~
— Чуваки, да я чуть не сдох! — Тихо, чтоб услышали только чуваки, возмущается Фил и ложится лицом в парту. — У него только лазеры из глаз не полетели! — Да, мы видели твои страдания. — Арт в своей манере усмехается и скрещивает руки на груди. — Думаю, весь класс видел. Это был полный провал. — Сам виноват. — Кира всегда поддерживает лучше всех. — Ты вечно с ним собачишься, вот он так и отреагировал. Наверняка подумал, что это пранк какой-нибудь и ты проверяешь его на гея. — Да если б я с ним не собачился — не влюбился бы! — Вдруг выдает этот черт, сам не зная, что конкретно имеет в виду. Арт и Кира синхронно закрывают лица от стыда. Выражение Вика с жизненной позицией «обнять и плакать» надо было видеть. — И к тому же, это, Кир, твоя идея была. А я еще и виноват. А точнее не идея, а условие спора. Фил проиграл Кире в челлендже, чем доказал, что воры круче магов. Хотя и условия, по словам блондина, были нечестными, и направление ветра не то, а еще магнитные бури в мире Энвелла разбушевались не на шутку, так что у него весь день болела голова. Печатать в типографии конечно пришлось за свои деньги, ведь от руки выходило коряво и совсем «не романтично». А что делать, Киру сможет переспорить только другая Кира. — Ты вообще должен быть мне благодарен. — Отозвалась Кира на нелестный комментарий. — Если бы не моя идея, ты бы сам никакого шага не предпринял и ничего в ваших отношениях не изменилось бы. — А кто сказал, что что-то изменилось? Ты бы видела, как он на меня смотрел. — Как на идиота? — Неоднозначно бросила Сменкина. Арт хихикнул. — Очщ смешно. — Разочаровавшись в чужих доводах, Фил плюхнулся обратно на парту и пролежал так весь первый урок. Маринад собственных мыслей пошел ему на пользу, ведь, кажется, к концу урока ему в голову пробралась какая-то идея. Вик с Кирой конечно заметили это и уже собирались расспросить его, но Арт пресек их попытку, оправдывая это фразой «посмотрим, что будет дальше».~
(Рекомендую включить Imagine dragons — Start Over) Легкий вихрь ударил в лицо, когда Илья приоткрыл школьную входную дверь. Этот необычайный весенний ветер обволакивал нежностью дуновения и в то же время пронизывал холодом до нитки, заставляя задуматься: а не стоило ли одеться потеплее? Солнечный свет, такой мягкий, ложился на одежду и ресницы, грел веснушки. Ореховые радужки превратились в янтарные и отдавали прозрачным оранжевым. Илья сощурился. Контраст «солнечного ветра» отзывался в душе, становилось легче дышать. Вдохнув полной грудью, Муромов поправил ветровку и неспешно зашагал в сторону дома. Восхищающие архитектурным решением петербургские дома возвышались над тротуаром по левую сторону. Если бы Илья не ходил этой дорогой каждый день по два раза в течение нескольких лет, засмотрелся бы на освещенные нечастым солнцем фасады зданий. Из задумчивости о прелестях погоды его вынул неизвестный объект, нащупанный на дне кармана. Это оказался тот самый купон. Озадаченный Муромов принялся снова разглядывать оформление, попутно уходя в свои мысли. «А я уже и забыл об этом. Интересно, зачем он это сделал?» — он пару раз покрутил листок в руках, покраснев, но его размышления нагло прервали. — Илья! — Крикнул сзади до боли знакомый звонкий голос. «Вспомнишь солнце…» — Подумал Илья и моментально спрятал бумажку обратно в карман, надев маску безразличия. — Не делай вид, что не слышишь меня. — Нарочито обиженно проговорил Фил, уже поравнявшись с Муромовым шагом. Илья обреченно выдохнул и вопросительно скрестил руки на груди. Черных положил руку себе на затылок и отвел взгляд. — Я хотел… Извиниться. Илья удивился. — Ну, за тот выс… За ту выходку утром. — Какую выходку? — Илья сделал вид задумчивости и придал голосу язвительности. — А, ты про тот огрызок бумажки? Я уже выбросил. Он махнул рукой и пошел дальше, как бы намекая, что диалог окончен. Однако безрассудный оптимизм Фила не так-то легко сломить, иначе он бы сейчас не завел диалог. «Выбросил и выбросил.» — подумал блондин, — «Все равно это не моя идея была.». Отбросив ненужные мысли, он нагнал ничего не подозревающего Илью. Тот как-то странно глянул на подоспевшего. — В таком случае я рад, что ты на меня не в обиде. — Бледная рука геймера, ни разу в жизни не трогавшая траву, как бы по-дружески легла на плечи Муромова. Щеки рыжего предательски побагровели, но обычный человек никогда не станет обращать внимание на изменение цвета лица собеседника, так что бояться, что Фил что-то заметит, было бы крайне глупо. — Черных, что тебе нужно? — Илья сдался, в глубине души радуясь этому решению. — Наконец-то ты спросил! Тут такое дело… Ты бы не хотел, ну, сходить куда-нибудь? — Кажется блондин сам засмущался от того, как прозвучал этот вопрос, поэтому убрал руку с плеча Ильи. — Со мной. — С тобой? Хах, и зачем мне это? — Короче, я там Арту проспорил, а его условием было, чтобы я провел один день с тобой. Хочет, чтоб мы с тобой все уладили. — Все это чистейшей воды наглая ложь. — И пока ты не успел возразить: он же меня побьет, если я не выполню уговор! — А мне-то какое дело? — Надо сказать, Фил врал превосходно. Сердце ухнуло вниз от разочарования. «Неужели ты только из-за этого со мной заговорил?» подумал Илья. — Да пусть он тебя хоть убьет — меня не волнует. — …Я знаю один клуб с игровыми автоматами неподалеку, там за жетончики можно приз выбрать. Ты сто проц ни разу там не был! И рядом еще кафе есть недорогое. — Черных будто пропустил мимо ушей все сказанное старостой и тараторил о своем слово за словом, отдаваясь этому монологу всей душой. Дикция стримера давала о себе знать. — Понимаю, ты вряд ли увлекаешься играми, особенно аркадными, поэтому я возьму на себя обязательство заплатить за тебя. Так что тебе не придется даже тратиться. Одна большая халява! На первый взгляд Илью не особо впечатлил разговор об играх. Он будто даже не слушал Фила, пока тот не договорил, расплывшись в лукавой улыбочке: — Можешь считать это свиданием. На этих словах зрачки Ильи расширились, и наперекор этому в глазах помутнело. Фил сказал что? Свидание? Как жаль, что бедный Муромов не уловил шутливый подтекст в этой фразе. «И почему он это сказал? Неужели подумал, что меня можно этим подкупить?» — Со злостью пронеслось в голове. — «Или он прознал о моих чувствах и теперь ходит издевается?!» Он ушел в свои мысли, забыв о том, что должен как-то ответить на предложение. Фил расценил это по-своему: — Слушай, — спустя недолгое неловкое молчание, не замечая внутренних стенаний Муромова, продолжил Фил, — я знаю, как ты ко мне относишься, но… «Ну все! Я пропал…» — Муромов готовился принять и отказ, и издевки, и что бы там ни вытворил еще этот Филипп Черных. — …Мы же с тобой все-таки одноклассники. Нельзя же оставлять все так, как есть. Как бы ты меня ни ненавидел, я… — Тут Фил запнулся, будто бы что-то вспомнил, а потом продолжил, активно жестикулируя. — То есть, Арт хочет, чтоб мы с тобой помирились. Ну, не помирились, а… Перестали… Собачиться! Подружились, короче. Муромов, уже готовившийся распрощаться и со своей любовью, и со своей репутацией, медленно расслабился. — Я согласен. — Выкинул он наконец. — А? — Я согласен пойти с тобой в этот компьютерный клуб, или как там его. — Глаза Фила загорелись. — Я свободен завтра после школы. — Для тебя я свободен всегда. — Вырвалось у Черных, который сразу же об этом пожалел, получив выразительный взгляд в свою сторону. Но верно после всего, что было, Муромов принял это за очередную шутку. Вскоре их дороги разошлись и, неловко попрощавшись, в приподнятом настроении оба отправились по домам.~
Когда Черных пришел домой, его телефон пиликнул, уведомляя о новом сообщении: «Это Илья. Пиши сюда, если планы изменятся.» Брови Фила направились вверх по лбу. «откуда у тебя мой номер?» — настрочил он. «Я же староста. У меня есть номера всех в классе.» — ответ пришел незамедлительно. — «И к тому же ты указал телеграм в описании своего твич канала.» «а мой твич у тебя откуда?» — спросил Фил, но ответа не дождался. Где-то в нескольких кварталах от него в своей комнате матернулся Илья.