Ферзеры: Нелепое Королевство

Работа канцлера за пределами столицы была полна маленьких неприятностей и одна из самых тяжело переносимых – это случайные встречи с чернью на улицах и в тавернах. К сожалению, этого не избежать всем тем, кто представлял власть и разъезжал по всем, даже самым захудалым частям измерения, выполняя приказы короля и выслушивая нужны народа. В плотном графике осталась последняя остановка в одичалом месте под названием Суммервиль, после которой Мартин смог бы смело вернуться в Корвусс и предоставить отчет Его Величеству. Приближалась коронация Марка и он, как и свойственно молодым правителям, интересовался состоянием своей страны. Похвально, впрочем, обрадовать его было нечем. Мартин откинулся на сиденье и растянулся в блаженной улыбке, как только представил свои покои с теплой ванной и чистой постелью. Скоро этот злосчастный поход закончится, и столица встретит его королевским турниром. По совету лордов новоиспеченный король решил устроить дружеские поединки со всеми крупными домами измерения и, как показалось Мартину, это мероприятие смогло бы побороться за звание самого радостного события за последний год. В самом деле гибель Тициана и Элеоноры принесла не мало страданий, пускай же они хоть на мгновение прекратятся в предпраздничной суматохе. Никто еще не успел позабыть о том, как люд ликовал после свержения узурпатора, но все почему-то догадывались, что счастье будет скоротечным. Марк был похож на Тициана больше, чем его дочь, такой же властный, заносчивый и горделивый, он наживал врагов и ни в ком не видел авторитета. Коварство наследника вскрылось еще в детстве, когда тот задушил своего первого ворона-мага, но двор, ослепший от собственной лести, решил забыть этот инцидент как можно скорее. Теперь вся Даркария вновь замерла в ожидании. Все ждали, когда кровный сын Тициана взойдет на трон и учинит еще больше страданий для несчастного народа. И все же сейчас Мартина заботили другие, куда более простые дела. Канцлер уловил дикий смрад и поморщился. Из окна королевской повозки открывался удручающий вид: гнилые лачуги и попрошайки в обносках. Изредка до него доносились ленивые возгласы протестующих, но он уже не обращал на это внимания. На четвертый месяц путешествия любой привыкнет ко всякого рода оскорблениям и угрозам в своей адрес. - Убийцы! «Да проклянет вас Хальвард!» —прокричал бездомный. Мартин цокнул и прикрыл окошко. Ездить по этой клоаке с таким малым количеством охраны, да еще в карете с гербом ворона, было не лучшей идеей. Помимо Суммервиля, еще шесть городов измерения страдали от нищеты, голода и вороньей хвори. Но, наверное, знать об этом королю вовсе необязательно. Экипаж подъезжал к выезду на большую дорогу. Мартин схватился за урчащий живот и взглянул на своего стража. Бороться с голодом было более невыносимо. - Есть ли здесь, какой трактир или постоялый двор? – буркнул он, подавившись слюной. Солдат кивнул и высунулся в окно дать указаний кучеру. Казалось, что страдания подходят к концу. Еще десять минут карета тащилась по лужам и ловушкам из грязи, пока не добралась до пригородной таверны. Вечно фиолетовое небо Даркарии собрало на себе сотни теневых туч, и прохладный летний дождь заморосил по лысине. Мартин устало выдохнул перед собой маленькое белое облачко и пригладил остатки волос. Годы службы оставили на нем дурной отпечаток: лицо наполнилось безграничной тоской, тело заплыло жиром, а морщины под глазами и уголками рта научились так умело скрывать эмоции, что собеседник не всегда мог догадаться грустит ли Мартин или наоборот пытается посмеяться. Канцлер научился прятать любую неприязнь или радость за маской равнодушия и пользовался этим, как на службе, так и в простом общении. Придорожная слякоть впилась в несчастную одежду. Мартин сощурился, - у него совершенно не было желания очищать свое платье от помоев - и ускорил шаг, чтобы не увязнуть в этом болоте. Внутри таверны было душно: вереницы пьяных торговцев и рабочих крестьян вытянулись вдоль стойки и громко переговаривались. Прибывший гость сумел собрать несколько недовольных взглядов, но все присутствующие были настолько пьяны и измотаны дневной работой, что на очередную потасовку сил не оставалось. Мартин не спеша проталкивался к стойке, стараясь не выделяться в общей массе людей. Будь он в форме канцлера, со специальными подвесками и гербом Ферзеров – это было бы непросто, но сейчас он был одет в простую походную сутану и ничего не выдавало в нем прислужника короля, кроме устало плетущегося сзади стража. Но такой мог быть у каждого мало-мальски зажиточного помещика, поэтому Мартин не особо переживал. Мужчины добрались до своей цели и заказав еду, уселись за самый дальний столик. В ожидании Мартин решил оглядеться вокруг. Небогатую обстановку зала скрашивали лишь темные гобелены, что хозяин неряшливо прицепил к стенам и пара облезших подсвечников. Когда им принесли еду, он откинул все нормы этикета и принялся уплетать свиную рульку, уже более не опасаясь за испачканные рукава или рот. Страж последовал примеру господина. Они ели молча, пока перед столом не возникла незнакомая фигура в капюшоне, заслонив и без того тусклый огонек от свечей. Мартин, не без сожаления оторвался от еды и посмотрел на мужчину глазами полными недоумения. Незнакомец выждал еще несколько секунд, прежде чем заговорить: - Не думал, что вы захожий в столь злачные места, Мартин Нудэвий. Голос мужчины был очень знакомым, но шум таверны мешал его распознать. Страж резко встал и положил пальцы на рукоять меча. Он грозно пялился на человека в капюшоне и обычно этого взгляда хватало, чтобы избавиться от назойливых доходяг и попрошаек. Но черный капюшон, - именно такое прозвище Мартин успел дать этому нахалу в своей голове - остался стоять на месте. - Спокойно, мой друг, - канцлер одернул рыцаря и оглянулся. Эта маленькая сцена не осталась без внимания. Покосившиеся взгляды уже вовсю бурлили их столик. – Наш гость сейчас извиниться. - Думаю, что за правду извиняться не стоит. Он снял капюшон, будто давая понять, что представление окончено. Мартин невольно ахнул, признав в нем Седрика Ланселли, сына верховного советника Даркарии. Блудный лорд ушел из замка около пяти лет назад и с тех пор никто его не видел. Седрик склонил голову и посмотрел на Мартина с какой-то заговорщицкой улыбкой. - Признаться честно, вас я тоже не ожидал здесь застать. – ответил Мартин. Седрик тихо посмеялся и, словно змей, пристроился на место стража. Мужчина смирил его новой порцией недовольного взгляда и отодвинул свою еду, чтобы усесться рядом. - И куда же держит путь великий канцлер Даркарии? Седрик общался с ним так, будто они расстались не больше часа назад. Он никогда не отличался сносным характером; вечно лез куда не надо и, в отличие от своего скромного отца, не гнушался нарушением правил. Пять лет странствий зажгли в его глазах какой-то яркий и шаловливый азарт. Статный и высокий, он смотрел на Мартина сверху-вниз и нисколько этого не стеснялся. Длинные черные волосы были связаны в пучок, но несколько непослушных прядей, как будто специально выбились на худое лицо, чтобы замаскировать его ухмылку. Он напоминал своего отца Гарольда в его лучшие годы, и не всякий мог утверждать, что Седрик близился к своему тридцатилетию. Вероятно, он всегда догадывался о своей красоте. Это неоспоримое достоинство много раз сыграло ему на руку, хотя и проблем принесло не меньше. Чистая кожа сияла молодостью, но уже не с таким лоском, как несколько лет назад. Он более не выглядел так наивно, как в тот последний день перед отъездом. Сейчас Седрик был дерзок и смел - это чувствовалось здесь за столом, и возможно чувствовалось даже будь он в другом конце таверны. Мартин медлительно протер рот салфеткой и выдал ответ: - В Корвусс, сир Ланселли. - Прекрасно, я как раз туда и направлялся. – он улыбнулся и заискивающе взглянул на канцлера. Свет от старых подсвечников танцевал на его щеках странными тенями. - Подбросите? Советник вскинул бровь, изображая мыслительный процесс. Кто бы мог подумать, что судьба сведет его с одним из самых избалованных и ненасытных лордов королевства? О похождениях Седрика ходили легенды, но Гарольд упорно их рассеивал. И все же Мартин прекрасно знал о главной причине, что побудила сына советника покинуть Корвусс в прошлом. Говорить об этом сейчас было глупо и неуместно, поэтому он выдавил из себя дежурную улыбку и утвердительно кивнул. Перспектива тянуться в повозке с самодовольным юнцом казалась мучительной, но наивно было полагать, что он сможет оставить его здесь и избежать дальнейших расспросов со стороны Гарольда, когда Седрик доберется до столицы самостоятельно. - Прекрасно! – порозовел Седрик. – Давайте я оплачу ваш счет. Мартин хотел возразить, но тот нетерпеливо стукнул перстнем по столу и позвал официантку. Пышногрудая брюнетка ласково ему улыбнулась и жестом попросила подойти поближе. Лорд засмеялся и рассеяно посмотрел на мужчин: - Господа, если вы доели, то можете идти к карете. Я вас нагоню, как рассчитаюсь. - Надеюсь, что платите вы монетами, сир Ланселли. Он ядовито улыбнулся, но Седрик лишь махнул рукой, пропуская замечание канцлера мимо ушей и направился к официантке бодрой походкой. Мартин с прискорбием посмотрел на свою почти полную тарелку – еда все равно оказалась отвратной - и направился к выходу. Полусонный страж поплелся за ним. Они постояли на улице пару минут, вдыхая влажный воздух. Полуночная прохлада сумела развеять зловонные запахи дешевого пива, и Мартин уже начал успокаиваться, как вдруг тишину ночи нарушили пьяные выкрики. Запыхавшийся Седрик выбежал из кабака и рассеянно уставился на советника. - Можем ехать, сир Нудэвий. - Что там произошло? - Ничего, о чем бы вам следовало волноваться. Он был весь красный, а задыхающийся голос не внушал доверия. Мартину не хотелось задерживаться здесь еще дольше, и уже тем более выяснять, что там произошло, поэтому они прошли к карете. Уже будучи внутри салона, он опять услышал недовольные выкрики. Как по команде, несколько мужчин выбежали из трактира и начали закидывать карету камнями с тропы. - Их что-то разозлило! –Мартин помрачнел, не отрывая взгляд от Седрика. - Да ну, глупости. Чернь всегда вела себя странно. Седрик не смотрел ему в глаза, а лишь нервно отодвигал и задвигал шторку в окне. Когда несколько мужчин перекрыли дорогу, и карета почти остановилась, Мартин понял, что у него нет выхода. Он устало выдохнул и вытащил из рукава лиловый амулет, оберегавший его во всех путешествиях, и направил в сторону недовольных крестьян. Канцлер зажмурил глаза и попросил всех сделать то же самое. Темное пространство рассек фиолетовый цвет, заставив бродяг недовольно морщиться. Мужчины перестали забрасывать карету и убежали от яркой вспышки. Когда магия рассеялась, Мартин спрятал амулет и самодовольно взглянул на лорда. - Вы ведь не заплатили, да? - Ах как хорошо, что у вас была с собой эта штука! Седрик глупо улыбнулся и отвел взгляд в сторону, подобно ребенку, который совершил пакость и боится признаться в этом родителям. После такого продолжать беседу не хотелось, и Мартин облегченно вздохнул, подумав, что проведет остаток ночи в тишине. Он поудобнее устроился в углу кареты и постарался заснуть. Седрик тоже притих и скрестил руки на груди. Однако сон не пришел ни к кому, кроме стража, чей храп уже разносился по салону, громогласно объявляя всем присутствующим, что их сон откладывается. Седрик столкнулся с раздраженным взглядом Мартина и решил заговорить первым: -Ну и как дела в королевстве? Его голос был таким отдалённым и незаинтересованным, будто он спрашивал это лишь из вежливости. Может быть так оно и было. -Марк Ферзер еще официально не короновался. На днях в столице будет праздник в его честь. Приедут все важные дома. - И что Арронии тоже? – в этот раз он спросил осторожно, понизив голос и наклонившись поближе. Мартин внимательно посмотрел на собеседника и понял, что тон разговора незаметно перестал быть будничным. О домах королевства не говорили без опаски быть услышанными, и по этой причине они перешли на полушепот. - Они не приедут, насколько мне известно. Хм, еще бы. Ведь в их глазах страной должен править Эван. Да и не только в их. Об этом говорят везде: на площадях, в лачугах, поместьях, церквях...борделях. Эван был старшим из детей Аррониев, южных господ. Их дом был крепок, богат, и многие видели в них следующих властителей черного измерения. Пускай, южане не владели магией, но обладали авторитетом и казались спасением в это непростое время. Мартин знал, что народ и большая часть знати предпочитает Эвана Марку, но высказывать свои опасения не спешил. Как давно вы собираете сплетни? Достаточно, чтобы сделать соответствующие выводы, Мартин, - он явно был горд этим заявлением. Нескромная улыбка засияла в слабом лунном отблеске. - Аррониев любят больше Ферзеров, это факт, признайте это. Мартин спорить не стал - глупо спорить с тем, что очевидно каждому. Тициан сумел постараться, чтобы испортить репутацию дому Ворона на долгие годы. Ладно, если бы только это, но сколько жизней он отнял, опасаясь предательства со стороны. «Такое не прощается. Они, - Мартин подумал о черни, что забрасывала их камнями и грязью - об этом точно не забудут». Седрик посмотрел в пустую точку и продолжил, будто не замечая молчания канцлера: - И что, все так уверены в том, что дерево Ферзеров скоро зачахнет? Неужели Марк последний король? Мартин хмыкнул: - Еще есть Ее Высочество, Миранда. - Ах да, юная принцесса, - его тон опять стал радужным. – Скажите как она? Прямолинейность Седрика его удивляла и забавляла одновременно. -Её Высочество проводит много времени в библиотеке. Изучает алхимию, травы, заклинания. Также мне докладывали, что она питает страсть к живописи и хорошо осваивает поэзию и искусство танца. Другими словами, умеет все, что и положено юной леди. -Говорите магию? Похоже из всего списка это заинтересовало его больше всего. -Её способности развиваются согласно планам. По крайней мере мне так сообщали. - Как думаете, она превзойдет брата? Мартин посуровел. Конечно, темнота и тишина вокруг укрывала их от посторонних ушей, но обсуждать королевскую семью совсем не хотелось. Ты никогда не знаешь откуда придет угроза. Правление Тициана всех их научило быть осторожными, даже в самых простых и ничего не значащих высказываниях. - Если вас интересуют подробности, то советую поговорить с обоими наследниками, по прибытию. Седрик ни на секунду не растерял оптимизма, Он весело отмахнулся и засмеялся, разбудив стража. Солдат что-то буркнул себе под нос и принялся укладываться снова. - Чем я рассмешил вас? - Годы идут, а вы все такой же скучный, Мартин. С вами не о чем поговорить. Советник фыркнул. Мальчишка начинал раздражать, но до Корвусса еще была целая ночь, поэтому ругаться не хотелось. - Смотрю, что годы странствий не научили вас этикету. Гарольд будет расстроен. Упоминание имени отца сумело его приструнить. Мартин злостно усмехнулся, когда понял, что нащупал слабое место. Седрик опять принял равнодушную позу и скрестил руки. Мартин последовал его примеру, в надежде, что разговор окончен. - Думаю, что главе совета будет не до меня. - И все же разлука была слишком долгой, чтобы не отыскать время на любимого сына. - Давайте сменим тему? – он нервно поежился и в этот раз посмотрел на Мартина совсем по-другому: злостно, с вызовом. - С удовольствием. Мартин был спокоен, и оттого тон Седрика принимал все большее раздражение. Он умело выводил противника из себя и даже не собирался останавливаться. Все равно поспать уже не удастся. - Как там его Величество? Оправился после утраты родителей? - Более чем. Но я сам не был в столице четыре месяца. Подробностей вам не расскажу. - Да и не надо, - лениво ответил Седрик и прикрыл рот рукой. Внезапно разговор стал вялым. Карета, наконец, выехала на ровную дорогу без ям, и они успели перекинуться лишь парой фраз, прежде чем окончательно заснуть. Ночь прошла без происшествий. Между Суммервилем и Корвуссом не было порталов, поэтому путь слегка затянулся. Им попался постоялый двор, где они смогли позавтракать. Видимо оба успели привыкнуть к друг другу, потому что путешествие более не казалось таким печальным. Мартин даже уловил себя на мысли, что находит Седрика забавным. Он, конечно, раздражал, но умел скрасить скучное пребывание в карете с вечно уставшим стражем. Они подъехали к Корвуссу ближе к полудню. Готическая столица с сотнями торчащих шпилей и башен расположилась почти на самом севере королевства. Картографы знали, что за ней было еще несколько селений и деревень, но человек неопытный видел в Корвуссе конец всего Элитория. И его можно было понять: за стенами города растягивалась глубокая фиолетовая пропасть из миллионов созвездий и крошечный летающих островов. Этот вид зачаровывал и пугал. Когда-то Тициан скидывал туда неугодных ему дворян, а потому большинство жителей предпочитали не заходить на городские набережные. Мартин заметил, как переменилось лицо Седрика. Возможно, от старых и знакомых видов у него в сердце заиграла тоска, а может быть это был страх? В любом случае, Мартин понял, что радости его попутчик не испытывает. «Глупый мальчишка. Наворотил проблем и стал изгнанником в собственном доме. Интересно, зачем он все же решил вернуться?» Седрик не без интереса оглядывал нижние кварталы. Правда смотреть здесь было не на что: некогда красивые деревянные дома и церкви теперь казались заброшенными, хотя из них никто и не уходил. Даже дурак понимал, что высокие налоги и воронья хворь были лишь вишенкой на торте. Здесь люди голодали, роптали и ненавидели любое упоминание о короле и его дворе. Мартин, как и все дворяне всегда проезжали эти кварталы быстро, стараясь не испытывать терпение, итак, раздраженных горожан. «Нельзя вечно игнорировать причину, но ее последствий вполне можно умело избегать». - Как я вижу, Мартин, столица не цветет. В Даркарии действительно мало что цвело. На севере практически не было лиственных деревьев, а те, что остались - лишились плодов еще несколько веков назад. Один из лесов около Корвусса прозвали костяным из-за иссушенных веток деревьев, напоминавших жителям когти мертвецов. Особенно ярко они выделялись на фоне хвойных елок, что стояли неподалеку и скрывали огромное кладбище. Здесь всегда было много могил. Колдуны, которым удалось связаться с частичкой души Хальварда, часто практиковались там и оживляли мертвецов. В простонародье их называли некромантами, но для знающих людей это были простые «жертвенники» - немаги, которые безумно жаждали обучиться магическому потенциалу. В обмен на владение колдовством они продавали Хальварду не только все свою сущность, но и части тела. Для простых заклинаний было достаточно волос или ногтей, а вот заклинания посильнее требовали большего подношения. Иногда они заходили так далеко, что отрубали себе руки и ноги. На Мартина эти ритуалы всегда наводили ужас, и хотя фокусы жертвенников отличалась от темной магии Ферзеров, он все равно старался не присутствовать на тренировках их Высочеств. Принц, как и все монаршие особы до этого, сдавал экзамен по черному колдовству. Ему было необходимо оживить мертвецов и заставить их выполнить несколько простых команд. Экзамен был накануне отъезда Мартина, поэтому его результаты остались неизвестны, но что-то подсказывало, что Марк справился. Мальчик всегда имел сильный магический потенциал. Канцлер проследил за взглядом Седрика. Корвусс действительно растерял почти всю свою былую красоту. За четыре месяца здесь будто прибавилось бедных кварталов и разрушенных башенок. — Это нижние кварталы, Седрик. Уверен, что дальше будет лучше и вы порадуетесь. - Сомневаюсь, - он отодвинулся от окна, но задергивать шторку не стал. Вид был унылым до тех пор, пока они не выехали на центральные улицы. Мартин увидел «Воронье гнездо». Замок Его Величества возвышался, подобно коршуну над добычей. Резиденция с десятками острых шпилей, тянулась высоко к фиолетовому небу. Многим казалось, что и замок был того же цвета, но на самом деле он лишь отражал от себя все блески созвездий и двух лун измерения. Воронье гнездо летало на отдельном каменном острове, что был пристегнут к Корвусу толстыми железными цепями. Седрик весь извернулся, чтобы на это посмотреть. - Меня всегда поражало, как эту штука держится в воздухе. - Вы же знаете, что это сделано ради безопасности, Ланселли. - Создатель их побери, - Седрик развернулся и искривил лицо в непонимании. – Когда я там находился, у меня всегда кружилась голова. О какой безопасности идет речь, когда тебя тошнит за каждым углом? Мартин ему не ответил. Он жил в Вороньем гнезде почти всю свою жизнь и привык к «тряскам». Хотя возможно, что после путешествия он и растерял сноровку. Королевская карета медленно продвигалась вглубь города среди толп людей и торговых повозок. Ближе к центру город стал оживать. Все здесь были взбудоражены предстоящим праздником. Дома украшали еловые ветки и разноцветные ленточки; от повозок разносился дивный аромат капустных и грибных пирогов, а на площадях можно было заметить богатых господ, в расписных камзолах, с аккуратно подстриженными бородами. Женщины ходили в высоких колпаках и искусно пошитых платьях с длинными рукавами, которые собирали на себе всю пыль столичных дорог. Мартин заметил, как Седрик попеременно подглядывает то на них, то на свою перепачканную дорожную одежду. Хоть на улице и стояла середина лета, практически у всех прохожих были толстые накидки, перчатки или меховые полушубки. После отвязки Даркарии от других магистралей, здесь действительно стало холодать, а времена года растеряли всякие очертания, и жителям королевства, хоть и не сразу, но пришлось смириться с вечной осенью. Мартин дернул головой – сейчас было не время и не место, чтобы придаваться печальным размышлениям. Они миновали еще пару улиц, когда услышали торжественные звуки фанфар, объявляющих о начале турнира. - Жаль не попадем на праздник, - сухо заметил Седрик. -Хотите, можете выйти из кареты прямо сейчас, но мне хочется домой. Седрик горько усмехнулся, но спорить не стал. Арена для боев была возведена недалеко от замка, и они могли легко ее посетить, но желание помыться и переодеться было гораздо сильнее. В карете стоял терпкий запах пота, и они успешно его игнорировали, но как это обычно и бывает - под конец терпеть сложнее всего. Когда их экипаж настигла северной границы, Седрик с замиранием сердца посмотрел на возвышающуюся каменную глыбу. Замковый остров был прикреплен к длинной каменной набережной. Вдоль цепей расположились несколько порталов, что переносили путников в замок. Около них всегда караулила целая орда стражников, поэтому к королю могли попасть только избранные или тщательно обысканные люди. Так было и в этот раз. Стража пропустила их, как только увидела герб с вороной и лицо Мартина. - Рады снова видеть вас, канцлер! – отозвался один из гвардейцев. Мартин махнул рукой, и кучер покорно въехал на портальную площадь, с фиолетовыми узорами, которые засветились лиловым, как только экипаж оказался в центре. Бесчисленные розовые пылинки заполнили карету изнутри и облепили ее как стая назойливых комаров. Когда видеть стало сложно, Мартин ощутил необыкновенную легкость, и почувствовал, как они поднимаются в воздух. Понадобилась лишь секунда, чтобы карета, вместе с попутчиками растворилась, образовав целый рой фиолетовых пылинок. Стражи отмахнулись от магического тумана и продолжили наблюдать за набережной со скучающими лицами. В то же мгновение, на замковом острове активировалась вторая часть портала и округу рассек привычный фиолетовый свет. Момент эйфории закончился, и магия расселилась, выпустив наружу карету, что только что стояла там внизу, на набережной. Кони вернулись в свою материальную форму и гордо заржали. Кучер хлыстнул их, и лошади превратились в чёрных воронов. - Эффектно! – воскликнул Седрик, восторженно наблюдавший за всем из окошка кареты. — Это король их заколдовал! – весело отозвался кучер. – Скотина умная, полетела в свои стойла! Там опять лошадьми станет. Мужчины вышли наружу и направились к главным вратам. За ними были еще одни внутренние и еще одни замковые. Между защитной стеной и замком был водяной ров. Откуда на летающем острове бралось течение – было загадкой, но тонкие струйки водопада стекали от Вороньего гнезда уже многие века. Поначалу Мартин и сам задавался вопросом их конструкции, но со временем плюнул и списал все на магию. «Дурацкие фокусы». Воронье гнездо встретило путников пугающей тишиной. На секунду Мартин ощутил, как его тело расслабляется; он был дома. В отличие от города, убранство замка заставляло лишь восхищаться - чем беднее была Даркария, тем богаче становился дом короля. Входной зал утопал в серебряных и темно синих оттенках. С потолка свисала широкая люстра с сотнями стеклянных подвесок, что заманчиво играли в свете дня. На стенках висели зеркала и богато-расписанные гобелены с вороном. Хоть усталость от поездки легла на Мартина тяжелым грузом, он все равно с интересом наблюдал за реакцией лорда. Седрик закружил головой в разные стороны, оценивая обновленную обстановку замка. - Если помните, то там библиотека и молитвенный коридор, - Мартин махнул рукой в сторону верхних окон, в которых возвышалось Западное крыло замка - Разве не лаборатория алхимиков? — Это в Восточном. - Все позабыл. - Вряд ли вы туда ходили. Большинство дамских спален находятся этажом ниже. Седрик опять весело рассмеялся и пожал плечами. Вероятно, ему не хотелось выступать против очевидных вещей. - Мартин, неужели все на боях? – он резко сделался серьёзным. - Вероятно да. Мартин и сам был удивлен каким пустынным оказался замок. Последние годы праздники в Корвуссе были редким делом, поэтому внезапный королевский турнир привлёк внимание стольких господ. - Ох, надо все-таки успеть туда! Чую, что там весело. Канцлер задумчиво покивал и уже думал направиться в свои покои. Ему хотелось побыстрее отдать отчет королю, но еще сильнее хотелось умыться. -Сир Мартин! – окликнул его мальчик служка. Мальчик бежал к ним навстречу и лицо его было таким напуганным, что мужчины тут же напряглись. - Там...там... -Говори! -Его Величество...он. Мальчик задыхался и не мог выдавить из себя слов. Через секунду на пороге появилось еще несколько солдат. У всех был очень суровый вид. Мартин уже не старался добыть из слуги ценные сведения, но внутреннее чутье подсказывало, что случилось что-то страшное. Богатства замка отчего-то показались мрачными и неприглядными, а воздух стал гуще. Советник посмотрел на слугу, а потом на Седрика. - Тебя проводят в покои. С отцом увидишься позже. Седрик поднял ладони, в знак согласия. - Как скажете, сир. Мартин оставил его шутку без внимания и направился в сторону стражей. Усталость все еще манила в постель, но долг канцлера заставлял повиноваться стечению обстоятельств. Он готовился к худшему.