Первый после первого

Прошло несколько дней, молодые люди устроились в своих новых комнатах, познакомились с дворцом Чена и уже чувствовали себя как дома. Но в воздухе витало напряжение, и каждый из молодых людей понимал, здесь они не просто ученики, здесь они соперники. В один из дней Чен, мудрый и властолюбивый наставник, собрал своих учеников и сделал заявление. — Зачем вы тут? Вы хотите стать моими учениками? Познать мудрость, получить власть? Тогда в знак верности вы должны набить татуировки в честь самых сильных воинов, что знал Ниндзяго – Анакандраев, на своих телах. Эти слова вызвали бурю эмоций среди учеников. Гармадон поверить не мог, неужели Чен восхищается змееподобной расой, этими хладнокровными лгунами и предателями?! Но, несмотря на внутренний конфликт, он, с ухмылкой на лице, решился подыграть. — Я готов расписать даже самые чувствительные места, чтобы вы, Мастер Чен, поняли мой серьёзный настрой. — Заявил Гармадон, кладя руку себе на грудь, намекая на выбранное им место. — Это льстит, мой верный ученик, но ещё рано звать меня Мастером, — ухмыляясь сказал Чен, — пока обращайтесь ко мне Сенсей. Клаус, с недовольным выражением лица, жуя и без того узкие губы, молча слушал, понимая, что это лишь игра на публику. Пыль в глаза... Он ведь не решится? Но желание понравиться Чену было сильнее. Он тоже выбрал место для татуировки! Через пару дней ученики собрались, чтобы похвастаться наколками друг перед другом больше, чем перед мастером. Первым был Клаус. Он снял с себя верх одежды и обнажил татуировку змеи, которая обвивала его живот, хвост изящно уходил по скудной волосенной дорожке от пупка в брюки, голова же с разинутой пастью находилась на грудной, плохосформированой мышце, а в центре композиции, как вишенка на торте, был его правый сосок, выполненный в виде глаза. Все затаили дыхание от удивления, особенно Чен, который даже покраснел от такой смелой и экстравагантной подачи. Клаус довольно улыбнулся, он прикрылся и, встав рядом с Ченом, почувствовал себя победителем, ведь он знал, что теперь Гармадону сложно будет ответить равносильно, и пусть у него тату тоже будет на груди, вряд ли он переплюнет его. Пришла очередь Гармадона, и он, с каким-то таинственным выражением лица, встал перед Ченом и Клаусом и тоже оголил верх туловища. На удивление всех, его торс был чист и соблазнительно накачен, без тату, притягивал к себе внимание. Клаус, недоумевая, рассматривал Гармадона, который с ухмылкой повернулся к ним спиной и показывал на ней огромного змея, заумно завернутого в красивую позу. Чен, оценив татуировку по достоинству, он кивнул в знак одобрения, но уже менее эмоционально, все же смелость Клауса оставила свой отпечаток в его сердечке. После презентации своей "верности" они разошлись. Клаус был просто взбешён. Он столько боли испытал, выкалывая рисунок, а этот Гармадон... — Гармадон, ты мне соврал! Ты сказал, что будешь колоть тату на груди! — Воскликнул Клаус по дороге к их комнатам, не в силах сдержать эмоции. Какой же он оказывается не однозначный, а молодой маг думал, что ещё тогда при знакомстве прочёл этого фермера. Оказывается нет и ему нужно быть с ним осторожным! — Я соврал? — Удивлённо и с нотками осуждения выдохнул Гармадон. — Я тебе ничего подобного не обещал. Я и правда был готов на груди изобразить змея... — Лукавит он вновь положив руку на грудь, как в прошлый раз. — Но я не говорил, что точно буду это делать. Я что, дурак? Гармадон, с дерзкой улыбкой, зашёл в свою комнату, и закрыл дверь перед носом Клауса, оставив его трястись от злости в коридоре. Всё вышло именно так, как он и хотел. Клаус выставил себя идиотом! С момента знакомства у них началось состязание за милость Чена, за место его ученика. Это война! Гармадон знал, что татуировка, это не просто официальная часть, но и показатель готовности идти на всё. Он вообще вначале задумывался над идеей сказать, что готов сделать тату на лице, как некоторые слуги, но тогда сразу было бы видно её отсутствие, а на груди... Нет, он не готов жертвовать своим прекрасным телом спереди. Ведь в таком случае, после, он не сможет покрасоваться им перед девушками. Гармадон победил в их маленьком сражении, и пусть Чен положит камушек своей симпатии на весы Клауса, но между ними самими на весах Гармадона целый булыжник. Он красавчик, а Клаус подлиза, сегодня это всем стало понятно, и это только начало из сопротивления.