Сбежать нельзя остаться

Место, в которое её проводили, представляло собой мрачное и холодное подземное помещение. В полумраке промежутков между осыпающимися камнями жалко светились узкие грязные окошки, через которые еле-еле проникали лучи света. Влажные стены покрылись плесенью, а в воздухе царила запыленная тишина, прерываемая лишь шепотом гуляющего ветра. Других узников в темнице не было, и никто не нарушал её спокойствия. В углу камеры стояла длинная и грубая деревянная скамья, сделанная из толстых досок. Металлические оковы и цепи, висевшие со стены, свидетельствовали о том, что это место не предназначалось для приятного времяпровождения. Хотя, тут как посмотреть. Алеит усмехнулась. Возле железных решеток, которые отделяли её от коридора, стояли стражи. Их испуганные глаза наблюдали за каждым движением. Темница была для Алеит не местом страданий. Она отдыхала здесь и набиралась сил. Её кормили, давали поспать. А ещё тут можно подумать. Ситуация, в которой она оказалась, ей жутко не нравилась. По взгляду этого Смита можно понять, что он не размышляет о том, кто она. Он уже обо всем догадался. В последний раз, когда она посмотрела в его глаза, он как будто точно знал, что она не местная. Что эти люди делают с марлийцами, она не знала. Только надеялась, что ничего плохого. Когда я стала таким нежным цветочком? Надо было продумывать план действий. Стать титаном? Прощай, Йегер, привет, проваленная миссия. Смириться? Нет. Все отрицать? Вряд-ли сработает. Она находилась в этом богом забытом месте уже три дня. И кроме трех постоянно сменяющихся солдат, она больше никого не видела. Не сказать, что девушка скучала по той болтливой ненормальной с её нескончаемыми вопросами, но с каждым днем становилось все тяжелее и тяжелее найти развлечение. Мысли о родителях, миссии и титане больше не спасали, и она боялась, что вскоре ей захочется самостоятельно выбраться из этой дыры, а тогда жертв не избежать. Грубый низкий голос прервал её размышления. — Белл, Вильсон! Её просил главнокомандующий. Приведите живо! Двое молодых ребят, охранявших её весь сегодняшний день, засуетились и принялись доставать ключи, чтобы открыть камеру. Волнуются. Бегающие глаза, дрожащий руки, нервный вздох того, что принялся вставлять ключ. Попал он раза с четвёртого. Алеит получала незабываемое удовольствие от этой сцены. Её боялись, ей это нравилось. Они правильно делали, что сторонились её все это время. По началу, кто-то даже хотел с ней заговорить, спрашивал: «Правда ли ты убила титана голыми руками? Без клинка?». Одного моего взгляда хватало, чтобы заткнуть этих олухов. Трусы. Все это время я была закована в кандалы. По моим наблюдениям, ключ был у капитана Леви. Он единственный раз появлялся тут, чтобы поменять положение моих рук: со спины — вперёд. И после всех махинаций он остался у него. Её схватили под руки и повели по витиеватым коридорам в кабинет командующего. Как только перед ней открылась дверь, она опять наткнулась на этот всезнающий взгляд. Блондин сидел за большим деревянным столом в центре комнаты, рядом с ним стоят тот самый Леви. — Спасибо. Пока вы можете быть свободны. Её сопровождающие покинули кабинет, и она осталась наедине с грубым коротышкой и проницательным белобрысым… Ох, она даже не могла придумать ему прозвище. Если он и правда догадался обо всем, и предложит сотрудничество, то она даже не будет изобретать что-то обидное. Алеит коротко хмыкнула, развеселившись своими мыслями. Это не осталось незамеченным. — Леви, можешь оставить нас? Голос главнокомандующего был плавным и мягким, но в нем ощущалось столько силы, сколько она не слышала даже в речах своего отца. — Я не буду говорить, пока вы не снимите это. Алеит подняла руки вверх и потрясла ими. Намёк был понят сразу. Леви долго смотрел на неё, а потом выжидающе уставился на Смита. — Хорошо. Брови мелкого резко подскочили вверх, а потом также быстро сдвинулись на переносице. Он аккуратно освободил её и ни разу не соприкоснулся кожа к коже. — Я буду за дверью. И он вышел, несильно хлопнув дверью. Теперь начинается самое интересное. Размяв руки, Алеит прошла вглубь помещения и села в ближайшее к ней кресло. Оно оказалось достаточно мягким, и она позволила себе чуть расслабиться и насладиться хоть чем-то удобнее плоской деревяшки. Смит не торопился начинать разговор. Он с любопытством наблюдал за поведением странной девушки. — Значит вы — Алеит Кёниг, — он откинулся на спинку своего кресла и сложил руки перед собой. — Не могу сказать, что был удивлён, когда не обнаружил ни одно документа с этим именем. Да, он все знает. Что ж, Эрвин Смит, мне остаётся только ждать твоего следующего хода. — Этим вы занимались все трое суток? Пустой тратой времени? — Она издевалась над ним, ей хотелось взять ситуацию под контроль, а это можно сделать, только заставив его усомниться в своей гениальности. — Мне нужно было убедиться. — И какова моя судьба? В груди все замерло. Она на секунду перестала дышать, и он это заметил. Черт. Надо быть менее эмоциональной. Он читал её как открытую книгу. — Я могу вас сдать, и тогда, скорее всего, ваша голова полетит с плеч. О вас никто ничего не знает, вы можете показаться угрозой для нашего строя. — Никому из нас не выгодно, чтобы надо мной стояла смерть. Я, знаете ли, ставлю свою жизнь выше других, поэтому, если мне что-то будет угрожать, умрёт столько людей, что вы таких цифр ещё не слышали, а вся ваша бумага пойдет на поминальные листы. От неё исходила угроза. Она пышет ей. И он осознает, что это не просто красивые слова. Она была искусным бойцом, это было сразу видно: по первой стойке, которую она приняла тогда на телеге. Даже Леви не мог похвастаться титаном, убитым деревяшкой. Он не собирался её сдавать — это было бы очень глупым решением. Такие как она очень нужны Разведкорпусу. Если бы не её туманное происхождение и сомнительные цели, он прямо сейчас сделал бы её капитаном и дал в руководство отряд. Её силу и знания можно было почувствовать лишь протянув руку. — Я предлагаю сыграть в игру. Игру? Что за бред он несёт. Хочет подловить, не иначе. — Вопрос-ответ. Три вопроса от меня, на которые вы должны ответить да или нет, а в ответ вы можете задать вопросы, интересующие вас, и я также на них отвечу. — А что, если я совру? — То я сразу пойму это. Его цепкий взгляд прошёлся по лицу девушки, и опять остановился на глазах. Он заглядывал прямо туда, под корку мозга, как будто читая мысли и зная все ответы наперёд. — Хорошо. Тогда я первая, — она выжидающе посмотрела на него и обвела кабинет ленивым взглядом. — Все выжившие проживают в пределах этих трех стен? — Да. Отлично. Значит Йегер здесь. Интересно, знает ли он, что люди могут обращаться в титанов. — Титаны бывают трех видов? — Да, — её глаза на мгновение расширились в удивлении. Но лицо быстро приняло скучающий вид. — Чистые, аномальные и девианты. Аномальные и девианты — это разное? Значит, он не знает про перевертышей. Значит, не знает про Йегера. Это не очень хорошо. Придётся искать самой. — Вам двадцать пять? — Нет, — он не долго помолчал. — Двадцать два. — Вы очень молоды для главы Разведкорпуса, — она хитро улыбнулась, он улыбнулся в ответ. — Пришлось принять пост из-за определённых обстоятельств. Нуль эмоций. Возможно, ей есть чему у него поучиться. — Теперь ваша очередь задавать вопросы. Он молчал несколько минут, обдумывая, как выяснить все быстро и с максимальной выгодой. Иногда приходится рисковать, чтобы получить желаемое. У любого плана действий есть своя цена. — Возможно, мне понадобиться только один вопрос, — она удивлённо вскинула брови. — Вы видели море? Что? Какое к черту море? Её брови сошлись на переносице, а глаза превратились в узкие щели. Кажется, по её реакции, он уже понял ответ. — Да. Нервный вздох. Мужская рука растрепала светлые волосы и опустилась на стол. На его лице появилась светлая улыбка. Как будто он увидел чудо, не иначе. Он выглядел как ребенок, наконец-то получивший долгожданный подарок на рождество. Алеит не понимала, что происходит. Неужели… Она проиграла? Он весело смотрел на неё. — Тогда, я думаю, мы можем прекратить эту игру и поговорить открыто. Насколько я понял, с такими людьми как Вы, надо быть полностью открытым, чтобы потом не получить нож в спину. Поэтому я хочу рассказать обо всем, что знаю и чего хочу. А взамен Вы поделитесь этим со мной. Я не сдам Вас властям. Вы будете здесь — в Разведкорпусе. Нам нужны такие люди. Что скажете? Она и правда надеялась, что они смогут поговорить открыто. Однако стоило ли упоминать Гришу Йегера — вопрос. Её удивляла его проницательность. Она даже зауважала его, особенно после того, как узнала его возраст. Молодой главнокомандующий целым подразделением в стране; умен, красив и чертовски непредсказуем. Опасная смесь. Остаётся только надеяться на свой мозг и чутье. — Нет. — Его взгляд резко похолодел. — Я предлагаю сделать по-другому. Это Вы говорите, что Вам нужно, а я, по возможности, помогаю с этим. Взамен, Вы меня не трогаете, не пытаетесь разгадать, понять и всё остальное. А я не пытаюсь навредить Вам, — Смит стал задумчивым, на его лбу появились морщинки. Двадцать два? Его глазам было лет сорок. — ВЫ ведь хотите выбраться? Увидеть море? Я помогу. Удивление. Да, он не думал, что кто-то тоже умеет складывать два плюс два. Его вопрос о море и удовлетворение, которое он испытал после её ответа на вопрос, говорили сами за себя. Они просидели в тишине некоторое время. Смит обдумывал предложение, а она изучала его лицо и сменяющиеся на нем эмоции. Нос с горбинкой, золотистые волосы, казалось, на ощупь они должны были быть мягкими как шёлк; острые скулы, густые брови, глаза цвета морской воды. Интересно, знал ли он, что он мог прямо сейчас увидеть море? В зеркале. — Хорошо. Но в чем выгода для Вас? — Он подался вперёд и смешно наклонил голову, прямо как щеночек. — Я ищу кое-что здесь. Но пока не знаю, что именно. Ваши цели косвенно совпадают с моими. Если Вы найдёте ответы на свои вопросы, то, возможно, я найду их и на свои. Найти Гришу Йегера? А жив ли он вообще? Хотя, если титан, то, наверно, жив. Узнать, как продлить себе жизнь? А не умереть в сорок пять. Титанами становятся только элдийцы, наверно, у них должен быть ответ на этот вопрос. — А Вам сколько лет? — Пятнадцать. — Его брови резко взлетели вверх. — Вы выглядите старше года на два, если не больше. — Это комплимент или осуждение? — Алеит хмыкнула, на её лице появилась заговорческая ухмылка, которая заставила блондина тоже кривовато растянуть губы. — Просто наблюдение. — Скажи, что мне делать сейчас? И мне нужно знать устройство города и вообще систему, по которой вы тут все живёте. Я не хочу выделятся, лишнее внимание ни тебе, ни мне не нужно. В глаза Эрвина появилась смешинка, и на лице наконец появилась нормальная человеческая улыбка — лёгкая и ни к чему не обязывающая. — Уже на «ты»? — Черт. Не дай бог он подумает, что мы теперь в хороших отношениях. — Я рад. — Это остановило поток её мыслей. Рад? Друзей держи близко, а врагов ещё ближе. — Ты будешь в составе отряда Леви. Ты отличный боец, поэтому, думаю, наш элитный отряд для тебя в самый раз. Он научит тебя пользоваться УПМ — устройство пространственного маневрирования. Оно позволяет передвигаться по воздуху. В борьбе с титанами это очень пригождается. И, предполагаю, в следующей экспедиции ты к нам присоединишься. И… Ты случайно не Аккерман? Что? Это кто вообще? — Нет… Что за Аккерманы? — Аккерманы — сверхлюди. Они имеют силу титанов, очень выносливые и живучие. Леви один из них, — этот пенёк — сверхчеловек? Смешно. — Ты тоже очень сильная и быстрая, но всё это только мои догадки. Возможно, это имело определённый смысл, но, чтобы проверить сопоставимы ли они по силе, надо устроить стычку. Плюс, она и так титан. Влияет ли это на её возможности в человеческом обличии? Непонятно. Чтобы это проверить нужен хотя-бы ещё один перевертыш. Тайбер сказал, что здесь их уже трое. Пока они не выдадут себя, их сложно будет найти. И все-таки она надеялась, что сила титана никак не влияла на способности. Тогда убить тех троих будет проще простого. Вырезать сердце? Просто и красиво. Но нет. Скорее всего времени не будет. Захотят ли элдийцы сохранить силу титанов на своей земле? Не остановит ли их собственный страх? Посмотрим. — Не знаю Аккерман я или нет. Я не уверена, что знаю, кто мои настоящие родители. Это часть цели моего пребывания тут. Ты выдашь мне документы? Блондин резко встал и направился к стеллажу за спиной, вынул оттуда какую-то папку и положил её на стол прямо перед Алеит. — Я написал тебе историю. У вас с Леви теперь примерно одинаковое прошлое. Ты из подземного города, попала к нам как отличный солдат. Была на одной экспедиции за стеной — той, в которой мы встретились — и воюешь под руководством Леви. В подземном городе нет переписи, поэтому никто не сможет отыскать информацию о тебе до вступления в Разведкорпус. Чисто. Эрвин прекрасно сработал. Теперь она не беспризорница, да ещё бонус в виде тяжёлой судьбы. Превосходно. И сразу повышение до солдата элитного отряда. Что она сделала в этой жизни такого хорошего, что сейчас все идёт так гладко? Расслабляться было ещё рано, но положение вещей на данный момент её очень радовало. Она взяла папку со стола и посмотрела записи, которых было всего две. — Леви! — Дверь открылась, и атмосфера в помещении сразу изменилась. Стало как-то неприятно и тяжело. — Леви проведёт тебя в общежитие и даст все необходимые вещи. Скажи ему, когда будешь готова начать обучаться работе с УПМ. И я совсем забыл спросить: как ты себя чувствуешь? Кажется, в нашу первую встречу ты была вся в слезах и крови. Невероятно! Он над ней издевается! Его лисья улыбка раздражала. Её актёрском таланту можно было позавидовать, и она очень гордилась тому, как правдоподобно ей удалось сыграть даму в беде. И сейчас он откровенно смеётся над ней, полностью раскрывая её первоначальный неудавшийся план. — Спасибо, мне лучше. Это было сказано сквозь зубы. — Леви, с тобой мы уже все обсудили, жду тебя через полчаса. Надо решить ещё пару вопросов. С этими словами главнокомандующий полностью потерял интерес к происходящему и сел дальше заполнять бумаги. Она встала и повернулась лицом к Аккерману. Он напряжённо осматривал её силуэт, и, что-то для себя решив, развернулся, и молча направился в коридор. Они шли недолго: два коридора и одна лестница разделяли её комнату от комнаты главнокомандующего. — На этом этаже живёт мой отряд. Ты будешь жить с Петрой. Правила: никакого шума, все должно быть вылизано, чтобы ни одной пылинки я здесь не видел. Тренировки начинаются в восемь. Завтра жду тебя на поле, будешь разбираться с УПМ. Вопросы? — Лизать надо всем? Или только вам? Она не смогла удержаться, чтобы не пошутить над ним. В академии за своевольность строго наказывали, здесь она такого не замечала. И здесь она чувствовала себя свободнее, как будто тяжёлый груз наконец-то упал с плеч. Ей хотелось шутить и выводить всех из себя. Тут никто её и пальцем не тронет, она протеже Эрвина, и это развязывало руки. Лицо напротив скривилось в гримасе отвращения. Ей показалось, что его капитана передернуло. Это вызвало у неё приступ смеха, но в реальности на лице появилась лишь небольшая улыбка. — Опоздаешь завтра — будешь драить весь замок. И с этими словами он ушёл, скрывшись за поворотом. Пора посмотреть комнату, в которой она будет жить. Помещение было небольшое, но уютное. В глаза сразу бросилось огромное окно с неё ростом, по бокам от которого расположились две одноместные кровати. Рядом со входной дверью были шкафы для хранения личных вещей и одежды. Тоже два, на каждого. Рядом с кроватями стояли письменные столы с небольшими ящиками для канцелярских принадлежностей. Душевые и туалет, видимо, были общими. Комната была аккуратной, все находилось строго на своих местах — чисто и опрятно. Соседки не было, но по заставленной прикроватный тумбочке Алеит легко вычислила её кровать и пошла к противоположной. Эрвин сказал, что она может приступить к занятиям, когда будет готова, но мелкому засранцу, видимо, было абсолютно плевать, что она хочет, а что нет. На Леви ей без разницы. Все равно нечем заняться. У неё договор со Смитом, все остальные люди не так важны. Она обязалась сражаться против титанов и помогать ему, он сделает все остальное. Если бы всё по жизни было так легко. Не понятно только одно: сколько времени займёт вся эта операция. Знает ли Эрвин, где искать эти ответы, представляет ли он вообще последствия, которые его ждут после. Она могла ему всё рассказать. Всё что знает. Но тогда она поимеет абсолютно ничего. Такое развитие событий её не устраивало. Вдруг за окном мелькнули голуби. Один сел на выступ и начал стучать клювом по стеклу. Вот прилетел второй, и они улетели вместе. Это напомнило, что она одна. Опять. Прямо как в детстве, когда отца она совсем не интересовала, так как была ещё совсем маленькой, чтобы учить её боевым искусствам. А матери никогда дома не было, был только дед, но ему интереснее было читать естественнонаучные журналы, чем играть с ребёнком. Тоска тогда была невероятная. Алеит хоть и старалась развлекать себя, но, когда начался переходный возраст, который случился в одиннадцать, ей вдруг захотелось умереть. «Юношеский максимализм», — сказал ей дедушка: «Не забивай себе голову этой ерундой, пойдем. Посмотришь, как я работаю». И с этого момента была только химия и физика, потом подключился отец, и вся её жизнь наполнились такой сладостной болью. Алеит всё ещё искренне была уверена, что это забота. Иначе зачем так хотеть успеха своего ребёнка? Забота о счастливом будущем для любимого человека. Да, все так. Её размышления прервала девушка, вошедшая в комнату. Она резко остановилась, увидев незнакомое лицо, и широко улыбнулась. Господи. Неужели её молитвы не были услышаны, и это ещё одна «Ханджи»? — Привет! Ты должно быть Алеит Кёниг! Я — Петра Рал! Очень рада с тобой познакомиться! Надеюсь, мы станем подругами! Блондинка с зелёными глазами быстро приблизилась к ней и протянула руку для рукопожатия. Матерь божья. Эта зефирка ещё хуже, чем Ханджи. Чем она заслужила такое? В голове ей никто не ответил. Алеит протянула руку. Петра быстро ухватилась за неё и активно потрясла. — Я так рада! Теперь я не буду жить одна! Как здорово! — Её распирало от счастья. На секунду Алеит подумала, что та сейчас взорвётся от переполнявших её эмоций и на неё посыпется конфетти в виде звездочек и сердечек. — Тебя что, Леви покусал? Ты такая молчаливая… — Я не привыкла много разговаривать. Предпочитаю переходить сразу к делу, поэтому если ты не хочешь быть задушенной в какой-то момент, лучше поменьше со мной контактируй. Её вид был бесстрастным, когда она произносила речь прямо в лицо нежной девушки. Обидела ли она её? — может быть, но это неважно. Она здесь не чтобы заводить друзей. Да и нужны ли ей друзья вообще? Их никогда не было, не стоит и начинать. — Зря ты так. Мы команда, и работаем тоже в команде. Во время битвы с титанами тебе понадобится помощь. Одному с ними не справиться. — Гмх, ты так в этом уверена? — Жёсткая улыбка появилась на лице Алеит. — То, что я видела за стенами — это кучка бездарей, не умеющих не то что других защитить или подстраховать, но и себя спасти. Кто-то помог мне тогда? Нет. Я все сделала за вас. И прежде, чем упрекать меня в моей манере общения, лучше последи за собой. Я не стану тебя уважать или считаться с твоим мнением, пока ты не докажешь свои слова. Настолько ли ты хороша, чтобы остаться в живых и суметь помочь другому? Проверим на следующей экспедиции. Как и то, смогу ли я справиться с титанами без вашей поддержки. Она видела, как в глазах Петры мелькнули слезы, и та поспешно вышла из комнаты, хлопнув дверью. В коридоре девушка столкнулась с Леви. Она не хотела ему жаловаться, но он сам остановил её рукой и потребовал объяснений. Выслушав пересказ случившегося, он нахмурился. Если Кёниг будет себя так вести, они все погибнут. Петра не сможет справиться со своей жалостью, и увяжется помогать, и умрёт. А без соединяющего звена умрут и все остальные. У них у каждого была своя задача, их механизм работал идеально, и лишняя деталь была ни к чему. Только все портила. С этими мыслями Леви уверенно отправился в кабинет к Эрвину. Ручка дернулась, дверь открылась. Смит поднял голову и встретился со злым взглядом капитана. — Я не хочу видеть её в своём отряде. Она нас всех убьёт. — Почему? — Он был абсолютно спокоен. Его внимание опять переключилось на отчёты о недавней экспедиции. — Она не умеет работать в команде. Мой отряд сплочен, они идеально работают друг с другом, поэтому мы все живы и поэтому мы именно «элитный». Она сделает нас слабее. — Я знаю, что вы очень слаженная команда. Я поэтому отправил её к вам. Мне нужно, чтобы ты научил её этому. Это приказ. У Леви что-то встало поперёк горла. Всё начинало бесит. — Зачем? Главнокомандующий тяжело вздохнул. — Она — одиночка. И очень сильный боец. У меня предчувствие, что она нам в будущем очень поможет, поэтому я хочу связать её по рукам и ногам как можно большими способами. Морально привязать её к Разведкорпусу, чтобы она работала на нас даже когда это будет ей не выгодно. — Я понял. — Постарайся, Леви. Это очень важно. Эрвин только услышал как дверь захлопнулась, его взгляд так и не оторвался от бумаг на столе. К вечеру замок постепенно затихал, приятная прохлада окутывала его, предвещая ночь. Алеит так и не вышла из комнаты, думая о титанах, своём новом положении и главнокомандующем. С ним было весело, он не уступал ей в интеллекте, а ещё от него хоть и веяло опасностью, но не такой, как от Леви. Капитан угнетал, Смит же ласкал, чтобы потом вспороть тебе брюхо. Петра вернулась только ближе к отбою. Убедившись, что Алеит уже спит, она прошла к своей кровати, переоделась в пижаму и попыталась заснуть. Но сон не шёл. Она всё думала о том, сможет ли она доказать, что сильная соперница или эта холодная и неприступная особа выиграет спор. Этого не хотелось. Завтра Кёниг будет тренироваться с Леви, тогда и будет понятно стоит ли опасаться новую соседку. С этими мыслями девушка провалилась в долгожданный сон. Утро было солнечное. Теплые лучи разбудили её достаточно рано. Петра спала на соседней кровати, тихо посапывая. Алеит быстро оделась и вышла в коридор. Оказавшись на лестнице, она заметила, что многие идут в одном направлении. Значит, завтрак уже начался. Она шла за спинами двух разведчиков, пока перед ними не открылась дверь, и они не вошли в просторное помещение со множеством деревянных столов. По сравнению с остальным замком тут было достаточно громко: все переговаривались между собой, обсуждая новости, ложки стучали по посуде; она услышала чей-то смех справа от себя и обернулась. Ребятам было лет восемнадцать не больше. Неужели все здесь такие молодые. Они же военные. В Марлии в таком возрасте она была бы на побегушках у какого-нибудь майора. Тут девушка увидела Эрвина. Она подошла к стойке выдачи, получила свою порцию каши и уверенно направилась в его сторону. — Алеит! Как я рада, что ты теперь с нами! Ханджи… Она не заметила, как сжала тарелку настолько сильно, что на ней появилась трещина. Эрвин это заметил и, когда девушка села за стол, мягко положил ладонь на её руку, стараясь успокоить. Она застыла каменным изваянием и пораженно уставилась на место соприкосновения. Смит что-то говорил Ханджи, но смысл его слов до неё не доходил. Она как будто оказалась глубоко под водой, где все цвета и звуки были приглушенными и незначительными. Её глаза нашли его, и он, заметив её нервозность, мягко улыбнулся и убрал причину её нервозности. Начало дня выдалось необычным. После такого жеста со стороны главнокомандующего есть совсем перехотелось. Куча мыслей начали жужжать в голове словно мухи, от которых невозможно было избавиться. Посидев ещё несколько минут, она молча встала и вышла из столовой. Вдох — выдох. Вдох — выдох. Что это было? Даже отец никогда её так не трогал: он либо сжимал до хруста костей, пока на её коже не начинали появляться синие пятна размером с его ладонь, либо грубо толкал, намекая, чтобы она ускорилась. А тут все было так необычно: мягко и нежно. Она осмотрела ту самую руку, словно видела её впервые. Будто это совсем не её рука, а что-то из другой вселенной, совсем ещё неизученное и новое. Мысли путались, а сердце ускорялось, переходя в галоп. Уши начинало постепенно закладывать, а голова гудела. Вдруг её кто-то толкнул в плечо. — Через пять минут на главном поле. Это её отрезвило. Да. Дышать стало легче, плечи расслабились, и мир опять начал вращаться со стандартной скоростью. Хорошо. Это хорошо. Ей не нужны эти непонятные акты поддержки. Это все не её. Она к такому не привыкла. Ей начинал нравиться капитан Леви, по сравнению с Эрвином, она знала, что от него ожидать, а его действия не приносили какого-то непонятного душевного хаоса и помутнения рассудка. Поле она нашла быстро. Девушка была уверена в том, что это именно главное. Из всех трех, что она успела посетить — это было самым большим. Алеит начала разминаться: два круга лёгким бегом и один — спринт. Как только она закончила, к ней сразу подошёл Леви и кинул в руки, видимо, тот самый УПМ: множество ремешков повисло на ней, а в ладони оказались два баллона. Она начала внимательно рассматривать прибор: две рукоятки, гарпунные захваты, которые виднелись из железных отсеков. Значит газ помогает выпускать эти самые гарпуны. Выпустил гарпуны в нужном направлении, зацепился и полетел. Ясно. На рукояти был ещё выемка. Она вопросительно посмотрела на капитана. — Это для лезвий. Я тебе их пока не дам. Он наблюдал за её действиями со стороны. Выглядело интригующе. Если Эрвин прав, и она особенная, то сейчас эта девчонка либо подтвердит это, либо его разочарует. Тем временем Алеит продолжала изучать строение рукояти: два маленьких рычажка, спусковые крючки. Она, недолго думая, нажала на верхний курок, выстрелил крючок. Под ним находился второй. Была не была. Нажатие — из баллонов резко пошел газ, трос начал скручиваться и забираться обратно в железную торбу, её резко притянуло, и она впечаталась в столб, за который зацепился трос. Голова пошла кругом, лоб больно саднило. Она провела рукой и почувствовала влагу. Кровь. Восхитительно. Леви не сдержался и начал тихо посмеиваться за её спиной. Бесит. Зато, кажется, она поняла схему работы. Верхним — цепляешься, нижним можно газовать и ускорять скорость смотки троса. Отлично, осталось правильно надеть все это. Она не хотела думать, что поступила не дальновидно, но что-то ей намекало, что если бы она сначала разобралась с ремешками, а потом с гарпуном, то не впечаталась бы так в дерево. — Я готова. — Произнесла она через пару минут и развернулась к Леви лицом. Он и правда был удивлен. Ему не пришлось ничего объяснять, только смотреть, чтобы она себя не убила. И, к сожалению, она все еще была жива и выглядела достаточно уверенно. — Хорошо. Сейчас ты заберешься на вон то дерево и вернешься сюда назад. — Он показал пальцем вверх. По курсу была достаточно широкая ветвь. Отлично. Алеит прицелилась, нажала на верхний курок. Попадание. Чуть выше места, на которое она хотела приземлиться. Как раз достаточно, чтобы с ее ростом собрать ноги и спрыгнуть. Нижняя кнопка. И её понесло наверх. Она не сразу поняла, в чем причина такого нестабильного состояния. Казалось, что вот-вот и туловище сделает оборот вокруг троса, её начало клонить в сторону. Спина резко стала прямой, мышцы напряглись, ноги стали чуть согнуты в коленях, голова смотрит вперёд. На середине пути она уже летела точно по курсу, ощущая только полный контроль. Хорошо. Всё встало на свои места. Теперь ей всё понятно. Это происходило всего несколько секунд, и вот она уже стояла на той самой ветке и смотрела на капитана сверху вниз. Не то, чтобы это было чем-то новым. Все-таки коротышка — он и есть коротышка. Ещё одно нажатие на верхнюю кнопку, и устройство отцепилось от дерева. Новое открытие. Отлично, дальше она уже знала, что делать. Выпустив тросы в дерево напротив, но дальше и параллельно месту, на котором она стояла, Алеит прыгнула вниз. Под действием собственного веса, она начала медленно падать. Девушка летела как на тарзанке, а вблизи земли резко нажала на газ, её чуть подкинуло, и она плавно ступила прямо к Леви. — Ну как? — Нахальная улыбка. Она знала, что хороша. И хмурое лицо капитана подтверждало это. — Неплохо. Но тебе надо тренироваться. — Она его впечатлила. Сколько раз он говорил себе не сомневаться в Эрвине? Наверно, уже не сосчитать. Этот тоже войдет в список. — Давайте пари. — Она подошла к нему ближе, и он почувствовал запах ванили и зеленого чая. Его бровь выгнулась дугой, и Алеит продолжила. — Если я в течение двух часов ни разу не упаду, но вы снизойдёте до меня, капитан Леви, и позволите узнать вашу силу в бою. «Она точно мазохистка», — единственное, что промелькнуло у него в голове. — Ты вызываешь меня на спарринг? — Да, дружеский. Её улыбка не внушала ему доверия. Он был уверен в своих силах, поэтому быстро согласился, напомнив, что для начала ей нужно не упасть. Через два часа, она победно улыбнулась, и ему пришлось согласиться с тем, что она будет хорошей помощью им в Разведкорпусе. Сколько ей? Эрвин сказал пятнадцать. Малолетка ненормальная. Видимо, подростковый возраст отбил голову, раз она решила с ним подраться. Они вышли в центр поля, скинули с себя всю лишнюю одежду и пожали руки. Леви двигался активно, постоянно нанося удары ногами и руками, блокируя её атаки и пытаясь находить пробоины в обороне. Их движения были резкими и чёткими: он успел отклонить голову, её нога пролетела прямо перед его глазами. Первые десять минут нельзя было сказать кто побеждает. В один момент, развернувшись, она не успела заметить, как в её живот прилетел чужой локоть. Воздух выбило из легких. Было ли больно? Нет. Обидно? Абсолютное да. Но она не доверяла эмоциям, а вот её соперник похоже — да. Излишняя самоуверенность сгубила многие жизни. Леви стал двигаться более медленно, видимо, почувствовал сладкий запах победы на горизонте. Низкий лоу-кик, резкий разворот, высоки бросок, удар тыльной частью стопы. Она целилась в голову, но он успел увернуться прямо в то место, на которое она и рассчитывала. Кулак прилетел ему прямо в нос. Аккерман резко отшатнулся, кровь хлынула на белый шарф, пачкая его и окрашивая в бордовый цвет. Со стороны послышались испуганные вздохи. Она не заметила, как много голов выглядывало из замка. Кажется, весь Разведкорпус наблюдал за их (её) весельем. Она опять посмотрела на Леви, он пытался остановить кровь, используя тот самый платок. — Подожди, — она подошла к нему ближе и заставила его убрать руки от лица. — Он сломан, кровь не остановиться. — Я знаю. — Сказано сквозь зубы, но её удивило, что в нем не было ни капли ненависти, он был просто разочарован. В себе. — Тогда не дергайся… И дай мне помочь. Когда в последний раз она кому-то просто так помогала? Наверно, такого в её жизни ещё не было. Но почему-то именно сейчас ей стало его жаль. Да, жаль. На этот унизительный для него бой смотрели все. И помочь ему сейчас — значит унизить его еще больше. Она мило улыбнулась, обхватила спинку его носа руками и резко вправила. От Леви не последовало никакой реакции. Он отошел, собрал свои вещи и вернулся в здание. В одном из окон она заметила высокий силуэт — Эрвин Смит. Всю следующую неделю Леви ходил с перевязанным лицом, ни с кем не разговаривал и вообще старался держаться в стороне. Все тренировки проводил Эрд Джин, которому она не очень нравилась. Она всем не очень нравилась. Но, если честно, её это не особо заботило. Она добилась своего: после стычки с капитаном даже Ханджи обходила её стороной. Это приносило успокоение. Все встало на свои места, теперь это место стало напоминать ей родную академию. Однако даже после снятия бинтов Леви избегал её. Неужели она так сильно задела его хрупкое эго, что он разом превратился в затворника? Прошла ещё неделя, прежде чем он опять взял руководство отряда на себя. Тренировка проходила в лесу, новобранцы таскали на палке большие мешки с сухой травой, имитирующие титанов. Всего их было человек восемь. — Сегодня попробуем потренироваться в полевых условиях и в полном составе, — капитан выглядел сосредоточенно, он внимательно осматривал каждого солдата, — Петра! Ты — связующая. Оруо! Сегодня ты в связке с Алеит. Я с Гюнтером. Все по парам забираемся на деревья и ждём моего сигнала к атаке. Она дождалась, когда он закончит и отойдёт в сторону, чтобы перепроверить УПМ, и подошла в плотную. — Это месть за разбитый нос? Я работаю одна. — её гнев нарастал с каждой минутой, она из последних сил сохраняла холодный вид. — Если ты заставишь меня с ним работать — я убью его. — Попробуй, — кажется, её речь никак не повлияла на состояние командира. — И я не злюсь на тебя за разбитый нос. Это чепуха. Что? Не злиться? — Тогда почему я не видела тебя две недели? — Она ненавидела моменты, которым не могла найти объяснение. Кажется, она никого в этом штабе не понимает. — Я думал, как заставить тебя работать в команде, — его голос был очень спокойным и размеренным, более умиротворенными, наверно, были только трупы. — Поэтому, если хочешь, можешь попытаться кого-то убить. Только помни: ты одна, а нас — сильнейших воинов Разведкорпуса — пятеро. И если со мной тет-а-тет ты справилась, то с пятью такими же как я одновременно — сомневаюсь. Она прожигала его взглядом, наполненным злобой, челюсть сжалась так, что скрипели зубы, её глазами можно было убивать. Но Леви стоял и спокойно натирал баллоны до блеска, и, когда результат его удовлетворил, развернулся и пошёл в сторону своего отряда, даже не взглянув на девушку. Сейчас у неё не было выбора. Она обещала Смиту участвовать в вылазках, а в них были только те, что регулярно посещали тренировки — так сказал ей Леви. Если она пропустит хотя-бы одну без уважительной причины, он не пустит её за стены. Хитрый мелкий жук. Набрав побольше воздуха в легкие, Алеит взяла себя в руки и направилась в сторону Оруо Бозарда: самовлюбленный тип, уверенный в своем превосходстве. Она слышала, что у него самый высокий показатель по убийству титанов после Леви. Что ж, вызов принят. Если капитан хочет команды, он получит команду. — Наша задача просто убить всех «титанов»? Кажется её напарник был удивлён тем, что она с ним заговорила. — Да. Нужно просто разрезать все мешки напополам. Прекрасно. С этим она справится за пару минут. Они поднялись в воздух и зависли на одной из веток самого высоко дерева. Обзор позволял видеть сразу все цели и выстроить правильную стратегию. Вот один, второй, за деревом третий, вдалеке можно рассмотреть четвёртого и пятого. Шестой был прямо под ними — с него можно начать. Ещё двоих не было видно. С ними она тоже легко справиться сама. — Она что-то задумала. — Гюнтер прошептал так, чтобы его никто не услышал. Леви посмотрел на соседнее дерево и увидел сосредоточенный взгляд девушки, который быстро перемещался от одно «титана» к другому. — Проучим эту ненормальную. — Так точно, капитан. Тишину прервал только шелест листьев и лёгкий ветер. Все разместились на своих позициях и после недолгого затишья прозвучало огромное «Начали!». Алеит быстро резала «головы», перемещаясь от одного чучела к другому. За прошлые две недели она хорошо навострилась с УПМ, и сейчас он был для неё вторыми руками. Увлекшись выполнением задания, она не заметила, что все остальные продолжили сидеть на деревьях, наблюдая за её маневрами. Осталось три титана. Леви начал готовиться. Вот на горизонте показались два мешка, они бежали на девушку с двух сторон. Прекрасно. Он быстро спустился ближе к земле прямо над головой Алеит. Взмах и баллоны лопнули. Она явно не ожидала такого поворота событий, в шоке уставившись на удаляющуюся фигуру. Титаны были поздно замечены, им оставалось всего несколько метров, чтобы достигнуть её. Времени хватит только на одного. Она разбежалась, прыгнула на дерево и, оттолкнувшись от ствола взлетела в воздух, разрезая мешок. Приземлившись на землю, Алеит присела, закрыла голову руками и готовилась к столкновению с твердым деревянным основанием «титана». Момент! И на неё обрушилась мягкая сухая трава. Что? Голова метнулась вверх. Оруо стоял прямо над ней с клинком и подавал руку. Алеит, недолго думая, схватилась за него, и он, подняв её на руки, переместил их на своем УПМ на учебную поляну. Леви к тому моменту уже был там. — Ты! — Она почти бежала на него. — Мы так не договаривались! — А кто сказал, что титаны будут с тобой договариваться? — Титаны не разрывают баллоны УПМ! — Но вероятность этого все равно есть. И как ты убедилась сегодня — достаточно большая. Ох, как же он был доволен собой. Хотелось взять лошадиный навоз из конюшни и впечатать его лицо в одну из куч. — Урод! — Ненормальная. — Он стоял и улыбался, наслаждаясь её негодованием. На её лице редко появлялись такие яркие эмоции, и сейчас он был уверен, что заставил её подумать над своим «я все сама». — Все свободны! Солдаты элитного отряда начали расходиться. Она получила от Петры извиняющийся взгляд — кому её жалость вообще нужна? Остальным было все равно. Их спины удалялись, пока она не почувствовала присутствие кого-то рядом. Это оказался Бозард. Он долго внимательно смотрел на неё, потом протянул руку и сказал: — Напарники? Этот вопрос поставил её в тупик. Оруо, наверно, был единственным, кроме Леви, кто хорошо управлялся с УПМ. Они и правда могли быть убийственным сочетанием. Но она никогда ни с кем не работала. Её никто не учил. — Я не умею… — эта фраза была произнесена очень тихо и даже чуть жалобно. Она не хотела признаваться в своих слабостях, но сегодня он её «спас». Возможно, стоит попробовать. — Я научу. На его лице появилась нахальная улыбка, и тут он резко притянул её к себе и обнял. Шок. Её глаза расширились. Потрясение, которое она испытала заставило её зависнуть во времени на пару секунд. Мозг отказывался воспринимать действительность. Это дало парню фору, которой он не воспользовался. Замах под ноги. Удар по голени. И вот он уже лежит на лопатках чуть постанывая от соприкосновения с твёрдой землёй. — Больше так не делай! Хриплый смех избавил её от злости. Оруо просто лежал и наслаждался. Его веселье было таким заразительным, что Алеит перестала сопротивляться и тоже улыбнулась. Так они провели несколько минут, прежде чем пойти наконец-то на ужин. Эрвин сидел за столом вместе с Ханджи и лидером отряда наблюдения — Миком Закариасом. Они тихо переговаривались и строили планы на следующую вылазку, которая должна была состоятся через месяц, в конце октября. Это последняя в этом году. Его отвлек знакомый голос. Алеит входила в столовую и улыбалась: — Я не знала, что ты можешь быть нормальным человеком. — Кто бы говорил… Оруо Бозард светился как начищенный серебряник. То он запрокидывал голову в приступе хохота, то наклонялся, чтобы заглянуть в лицо собеседницы. Парочка прошла к столу, за которым сидел их отряд и опустилась на скамью. Смит был рад, что девушка постепенно находила друзей, но он не думал, что это произойдёт так скоро. Ему нравилось, когда она сидела с ним — он мог хоть частично контролировать ситуацию. Плюсом было и то, что он был единственным человеком во всём замке, который знал о ней больше положенного. Видимо, пришли перемены и с ними нужно смириться. С каждым днем отношения Оруо и Алеит становились все крепче. Парню нравилась своя отличительность. Девушка позволяла себе говорить только с ним, Леви и главнокомандующим. Такую выборочность он заметил, когда вместо того, чтобы обратиться к Петре напрямую, она попросила его спросить у разведчицы то, что ей нужно. С ней было необычно. Часто он не мог понять её действия, найти им хоть какое-то объяснение. В один день она могла улыбаться ему мягкой улыбкой и даже позволяла придержать ей дверь или положить руку на плечо, а на следующий становилось отчуждённой, и от неё невозможно было услышать ни слова. Пугало ли его это? Может быть. Напрягало? Совсем нет. Он уже привык. Ещё он привык к их перепалкам: каждый раз, когда он начинал хоть немного себя выделять, она давала ему подзатыльник — по началу это был единственный их телесный контакт, поэтому он не жаловался. Вступать с ней в конфронтацию — себе дороже, и Оруо смирился. Постепенно стало все меньше подзатыльников и все больше издевок, а потом он начал замечать, что больше не считает себя таким уж исключительным, может только если из отношения её к нему. Алеит была очень умна. Некоторые вещи она делала, основываясь на чём-то, что Бозард не мог взять в толк. А самое главное у неё все получалось. «Наука», — сказала как-то она. Что это за наука? Непонятно. Однажды, на сборах она развела костер с помощью какой-то стеклянной пластины. В ответ на высказанный вопрос он получил опять только одно непонятное слово — «интерференция». Что оно значило — ему так никто и не объяснил. И так было постоянно. Она разбирала УПМ и собирала его заново, ходила постоянно к Ханджи, просила Эрвина дать ей контакты инженеров, чтобы расшифровать черный ящик устройства. Из-за этого виделись они не много: только тренировки и столовая. Время бежало быстро. Холода начали подходить, и было принято решение начать выдвигаться за стены. Дата была назначена, и двадцать восьмого октября Разведкорпус отправился в экспедицию. Алеит ехала сразу за Леви, Эрвин был впереди. Строй походил на пику, остриё которой разрезало направление хода. У них было два фланга: левый и правый. Сзади ещё одна группа разведчиков прикрывала тыл. Слева от неё был Оруо — его лицо было как никогда сосредоточенным, он молчал, что было редкостью: никаких комментариев, смешков и шуток — только груз ответственности и напряжение. Было тихо. Они ещё не доехали до ближайшего леса, за их спинами остались ворота, а титанов в поле зрения не наблюдалось. Алеит не знала хорошо это или нет, сегодня все было для неё в новинку. Однако её это не пугало. Она знала, что выживет при любом раскладе карт в поле. Для всех остальных — это была русская рулетка. Вот ты есть, а в следующий момент уже нет. За все это время — а прошло два месяца, как она попала в Разведкорпус — с капитаном своего отряда она так и не нашла общий язык. Они были одновременно так похожи и в тоже время совсем разные. Леви, казалось, испытывал тёплые чувства только к Смиту. До остальных ему было по барабану, как будто его собственный отряд — это не больше чем приказ. По началу ей казалось, что он и Петра близки, но нет. Она доставала его также как доставала Алеит. Точнее не доставала. Ей вспомнился их первый разговор. Да, после него они перекидывать пару раз несколькими небольшими фразами, но, в основном, она старалась не попадаться Алеит на глаза. Интересно, помнит ли она о их договоренности. Девушка посмотрела вправо. Петра о чём-то тихо переговаривалась с Эрдом, не замечая на себе пронзительный взгляд зелёных глаз. Выживет ли эта девушка сегодня? В элитном отряде у каждого была своя задача: они с Оруо были главными бойцами, первые шли в нападение и старались положить как можно больше титанов; Петра — связующая, она летала туда-сюда, передавая информацию от капитана разным группам; Эрд, Гюнтер были рядом с Леви, они шли после них, чуть в разброс. Не успела стена скрыться за горизонтом, как послышался топот. Звук быстро приближался, смешивался с похожими и на виду показались три титана. Она заметила, как рука Леви легла на рукоятку УПМ. — Кёниг, ты одна. Только без выкрутасов. Приказ командира. Одна? Разве не он хотел научить её работать в команде? Она повернулась на Оруо, его вид говорил о том, что он в таком же смятении, как и она. Ясно. Очередной урок. Хочет её проучить? Или доказать всем, что она не так виртуозна в бою, как о ней думают? За время проживания в замке Разведкорпуса её имя обросло множеством слухов. Самый частый: она — бес. И Эрвин заключил сделку с дьяволом, чтобы она служила у него. В рукопашном даже капитан не мог ей ничего противопоставить, а в воздухе она была неуловима. И смешно, и грустно. Сколько раз подобное она слышала о своей матери? Неужели прозвища тоже передаются генами? Хотя нет. Для Леви она «ненормальная», такого у мамы точно не было. Может это от деда? Алеит отслеживала передвижение гигантов. Двое были вместе — лёгкая добыча. Один чуть поодаль: быстрый и очень агрессивный. Нельзя расслабляться. Она вышла из построения и пустила лошадь в галоп, двигаясь прямо на недолюдей. Раз. Звук выходящего из барабана троса. Два. Резкий взлёт. Ветер обдувал каждую единицу её тела, чувство полёта захватило, и на мгновение она забылась в своих ощущениях. Ошибка. Из-за задержки титан попытался ухватиться за неё, запутывая верёвку. Она запустила механизм накрутки, после того как села на плечо гиганта, забираясь с клинком ему под кожу. Щелчок. Все на месте, можно двигаться дальше. Резкое движение, и на шее титана пролегла глубокая рана. Прыжок. Взмах. Второй урод тоже повалился на землю. Дело осталось за малым. Алеит начала вертеть головой в поисках последнего. К её несчастью, он почти дошёл до толпы разведчиков, но Леви оставался непреклонен. Она видела шокированные и испуганные лица солдат, когда его рука взметнулась вверх, принуждая бездействовать. Оруо. Он смотрел только на неё: не на титана, Леви и остальных. Только на неё. Вдруг он резко пропал из поле зрения, заграждённый тушей чудовища, которое двигалось прямо на парня. Хотелось расплакаться. Он был её единственным другом. Точнее человеком, которого она могла таковым назвать. И вот так он погибнет? Из-за её невнимательности? Она ударила лошадь по бокам так, что, кажется, содрала с неё кожу. Быстрее двигаться было невозможно. Надо думать, как успеть и не потерять единственного ценного для неё человека. Длину верёвки она примерно знала. Прикинув сколько метров осталось до шеи врага, она соотнесла время её пути до точки, от которой можно оттолкнуться, и время бега титана до Оруо. Она должна успеть. Но осечек быть не может. Убить с первого раза. Иначе нельзя. Опять взлёт, быстрое приближение к спине ногами вперёд. Замах. Кажется, она что-то кричала в процессе убийства. Отчаяние. Её затопило отчаяние. Она не хотела опять быть одна. Раньше это казалось ей само собой разумеющимся. Но сейчас одиночество приносило ей дискомфорт. Стоило обзавестись всего одним другом, и пути назад уже не было. Кажется, клинок разбился о что-то твёрдое. Алеит слышала звон металла в оглушающей тишине своего спокойствия. Пронесло. Все хорошо. Она все ещё была на титане, когда он провалился вперёд, и едва не придавил самого Леви. Её взгляд был сосредоточен на одной точке. Она ещё приходила в себя. Неужели эти два месяца так сильно её изменили? Неужели она не сможет больше добровольно вернуться в Марлию? Это было в её планах, но теперь казалось чертовски непривлекательным. Она не замечала шокированные глаза разведчиков, переглядки Эрвина и Леви и звенящую тишину, образовавшуюся от шока толпы. Проморгавшись, Алеит наконец-то посмотрела на лица солдат, оглянулась и увидела голову. Она была отдельно от туловища и катилась вниз с возвышенности, на которой стоял отряд, ближе к кроме леса. Ей нечего было сказать. Она не знала, как это получилось. Может все-таки сила титана переходила человеку? Будучи женской особью, головы она отрывала с лёгкостью, которой позавидовал бы Кратос. Но человеком не могла. Всё было так запутанно. Ей хотелось более детально изучить каждую способность тела титана, но для этого нужен был подопытный. Она оседлала своего коня и встала обратно в строй, не проронив ни слова. И они продолжили двигаться. В лесу было прохладно, мурашки разбежались по рукам и ногам, а лошади сбавили темп. — Невероятно! Я обомлел, когда ты снесла ему бошку! — Оруо подъехал ближе к ней, восторженно шепча. — Только не зазнавайся. Ты ничем не отличаешься от меня, я тоже достаточно сильный воин, ты увидишь. Она хмыкнула и улыбнулась. Его ничего не проймет. Всё равно самый-самый. — Я не сомневаюсь, — девушка послала ему хитрый взгляд и повернула голову в сторону Леви. Интересно, его это тоже впечатлило? Кого она обманывает, она сама была в шоке от произошедшего. Голова титана в диаметре сантиметров пятьдесят, а то и больше; если бы она не знала, что является перевертышем, её уже бы увозили с приступом. Она бы не смогла победить свои мысли и зарождающиеся вопросы. Если Алеит на что-то не знала ответ — это крутилось в её голове вечным волком, изматывало и сводило с ума. Ей казалось, что у Эрвина примерно такая же болезнь: она видела в его глазах эту маниакальную жажду отыскать ответы на всё, что ему неизвестно, только, в отличие от неё, он научился с ней жить. Может с возрастом ей тоже станет проще? Они шли по лесной дороге. Ещё несколько титанов встретилось на их пути, но в этот раз ими занимались новички; она с Оруо были на подстраховке. После леса раскинулась поляна. Да, она помнила это место. Женской особью она долго пересекала её. На лошадях это было сделать практически нереально. Они не брали с собой много провизии и газа: только по два дополнительных баллона, — значит у Эрвина другой план. Но никто не задавал вопросов, все действовали строго указаниям главнокомандующего. — Группа два и три, вы уходите вправо и обследуете местность вдоль линии леса. Дойдете вон до того высокого дерева, — он показал пальцем на обугленный сверху столб. — И возвращаетесь сюда. Группа четыре, — они были теми, для которых эта экспедиция была первой. — Вы идете по левую сторону вдоль леса до угла и возвращаетесь, элитный отряд пойдет с вами, — он обернулся и посмотрел на Алеит. — Все, кроме Леви и Кёниг. Капитан кивнул Эрду, давая понять, что тот будет вместо него. Впрочем, как и всегда. Она посмотрела на Оруо и кивнула. Зачем? Хотела ли она дать ему понять, что с ней всё будет хорошо? Наверно, нет. Кто должен боятся смерти, так это парень. Его лошадь в момент оказалась очень близко. На эту выходку обе кобылы прижали уши и начали скалиться. Оруо негрубо сжал её плечо. — До встречи. И уехал за остальными. Они остались втроем. — Что это значит? Она не могла понять, зачем Эрвину так рисковать. Их всего трое. Если титанов будет слишком много, то их ничего не спасет. — Это значит, что мы едем прямо. Будем пересекать поле. Доедем до центра и развернемся обратно. — Но на плоских пространствах вообще нет возможности использовать УПМ! Ты хочешь меня убить? — Она редко повышала голос, но сейчас ей становилось совсем не до шуток. — Вы с Леви лучшие разведчики. Ты сама только что убила трех титанов также в поле, совершенно одна. Если будет слишком тяжело, мы с Леви поможем. О. Нет. Нет. Нет. Она, кажется, поняла его задумку. — Ты хочешь проверить мои силы? Хочешь узнать на что я способна. Это был не вопрос, но он все равно ответил: «Да», — и отправил лошадь в галоп. Ей ничего не оставалось как подчиниться приказу. Трава была не очень высокая, лошадь шла легко. На открытом пространстве она чувствовала себя свободнее и ускорялась. Вскоре появлялись первые титаны. Они виднелись вдалеке, но их было много. Штук двенадцать самых разных размеров: от 6 до 11 метров. Ох, как же ей все это не нравилось. Страха не было. Но её не покидало ощущение приближающейся катастрофы. Что она будет делать, если Эрвин узнает, что она — титан? Придется ли ей убегать и скрываться, в надежде найти координату и выполнить миссию? Размышления прервала легкая тряска. Земля дрожала от тяжелых шагов гигантов. Они стремительно приближались к их малочисленной группе. Леви и Эрвин замедлили своих лошадей, давая ей уйти вперед. Как по-джентельменски! Её лошадь пролетела между ног у одного, и Алеит, выпустив гарпуны, взлетела в воздух. Первый, второй, третий. Титаны быстро падали на землю один за другим. Её кобыла скакала следом за её перемещениями. На очереди был десятиметровый. С первого раза залететь не удалось, он оборвал один её шнур, и Алеит пришлось отцепить баллон, чтобы её не утянуло следом. Она повисла на спине гиганта и воткнула клинок под кожу. Раз, два, три. Она забиралась по ним, погружая то один, то другой. Вскоре девушка наконец-то оказалась у начала позвоночника и полоснула по шее резким взмахом. Есть. самый большой мертв. Алеит начала искать глазами свою кобылу, но обнаружила только кровавое пятно позади другого титана. Замечательно. Теперь она осталась без средства передвижения. Одиннадцатиметровый начал падать, воспользовавшись этим, она прыгнула на спину другого и быстро разделалась с ним. Следующие четверо были одинакового роста, и ей не составило труда просто перемещаться с одной спины на другую, заставляя их падать от лезвий, которые, к слову, очень быстро стачивались. Что же убьёт её первым? Отказ второй половины устройства маневрирования или нехватка оружия? На одного, может двух её еще хватит, а там, возможно, Леви сможет помочь. Алеит оказалась на земле прямо перед очередным титаном. Он тянул к ней руки, и она решила воспользоваться тактикой её первого убийства: забраться по руке и резать. Все шло по плану вплоть до последнего мгновения. Сталь не выдержала напора и лопнула, лезвия выпали из карманов, и она осталась без оружия. Нет, нет, нет. Что же делать? — Леви! У меня больше нет инструмента, которым можно убить титана! — Но он, казалось, её не слышал и не сдвинулся с места. У неё не было лошади, она не смогла бы до него добраться. Два оставшихся титана норовили её съесть и тянули свои руки к её туловищу. Самое выгодное — это оказаться под ними. Там они не смогут её схватить и прикончить. Алеит резко отклонилась и сбежала с окутанной паром туши прямо под ноги ближайшему к неё титану. Только их было два. Она с ужасом заметила, что второй уже склонился головой прямо к ней, надеясь сразу отправить жертву в рот. Помоги. Помоги. Помоги. — Леви! Капитан переводил взгляд то на Эрвина, то на развернувшуюся перед ним ужасающую сцену. — Её убьют! Дай мне помочь ей! — Взмолился он. — Нет! — Смит был непреклонен, он с любознательностью ребенка смотрел на Алеит. Его взгляд блестел искрой сумасшедшего интереса. Леви поморщился. Он в первый раз задумался, не убьет ли Эрвин их всех только ради каких-то ответов. Она почти плакала. Шок и ужас сковал все тело. Мысли метались в голове, разрывая её на сотни маленьких частей. Душа уже готова была отправиться на тот свет. Никто ей не поможет. Она одна. Были ли смысл иметь друзей, семью, если в конечном счёте ты все равно оставался со смертью один на один. И даже те, кого ты считала товарищами решили тебя предать. В какой-то момент исчезло все: тяжелая нога закрыла солнце. Поздно было даже молится. Я не хочу умирать. Не хочу умирать. Не хочу! Всё резко прекратилось. Тяжелый шаг всколыхнул поле и между землей и ступней титана не осталось пространства. Дыхание приостановилось. Но когда ничего не произошло, Эрвин медленно кивнул, и Леви сорвался с места. Он никогда не спешил так сильно и не убивал так быстро. Первый, второй — оба титана упали навзничь. Смит, казалось, все ещё чего-то ждал, но ничего не происходило. Леви тяжело дышал. Он ненавидел терять солдат! Особенно не хотелось терять её. Тяжело было признаться, но она заинтересовала его. Ему нравилось наблюдать за постоянными изменениями в её поведении. Сначала такая холодная и закрытая, она с каждым днем открывалась все больше. Чаще улыбалась, шутила над ним, интересовалась разными вещами, постепенно становилась ребенком, которым не могла позволить себе быть до. Сердце болело. Руки опустились вдоль тела, и он просто сидел на коленях рядом с убитым только что титаном. Вместо головы Эрвина Смита, казалось, образовалась полость. Ему не верилось, что её жизнь так просто могла оборваться. Раз и её уже нет. Он медленно подъехал к месту трагедии, спешился и начал осматриваться. Огромная толстая нога прикрывала, скорее всего, лужу крови и тело красивой девушки, превратившееся в лепешку. Он отпинал в бок тяжелую дымящуюся конечность. И сначала не поверил своим глазам. Огромный кристалл был впечатан в землю, а за толстым слоем прозрачного уплотнения виднелась фигура Алеит. — Леви… Капитан сработал моментально: уже через минуту он яростно пытался вскрыть оболочку, но ни сильные удары ногами, руками, другими камнями не могли вызволить девушку. Даже сталь клинков ломалась от соприкосновения с твердым материалом. — Это бесполезно, — вынес вердикт Аккерман. — Что это вообще такое? Он посмотрел на Смита, лицо которого выражало глубокую задумчивость, смешанную с непониманием и отрицанием действительности. — Нам нужна Ханджи… Появилось ощущение потери контроля, невозможность осмыслить происходящее давило на него тяжелым грузом. Его бросило в пот, легкая дрожь захватила его конечности и не отпускала вплоть до встречи с остальными разведчиками. В это время на перекрестной дороге уже собрались все члены отряда. Потерь почти не было: только один новенький получил боевое сотрясение, когда выпал из титаньева захвата. В общем и целом, заметил Оруо, миссия прошла успешно. На их долю выпало всего три титана, по разговорам, у второй было не сильно больше. На горизонте мелькнули силуэты Эрвина и Леви, и все вздохнули с облегчением. Скоро они поедут домой и до следующей вылазки можно расслабиться. Он давно хотел сходить на ярмарку в центр, говорят, там просто невероятные брецели. Кёниг точно оценит. Он улыбнулся, надеясь встретить улыбку подруги в ответ, но за спинами мужчин никого не оказалось. Паника молниеносно охватила всё его тело. «Нет…» Всё его веселье разом улетучилось. Сердце ушло в галоп и стучало где-то под коркой мозга, заставляя невольно задохнуться от боли. «Это невозможно…» Она же была самой сильной из них. Он уважал Леви как капитана, но соврал бы, сказав, что тот «сильнейший воин человечества». В глазах застыли слезы. Имеет ли он право оплакивать её? Посрать. Он попросит у Леви нашивку, заберет её и будет хранить как талисман — на удачу. А если тот не отдаст, возможно, это будет его последний день в элитном отряде, после его выгонят за неподчинения приказам и разбитую голову капитана. — Где она? — сталь в голосе молодого парня могла резать кожу, но Леви тон не задел; он только чуть мотнул головой и промолчал. — Эрвин! Что, блять, с Алеит? Где она? Он кричал и задыхался. Лесной воздух перестал казаться свежим, теперь он был отравлен горечью потери, разъедал легкие и убивал организм за секунды. — Мне очень жаль, Оруо. Но я не знаю. Технически, он и правда не знал где она, точнее, в чем она, и как она оказалась замурованной в этом. Что бы это ни было, но она по своей воле оказалась в коконе. Сама заточила себя в нерушимой защите. Чтобы выжить. Он был прав на её счёт. У Алеит было много тузов в рукаве, но Эрвину не хотелось ждать, когда она их разыграет. Под давлением смерти все люди открываются. Он надеялся, что она не будет ждать последнего момента, чтобы сохранить себе жизнь. Более того, он никак не ожидал таких последствий своих действий. Магия, перемещение сквозь пространство, перерождение. По правде говоря, он думал, что она из другого времени: прибыла к ним со своим огромным багажом знаний и вопросами, ответы на которые можно было найти только тут, в 847. А сейчас он просто не знал, что делать. Впервые Эрвин Смит был в тупике. — Что это значит… Оруо продолжал настаивать на объяснении. Как жаль, что никто не мог ему помочь, ведь единственные свидетели сами были в легкой контузии от произошедшего и не делали ни единой попытки объяснить что-то для начала хотя бы себе. — Возвращаемся! — главнокомандующий оглядел всех разведчиков и не заметил потерей… Кроме одной. — Это приказ!