Хао Очень и Цайрица

      Заиграла торжественная музыка, разорвавшая повисшую на миг тишину. Лэн Буфан картинно вскинул руки вверх — и головы Змея Горыныча в фонтане вспыхнули разноцветными огнями в такт мелодии.       — Банкет начинается! — перекрывая звуки, радостно воскликнул тамада.       Тоже проголодался? Похоже, этот лис давно мечтал не только объявлять банкет, но и лично его начинать — судя по голодному блеску в его глазах, ничуть не слабее вспышек цветомузыки.       Цайэр, в который раз проклиная слишком яркие фонарики, слишком громкую мелодию и слишком сияющее платье, уселась рядом с мужем во главе стола на сиденье, такое же вычурное, как Трон его папаши.       Блюда на столах разложили настолько симметрично и идеально, что явно не обошлось без магии.       Покосившись на мужа, Цайэр отметила, что он выглядит так же сияюще, как и фонтан с гирляндами, — включил свой ослепляющий режим. Сверкнув белозубой улыбкой, он принялся деловито накладывать еду на ее тарелку, безжалостно нарушая гармонию и симметрию сервировки.       Гости в мгновение ока последовали примеру виновника торжества. Причем все: и те, что сели поближе слушать высокопарные речи начальства, и те, кто предпочел насладиться застольем, пока шишки Альянса произносят свои бесконечные вдохновляющие тирады. Молодежь, демонстрируя похвальное чувство самосохранения и полное отсутствие интереса к поучительным речам, мгновенно отодвинулась подальше, к нетронутым уважаемыми людьми деликатесам. Команда антимечты уселась где-то посередине и немедленно присоединилась к Сыма Сяню, уже с треском уплетающему закуски.       Вздохнув, Цайэр принялась ковыряться в тарелке, пропуская мимо ушей радужные пожелания.       Лысого жреца смог переплюнуть только мини-Горыныч. Проглотив личную порцию размером с летающий корабль, для которой ему поставили отдельный столик, он уже вовсю обследовал окрестности, деловито паря над общим столом меж гостей.       — Этот милейший фиолетовый шарик похож на твою новую духовную печь, — обронила Цайэр. — Которую я для тебя выиграла в подарок. Такой же самодовольный и блестящий.       Очень поперхнулся, а потом заулыбался.       — Ты мне еще кое-что обещала подарить, — наклонившись к ее уху, шепнул он.       — Ага, депиляцию. И без магии!— буркнула она.       — И не только, — не поддавшись на угрозу, добавил ее сияющий извращенец.        — Кто краснел, как праздничный фонарик, от эльфийской книженции, а? — возмутилась Цайэр, пытаясь не представлять то, что еще не видела воочию после прозрения. — А тут снова начал?       — За этими тостами нас никто не только не слышит, но и, возможно, не видит, — невинно пожал плечами муж.       Пришлось признать: ее не-всегда-Очень снова оказался прав. Звездой праздника по праву стал Хаоюэ.       Если этот мини-Горыныч и напоминал духовную печь, то все же «печь обжорства». Теперь он не просто летал над столом, но и выклянчивал подачки, а если его милоты не хватало для убеждения, то грозил вместе с закуской оттяпать пальцы жадины. Однако большинство последовало примеру кардинала Жо Шуй, которая в обмен на большую тарталетку всласть нагладилась хитрюги.       — Отлично, не стоит забывать про бизнес по продаже умиления, — съехидничала Цайэр, переключившись на предприимчивого питомца. — Кажется, еще немного, и он начнет требовать пожертвования наличными или энергетическими кристаллами прямо в пасть.       — Ты же знаешь, что с голоду не умрем, — поддакнул Очень, с гордостью глядя на прожорливого компаньона.       — Твой мини-Горыныч уже набрал себе клиентуру прямо на свадьбе, — вздохнула она.       — Это называется «сбор добровольных взносов в фонд очарования», — спокойно ответил муж.       — Ну да, неизвестно, что лучше пойдет, твое сияние или его умилительность, — ехидно заметила она. — Мне кажется, он съел уже больше, чем влезло подарков в тот сундук. Пока счет не в твою пользу.       — Мне главное, чтобы счет в мою пользу был на твоем персональном счетчике, — обольстительно улыбнулся Очень, пытаясь доказать, что питомцу до него еще как до небес.       В этот момент кто-то крикнул «Горько!», и Цайэр мгновенно оказалась в объятиях мужа, который быстро вовлек ее в долгий и сладкий поцелуй.       Пока она пыталась вернуть себе дыхание, здравомыслие и контроль над ситуацией после нападения лучезарного романтика, вперед снова выступил Лэн Буфан:       — А теперь слово команде молодоженов! Пусть все увидят, на что способен новый отряд охотников на демонов капитана Очень и блистательной Цайрицы! И убедятся, почему именно этот отряд станет кошмаром всех демонов — хотя, возможно, не только для них!       Вот гад! Где только прозвища узнал, рыжий плут?       Цайэр страдальчески покосилась на команду антимечты, восседающую посередине стола.       — Ну все, держитесь — сейчас будет представление века … — уныло предсказала она.       И не ошиблась, потому что Лэн Буфан объявил, что первым берет слово маг нового отряда.       — Ожидаем взрыв мозга от наркодилера, — Цайэр отодвинула креманку с ягодным муссом на безопасное расстояние.       Мини-Горыныч, заглотав очередную порцию вкусняшек, замер — и резво нырнул в фонтан под защиту девяти голов большого Горыныча.       Лин Синь, в сапфирово-синем костюме с блестящими изумрудными вставками (и откуда он это вытащил?), с достоинством взлетел в воздух — буквально, с помощью магии — на огненном облаке.       — Уважаемые гости! Мой кристалл «огненных облаков» покажет чудо!       В его руках засветился огромный красный булыжник размером больше, чем требовался для энергопушки.       — Размер кристалла имеет значение? А как же «не числом, а умением»? — пробормотала Цайэр.       — Хм, сравнивать размеры тебе уже не придется, — покашлял Очень, — Да и с тобой ведь всегда «и числом, и умением»… и размером, — добавил он невинно, как будто речь шла о боевых навыках.       Цайэр покосилась на мужа. Кажется, она начала понимать принцип, по которому рулетка, запущенная муженьком, выбрала такой состав. Все они были чокнутыми максималистами.       Длинные зеленые патлы Лин Синя отливали цветомузыкой фонтана, а ехидная улыбка намекала, что сейчас начнется нечто чрезвычайно интересное.       — Позвольте поздравить молодоженов… визуально. Потому что словами уже поздравили все, кто хотел и кто не хотел, — тем временем продолжал красоваться наркодилер.       Следом над его головой вспыхнули огненные узоры, которые закрутились в сложные спирали. Из них постепенно сформировались знакомые силуэты: фигурка с мечом и сиянием вокруг головы — вылитый Очень, и вторая — с распущенными волосами, двумя кинжалами и явно плохим настроением.       — Это я? — удивилась Цайэр. — Когда это я выглядела такой злой? Я точно добрее. Чуть-чуть…       — Зато я ничего, правда? — с самодовольной улыбкой заметил Очень.       — Сияния маловато. А это еще кто?       Явно... тетушка…       — Это уже клевета! — вспылила Цайэр, глядя, как тетушка в огненном шоу танцует с ассасином.       — Или предсказание будущего?— шепнул ей Очень, утирая слезу смеха. — Это коварное искусство визуализации.       Но смеяться долго ему не пришлось. Из огня приняли форму еще две фигурки. Они сидели на лавочке и подозрительно напоминали двух присутствующих Синей, включая шоумена, и через пару секунд одна фигурка самовольно сдвинулась ближе ко второй — и вспыхнула радужным столбом пламени.       — Ты, патлатый! Я тебе сейчас такое шоу устрою! — вскочила с места Ли Синь, потрясая кулаками.        — Это была… метафора, — с каменным лицом прокомментировал Лин Синь, выждав паузу. — Метафора сближения охотников на демонов.       Следом из огня появилась остальная команда, принявшаяся беспорядочно сражаться с незримым врагом. Только миниатюрная фигурка с зонтиком осталась в стороне, гордо вскинув нос.       Лэн Буфан шарахнулся, прикрывая место, где, по логике, полагался хвост, когда мимо пронеслись шквалом огненные Ван Юаньюань и Сыма Сянь, соревнующиеся, кто замочит больше виртуальных врагов.       Лин Синь самодовольно хмыкнул, поклонился и спрыгнул с облака, щелкнув пальцами.       Огненная сцена фейерверком разлетелась на сотни сверкающих бабочек, которые тут же принялись нагло пикировать в бокалы гостей. Все радостно зааплодировали.       — Не благодарите. Я предпочитаю тонизирующую алхимию.       Глядя, как огромный красный махаон растворяется в напитке, Цайэр покашляла:       — Почему у нас самые жирные?       — Чтобы хватило на всю ночь? — с невинным видом предположил Очень.       Уж не сговорились ли они напоить ее афродизиаком в качестве извращенческого подарка?       Ли Синь тоже не могла смолчать.       — И почему ты не можешь сделать что-нибудь такое в бою с демонами? — язвительно спросила она, скрестив руки на груди.       — Потому что, дорогая Ли Синь, демоны — не ценители моего искусства, — саркастично ответил Лин Синь, сделав акцент на слове «дорогая», от чего рыцарша тут же гневно покраснела.       — Да ты просто боишься, что спалишь собственные волосы в бою! — огрызнулась она.       — Боюсь я только одной огненной дамы с дурным характером, — парировал Лин Синь, многозначительно глянув на нее. — Ну, и еще одной, но та уже замужем.       Дед Лин Синя, успевший прикрыть свой кубок похожей огненной магией, едко заметил:       — Выпендрежник! И на будущее, внучок, учись контролировать язык так же, как огонь.       Лин Синь закатил глаза.       — Да пусть хоть весь Альянс переженится, я готов остаться единственным здравомыслящим и непокорным алхимиком Святого города, — под нос пробурчал он.       Цайэр глубоко вздохнула:       — Я вот думаю… может, зря я тогда пощадила его патлы?       — Ты была великодушна, — отозвался Очень с легкой улыбкой. — Но, если хочешь, подарим ему расческу с надписью "выжившему".       Лэн Буфан, придя в себя после шоу, призвал остальных членов команды последовать примеру мага. Только потом сам осознал, что ляпнул, и притих.       После впечатляющего и слегка шокирующего выступления Лин Синя остальные члены «команды антимечты» решительно поднялись со своих мест.       Вперед выступил Сыма Сянь. Лысый жрец нервно покашлял и протянул руки к небесам.       — Уважаемые молодожены, хотя я совершенно бесполезен в исцелении, я всегда готов поднять боевой дух команды! Пусть ваш брак будет таким же крепким, как моя голова!       Здоровяк сложил руки в круг — от напряжения одежда с треском лопнула, обнажив мощный торс.       — Режим берсерка!       В руке сумасшедшего жреца появилась боевая сфера-булава, которой он с размаху ударил себе по голове, не моргнув и глазом.       В повисшей тишине теперь слышались только звуки фонтана и эхо от гулкого удара, словно били по пустому походному котелку.       В следующее мгновение гости разразились аплодисментами, а кто-то даже улюлюканьем и выкриками «Бис!»       — Вот только стриптиза, да еще от качка на протеине, нам здесь и не хватало, — вздохнула Цайэр.       — Предпочитаешь более изящные модели? — игриво прошептал на ухо муж.       В напитке точно что-то было.       Совсем не очень, Очень!       Хотя… она реально предпочитала…       — Еще не видела ни одной.       — Потерпи, — мурлыкнул он. — Лучшее шоу состоится позже… только для тебя, моя Цайрица.       Почему ухо вдруг стало теплым и подозрительно влажным? Неужели… это его язык?       Цайэр, отстранившись, уставилась на мужа, но Очень просто сжал ее ладонь.       Реальность сузилась до его глаз и ощущения тепла. Еще бы не ослепнуть от красоты…       Из сладкого морока их вывело пронзительное блеянье.       Над Чен Инэр сверкали Врата Душ. А на лужайке гарцевал козленок, весь в ленточках и с колокольчиком на шее, будто тоже был официально приглашен.       Хотя формально был… но не организаторами мероприятия.       — Опять этот козел? — возмутился Лин Синь.       — Это другой козел! — поспешно оправдалась Инэр. — Более праздничный… наверное.       Лэн Буфан кинулся ловить нарушителя.       Козленок, вдохновленный всеобщим вниманием, ринулся к фонтану с таким энтузиазмом, будто наконец исполнял мечту всей козлиной жизни. С радостным блеяньем он прыгнул в воду и начал с восторгом поедать лепестки цветов, плавающие по поверхности. Но не тут-то было! Хаоюэ с негодующим писком бросился выпихивать нахала из своего персонального бассейна.       Все ахнули, когда рогатый зверек уже не просто заблеял, а затрубил, пожалуй, громче самого Змея Горыныча, и стрелой вылетел прочь. Сложная траектория приземлила его прямо в кусты, где он, слегка очухавшись, принялся грызть цветы.       Обалдевший Лэн Буфан шлепнулся там же, но он хотя бы не питался зеленью.       Мини-Горыныч, празднуя победу, гордо облетел все девять голов фонтана.       — Молодец, Хаоюэ!       — Так держать!       Отряд явно одобрил хозяйские повадки мини-Горыныча.       — Кажется, банда… то есть команда может постепенно сплотиться, — со смехом наблюдая за феерией, заметила Цайэр. — Если не вокруг капитана, то хотя бы его питомца.       — Хань Юй — мой оруженосец, он покажет пример, — пожал плечами Очень, кивнув на очередного желающего поздравить или же удивить, как выйдет.       А, это тот, кого Цайэр считала раньше собственностью муженька? Но сейчас все поменялось. Она смотрела на высокого рыцаря, как на члена банды… то есть команды. Подтянутый, серьезный и сдержанный настолько, что его хотелось слегка пнуть, чтобы проверить, жив ли он вообще. И выживет ли среди них.       — Желаю вам долгого пути вместе. Если что, я всегда готов сказать «А я предупреждал».       — Как мило, — всплеснула руками Цайэр. — Надо было тебя тосты писать заставить.       Принят. С натяжкой.       — Я реалист. И готов воспитать ваших детей настоящими рыцарями, — скромно заметил тот, отступая к остальным.       — Итак, у нас в наличии юморист, стриптизер, животновод, и теперь прибавился зануда, — закатив глаза, протянула Цайэр. — Прекрасные перспективы. Кто еще?       Следующей встала Ван Юаньюань, не ожидая приглашения тамады. Она, как всегда, держалась уверенно — но, кажется, чуть напряглась, будто не понимая, что именно надо говорить.       — Желаю вам… ну… много счастья, — сказала она, как боевой приказ. — Чтобы никто не посмел вам мешать. А если посмеет — я рядом.       Цайэр кивнула, стараясь не заулыбаться, но Очень на всякий случай сцепил пальцы в замок и чуть подтянул жену к себе.       — Надеюсь, ты не решишь, что тут нам кто-то угрожает, — вежливо заметил он.       Наверное, он еще помнил, как мастера Храмов разгромили полгостиницы в пух и прах.       Со стороны шишек послышалось сдержанное покашливание. Наверное, они тоже это помнили.       — Пока никто. Но я на всякий случай. Все просчитала. И щит всегда при мне, — серьезно ответила Ван Юаньюань, хлопнув кулаками друг о друга.       — Бей первым, да? — уточнила стратегию Цайэр.       — Всегда, — подтвердила наследница Великана. — Даже в любви. А особенно — на свадьбе.       — Какая свадьба без драки? — хрюкнул Лин Синь.       — И мордобойщик в строю, — подытожила Цайэр, когда Ван Юаньюань отошла.       Тамада наконец пришел в себя и, стараясь поддерживать прежний уровень пафоса, пригласил выступить названную сестру виновника торжества.       Личиволосая рыцарша так гордо выпрямилась, будто только что выиграла битву, спасла мир и, главное, была абсолютно уверена, что все об этом знают.       — Я много лет шла за Хаоченем, — начала она с такой серьезностью, что даже козленок перестал жевать в кустах.       — Да уж, Богиня Света убереги оказаться впереди. Нос расквасишь от подталкивания в спину, — очнувшись, прошептал Лин Синь, но громкости не рассчитал, и Ван Юаньюань больно наступила ему на ногу под столом.       Ли Синь продолжила как ни в чем не бывало:       — Видела, как он растет, как становится тем, кем должен быть. И кто бы мог подумать, что этот путь приведет его к тебе, Цайэр.       — А куда надо было? — пискнул кто-то с конца стола.       — На Трон, конечно! — подал голос Хань Цянь, прервав молчание старшего поколения, которое договорилось временно предоставить инициативу молодежи.       — Одно другому не мешает! — встрял Шэн Юэ, а у Хаоченя почему-то слегка засиял нимб.       Дед Лин Синя молча опрокинул кубок.       — Поэтому я надеюсь, что ты поможешь ему добраться куда надо, — проигнорировав шишек, продолжила названная сестренка. — Ты совершенно… нестандартная. Но ему подходишь. Не потому что красивая, а потому что ты увидела в нем то, что не видит даже он сам.       А ведь Богиня Света покровительствует всем рыцарям. Манипуляторша еще та!       — Секрет прост — надо ослепнуть, — пожала плечами Цайэр, чтобы не расчувствоваться.       Поймав ее взгляд, Очень расплылся в своей лучшей улыбке — самой сияющей, самой раздражающе идеальной.       Но впервые за весь вечер Цайэр захотелось не огрызаться, а в ответ улыбнуться мужу так, чтобы он понял: она не жалеет, что ослепла, если в результате сумела разглядеть его.       — Ну, а желаю я вам — любви, — закончила Ли Синь.— Потому что любовь — как меч. Надо знать, когда его обнажить.       Пауза затянулась.       — Это метафора? — прошептал Очень.       — Надеюсь, — откликнулась Цайэр, пытаясь не покраснеть.       — Вот это уровень, — хохотнув, выдохнул Лин Синь. — Придется срочно изобрести зелье красноречия.       Команда радостно подняла бокалы:       — За капитана и Цайэр!       — Очень и Цайрица!       — Ура!       Скоро возгласы подхватили даже старички.       Глядя на единодушие собравшихся, Цайэр задумалась. Возможно, именно антимечта и есть та самая мечта — просто нестандартная. С козлами, фейерверками и депиляцией в придачу. И Богиня так над ними подшутила, запустив рулетку рукой ею избранного рыцаря. Продолжение следует...