Ревность как состояние души

Январские морозы силой ударили Лондон. Ученики, укутанные в пальто и теплые шарфы быстро перебирались по платформе, стараясь как можно скорее скрыться в вагонах. В тепле и том малом уюте, что поезд готов им подарить. В одном купе творилась странная атмосфера. Давние друзья практически уже целый час ехали в тишине, что редко разбавлялась шутками Блейза, свирепым взглядом Драко, фырчанием Теодора и тихими перешептыванием Дафны и Ив. Каждый находился наедине с собственными мыслями, переживаниями и те чувствами, что никто не хотел делиться. Пятеро Слизеренцев синхронно перевели свой взгляд на однокурсницу, что буквально ввалилась в их купе. Запыхавшаяся, раскрасневшаяся. А в глазах горели искры. Она явно знала какую-то новую сплетню. — Пэнси? — первой подала голос Дафна. — Все в порядке? — Я… — Паркинсон запнулась, давая себе время отдышаться. — Узнала очередную сплетню? — Блейз рассмеялся в кулак. — Кто-то переспал на Снежном балу? — Резко подал голос Малфой, пронзая девушку пронзительным взглядом. — Скучно и не интересно. — А что? Боишься, что сплетня будет о тебе? — Впервые за все время в поезде, Тео искренне улыбнулся. — Это же тебя никто не видел весь вечер. — Естественно. Нужно же было где-то спрятаться от тебя и твоего невыносимого поведения в тот вечер! — Малфой кольнул больно, внимательно всматриваясь в лицо друга. Но не увидел в его глазах ничего. Лишь непроницаемая маска, которую они так любили на себя надевать. Однако же Трэверс лишь сильнее сжалась в сидение под черствым, холодным взглядом Теодора. Ей казалось, что каникулы помогли перешагнуть этот этап. Но все же она заставила себе промолчать, буквально растворяясь под гнетом Нотта. — Да послушайте же меня! — Ив еще никогда не была так рада, что Пэнси вышла из себя, переходя на крик. Пятеро студентов перевели на нее свой внимательный взор. Но Паркинсон будто наслаждалась всеобщим вниманием. И тянула этот момент так долго, как могла. — Пэнси, — Настороженно начал Блейз. — Может начнешь? — Вы не поверите кто сейчас едет в поезде и возвращается в школу! — А чуть больше подробностей можно? — Огрызнулся Малфой. — Питер Берки! — выкрикнула девушка громче, чем планировала и резко закрыла рот рукой. — Его выписали. Он возвращается в школу в новом полугодии. — Он же сошел с ума, разве нет? — спросил Блейз, заметив всеообщее замешательство. — Его отравили, — уверенно произнесла Ив. А затем более мягче добавила. — Вроде как? — И мне не стоит спрашивать, откуда ты до сих пор помнишь это? — Забини шутил, периодически оглядываясь в сторону Нотту, будто спрашивая разрешение. — Хочешь заново начать те глупые сплетни что и полгода назад? — Трэверс ту же перешла в оборону. — Я думала, ты умнее этого. — Это комплимент? — Блейз рассмеялся. Ив пронзила друга строгим взглядом, а затем опустил взгляд вниз, на свои замшевые сапоги, явно о чем-то задумавшись. — Забей, — Продолжил Забини. — Ты просто такая красотка, когда злишься. Блейз смеется, бросая быстрый взгляд на друга. Маленькая венка на его правом виске пульсирует, но взгляд выражал пустоту. Забини ожидал быстро толчка, колкого взгляда или наспех брошенной отрешенной фразы, которую Нотт бросал всегда, когда пытался сменить тему, защищая девушку. Слизеринец нахмурился, но решил оставить друга наедине с собственными чувствами. — Не хотите поговорить с ними? Пятеро волшебников синхронно переглянулись, бросая на Паркинсон удивленный взгляд. Они словно все забыли, что она здесь. — И зачем нам это делать? — Малфой громко огласил общую мысль. — Вам разве не интересно? — Пэнси выше задрала нос. — И? — Драко пронзил девушку холодны взглядом. — У меня нет желания слушать шизика, кто столько времени провел в Мунго. Пусть идет к Лангботтону, может быть Берки успел сблизиться там с его родителями? Трэверс пронзила Малфоя злобным взглядом, приказывая остановиться. Тема семьи всегда была для Слизеренцев запретна. И сейчас Ив тошнило от этих двойных стандратов. Копаться в чужом нижнем белье, что? Можно? — Может быть он что-то помнит. О том, что с ним произошло? В наших же правилах отомстить за своих, — не унималась Паркинсон. — Что это с ней? — шепотом Дафна спросила у Ив, но та ответила ей тихим смехом. — И он здесь. Если захочет, отомстит сам. Нет, попросит о помощи и мы ее дадим. Паркинсон тихо фыркнула, явно раздасованная выпадом одноклассника. — Ты явно путаешь нас с Гриффиндорцами, готовым прилететь на помощь всегда и везде, — огрызнулась Трэверс и только после этого прикусила язык. Нотт кольнул ее холодным, испепеляющим взглядом. То ли он злился, что девушка вступила в спор на стороне Малфоя, то ли упоминание Гриффиндорцев из ее уст, было чертовски больно… Словно острие ножа проходилось по едва зажившей ране, царапала тонкую кожу. Ив не стала продолжать эту зрительную борьбу и буквально вжалась в сиденье, делая вид, что полностью увлечена разговором с Дафной. *** В большем зале было громко и многолюдно. Ученики, которые казалось видели не пару недель назад, а минимум несколько лет, шумно обсуждали прошедшие праздники, путешествие и, разумеется, подарки. Трэверс скучно проводила по присутствующим взглядом, старательно избегая левого угла, где в компании друзей, уютно расположился Питер Берки. Их первый и заключительный совместный вечер прошел несколько иначе, чем оба волшебники этого ожидали. Девушка надеялась, что у Берки отшибло память. В любом случае, он предпочитал избегать ее, также, как и она его. Вся их компания выглядела непривычно тихой. Будто каникулы ни то что не помогли им отдохнуть и восстановить силы, но и исчерпали все оставшиеся. Каждый мечтал только о том, чтобы как можно скорее оказаться в теплой и мягкой кровати. Теодор не выдержал первым. И едва Дамблдор закончил свою речь, как брюнет подскочил на ноги, отправляясь в сторону выхода. — Тео, — бросила Ив ему в спину, чувствая острое желание догнать его. — Мы должны довести первокурсников до Гостинной. На случай если каникулы, полностью отшибли им мозги, — огрызнулся Малфой, когда Трэверс подорвалась с места. — Справишься без меня, — Ив отмахнулась и срываясь на бег добавила, — И не потеряются же не они на самом деле. Едва Ив оказывается в коридоре, то тут же догоняет Теодора. Она молчаливо толкает его в бок, тараня, отводя ближе к стене. Лицо Нотта непроницаемо, он сопротивляется, но прикладывает толику усилий, позволяя хрупкой девушки взять ситуацию в свои руки. Тео недовольно морщит нос, когда его спина коснулась холодной стены. Он наклонил голову ниже, внимательно всматриваясь в родные медные глаза. Трэверс приблизилась на опасное расстояние, упираясь худыми тонкими ладошками на живот парня. — Мы еще не разговариваем? — Девушка игриво моргнула, прикусывая нижнюю губу. Все ее нутро сейчас ей противоречило, хоть разум и понимал, что так будет правильнее. Ведь она еще никогда не делала первый шаг. Играла на нервах, принимая роль недотроги и всегда ждала, когда Теодор первым шел на встречу. Но в этот раз все шаги были от нее. И письма, оставленные без ответа. И отправленный подарок и вот, даже сейчас. — Так вот как раз сейчас и разговариваем, — ухмыльнулся Нотт. Его губы дрогнули в легкой улыбке, когда он заметил, как девушка раздраженно свела брови. — Разговор подразумевает участие двух лиц и более. — Холодно отчеканила Трэверс. — У нас пока просто похоже на монолог. Что сейчас. Что и в письмах, где я клялась тебе в вечной любви и в том, как мое сердце разрывается от осознания, что я потеряла тебя. На секунду глаза Нотта озарились удивление и легкий румянец смущения прошелся по его щекам. Он не ожидал подобного откровения и столь резкий выпад Трэверс, буквально обезоружил его. В следующую секунду, его окатило сожаление и разочарование. Осознание того, что он упустил такую возможность…. Тот редкий шанс. Перед его глазами представился тонкий, высокий почерк Ивейсы, то как она медленно выводила эти буквы, боясь открыть собственную душу. А затем пришло осознание. Это была не больше чем уловка, проверка. Которую Теодор с грохотом провалил. — Ты ведь даже не читал их, да? — Ее холодный взгляд пугал. — Я знала это. Поэтому не утруждала себя. И все письма были пустыми. Нотт тихо фыркнул и злость прошла мигом. Поначалу он не понимал, как Ив может так бестактно шутить над его чувствами… А затем понял… Она просто хотела его уколоть, посильнее и больнее, чтобы он понял, каково это… Когда твои письма просто выкидывают, сжигают. — Подарок ты хоть сохранил? — Тео перевел внимательный взгляд на Трэверс. Он ожидал, что девушка надует губы, выпрашивая благодарность. Но взгляд Ив был гипнотизирующим, но в тоже время спокойным. Будто ей совершенно нет до этого дела. — Увы, — подавляя улыбке, ответил Теодор. — В отдельный контейнер Беффи, которая она использует для склада стеклянного мусора. Только говорит они не прошли по ее стандартам. Там должно быть чистое стекло, без гравировки. Нотт выжидающе смотрел на Ив, моля о том, чтобы девушка улыбнулась. Она же должна была понять это его неуклюжую попытку пошутить. — Я счастлива, что твое настроение от угрюмого ворчуна, переросло неудачного отшельника. Тео тихо рассмеялся. Черт, ну почему он не может на нее долго злиться, когда она рядом? — Как отец? Удалось провести праздники вместе? Казалось бы, безобидный вопрос, холодком прошелся по коже. — Малфои уговорили его все же провести Рождество вместе. Тот еще был вечер, — Тео был аккуратен в выражениях. — Понимаю, это же так тяжело. Элитное общество, классическая музыка и изысканная еда, — Трэверс попыталась пошутить, но наткнулась лишь на сердитый взгляд друга. — Ты же знаешь, что мне это не нужно. — Теодор не узнавал собственный голос. Грубый, холодный. А потому, поспешил быстрее перевести тему разговора. — Как там Инесса? — Чудно. Мы, — девушка осеклась. — Мы провели славные выходные. Тео почувствовал в ее глазах боль и обиду, но та отстранилась. Ее руки медленно скользнули вниз, а ноги сделали медленный шаг назад. И Нотт резко почувствовал в груди ту пустоту, что Ив заполняла всем своим присутствием. Его руки тут же поднялись вверх, медленно касаясь локтей девушки, маня ее ближе. Желая почувствовать ее близость… Он итак достаточно позлился. Слишком долго находился в дали. Едва девушка поддается и прижимается к нему все своим телом, Теодор тихо выдыхает. Их тела будто идеально подходили друг другу, как пазл. Трэверс растворялась в объятьях Нотта, закрывая глаза и мурча, подобно кошке. Ее тонкие запястья медленно поползли выше, останавливаясь на груди парня, практически касаясь плеч. Тео наклонил голову утыкаясь девушке в макушку. Теодору нужно почаще вспоминать это чувство. Тот трепет, сжимающий грудь и сердце, что бьется сильнее от одного ее прикосновение. И каждый раз, когда злость берет вверх, Нотт понимает, что нужно вспоминать именно этот момент. То, какие сильные чувства дают ее прикосновения. Теодор так долго держал свои чувства внутри себя, что временами даже смог убедить себя в том, что все это ему приснилось. И они действительно не больше чем друзья. Но то, как Ив растворяется в ее объятьях, успокаивается, полностью отпуская контроль над происходящим, сводило с ума. И это было гораздо лучше любых слов. Гораздо сильнее. Слишком личное, интимное. — Минус двадцать очков Трэверс за нарушение обязанностей старосты. Я не буду выполнять эти обязанности один! — Нотт нахмурил брови, медленно переводя взгляд на источник голоса. Тео почувствовал, как напряглась спина Ивейсы под его руками, но та не отстранилась, продолжая утыкаться носом в его шею. Нотт стрельнул взглядом в Малфоя, что вальяжно упирается в стену. В его глазах нету смятения и сожаления. Словно он целенаправленно шел именно к ним. Брюнет бросает в друга испепеляющий взгляд, приказывая уйти. Сейчас же. Умоляя не разрушить этот момент. — И минус тридцать очков вам обоим за несоблюдение дистанции между волшебниками противоположного пола. Тео гневно прожигает Малфоя взглядом, чувствуя, как Ив отстраняется, переводя взгляд на Драко. Брюнет тут же почувствовал неприятный укол в груди. Ведь друг даже не смотрел на него. — Хочешь сдать меня Амбридж? — уверенно спросила Трэверс. — Вперед. Волшебники метали в друг друга молнии. Будто нащупали почву, понятую только им. И впервые в их присутствии Теодор почувствовал себя не связующим звеном, а лишним. И это пугало, злило и раздражало. — Знаешь, — бросил Нотт в сторону друга, желая разорвать их зрительный контакт. — Можешь смело снимать с факультета еще пятьдесят баллов. Тео дождался, когда Драко вернул ему серый, внимательный взгляд. Брюнет тихо хмыкнул, рассмеявшись. А затем, медленно коснулся щеки девушке, привлекая ее внимание. Его тонкие пальцы остановились на подбородке. В глазах Трэверс сияло не понимание и смятение. А затем Теодор прислонился к ее губам. Медленно, нежно, но так по-собственнически. Они впервые поддались так открыто чувствам среди людей. Не в темных коридорах, не в закрытых кабинетах. А посреди коридора, когда все ученики возвращаются в гостиные после ужина. Нотт давил, углубляя поцелуй. Закрепляя свои права. Ив не сопротивлялась, позволяя парню вести эту игру. Тео чувствовал убийственный прожигающий взгляд серых глаз. И внутри танцевали демоны. Он не понимал, что творится в душе Малфоя. Они были близкими друзьями, но душа другого человека всегда была потемками. А душа Слизеринца, глубокая дыра, в которой разобраться было не возможно. Нотту казалось, что всем будет достаточно, если он просто очертит территорию, границы своим словом. Но раз кто-то не понимает, то Теодор заявит о своих правах иначе.