Leave no way out

Девичья фигура бежала в тени плотной живой изгороди. Ей казалось, что непрекращающийся лабиринт шириной в человеческий рост достигает неба. Из-за поворотов доносились нечеловеческие крики неизвестных тварей, что только прибавляло сил чемпионке. Женский крик, похожий на вой банши, всколыхнул листья живой изгороди и пронёсся над лабиринтом, заставляя сердце сжаться. «Флёр», — подумала Поттер, уворачиваясь от толстой лозы, желавшей сбить её с ног, но ловец увернулась. Пробежав ещё немного и не заметив желания её убить у растительности, Гарри остановилась, чтобы отдышаться. Лёгкие горели. Девушка держала палочку наготове, вертя головой из стороны в сторону. Ей казалось, что твари, чьи жуткие рыки доносились из-за поворотов, вот-вот её нагонят. Каждый участок лабиринта походил на предыдущий. Также ориентированию мешал туман, что белёсой дымкой, обволок всё вокруг, преграждая обзор. Гриффиндорка в нервном жесте поправила очки, закреплённые на лице магией, и поняла, что давно заблудилась. Она уже не знала, близка ли к центру или стоит ей повернуть за угол, как она окажется рядом с трибунами. Большой палец дотронулся до кольца на указательном пальце этой же руки. Простое, серебряное, с мелкими рунами, оно сидело, как влитое. «Если случится что-то непредвиденное, сними его, тогда моё кольцо потеплеет», — раздались в голове девушки слова Тео. — Надеюсь, он поспеет вовремя, а не найдёт мои останки, — нервно хмыкнула она. Со стороны, откуда пришла Гарри, послышалось какое-то копошение. Она отправила туда струю Агуаменти, следом замораживающие чары, и сразу сорвалась с места. По сторонам мелькали зелёные стены, а прямой путь не заканчивался, только изредка сворачивал. Когда впереди, наконец-то, появилась развилка, сзади послышался рёв. Она обернулась — ничего, но что-то мелькнуло в тенях. Гарри выставила палочку, готовясь атаковать. — Седрик, — почти прохрипела гриффиндорка, переставая целиться в высокую фигуру. — Гарри! — Диггори улыбался во все тридцать два зуба, будто вместо неё видел заветный приз. Он опустил руку с палочкой, но по его напряжённой позе было ясно, что он оставался начеку. — Я уже было думал, что это твои чары. — Как видишь, удача меня ещё не покинула. — Девушка издала тихий смешок, стараясь успокоить себя и взвинченного парня. Но он не улыбнулся, оставаясь похожим на Снейпа. Сейчас барсук напоминал Гарри именно его. — Пригнись! — резко закричал он, и девушка, не раздумывая ни секунды, легла на землю. — Экспеллиармус! Из его палочки вылетел красный луч и пролетел над Поттер. Позади неё упало тело. Не уставая, она развернулась и увидела смирно лежащее тело Крама. Его грудь, окутанная туманом, едва заметно вздымалась, показывая, что болгарин ещё жив. Гарри подскочила и отошла к Диггори, продолжавшему наставлять палочку на поверженного противника. — Он не целился в тебя, пусть ты и стояла спиной. — Диггори настороженно оглядел тело чемпиона Дурмстранга. — Когда мы столкнулись, он просто прошёл мимо. Очень странно, если учесть его агрессивные намерения только что. Седрик недоверчиво посмотрел на вставшую Гарри. Она тяжело дышала и была растеряна. Её спину давно уже не покидал неприятный холодок плохого предчувствия. — Это не я, — вздёрнула брови девушка и в отрицании замотала головой. Она осторожно подошла к Виктору и, взяв палочку из его рук, отпрянула, выпуская красный луч в небо. Стоило Поттер опустить голову, как тело болгарина заволокло лианами, которые втянули его в изгородь. — Понимаю. — Парень кивнул и, пока гриффиндорка отвлеклась, резко стартанул, побежав туда, где виднелось голубое сияние кубка. Заметив намерения друга, Гарри тихо простонала. Ей хотелось сдаться и не продолжать этот балаган. Девушка уже сто раз успела пожалеть, что не сделала этого раньше из-за взращённой ею же жажды победы. Три года ловцом и изматывающие тренировки по квиддичу очень этому способствовали. «Флёр выбыла, Крам не хотел навредить мне, а убрать Седрика. Всё делается для того, чтобы я выиграла. Что ОН задумал? Кубок, я ведь должна прикоснуться к нему?» — Седрик, подожди! — закричала Поттер, срывая голос, но Диггори не обернулся, а лишь ускорился, и ожившие ветви изгороди заслонили его фигуру. Девушка не смогла заставить себя продолжить стоять. «Если это готовилось для меня, то там точно нет ничего хорошего!» — восклицала её совесть. Чемпионка ринулась следом. Прыткие ветви и корни пытались ей помешать, схватить, но гриффиндорка оказалась проворнее и быстрее. Жёлто-коричневая кофта стала приближаться, но неожиданно пропала из виду. Сердце девушки пропустило глухой удар. Она уже было подумала, что опоздала и теперь тело парня разрывают лозы-переростки, но, приблизившись, Гарри увидела, как они лишь опутали Седрика. Чемпион барахтался на земле, пытаясь выбраться из мёртвой хватки. — Редукто! Светлый луч ударился о корни, и они, искривляясь, как в предсмертных судорогах, отступили. Подлетевшая девушка стала руками отдирать засохшие растения от тела юноши. Но так просто они не ушли, оставив на её руках порезы. Увидев, что больше барсуку ничего не угрожает, Гарри быстро затараторила: — Пожалуйста, услышь меня. Кубок — это ловушка. Не знаю, кому нужно, чтобы я выиграла, но это точно не закончится ничем хорошим, поэтому прошу тебя! Не трогай его! Поттер поделилась с ним всеми странностями и своими сомнениями, которые произошли в этом году и в третьем испытании. Пуффендуец мельком посмотрел на манящий свет кубка в плотной дымке, но слушал девушку внимательно. — И что же ты предлагаешь? Сдаться? — Его голос был наполнен недовольством и разочарованием. Нет, он не думал, что это всё уловка соперницы. Наоборот, он считал Гарри порядочной ведьмой, кроме того, она не раз выручала его на чемпионате. Поэтому своё сомнение он считал шитым белыми нитками. Слова парня ранили Поттер, но она не стала заострять на этом внимание. Решив, что с этим она разберётся потом, когда они будут в полной безопасности. Диггори встал и потянул чемпионку за собой. Но всё это время разгневанный лабиринт не спал, ожившие участки растительности волной уже приближались к ним. — Хорошо, но ты сдаёшься первая. Девушка кивнула и, крепко вцепившись в парня, запустила вверх сноп алых искр. Желание победить и прославиться уже давно сладко дремало в чертогах её нежадной души. Следом палочку поднял пуффендуец. На сером, закрытом тучами небе, как цветок фейерверка, расцвели два ярких всполоха. Ребята продолжали бежать под агрессивный шелест живой изгороди, когда на них с обеих сторон обрушились потоки из зелёных ветвей. Они обволокли тела чемпионов и затянули в свои колючие недра. Гарри словно вновь протащили в «Ночном рыцаре» через переполненные улицы города. Ей пришло на ум, что именно так и чувствуют себя вещи в сушилке. Через несколько минут её наконец выплюнули из плена на влажную, жёсткую землю. Кряхтя и потирая ушибленную спину, Гарри встала. Недалеко от неё отряхивался Седрик, продолжая сидеть на траве. Трибуны неровным хором загудели, а кто-то уже радовался победе Хогвартса. Заметив прибытие последних участников, часть оркестра нерешительно заиграла победную мелодию, а остальная часть оглядывалась и ждала указаний начальства. Члены жюри медленно спускались с помоста к чемпионам. Гарри огляделась. Делакур стояла поодаль и разговаривала со семьёй. Вокруг замершего истуканом Крама столпились целители и воздействовали на него какими-то заклинаниями. Возле своего чемпиона также мельтешил Каркаров, и, увидев Диггори с Поттер в числе сдавшихся, он диким зверем набросился на Дамблдора, подошедшего к ним. — Что за дела, Альбус?! Сначала эта девчонка наперекор правилам становится четвёртым участником, а теперь они добровольно выбывают! — Каркаров чуть ли не кричал и махал на гриффиндорку с пуффендуйцем. Сильно проступивший рычащий акцент делал его ещё более грозным и злым. Хотя, казалось бы, куда ещё? Как только Людо Бэгмен оказался возле него, мужчина повернул голову в его сторону: — И как теперь мы будем выбирать победителя?! По жребию?! — Игорь, прошу тебя, не стоит поднимать шум. Мы во всём разберёмся чуть позже. А сейчас, Гарри, Седрик, что произошло в лабиринте? Почему вы решили сдаться одновременно? — Дамблдор с пониманием заглянул в глаза сначала девушки, а затем юноши. Его умиротворённое выражение лица придало гриффиндорке уверенности. — Виктор вёл себя странно, меня чуть не убил, а Гарри…. — неуверенно начал Диггори и глянул на Поттер, — он её будто вообще не замечал. — Что ты хочешь этим сказать? — В голосе старика проскользнуло беспокойство. В этот момент к ней прорвались друзья, и Гермиона налетела на Поттер, чуть не сбив ту с ног. — Гарри, с тобой всё в порядке? По тебе вижу, что что-то случилось, — запричитала Грейнджер, переставая сдавливать грудную клетку побледневшей подруги. Теодор стоял рядом с ними и беспокойным взглядом оглядывал фигуру своей девушки. Постепенно его взгляд теплел, а сжатые от длительного волнения мышцы челюсти расслаблялись, делая слизеринца не таким мрачным, как его декан. Брюнетка уже было открыла рот, чтобы ответить, но буквы первого слова потонули в возгласе: — Кто-то наложил на него Империус! — Спешивший к ним целитель намеренно не стал приглушать голос, чтобы все поблизости услышали эту шокирующую новость. Зрители зашумели, кто-то даже выругался в адрес турнира и его организаторов. Преподаватели уже спустились с трибун и направлялись к директорам. — Это ты сделала? — сразу же навис коршуном над девушкой Каркаров. Не ожидавшая этого Гермиона отпрянула. — Нет, — твёрдо произнесла Гарри, не отводя глаз от колючего взора директора Дурмстранга. Нотт придвинулся к возлюбленной и, приобняв её, сказал: — Уверен, что организаторы во всём разберутся, мистер Каркаров, не стоит вымещать своё недовольство на девушке. Мужчина с неприкрытой неприязнью оглядел чемпионов Хогвартса и отошёл к Виктору, которого только что привели в чувство. Парень не понимал, что происходит вокруг, и с беспокойством смотрел на людей, собравшихся на поле. Каждый из чемпионов ещё раз рассказал, только теперь с самого начала и в подробностях, что произошло с начала третьего испытания. Крама заколдовали, из-за чего он напал на француженку, а затем на Диггори. Постепенно лица взрослых волшебников становились всё мрачнее и мрачнее. Под конец иностранные гости стали враждебно поглядывать на британцев. Чтобы как-то разрядить обстановку, расследование и выяснение всех деталей Бартемиус Крауч решил отложить, а сейчас дать подросткам отдохнуть и зрителей отправить по домам. — Гарри, с тобой было приятно соревноваться. — Седрик протянул девушке руку. Ему было неловко от своего поведения, поэтому ему хотелось как можно скорее сбросить этот груз с сердца. — Мне тоже. — Поттер примирительно пожала его руку. На её лице появилась робкая улыбка. Уже через несколько часов она стояла в одиночестве на мосту. Почти в одиночестве. Мимо то и дело сновали студенты, изредка бросая на неё заинтересованные взгляды. Гермиона куда-то запропастилась. Судя по блеску в её глазах, она решила увидеться с Виктором. Тео ненадолго отлучился на совятню, чтобы отправить письмо отцу. Вряд ли кто-то решит напасть на неё сейчас у всех на глазах. А Гарри просто хотелось побыть в одиночестве, наедине со своими мыслями, последнее время ей этого недоставало. Слишком много внимания, которого она совсем не желала, навалилось снежным комом на голову. — Гарри, — как гром среди ясного неба раздался рядом взволнованный голос Гермионы. Поттер чуть ли не подскочила, оборачиваясь к подруге. Она до сих пор не могла отойти от смертельных испытаний турнира, находясь постоянно на стороже. Увидев её нервную реакцию, Грейнджер смущённо поджала губы: — Прости, не хотела тебя напугать. Всё ещё ожидаешь за углом увидеть дракона? На шутку подруги Гарри вымученно улыбнулась. Вроде и смешно, что она вздрагивает от каждого шороха, но, с другой стороны, самой от осознания этого становилось неприятно. Как бы выразилась тётя Петуния, пора лечить расшатанные окружающими нервы. — Ага. Думаю, драконы, русалки и мантикоры будут мне мерещиться на каждом повороте всё лето. — Уверена, что в объятиях Нотта будет куда менее страшно. Заметив, как Гарри остолбенела от очередной «шутки», Грейнджер сама сконфузилась. Голова с каштановыми кудряшками наклонилась вниз, и девушка нервным движением убрала непослушную прядь за ухо. — Прости, несу всякую чушь. Я разговаривала с Виктором, когда на нас налетел Малфой со своей шайкой. Вечно этому хорьку не сидится спокойно! Нужно обязательно до кого-то докопаться. — Мне казалось, он стал «взрослее»… — неуверенно предположила Поттер на эмоциональное недовольство подруги. Со дня окончания Святочного бала слизеринец делал вид, что не замечает их. Ну, как «их» — её. Похоже, Малфой решил не прерывать семейную традицию доставать Уизли. А его взгляды, «изредка» бросаемые на Гермиону, когда та не видит, говорили сами за себя. И Гарри даже не знала, как к этому отнестись, поэтому решила не лезть в личную жизнь подруги. — Видимо, только на время. Виктор ему хорошенько вмазал, а он завопил, как… — Гермиона замялась, быстро глянув на чемпионку, после чего, встав сбоку от неё, быстро затараторила так, как обычно пыталась выложить всю прочитанную информацию Снейпу, пока тот её не прервёт: — Это неважно. Главное, что я поняла, кто мог кинуть твоё имя в Кубок Огня! Поттер резко повернула голову в сторону гриффиндорки, одним взглядом требуя выложить всё, что той известно. — Грюм. От услышанного брови чемпионки поднялись сами собой. — Ты уверена? Почему решила, что он предал Дамблдора? — Пока профессора разбирались, кто начал драку первым, он подошёл ко мне и сказал, что директор хочет поговорить с тобой в кабинете ЗоТИ. Мне показалось очень странным, что не в своём кабинете, а потом у меня сложилось два плюс два. Дамблдор вряд ли бы позволил сумасшедшему магу преподавать у нас. Даже чудаковатая Трелони на фоне Грюма, обучающего непростительным и превращающим учеников в животных, смотрится невинной овечкой. Ответ очевиден: это не старый друг директора. — Хочешь сказать, это он воровал ингредиенты для оборотного зелья? — Девушка вопросительно уставилась на подругу. Гермиона кивнула: — Нужно рассказать об этом Дамблдору, пока лже-Грюм не сделал свой следующий шаг. Теперь уже Гарри мысленно закивала, соглашаясь с каждым словом. — Я видела его, когда искала тебя. Он о чём-то спорил с Каркаровым по дороге к хижине Хагрида. — Дамблдора там может уже не быть, поэтому лучше сообщить это Макгонагалл. Она точно должна быть в замке. Если Грюма и правда подменил кто-то из пожирателей, то мне лучше из него не выходить. — Зелёные глаза задумчиво смотрели из-под опущенной головы. — Думаю, тебе нужно рассказать всё Теодору, пока Дамблдор отлучился. А я пока пойду к Макгонагалл. На словах о Нотте у Гарри тут же всплыл милый сердцу образ с еле заметной улыбкой и лукавым огоньком в глазах. С его поддержкой ей точно удастся убедить директора и профессоров, что Грюм может быть дементором в бульдожьей шкуре. Она машинально кивнула подруге и, огибая неспешащих прохожих на мосту, ринулась к холодным подземельям. Её ноги чуть ли не бежали, а сердце бешено билось, словно она вновь оказалась в лабиринте. Только теперь ей приходилось не прислушиваться, а высматривать в идущих сумасшедшего «аврора». Гости и ученики Хогвартса даже не оглядывались вслед спешившей знаменитости, поглощённые обсуждением «фееричного» прекращения турнира и того, кого же назначат чемпионам. Но стоило Поттер оказаться в пустом коридоре, ведущем к змеям, как ей впервые в жизни захотелось увидеть хотя бы Снейпа, потому что лишь подрагивающие факелы не давали ей погрязнуть в тишине. А такие мысли её не посещали, даже когда считавшийся преступником Сириус Блэк проник в гостиную. — Теперь точно поеду на море, — прошептала она одними пересохшими губами. «Полежу в безмятежности на шезлонге под согревающим солнцем. Кажется, тётя Петуния хотела во Францию, надо будет пригласить Тео. Давно надо было…» Мечтательный поток мыслей Гарри прервал тихий шёпот позади: — Империо.