Дочь проповедника

Зло, которое затаилось, не перестаёт быть злом. Это непоколебимая часть человеческой природы. Оно существует во всём, что живёт на этой земле. Оно не знает милосердия, границ и не подчиняется законам. Оно может быть тихим и незаметным. Оно сидит глубоко, растёт, развивается и свербит, свербит пока не найдёт себе выход. Не зависимо от того, что вы делаете, чтобы бороться с ним, оно всегда найдёт способ проявиться и распространиться. Оно вездесуще. Оно просто есть и от него не избавиться. Оно оставляет за собой боль и разрушения. Мы пытаемся его избежать, но оно всегда найдёт нас.

«Похоть же, зачав, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть» (Иак. 1, 15).

— Каждый день ты ходишь на работу и что ты видишь? — спросил Йен, видя, что Холли становится зябко от ночной прохлады. — Что вижу? Что за вопрос? Я вижу многое. — Ты видишь людей, Холли. Людей, которые готовы запачкать руки в крови за взятку, власть, женщин, деньги, алкоголь, наркотики. Им стоит только намекнуть, предложить. Соблазн всегда велик. — А, может, я вижу людей, которые готовы пожертвовать собой ради ближнего или, может, ради совершенно незнакомого человека. Йен подошёл к Холли вплотную, заставляя её задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза. Он коснулся её подбородка и сказал: — Enfant d’honneur. — Что? — Ты слишком наивная. — А я так не считаю. — Да? Тогда скажи, что ты знаешь о грехе. — Грех — это нарушение божественных заповедей. — Так и есть. Только вот немногие, такие как ты, считают грех преступлением против веры, а другие — нарушением моральных принципов общества, нарушением нравственных установок. Для тебя же греховна сама мысль о нарушении заповедей. — Мне не нравится эта тема. К чему ты ведёшь? — Я лишь хочу знать, чего ты боишься — высшего суда после смерти или общественного порицания при жизни? Вдруг, словно почувствовав что-то, Йен посмотрел наверх. — Разверзлись хляби небесные и гром сотряс землю, — сказал он и в это время прогремел гром, одновременно обрушив на них первые ледяные капли. — Кому-то ещё не нравится наш разговор. — Бежим! — Холли поспешила зайти в дом. Уже внутри она спросила у него сдавленным голосом: — Что происходит? Но в ответ получила лишь загадочную улыбку и немое молчание. Сердце Холли заныло от странного предчувствия. Взгляд Йена казался непроницаемым, словно он видел глубже страхов и сомнений, которые вызвали в ней его слова. — Действительно хочешь знать правду? — наконец сказал он. Холли не могла удержаться и кивнула. — Да, хочу знать правду, — прошептала она, не сводя глаз с его лица, хотя она сама не понимала, что за правда и зачем она ей вообще нужна. Холли просто чувствовала какое-то непонятное притяжение к человеку, который стоял сейчас напротив неё. И непонятное чувство, что они знакомы гораздо дольше, чем пару часов, никак не хотело её покидать. — Ты готова узнать, что на самом деле происходит в этом мире? Холли снова кивнула, предчувствуя, что настаёт момент, который полностью изменит её представление о жизни. — Но предупреждаю, истина не всегда приятна. Может, стоит подготовиться? — Я готова. — Как странно, — хмыкнул Йен, — ещё вчера я сделал так, чтобы ты об этом забыла. — Ты… Я чувствовала, что что-то забыла. — И впредь пусть всё так же и остаётся, — из тёмного угла показалась длинная тень, а следом оттуда вышел высокий молодой человек в светлом плаще. — Венсан, — криво улыбнулся Йен. — Следишь за мной? — Лишь с того момента, как понял, что ты собираешься нарушить правило. Йен зло прищурился. — Мне давно уже плевать на эти правила. Только вот какое тебе до этого дело? — Я просто заинтересован, — ответил Венсан, искоса поглядывая на замеревшую возле стены Холли, — чтобы твои действия не привели к последствиям. — Последствиям? Я всегда готов к последствиям. Это совершенно не твоя забота. — Мне всё равно, что будет с тобой, но ты сведёшь ЕЁ с ума, — Венс указал пальцем на Холли. — Этого добиваешься? Йен промолчал, а Венс продолжил: — Ты не порождаешь ничего хорошего. — Я делаю то, что считаю нужным, — нахмурился Йен. Холли стояла тихо, слушая их разговор. В какой-то момент она поняла, что ей лучше убраться отсюда. Она сделала несколько шагов в бок, в сторону лестницы, но Йен подошёл к ней и взял за руку. — Играешь с ней, как с куклой, — Венс вздохнул и покачал головой, понимая, что может только стоять в стороне и следить за развитием событий. Но он хотел оградить девушку от последствий, к которому могло привести безответственное решение Йена. И, возможно, оградить и самого демона, в конце концов, за несколько сотен лет он к нему уже привык. — Тебе пора, — сказал Йен. — Ты знаешь, они не оставят это без внимания. Я лишь хотел предостеречь. — Оставь благие намерения для других. Венс последний раз посмотрел на хрупкую девушку, робко дрожащую рядом с высоким и сильным демоном-искусителем. Он щёлкнул пальцами и на месте, где он только что стоял, образовалось небольшое белое облачко. Оно окутало Холли и она прикрыла глаза. Йен поймал её обмякшее тело. Йен нёс Холли по лестнице, когда она с трудом открыла глаза. Она видела, как он поднял её на нужный этаж и понёс к двери своей квартиры. Стены коридора медленно превращались в бесформенные тени, поглощая свет от потолочных ламп. Из груди Холли вырвался слабый всхлип и она беспомощно зажмурилась, крепко вцепившись в Йена, который молча шагал вперёд, не обращая внимания ни на что вокруг. Когда Йен достиг своей квартиры, он осторожно положил Холли на кровать, расстегнув её плащ. Он был спокоен и решителен, словно каждый его жест был продуман заранее. — Что случилось? Ничего не помню, — Холли, к удивлению даже для самой себя, молча подчинялась ему, позволяя раздеть себя до платья, и наслаждаясь теплом его рук, прикасающихся к ней. Йен подошёл к окну, распахнув его настежь и впустил в комнату сырой воздух с ароматом озона. Вернувшись к ней, он взял её за руки, подняв в сидячее положение. Он сел на корточки напротив неё, молча рассматривая бледное лицо, на котором чётко проступали следы усталости. Она ещё с трудом фокусировала на нём свой взгляд, а всё из-за Венса и его магии. Холли медленно приходила в себя, пытаясь вспомнить, что же произошло. В последнее время её воспоминания стали похожи на застывшую воду в замёрзшем пруду. Они словно остановились на определённом моменте и больше не двигались. Казалось, что она что-то помнит, но не может вспомнить до конца. Она закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться, но чувство тревоги лишь росло. Возможно, это было связано с мужчиной, находившимся рядом с ней. Йен почувствовал, как она напряглась. Холли попыталась освободить свои руки из его хватки, но он не отпускал её. Заглянув ей в глаза, он увидел в них панику. — Я не причиню вреда, — сказал он. — Тогда отпусти, ты делаешь мне больно. Сейчас в Йене боролись демоническая натура и простое человеческое желание быть с Холли просто так, без претязаний на её душу — и эта борьба была совершенно безнадёжна. Кажется, теперь они поменялись местами, и сейчас не он, а она была олицетворением искушения. Переиграла демона, сама того не понимая. Его слабость перед ней становилась всё сильнее. Он всё больше погружался в этот опасный водоворот чувств, становясь всё более зависимым от неё. Он понимал, что это ошибочный путь, что он теряет себя в этой игре, но чем больше сопротивлялся, тем сильнее она притягивала его. Йен просто не мог позволить себе быть таким, как Холли, которая, влюбившись в него, не осознавала всей опасности. Она просто следовала своим чувствам, не задумываясь о последствиях. Она хотела просто быть рядом с ним, не понимая, что такие отношения могут разрушить всё вокруг, включая их обоих. Но, конечно, это было до того, как он стёр ей память. Сейчас в глазах Холли был лишь страх. Йен отпустил её руки, поднялся и отошёл на шаг. Раньше его сердце словно было обращено в камень, но которое теперь оказалось живым и пульсирующим. Неужели даже демон способен на чистую любовь, не запятнаную похотью. Йена охватило странное чувство, словно он начал видеть мир иначе, став таким же уязвимым, как девушка перед ним. Даже короли не имеют власти над тем, кого они возьмут в жёны. Не все могут любить. Не все имеют на это право. Вспомни, кто ты такой. Твоя репутация в Аду была безупречной. Один из тех, кто не знает слова «невозможно» и кто всегда достигает своих целей. Твои способности никто не смел ставить под сомнение. Плевать. Йен закрыл глаза, сосредотачиваясь на потоке тёмной энергии, проникающей в него. Пусть она увидит. Он ощутил пробудившуюся мощь, которую чувствовал лишь в своей истинной ипостаси. Он принял свою настоящую форму, с огненными глазами и чёрными крыльями, готовыми к полёту. Глядя на Холли, которая уже готова была упасть в обморок, он спросил: — Способна ли ты полюбить меня таким?