос, Уизли решил выложить всё, что думает о «дружбе» девушки с болгарином: — Ты правда считаешь, что для него ты не обычное развлечение? Да пойми, наконец, у него таких, как ты, десятки! — Не лезь не в своё дело, тебя это не касается! Да, после Святочного бала Гермиона постепенно начала охладевать к Виктору как к парню. Он был слишком спокойным, как Теодор, а ей хотелось искры. Чтобы сердце трепетало, а будни не превращались в монотонность. Но это не значило, что она позволит унижать его и себя. — Не переживай, я могу о себе позаботиться, поэтому перестань допекать меня. — Ты можешь хоть раз меня послушать, а не считать себя самой умной и всезнающей?! — Видеть тебя не желаю! — прошипела Гермиона. Она не знала, намеренно Рон или нет упомянул её «всезнайство», про которое вечно шептались за её спиной. Это не так важно, в отличие от неумения Уизли думать прежде, чем молоть всё, что придёт в голову. К глазам девушки начали подступать слёзы, но ей удалось их сдержать. Она не будет больше плакать, точно не из-за этого бесчувственного чурбана. Ей были дороги совместные испытания и время, проведённое вместе, но это точно не стоило того, чтобы пересиливать себя в настоящем. Пока Рон не начнёт слушать и уважать её решения, она не станет вновь его подругой. Гермиона резко развернулась, отчего распущенные волосы встрепенулись, рассекая воздух. Ей не хотелось оставлять Гарри одну так надолго. Кончики волос ненароком задели веснушчатый нос, и это стало для парня последней каплей. Вся его жизнь рушилась на глазах: дружба трещала по швам, первая симпатия предпочла ему другого, а родным не было дела до его проблем. Не отдавая себе отчёта, в неосознанном порыве удержать ускользающее сквозь пальцы счастливое прошлое он схватил девушку за руку. — Отпусти, мне больно! — Гермиона отдёрнула руку, но хватка на ней не ослабла. Лицо девушки скривилось от обиды. — Ты переходишь… Возмущённую браваду гриффиндорки прервал окрик, от которого Уизли оцепенел. — Отвали от неё, Уизл. Неужели не видишь, что она тебя знать не хочет? В мгновение ока Драко Малфой пересёк коридор, стоило ему только увидеть их ссору. Следом за ним семенила Панси Паркинсон, весьма заинтригованная тем, что произойдёт дальше. — Нет, это ты отвали! Не суй свой мерзкий нос не в своё дело! — рыкнул Рон, словно символ своего факультета, краснея до ушей, но хватку не ослабил. Наоборот, пальцы невольно ещё сильнее сжались от переполнившей его злости. Грейнджер пискнула, но парень даже не повернулся в её сторону. Воспользовавшись заминкой бывшего друга, девушка свободной рукой стала разжимать стальную хватку, буквально отрывая мужские пальцы от запястья. — Что ты творишь, Рон?! Немедленно отпусти меня! — Но на возмущения девушки рыжий парень не обратил внимания. — Щас ты у меня получишь, Хорёк! — Лицо гриффиндорца исказилось разъярённой гримасой, и он сломя голову, отпустив начавшее белеть запястье, набросился на лыбившегося блондина, который точно не ожидал, что на него полезут с кулаками. Удар пришёлся слизеринскому ловцу в скулу. Драко отлетел, отступая на несколько шагов, но не упал. В его льдистых глазах, словно пламя, вспыхнул гнев, который поглотил разум Малфоя. И тот, позабыв о своём воспитании и магии, с разгона налетел на гриффиндорца. Какое-то время парни пытались оставить кровоподтёки на лицах друг друга, но в итоге Уизли повалил оппонента на каменный пол, придавливая того массой. Не став тратить время на поиск кого-то из профессоров, Грейнджер достала палочку и обездвижила обоих. — Что за?! Отпустите, я задам этому хорьку! — Разумеется, сразу после того, как мама узнает, что ей опять придётся выслушивать от Макгонагалл жалобы на твоё непозволительное поведение. — Голос старшего брата, по совместительству старосты, охладил пыл Рона. Тот затравленно оторвал взгляд от Драко, которому помогали подняться, переводя его на злого, как их семейный сыч, Перси. — Да что ты понимаешь, он… Но Рона прервало Силенцио брата. Затем Перси поднял его за шкирку, как нашкодившего котёнка, и повёл в башню факультета. — Нет, Драко, я, конечно, говорила тебе действовать как мужчина, но я имела в виду перестать трусить и пригласить её на свидание, а не устраивать дуэль на кулаках за сердце прекрасной дамы. Это двести лет как вышло из моды. — Панси приложила все усилия, чтобы не рассмеяться, смотря на начавшую синеть скулу приятеля. — А тебя никто не спрашивал. Молчи лучше! — зло прикрикнул он на неё, кося настороженный взгляд на Гермиону, стоящую неподалёку. Она, в свою очередь, смотрела на слизеринца со смесью задумчивости и неверия на лице. Серый и карий взгляды встретились, в каждом теплилось море вопросов и страх ответов. Две фигуры молча застыли, позабыв о творящейся вокруг суете. Время застыло для них, забрав с собой предрассудки и препятствия. Всего за мгновение они успели прочувствовать этот сладковатый привкус на сердцах и пожелать продолжения. — Гермиона, не знаешь, где Гарри? — вспышкой пронеслась между ними фраза, возвращая в здесь и сейчас. Девушка резко обернулась, глазами прося Теодора повторить сказанное. Тот нервозно вздохнул, мысленно убеждая себя, что всё с его возлюбленной в порядке. Но здравый смысл, как назойливая мартышка, продолжал бить в тарелки в его голове. — Гарри сказала, что будет с тобой на мосту, но её там нет, не знаешь, куда она могла пойти? Грейнджер растерянно мотнула головой. Неприкрытое беспокойство читалось на лице Нотта. Он оставил свою девушку, поверив в то, что она не останется одна, и теперь жалел об этом. Всю дорогу от совятни ему жгло грудь неприятное предчувствие. Если с Гарри что-то случится он себе во веки веков этого не простит.

***

— Кто ты и что сделал с Гермионой? — сказала Гарри прежде, чем осознание пришло к ней. Её от природы бледное лицо окончательно превратилось в мел, когда рука дотянулась до пустого чехла для палочки. Пожиратель в облике Грейнджер направил палочку на девушку, и она оторвалась от дощатого пола. Оказавшись в невесомости, Поттер попыталась опереться на пол, но мыски прошлись в нескольких дюймах от пола. «Грюм», — в который раз пронеслось в её голове, когда гриффиндорка рассмотрела направленную на неё палочку, принадлежавшую профессору ЗоТИ. — Лучше побеспокойся о себе, а не о грязнокровке, — сказал пожиратель и прислушался к шуму, доносившемуся снаружи. Девушка оглядела запылённое и захламлённое тёмное помещение. Старая сломанная мебель с неопознаваемой обивкой валялась у облезлых стен. Горизонтальные поверхности хранили на себе толстый слой пыли. Единственным источником света, помогавшим Поттер, был Люмус. Раздался скрежет, и Гарри на голову посыпалась рыхлая земля через щели в потолке. Знакомый интерьер сразу дал понять, что её утащили в убежище под Визжащей Ивой. — Когда же вы уберётесь, мерлиновы болгаре?! Время кончается, — донёсся до неё злобный шёпот врага. «Похоже, меня куда-то вели, но кто-то набрёл на нас, поэтому Грюм решил спрятаться. Я нужна ему живой», — пронеслось в голове Гарри, пока она снимала с пальца кольцо Тео. Девушка находилась посередине комнаты, где ещё в прошлый раз всё было снесено к краям, поэтому провернуть всё тихо не представлялось возможным. — Помогите! Я под… Девичий крик прервался резким жестом пожирателя. Девушка почувствовала, как врезалась в стену, а боль от спины перешла на всё тело. Она закашлялась, задыхаясь пылью. Но под её крик и общий грохот «Грюм» не услышал, как что-то со звоном упало на пол и покатилось к старому креслу. Глаза «подруги» зло блеснули в темноте, после чего губы стали растворяться, превращаясь в ровное полотно кожи, а тело стали оплетать корни. Находясь под Империо, девушка отдала пожирателю родную и запасную палочки. Из-за этого она сейчас себя очень корила, пусть в этом и не было её вины. Невербальными чарами она не владела. Теперь ей оставалось только ждать помощи извне и отвлекать «Грюма», чтобы её не утащили в другое место. «Идиотка! Какой леший потянул меня на мост? Ничему жизнь не учит». — Ути-пути, посмотрите, какие мы грозные. Пожиратель продолжал усмехаться, медленно приближаясь к Гарри, которая продолжала испепелять его взглядом. Ярость в её глазах бушевала зелёным огнём. Ей было невыносимо видеть эту уродливую гримасу на лице лучшей подруги, почти сестры. Хотелось вырваться из пут и — впервые за долгое время — разбить кому-то лицо. — Но ты поубавь гнев, нам ещё дела вместе делать, — попытался смягчить тон пожиратель, но презрение на лице выдавало его с головой. «И как только ему удавалось так долго это скрывать? Он смотрит так, будто я лично его маму убивала». — Подумать только, какой-то мелкой пигалице удалось убить самого великого Тёмного Волшебника. А единственная оставшаяся память о нём — шрам на лбу его убийцы. Я долго думал об этом и пришёл к выводу, что это точно неспроста. Великая магия всегда оставляет свой след. Возможно, ОН прав и моего Повелителя можно воскресить. Рука «Гермионы» потянулась к лицу Гарри, отчего та попыталась отодвинуть голову, с омерзением смотря на конечность. Корни не поддавались, обхватывая её тело, словно гоблин — сокровище. К её счастью, пожиратель тут же одёрнул руку и повернулся к входу. Его что-то отвлекло. Гриффиндорка мысленно прикоснулась к почти заросшему шраму, смутно напоминавшему молнию, на лбу. Все эти годы он её не беспокоил, временами она даже могла забыть о его существовании. «Так, значит, он возник из-за Волдеморта? Сириус однажды пошутил, что это мой отец не уследил и я просто упала с детской метлы. Как глупо! Такая детская сказка, а я в неё поверила. Как выберусь — обращусь с этим к Дамблдору или целителям Мунго». Какой бы смелой и решительной ни была гриффиндорка, но даже у её самообладания был предел. Гарри потряхивала мелкая дрожь, воздуха, поступающего через нос, стало не хватать. В глубине души ей хотелось расплакаться. Её взгляд устремился налево, на скрытый за балками выход. Сверху странных шумов больше не доносилось. Ещё немного — и «Грюм» снова наложит Империо, уведя неизвестно куда. «Вряд ли я выгляжу прекрасно, скорее как огородное пугало. Что, если сделать вид, будто теряю сознание и задыхаюсь? Он либо снимет Силенцио, либо освободит от пут, тогда можно попробовать выбить у него из рук палочку. Под оборотным он слабее, чем я». — Девушка мельком взглянула на хрупкую фигуру «подруги», подтверждая мысль, и, закатив глаза, стала тяжело и прерывисто дышать. Издали это и правда наводило на мысль, что у пленницы случился припадок. Но цепкий, разочарованный взгляд пожирателя говорил об обратном. — О, ну не устраивай тут спектакль, я на него не поведусь, — очень манерно, будто играя в театральной пьесе, протянул «Грюм», плавно махнув руками. Это немного шокировало Гарри, и она на секунду прервалась, невольно обдумывая услышанное. — О, попалась! — радостно рассмеялась лже-Гермиона. Поттер растерялась. Ей показалось, что пожиратель сходит с ума. Будто сейчас наружу выходит одна из его истинных сущностей. Эксцентричная актриса, которая воздвигла вокруг себя подмостки и теперь плавает среди обитателей Хогвартса, как рыба в воде. Ведь не просто так ни она, ни Дамблдор не смогли обнаружить подмену. Но прежде чем Гарри успела что-то предпринять, фигуру напротив отбросило вправо. Она, как галька, полетела над землёй. Чары немоты тут же спали, позволяя Поттер вдохнуть полной грудью. — Гарри! Ты в порядке?! Девушка ощутила дежавю. Тео и Гермиона, со смесью ужаса, беспокойства и облегчения на лицах, уже неслись к ней. Когда корни перестали душить тело гриффиндорки, её опять стиснули, но уже в объятиях. Поттер не знала, ей радоваться, что она так дорога, или жаловаться на боль в рёбрах. — Я цела, не нужно меня душить. Тео просто молчал, девушка слышала бешеный стук его сердца. Гарри всмотрелась в лицо подруги: её не покидало беспокойство, что и эта окажется подделкой. Но направленный на неё счастливый, лучезарный взгляд, в котором остались следы искренней тревоги, говорил об обратном, что притупило паранойю девушки. — Видишь, я в порядке, дай мне продышаться. Поттер мягко отпихнула от себя Тео, и тот нехотя отступил. Парню хотелось очень много приятного и не очень сказать этой егозе, как магнит притягивающей неприятности, но он промолчал. На его взгляд, сейчас нотации не имели смысла: Гарри и так пережила сегодня слишком многое. У него будет ещё куча времени разнести её гриффиндорскую неосмотрительность. — ? — Нотт со злостью оглядел две Гермионы в помещении. — Вот этот наложил на меня Империо. И что-то говорил про воскрешение того-кого-нельзя-называть. — Гарри некультурно показала пальцем на пожирателя, которого уже скручивал Снейп, а за сим наблюдал директор Дамблдор, отменяя действие оборотного зелья. Тело юной девушки тут же начало корёжиться и биться в судорогах, словно оно состояло не из плоти и крови, а твёрдой глины, которую сейчас с усердием месили. Нежная розовая кожа становилась грубой и покрытой большими жёлто-коричневыми пятнами. Фигура вытянулась на две головы и налилась дряблыми мышцами. Пожирателем оказался худой, с болезненным лицом мужчина, который с некой безуминкой в глазах смотрел на окружающих. — Да, Нотт, у тебя жёсткая конкуренция. И тут взгляд Поттер заметил белобрысую фигуру, оставшуюся стоять у входа. Её брови взлетели вверх: Малфоя она никак не ожидала увидеть в группе её спасения. «Что он здесь забыл?» — Она вопросительно посмотрела на Гермиону. — Барти Крауч! — воскликнул Дамблдор. — Младший, — добавил пожиратель, трепыхаясь в руках Снейпа, как рак в кипящем масле. — Уверен, что судьям Визенгамота будет очень интересно, как ты переодевался маленькой девочкой, — прошипел змеёй сквозь зубы Снейп, грубо хватая преступника за плечо. — А что вы хотите, чтобы я сказал?! Что у меня не было выхода?! Да, у меня его не было! — И тебе это точно понравилось, — закончил за него Снейп. — Нужно вывести его наверх. Полагаю, он держит Аластора в личной комнате, — тихо и уверенно проговорил директор, прокручивая в руках палочку соратника. Профессор зельеварения кивнул и, ни капли не церемонясь, потащил пожирателя к выходу. Крауч кричал что-то бессмысленное, но никто больше не обращал на него внимания. Дамблдор обратил свой пристальный мудрый взгляд на Гарри. Она выглядела плохо, но стойко держалась, не желая показывать слабость. — Нам нужно поговорить о том, что случилось, Гарри. — Директор посмотрел на неё сквозь очки-половинки. Поттер знала: он так делал, когда хотел подбодрить, а после всегда говорил что-то малоприятное. — Пусть Волдеморт мёртв, но таких, как Барти, немало, поэтому держись друзей. Задумчивый взгляд переместился на Теодора. Старик на секунду призадумался и улыбнулся краешком губ, словно одобрял выбор девушки. — Пароль — шоколадные лягушки, — уходя, сказал директор. — Бедовая я у тебя. — Гарри было одновременно грустно и смешно от этой простой истины. Нотт поднял глаза к потолку, будто там был написан ответ, растрепал волосы и улыбнулся. — Грейнджер, пошли, оставим этих голубков, — нахально улыбнулся Драко и некультурно махнул головой в сторону ушедших профессоров, продолжая не отрывать заинтересованного взгляда от кудрявой гриффиндорки. Та оглянулась на стоящих подле друг друга Нотта и Поттер, а затем кивнула со словами: — Так что там Панси говорила о… — Гермиона повернулась к выходу, заправляя волосы за ухо. — Тебя это не касается! — Малфой тут же оторвался от разглядывания её лица и обогнал девушку. — Разве? Тогда почему ты покраснел? И тогда, и сейчас? Слизеринец продолжал молчать. — А теперь вообще будто зелье «Алый закат» выпил. Ответ Драко, если он и был, Гарри не услышала, да и не интересовало её это. Сейчас все её мысли занимал человек, стоящий напротив. — Что-то мне подсказывает, на этом твои приключения не закончатся, — хитро усмехнулся Тео, приобнимая девушку. Её взгляд зацепился за чёлку парня, которая то и дело лезла ей в глаз. — Составишь мне компанию? — Она расправила плечи и привстала на мысочки. Теперь их лица были на одном уровне. Чёрная бездна смотрела в небесную синеву, и ничто не стремилось поглотить другое. Никаких искр, никакого пожара, но они и не нужны, чтобы создать нечто вечное и прекрасное. — Тебе не кажется, что задавать вопрос, когда ответ очевиден, бессмысленно? Сухие тёплые губы коснулись уст Гарри, и пережитое для неё померкло. Пусть пара находилась среди тлена и разрухи, но рядом друг с другом всё вокруг для них расцветало, как под лучом весеннего солнца пробивается из-под снега первоцвет.