Соединитель сердец

Вероника дождалась конца занятий и спокойно сидела за партой, смотря, как Андрей собирается домой. Еë глаза были прикованы к его лицу и мимике, они не моргали даже, только зрачки то сужались от дневного света, то расширялись от своего объекта любви. Ей он казался прекрасным рыцарем и очень милым и хорошим мальчиком, да, он говорил слишком много иногда, особенно на уроках русского, но это не было недостатком в еë убеждениях, а какой-то плюс, ведь он мог поставить свою позицию, сказать свою мнение, даже когда это не нужно. Если быть проще, то в местах Вероники Андрей был самым лучшим мальчиком, которого можно придумать. Вскоре он собрал все свои вещи и плавно своей пигнвиней походкой ушëл из кабинета, вернув нашу героиню на землю. Она встряхнула головой и тоже сложила все учебники в свой довольно маленький рюкзачок и осторожно пошла за ним следом, изучая его язык тела по максимуму. Она шла с той же скоростью, что и он, чтобы не выделяться. Он останавливался, и она останавливалась. Он смотрел в окно, вглядываясь на многоэтажки и прекрасный пейзаж, хоть и был близоруким, и она делала точно так же. Оба пришли в раздевалку и начали одеваться, переобуваться и о чëм-то размышлять. Вероника думала, какой же он красивый, а Андрей... Никто не знает, о чëм он думает вообще. Никогда не догадаешься, что в его болтливой голове. Послышался шум на лестнице, которая ведëт в раздевалку. Странные и хаотичные шажки довольно средней ноги. Вероятно женской. И... Да, догадки пришли к тому, что это была Диана, которая была на дежурстве. Она подошла к Андрею и взяла его за рубашку. — Ты почему сегодня не дежурил?! Тихо, но злобно спросила она, вглядываясь в его глаза через его очки. Андрей помялся и развëл руками. — Не понимаю, о чëм ты. Сегодня же вроде бы я не должен дежурить. — Вроде бы не считается оправданием. Протянула сквозь зубы Диана. Вероника перестала одеваться и начала смотреть на драму перед еë глазами. — Ну не подежурил я, и что? Потом подежурю, на следующей неделе, или завтра... — Завтра суббота, идиот. Прервала Андрея Диана и сильнее разозлилась. — И что? Говорю же, это не смертельно! Тем более ты сама справилась, зачем тебе я? — Ты... Ты мой напарник как бы, неужели ты настолько ленивый, что выполнить свою обязанность не можешь, Тазиков? Диана назвала его по прозвищу, которое придумала Алиса. Хотя, можно спросить, какая из трëх? Ну я короче, рассказчик. Это неважно. Важно лишь то, как Вероника наблюдала за таким представлением. Она чуть сгорбилась и покрутилась на своих ножках, побегала по ним глазами и в недоумении куда-то скрылась. Вероятно, за дверь в раздевалку. Андрей начал оправдываться. — Да ладно тебе, чего ты так вскипятилась? Ничего страшного не произошло... Если хочешь, в следующий раз ты можешь за меня подежурить... — Так было и в прошлый раз, Тазиков! Снова прервала его девушка и застыла с крайне недоброжелательной рожей. — Либо ты мне даëшь сотку за мою работу, либо ты до конца года один дежуришь! И они оба застыли в раздумиях. Диана размышлял, куда бы ему врезать, а Андрей — как вылезти сухим из этого дерьма. Но у него ничего не вышло, и он завопил и начал кричать о помощи. К его сожалению, в округе никого не было. И поэтому девушка со злостью сказала. — Если ты не закроешь свои долги, я обещаю, ты будешь в земле валяться, а не на ней. После она бросила его на пол, оделась и очень быстро ушла, к тому времени успокоившись. И Андрей остался один... Наверное, это он так думал. Но на самом деле, мы же помним, что Вероника не ушла и осталась его поджидать возле входа в раздевалку, спрятавшись. Со странными идеями Андрей ушëл из раздевалки и продвинулся к лестнице и к выходу, и тогда началось интересное... Вероника осторожно вылезла из места, где она спряталась и тихонько пошла за ним. Единственное, что еë могло испугать, так это то, что он обернëтся. Но, к счастью, парень был занят своим телефончиком и ни на что не обращал внимания. Главное, чтобы куртка и пол не скрипели и не издавали никаких посторонних звуков, чтобы не отвлечь объект преследования. Они вышли за пределы школы и пошли по огромному крыльцу, покрытой снегом, а под низом скользким льдом, посыпанным песком. Никого в округе не было, ведь это был, по сути, 8ой урок, и все уже давно ушли домой, остались только те, кто учится во вторую смену. Андрей мелкими и узкими шагами скрипел по снегу, что-то вглядываясь в свой телефон. Вероника же пыталась делать с Андреем одинаковые шаги, чтобы он не заподозрил ничего. Вскоре эта парочка вышла за пределы крыльца и в принципе участка школы, проходя через аллейку, ведущую к дороге, а та на остановку, но Андрей свернул в другую сторону, а именно направо, где был его дом. Преследовательница осторожно шла за ним, размышляя, в каком доме он живëт. В итоге это была семнадцатиэтажка розово-белого цвета, первый подъезд. Цель вошла в подъезд, оставив дверь в неë открытой. Преследовательница забежала внутрь. Андрей быстренько скрылся в лифте, и Вероника не смогла его догнать. Нигде не было ясно, на каком он этаже, и поэтому грустная она ушла домой, шаркая старыми и грязными кроссовками об асфальт. — Вик, а что ты тут делаешь? Спросила я, называя еë не так, как надо. Но, в принципе, это никого не смущает. Она грустно подняла на меня голову и с трудом произнесла. — Я даже не знаю, где он живëт... Я удивилась. — Ну, я тоже не знаю, и что? — Ну ты же не влюблена в него... И поэтому не интересуешься... — Спроси у него лично, в чëм проблема? Я вопросительно взглянула на неë и взяла за плечо. — Или ты думаешь, что он отвергнет твою заинтересованность? — Так он же не любит меня...! — Ну... Может он... Может он не любит тебя, но это не значит, что он тебя ненавидит. Просто считает тебя одноклассницей или знакомой. Попробуй в следующий раз. Она подняла на меня голову и чуть улыбнулась. — Спасибо большое, Алис... Я попробую в понедельник. — Да, конечно, если хочешь, я могу помочь. — Хорошо... Она снова зашагала, шаркая кроссовками и прная мелкие камушки. Я лишь смотрела ей вслед.