Anchor

      У Тэхёна особо не было с чем сравнивать, но город, в который они приехали, показался ему меньше и спокойнее, чем тот, где он останавливался на Северном острове. А его расположение с видом на горы было самым большим плюсом. Сколько бы он ни путешествовал, а вид на горы всегда оставался для него чем-то особенным и невероятным. Было бы в нем чуть больше смелости и безрассудства, он бы точно решился взойти на одну из них.              — Все местные города похожи на этот? — он отвернулся от окна к смотрителю.              — Смотря в каком плане.              — Небольшой, горы видно, еще и горная река такая широкая рядом, и даже океан видно. Я не задумывался, когда сбегал сюда, даже в интернете не посмотрел.              — Нет, есть большие города, в которых горы если и видны, то далеко на горизонте, но это на севере. Здесь меньше городов, потому что слишком большая горная цепь на весь остров. Они сами по себе не так заселены и находятся вдоль побережья, — машина остановилась на светофоре, и Чонгук посмотрел на него. — Любишь большие города?              — Нет, наоборот, такие вот маленькие и аккуратные. Я бы в таком жил, — задумался, смотря на улицы, где спокойно прогуливались люди. — Это место кажется умиротворенным.              — Да, с этим согласен, — тот посмотрел на него как-то особенно задумчиво и долго, даже не сразу отреагировав на смену цвета светофора. — Мы сейчас быстро сделаем все, что нужно, и потом время будет полностью свободно. Хорошо?              — Да.              Тэхён не против, ему главное быть чем-то занятым. На самом деле он бы не расстроился, вернись они на маяк сегодня, и даже не подумал бы попросить Чонгука остаться. Но мысль о том, что тот позаботился о его лишь предполагаемых желаниях, просто чтобы порадовать, заставляла губы предательски растягиваться в стороны. Даже то, что тревожило его последние несколько дней, отошло на задний план. Наблюдать за Чонгуком на маяке ему было интересно, но видеть, как тот вливался в обычную жизнь города, было все еще правильнее.              — Добрый день, Чонгук сказал, чтобы я позвонил тебе в обед, — пока смотритель разбирался с заказанной деталью для трейлера и покупкой необходимых запасов на маяк, Тэхён связался с Намджуном.              — Да. У меня хорошие новости. К тебе вернется ноутбук и камера для влога, даже с картой памяти, это то, что ты можешь забрать, ничего не выкупая. Телефон вернуть, к сожалению, не сможем, фотоаппарат тоже, как и остальную мелкую технику.              — Не страшно, я уже смирился с потерей всего, а ноутбук и камера — это лучшее, что могло вернуться, — он выдохнул, выходя из машины, чтобы немного прогуляться по улице, пока Чонгук занят. — Спасибо большое, я приду за ними как только вернусь на Северный.              — Да, тебе нужно будет написать заявление, чтобы восстановить документы перед отлетом.              — Много это времени займет?              — Нет, это можно сделать в течение дня. Мы уже приняли в работу твое обращение о краже вещей, поэтому процедура с временными документами будет быстрая. Знаешь даты, в которые ты будешь здесь?              — Пока только примерные, я напишу позже. Мне бы в тот же день и улететь, или хотя бы на следующий. Чонгук купит билеты на самолет, — от этих слов становилось не по себе, но он и так слишком долго об этом думал, поэтому заставил себя отогнать эти мысли.              — Хорошо, подумаю, как ускорить эту бумажную мороку.              — Спасибо большое, — он выдохнул, садясь на лавку недалеко от входа в магазин, из которого Чонгук переносил коробки в машину.              — Это тебе спасибо. Я никогда не думал, что застану момент, в котором Чонгук задумается уйти с этой работы и начать жить, — голос на том конце прозвучал с доброй усмешкой.              — Он изменился за то время, что я здесь.              — Да, видимо ему нужен был подобный толчок. Сам бы он рядом с незнакомым человеком едва ли оказался бы.              — Главное, чтобы он не отказался от моего общества дальше.              — Он? Насмешил. Он сам боится, что ты не вернешься, — Намджун явно улыбался, от чего Тэхён начинал тоже.              — Правда боится?              — Правда.              — Придется вернуться, — улыбнулся, чувствуя, как сердце забилось быстрее.              Он перекинулся с полицейским еще парой фраз о своих будущих действиях и завершил вызов. Если Чонгук и правда боялся, что он не вернется, это было даже мило. Казалось, именно ему нужно переживать о таких вещах, ведь из них двоих отвечал за эмоции он.              Когда он вернулся к машине, смотритель уже загрузил последнюю коробку, захлопывая багажник.              — Все нормально? — спросил тот, когда они снова сели в машину. — Что Намджун сказал?              — Что они нашли камеру и ноутбук. Смогут просто вернуть мне их. И еще что он поможет ускорить разрешение на мой вылет, но надо ему написать даты, когда я буду на Северном, — он пристегнулся, снова стараясь сесть удобнее. Время перевалило за обед.              — Хорошо, мы потом это решим, и я дам тебе на билеты. Ты голоден? — явная смена темы, за которую Тэхён был благодарен. Решать вопрос с его отъездом сейчас хотелось в последнюю очередь.              — Очень, хотя вроде ели не так давно.              — Тогда заедем в кафе, поедим. И потом я свожу тебя в пару мест.       

***

             Тэхён сидел на деревянном причале озера, скрестив ноги. Чонгук тихо подошел к нему, прикасаясь к слегка красной от холода щеке теплым стаканчиком с чаем. Он уже не помнил, где осталась машина, и по ощущениям пешком они обошли весь город. Внутри было легко и спокойно, ноги слегка гудели от долгой прогулки. Стаканчик с чаем приятно грел пальцы, но ему все же пришлось застегнуть жилетку повыше, чтобы не замерзнуть прохладным вечером. Смотритель стоял рядом, молча вглядываясь в горизонт, и Тэхён видел, как тот улыбался. Рядом с его ногой лежала горка маленьких плоских камней, один из которых он кинул в воду.              — Что ты делаешь?              — Примета такая есть, — взял еще один, пытаясь найти правильный угол. — Если заставить камень прыгнуть по воде три раза, то обязательно вернешься.              — Никогда не слышал о таком, — посмотрел на него с недоверием, наблюдая за очередным броском, от которого камень прыгнул лишь дважды. — Сам придумал?              — Да, пока ты за чаем ходил.              — Обычно кидают монетки в воду или оставляют какие-то вещи.              — К сожалению, у меня нет ни денег, ни вещей, — он легко улыбнулся, но попробовал бросить еще раз.              — Значит просто вернешься ко мне, — Чонгук присел на корточки к нему, беря камень и с первого броска заставил тот прыгнуть ровно три раза. — Когда тебя ждут обратно, в приметах отпадает необходимость.              — Звучит романтично, — Тэхён только улыбнулся, но где-то глубоко все равно шевелилась тревога. — А вдруг у тебя на пороге еще кто-то упадет в обморок?              — Ничего, у Лео места хватит, — кивнул, делая глоток чая с лимоном, и поймал его взгляд. — Ты не перестанешь переживать, да?              — Ни капли, — уверенно кивнул, ежась от порыва прохладного ветра.              Чонгук протянул к нему руку, убирая светлые пряди, которые сдуло на лицо, и опустил ладонь на его затылок, потянув к себе. Поцелуй был мягким, неглубоким и почти дразнящим. Он любил эти короткие касания, пропитанные простым желанием контакта, и Чонгук постоянно удовлетворял его потребность в них.              — Ты был абсолютно спокоен, когда проснулся у меня в доме с перебинтованной головой, без денег, связи и документов. Но сидишь тут и переживаешь, что мы не встретимся? — негромко произнес, все еще находясь так близко, что Тэхён чувствовал теплое дыхание на своих губах.              — Мне было не страшно потерять свои вещи. А тебя страшно.              — Я никуда не денусь, — оставил короткий поцелуй на лбу, от которого внутри все приятно теплело, и поднялся. — Идем, научу тебя правильно загадывать желания в этом городе.              Тэхён переживал и нервничал не так сильно, как могло казаться смотрителю, но отчего-то каждый раз хотелось слышать опровержение всех этих страхов. Он неглупый, понимал, что без связи они не останутся, и если разложить все по полочкам, то и переживать было не о чем. Но ему хотелось. Он никогда не влюблялся, никогда не чувствовал этой необходимости в человеке, в прикосновениях, в разговорах только с ним одним. В какой-то степени он не только переживал, но и наслаждался, проходя этот этап.              Чонгук протянул ему ладонь, помогая встать, и мягко переплел их пальцы. Это был такой естественный жест, словно тот постоянно так делал. Эта уверенность и спокойствие заставляли дышать глубже. Они прошли по узким улицам, медленно поднимаясь в горку, продолжая легкий диалог на незначительные темы. Тэхён ловил себя на мысли, что совсем не чувствовал себя туристом. Наоборот, это будто что-то повседневное, а город ощущался комфортом. Подобное было странным, но он вновь подумал о том, что дело вовсе не в месте, а в человеке рядом с ним. Оказалось, что быть по уши влюбленным — это довольно приятно.              Уже через десять минут они дошли до парка, в центре которого росло дерево, чьи нижние ветки были увешаны лентами с привязанными на них листочками разных цветов. Смысл этого занятия понять не сложно было.              — Знал бы ты, сколько я навесил своих желаний на подобные деревья в странах, где бывал, — он улыбнулся, понимая, что сосчитать невозможно. В какой-то момент он понял, что практически в любом городе мира есть место, где можно куда-либо привязать свое желание или где-то написать.              — И как, сбывались желания? — Чонгук только усмехнулся, подходя к маленькой будке, где можно было взять ленты и отрывные листы.              — Некоторые да, — кивнул, выбирая ленту розового цвета, как делал это всегда. — Но для меня это уже больше традиция, — он проделал в бумаге ровное отверстие, продевая ленту. Людей в этом месте было больше, чем на улицах города, но судя по виду все в основном были туристами. — Поэтому спасибо.              — Видел, поэтому сюда и привел.              — Ты залез в мой блог? — Тэхён удивленно вскинул голову, не дописав желание на листике.              — Да, мне было интересно.              — И привел сюда, чтобы я мог соблюсти традицию?              — И это тоже, — кивнул, выглядя совершенно невозмутимым. — У тебя очень красивый блог.              Тэхён не мог сдержать абсолютно довольную улыбку. Если Чонгук понял его маленький ритуал, значит, не просто пролистал канал, а хотя бы почитал несколько постов и посмотрел видео. И это было чертовски приятно. Он привык, что его работу хвалили, подписчики часто писали много хороших и добрых слов, но слышать это от Чонгука — совсем другое.              Тэхён аккуратно написал на листочке свое желание. Совсем очевидное и предсказуемое: о том, что очень хотел вернуться к Чонгуку. Обычно он писал желания о легком пути, интересной дороге, об удаче и о прочих абстрактных вещах, потому что не верил, что подобное работает. Но сейчас ему будто хотелось использовать вообще все варианты, даже такие.              Солнце почти село, и прохладный ветер пробирался под жилетку и толстовку, пуская по коже мурашки. На маяке ему было не так холодно, может, оттого, что он всегда мог зайти в теплый дом или в маячную комнату. Лео отписался о том, что Лаки накормлен, хорошо набегался на ферме и уже спит у порога дома, немного грустно смотря на дверь. К арендованному дому они приехали, когда окончательно стемнело, заехав перед этим в магазин и купив мяса и несколько баночек пива. Это все ощущалось таким правильным и привычным, словно они оба приехали на отдых, вдвоем.              — Почему мы никогда не жарили мясо на маяке? — Тэхён сидел за столиком на террасе, наблюдая, как Чонгук разрезал мясо около мангала.              — Не знаю. Ты хотел?              — Ни разу не задумался об этом, — улыбнулся, делая глоток пива из жестяной банки.              — В студенческие годы мы часто собирались с друзьями, снимали небольшой дом на всех и проводили так выходные, — Чонгук ловкими движениями закидывал мясо на решетку, а запах, который начал разноситься почти сразу, приятно дразнил обоняние.              — Я из-за формата обучения редко вижусь с одногруппниками. Хотя после окончания экзаменов мы часто собираемся в каком-нибудь заведении, чтобы отметить, — он подпер голову рукой, чувствуя приятное тепло от мангала. Тут ветер был меньше, и холод перестал пробирать сквозь одежду. — Можно вопрос? Он… не особо приятный, наверное.              — Спрашивай.              — А ты… — он замялся, еще раз думая о том, стоило ли спрашивать, но все же решился, — ты хочешь еще детей?              — Я и до брака их не хотел, — Чонгук даже не переменился в лице, бросив на него быстрый взгляд и успокоил сомнения короткой улыбкой. — Я вообще не думал о них. Я просто любил девушку, женился на ней и понимал, что хотел семью. Если бы она никогда не захотела детей, я бы и не настаивал.              — Но тебе больно было понять, что дочь не от тебя.              — Да, но если ты хочешь узнать, хочу ли я заглушить это и заиметь собственного ребенка, то нет. Это для меня не является чем-то обязательным, — тот только усмехнулся, снова бросив на него взгляд. — Ты задумался о таких вещах? Зачем?              — Не знаю, просто все ново и… я вообще никогда не думал даже об отношениях, не то, что о семье, и иногда я задумываюсь о том, что смогу дать. Я понимаю, что это глупо и слишком далеко, особенно в нашей ситуации, но мои мысли не остановить, — он только тяжело вздохнул, крутя в пальцах полупустую баночку и чувствуя себя совсем по-идиотски.              — Иди сюда.              Тэхёну много раз повторять не нужно, он сразу поднялся, обходя стол, и обнял смотрителя, утыкаясь в пропахшую дымом ткань кофты на его плече. Он понимал, что его мысли были слишком глупыми, но у него не было опыта серьезных отношений, а те интрижки, что у него случались, вообще не подразумевали чего-то долгосрочного. С Чонгуком хотелось строить планы, но Тэхён не умел — не такие, не с опорой на другого человека. Он все детство не знал, в каком городе окажется через месяц, а все его путешествия были под девизом «по ходу разберемся».              — Твои мысли зашли в слишком глубокую степь, — Чонгук обнял его за плечи, целуя в висок и легко растрепал волосы на затылке.              — Я просто не знаю, как строить отношения, когда хочется ну… надолго, — глухо произнес, поджимая губы. — Мне всегда говорили, что все вопросы нужно решать «на берегу». Вот я и пытаюсь задать все вопросы сразу.              — У тебя все эти вопросы появляются слишком спонтанно, ты в курсе?              — Догадки были.              — Ты всегда можешь спросить, если что-то тревожит, — голос смотрителя звучал тихо, даже убаюкивающе. — Я отвечу. Сейчас мы решим проблемы с твоими документами и доставкой тебя к экзаменам домой. А я решу вопрос с работой. Единственное, что я тебе могу сказать точно: я не вернусь в Корею, Тэ. Если не нравится тут, мы найдем другое место. Может быть через некоторое время я все же смогу вернуться туда, где мне грозит встреча с семьей. Но не сейчас.              — Мне хорошо тут, — покачал головой, слегка отстраняясь, чтобы потянуться за поцелуем. — Мне хорошо везде, где ты. Поэтому все равно где.              — Тогда одной проблемой меньше.              Тэхён чувствовал себя состоящим из девяноста девяти проблем, одним решением для которых был Чонгук. Из них двоих и правда переживать должен кто-то один, и он прекрасно справлялся со своей частью этого баланса. Он снова сменил тему, отпуская смотрителя и принося овощи, которые они купили к мясу. В корейской кухне Тэхён не был силен, а Чонгук забыл все, что умел, поэтому было принято стратегическое решение не выпендриваться и ограничиться мясом со свежими овощами. Для них двоих суть все равно была не в еде.              Он снова не замолкал, вспоминая парад историй из детства и подросткового периода. Все же было и много хорошего, что ему удалось запомнить. Чонгук его снова слушал. Спрашивал, внимал и даже иногда смеялся. Это было совсем не так, как месяц назад. Он будто смотрел на другого человека, но при этом все того же. Момент, когда смотритель изменился, он просто не заметил. Вероятно, после того как они перестали отталкивать друг друга, после того, как каждый вечер заканчивался поцелуем, а утро начиналось с него. Или тогда, когда Тэхён стал долго смотреть на дверь Чонгука, желая все же зайти ночью в комнату напротив. Он не знал, когда точно, но знал, что ему было хорошо от этих изменений. Словно Чонгук пустил его туда, куда никому не было разрешено входить. Тэхён чувствовал себя особенным, и это чувство оставляло приятное волнение. Оказалось, Чонгук и правда умел в душевные разговоры, особенно когда позволял себе алкоголь. Это было даже немного забавно.              — Я давно себя не чувствовал так спокойно, — негромко произнес смотритель, садясь на ступеньки террасы позади Тэхёна. Они уже поужинали, а мангал за спиной приятно отдавал остаточное тепло.              — Это все алкоголь так на тебя действует, — негромко засмеялся и откинулся назад, прижимаясь спиной к теплой груди смотрителя.              — Или ты, — крепкие руки притянули его ближе, и он почувствовал, как Чонгук зарылся носом в его волосы на затылке. — Что ты загадал в парке?              — Вернуться.              — Сюда?              — Нет, к тебе.              — Сам тебя верну, если вдруг что, — объятия стали крепче, и Тэхён почувствовал необъяснимое чувство того, что он дома. Прямо в эту секунду.              Чонгук впервые за пять лет ощущал в себе потребность вообще не разжимать руки. Он успел забыть о том, насколько ему всегда необходимо было чувствовать нужного человека рядом. Возможно, Тэхён был прав, и легкий алкоголь, который он пил крайне редко, опустил все оставшиеся барьеры, но ему было неправильно даже думать о том, чтобы сейчас отпустить этого парня. Он притянул того сильнее к себе, опуская голову и уперся в чужое плечо, глубоко вдыхая. Его просто пробирало от переизбытка всех давно забытых чувств. Сидели бы они сейчас так, если бы тогда Тэхён не рискнул поцеловать? Чонгук не уверен. Ему, вероятно, понадобилось бы больше времени.              Ему самому не хотелось, чтобы Тэхён куда-либо улетал, но выбора не было. Он убеждал себя, что чем быстрее тот улетит, тем быстрее вернется. Для того чтобы думать о серьезных сильных чувствах, не хватало уверенности, но то, что он с ума сходил от этого парня последние полторы недели — факт.              — Правда вернешь? — раздался тихий вопрос, вызывая у него улыбку.              — Обещаю.              Он слегка отстранился, поворачивая Тэхёна к себе, и снова затянул того в глубокий медленный поцелуй. Сминал податливые мягкие губы, притягивая расслабленное тело ближе к себе, ощущая, как Тэхён цеплялся пальцами за его толстовку. Чужие губы податливо раскрывались, позволяя его языку проскользнуть глубже, отвечая тягуче и с такой же медленной жадностью. Чонгуку хотелось его спрятать, никуда не выпускать, и чтобы никто больше не нашел. Это желание нарастало медленно, но крепло с каждым днем.              Раньше он был уверен, что спокойно дождется возвращения Тэхёна и подготовит свою жизнь для них двоих. Сейчас он уверен, что едва ли выдержит месяц.