Истории о любви и страсти в мире Магической Битвы

Даже несмотря на то, что вы с Сатору договорились о свободных отношениях, он все же влюбился в тебя, как последний дурак. Ну, а как тут не влюбиться, когда ты не только идеально подходишь ему в постели, но и в целом, с тобой очень приятно проводить время? Ты умная, обаятельная, милая и определенно в его вкусе. Да, он изначально не хотел завязывать серьезные отношения, не планировал влюбляться в кого-то, но ты перевернула его жизнь с ног на голову. Разделила ее на «до» и «после». И у него, кажется, просто не осталось никакого выбора. Сатору Годжо, твой преподаватель, влюбился в тебя, как глупый мальчишка.   И все бы ничего, но мужчина почему-то был уверен, что это не взаимно. Да, ваш секс однозначно крышесносный, он знает, что тебя все устраивает. Но совершенно не догадывается, что ты влюбилась в него гораздо раньше. Ты прекрасная актриса, никто даже и не посмел бы подумать, что ты влюблена в Годжо. Что там говорить, ты убеждала в этом саму себя, насколько только могла. Каждый чертов раз при вашей встречи колени так предательски подкашивались, и твое тело начинало все больше и больше поддаваться мужчине, что уже невозможно было отрицать очевидное.   И сейчас, сидя на его лекции, ты даже не слушала Сатору. Он выглядел, как гребаное божество, в твоих глазах. Да что уж говорить о тебе, когда ты прекрасно слышала каждое перешептывание от рядом сидящих одногруппниц. Каждая из них обсуждала не только его внешность, но и то, как сильно им бы хотелось завладеть таким мужчиной, словно он гребаный трофей.    Тебя это злило, хоть ты и понимала, что не имеешь на это никакого права, ведь вы договорились о свободных отношениях. Разумеется, Сатору будет не против и других студенток. Так или иначе, вы с ним спелись именно из-за секса без обязательств…   Только ты хотела сосредоточиться на том, что говорит преподаватель, как другие перешептывания снова заставили тебя отвлечься от лекции.   — Бессмысленно, девочки, — сказала одна из них, — у него есть девушка. Так что лавочка по халявным зачетам прикрыта!   — Ты шутишь? — удивилась другая. — У Годжо? И другая?!   — Он сам мне сказал! — продолжила первая девушка. — Я заявилась в его кабинет, чтобы повторить то, чем мы с ним занимались в прошлом году, а он меня отшил! Еще и так грубо! Я чувствовала себя ужасно!   Ты прикрыла глаза и провела ладонью по лицу. Услышанное немного выбило тебя из колеи, но ты продолжала держать лицо. Особенно, когда почувствовала, как огромный комок застрял прямо в твоем горле. Руки так ужасно затряслись, а на лбу образовалась испарина.    У него есть девушка? Какого черта тогда сегодняшнюю ночь он провел с тобой? Изменяет ей с тобой? Или наоборот? Как тут правильнее будет сказать вообще?    Но ведь этой ночью ничего не выдало того, что у него кто-то есть помимо тебя. Он вел себя так же, как и обычно. Еще и после вашего секса так мило и по-собственнически уложил тебя к себе на грудь, что ты ощущала себя какой-то защищенной…    Твои глаза почему-то налились слезами, но ты продолжала держаться, понимая, что пора прекращать все то, что было между вами. И только голос Сатору вернул тебя в реальность.   — Откройте двадцать третью страницу, — сказал он, убеждаясь, что все студенты его тут же послушались. Это дало ему возможность достать телефон и отправить тебе сообщение.   Дрожащими пальцами ты перелистывала страницу за страницей, совершенно не понимая, что вообще тебе нужно, и какую страницу попросил открыть Сатору.   — «Ты в порядке?», — пришло сообщение от него, что испарина теперь еще и появилась по всему позвоночнику.    Подняв голову, твои глаза столкнулись с небесно-голубыми глазами преподавателя, которые, кажется, прожигали всю твою душу, что у тебя захватило дыхание. Как и всегда.    Ты просто кротко кивнула мужчине, после чего вновь вернулась к поиску нужной страницы.   — «После пар зайди ко мне в кабинет.», — опять пришло сообщение от Годжо, но на этот раз ты побоялась поднимать голову, ведь иначе он бы все понял.   — «Не могу», — быстро соврала ты, наблюдая, что Сатору набирает текст.   — «Это не вопрос. Нам нужно кое-что обсудить».   И теперь все встало на свои места. Ты сразу поняла, что стоит только переступить порог его кабинета, как он разорвет ваши свободные отношения. Ну, рано или поздно это пора было прекратить, ты ведь сама это должна понимать. И понимать, что такие отношения никогда не приводят ни к чему хорошему. Ты все-таки умная девушка, но почему-то надеялась на что-то другое. Ты влипла.   Лекции тянулись так медленно, словно назло. И от этого тебя почему-то еще больше трясло. С одной стороны, ты все прекрасно понимала, что нужно прекращать ваши отношения, построенные исключительно на сексе, а с другой — было чертовски больно. Любое расставание — это больно, но здесь… Здесь тебя уже выворачивало наизнанку только от одной лишь мысли, что сегодня ваши пути с Сатору разойдутся.    Все это время ты терялась, не улавливала суть лекций, постоянно зацикливалась на мыслях о своем любимом преподавателе, и уже почти начала ненавидеть саму себя за то, что сейчас учеба ушла на второй план. Только даже это не дало тебе сосредоточиться на занятиях, так или иначе, в мысли нагло проникал Годжо, который по-прежнему продолжал отправлять тебе сообщения.   Он не слепой — прекрасно видит, что сегодня с тобой что-то не так. Ты чем-то обеспокоена и ему необходимо знать, чем конкретно. Мужчина привык наблюдать на твоем лице широкую улыбку и слышать звонкий смех, но уж никак не поникшее лицо и глаза, которые полны какой-то грусти.    Для Сатору время так же тянулось, как и для тебя, мучительно долго. Поэтому он тебе и писал всякий бред, который приходил ему в голову. Словно это могло бы ускорить время. Он понимал, что занимается какой-то дичью, но остановиться уже не мог. Еще и чертовы студенты из других курсов выводили пуще прежнего… Но он решил для самого себя, что пора прекращать то, что между вами происходит. Прекращать и начинать что-то новое, поистине прекрасное. Вопрос заключался только в том, согласишься ли ты на это?   Тем не менее, как бы не тянулось время, оно наконец настало. Ты медленно направлялась в сторону кабинета Сатору, заранее подготавливая речь, что не жалеешь о проведенном времени, и что не держишь на мужчину никаких обид. Если бы ты только знала, зачем тебя на самом деле позвал Годжо, ты бы сейчас бежала, сломя голову, но сама того не понимая, ты начала оттягивать время. Наверное, ты прекрасно понимала, что стоит тебе только встретиться глазами с преподавателям, как те слезы, что ты сдерживала, вырвутся наружу огромным потоком. А это не надо ни тебе, ни Сатору. Ты умная девушка, но порой бываешь чрезвычайно глупой.   Подойдя к нужной двери, ты смотрела на табличку с именем преподавателя, чувствуя, как ноги снова начали подкашиваться, а голова кружиться. Но тебе необходимо было все сказать ему прежде, чем ваши пути разойдутся.    Тяжело выдохнув, ты потянулась к ручке, а в следующую секунду дверь резко открылась, и сильные руки мужчины схватили тебя и уволокли внутрь кабинета. Ты даже не успела опомниться, как оказалась прижатой к стене в кабинете Сатору, который тут же начал покрывать твое лицо хаотичными поцелуями.    — В чем дело? — мурлыкал он, закрывая дверь на ключ. — Забыла как открываются двери?    Ты таяла, пока губы мужчины опускались к твоей шее. Его шепот вызвал мурашки по всему телу, что ты уже почти поддалась напору Годжо, но вовремя выставила руки и оттолкнула его от себя.    — Что не так? — обеспокоено спросил Сатору. — Я снова что-то сказал или сделал, что тебе не понравилось?   — Я знаю, зачем ты позвал меня, — твердо произнесла ты, хотя сама все еще дрожала.   — Знаешь? — удивился преподаватель. — И что же меня выдало? — его лицо окрасила широкая улыбка, от которой тебе стало не по себе. Изменял, а сам стоит и улыбается как ни в чем не бывало!    — Разговоры других людей, — ответила ты, понимая, что вот-вот все же лопнешь от злости. Не стоило ему так улыбаться, когда ты сообщила о знании измены.    — Других людей? — вновь удивился Сатору. — Ты с Сугуру разговаривала, что ли? — мужчина искренне не понимал, почему его лучший друг вдруг выдал тебе секрет Годжо.   — Причем здесь Сугуру? — возмутилась ты. — Он тоже знал?    — Что значит «тоже»? Я тебя не понимаю! — в ответ возмутился преподаватель. Со стороны это выглядело так, словно вы парочка подростков, которые не способны ни в чем разобраться без чьей-либо помощи. — Я позвал тебя к себе, потому что больше не могу притворяться, что между нами только секс! Я люблю тебя!    — А я слышала, что у тебя есть девушка! — заговорила ты, игнорируя признание человека, которого сама любила всем своим сердцем.    — Девушка?    — Да, на твоей лекции сегодня слышала, как это обсуждали другие. И я подумала, что ты позвал меня к себе, чтобы сообщить об этом. Чтобы сказать, что мы расстаемся! — ты тараторила так быстро, что Сатору едва поспевал за тобой.   — Я всем и говорю, что у меня есть девушка! — вновь возмутился мужчина. — Потому что мне никто не интересен, кроме тебя!   — Стой! Ты сказал, что любишь меня?    — Аллилуйя! — Годжо взмахнул руками, продолжая вглядываться в твои глаза. И наконец, ты улыбнулась, заставляя мужчину так же улыбнуться и тебе. — Рад, что ты все же услышала, — его голос стал чуть тише, когда он начал подходить ближе к тебе, что ты снова не поняла, как оказалась прижатой к стене. — Я люблю тебя, — повторил он. — И было бы славно, если бы ты мне ответила хоть что-нибудь.   — Даже и не знаю, что тебе сказать, — усмехнулась ты, складывая руки на плечах мужчины. Ведешь себя так, будто последние несколько часов не проводила в диком страхе, что Сатору бросит тебя.   — Ну, например, что ты тоже меня любишь! — он знает наверняка — если бы ты не любила его, то уже ушла бы из его кабинета, а потом и вовсе из его жизни. Да и как можно его не любить? Это же Сатору Годжо, как никак!   И как только ты собралась открыть рот, чтобы произнести заветные три слова, как Сатору моментально впился в твои губы жадным поцелуем, нагло проникая языком в рот. Его руки блуждали по всему твоему телу так собственнически, а хватка была сильной, но такой, черт возьми, приятной, что ты снова начала таять.   — Я могу сделать так, — заговорил мужчина между поцелуями, — что ты будешь кричать о любви.   — Удиви меня! — ты бросила вызов, даже до конца не осознавая во что ты ввязываешься. Это ведь гребаный Сатору Годжо! И он уничтожит тебя!   Резко подхватив тебя, Сатору отнес и усадил тебя на свой стол, сразу же начав избавляться от твоей одежды. Ваши поцелуи были похожи на ураган, который может снести все вокруг, но вам обоим хотелось как можно скорее насытиться друг другом.   — Давно мечтал трахнуть тебя в своем кабинете, — усмехнулся мужчина, — прямо на этом столе.   Избавившись от твоего бюстгальтера, Годжо тут же сжал своими огромными ладонями твои красивые полушария. Он сминал их сильно, почти до боли, но затем очень нежно облизывал ареолы и кусал соски, вынуждая твою поясницу выгибаться от блаженного удовольствия. Да, этот мужчина точно знает, что ты любишь.   Надавив на твою грудь, на которой до сих пор были следы вашей сегодняшней ночи, Годжо заставил тебя лечь на этом столе, после чего сразу же забрался под твою юбку и избавил тебя от уже мокрых трусиков. Стоило ему только увидеть влагу на ткани, как он широко улыбнулся. Только Сатору может сделать тебя такой влажной — это знаете вы оба.   — Тебе нужно быть чуть тише, любовь моя, — заворковал мужчина, обжигая дыханием внутреннюю сторону твоих бедер, которые он уже закинул на свои мускулистые плечи. — Я, конечно, люблю слышать, насколько тебе хорошо со мной, но пока не особо хочется терять работу.   И вновь ты уже хотела открыть рот, чтобы возмутиться, как губы Сатору накрыли твою сочившуюся промежность. Его язык прошел широкой полосой, собирая всю твою смазку, а затем быстро сосредоточился на все еще слегка набухшем клиторе из-за сегодняшней ночи. И ты соврешь, если скажешь, что не любишь это. Любишь и еще как! И твой любимый преподаватель прекрасно об этом осведомлен.   Мужчина любил твою красивую вагину. Ее вкус и запах — кажется, то, ради чего он вообще живет. Он готов буквально съесть тебя и поедать каждый чертов день, пока не насытится сполна. Но ему всегда мало. Ему всегда будет мало, поэтому ты ему просто-напросто жизненно необходима.   Сатору так изящно поднимал капюшон твоего клитора, заставляя тебя выгибаться еще сильнее, и еще сильнее кусать собственную руку, чтобы подавить стоны, которые вырывались каждый раз, как преподаватель касался твоего комочка нервов. Он измывался над горошиной, то присасываясь к ней губами, то просто теребя ее кончиком языка, покусывал и щипал твои влажные складки, наслаждаясь, как твои бедра двигаются навстречу его движениям. Мужчина зарывался между твоих бедер, тая от твоего вкуса и запаха, теряя голову от твоих подавленных стонов, и сходя с ума от того, как твои пальчики зарываются в его белоснежных волосах, сжимая их у корней.   Холодное дерево так приятно охлаждало твои лопатки, когда тело просто сгорало от пожара, который устроил Годжо. Ты всегда была поражена тем, как искусно он поглощал тебя. Каждый чертов раз этот человек знал, как следует к тебе прикоснуться, чтобы перед твоими глазами летали искры. Но сейчас все было в разы приятнее и чувственнее. Словно его признание в любви открыло новые двери на пути к твоему наслаждению.   И когда ты уже готова была рассыпаться на миллиарды частиц, Сатору быстро выбрался из твоих бедер, чем заставил тебя почти подскочить от возмущения. Ты смотрела на него, замечая на его лице широкую улыбку, вокруг которой блестела твоя смазка. Он выглядел таким довольным и чертовски издевающимся, что ты сразу поняла, чего добивается мужчина. Ну, он ведь сразу тебя предупредил…   Не сводя с тебя глаз, преподаватель продолжал улыбаться. Ему сейчас так нравится твой вид, когда ты лежишь на его столе абсолютно нагая и раскрытая только для него одного. Твои щечки залиты румянцем, а губки все еще опухшие от его жадных поцелуев. Ну как тут не влюбляться в тебя снова и снова?   Сатору снова вцепился в твои губы, словно ты могла куда-то исчезнуть. Он не целовал, а поедал тебя. Хотел, чтобы бы ты была только его. Его любимая студентка.   Ты опустила руку на выпуклость его брюк, слыша, как мужчина зарычал сквозь поцелуй. Твои прикосновения каждый раз дарили ему тепло, а сейчас они были в разы горячее. Признание Годжо, которое он держал в себе последние несколько месяцев, вырвалось наружу и подарило ему неимоверную чувствительность. Казалось, что абсолютно все органы чувств стали работать на двести процентов.   Осторожно расстегнув молнию его брюк, ты тут же просунула ручку за их пределы, нагло отодвигая в сторону боксеры Сатору. Стоило тебе только взять его член, как мужчина тут же выругался себе под нос. Он шипел, когда твоя ручка водила вверх и вниз по его твердому, как камень, стволу, что преподаватель еле сдерживался. С головки уже выделялся предэякулят, который ты бы хотела облизнуть, как и любит мужчина, но в его планы входило лишь то, чтобы трахнуть тебя на этом столе как полагается.   Ты помогла Сатору спустить брюки вместе с боксерами, а он уже начал разрывать шелестящую упаковку, но ты вдруг положила свою руку поверх его, чем вызвала легкое недоумение на лице преподавателя.   — Хочу без, — улыбнулась ты, закусив нижнюю губу, а Годжо уже готов был кончить только от твоего безумного предложения. Он демонстративно выкинул упаковку презервативов и схватил тебя за ноги, чтобы пододвинуть тебя ближе к себе. Ты видела его безумный взгляд, который пробирал до мурашек, и тебе так нравилось это! Черт, вы точно два сапога пара!   — Что ты делаешь со мной? — зашептал мужчина в твои губы, когда его кончик прикоснулся к твоему влажному входу. — Каждый гребаный раз тебе удается свести меня с ума!   Сатору осторожно начал проникать в тебя, вынуждая схватить его за плечи. Сколько бы раз вы не занимались сексом, первое время тебе всегда сложно принимать его огромный размер. И сейчас, когда вы были без презерватива, ты еще более детально ощущала весь вес и каждую венку его члена.   — Охуеть, — залепетал Годжо, чувствуя как твои узкие стенки сжимают его орган. — Какая же ты…   Ты не дала ему договорить, жадно вцепляясь в его губы. Твои ногти почти разрывали кожу преподавателя, когда он медленно начал наращивать темп.   Было так хорошо, что у тебя глаза закатывались к затылку, а зубы вцеплялись в губы, либо плечи Сатору, когда он доставал кончиком прямо до шейки матки. Ты пыталась сдерживать громкие стоны, но каждое движение мужчины заставляло тебя почти кричать от удовольствия. Вновь надавив на твою грудь, Годжо снова заставил тебя почувствовать лопатками холодное дерево его стола, после чего он с новой силой начал иметь тебя. Мужчина трахал тебя так сильно и так хорошо, чувствуя, как дрожат твои бедра. Узкие стенки твоего влагалища сжимали его член только сильнее, что он был не в силах сдерживаться.  — Боже, как же в тебе хорошо, любимая, — заговорил преподаватель, закидывая твои ножки себе на плечи. Ты готова была закричать от такой позы, но вовремя прикусила собственную руку. — Черт, как жаль, что мы не дома! — усмешка Сатору была, как и всегда, игривой. И тут он вспомнил о том вызове, который ты посмела ему бросить. Одной рукой мужчина держал твои ноги, а вторую опустил прямо на твой набухший клитор, что ты опять закусила свою руку. Большим пальцем Годжо поднимал и опускал твой комочек нервов, наблюдая, как красиво ты подавляешь свои стоны. Ты поддавалась на каждое его движение, хоть тебе и было чертовски сложно. Надо же, еще одна причина любить тебя.  — Ну что, готова мне признаться? — спросил преподаватель, войдя в тебя чуть более резким толчком. Его движения были обрывистые и такие сильные, что ты в очередной раз задержала дыхание. — Давай, милая, скажи, что любишь меня! — с каждым новым толчком Сатору усмехался, продолжая наблюдать за тобой, а сам был готов кончить в любую секунду. Он выводил круги на твоей горошине, продолжая толкаться в тебя так быстро, что его кабинет быстро наполнился и пошлым хлюпаньем из твоей промежности, и хлопками ваших тел. Годжо бился своими бедрами о твои так сильно, что кажется, у тебя останутся синяки. Но не ври, что не любишь замечать на себе его отметки.  — Я жду! —Я тоже… Ах! Черт! — верещала ты, заставляя мужчину улыбаться еще шире. Что может быть лучше, чем тот факт, что он трахает тебя настолько хорошо, что ты едва можешь связать предложение? — Я… Боже, Сатору!  — Давай, милая, — ворковал Годжо, проникая в тебя настолько глубоко, насколько только он мог.  — Я люблю тебя! — быстро проговорила ты, успевая между жесткими толчками мужчины. — Я люблю… Ах! Люблю тебя!  — Хорошая девочка! — улыбнулся Сатору, а затем ускорился, хотя казалось, что ускоряться уже просто некуда.  Он снова раздвинул твои ноги, после чего вернул пальцы на твой клитор. Ты чувствовала, как член преподавателя начинает подергиваться внутри тебя, поэтому прикусила его плечо. Тебя разрывало на части, когда мужчина настолько жестко начал долбиться в твою узкую промежность. Сатору рычал, чувствуя, что вот-вот изольется.   — Я близко! — заверещала ты, выпуская зубы из кожи преподавателя. — Тору… Ах!  Он буквально был готов разорвать тебя на куски, когда твое влагалище сжало его член так сильно, что Годжо боялся не успеть вытащить свой член из тебя. К вашему огромному счастью, мужчина все же успел, окрашивая твой животик своим горячим семенем.  Сатору носом потерся о твою щеку, словно ласковый кот. Его губы проходили по всему твоему лицу, хотя вам обоим следовало остыть. И принять душ по-хорошему…  — Скажи это еще раз, — тихо попросил преподаватель, нагло начав вглядываться в твои глаза.  — Я люблю тебя, Сатору Годжо, — улыбнулась ты, замечая, как на лице мужчины появляется широкая улыбка.  — Кажется, нам пора домой, любимая, — снова замурлыкал Сатору, по интонации которого ты поняла, что сегодня от твоего тела вряд ли что останется… — уж больно мне понравилось слышать, как ты кричишь слова любви во время удовольствия!