Лучший друг вампира

Мужчина не знал, сколько времени он пребывал в отключке. Неизвестно, сколько времени в беспамятстве и забвении провёл мужчина. Но так ли на самом деле это важно? Когда у бессмертия нет понятия времени... А теперь и пространства... Сильный и мощный пинок мохнатой лапой выбил Алерика из состояния овоща. Алые глаза резко раскрылись в темноте и он обернулся. –Пора вставать, Граф. С тебя довольно, ты и так уже спишь 16 часов! –Пошёл вон! Кто ты такой, чтобы мне указывать?! Я сам во сколько хочу, во столько и встаю! –Куда же это я уйду? Я теперь никуда от тебя не уйду! Ты же мой любимый Граф! И я тебе полностью и целиком предан!–Ортос положил себе лапы на сердце и лучезарно улыбнулся. Алерика это совершенно разозлило. –Да как ты смеешь, грязное животное?! Поработило меня и стоишь тут, строишь из себя мать Терезу! Да это же полное гаф! Гаф, авававав! ВАФ! Последние слова Графа вновь превратились в несвязный собачий лай. Алерик в гневе прекратил браваду лая и в конце сплюнул сердито на пол. Ортос погладил его по голове и захохотал, как гиена. –Кто хороший мальчик? Граф не хотел мириться с унижением самого себя и резко вцепился Ортосу в лапу клыками. Хохот моментально превратился в леденящий душу визг, а на языке Графа остался опьяняющий аромат крови. Мужчина раздвинул свои усы, а по клыкам у него начала бурлить чужая жизнь. Попросту говоря, он не только решил проучить этого негодника, но и обогатить свой организм железом. Вдруг ему в лицо прилетел клетчатый тапок. Удар тапком был настолько силён, что казалось, ему в ебло прилетела целая наковальня: на Графе остался синяк, а один клык чуть не вылетел из орбиты. Вдобавок мускулистая лапа огрела его по затылку так, что бедняга Алерик стиснул зубы и застонал от боли. Шутить с Ортосом не стоило. –Плохой мальчик! Так нельзя делать! В ответ на это Алерик сердито зарокотал, вытирая кровь с лица тыльной стороной ладони: –А значит, издеваться над своим хозяином можно?! Грязное животное, кем ты себя возомнило?! Ты никто, не был никем и никогда никем не будешь! Я есть фон Ужасающий Граф! И никогда не позволю таких издевательств ни над собой, ни над кем-то из членов моей дорогой семьи! Ортос вдруг резко наклонился к нему и почти что похабно улыбнулся, затягивая шлейку ошейника с каждой секундой. –Ты уже позволил. И пути назад уже нет, Хозяин~ Граф оскалился. Речи Ортоса ему казались просто безумными, сюр! Но от них веяло холодком некой тайны и опасности. –Ты врёшь!–выпалил мужчина.–Путь назад есть всегда, если у существа есть сила воли! Ортос захохотал. –Ну раз я вру, хозяин, то попробуй встать на ноги! Обещаю: результат тебя очень сильно удивит! –Сейчас...сейчас... Но только если я встану, ты сразу же ляжешь, червь! Граф собрал все свои силы и попробовал встать. Но не получалось. Что за...? Алерика захлестнуло чувство страха. Он попросту не мог разогнуть свой позвоночник на 90°. Он мог сесть, не больше. Но не встать. При попытке это сделать он встречал некую призрачную преграду, ему словно доской ограничили разгибание туловища. –Что ты со мной сделал, урод?!–взвыл Граф. На глазах застыли слёзы. –Пока ты был без сознания, я сломал тебе позвоночник, Хозяин. Теперь ты больше не двуногое. Ты четвероногое. Собака. Друг человека. И отныне ты теперь пренадлежишь мне. Твоё место у моих задних лап, а ложе твоё–коврик, яства–в миске. Поэтому... Ортос взял в лапы Графа за острый подбородок и улыбнулся собачьими зубами. –...Покорись. Граф не выдержал и молча заплакал. Это бред какой-то. Это сюр, это может быть чем угодно, но не реальностью! Как такое возможно? Да никак! Мужчиной начало овладевать безумие и безысходность, заменяя все остальные чувства и эмоции. Он теперь не сможет дойти до спасения, он не сможет кого-либо позвать на помощь, а в крайнем случае он не сможет покончить с собой. Всё бессмертие он будет вынужден быть собакой, а когда Ортос скончается от старости, то даже и без этого судьба подготовила ему участь остаться одиноким инвалидом. И если он говорит, что нет пути назад и обмолвился, что Граф позволил Ортосу издеваться над его семьёй и коллегами, то... Картина выходит очень скверная. –Граф, пора на прогулку.–Ортос взял в лапы поводок, который был прицеплен к кожаному ошейнику аристократа и слегка его подёргал.–Говорят, свежий воздух повышает настроение и насыщает организм убойной дозой кислорода! Отвлечься от мыслей очень важно для психологического благополучия, айда! Алерик не реагировал. Он молча сидел на корточках и уставился в одну точку на стене. Из глаз у него всё так же катились слёзы. Он не мог смириться с участью близких и своей, он не смог с этим смириться. Граф лишь хотел покоя. Хотел переосмыслить происходящее и вылить душу в одиночестве. Желания для вампиров были неприемлемы, но больше-то ему ничего и не оставалось. –Идём! Шлейка ещё раз подёргала красный ошейник на чужой шее и Граф всё так же не реагировал. Тогда Ортос отошёл от Графа подальше и схватился за поводок что есть мочи. –Что ж, прости, Хозяин, если не хочешь добровольно, то я заставлю тебя гулять принудительно! Волк потянул отрезок шёлка на себя и ошейник вмиг словно клещами затянул Графову шею, отчего тот грубо подался вперёд и судорожно схватился за поражённый отрезок тела, раскрывая рот, чтобы постараться вдохнуть хоть какую-то часть воздуха. Но удавка натягивалась всё туже по мере того, как волк пытался выволочь Графа из кабинета в коридор. –Хаа...ахахааааах... Буэгх! Эгх... Гхааа... Глаза вампира наливались кровью, челюсть от судорог заходила ходуном, пальцы крепко-накрепко вцепились в ошейник, пытаясь ослабить чудовищную хватку. Вскоре перед глазами появилась чёрная пелена, круг обзора стремительно сужался, а в ушах начал нарастать звон. Он был в шаге от потери сознания. Однако, лишь гордыня не позволяла ему от этого избавиться. А нужно было всего лишь ползти вслед за поводком. Но кто же он? Вампир или собака в конце концов? Но с другой стороны... Стоило ли того мучении? Ведь удушение ни разу не приятный процесс. В конце концов балансируя на грани от кислородного голодания и последующего обморока, Граф начал переставлять ладони и колени, двигаясь вперёд. Постепенно из-за ослабления натяжения, ошейник расширялся, пока не достиг диаметра безобидного чокера, а на морде Ортоса появилась заботливая улыбка. –Умничка, Граф! Хороший мальчик! Сейчас мы погуляем часик и вернёмся кушать. Таким образом они долго гуляли по ночным коридорам замка. По мере того, как они продвигались, хозяин заведения про себя отмечал, что многое здесь изменилось. Например, со стен были сняты портреты постояльцев замка, бывших студентов и учителей, а окна были грубо заколочены досками. На полу валялись обрывки газет, книг, дневников, потухли свечи в канделябрах, рыцарские доспехи ушли со своих вековых постов, коридорные шкафчики в виде гробов были раскрыты настежь и больше ничего в них не было, кроме плотной паутины. В замке буйствовала разруха, какой она по идее и должна быть. Ни единого проявления потусторонних сил. Ни единого звука, кроме воющего в холодных коридорах ветра. Ветра, приносящего запах гнили и разложения трупов. Откуда появился второй запах бедный Алерик не хотел даже знать, хоть и догадывался. Мозг пытался отвлечься от догадок, потому что вампир знал, что ЭТОГО ЗРЕЛИЩА не выдержит даже его бессмертное сердце. От мыслей засосало в ложечке и ниже пояса неприятно потянуло. Граф остановился и гробовое молчание замка прервал один-единственный волнующий его на данный момент вопрос личного характера: –Отпустишь меня в туалет? Ортос улыбнулся и остановился. –В туалет? Конечно! Писай! Граф опешился: –Что, прям здесь? –А ты где-то ещё хотел, Хозяин? Ты своей головой думал, как ты в туалете теперь будешь справлять нужду с переломанным позвоночником? –Я...не буду писать и какать на пол! Что ты за абсурд мне предлагаешь?! Принеси мне хотя бы кастрюлю! –Хозяин, ты забыл своё место. Ты мне судно подавал, когда я в туалет хотел? По-моему, нет. –А я что, тебе разрешал в замке нужду справлять?! Я тебя выгуливал на улице, тупое ты существо! Ты писал на деревце, а не мочился на стену! Разницу чувствуешь?! –А зачем тебе теперь чистый замок? Твоё мнение не учитывается, а как по мне, то это здание–один большой туалет. Один чёрт тут всегда сыро и холодно, запах экскрементов не распространяется по всей округе. Так что хозяин ты или писай или я тебя заставлю писать. В твоём возрасте проблемы с мочевым пузырём очень частые, а поэтому опорожняться надо как только почувствуешь тянущие боли внизу живота. Граф покраснел и сел на корточки, пытаясь расстегнуть и задрать пальто дрожащими руками. Как только кожаная ткань легла по его бокам, взгляд его застыл в ужасе: в его брюках было огромное отверстие между ног, где вовсю красовалось его тёмно-розовое достоинство. Отверстие в чёрной ткани тянулось от его лобка и заканчивалось на два сантиметра выше ануса. Ширинка была вырезана полностью. Рука непроизвольно ощупывала это безобразие с его одеждой и лицо заливалось краской ещё больше. Ортос, увидев его замешательство, утвердительно кивнул. –Да, я тут немного улучшил твоё бельё ниже пояса, так что с туалетом у тебя проблем быть не должно. А чтобы тебе было удобней писать, встань на четвереньки и задери ногу, как собака. Алерик принял неловкую позу дрожащими конечностями и еле поднял левую ногу, чтобы опорожниться в угол коридора. Как только он это сделал, его бедро обхватила пушистая лапа Ортоса и слегка приподняла длинную ногу вверх, чтобы половые органы мужчины свисали свободно. Вскоре маленький тёмный Графов член немного съёжился от поддува ветерка, зашуршали яички, как листва на ветру, а между ног с громким эхом зажурчала жёлтая струя. Вторая пушистая лапа ласково похлопала по бледной голой заднице. –Умничка, Хозяин! Молодец, я так горжусь тобой! Пока ты ещё совсем неопытен и юн, я буду помогать тебе ходить в туалет. Каждый раз когда захочешь опорожниться, я буду задирать твою ножку, пока не научишься задирать её сам. Поверь, это не так уж и сложно! –Тварь...–прошипел Граф сквозь зубы.–Ты самая натуральная тварь. Прикрываешься этой грёбаной заботой, а сам гордишься, что теперь ты–Граф и тебе всё дозволено! Внезапно по его заднице раздался несильный пинок лапой. Алерик аж ойкнул от неожиданности, прервав свои речи негодования. –Фу! Нельзя говорить такие слова про Дядю Ортоса! Если бы не Дядя Ортос, ты бы не вышел дальше своего кабинета и лишился бы обеда! А на обед у меня для тебя есть кое-что очень-очень вкусное~ Волк немного постоял, а затем увёл Графа в обратном направлении, у которого с лица не спадала краснота. Ведь от отсутствия туалета половых органов моча продолжала стекать по его ляжкам, а с полового члена капала смазка, оставляя густые бледные капли за ним. Как будет происходить приём пищи ему абсолютно не хотелось знать.