Покажи мне хорошее в себе

      Перед Феликсом возвышалось здание в три этажа. Фасад был обычным, можно было сказать, невзрачным: светло-серый кирпич, окна с белыми рамами, закрытые двери. В целом, здание не выбивалось из общего стиля, но стояло чуть поодаль всех магазинчиков. Странно было только то, что этот, казалось бы, элитный клуб был не в центре, а на окраине города.       Подойдя ближе, журналист увидел небольшую вывеску «Зеркало», а под ней ту самую надпись:       «От белой пешки до королевы»       Немного помедлив, Феликс поднес руку к кнопке звонка, но никакой мелодии не услышал, как это обычно бывает. Сломан?       Покрутив головой вокруг в поиске табличек с режимом работы, вдруг клуб ещё закрыт, он так ничего и не нашёл. Заглянув в телефон, он пробежался глазами по сообщению от менеджера.       «Добрый день!       Рады, что Вас заинтересовала наша вакансия. Приглашаем Вас на собеседование завтра в 11 часов по адресу: …       Просьба взять с собой комплект необходимых документов и две фотографии.       Надеемся на плодотворное сотрудничество!»       — Чего стоишь? — низкий мужской голос напугал Феликса и тот вздрогнул, испуганно подняв глаза. — На собеседование?       — Добрый день! — блондин слегка поклонился, спрятав телефон в карман. — Да.       Тяжёлый взгляд пробежался по Феликсу с ног до светлой макушки. Кажется, мужчина даже усмехнулся. Или послышалось?       — Проходи.

***

      Собеседование проходило в небольшом кабинете. Тут стоял стол, заваленный бумагами, за который и посадили Феликса; за креслом хозяина помещения стоял глухой шкаф, вероятнее, служившим архивом; и несколько стульев: при входе и за самим столом. Мужчина, встретивший журналиста, занял своё место, кивком указав Феликсу присаживаться. HR клуба был невысоким, но крепким мужчиной с чёрными волосами и хмурым лицом. Он был одет в простую одежду и больше походил на охранника, нежели сотрудника по работе с персоналом. Предложив чай, кофе, скорее всего для виду, он сложил руки на столе, вглядываясь в быстро сфабрикованное резюме студента.       — Ли Феликс, — он опустил глаза ниже. — 22 года, студент. Денег на веселье не хватает? — он взглянул на блондина исподлобья.       — Нет! — журналист помедлил с ответом, стараясь придумать, что-то реалистичное. — Хочу подзаработать, чтобы оплатить часть своего обучения.       — О, — протянул мужчина. — Так ты у нас ответственный парень. А то молодёжь любит на всякую чушь деньги спускать. Молодец. — голос HR смягчился. — Мы ищем официантов. Как раз через три дня у нас будет мероприятие, а у нас двое…на больничный ушли не вовремя. Хорошо бегаешь?       Феликс выразительно моргнул. Разве такие вопросы задают официантам?       — Ну, наверное. В детстве на тхэквондо ходил. Даже пару медалей есть.       — О, хорошо-хорошо, — улыбнулся мужчина. — Боевой мальчишка, нам такие нужны. — он достал из ящика стола несколько документов. — Вот посмотри, тут оффер, если всё устраивает, подпишем договор и дополнительное соглашение.       В первом документе был указан график работы и заработная плата, которая удивила студента: она превосходила месячную зарплату его мамы. Дочитав оффер, Феликс кивнул и снова посмотрел на HRа.       — Всё устраивает? Тогда можем подписать остальное и на работу выйдешь послезавтра. Нужно будет подготовить зал к мероприятию и постараться выучить меню за это время, хотя бы базовые позиции. Ну и ещё пару мелочей. Испытательным сроком будем считать смену, которая будет через три дня. Хорошо отработаешь и закроем его. Идёт?       Блондин активно закивал головой, пододвигая ближе к себе договор. Это был стандартный типовой документ, в котором не было ничего подозрительного. Феликсу потребовалось несколько минут, чтобы дочитать его до конца. Согласившись со всем, он поставил свою подпись внизу.       — Отлично, а теперь, — мужчина положил на стол другой документ. — Дополнительное соглашение. Если со всем согласен, подпиши.       Глаза блондина забегали по строчкам: сначала быстро, особо не вчитываясь, потом более внимательно, и в конце он уже вернулся к самому началу текста, вдумчиво обрабатывая всю информацию. Он заметно напрягся, но старался не выдать своего нервоза. Прочитав весь текст соглашения, Феликс поставил свою подпись и вернул один экземпляр сотруднику клуба.       — Добро пожаловать в команду, Феликс! Выходишь в пятницу, поможешь остальным с подготовкой. Заодно познакомишься, — мужчина довольно улыбнулся. — Кстати, запиши мой номер. Будут вопросы, пиши сразу мне.       Он отдал Феликсу небольшую визитку.       Со Чанбин       Администратор

***

      Прохладный ветер пробирался под свитер и щекотал и так расшалившиеся нервы. Взбудораженный, Феликс сидел на лавочке в парке недалеко от клуба, ожидая, пока соберутся все остальные. Джисон сейчас проходил собеседование, а Чонин с Сынмином поехали в магазин за камерами, которых в университете не было. Дрожавшие колени выдавали состояние Феликса: он очень сильно перенервничал, пока общался с администратором клуба. Со Чанбин вызывал в душе журналиста тревогу, можно было сказать, даже страх, хотя Феликс всегда умудрялся находить подход даже к самым закрытым личностям, но, видимо, этот мужчина был исключением. К тому же, он на протяжении всего их разговора как-то странно улыбался. Жуткий тип.       Время близилось к часу дня. Ребята уже совсем скоро должны были собраться для обсуждения новостей. Руки буквально чесались, чтобы написать Джисону и узнать, как у того дела, но Феликс боялся помешать трудоустройству товарища. Он никак не мог успокоить быстро бьющееся сердце. Мозг, перегруженный самыми разными вариантами провала напарника, уже успел нарисовать самые красочные картинки. Но Феликс продолжал верить, что сегодня госпожа удача идёт с ними рука об руку: он очень хотел попасть на стажировку, которую обещали при победе в конкурсе. Журналист пытался отвлечься листанием постов в интернете, однако его сердце буквально хотело выскочить из груди и бежать расспрашивать Джисона, как всё прошло. К большому счастью Феликса как раз из-за угла вышли Сынмин и Чонин. Младший, увидев блондина, значительно ускорил шаг, практически перешёл на бег, оставляя друга позади.       — Ну?! — он плюхнулся рядом с Феликсом на лавочку и во все глаза жадно рассматривал его лицо. — Тебя взяли? Сложно было? Ну, не молчи, давай! — он ощутимо схватил его за руку, так сильно переполняли эмоции.       У Феликса эмоций было не меньше. Подскочив с лавочки, он активно зажестикулировал, стараясь рассказывать всё последовательно, но мысли путались в голове, а в груди стук участился раза в два. В какой-то момент он стал слишком громким, и Сынмин шикнул на него.       — Тихо, — он бросил взор на клуб. — Услышать может кто-угодно. Нам лучше перестраховаться, — режиссёр усадил Феликса обратно на лавку и надёрнул капюшон ему на голову. — Не высовывайся, желточек.       В этот момент из дверей клуба выскочил напуганный и уставший Джисон. Заметив друзей, он быстро зашагал в их сторону, даже не оборачиваясь назад. Подойдя к своей компании, он схватил Чонина и Феликса под руки и кивнул Сынмину в сторону выхода из парка.       — Валим отсюда, меня ща инфаркт трахнет.

***

      В квартире оператора царствовала тишина, не считая тикающих настенных часов и хруста. Четверо сидели за столом и делили одну пачку чипсов. Сынмин что-то писал в заметках, Чонин бросал взгляд то на Феликса, который обеспокоенно поглядывал на своего напарника по несчастью, то на Джисона, который в свою очередь просто пялил в пачку, даже не съев ни одной чипсины, хотя это были его любимые с крабом.       — Тебя спрашивали, хорошо ли ты бегаешь? — наконец подал голос Хан.       — Да, — Ли достал картофельную пластинку из пачки. — А тебя?       — Да. Что ты ответил на вопрос про танцы? — Джисон пододвинулся ближе, Феликс с шокированными глазами подался навстречу.       — Че, какие танцы? У меня такого не спрашивали!       — А про предпочтения в партнёрах? Послушный ли ты? Готов пробовать что-то новое?       — Да ничего такого не было! — Феликс фыркнул. — Мы точно в одно место устраивались? Тебя Чанбин собеседовал?       — О, этот хмурый тип, да, — Джисон поморщился. — Он ещё много разных вопросов задавал, но я их даже озвучивать не хочу.       — Так тебя приняли или нет? — в разговор влез Чонин, молчавший до этого из последних сил.       Джисон нервно вскинул руками, показывая всё своё негодование.       — Приняли, но мне пришлось подписать кучу всяких подозрительных бумаг!       В квартире снова воцарилась тишина. Трое говоривших до этого погрузились каждый в свои мысли. На что подписались эти двое? Почему Феликсу не задавали таких странных вопросов? Что на самом деле придётся делать на этой работе? Вопросы бурей носились в голове, но ни одного дельного ответа так найти и не удавалось. До тех пор, пока голос не подал Сынмин.       — Добро пожаловать в сферу взрослых утех, Джисон. Кажется, тебя взяли на должность стриптезёрши.

***

      За день до мероприятия Джисон и Феликс явились в клуб, как и договаривались с администратором. Чанбин встретил их около ресепшена, выдал форму и познакомил с остальной командой. Всего было двенадцать официантов вместе с ними: тут были и парни, и девушки. Все были приветливые и улыбчивые. Познакомившись с временными, но коллегами, они принялись подготавливать зал к мероприятию. Чанбин забрал с собой восьмерых человек, которые дольше всех работали, а рыженькая девушка и миловидный парень рассказывали новичкам, как и что нужно делать: они показали, где лежат скатерти и приборы, как их правильно расставить, показали бар и кухню и рассказали, как правильно принимать заказы.       — Для начала, нужно спросить «чего желает Господин?», а дальше только молчать и записывать, а лучше запоминать блюда, — Лия, оперевшись о край стола, просвещала Феликса и Джисона.       — Господин? Может его ещё хозяином называть? — Джисон брезгливо высунул язык.       — На это мероприятия наше гости «господа». Всё зависит от тематики праздника. Этот будет одним из самых богатых на развлечения, — ответил парень, протирая очередной бокал за барной стойкой.       — Что за развлечения? — Феликс старался вытянуть любую полезную для них информацию.       — Вы всё узнаете. Нам не разрешено распространять такую информацию, — официант задумался. — На самом деле мы и сами знаем очень мало. Мы тоже недавно сюда устроились. И даже те, кого забрал Чанбин, не слишком посвящены во всё это. Только Мэл, наверное, знает больше всех.       — Кто такой Мэл?       — Мэл, это наш старший официант. Он работает тут уже больше 2-х лет, и Чанбин ему доверяет. Зачастую, именно он помогает устраивать все эти «развлечения». Но завтра шоу должно быть многообещающим.       — Да, что за шоу? — не унимался Джисон. — Типа, фаершоу или фокусы какие?       — Ага, — официантка немного рассмеялась. — Не так банально, конечно. Это скорее похоже на квесты, знаешь? Мы просто веселим гостей и стараемся им угождать. Если ты кому-то сильно понравишься, он может оставить очень крупные чаевые. Мне однажды 500 долларов оставила одна девушка.       — Ого! — Феликс подскочил со стула, побросав остатки посуды, которую он натирал. — И кто это? Ты её узнала? Кто-то известный?       — Ой, я не знаю, — она накрутила рыжую прядь на палец. — Они же все скрывают свои лица. Мне кажется это была известная певица, может быть даже айдол. У неё был красивый голос, — официантка одернула себя, будто обрывая свой поток фантазий. — Ладно, завтра сами всё увидите. Мы почти закончили тут, давайте я вам гримёрку покажу.       На девушку уставилась пара шокированных глаз. Парни между собой переглянулись, но продолжали молчать.       — Что? Вы не знали? — Лия по-доброму улыбнулась. — Мы же тематические мероприятия проводим, у нас есть костюмы и макияж мы делаем. В этом нет ничего такого.       Официанты проводили ребят вглубь клуба, где находились те самые гримёрные. Их было две: женская и мужская. Показав их шкафчики и выдав ключи от них, девушка проводила парней к выходу, сунув в руку каждого небольшие пакетики.       — Это патчи, — она тыкнула в пачку, которую держал Хан. — Ложитесь сегодня пораньше, вам завтра всю ночь работать. О, и приходите где-то часам к семи, чтобы успеть переодеться, — официантка помахала им рукой и ушла обратно к помощнику бармена.       Завтрашний день обещал быть долгим и тяжёлым, и ребята молились, чтобы их аферу не спалили.       Вечером вся команда снова собралась у Джисона дома. Чонин и хозяин квартиры проверяли камеры и микрофоны, пока Сынмин на пару с Феликсом проговаривали вопросы, которые можно будет задавать гостям, чтобы те ничего не заметили. Шла активная подготовка, которая только сильнее нервировала и так взволнованного журналиста: он чувствовал на себе огромный груз ответственности, ведь именно на него возлагали самые большие надежды. Феликс должен был аккуратно вытянуть всю необходимую информацию, пока Джисон будет стараться это всё заснять. Ближе к полуночи ребята закончили с подготовкой и стали готовиться ко сну. Было принято стратегическое решение ночевать всем вместе у Хана, чтобы Чонина и Сынмина завтра ничего не отвлекало, пока «официанты» будут работать под прикрытием.

***

      Команда проснулась ближе к полудню. За окном было пасмурно, но в квартире пахло едой. Сгоревшей яичницей. Добравшись до кухни, все гости увидели Джисона, который в забавном фартуке что-то мешал в сковороде. Три сонные макушки высунулись из-за спины оператора и удивленно ахнули. Несчастная яичница молила о пощаде.       — Ты что, — сонно зевнул Сынмин. — Решил нас отравить перед операцией?       Джисон картинно возмутился.       — Это забота, за-бо-та! — Он разложил еду по тарелкам. — А Феликсу самую большую порцию!       Ли с подозрением покосился на оператора.       — Давай я лучше блинов пожарю.       Хан даже не успел ничего возразить: с него стянули фартук и надели его на журналиста, торжественно вручив тому прихватку и лопатку.       — Неблагодарные…

***

      После всех дневных финальных приготовлений, ребята, попрощавшись с напарниками, отправились в клуб. Там их встретила всё та же вчерашняя официантка, которая уже была в форме. На ней была белая легкая рубашка с пышными рукавами, красная атласная жилетка, юбка-миди черного цвета и невысокие полуботинки на каблуке. Она приветливо помахала им рукой и, взяв парней под руки, провела в гримёрку. Усадив их на высокие стулья, она принялась наносить макияж Феликсу, в то время как к Джисону подошла другая девушка. Лия, старательно наносившая тон на Феликса, улыбнулась и ободряюще похлопала блондина по плечу.       — Волнуешься?       — Есть немного, — он улыбнулся ей в ответ. — Совет для человека, который пришёл на первую смену?       — Надейся на удачу, но будь готов бегать быстро, — улыбка Лии превратилась в коварную ухмылку. — Надеюсь тебя никто не поймает, солнышко. Или кто-то не извращённый.       Феликс нервно сглотнул, переводя глаза на Джисона. Тот весело переговаривался с другой девушкой, не слушая разговор «коллег».       — Не переживай, — официантка вернула внимания Феликса, заплетая тому незамысловатые косички. — Главное вытяни счастливое число.       — Счастливое число?       — Поймёшь, — она выпустила его волосы из ладони. — Вот твоя форма и маска. Встречаемся в гардеробной, что у запасного выхода через 10 минут, — официантка взяла под руку подругу и удалилась из мужской гримёрки.       Подскочив и удостоверившись, что рядом никого нет, парни достали из рюкзака маленькую камеру и спрятали в горшок с цветком, который стоял в углу. Быстро переодевшись в костюмы, которые состояли из такой же рубашки и жилетки, как у девушек, и темных обтягивающих брюк, они надели на лица маски, под жилеткой прикрепили петлички, а камеры постарались спрятать за объемным воротником рубашки. Проверив связь с остальными членами команды, что сидели у Джисона дома, они быстрым шагом направились к запасному выходу. Там уже собрался весь персонал. Перед ними стоял Чанбин, который был одет в похожем стиле, но его костюм не был таким проработанным. Он, скрестив руки на груди, оглядел всех и громким твёрдым голосом начал рассказывать все детали вечера.       — Сегодня поистине важное мероприятие. Надеюсь на ваш профессионализм! Среди нас есть новички, так что, если заметите, что кто-то из гостей переступил черту — сразу сообщите мне, — он многозначительно глянул на ребят, что стояли позади всех. Те нервно сглотнули. — Первый час — выставка и банкет, обслуживаем как обычно: берёте блюда на кухне, несёте в зал. После того, как они насмотрятся на важные морды друг друга и вылижут задницы, приступаем ко второй части.       Чанбин достал из кармана небольшие карточки. Парни не видели, что на них было написано, но почувствовали приступ тревоги.       — Тема вечера «Охота на ведьм». Сегодня на вас, логично, будут охотиться. Каждый вытянет карту, — он поднял колоду над своей головой и показал карты: одни были белыми, другие черными. — На ней написан ваш личный номер и предыстория. Они делятся на два типа: зло и добро. Если вам досталась добрая карточка, то вы имеете шанс на, так называемое, спасение. Вы не причиняли людям зло, а творили хорошие поступки. Ваша задача — попытаться уговорить охотников сохранить вам жизнь. Если же вам досталась злая карточка, значит вы сеяли хаос и разрушение. Чтобы спастись, вам нужно обмануть охотника или сбежать от него.       Официанты кивнули головой, давая понять, что принцип распределения им ясен. В наушнике у Джисона зазвучал тихий смех Сынмина.       «Тебе пизда, друг.»       — Заткнись, придурок! — шепотом выругался Хан. На него обернулись близ стоящие официанты. Джисон неловко потупил взгляд в пол, тихо извинившись.       — В третьем зале, что сегодня будет «темницей», стоят клетки, в которые вас будут сажать, когда поймают. — Чанбин привлек внимание остальных. — Ключи будут только у охотников, так что постарайтесь им угодить, чтобы эти пьяницы не похерили открывашки от ваших домиков, — администратор ухмыльнулся. — Запасные сделать не успели. Так, подходим по одному, тянем карточки, — он перевернул карты рубашкой вверх, сложив их веером.       Все по очереди вытянули свою карту. Дрожащий рукой Феликс её перевернул.       «Ваша цифра: 1       Предыстория: добро. Благодаря своим познаниям в травничестве вы помогали людям и продавали им лекарства от хвори. Награда за Вашу голову: 50 золотых»       Блондин выдохнул, показывая карту другу. Тот улыбнулся, радостно опираясь на плечо Феликса и переворачивая карту.       «Ваша цифра: 7       Предыстория: зло. Вы совращали неугодных людей для вашего хозяина, которые потом пропадали без вести. За вашу голову пообещали хорошее вознаграждение, и теперь за вами тянется хвост преследователей. Награда за Вашу голову: 1000 золотых»       — Блять, — Джисон выругался и чуть не смял карту в руках. Видимо сегодня не его день.       «Судя по твоей реакции, у тебя мега хреновая карта. Хотя после твоего завтрака, я бы даже на улицу не выходил.»       — Замолчи и лучше помолись за меня, — процедил сквозь зубы Джисон. — По крайней мере, я очень ценный.       Весь персонал выстроился перед Чанбином. У некоторых на лицах были улыбки, у некоторых разочарование, но кто из-за чего расстроился было неясно.       — Отлично! Впишите свои цифры рядом со своими именами и приступаем к первой части!       Грустно чиркнув напротив своей фамилии несчастную цифру 7, Джисон отправился в сторону входа в зал, где сейчас было пусто. Гости должны были прибыть в течение получаса, поэтому у Хана было время спрятать ещё несколько камер, которые он держал в кармане брюк.       — С 1 по 5 номер, вы будете обслуживать гостей в зоне выставки. Носите им побольше шампанского и следите, чтобы эти избалованные не облили картины, а то прилетит по шапке и мне, и вам. С 6 по 10, вы выносите пока закуски и аперитивы в основной зал. 11 и 12 номер, вы на входе, около гардероба.       Все стали расходиться по своим местам. Джисон кивнул Феликсу и, надев поудобнее маску, отправился в сторону банкетного зала.       — И помните! — крикнул Чанбин. — Маску не снимаем, даже под угрозой смерти. Анонимность превыше всего!

***

      Медленно и вальяжно гости стекались в выставочный зал. Он был украшен в готическом стиле: пол был укрыт бардовыми коврами, на люстрах болталась декоративная паутина, а на стенах в тяжелых рамах висели произведения известного художника. По краям картин располагались настоящие подсвечники с черными восковыми свечами, создавая в помещении полутьму. Официанты стояли с подносами, уставленными бокалами шампанского. Откуда-то доносилась томная классическая музыка, которая погружала гостей в эпоху дворцовых приёмов и интриг.       Приглашенные были одеты в дорогую тематическую одежду: кто-то ходил в пышном платье, кто-то предпочел более строгий, но в тоже время, вызывающим костюм. На всех были маски, так что сложно было догадаться, кто находился под ней. К Феликсу медленно подошла грузная женщина, забирая один бокал.       — Милый, не видела тебя здесь раньше, — судя по её речи, она уже успела выпить до этого определённое количество алкоголя. В порыве она провела перчаткой по лицу журналиста. — Такой хорошенький, забрала бы тебя к себе! — Губы с алой помадой растянулись в развязной улыбке.       — Был бы рад служить такой госпоже, как вы, миледи, — Феликс улыбнулся в ответ, хотя его прошиб пот от такого повышенного внимания к своей персоне. Дама посмеялась, осушая залпом бокал, и, подозвав к себе невысокого паренька, что, видимо, прибыл с ней, вернула своё внимание к официанту.       — Обязательно узнаю, кто ты, прелесть, — она кивнула спутнику на поднос, и тот взял ещё два бокала с него. — Сегодня я тебя поймаю. Не скучай! — женщина улыбнулась напоследок и ушла в сторону группы людей, что стояли возле одной из картин. Только сейчас Феликс заметил, что на парне, который был с ней, был ошейник с цепью, которую она иногда дёргала, чтобы её спутник двигался быстрее.       «Надеюсь, у тебя всё в порядке, Ликс.»       Голос Чонина в наушнике немного успокоил. Кашлянув один раз, что означало «да», Феликс продолжил рассматривать гостей, продолжавших заполнять зал. Их становилось больше и вот уже небольшими группками они плавно передвигались от одной картины к другой, вальяжно обсуждая свои важные дела. Рядом с собой журналист услышал тихое перешептывание.       — Просто посмотри на это, — тихо произнесла девушка в тёмном платье и красной маске. — Хван Хёнджин просто гений! Вот бы увидеть его здесь.       — Мечтай, — посмеялся рядом стоявший высокий мужчина. — Его никто никогда не видел, всё, что о нём известно, так это затворничество и высокое самомнение. Подумай сама, — он пренебрежительно фыркнул. — Ведёт себя, как надменная аристократка. Забился в угол и ни с кем не общается. Может быть, он просто до омерзения уродлив и бездарен, как и его картины?       — Молчи! — злостно шикнула девушка. — Не смей говорить так, я слышала, что он безумно красив, к тому же, — она хитро улыбнулась, отворачиваясь от собеседника. — Поговаривают, он отличный любовник.       Феликс застыл около стены и не двигался: не хотел, чтобы были посторонние шумы на записи звука. Он устремил свой взгляд вперед, стараясь не смотреть вообще ни на кого. Спустя несколько минут его глаза сфокусировались на картине, которая висела чуть левее от него. Журналист долго всматривался в ту сторону, пытаясь разглядеть полотно, но тщетно. Пора было наконец-то сходить к окулисту. В течение следующего получаса к нему подходили разные люди: молодые и в возрасте, одетые экстравагантно и предпочитающие более сдержанный стиль, вежливые и не очень. Но всех их объединяло одно. Даже сквозь завесу масок Феликс видел их голодные азартные глаза. Они медленно ходили от одной картины к другой, могло показаться, что они действительно увлечены искусством, но на деле они только разговаривали. Бессмысленная болтовня слышалась от всех группок людей. Им не было интересно вглядываться в картины, они просто делали вид, что обсуждают что-то высокое, но на самом деле только сплетничали.       Наконец-то в зал вышел официант. Феликс подумал, что это и есть тот самый старший, Мэл. Его тихий бархатный голос привлёк всех, кто находился в выставочной зоне.       — Господа, прошу пройти вас в главный зал, — он открыл массивные двери, пропуская всех гостей в следующую зону. Он слегка кивал головой, улыбался и иногда перекидывался любезностями с теми, кто того желал. Спустя несколько минут помещение полностью опустело.       Убедившись, что рядом никого нет, официант отложил поднос с изящными бокалами на небольшой столик и направился через опустевшую залу в левую её часть. Картина, которая манила его, была огромна. Высота полотна была чуть выше самого Феликса, поэтому ему пришлось немного отойти, чтобы увидеть всю картину. Он не знал почему, но его влекло это полотно. Оно отличалось от других тёмных и мрачных. Феликсу потребовалось время, чтобы осознать всю трагичность сюжета. В центре композиции находился юноша, руки и ноги которого были связаны и проткнуты гвоздями. Его лик был прекрасен: глаза, наполненные смирением, были опущены, плечи были худыми, но можно было разглядеть красивую анатомию рук, на бледной коже были кровавые пятна, которые контрастно играли с его светлой одеждой. Вокруг главного героя собрались люди в темных и рваных одеждах, держащие факелы. Их лица были спрятаны в темноте, а у некоторых просто смазаны. Художник писал «зло» размашистыми мазками, не вдаваясь в детали: их грязные накидки были бесформенными тряпками, и когда люди взмахивали руками, ткань рваными кусками развевалась на ветру. Ощущение, будто они были падальщиками, ожидающими, когда жертва сделает свой последний вздох, чтобы вцепиться своими когтями в нежную алебастровую кожу, разодрать сильным острым клювом ключицы и горло, отрывая самый желаемый кусочек. В то же время центральная фигура была скрупулёзно проработана. Казалось, что ресницы юноши в любой момент дрогнут, и он поднимет взор прямо на смотрящего. Но он бы не молил о помощи или спасении. Однозначно его мольба заключалась бы в скорейшей и безболезненной смерти.       — Заинтересовались? — над ухом Феликса раздался приятный, но пугающий голос. Резко обернувшись, блондин чуть было не врезался в неожиданного собеседника.       Высокий мужчина с тёмными волосами стоял позади него. Его костюм был молочного оттенка с алыми вставками. Спокойное лицо скрывала такая же алая, украшенная золотыми элементами маска. Мужчина улыбнулся, немного наклонившись к официанту.       — Прошу прощения, если напугал, — он не двигался, и Феликс тоже. Журналиста будто парализовало, он не мог вымолвить и слова. Настолько пугающая атмосфера исходила от этого человека.       Опомнившись, Феликс опустил глаза вниз, не выдержав взгляда.       — Прошу прощения, не думал, что кто-то остался.       — Не стоит извиняться, — он приподнял лицо журналиста за подбородок. — Такому очарованию не стоит прятать своих глаз.       Феликс застыл. Глаза напротив были тёмного, практически чёрного цвета. Если бы Ли мог прервать зрительный контакт, он бы обязательно это сделал, но его будто приковало взглядом: он не мог пошевелиться, не мог рассмотреть маску этого мужчины: всё, что он чувствовал, это крепкая кисть, держащая его лицо. Глаза напротив хитро прищурились: мужчина и сам пытался что-то разглядеть в своем собеседнике, но что конкретно Феликсу было непонятно.       Мужчина отпустил его, пряча руки в карманы и устремляя взгляд на картину.       – Есть ли шанс на спасение у этого несчастного?       – А? – Феликс немного пришел в себя, по крайней мере он был свободен от хватки и мог свободно двигаться, но не решился взглянуть снова на гостя. Вместо этого он вовсю стал разглядывать полотно перед ним. – Я думаю, да.       – Вы считаете, что он этого достоин? – он заинтересовано взглянул на официанта, но Феликс упорно избегал зрительного контакта: казалось, взгляни он ещё раз на него, и точно пропадёт, утонет.       – Каждый достоин спасения, – рядом пренебрежительно фыркнули. – Разве нет?       – Заблудшие души редко слушают предупреждения. Даже если им подсказывать, они всё равно как мотыльки летят на огонь смертельной свечи. – Мужчина, глубоко вздохнув опустил голову вниз: маленькие подвесные кристаллики на его маске ударились об неё, издавая лёгкий, звенящий стук. Дорогой аксессуар скрывал лишь половину лица, поэтому Феликс увидел, как губы гостя скривились в усмешке.       – Каждый может измениться, если захочет, – Официант, осмелев, встал напротив мужчины, закрывая собой главного героя картины. – К тому же, он ни в чем не виноват.       – С чего Вы это взяли? – гость поднял голову, задумчиво подперев подбородок.       – Я… – Феликс обернулся на картину, вглядываясь в истерзанного юношу. – Я знаю, что не виноват.       Мужчина закрыл глаза.        – Ваша эмпатия к этому созданию понятна. Но не стоит так глубоко уходить в это чувство, к тому же, это просто картина.       – Нет, – твёрдо ответил Феликс. – Не просто картина. – Мужчина молчал, ожидая продолжения. – Мне кажется, для автора эта картина очень дорога. Она не такая, как остальные. Ощущение, будто её писали не для большой публики, а для кого-то особенного. – Официант смолк на мгновение, задумавшись, повернулся в сторону собеседника. – Будто с помощью этой картины, он кого-то ищет.       Голубые глаза, которые были спрятаны на картине, прямо сейчас смотрели на гостя. Такие добрые и искренние. Хотелось смотреть только на них.       – Благодарю.       С этими словами мужчина оставил Феликса в одиночестве. Он не знал, что произошло, но чувствовал будто его тело было скованно, так же как у героя на картине. В горле стоял ком, руки немного занемели. Почему от этого человека исходила такая притягающая, но в то же время опасная аура. Казалось слова, брошенные этим мужчиной, были выцарапаны в голове Феликса. В чувства его привёл обеспокоенный голос Чонина. Успокоив себя и друга, Ли двинулся в сторону банкетного зала, где все уже расселись по местам и активно переговарились друг с другом. Длинный стол, украшенный черной скатертью, ломился от изобилия блюд, которые вынесли до этого Джисон и остальные. Бокалы наполнились шампанским, и радостный звон наполнил просторный антуражный зал. Феликс пытался найти глазами мужчину, говорившего с ним, но его нигде не было видно. Шум, стоявший в зале, не давал сосредоточиться, и несколько взглядов, устремлённых на него, смутили журналиста. Он опустил глаза и спрятался в тени около стены.       Музыка стихла. Распахнулась завеса, что скрывала стоявшего всё это время позади неё Чанбина.       — Дамы и господа, рад вас приветствовать на нашей охоте! — гости громко заулюлюкали, подобно диким зверям, поднимая ещё выше свои бокалы. — Рад видеть всех вас сегодня с нами. Позвольте мне объяснить правила мероприятия! Сегодня вы будете изгонять нечисть.       Феликс нашёл взглядом взволнованного Джисона в начале зала. Тот явно нервничал, потирая ладони за спиной. Вероятно, стресса прибавлял жестко стебущий его Сынмин, потому что Хан вечно недовольно фыркал и закатывал глаза.       — Задача охотников проста, — Чанбин поднял в руке свиток, замаскированный под старинную карту. — Поймать ведьму и расправиться с ней. Каждый из вас получит карту, где будут отмечены подсказки, оружие и, конечно же, клетки. Чтобы открыть клетку, нужно найти ключ. Они спрятаны по всей «деревне», вы можете положиться на свою интуицию или пользоваться подсказками и указателями. Когда найдёте ключ, можете начинать искать ведьму.       «Интересно, кто поймает тебя, Джи-Джи. Зря ты перестал ходить в спортзал, в последнее время поднабрал, скинуть бы перед такой работой не помешало.»       Джисон недовольно прошипел. Ситуация начинала набирать неприятные обороты. Ему не хотелось быть пойманным, но с другой стороны, это бы упростило общение с гостями. Получается, если дать себя поймать, то ты гарантированно сможешь пообщаться с кем-то из присутствующих, а учитывая, как активно они потребляли алкоголь, их даже разговаривать сильно не придётся, они сами выложат всё, как на духу.       — Господа охотники, помните, что у вас одна цель. Вы можете объединяться в группы, чтобы поймать ведьму. Однако, в клетке может находиться только один охотник и одна ведьма. Прошу вас, не стоит как в прошлый раз играть против своих же. Всем удастся повеселится, давайте будем избегать вызова медработников, — администратор выдержал паузу. — Ведьму нужно поймать до полуночи, после этого все сбежавшие — становятся неприкосновенными, а над всеми пойманными — свершится суд. Метод расправы охотник может выбрать сам, но помните, применение грубой силы только с разрешения «жертвы».       Джисон нервно сглотнул. В каком смысле «грубой», а просто силу можно применять и без соглашения? Тут уже перспектива быть пойманным не казалось ему такой заманчивой, как до этого. Нет, он определённо должен был избежать заключения. Но как сделать так, чтобы никто не смог его поймать?       Возможно, Джисон и смог бы придумать хороший план, если бы не взгляд, прожигающий его спину. Хан буквально физически ощущал это, но не мог понять, кто может смотреть на него с той стороны, все гости ведь за столом. Но спина горела, казалось, что смотрящий может испепелять глазами.       Раздался хлопок, запустился таймер.       — Да начнётся охота! — гости взяли в руки карты, что лежали на столе. — Да прольётся кровь грешных! — официанты бросились в бега. — Да перевернётся шахматная доска и пешка станет королевой! — в плечи Джисона вцепились мёртвой хваткой, шею опалило горячее дыхание. Сердце его застыло, он перестал дышать.       — Ну, здравствуй, ведьмочка.