Вот это Дырень

Рэг тяжело вздохнул и покинул гостиную, чтобы дать Наначи время успокоиться. Он знал, что в такие моменты лучше не давить и дать ей возможность побыть одной. Но мысли о её состоянии не давали ему покоя. Он не мог просто сидеть сложа руки, когда его подруга нуждался в поддержке. Когда наступила ночь и тишина окутала дом, Рэг тихо вышел из своей комнаты. Он прошел по тёмному коридору и осторожно подошел к двери Наначи. Рэг прислушался, пытаясь уловить хоть какие-то звуки из-за двери. В доме было так тихо, что его собственное дыхание казалось слишком громким. Он постоял так несколько мгновений, борясь с сомнениями. Он постоял ещё несколько секунд, прежде чем решиться. Рэг осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. В комнате царила тьма, и только лунный свет, проникающий через окно, освещал пространство мягким, еле видным серебристым сиянием. Рэг тихо вошел в комнату, стараясь не издавать ни звука. Его глаза постепенно привыкли к полумраку, и он увидел, что Наначи лежит на кровати, полностью укрывшись с головой в одеяло. Осторожно, чтобы не разбудить её, Рэг сел на край кровати. Он пристально смотрел на Наначи, словно пытаясь понять её внутреннюю борьбу. Из-за глубоких раздумий Рэг не заметил, как усталость овладела им, и медленно, не шумя, он лёг рядом с Наначи. Её реакция была мгновенной. Она вздрогнула, проснулась в полусонном состоянии и, не осознавая окружающего. Рэг чуть дотронулся до неё, но это только испугало Наначи больше. Она вскрикнула, махнула рукой, и её острые когти задели его лицо. Он почувствовал острую боль, как будто что-то пронзило его глаз. Рэг вскрикнул от боли и отшатнулся, чувствуя, что что-то не так с его зрением. Наначи, уже полностью пришедшая в себя, ужаснулась от того, что сделала. Она сразу села, прижимаясь к краю кровати, испуганный взгляд бегал по лицу Рэга, пока кровь медленно стекала по его щеке. Рэг: Аргх... Н-Начи.. Ты чего?! Наначи: Р-Рэг!... П-Прости, Я не хотела... Я... Я... Рэг прижал руку к больному глазу, пытаясь остановить кровотечение. Он чувствовал, как жгучая боль распространяется по лицу. С трудом сдерживая стон, он сказал: Рэг: Наначи, успокойся... Я в порядке... Это я виноват что полез, пока ты на нервах была... Наначи, всхлипывая, медленно приблизилась к Рэгу. Её руки дрожали, когда она осторожно обняла его, прижимаясь к его телу. Она чувствовала, как его тепло успокаивает её, как его сердце бьётся рядом с её грудью. Наначи: Точно.. мой амулет, он же заживлять раны может! Наначи быстро отстранилась от него, и сняла амулет со своей шеи, протягивая его Рэгу. Рэг принял амулет из её рук и осторожно приложил его к ране на лице. Теплота амулета сразу ощутимо смягчила боль, и Рэг почувствовал, как рана начинает заживать. Наначи с облегчением вздохнула, увидев, как рана на лице Рэга начала затягиваться под действием амулета. Она тихо выдохнула, чувствуя, как тревога постепенно уходит из её сердца. Однако, когда Рэг попытался открыть глаз, большая часть его зрения не возвращалась. Рэг на мгновение замер, ощущая горечь разочарования. Он понимал, что вмешательство Наначи было нечаянным проявлением её стресса и страха. Амулет мог затянуть раны, но к сожелению он не мог вернуть зрение. Рэг: Наначи, спасибо за амулет. Он помогает... Но мой глаз... Я... Я не вижу через него, будто полупрозрачная пелена. Наначи: Глаз не болит? Рэг: Нет, не болит, амулет снял всю боль. Ещё рас спасибо за него. Наначи: Рэг... Рэг: Да, что? Наначи, не дожидаясь его ответа, резко схватила его за руку. Её хватка была удивительно сильной, а глаза блестели в полумраке. Рэг ощутил, как она потянула его к себе, прижимаясь ближе. Её дыхание стало учащённым, и он почувствовал, как её руки скользнули по его плечам. Наначи: Рэг... Ты всегда такой добрый ко мне... Я... Она замялась, но потом, словно преодолевая свои сомнения, схватила его за вторую руку и, не выпуская, начала тянуть его ещё ближе, ближе к кровати, отчего тот плюхается на неё, оказавшись нос к носу. Рэг, удивлённый её резким порывом, попытался понять, что происходит. Рэг: Н-Начи, что ты делаешь?! Наначи, сильно сжимая руки Рэга, повернула его так, что он оказался лежащим на спине, а она была над ним, своими ногами обнимая его бока, сидя на его паху. Её глаза, полные смешанных чувств, горели в полумраке комнаты. Рэг: Начи, стены тонкие! Рико.. она же услышит! Наначи: Пусть услышит. Рэг: Начи! Постой! Возможно ты прост.. Изумленный и взволнованный одновременно, Рэг почувствовал, как Наначи положила палец на его губы, прерывая его слова. Её решимость и страсть были настолько неожиданными, что он замер, не зная, как реагировать. В его глазах читалось смешанное чувство желания угодить ей и тревоги по поводу их окружения. Наначи медленно стянула его штаны, не отрывая от него своих глаз, наполненных страстью и любовью. Горячее дыхание впивалось в лицо Рэга, сердце бешено колотилось в груди. Он чувствовал, как руки Наначи скользят по его телу, пробуждая в нем новые, неведомые прежде чувства. Он не может отвести взгляд от Наначи, её решимость и страсть захватывают его. Она нависает над ним, опираясь на руки, её лицо всего в нескольких сантиметрах от его Он смотрел в глаза Наначи, видя в них огонь страсти и решимости. Она опустила голову, касаясь своими губами его шеи, и нежные поцелуи пробегали по его коже, заставляя его тело содрогаться от волнения. Рэг ощутил на своем лице горячее дыхание Наначи, сердце бешено колотилось в груди. Он почувствовал, как её губы касаются его шеи, вызывая волну новых чувств. Но вдруг он уловил лёгкий запах алкоголя от её дыхания. Это осознание заставило его насторожиться. Рэг: Начи, ты... ты пила? Наначи: Э-э... Да, я... я чувствовала себя так плохо после нашей небольшой ссоры, Рэг... Рэг взял её за плечо, слегка оттолкнув. Рэг: Наначи, мы не можем этого делать. Ты не в состоянии принимать такие решения сейчас, ты не в себе! Наначи попыталась прижаться к нему снова, но он настойчиво удерживал её. Рэг: Ты пила, ты стрессовала... Это не то время. Прости, но я не могу... Она ещё раз попыталась приблизиться, но Рэг крепко держал её на расстоянии. Он понял что Наначи немного не понимает что творит. Рэг: Начи... Прости - с этими словами, он выдвинул свои механические руки, и обвил её тело тросами, связывая и лишая возможности двигаться. Наначи, ошарашенная и испуганная, пыталась освободиться, но тросы, изготовленные из сильного и гибкого материала, оказались слишком надёжными. Она в ужасе посмотрела на Рэга, не веря своим глазам. Наначи: Р-Рэг! Что ты делаешь?! Освободи меня немедленно! Рэг: Всё, всё, успокойся... Спи, на утро протрезвеешь, тогда и поговорим. Наначи смотрела на Рэга смешанными чувствами возмущения и обиды. Она не могла поверить, что он взял на себя столь радикальные меры. Тросы обвивали её тело тесно, лишая возможности свободного движения. Она напряжённо пыталась освободиться, но узлы были сделаны так искусно, что это оказалось практических невозможным. Наначи: Рэг... Прошу, хотя бы немного ослабь, мне больно! Рэг, услышав мольбу Наначи, почувствовал смутное чувство вины. Он ослабил немного тросы, чтобы облегчить её положение, не хотя наносить боль. Вскоре, они закрыли свои глаза и медленно начали дремать. Наначи было не особо удобно, но она не жаловалась.. ______________________________________ Поезд медленно набирает обороты двигателя, колёсные пары начинают стучать об стыки рельс, из трубы клубом валит чёрный, как смола дым. Путь начат, пути назад нет. Вагоны бронепоезда тряслись от вибрации, создавая монотонный ритм, сопровождаемый клокотанием пара и лёгким шипением труб. Только сумрачные тени окутали вагоны, и воздух наполнился тяжелым запахом гари. Вдали от городов, поезд продолжал свой путь сквозь бескрайние просторы, словно ускользая от мирских забот и радостей. Все в нем говорило о войне: бронированные стены вагонов, редкие дырочки от осколков, броне-люки на окна. Каждый вагон нес на себе следы от старых, давно минувших сражений: от покорёженных огнем и осколками панелей до зацепок на крыше, которые вибрировали в такт монотонному ритму колёс на рельсах. Внутри было тихо, лишь иногда нарушаемое шёпотом солдат и треском связи. На каждом шагу ощущался напряжённый ожиданием воздух, наполненный запахами масла, металла и пороха. Леса и поля медленно, почти незаметно сменились деревянными домиками, плавно меняясь на каменные и кирпичные. Бронепоезд приближался к городу. На станциях, которые мелькали мимо, люди оглядывались на бронированный состав с удивлением и недоверием. Война изменила обычный облик поездов, делая их не только средством передвижения, но и символом беспокойства и опасности. Наконец, бронепоезд въехал в город, его тяжелые колеса звучно скрипели на старых рельсах. Поезд резко начал тормозить, стальные колёса громко завизжали, извергая искры от трения при торможении. Поезд с грохотом и трясками остановился возле завода бронетехники. На станции, в тени больших заводских зданий, бронепоезд медленно остановился, выпуская облака пара и шумно скрипя на тормозах. Открылись люки вагонов, и из них вышли солдаты в тяжелых форменных плащах, с ружьями на плечах и серьёзными лицами, выглядывая из-под касок. Из дымовых труб валил дым, а изнутри слышался шум металла, напоминая о беспрерывной и неустанной работе завода. Заводские работники вышли на платформу, смешанное выражение усталости и облегчения на их лицах выдавало истощение. Война изменила их рутину, делая каждый приход бронепоезда особым событием напоминанием о том, что за пределами заводских стен идёт неистовая борьба за мирное будущее. Штурмовик: "Спарта" прибыла на место. Тяжёлые ворота спец-ангара открылись, и вскоре, изнутри выехал рельсовый тягач, таща на себе с десяток вагонов, полностью загруженных бронетехникой. Тягач медленно подъехал к бронепоезду, его громоздкая машина идеально вписывалась в атмосферу тяжеловооружённого столичного депо. Военные механики, натянутые на боевые комбинезоны, аккуратно припарковали тягач рядом с составом. Солдаты с расчетливой слаженностью начали процесс присоединения новых вагонов к бронепоезду. В этот момент уже звучали команды, приглушённые шумом техники и гудением заводских оборудований. Один за другим, вагоны с бронетехникой осторожно маневрировались вокруг платформы, направляясь к специально отведённым позициям. Требуемая точность и профессионализм в каждом движении подчеркивались умелым управлением кранов и десятками рук, работающих как одно целое. Когда последний вагон был прицеплен к составу, напряжение среди солдат и рабочих немного снизилось. Наступила короткая пауза, в которой каждый мог немного расслабиться, но лишь на миг. Затем начался обратный процесс — проверка зацепов, убедительные команды и звуки металла, встречающегося с металлом, когда системы блокировки вагонов сработали в точности. Солдаты, стоящие на платформе, вновь приступили к своим обязанностям: натягивание тросов, проверка систем безопасности и мобильность всех соединений. Они знали, что каждая деталь этого процесса важна, как будто от этого зависела не только их собственная безопасность, но и успех предстоящей миссии. Когда вся подготовка была завершена, Штурмовик подошёл к ряду своих солдат и сделал короткое, но важное замечание. Штурмовик : Всё готово? — спросил он, глядя на свою команду. В ответ раздался утвердительный шепот, усиленный грозным взглядом каждого, кто находился на платформе. Тягач реверсировал назад, отдаляясь от бронепоезда, оставляя после себя следы копоти и масла на рельсах. Штурмовик: Отлично, сейчас привал. Все отдыхаем, завтра ещё по указанию командования нужно зайти в несколько мест в городе, набрать медиков и мастеров. Свободны. Солдаты облегчённо выдохнули, некоторые уселись на края вагонов, откинувшись на стальные боковины и развязали защитные шлемы. Воздух был пропитан запахом масла и гари, который не покидал их с момента прибытия. Некоторые солдаты вышли из вагонов, чтобы пройтись по платформе, размять уставшие от долгой поездки ноги. Некоторые солдаты сразу же вытащили из карманов пачки сигарет и зажигалки. Вспыхивающие огоньки освещали напряжённые лица, ещё не полностью освоившиеся после продолжительной поездки. Штурмовик: Пиздец я заебался... Есть у кого закурить? Солдат: Есть лучше... МЕ-ФЕ-ДРОН Штурмовик: Ты чё, аху... А хотя.. давай. ______________________________________ Сознание медленно пробуждается от сна, приятное тепло сна заменяется чувством затёкших конечностей и сведённой шеей. Наначи сначала даже не понимает от чего проснулась, но сразу замечает что связана механическими руками Рэга, мирно спящего рядом. Попытавшись шевельнуться, она тихо застонала от боли в затёкших мышцах. Наначи: Что вообще произошло? - прошептала она, тщетно пытаясь высвободиться из крепкой хватки. Наначи тихо вскрикнула, почувствовав ещё большую боль от резкого движения. Она внимательно оглядела комнату, пытаясь вспомнить, как она оказались в этой ситуации Наначи: Рэээг, проснись. Рэг слегка поворачивает голову, открывая полуспящие глаза. В его взгляде не было страха или паники, только сонное недоумение. Рэг: (приподнимая голову) А?, да Начи? Наначи: Что вообще произошло? Почему я связана твоими руками... И что у тебя с глазом? Рэг: Начи?, ты ничего не помнишь, что ли? Наначи: Ну, последнее что помню это то как я накричала на тебя, дальше всё. Рэг: Ну, после этого ты видимо выпила, я вообще без понятия откуда ты взяла алкоголь. Потом ты меня поцарапала, повредив глаз, а после этого и вовсе начала приставать ко мне, раздевать.. ну, вот я тебя и связал. Наначи вглядывалась в Рэга, пытаясь понять его реакцию. Он выглядел искренне озадаченным и, возможно, даже испуганным, но не было никаких признаков лжи или преднамеренности в его голосе. Наначи: Я... Я не помню, что я сделала... Рэг оставил хватку, развязывая её, после чего она облегчённо вздохнула и потянулась, растягивая затекшие конечности. Её голова ещё тяжело кружилась от последствий алкоголя. Наначи медленно вспоминала кусочки прошедшего вечера, словно собирая пазлы в своей голове. Видимо, она действительно выпила слишком много, что привело к потере контроля над своими действиями. Рэг молча наблюдал за ней, не прерывая её мыслей. Он уже успел освободить её от оков и теперь просто сидел, обеспокоенно вглядываясь в её лицо. Наначи медленно поднимает глаза и встречает взгляд Рэга. В его глазах она читает не только беспокойство, но и что-то ещё — вина и раздумья. Наначи(тихо): Извини, Рэг... Рэг медленно кивает головой, словно понимая, что извинения теперь могут быть не только словами. Наначи: Чёрт, надо ещё в аптеку сегодня заскочить... Рэг: А тебе зачем? Это как то слишком... SUS. Наначи вздохнула, чувствуя себя виноватой и одновременно обеспокоенной. Она медленно села на кровати, стараясь собрать мысли. Наначи: Нет, это не то, что ты думаешь. Мне нужно купить кое какие препараты от радиации.. и ещё пару видов витаминов. Рэг молча кивнул, осознав, что сейчас не время для упреков. Он помог Наначи подняться и предложил: Рэг: Давай я с тобой пойду. Поддержу. Наначи благодарно посмотрела на Рэга, ощущая его поддержку даже в этом непростом моменте. Она кивнула, признавая его предложение. Наначи: Спасибо, Рэг. Я была бы признательна... Ой, ой... Рэг: А? Ты как? Тебе Плохо? Наначи: Меня... Меня щас походу вырвет... ______________________________________ Штурмовик: ... А ещё этот, как его там звали.. Колян, кальян, Колыван.. А точно, Костян. Роза: Это имя мне ни о чём не говорит, но в любом случае... А можешь ещё?.. Штурмовик: Так, погоди, давай ты расспросишь меня позже, Я на самом деле очень спешу. До того как мы столкнулись, я очень хотел срать, но сейчас мне кажется что я уже на грани... Ещё минуту и мою "дамбу" прорвёт, что вся долина ахуеет! Штурмовик быстро удалился, пока Роза собиралась с мыслями Роза: Да стой ты засранец!... Ладно, у нас ещё будет возможность с ним поговорить. Штурмовик: Фух, еле отвязался от неё.. Такс, надо бы в аптеку сходить, аспирин купить... И детоксикатор. Войдя в аптеку, Штурмовик увидел длинную очередь из людей и не только, терпеливо ожидающих своей очереди. Штурмовик: Ох ебать, десять пидрил в аптеке. Штурмовик, ворча про себя, встал в конец очереди и начал терпеливо ждать. Вокруг было много разных людей старики, молодежь, мамы с детьми. Но он был слишком сосредоточен на своих проблемах, чтобы обращать внимание на окружающих. Штурмовик, стоя в очереди в аптеке, начал медленно успокаиваться, ожидание давало ему время оценить своё текущее положение. Он смотрел вперёд, где стояла пушистая девка с длинными, заячьими ушами, было видно что она еле стояла на ногах, а рядом с ней стоял странный парень с металлическим руками, поддерживая пушистую. Штурмовик: Ох жизнь, хоть за хуй держись. - начиная проталкиваться через парочку, произнёс он. Рэг: Эй, я бы попросил соблюдать очере... Штурмовик: Отсоси, потом проси. У меня изжога началась, я щас сдохну тут! Рэг, немного обескураженный наглостью Штурмовика, решил не вступать в конфликт и просто отступил, давая ему проход. Штурмовик, наконец, достиг прилавка аптеки, где за стеклом работала устало улыбающаяся фармацевтка. Фармацевтка: Здравствуйте, чем могу помочь? Штурмовик: Детоксикатор и аспирин, побыстрее, иначе я тут прям на прилавке копыта откину. Фармацевтка, улыбаясь, подобрала нужные препараты и быстро их упаковала. Фармацевтка: Вот, пожалуйста. Возьмите это для начала, аспирин поможет с головной болью, а детоксикатор справится с другими неудобствами. Штурмовик, с облегчением взяв упаковку, моментально распаковал детоксикатор и проглотил пару таблеток. Штурмовик: Офигенно, спасибо! Сейчас точно лучше будет. Фармацевтка: Рада была помочь. У вас ещё что-то нужно? Штурмовик: Нет, спасибо, это все, что мне срочно нужно было. Фармацевтка улыбнулась, благодаря за проявленное внимание. Фармацевтка: Хорошего вам дня! Проходя мимо парочки, Штурмовик кинул пушистой. Штурмовик: Пушистая, мех долго лепила? Кхм, спасибо что пропустили, без обид, срочно надо было. Наначи: Всё в порядке, просто голова раскалывается. Штурмовик кинул пушистой усталую, но признательную улыбку и протянул ей упаковку с аспирином. Штурмовик: Держи, это должно помочь с головной болью. Пушистая, медленно прикладывая лапку к упаковке, благодарно кивнула. Ее металлический спутник, увидев это, тоже не выказал недовольства. Рэг: Спасибо... Что ли. Штурмовик покинул аптеку с чувством облегчения, когда аспирин начал медленно снимать пульсирующую боль в его голове. Штурмовик: Ну и день — подумал он, — от изжоги до головной боли, прямо карусель какая-то. Выйдя на улицу, он направился к станции, где ждал его бронепоезд. Этот поезд был не просто транспортом, а его временным домом и мобильной базой операций. Штурмовик был частью отряда, занимающегося разведкой и выполнением специальных задач в военной зоне. Он открыл коммуникатор, чтобы проверить последние приказы, своего командования. Штурмовик: Такс... Заехать за РЛС и набрать людей на тыл. Мастера для ремонта бронетехники, медики для раненных, и чух чух. ______________________________________ Через какое-то время Наначи и Рэг вернулись домой, купив нужные препараты. Наначи уселась на диван в гостиной, и наконец облегчённо выдохнула. Вскоре, из кухни вышла Рико с явно уставшим лицом. Рико: Привет, ребят... Я хотела сказать, я, конечно всё понимаю, но вы тоже имейте совесть, стены-то тонкие, в следующий раз трахайтесь потише. Наначи, чувствуя, как краска поднимается на её щеках, поспешила извиниться: Наначи: Извини, Рико, мы не заметили, что так громко... Рэг, покраснев ещё больше, попытался вставить слово: Рэг: Рико... Ты не правильно поняла! У нас ничего не было! Рико(с сарказмом): Ага, верю-верю. Просто будьте потише в следующий раз. Наначи и Рэг чувствовали, как стыд и неловкость медленно окутали их. Рико, скривившись от дискомфорта, махнула рукой и направилась обратно в кухню, оставив их в гостиной. Наначи посмотрела на Рэга с извиняющимся выражением лица, не зная, что сказать. Рэг молча сел рядом на диване, его лицо ещё сохраняло красноту от смущения. Через некоторое время , наконец, Наначи решила прервать молчание: Наначи: Извини, Рэг... Я не думала, что мы так громко... Рэг откинулся на спинку дивана, закрыв глаза, словно пытаясь скрыться от всего этого неловкого момента. Рэг: Наначи, у нас вчера ничего не было. Ты конечно хотела... Этого, но ты была пьяна, я не мог. Наначи внимательно посмотрела на Рэга, её брови слегка нахмурились от недоумения. Она неожиданно ощутила смешение из-за его неуклюжих слов. Наначи: Рэг... Ты серьёзно? Мы вчера не... У нас ничего не было вчера? Рэг смотрел на Наначи с некоторым облегчением, когда внезапно раздался звонок телефона. Наначи, чувствуя облегчение от перерыва в неловком разговоре, быстро встала с дивана и подняла трубку. Наначи: У аппарата. ???: Наначи, ты? Наначи: Ну да, кто это? Яжгуев Реев: Здравствуйте, я Яжгуев Реев, заместитель. Я понимаю что у вас выходной, но мы срочно вызываем вас в больницу, на ваше рабочее место. Наначи, слегка ошарашенная неожиданным вызовом на работу в выходной день, с интересом и некоторой тревогой спросила: Наначи: Что случилось? Всё в порядке? Яжгуев Реев: К сожалению, нет... Нам пришлось созвать весь медицинский персонал в больницу из за одного указа.. узнаете на месте. Прошу, приходите как можно быстрее. Наначи(вздохнув): Хорошо, скоро буду. Наначи повесила трубку и посмотрела на Рэга, который всё ещё сидел на диване, погружённый в свои мысли. Наначи: Мне нужно идти на работу. Что-то серьёзное случилось, вызвали всех сотрудников. Рэг кивнул, стараясь понять, что происходит, и отложив в сторону все смущающие мысли. Рэг: Понял. Будь осторожна. Наначи вздохнула и, надевая свою рабочую униформу, направилась к двери. Наначи: Я постараюсь вернуться как можно скорее. Если что-то понадобится, ты знаешь, как со мной связаться. Она быстро вышла за дверь, оставив Рэга одного в комнате. Рэг сидел некоторое время в тишине, переваривая всё, что произошло за последние несколько минут. Рико снова вышла из кухни, теперь с чашкой чая в руке, и присела рядом с ним. Рико: Ну и денёк, да? Рэг кивнул, не зная, что сказать. Рико: Слушай, не парься. Всё наладится. А пока давай просто выпьем чаю и забудем обо всех неловких моментах, хорошо? Рэг немного улыбнулся и взял предложенную чашку чая, стараясь расслабиться хотя бы на немного. Наначи поспешила к больнице, размышляя о внезапном вызове и о том, что могло потребовать присутствия всех сотрудников в выходной день. Войдя в больницу, она заметила, что в приёмной собрались её коллеги, многие из которых выглядели так же взволнованно, как и она. На месте царила напряжённая атмосфера, и повсюду были слышны приглушённые разговоры. Она так же встала к своим коллегам в небольшую группу и ждала чего-то, чего ждали остальные. Наначи стояла в приёмной, внимательно всматриваясь в лица коллег, пытаясь понять, что могло вызвать такую срочность. Обстановка накалялась, и она чувствовала, как её собственное беспокойство нарастает с каждой секундой. Внезапно двери в приёмную распахнулись, и внутрь вошли трое военных в униформе. Они выглядели серьёзными и собранными, с виду в тяжёлых плащах, и балаклавах, но командующий среди них не был очевиден. Каждый из них держал руки за спиной, что придавало им ещё большую таинственность. Военный: Уважаемые коллеги, наше государство стоит перед серьёзным испытанием. В связи с нарастающим конфликтом на севере, требуется срочное медицинское обеспечение для военных операций. Мы пришли сюда, чтобы попросить о помощи. Нужны добровольцы, врачи и медсестры, готовые временно перебраться в город Блэквуд, который являеться перевалочным пунктом, недалеко от зоны эвакуации, где будет оказываться помощь эвакуированным раненым. Наначи(про себя) Блэквуд? Мне же туда и надо, неужели про эту "первую же возможность" говорила та Сущность?. Наначи стояла среди своих коллег, осознавая всю серьёзность ситуации. Мысль о том, что упоминала та Сущность, только усиливала её беспокойство. Она понимала, что этот момент не случаен и что её участие может быть решающим. Военный: Понимаем, что просьба нелёгкая. Мы обеспечим транспорт в виде поезда до Блэквуда и безопасность по мере возможности, но требуется ваша готовность к трудностям. Те, кто согласен, пожалуйста, подойдите ко мне после собрания. Когда собрание окончилось, военные отошли в сторону давая персоналу время. Травматолог: О Монолит... Снова это происходит... Наначи: Происходит что? Травматолог: Опять персонал в Блэквуд ведут.. На долину мёртвых. Наначи: Чего, ты про что вообще? Травматолог: Блэквуд или же скотобойня, или же скотомогильник, или же долина смерти... Наначи замерла, ошарашенная словами травматолога. Она взглянула на своих коллег, многие из которых выглядели так, словно готовы были согласиться. Она понимала, что время на размышления ограничено. Наначи: Почему Блэквуд называют "долиной смерти"? Травматолог, тяжело вздохнув: Это место, куда отправляют самых тяжелораненых. Вероятность выживания там крайне мала. Я там был однажды, и это было худшее время в моей жизни. Наначи ощутила, как её беспокойство переросло в тревогу. Но в то же время, она вспомнила слова Сущности и осознала, что это может быть её шанс помочь не только людям, но и себе. Наначи: (про себя) Если я действительно могу помочь... Я должна попробовать. Она шагнула вперёд, привлекая внимание военных и коллег. Наначи: Я согласна. Я поеду в Блэквуд. Военные кивнули, заметив её решимость. Военный: Спасибо за ваше мужество. Пожалуйста, подойдите к нам для дальнейших инструкций. Пока Наначи обсуждала детали с военными, её коллеги один за другим начинали подходить, предлагая свою помощь. Вскоре вся команда была собрана, и подготовка к отъезду началась. Военный: ... Хорошо, отъезд в девять. Те у кого есть семья, можете брать её с собой. Наначи вернулась домой в спешке, её мысли были заняты предстоящей миссией в Блэквуде. Открыв дверь, она увидела Рэга и Рико, которые все ещё сидели в гостиной, пытаясь расслабиться после утренних событий. Наначи: Рэг, Рико, мне нужно срочно собрать вещи. Меня отправляют в Блэквуд. Рико (с тревогой): Блэквуд? Зачем? Наначи: Это важно.... Ээ.. Там нужна медицинская помощь, и я должна помочь, во! Рэг встал с дивана, его лицо выражало беспокойство. Рэг: Мы поедем с тобой. Наначи: Рэг, это опасно. Рэг: Мы не оставим тебя одну в такой ситуации. Рико, ты как? Рико кивнула, её лицо приняло решительное выражение. Рико: Конечно, мы едем вместе. Давай собираться. Наначи, чувствуя поддержку друзей, быстро начала собирать необходимые вещи. Она взяла медицинские инструменты, аптечку, несколько комплектов одежды и личные вещи. Рэг и Рико тоже начали собирать свои вещи, стараясь не забыть ничего важного. Рэг: Наначи, сколько у нас времени? Наначи: Поезд отправляется в девять. Нам нужно поторопиться. Через некоторое время, собрав все необходимое, они направились к выходу. Рэг помог Наначи с её сумками, а Рико держала в руках небольшую сумку с личными вещами. Рико: Мы всё взяли? Ничего не забыли? Наначи: Вроде бы всё. Пойдёмте, времени мало. Троица поспешила к станции, где уже собирались врачи и медсестры, готовые отправиться в Блэквуд. Наначи чувствовала, как её сердце колотилось в груди, но поддержка друзей придавала ей уверенности. На платформе уже стоял бронепоезд, военные проверяли документы и распределяли людей по вагонам. Один из военных подошёл к ним и вежливо спросил: Военный: А ну, чики брики. Ваши документы, пожалуйста. Наначи протянула удостоверение врача, Рэг и Рико тоже предъявили свои удостоверения личности. Военный внимательно изучил их и кивнул. Военный: Проходите, садитесь в третий вагон. Поезд ещё 10 минут пошипит и поедет. Трое друзей направились к третьему вагону, их шаги отзвучивали по платформе, которая была оживлена, но при этом наэлектризована атмосферой тревоги. Рэг, Наначи и Рико вошли в вагон, где их встретили знакомые и новые лица коллег. Все сидели в напряжении, тихо переговариваясь и стараясь не думать о том, что их ждёт впереди. Наначи нашла три свободных места рядом с окном, и все трое уселись, пытаясь немного расслабиться перед долгим и, возможно, опасным путешествием. Наначи: Спасибо, что согласились поехать со мной. Я не уверена, что справилась бы одна. Рэг: Мы же команда, Наначи. Мы всегда будем рядом. Рико: Да, и потом, я не могла оставить тебя одну в такой ситуации. Мы вместе справимся. Вдруг поезд тронулся, и разговоры в вагоне стихли. Гул двигателя и ритмичный стук колёс стали фоном для мыслей и переживаний. Наначи смотрела в окно, наблюдая за проносящимися пейзажами, и пыталась представить, что их ждёт в Блэквуде. Рико, заметив напряжённое лицо подруги, слегка улыбнулась и предложила: Рико: Может, попробуем немного поспать? Нам понадобятся силы, когда мы прибудем. Рэг: Хорошая идея. Постараемся отдохнуть. Наначи, кивнув, попыталась устроиться поудобнее на своём месте. Сон медленно начинал одолевать её, но тревога не позволяла полностью расслабиться. Однако, тепло и поддержка друзей помогли ей наконец закрыть глаза и погрузиться в непродолжительный, но столь нужный сон. _________________________________________ Штурмовик: Отлично, РЛС забрали, врачей тоже, теперь прямой дорогой, по рельсам и доедем. Солдат: Не понимаю, почему ты такой спокойный? Мы же блин считай на передовую едем. Разве ты не боишься умереть? Штурмовик: Я давно не боюсь смерти, с самого начала войны я знал что умру, что буду в аду... Так чего бояться неизбежного? Остаётся просто наслаждаться временем, пока ч не мёртв. Солдат задумался, глядя на своего товарища с новым пониманием. Они молча шли некоторое время, каждый погруженный в свои мысли. Шум рельс казался гипнотическим, и солдат вдруг почувствовал странное спокойствие, которое он не мог объяснить. Он вспомнил слова штурмовика и поймал себя на мысли, что действительно, страх перед смертью только отнимает силы. Штурмовик: Знаешь, я часто думаю о том, что будет после войны. Даже если я доживу до её конца, что останется от нас? От нашего мира? Неизвестность иногда пугает больше, чем сама смерть. Солдат кивнул, размышляя о своих планах на будущее, которые казались такими далёкими и эфемерными. Штурмовик: А ты? Ты ведь, наверное, хочешь вернуться домой, к семье, если таковая есть? Солдат: Да, есть. ж Жена, двое детей. Я мечтаю вернуться к ним. И ради них готов пройти через всё это. А у тебя осталось то, что держит тебя здесь? Штурмовик: По факту, меня ничего не держит. У меня больше ничего не осталось. Недавно телеграмма пришла, во время очередной бомбардировки, мои родители... Ну, ты понимаешь. Солдат грустно посмотрел на товарища, чувствуя глубокое сочувствие. Солдат: Прости... Я не знал. Это должно быть невыносимо тяжело. Штурмовик пожал плечами, стараясь сохранить спокойствие, хотя в глазах была заметна тень боли. Штурмовик: Мы все теряем кого-то на этой войне. Я просто стараюсь не думать об этом слишком много. Не хочу, чтобы это сломало меня. Солдат задумался, и его мысли вновь вернулись к семье. Он вспомнил, как дочери провожали его в армию, их испуганные лица и слёзы. Он поклялся себе, что вернется к ним, несмотря ни на что. Солдат: Я всегда представляю себе тот момент, когда вернусь домой. Как обниму жену, как увижу, как выросли дети. Это помогает мне двигаться вперёд. Надежда на будущее даёт силы. Штурмовик: Хорошо, что у тебя есть такая надежда. Возможно, это то, что нас отличает. У тебя есть к чему вернуться. А я... Я уже не вернусь прежним, даже если выживу. Поэтому я живу сегодняшним днём. Завтрашний день может и не наступить. Солдат кивнул, понимая, что каждый из них справляется с ужасами войны по-своему. Они продолжали идти по коридору вагонов, каждый погружённый в свои мысли. Стук колёс об стыки рельс снова начал их убаюкивать, создавая иллюзию спокойствия. Штурмовик: По факту, у нас шансов победить в войне очень мало. Нас с трёх направлений давят, наших союзников, немцев, дербанят во все щели. У нас отличные технологии, крепкая броня и мощные орудия... Но у них огромный численный перевес. Солдат: Я знаю, что шансов мало, но всё равно верю в нашу победу. Потому что иначе просто невозможно. Иначе все наши жертвы напрасны. Штурмовик: Крах может быть оплачен страшной ценой. Остаётся лишь надеяться на победу. Солдат: Брошенные в войну, чтоб служить видению, которое не продлилось тысячу лет...